Дело № 2-932/2020

УИД: 23RS0009-01-2020-001934-02

Р Е Ш Е Н И Е

именем Российской Федерации 

ст. ФИО1 Краснодарского края 02 ноября 2020 года

Брюховецкий районный суд Краснодарского края в составе: 

судьи Салогубовой В.В., 

секретаря Повисенко И.В., 

с участием:

истца представителя прокуратуры Брюховецкого

района - помощника прокурора Урбанович С.П.,

лица, в интересах которого подано исковое заявление – ФИО2, 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску прокурора Брюховецкого района в интересах инвалида 2 группы ФИО2 к ФИО3 об обязании устранить нарушение прав путем демонтажа камер видеонаблюдения,

у с т а н о в и л :

Прокурор Брюховецкого района в интересах инвалида 2 группы ФИО2 обратился в суд с иском к ФИО3, ссылаясь на следующие обстоятельства.

Прокуратурой района по обращению ФИО2 проведена проверка по вопросу незаконных действий со стороны ФИО3, заключающихся во вторжении в частную жизнь семьи А-вых, а именно, в установлении с 2018 года соседом ФИО3 камер видеонаблюдения, видео обзор которых непосредственно затрагивают часть двора и жилого дома, принадлежащего ФИО2, чем грубо нарушаются его права и права его семьи на неприкосновенность частной жизни.

По данному факту УУП ОУУП и ПДН ОМВД России по Брюховецкому району проведена доследственная проверка, по результатам которой принято решение об отказе в возбуждении уголовного дела, по основаниям, предусмотренным п. 1 н.1 ст. 24 УК РФ, то есть в связи с отсутствием события какого-либо преступления. 

В 2020 году по заявлениям ФИО2, зарегистрированным в прокуратуре Брюховецкого района, по поручению сотрудников прокуратуры, сотрудниками ОМВД России по Брюховецкому району неоднократно осуществлялся выезд по месту жительства ФИО3 по адресу: 

<

адрес>, в ходе которых просматривался монитор по установленным камерам видеонаблюдения, где было видно, что обзор камер видеонаблюдения затрагивают части двора, огорода семьи А-вых и при этом ФИО3 разъяснялось о нарушении им прав семьи А-вых на неприкосновенность частной жизни и необходимости устранения данных нарушений, однако ФИО3 категорически не был согласен с данными выводами и в добровольном порядке отказался демонтировать камеры видеонаблюдения.

Учитывая, что в настоящее время нарушены права семьи А-вых на неприкосновенность частной жизни, а ФИО2 является инвалидом 2 группы и не может по состоянию своего здоровья, материального положения обратиться в суд, прокурор просит суд обязать ФИО3 устранить нарушения прав ФИО2 и его семьи путем демонтажа камер видеонаблюдения, затрагивающих обзор жилого дома и территории двора по адресу: 

<

адрес>, принадлежащего на праве собственности ФИО2, а также взыскать с ответчика компенсацию морального в размере 50 000 рублей.

В судебном заседании представитель истца – прокуратуры Брюховецкого района – помощник прокурора Урбанович С.П. поддержал доводы, изложенные в исковом заявлении, просил суд их удовлетворить. 

ФИО2 в судебном заседании также поддержал заявленные требования и просил суд их удовлетворить в полном объеме.

Ответчик ФИО3 в судебное заседание не явился, предоставив заявление, согласно которого просит рассмотреть настоящее дело в его отсутствие и в удовлетворении заявленных требований в части демонтажа камер видео наблюдения не возражает, а в удовлетворении исковых требований в части взыскания морального вреда в размере 50 000 рублей просит отказать, так как является инвалидом 2-й группы, не работает и не имеет возможности оплатить компенсацию морального вреда (л.д. 72).

Выслушав доводы сторон, исследовав материалы гражданского дела, суд считает исковые требования прокурора Брюховецкого района обоснованными, подлежащими удовлетворению в части, по следующим основаниям.

Как следует из материалов гражданского дела, ФИО2, являющийся инвалидом 2 группы, обратился в прокуратуру Брюховецкого района с заявлением, в котором просил подать от его имени исковое заявление по поводу незаконных действий со стороны ФИО3, заключающихся во вторжении в частную жизнь семьи А-вых, выраженных в установлении с 2018 года соседом ФИО3 камер видеонаблюдения, видео обзор которых непосредственно затрагивают часть двора, принадлежащего семье А-вых (л.д. 54).

Согласно ч. 1 ст. 23 Конституции Российской Федерации, каждый имеет право на неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, защиту своей чести и доброго имени.

Сбор, хранение, использование и распространение информации о частной жизни лица без его согласия не допускаются (ст. 24 Конституции Российской Федерации). 

В силу ст. 150 Гражданского кодекса Российской Федерации, жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна, право свободного передвижения, выбора места пребывания и жительства, право на имя, право авторства, иные личные неимущественные права и другие нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

Статьей 12 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что нематериальные блага защищаются в соответствии с настоящим Кодексом и другими законами в случаях и в порядке, ими предусмотренных, а также в тех случаях и тех пределах, в каких использование способов защиты гражданских прав вытекает из существа нарушенного нематериального права и характера последствий этого нарушения.

В соответствии с частью 1 статьи 152.1 Гражданского кодекса Российской Федерации, обнародование и дальнейшее использование изображения гражданина (в том числе его фотографии, а также видеозаписи или произведения изобразительного искусства, в которых он изображен) допускаются только с согласия этого гражданина.

Такое согласие не требуется в случаях, когда:

1) использование изображения осуществляется в государственных, общественных или иных публичных интересах;

2) изображение гражданина получено при съемке, которая проводится в местах, открытых для свободного посещения, или на публичных мероприятиях (собраниях, съездах, конференциях, концертах, представлениях, спортивных соревнованиях и подобных мероприятиях), за исключением случаев, когда такое изображение является основным объектом использования;

3) гражданин позировал за плату.

В силу части 1 статьи 152.2 Гражданского кодекса Российской Федерации, если иное не предусмотрено законом, не допускается без согласия гражданина сбор, хранение, распространение и использование любой информации о его частной жизни, в частности, сведений о его происхождении, о месте его пребывания или жительства, о личной и семейной жизни. Не являются нарушением правил, установленных абзацем первым настоящего пункта, сбор, хранение, распространение и использование информации о частной жизни гражданина в государственных, общественных или публичных интересах, а также в случаях, если информация о частной жизни гражданина ранее стала общедоступной либо была раскрыта самим гражданином или по его воле.

В пункте 1 статьи 8 Международной Конвенции «О защите прав человека и основных свобод» предусмотрено, что каждый имеет право на уважение его личной жизни.

Таким образом, право на неприкосновенность частной жизни (статья 23, часть 1 Конституции Российской Федерации) означает предоставленную человеку и гарантированную государством возможность контролировать информацию о самом себе, препятствовать разглашению сведений личного, интимного характера.

В статье 150 Гражданского кодекса Российской Федерации дано понятие нематериальных благ, к ним законодателем отнесены жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна, право свободного передвижения, выбора. места пребывания и жительства, право на имя, право авторства, иные личные неимущественные права и другие нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, которые неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

Нематериальные блага защищаются в соответствии с гражданским кодексом Российской Федерации и другими законами в случаях и в порядке, ими предусмотренными, а также в тех случаях и пределах, в каких использование способов защиты гражданских прав (ст. 12 ГК РФ) вытекает из существа нарушенного нематериального блага или личного неимущественного права и характера последствий нарушения.

Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда (ст. 151 ГК РФ).

В силу ст. 152.2. Гражданского кодекса Российской Федерации, если иное прямо не предусмотрено законом, не допускаются без согласия гражданина сбор, хранение, распространение и использование любой информации о его частной жизни, в частности сведений о его происхождении, о месте его пребывания или жительства, о личной и семейной жизни.

Согласно ст. 304 Гражданского кодекса Российской Федерации, собственник может требовать устранения всяких нарушений его права, хотя бы эти нарушения и не были соединены с лишением владения.

Если человек даже в целях безопасности устанавливает камеры видеонаблюдения, он фактически получает возможность наблюдать не только за теми, кто пришел к нему, но и за теми, кто приходит к соседнему дому, а также следить за передвижением соседа, естественно, находиться под постоянным контролем любому человеку будет некомфортно.

Поэтому житель жилого дома, устанавливая видеокамеру для просмотра своего двора и получая при этом возможность наблюдать и фиксировать передвижения соседей, а также их посетителей, должен получить от соседей согласие в письменной форме (ч.4 ст.9 Федерального закона от 27.07.2006 года №152- ФЗ «О персональных данных»).

Судом установлено, что в 2018 году ФИО3 на принадлежащем ему домовладении и по территории его двора установлены камеры видеонаблюдения, обзор которых затрагивает часть жилого дома, принадлежащего ФИО2, чем грубо нарушаются его права и права его семьи на неприкосновенность частной жизни (л.д.41-53).

По данному факту в книге учета сообщений о преступлении за 

<

номер> ОМВД России по Брюховецкому району 

<

номер> года зарегистрировано сообщение ФИО2 по факту неправомерных действий со стороны ФИО3.

По данному факту УУП ОУУП и ПДН ОМВД России по Брюховецкому району ФИО4 в порядке ст. ст. 144-145 УПК РФ проведена доследственная проверка, по результатам которой 

<

дата> принято решение об отказе в возбуждении уголовного дела, по основаниям, предусмотренным п. 1 н.1 ст. 24 УК РФ, то есть в связи с отсутствием события какого-либо преступления (л.д. 31-32). 

Постановление УУП ОУУП и ПДН ОМВД России по Брюховецкому району ФИО4 обжаловано не было и вступило в законную силу, что свидетельствует о том, что решение об отказе в возбуждении уголовного дела в отношении ФИО3 принято законно, оснований для его отмены не имеется.

Как следует из материалов дела, сотрудниками ОМВД России по Брюховецкому району неоднократно осуществлялся выезд по месту жительства ФИО3 по адресу: 

<

адрес>, в ходе которых просматривался монитор по установленным камерам видеонаблюдения, где было видно, что обзор камер видеонаблюдения затрагивают части двора, огорода семьи А-вых, в связи с чем, ФИО3 неоднократно разъяснялось о нарушении им прав семьи А-вых на неприкосновенность частной жизни и необходимости устранения данных нарушений, однако ФИО3 категорически не согласен с данными выводами и добровольно демонтировать камеры видеонаблюдения отказался.

Учитывая, что в настоящее время нарушены права семьи А-вых на неприкосновенность частной жизни, а также учитывая факт признания ответчиком ФИО3 исковых требований в части обязания устранить нарушение прав путем демонтажа камер видеонаблюдения, суд считает данные требования подлежащими удовлетворению в полном объеме. 

В соответствии со ст. 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. 

При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего. 

Согласно разъяснениям, содержащимся в абз. 2 п.1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20.12.1994 года № 10 (в ред. от 

<

дата>) «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» суду следует устанавливать, чем подтверждается факт причинения потерпевшему нравственных или физических страданий, при каких обстоятельствах и какими действиями (бездействием) они нанесены, степень вины причинителя, какие нравственные или физические страдания перенесены потерпевшим, в какой сумме он оценивает их компенсацию и другие обстоятельства, имеющие значение для разрешения конкретного спора.

В соответствии с п. 2 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20.12.1994 года № 10 под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.), или нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности) либо нарушающими имущественные права гражданина. 

Пунктом 8 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20.12.1994 года №10 установлено, что размер компенсации зависит от характера и объема причиненных истцу нравственных или физических страданий, степени вины ответчика в каждом конкретном случае, иных заслуживающих внимания обстоятельств, и не может быть поставлен в зависимость от размера удовлетворенного иска о возмещении материального вреда, убытков и других материальных требований. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

Степень нравственных или физических страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств причинения морального вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего и других конкретных обстоятельств, свидетельствующих о тяжести перенесенных им страданий.

При рассмотрении вопроса о размере денежной компенсации морального вреда, подлежащей взысканию с ответчика ФИО3, который истцом оценен в 50 000 рублей, суд считает подлежащими удовлетворению указанные требования в части – в размере 5 000 рублей, что будет соответствовать принципам разумности и справедливости.

Руководствуясь ст. ст.194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

Обязать ФИО3 , 

<

дата> года рождения, уроженца 

<

адрес>, зарегистрированного и проживающего по адресу: 

<

адрес>, устранить нарушения прав ФИО2 и его семьи путем демонтажа камер видеонаблюдения, затрагивающих обзор жилого дома и территории двора по адресу: 

<

адрес>, принадлежащего на праве собственности ФИО2.

Взыскать с ФИО3 , 

<

дата> года рождения, уроженца 

<

адрес>, зарегистрированного и проживающего по адресу: 

<

адрес>, в пользу ФИО2, 

<

дата> года рождения, уроженца 

<

адрес>, зарегистрированного и проживающего по адресу: 

<

адрес>, компенсацию морального в размере 5 000 (пять тысяч) рублей.

В удовлетворении остальной части исковых требований отказать.

На решение может быть подана апелляционная жалоба в Краснодарский краевой суд через Брюховецкий районный суд в течение одного месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Судья Брюховецкого районного суда

Краснодарского края В.В. Салогубова