Дело № 1-49/2017 

ПРИГОВОР

Именем Российской Федерации

г. Валуйки «16» июня 2017 года

Валуйский районный суд Белгородской области в составе:

председательствующего судьи Русанова К.И.,

при ведении протокола секретарем судебного заседания Безлепкиной С.С., 

с участием государственного обвинителя – помощника Валуйского межрайонного прокурора Сниткиной Е.В., потерпевшей Потерпевший №1, 

подсудимого ФИО1, 

его защитника – адвоката Валуйской ЦЮК Ласунова А.С., предоставившего удостоверение №972 от 7 августа 2012 года и ордер №002344 от 14 июня 2017 года, 

рассмотрев в открытом судебном заседании, в общем порядке судебного 

разбирательства, материалы уголовного дела в отношении ФИО1,, 

<

данные изъяты>, не судимого,

обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч.4 ст.111 УК РФ,

установил:

ФИО1 совершил умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, с применением предметов используемых в качестве оружия, повлекшее по неосторожности смерть потерпевшего, при следующих обстоятельствах.

19 марта 2017 года около 21 часа 30 минут во время распития спиртного в домовладении ФИО5 по адресу: 

<

адрес>, между находившимися в гостях у последнего ФИО1 и ФИО4 возникла словесная ссора, в ходе которой ФИО4 стал высказывать оскорбления в адрес сожительницы ФИО1, в результате чего у последнего на почве внезапно возникшей личной неприязни к ФИО4 сформировался прямой преступный умысел, направленный на причинение тяжкого вреда здоровью ФИО4, реализуя который, примерно в 22 часа 00 минут, ФИО1, будучи в состоянии алкогольного опьянения, вооружившись приисканным в комнате, где они находились, деревянным табуретом, нанес им удар по голове ФИО4, после чего тот упал на пол, а ФИО1 нанес еще один удар табуретом в область головы ФИО4 В результате указанных преступных действий последнему были причинены повреждения в области головы: 

<

данные изъяты>, которые в виде закрытой черепно-мозговой травмы у живых лиц оцениваются в совокупности и квалифицируются как причинившие тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни (согласно п.6.1.2 «Медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека», утвержденных приказом Министерства здравоохранения и социального развития Российской Федерации от 24 апреля 2008 года №194н). После нанесения ударов ФИО1 прекратил свои противоправные действия, а ФИО4 через несколько часов скончался 20 марта 2017 года на месте преступления в домовладении ФИО5 от отека головного мозга, развившегося вследствие имевшейся у него закрытой черепно-мозговой травмы с вышеуказанными компонентами. Между комплексом повреждений в области головы и наступлением смерти ФИО4 имеется прямая причинно-следственная связь.

В судебном заседании подсудимый пояснил, что свою вину в совершенном преступлении признает частично, поскольку 19 марта 2017 года в домовладении ФИО5 по адресу: 

<

адрес>, в ходе распития спиртного, нанес потерпевшему только один удар табуретом по голове и при этом не желал причинения смерти ФИО4 Кроме того, с его слов в суде следует, что перед этим он, после словесного конфликта, хотел уйти из домовладения ФИО5, на что ФИО4 поднялся из-за стола, стал наклоняться к нему через стол, пояснив: «ты отсюда никуда не уйдешь». Учитывая, что на столе при этом находились нож и вилки, у него возникли опасения, в связи с чем он табуретом, на котором сидел, ударил по голове ФИО4 Не отрицает того, что кроме него в его присутствии никто ФИО4 телесных повреждений не причинял. Между последним и ФИО5 конфликта не было. Поскольку когда он уходил утром из дома ФИО5 и видел ФИО4 живым, предполагает, что тот мог получить телесные повреждения, повлекшие смерть, после его ухода. 

Государственным обвинителем ввиду существенных противоречий между показаниями подсудимого в суде и в ходе предварительного следствия были оглашены показания ФИО1, которые он давал на следствии при допросе в качестве подозреваемого и обвиняемого в присутствии адвоката (т.1 л.д.125-129, 133-136, 153-158) согласно которых ранее он пояснял, что 19 марта 2017 года около 20 часов 30 минут он пришел к своему знакомому ФИО5, где увидел ранее также ему знакомого ФИО4, с которым поддерживал хорошие отношения. ФИО4 и ФИО5 распивали спиртные напитки, он к ним присоединился. Через некоторое время, в ходе распития спиртного, между ним и ФИО4 произошел словесный конфликт, так как последний стал оскорблять его сожительницу. ФИО5 в это время вышел на улицу. После того как ФИО4 в ходе словесной перепалки между ними встал из-за стола, он встал с табурета, на котором сидел, правой рукой взял табурет и нанес один удар данным табуретом по голове ФИО4, от которого тот упал на пол, от полученного удара началось кровотечение из раны на голове. Через некоторое время ФИО4 встал и отправился в зал, где сел на кресло. В последующем ФИО4 ушел спать в спальню, а он и ФИО5 остались в зале. Проснувшись утром, он увидел ФИО4, который одевал джинсовые брюки и сказал ему, что пойдет домой. Он после этого ушел в наркологию. 

После оглашения вышеуказанных показаний подсудимый продолжил настаивать на своих показаниях в суде, пояснив, что и ранее он говорил также, но следователь в протоколах отразил не все, протоколы он подписывал не читая. 

Указанные доводы подсудимого суд находит неубедительными и не соответствующими действительности, поскольку ФИО1 перед проведением вышеуказанных следственных действий был ознакомлен с содержанием ст.ст.46,47 УПК РФ, ст.51 Конституции РФ, требования закона в этой части выполнены полностью. При проведении следственных действий присутствовал назначенный следователем в порядке ст.51 УПК РФ адвокат Бабенкова С.В. Какие-либо сведения о том, что подсудимого данный адвокат не устраивал и о желании иметь на предварительном следствии другого адвоката, в материалах уголовного дела отсутствуют. Жалоб со стороны ФИО1 на действия следователя не поступали. Каких-либо возражений и замечаний относительно правильности и полноты оглашенных протоколов при ознакомлении с материалами дела в присутствии адвоката по окончанию следствия подсудимый не представил. Суд считает, что представленные стороной обвинения вышеизложенные доказательства, в соответствии со ст.88 УПК РФ, является допустимыми. Изменение показаний подсудимого в судебном заседании суд расценивает как способ смягчить наказание и уйти от ответственности за содеянное. 

Вина ФИО1 в инкриминируемом ему преступлении установлена как его признательными показаниями в части нанесения в ходе ссоры удара табуретом по голове потерпевшего, так и показаниями свидетелей ФИО5, ФИО8, Потерпевший №1, ФИО7, письменными доказательствами. 

Против задержания по подозрению в совершении преступления, предусмотренного ч.4 ст.111 УК РФ, ФИО1 не возражал, пояснив также, что именно он нанес удар табуретом по голове ФИО4. При этом у подозреваемого были изъяты: пара кроссовок, брюки спортивные, куртка, кофта, футболка, трико (т.1 л.д.116-120).

В ходе проведения следственного эксперимента 21 марта 2017 года подсудимый рассказал и показал на манекене каким образом он нанес удар табуретом в область головы ФИО4, после чего последний упал на пол (т.1 л.д.138-149).

ФИО5 в суде пояснил, что 19 марта 2017 года он употреблял спиртные напитки в своем домовладении по адресу: 

<

адрес>. По его приглашению сначала к нему домой пришел его знакомый ФИО4, а затем, примерно в 20 часов 30 минут, к ним присоединился их общий знакомый ФИО1, с которым они продолжили употреблять спиртное. В ходе этого ФИО1 и ФИО4 стали высказывать друг другу претензии и обсуждать сожительницу ФИО4, произошел словесный конфликт. Он вышел на улицу в туалет, после чего услышал шум и по возвращению в дом увидел, как ФИО1 нанес удар табуретом стоящему ФИО4 по голове, после которого последний упал, а затем еще один удар в область головы, после чего он остановил ФИО1 от продолжения противоправных действий. При этом в руках у ФИО4 ничего не было, на столе ножей и вилок не находилось, угроз ФИО4 никому не высказывал, его поведение не было агрессивным. После этого ФИО1 вышел из комнаты, а ФИО4 через некоторое время поднялся и ушел в зал, где сел в кресло и стал смотреть телевизор. После получения травмы у ФИО4 началось обильное кровотечение из раны на голове, он принес ему простынь, чтобы остановить кровотечение, после чего было предложено вызвать скорую медицинскую помощь, но ФИО4 отказался. В последующем ФИО1 и ФИО4 легли спать в разных комнатах, а он расположился между ними, чтобы предотвратить возможность возникновения нового конфликта. С его слов, к нему домой ночью приезжали сотрудники полиции с проверкой, поскольку он недавно освободился из мест лишения свободы. Поговорив с ним, они также беседовали с ФИО2 и выясняли у последнего необходимость вызова «скорой помощи». Он при этом ушел спать и при окончании их беседы не присутствовал. Проснувшись утром, он увидел, что ФИО1 уже не было у него дома, после чего зашел в комнату, где находился ФИО4, позвал его, на что тот ничего не ответил. Выйдя на улицу, он встретил ранее ему знакомую ФИО8, которой рассказал о случившемся и предложил пройти к нему в дом проверить жив ли ФИО4 ФИО8 подойдя к последнему, обнаружила, что ФИО4 мертв, после чего, по просьбе ФИО5 сообщила о увиденном в дежурную часть ОМВД России по г.Валуйки и Валуйскому району.

В связи с неясностями и противоречиями в пояснениях ФИО5 в судебном заседании и данных ранее в части причины возникновения конфликта между ФИО1 и ФИО4 государственным обвинителем были оглашены протоколы допросов ФИО5 в ходе предварительного расследования (т.1 л.д.65-69, 70-74), согласно которых свидетель пояснял, что в ходе распития спиртного они стали сначала говорить о сожительнице ФИО4 - ФИО9 и ФИО1 стал некорректно выражаться в ее адрес, на что ФИО4 попросил прекратить обсуждать ФИО9 и в ответ стал высказывать оскорбления в адрес сожительницы ФИО1, что последнего сильно возмутило. После этого поведение ФИО1 стало агрессивным. 

После оглашения указанных показаний ФИО5 подтвердил их правильность, пояснив при этом, что в связи с истечением времени все подробные обстоятельства произошедшего в настоящее время не помнит.

Суд приходит к выводу о достоверности и соответствию действительности указанных выше показаний свидетеля в суде с учетом оглашенных государственным обвинителем. 

Пояснения свидетеля относительно посещения его домовладения сотрудниками полиции, по мнению суда, являются надуманными и не принимаются во внимание, учитывая, что они не нашли своего подтверждения при проведении прокурорской проверки. 

Из пояснений следователю ФИО8 (т.1 л.д. 90-93) следует, что 20 марта 2017 года около 08 часов 15 минут она на улице встретила ранее ей знакомого ФИО5, который сообщил ей, что у него дома находится труп, после чего она с ФИО5 прошла в дом последнего, расположенный по адресу: 

<

адрес>, где увидела в комнате на диване труп ФИО4 в положении полулежа на спине. На голове ФИО4 имелись обильные следы кровотечения и раны в области головы. Также она увидела кровь на одежде ФИО4 и на диване. ФИО5 сообщил ей, что 19 марта 2017 года ФИО1 нанес удары табуретом по голове ФИО4, после чего указал ей на табурет, на котором были пятна бурого цвета, похожие на кровь. Затем ФИО5 попросил ее сообщить о случившемся в полицию, что она и сделала. При этом в доме кроме ФИО3 никого не было, каких-либо телесных повреждений, а также крови на одежде, у последнего она не наблюдала. 

Потерпевшая Потерпевший №1 в суде показала, что при жизни ее сын ФИО4 проживал совместно со своей сожительницей ФИО9 по адресу: 

<

адрес>. Он поддерживал приятельские отношения с ФИО5 Последний раз она видела своего сына утром 19 марта 2017 года, жалоб на здоровье он никаких не высказывал, каких-либо телесных повреждений на его теле не имелось, в том числе и следов кровотечений, одежда была чистой. 20 марта 2017 года утром от сотрудников полиции ей стало известно о том, что ее сын был обнаружен мертвым в квартире ФИО5 Настаивает на строгом наказании ФИО1 за совершенное преступление в отношении ее сына. По ее утверждению, ФИО4 был добрым, отзывчивым, неконфликтным человеком, агрессии он ни к кому никогда не проявлял. В настоящее время исковых требований к подсудимому предъявлять не желает, полагая, что ФИО1 не имеет каких-либо средств для возмещения причиненного преступлением вреда. 

ФИО11 в ходе предварительного следствия поясняла, что проживает совместно с ФИО1 с 2005 года. Последний, с ее слов, конфликтных отношений ни с кем не имеет, старается поддерживать со всеми хорошие отношения, наркотические средства не употребляет, спиртными напитками не злоупотребляет, но в последнее время выпивает часто, в связи с чем был поставлен на учет в наркологии. При этом, по ее утверждению, когда ФИО1 выпивает спиртное, то может себя не контролировать и вести агрессивно (т.1 л.д. 94-97).

В суде были исследованы письменные доказательства вины подсудимого, представленные стороной обвинения. 

Согласно рапорта оперативного дежурного ОМВД России по г.Валуйки и Валуйскому району от 20 марта 2017 года в указанный день в 09 часов 02 минуты от ФИО8 поступило сообщение о том, что в домовладении по адресу: 

<

адрес> обнаружен труп ФИО4 (т.1 л.д.47).

После этого следователем Валуйского МСО СУ СК России по Белгородской области осуществлялся выезд на место происшествия (т.1 л.д. 10), в ходе осмотра которого в домовладении ФИО5 был обнаружен труп ФИО4 с явными признаками насильственной смерти - повреждениями в области головы, зафиксирована обстановка (т.1 л.д.17-45).

Были осмотрены изъятые 20 марта 2017 года предметы: в ходе осмотра места происшествия - вырез паласа, тряпка, простынь, табурет; в ходе выемки в помещении ОГБУЗ «Белгородское бюро СМЭ» Межрайонное отделение г.Валуйки вещи ФИО4 – джинсовые брюки, трусы; в ходе личного обыска вещи ФИО1– пара кроссовок, которые были признаны и приобщены к уголовному делу в качестве вещественных доказательств (т.2 л.д.103-107, 108-118, 120-125,126-129, 130-131, 132).

В соответствии с заключениями эксперта: № от ДД.ММ.ГГГГ (т.2 л.д.45-48) на джинсовых брюках и мужских трусах, № от ДД.ММ.ГГГГ на вырезе паласа, фрагменте ткани (тряпке) и простыне (т.2 л.д.57-59), № от ДД.ММ.ГГГГ (т.2 л.д.35-37) на правом кроссовке, изъятом у ФИО1, была найдена кровь человека и выявлены групповые антигены В и Н, которые присущи потерпевшему ФИО4 и, следовательно, происхождение найденной крови от него не исключается. 

По заключению эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ на изъятом при осмотре места происшествия табурете был обнаружен след ладони левой руки ФИО4 размерами 23х82 мм (т.1 л.д. 222-225). 

Согласно заключения эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ на указанном табурете имелись следы крови, которые произошли от ФИО4 (т.2. л.д.79-82).

При проведении судебно – медицинской экспертизы трупа ФИО4 (заключение эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ) были обнаружены телесные повреждения: 

- 

<

данные изъяты> 

<

данные изъяты> 

Повреждения в виде закрытой черепно-мозговой травмы причинили тяжкий вред здоровью потерпевшему по признаку опасности для жизни. Остальные повреждения в области конечностей не причинившие вреда здоровью человека. Между обнаруженными у ФИО4 повреждениями в области головы и его смертью имеется прямая причинно-следственная связь. Остальные повреждения (кровоподтеки конечностей) к причине и механизму наступления смерти отношения не имеют. 

Раны правой теменной и правой затылочной области могли образоваться в результате травматического воздействия тупого предмета, с ограниченной травмирующей поверхностью соударения, имеющей выраженное ребро длиной не менее 6,3 см и тупого предмета с ограниченной травмирующей поверхностью соударения, в виде двух сходящихся под прямым углом ребер. Перелом правой теменной кости мог образоваться в результате действия тупого предмета с ограниченной травмирующей поверхностью соударения, имеющей выраженное ребро длиной около 3,0 см. Индивидуальные признаки травмирующего предмета (орудия) в ранах и переломе не отобразились. Все повреждения, выявленные у ФИО4 являются прижизненными. Срок образования повреждений в области головы может соответствовать от 30 минут до 3-6 часов к моменту смерти. Кровоподтеки конечностей образовались в срок, соответствующий 1-5 суткам к моменту смерти. Повреждения в области головы образовались от не менее 2-х травматических воздействий. Повреждения конечностей образовались от не менее 8-ми травматических воздействий. В момент получения повреждений потерпевший мог находиться в любом положении, при котором правая часть головы была доступна травматизации. После получения повреждений ФИО4 мог совершать активные целенаправленные действия, если находился в сознании. Данных, свидетельствующих о том, что поза трупа изменялась, не выявлено. В крови ФИО4 выявлено наличие этилового спирта в количестве – 2,61 г/л, что согласно клинической классификации степеней алкогольного опьянения, соответствует алкогольному опьянению сильной степени. Смерть ФИО4 наступила в срок, соответствующий 20 марта 2017 года (т.1 л.д.180-192).

Из акта медицинского освидетельствования № от ДД.ММ.ГГГГ следует, что у ФИО1 было установлено состояние алкогольного опьянения (т.2 л.д.153), согласно заключения эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ телесных повреждений у него обнаружено не было (т.1 л.д. 204).

Согласно заключения судебно-психиатрической комиссии экспертов № от ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 как на период инкриминируемого ему деяния, так и в настоящее время не обнаруживает хронического психического расстройства, временного психического расстройства, слабоумия, иного болезненного состояния психики. В момент совершения инкриминируемого ему деяния в состоянии временного психического расстройства (в том числе патологического опьянения, патологического аффекта) он не находился, а находился в состоянии простого алкогольного опьянения. На момент совершения инкриминируемого ему деяния и в настоящее время он обнаруживает признаки синдрома зависимости от алкоголя, что не лишало его способности на период инкриминируемого ему деяния и в настоящее время осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими. ФИО1 не нуждается в прохождении лечения от наркомании и медицинской или социальной реабилитации, не обнаруживает особенностей умственной деятельности и личностных особенностей, которые бы лишали его на период инкриминируемого ему деяния способности в полной мере осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими (т.2 л.д.95-100).

Судом не ставятся под сомнение заключения экспертиз, которые проведены в соответствии с требованиями норм уголовно-процессуального законодательства высококвалифицированными экспертами. Выводы экспертов основаны на результатах непосредственных исследований, с учетом материалов дела (а выводы судебно-психиатрической комиссии экспертов – основаны ещё и на результатах непосредственной беседы с подсудимым), они научно обоснованы. Правильность заключений экспертов подтверждена в ходе судебного заседания другими доказательствами по делу. Оснований для оговора подсудимого со стороны свидетелей установлено не было. Все вышеперечисленные доказательства получены с соблюдением норм УПК РФ и являются допустимыми, а также относимыми.

Оценивая показания подсудимого, суд принимает во внимание его признательные показания в части причинения именно им вреда здоровью потерпевшего, поскольку данные пояснения были получены в соответствии с требованиями УПК РФ, в присутствии адвоката. Эти показания согласуются с фактическими обстоятельствами совершения преступления, установленными в судебном заседании. Суд считает указание подсудимым количества нанесенных им ударов потерпевшему заниженным, расценивает это как избранный способ защиты, являющийся своей целью снизить свою ответственность за совершенное преступление.

Утверждения подсудимого о количестве нанесенных ударов опровергаются пояснениями свидетеля ФИО5 и заключением экспертизы. Его пояснения в суде о возможности получения потерпевшим телесных повреждений после того, как он утром покинул домовладение ФИО5, носят предположительный характер. Сам подсудимый в суде подтвердил, что при нем никто кроме него к ФИО4 физическую силу не применял, до этого каких-либо телесных повреждений у последнего не было. Согласно заключения судмедэксперта телесные повреждения, повлекшие смерть ФИО4, были причинены от 30 минут до 3-6 часов к моменту смерти. Со слов подсудимого, он был задержан сотрудниками полиции через полчаса после того, как ушел от ФИО5 При этом, с его слов, когда он уходил, потерпевший был жив и с ним разговаривал. Доказательств того, что ФИО4 покидал домовладение ФИО5, в ходе следствия и в суде установлено не было. 

В связи с изложенным, суд считает доказанным, что телесные повреждения в области головы потерпевшего, повлекшие в последующем его смерть, были причинены подсудимым.

Причинно-следственной связи между противоправными действиями ФИО1 и телесными повреждениями у ФИО4 в области конечностей, не причинивших вреда здоровью последнего, в судебном заседании установлено не было. К наступлению смерти указанные повреждения отношения не имеют.

Таким образом, исследовав все вышеперечисленные доказательства каждое в отдельности и все в совокупности, которые судом признаны допустимыми и относимыми и достаточными, суд устанавливает вину ФИО1 в совершении преступления и квалифицирует его действия по ч.4 ст.111 УК РФ, как умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, с применением предметов используемых в качестве оружия, повлекшее по неосторожности смерть потерпевшего, поскольку подсудимый, из чувства личной неприязни к ФИО4, возникшего в связи с оскорблениями в адрес его сожительницы со стороны последнего, умышленно, с целью причинения тяжких телесных повреждений, без цели убийства, используя в качестве оружия табурет, нанёс им удар по голове ФИО4, в результате чего последний упал на пол, после чего, продолжая свои преступные действия, нанес указанным табуретом еще один удар в область головы потерпевшего.

Из показаний свидетеля ФИО5, признанных судом достоверными, следует, что ФИО1 наносил удары со значительной силой, местом нанесения ударов являлась голова, что подтверждается и заключением судебно-медицинской экспертизы. Таким образом, суд приходит к выводу, что подсудимый осознавал, что наносит по голове ФИО4 имеющим металлический каркас табуретом повреждения, которые могут повлечь причинение тяжкого вреда здоровью потерпевшего и желал этого, не предвидя возможности наступления смерти ФИО4 от своих действий, хотя при необходимой внимательности он должен был и мог это предвидеть. Об отсутствии умысла на убийство свидетельствует поведение подсудимого - после причинения телесных повреждений он остановился и не стал продолжать свои противоправные действия. Потерпевший, согласно пояснений ФИО1 и ФИО5, а также судебно-медицинской экспертизы, в то время был жив. 

Мотивом совершения преступления явилась личная неприязнь ФИО1 к ФИО4, возникшая в результате ссоры, которая обострилась в результате употребления алкоголя.

Анализ представленных доказательств свидетельствует об осознанных и последовательных действиях подсудимого при совершении преступления, а также в последующем. ФИО1 после совершения преступления разговаривал с потерпевшим, ФИО5, рассказал после задержания о случившемся работникам полиции. 

Согласно заключения судебно-психиатрической комиссии экспертов подсудимый психически здоров, осознавал обстановку, в момент совершения преступления не находился в состоянии аффекта, он полностью понимал и осознавал, что делает. 

Доказательства, исследованные в суде и изложенные в приговоре, свидетельствуют об отсутствии в действиях подсудимого признаков необходимой обороны, поскольку было достоверно установлено и не отрицалось самим ФИО1, что перед нанесением им телесных повреждений ФИО4 последний не принимал никаких попыток применения насилия в отношении ФИО1 Его пояснения в суде относительно противоправных намерений потерпевшего носят предположительный характер, опровергаются показаниями свидетеля ФИО5 в части нахождения в то время на столе вилок и ножа. Более того, согласно заключения эксперта, ФИО4 находился в состоянии сильного опьянения, следовательно неожиданность посягательства, вследствие которой ФИО1 не мог объективно оценить степень и характер опасности нападения, отсутствовала. Каких-либо телесных повреждений ему ФИО4 причинено не было.

Назначая подсудимому наказание, суд в соответствии со ст.60 УК РФ учитывает характер и степень общественной опасности преступного деяния, обстоятельства его совершения, сведения, характеризующие подсудимого, влияние наказания на исправление подсудимого и условия жизни его семьи. 

Обстоятельств как отягчающих, так и смягчающих наказание ФИО1 судом по делу не установлено. 

Частичное признание вины подсудимым в совершении противоправных деяний в отношении потерпевшего и принесение извинений за содеянное перед Потерпевший №1 в последнем слове суд считает недостаточным для признания обстоятельствами, позволяющими смягчить наказание за содеянное, с учетом поведения ФИО1 после произошедшего и анализа всех его показаний на следствии и в суде. 

Судом не признается в качестве обстоятельства, отягчающего наказание подсудимого совершение преступления в состоянии опьянения, вызванном употреблением алкоголя, поскольку по делу было установлено, что подсудимый и потерпевший совместно распивали спиртные напитки, оба находились в состоянии алкогольного опьянения и высказывали в адрес друг друга оскорбления. 

До совершения преступления подсудимый по месту жительства, а также при отбывании наказания в местах лишения свободы характеризовался отрицательно, после задержания в СИЗО характеризуется посредственно, не имел постоянного источника дохода, состоит на учете у врача нарколога, неоднократно привлекался к административной ответственности. 

В отношении потерпевшего ФИО4 по месту жительства жалоб не поступало, вместе с тем, ранее он неоднократно привлекался к административной ответственности. 

Исходя из целей наказания и принципа его справедливости, закреплённого в ст.ст.6, 43 УК РФ, с учётом содеянного, суд считает необходимым назначить ФИО1 наказание в виде лишения свободы в пределах санкции инкриминируемой статьи уголовного закона.

Учитывая обстоятельства дела, данные о личности подсудимого и его материальное положение, суд полагает излишним применять дополнительный вид наказания в виде ограничения свободы, считая, что для его исправления достаточно наказания в виде лишения свободы.

Оснований для применения ст.ст.64, 73 УК РФ при назначении наказания подсудимому в судебном заседании не установлено.

Вид учреждения для отбывания наказания суд определяет на основании п.«в» ч.1 ст.58 УК РФ - исправительную колонию строгого режима, поскольку ФИО1 совершил особо тяжкое преступление.

Фактические обстоятельства совершенного подсудимым преступления и степень его общественной опасности свидетельствуют об отсутствии оснований для применения положений ч.6 ст.15 УК РФ об изменении категории преступления на менее тяжкую.

С учетом тяжести совершенного преступления, данных о личности ФИО1 (отсутствие постоянных мест жительства и работы, регистрации на территории РФ, отрицательных характеристик), в целях обеспечения надлежащего исполнения приговора, мера пресечения в виде заключения под стражу до вступления приговора в законную силу подлежит оставлению без изменения. В срок отбывания наказания подлежит зачету время содержания подсудимого под стражей с момента задержания в порядке ст.ст.91, 92 УПК РФ (с 20 марта 2017 года).

В силу положений ст.81 УПК РФ вещественные доказательства по делу, находящиеся в камере хранения Валуйского МСО СУ СК России по Белгородской области: джинсовые брюки, трусы, принадлежащие ФИО4, вырез паласа, тряпка, простынь, табурет подлежат уничтожению; пара кроссовок - возврату ФИО1, по принадлежности. 

На основании ч.2 ст.132 УПК РФ, процессуальные издержки в виде оплаты труда адвоката подлежат взысканию с подсудимого.

Гражданский иск по делу не заявлен. 

Руководствуясь ст. ст.307-309 УПК РФ, суд 

приговорил:

Признать ФИО1 виновным в совершении преступления, предусмотренного ч.4 ст.111 УК РФ и назначить ему по этой статье наказание в виде лишения свободы сроком на 9 (девять) лет 6 (шесть) месяцев, с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.

Срок отбывания наказания ФИО1 исчислять с 16 июня 2017 года.

Зачесть в срок отбывания наказания период с момента задержания в порядке ст.ст.91, 92 УПК РФ и содержания ФИО1 под стражей с 20 марта 2017 года по 15 июня 2017 года. 

Меру пресечения ФИО1 в виде заключения под стражу до вступления приговора в законную силу оставить без изменения.

Вещественные доказательства по делу: находящиеся в камере хранения Валуйского МСО СУ СК России по Белгородской области: джинсовые брюки, трусы, принадлежащие ФИО4, вырез паласа, тряпку, простынь, табурет – уничтожить, кроссовки возвратить ФИО1, по принадлежности.

Взыскать с ФИО1 в доход государства процессуальные издержки, связанные с оплатой труда адвокатов: Бабенковой С.В. на стадии предварительного расследования в размере 

<

данные изъяты> рублей; в судебных заседаниях Ласунова А.С. в размере 

<

данные изъяты> рублей, а всего на сумму 

<

данные изъяты> рублей.

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в судебную коллегию по уголовным делам Белгородского областного суда в течение 10 суток со дня его провозглашения, а осужденным, содержащимся под стражей, в тот же срок со дня вручения ему копии приговора, путем подачи жалобы или представления через Валуйский районный суд. В этот же срок осужденный вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении жалобы или представления судом апелляционной инстанции. 

Судья: (подпись)