Гражданское дело № 2-6062/2017

Мотивированное 

решение

 составлено 05.09.2017

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

31.08.2017 г. Екатеринбург

Верх-Исетский районный суд г. Екатеринбурга в составе председательствующего судьи Абрашкиной Е.Н., при секретаре Квашниной Д.С., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ОАО «Ирбитский молочный завод» о восстановлении на работе, взыскании оплаты вынужденного прогула, компенсации морального вреда, внесении изменений в трудовую книжку,

установил:

Истец обратился в суд с иском, в котором просит восстановить его на работе в ОАО «Ирбитский молочный завод» в должности инспектора торгового, взыскать оплату вынужденного прогула по день вынесения судом решения, компенсацию морального вреда в размере 50 000 руб., изменить формулировку увольнения с подп. «а» п. 6 ст. 81 Трудового кодекса Российской Федерации на п. 3 ст. 77 Трудового кодекса Российской Федерации.

В обоснование иска указано, что истец с 22.06.2015 работал в ОАО «Ирбитский молочный завод» в должности ДД.ММ.ГГГГ. 11.07.2017 приказом № ДД.ММ.ГГГГ от 10.07.2017 истец был уволен по подп. «а» п. 6 ст. 81 Трудового кодекса Российской Федерации за прогул, совершенный 13.06.2017 с 12 час. 30 мин. до 18 час. 00 мин. Истец полагает, что увольнение по указанному основанию незаконно в связи с тем, что в трудовом договоре не определено место работы истца, 13.06.2017 истец с 14 час. до 18 час. находился в полевом аудите территории А. (зона 21), работа истца носит разъездной характер. Истец полагает, что отсутствие до обеденного перерыва порядка 30 мин. (с 12 час. 30 мин. до 13 час. 00 мин.), после обеда - 4 часа (с 14 час. 00 мин. до 18 час. 00 мин.) не может служить основанием для увольнения по подп. «а» п. 6 ст. 81 Трудового кодекса Российской Федерации, поскольку отсутствие на рабочем месте было прервано обеденным перерывом.

Истец в судебном заседании поддержал доводы и требования искового заявления, просил удовлетворить в полном объеме. 

Представители ответчика в судебном заседании исковые требования не признали по основаниям, изложенным в отзыве на исковое заявление. Так представители ответчика указали, что 13.06.2017 истец около 10 час. написал заявление об увольнении по собственному желанию, сдал служебную сим-карту, ключи и документы от служебного автомобиля, собрал личные вещи и около 12 час. 30 мин. покинул рабочее место. Таким образом, истец отсутствовал на рабочем месте 13.06.2017 с 12 час. 30 мин. до 18 час. 00 мин. 14.06.2017 истец прибыл на рабочее место в 9 час. 00 мин., отозвал заявление об увольнении, уклонился от подписания приказа о направлении в командировку и в период с 14.06.2017 по 05.07.2017 истец находился на больничном. 06.07.2017 истец предоставил объяснительную, в которой указал, что 13.06.2017 с 12 час. 30мин. до 13 час. 30 мин. находился на обеде, с 13 час 30 мин. находился на полевом аудите территории ФИО2, приложив маршрутный лист. Комиссия, созданная для проведения служебного расследования по факту совершенного истцом прогула 13.06.2017, установила, что 13.06.2017 истец не посещал торговые точки, указанные в маршрутном листе. 

Помощник прокурора Рябитченков И.А. в заключении, данном в соответствии со ст. 45 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, указал, что оснований для удовлетворения исковых требований не имеется в связи с подтверждением факта отсутствия истца на рабочем месте более 4-х часов подряд. 

Исследовав материалы дела, заслушав лиц участвующих в деле, заключение прокурора суд приходит к следующему.

Согласно подп. «а» п. 6 ст. 81 Трудового кодекса Российской Федерации трудовой договор может быть расторгнут работодателем в случаях однократного грубого нарушения работником трудовых обязанностей, а именно прогула, то есть отсутствия на рабочем месте без уважительных причин в течение всего рабочего дня (смены), независимо от его (ее) продолжительности, а также в случае отсутствия на рабочем месте без уважительных причин более четырех часов подряд в течение рабочего дня (смены).

Увольнение по данному основанию является одной из мер дисциплинарного взыскания (ст. 192 ТК РФ), в связи с чем работодателем должен быть соблюден установленный статьей 193 Трудового кодекса Российской Федерации порядок применения дисциплинарного взыскания (пункт 52 Пленума).

Согласно п. 38 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17.03.2004 N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации" при рассмотрении дела о восстановлении на работе лица, уволенного по пункту 6 части первой статьи 81 Кодекса, работодатель обязан представить доказательства, свидетельствующие о том, что работник совершил одно из грубых нарушений трудовых обязанностей, указанных в этом пункте. При этом следует иметь в виду, что перечень грубых нарушений трудовых обязанностей, дающий основание для расторжения трудового договора с работником по пункту 6 части первой статьи 81 Кодекса, является исчерпывающим и расширительному толкованию не подлежит.

Помимо этого, работодателю необходимо представить доказательства, свидетельствующие не только о том, что работник совершил дисциплинарный проступок, но и о том, что при наложении взыскания учитывались тяжесть этого проступка, обстоятельства, при которых он был совершен, предшествующее поведение работника, его отношение к труду (пункт 53 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17.03.2004 № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации»).

Таким образом, в силу приведенных выше норм закона, дисциплинарное взыскание может быть применено к работнику за нарушение им трудовой дисциплины, то есть за дисциплинарный проступок.

Согласно ст. 193 Трудового кодекса Российской Федерации до применения дисциплинарного взыскания работодатель должен затребовать от работника письменное объяснение. Если по истечении двух рабочих дней указанное объяснение работником не предоставлено, то составляется соответствующий акт.

Дисциплинарное взыскание применяется не позднее одного месяца со дня обнаружения проступка, не считая времени болезни работника, пребывания его в отпуске, а также времени, необходимого на учет мнения представительного органа работников.

Судом установлено, что истец работал в период с 22.06.2015 по 11.07.2017 в ОАО «Ирбитский молочный завод» в должности инспектора торгового, что подтверждается трудовым договором от 22.06.2015 и приказом от 10.07.2017 (л.д. 17-21, 26). 

13.06.2017 истец написал заявление об увольнении по собственному желанию 13.06.2017 (л.д. 66). 

Поскольку не было согласовано работодателем увольнение до истечения срока предупреждения об увольнении – 13.06.2017, следовательно, работодатель должен был уволить истца по собственному желанию 27.06.2017. В связи с тем, что истец находился на больничном в период с 14.06.2017 по 05.07.2017, работодатель должен был уволить истца по собственному желанию в день выхода истца на работу - 06.07.2017.

При этом, 06.07.2017 работодатель не предпринял никаких действий и работник не настаивал на увольнении по собственному желанию, следовательно, действие трудового договора продолжилось. 

Трудовым договором от 22.06.2015 не определены условия о рабочем месте и месте работы истца (л.д. 17-21). 

Между тем, истец в судебном заседании не оспаривал, что его рабочим местом является офис, расположенный по адресу: ДД.ММ.ГГГГ

Более того, истец в объяснительной от 06.07.2017 (л.д. 65), в заявлении об увольнении от 13.06.2017 (л.д. 66), заявлении от 07.07.2017 (л.д. 68) указывает в качестве своего рабочего места офис, расположенный по адресу: ДД.ММ.ГГГГ 

Наличие у истца разъездного характера работы не является препятствием для расторжения трудового договора с работником по пункту 6 части первой статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации. 

Судом установлено, что 13.06.2017 истец отсутствовал на рабочем месте с 12 час. 30 мин. до 18 час. 00 мин., что подтверждается актом от 13.06.2017 (л.д. 49). 

15.06.2017 истцу было вручено уведомление о предоставлении объяснений по факту отсутствия на рабочем месте (л.д. 50), на которой истец указал, что объяснение будет предоставлено 20.06.2017.

06.07.2017 истец предоставил объяснительную, в которой указал, что 13.06.2017 с 12 час. 30 мин. до 13 час. 30 мин. истец был на обеде, с 13 час. 30 мин. до 18 час. 00 мин. истец находился в полевом аудите территории А. (Зона 21), приложив копию маршрутного листа (л.д. 65, 70). 

В маршрутном листе указано, что истец 13.06.2017 посетил следующие магазины: «Кировский» (

<

...>), ТС «Верный» (

<

...>), ТС «Верный» (

<

...>), «Кировский» (

<

...>), ТС «Верный» (

<

...>), «Кировский» (

<

...>), ТС «Верный» (

<

...>), «Кировский» (

<

...>), ТС «Верный» (

<

...>), «Кировский» (

<

...>) (л.д. 70). 

06.07.2017 приказом была создана комиссия для проведения служебного расследования по факту проверки достоверности сведений, указанных истцом в объяснительной от 06.07.2017 (л.д. 51). 

Согласно письмам заведующего магазина «Кировский» (

<

...>) от 06.07.2017, заведующего ТС «Верный» (

<

...>) от 06.07.2017, директора ТС «Верный» (

<

...>) от 07.07.2017, директора филиала магазина «Кировский» (

<

...>) от 06.07.2017, директора ТС «Верный» (

<

...>) от 07.07.2017, заместителя заведующего магазина «Кировский» (

<

...>) от 07.07.2017, директора ТС «Верный» (

<

...>) от 07.07.2017, заместителя заведующего магазина «Кировский» (

<

...>) от 06.07.2017, директора ТС «Верный» (

<

...>) от 07.07.2017, директора магазина «Кировский» (

<

...>) от 06.07.2017 истец 13.06.2017 в указанных магазинах не появлялся (л.д. 52-61). 

Таким образом, к показаниям истца о том, что он 13.06.2017 с 14 час. до 18 час. выполнял трудовые функции суд относится критически, поскольку указанные показания опровергаются письмами должностных лиц магазинов, показаниями свидетелей. 

Довод истца о том, что по характеру его работы не обязательно во время аудита контактировать с сотрудниками магазина судом не принимается. Как пояснил свидетель Б.., занимающий аналогичную должность, в рамках аудита выясняются вопросы о наличии товара на складе магазина, о наличии всего ассортимента товара на полках магазина, что не возможно без опроса ответственного или иного сотрудника магазина.

Кроме того, истец в судебном заседании давал противоречивые показания. Так истец суду пояснил, что 13.06.2017 посетил торговые точки по ул. Соболева, 

<

...> в г. Екатеринбурге. При этом в маршрутном листе (л.д. 70) перечисленные магазины не указаны. В исковом заявлении и судебном заседании истец указал, что отсутствовал на рабочем месте (офис по адресу: ДД.ММ.ГГГГ) 13.06.2017 с 14 час. 00 мин. до 18 час. 00 мин., а в объяснительной от 06.07.2017 истец указал, что 13.06.2017 с 12 час. 30 мин. до 13 час. 30 мин. находился на обеде, с 13 час. 30 мин. до 18 час. 00 мин. находился в полевом аудите (л.д. 65).

Более того, свидетель В. в судебном заседании пояснил, что 13.06.2017 по распоряжению руководства ОАО «Ирбитский молочный завод» снял колеса со служебного автомобиля истца, который в течение рабочего дня находился на служебной стояке. Свидетели Г.., Д.. и Б. суду пояснили, что 13.06.2017 около 12 час. истец передал Г. сим-карту, забрал личные вещи, сказал, что уволился и покинул рабочее место. 

Таким образом, суд расценивает показания истца как направленные на более благоприятную процессуальную позицию. 

Учитывая вышеизложенное, суд считает, что факт отсутствия истца на рабочем месте 13.06.2017 с 12 час. 30 мин. до 18 час. 00 мин. без уважительных причин нашел свое подтверждение. 

Трудовым договором от 22.06.2015 истцу установлен режим рабочего времени: с 09 час. 00 мин. до 18 час. 00 мин., перерыв для отдыха и питания с 13 час. 00 мин. до 14 час. 00 мин. (л.д. 17-21). 

Довод истца о том, что отсутствие на рабочем месте до обеденного перерыва порядка 30 мин. (с 12 час. 30 мин. до 13 час. 00 мин.), после обеда - 4 часа (с 14 час. 00 мин. до 18 час. 00 мин.) не может служить основанием для увольнения по подп. «а» п. 6 ст. 81 Трудового кодекса Российской Федерации, поскольку отсутствие на рабочем месте было прервано обеденным перерывом, отклоняется. 

Исходя из требований статьей 91 и 108 Трудового кодекса Российской Федерации обеденный перерыв не прерывает продолжительности рабочего времени, поскольку Кодекс не определяет рабочий день как рабочее время в течение дня до обеда и рабочее время после обеда.

Более того, суд принимает во внимание пояснения истца о том, что он фактически самостоятельно изменил время обеденного перерыва, установленного с 13 час. 00 мин. до 14 час. 00 мин., на более ранее с 12 час. 30 мин. до 13 час. 30 мин. 

Суд учитывает, что при наложении на истца дисциплинарного взыскания в виде увольнения со стороны работодателя были соблюдены порядок, процедура и срок его применения.

Кроме того, истец ранее привлекался к дисциплинарной ответственности в виде замечания (приказ от 10.03.2017, л.д. 62), указал в качестве причин отсутствия на рабочем месте 13.06.2017 с 12 час. 30 мин. до 18 час. 00 мин. недостоверную информацию, поэтому суд приходит к выводу, что примененная к истцу мера дисциплинарной ответственности в виде увольнения является соразмерной тяжести совершенного проступка.

Таким образом, суд приходит к выводу о законности увольнения истца подп. «а» п. 6 ст. 81 Трудового кодекса Российской Федерации. Поскольку судом увольнение истца признано законным, следовательно, в требованиях истца об оплате вынужденного прогула по день вынесения судом решения, компенсации морального вреда в размере 50 000 руб., изменении формулировки увольнения с подп. «а» п. 6 ст. 81 Трудового кодекса Российской Федерации на п. 3 ст. 77 Трудового кодекса Российской Федерации следует отказать.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 194 – 198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд 

РЕШИЛ:

исковые требования ФИО1 к ОАО «Ирбитский молочный завод» о восстановлении на работе, взыскании оплаты вынужденного прогула, компенсации морального вреда, внесении изменений в трудовую книжку оставить без удовлетворения. 

Решение суда может быть обжаловано в апелляционном порядке в Свердловский областной суд через Верх-Исетский районный суд г. Екатеринбурга в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Судья ДД.ММ.ГГГГ Е.Н. Абрашкина