Дело № 2-2751/2019

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

02 декабря 2019 года Ленинский районный суд г. Челябинска в составе:

Председательствующего Пономаренко И.Е.

с участием прокурора Сидоровой М.В.,

при секретаре Пинчук М.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ООО «ЛД ПРАЙД» о взыскании компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в суд с иском к ООО «ЛД ПРАЙД» о взыскании компенсации морального вреда в размере 500000 руб.

В обоснование требований указал, что с ДД.ММ.ГГГГ работает в ООО «ЛД ПРАЙД», с ДД.ММ.ГГГГ в должности оператора станков. В результате несчастного случая произошедшего ДД.ММ.ГГГГ произошло травматическое отчленение левой кисти вместе с пальцем циркулярной пилой. По данному факту составлен Акт №, согласно которому несчастный случай произошел по вине ответчика, не обеспечившего безопасные условия труда. Утрата трудоспособности составила 10%, в результате чего он лишился прежнего заработка. Никаких выплат, в связи с получением травмы, ответчик не произвел.

Истец ФИО1 в судебном заседании исковые требования поддержал в полном объеме по основаниям, указанным в иске, пояснил, что в связи с травмой испытывала нравственные страдания, произошла частичная утрата трудоспособности.

Представитель истца ФИО2 в судебном заседании исковые требования поддержал в полном объеме по основаниям, указанным в иске.

Представитель ответчика в судебном заседании с заявленными требованиями не согласилась, указала, что довод истца о необеспеченности безопасных условий труда необоснован, истец ознакомлен с инструкцией труда, ему выданы средства индивидуальной защиты - спецодежда, спецобувь, с ним была проведена проверка знаний требований охраны труда в объеме 20 часов, в отношении рабочего места проведена оценка условий, согласно которой рабочему месту истца присвоен 2 класс - допустимые условия труда. В качестве оной из причин несчастного случая комиссия определила нарушение истцом инструкции, а именно: работа на станке в рукавицах, ручная проверка размеров детали, снятие детали для контроля при не отключенных механизмах, истец не обесточил станок перед тем как снять заготовку, чем нарушил правила охраны труда. Истцу в полном объеме выплатили пособие по временной нетрудоспособности, с заявлениями о выплате иных компенсаций истец не обращался. Заявленный размер компенсации морального вреда чрезмерно завышен, просила учесть, что причиной получения травмы явилось нарушение истцом инструкции по охране труда, по истечении периода нетрудоспособности истцу разрешено приступить к работе, утрата трудоспособности в размере 10% устанавливается в случае, если пострадавший может выполнять работу по профессии со снижением объема профессиональной деятельности 1/10 часть прежней нагрузки, в переобучении истец не нуждается, работа в прежней должности не противопоказана.

Суд, выслушав истца, представителя истца, представителя ответчика, исследовав письменные материалы дела, проверив и оценив все доказательства в совокупности, выслушав заключение прокурора, который полагал требования истца подлежащими удовлетворению частично, приходит к следующему.

В соответствии со статьей 212 Трудового кодекса Российской Федерации обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагаются на работодателя. Работодатель обязан обеспечить, в том числе безопасность работников при эксплуатации зданий, сооружений, оборудования, осуществлении технологических процессов, а также применяемых в производстве инструментов, сырья и материалов; применение прошедших обязательную сертификацию или декларирование соответствия в установленном законодательством Российской Федерации о техническом регулировании порядке средств индивидуальной и коллективной защиты работников; обучение безопасным методам и приемам выполнения работ и оказанию первой помощи пострадавшим на производстве, проведение инструктажа по охране труда, стажировки на рабочем месте и проверки знания требований охраны труда; информирование работников об условиях и охране труда на рабочих местах, о риске повреждения здоровья, предоставляемых им гарантиях, полагающихся им компенсациях и средствах индивидуальной защиты.

Согласно статье 237 Трудового кодекса Российской Федерации моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Из правовой позиции, изложенной в пункте 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 г. N 1, следует, что причинение вреда жизни или здоровью гражданина умаляет его личные нематериальные блага, влечет физические или нравственные страдания, потерпевший, наряду с возмещением причиненного ему имущественного вреда, имеет право на компенсацию морального вреда при условии наличия вины причинителя вреда. Независимо от вины причинителя вреда осуществляется компенсация морального вреда, если вред жизни или здоровью гражданина причинен источником повышенной опасности (статья 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации компенсация). При этом суду следует иметь в виду, что, поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда.

В судебном заседании установлено, что ФИО1 работал в ООО «ЛД ПРАЙД» с ДД.ММ.ГГГГ, с ДД.ММ.ГГГГ по профессии оператора станков.

ДД.ММ.ГГГГ в 15 часов 45 минут работая на станке 1.2, после окончания распила прутка ФИО1, стал извлекать обрезок прутка из валиков станка. В это момент его рука находилась под отрезным диском пилы, чтобы протолкнуть обрезок прутка, а правой рукой ФИО1 тянул обрезок с обратной стороны. Со слов ФИО1 в этот момент пила дернулась и заработала, и вращающийся отрезной диск опустился ему на кисть левой руки.

Основной причиной несчастного случая согласно акту № о несчастном случае на производстве Формы Н-1 от ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 12-14) явился недостаточный контроль со стороны ответственного за соблюдением требований локальных нормативных актов подчиненным персоналом, выразившемся в нарушении мастером ФИО3 п. 3.3. инструкции по охране труда для мастера № в части отсутствия надлежащего контроля за правильным и безопасным выполнением работ подчиненным персоналом. Сопутствующей причиной явилось нарушение требований охраны труда, выразившееся в нарушении оператором станка ФИО1 п. 3.9 и 3.14 инструкции по охране труда для оператора станков ИОТ № в части работы на станках в рукавицах или перчатках и ручной проверкой размеров обрабатываемых деталей для контроля при не отключенных механизмах вращения или перемещения заготовок, инструмента, приспособлений. Лицами допустившими нарушения признаны ФИО3 - мастер и ФИО1

Истец и ответчик в ходе рассмотрения спора акт № о несчастном случае на производстве не оспаривали.

Согласно медицинскому заключению ФИО1 выставлен диагноз - неполное травматическое отчленение левой кисти, причинен легкий вред здоровью (л.д. 15).

Из выписного эпикриза МУЗ ГКБ № травматологического отделения следует, что ФИО1 находился на стационарном лечении в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, с диагнозом: 

<

данные изъяты>

С ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 установлена степень утраты профессиональной трудоспособности в процентах - 10, что подтверждается справкой МСЭ - № № (л.д. 19).

В силу части 8 статьи 229.2 Трудового кодекса Российской Федерации степень вины застрахованного устанавливается в процентах только, если грубая неосторожность застрахованного содействовала возникновению или увеличению вреда, причиненного его здоровью.

Трудовым и иным законодательством не предусмотрено установление вины работодателя в процентном отношении, поскольку работодатель в силу части 2 статьи 22 и статьи 212 Трудового кодекса Российской Федерации обязан обеспечивать безопасность и условия труда, соответствующие государственным нормативным требованиям охраны труда, обеспечивать работников средствами индивидуальной защиты, необходимыми для исполнения ими трудовых обязанностей, а также возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей.

С учетом вышеизложенных норм права в совокупности с обстоятельствами дела и представленными сторонами доказательствами, суд приходит к выводу, что ответчик не представил в суд доказательства обеспечения ФИО1 безопасных условий труда, качество жизни истца после травмы ухудшилось, истец лишился заработка на который мог рассчитывать до получения травмы, также суд учитывает степень утраты профессиональной трудоспособности, длительность лечения истца и наличие неосторожных действий самого работника в произошедшем несчастном случае.

В пункте 17 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26 января 2010 г. N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина" разъяснено, что "виновные действия потерпевшего, при доказанности его грубой неосторожности и причинной связи между такими действиями и возникновением или увеличением вреда, являются основанием для уменьшения размера возмещения вреда. При этом уменьшение размера возмещения вреда ставится в зависимость от степени вины потерпевшего. Вопрос о том, является ли допущенная потерпевшим неосторожность грубой, в каждом случае должен решаться с учетом фактических обстоятельств дела (характера деятельности, обстановки причинения вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего, его состояния и др.)".

Определяя размер компенсации морального вреда, причиненного истцу, суд исходит из следующего.

В соответствии со ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические и нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Истец ввиду получения травмы проходил длительное болезненное лечение, вынужден был постоянно принимать обезболивающие препараты, до настоящего времени испытывает нравственные страдания по поводу того, что лишился пальца руки, эти страдания носят длящийся характер.

Ответчик при разрешении спора не оспаривал вину в произошедшем, однако возражал против заявленного размера морального вреда, указывая на наличие неосторожности истца.

Принимая во внимание обстоятельства дела, характер и степень причиненного вреда здоровью истца, его физические и нравственные страдания, а также принципы разумности и справедливости, суд полагает, что компенсации подлежит моральный вред в сумме 80000 руб.

Согласно ст. 103 ГПК РФ государственная пошлина, от уплаты которой истец был освобожден, взыскиваются с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворенной части исковых требований. 

С учетом требований ст. 103 ГПК РФ с ответчика в доход местного бюджета подлежит взысканию государственная пошлина в размере 300 руб.

Руководствуясь ст.ст. 12, 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 к ООО «ЛД ПРАЙД» о взыскании компенсации морального вреда, удовлетворить частично.

Взыскать с ООО «ЛД ПРАЙД» в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 80000 руб. 

В удовлетворении остальной части требований ФИО1 к ООО «ЛД ПРАЙД» о взыскании компенсации морального вреда, отказать.

Взыскать с ООО «ЛД ПРАЙД» в доход местного бюджета государственную пошлину в размере 300 руб. 

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Челябинский областной суд в течение месяца со дня изготовления мотивированного решения, через Ленинский районный суд г. Челябинска.

Председательствующий И.Е. Пономаренко

Мотивированное решение изготовлено 09.12.2019 г.