Дело № 2-775/2020

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

18 ноября 2020 года город Чаплыгин

Чаплыгинский районный суд Липецкой области в составе:

председательствующего судьи Примаковой А.С.,

при секретаре Выприцкой Г.Н.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску СППК «Раненбургские сыровары» к ФИО2, ФИО3 о взыскании задолженности и суммы неосновательного обогащения,

УСТАНОВИЛ:

Истец СППК «Раненбургские сыровары» обратился в суд с иском к ФИО2, ФИО3 о взыскании задолженности и суммы неосновательного обогащения. В обоснование исковых требований истец указал, что ДД.ММ.ГГГГ между СППК «Раненбургские сыровары» и ответчиками было достигнуто соглашение, оформленное распиской от 06.07.2017 года, в соответствии с которым ответчики получили от СППК «Раненбургские сыровары» зерноуборочный комбайн Дон 1500Б и дисковую борону Антарес 6*4 для проведения сельскохозяйственных работ. После окончания полевых работ 2017 года ответчики обязались выкупить вышеперечисленную технику за 2 000 000 рублей с окончательным расчетом до 01 января 2018 года. Однако, ответчики свое обязательство по уплате стоимости товара в размере 2 000 000 руб. в срок до 01.01.2018 года не исполнили, по состоянию на 23.07.2020 года размер процентов за пользование чужими денежными средствами составляет 358 154 рубля 48 коп. Кроме того, в соответствии с распиской от 17.01.2018 года ответчики получили от истца сахар в количестве 110 мешков в целях расчета с пайщиками по договорам аренды земельных участков за 2017 год, общий вес мешков составил 5 500 кг стоимостью 156 750 руб.. Ответчики не исполнили обязательств, вследствие чего возникло неосновательное обогащение в виде стоимости мешков сахара. Просят суд взыскать с ответчиком задолженность по расписке от 06.07.2017 года в размере 2 000 000 руб., проценты за пользование чужими денежными средствами за просрочку оплаты товара в размере 358 154, 48 руб., сумму неосновательного обогащения в размере 156 750 руб., проценты за пользование чужими денежными средствами на сумму неосновательного обогащения в размере 27 537,82 руб., а так же судебные расходы по оплате госпошлины.

Впоследствии представитель истца по доверенности ФИО4 уточнила исковые требования в порядке ст. 39 ГПК РФ и просила взыскать с ответчиков задолженность по расписке от 06 июля 2017 года в размере 2 000 000 руб., проценты за пользование чужими денежными средствами за просрочку оплаты товара в размере 375 845,74 руб., сумму неосновательного обогащения в размере 156 750 руб., проценты за пользование чужими денежными средствами на сумму неосновательного обогащения в размере 28 924, 37 руб., судебные расходы по оплате госпошлины в размере 20 912 руб..

Представитель истца СППК «Раненбургские сыровары» по доверенности ФИО4 в судебном заседании уточненные исковые требования поддержала по основаниям, изложенным в исковом заявлении и в письменных пояснениях от 02.11.2020 года. Дополнительно объяснила, что факт получения ответчиками сельскохозяйственной техники от истца подтверждается распиской от 06.07.2017 года, в которой конкретно указана сельскохозяйственная техника переданная ответчикам. Данная расписка представляет собой договор купли- продажи сельскохозяйственной техники, она содержит все данные о предмете договора, подтверждает факт передачи имущества на указанных условиях, оплата по данной расписке ответчиками не произведена. Ответчики договорные обязательства не исполнили и не намерены их исполнять. Доводы ответчика о том, что расписка не является договором купли-продажи и в ней не указано наименование товара, полагала надуманными, заявленными с целью избежать имущественной ответственности. Кроме того, ответчиками не оспаривался факт получения сельскохозяйственной техники у истца, однако надлежащих доказательств передачи ее истцу не представлено. Указала, что получив сельскохозяйственную технику по расписке от 06 июля 2017 года ответчика взяли на себя обязательство по обеспечению сохранности данного имущества, однако до настоящего времени не выкупили данную технику и не представили доказательств ее возврата истцу. Указала, что в ходе судебных заседаний было установлено, что ответчики осуществляли сельскохозяйственную деятельность, заключали договора аренды земельных участков в 2017 году. По просьбе ответчика истцом был предоставлен сахар в количестве 110 мешков для расчета с пайщиками при осуществлении ответчиком сельскохозяйственной деятельности. Однако, до настоящего времени, расчет по сахару между истцом и ответчиком не произведен, стоимость сахара не оплачена ответчика, что является неосновательным обогащением. Допрошенные в судебном заседании свидетели, в своих показаниях не объективны, пояснили, что ранее состояли с ответчиком ФИО3 в трудовых отношениях, и к их показаниях необходимо отнестись критически. В связи с вышеизложенным, просила уточненные требования истцов удовлетворить в полном объеме.

Ответчик ФИО3 в судебном заседании исковые требования не признала, указала, что после смерти ее супруга в 2017 году она вступило в наследство и как глава крестьянского (фермерского) хозяйства осуществляла сельскохозяйственную деятельность, ранее с истцами осуществлял сотрудничество ее муж. У СППК «Раненбургские сыровары» не имелось своих земельных участков для осуществления сельскохозяйственной деятельности, они в Чаплыгинском районе никого не знали, в связи с чем через нее договорилась о предоставлении в аренду земельных участков, на которых осуществляли сельскохозяйственные работы. В 2017 года истцами была приобретена сельскохозяйственная техника для осуществления сельскохозяйственных работ. Техника была предоставлена для осуществления уборки урожая СППК «Раненбургские сыровары». Расписка от 06.07.2017 года была подписана ее сыном, поскольку техника была передана для уборки урожая. Необходимости и финансовой возможности для приобретения сельскохозяйственной техники указанной в расписке не имелось. После проведения уборочных работ, технику и урожай забрали сотрудники СППК «Раненбурские сыровары», в настоящее время данная техника стоит в селе Буховом Чаплыгинского района, недалеко от склада СППК «Раненбурские сыровары». Относительно расписки от 17.01.2018 года указала, что у нее в собственности есть земельный участок, на котором она осуществляет сельскохозяйственную работу, договора аренды земельных участков она не заключала. Данный сахар был предоставлен истцом для расчета с пайщиками тех земельных участков, которыми пользовались истцы. Обязательство указанное в расписке она исполнила в полном объеме. Просила суд в удовлетворении исковых требований отказать в полном объеме.

Ответчик ФИО2 в судебном заседании исковые требования не признал, просил суд в удовлетворении исковых требований отказать.

Представитель истца ФИО2 по доверенности ФИО5 в судебном заседании исковые полагал не подлежащими удовлетворению, указал, что представленная истцами расписка от 06 июля 2017 года не является договором купли продажи сельскохозяйственной техники, так как в тексте расписки указано, что ФИО2 получил сельскохозяйственную технику для проведения сельскохозяйственных работ, после окончания полевых работ 2017 года, обязуется «выкупить» вышеперечисленную технику за 2 000 000 рублей. В данной расписке ответчик ФИО2 высказывает свое намерение, обсуждает предварительный договор на покупку техники после окончания полевых работ. Исходя из текста расписки следует, что ответчик обязался «выкупить», то есть в последующем заключить с истцом договор купли- продажи техники до 01.01.2018 года, однако, данный договор между сторонами заключен не был. Кроме того, в расписке не в полном объеме отражены все необходимые идентификационные характеристики предмета расписки, а именно государственно регистрационный номер, данные технического паспорта и другие индивидуально определенные характеристики, что так же свидетельствует о том, что расписка не является договором купли продажи сельскохозяйственной техники. Указанная в расписке от 06.07.2017 года сельскохозяйственная техника была передана ФИО6 для уборки урожая принадлежащего СППК «Раненбурские сыровары», в связи с чем ФИО2 была подписана данная расписка, однако возможности для покупки техники у ответчиков не было. Согласно пояснений свидетелей, сельскохозяйственная техника приобреталась истцом накануне подписании расписки именно для того, что бы данная техника работала на земельных участках истца и осуществлялся сбор их урожая. По данной расписке ФИО2 была передана техника в безвозмездное пользование, для проведения сельскохозяйственных работ на полях истца, что подтвердили в судебном заседании допрошенные свидетели. Кроме того, указал, что ответчик ФИО2 не является членом крестьянского (фермерского) хозяйства, главой фермерского хозяйства является его мать ФИО3, которая предъявляемую истцом расписку не подписывала. Согласно выписке по операциям на счете ФИО3 за период с 01.01.2017 г по 31.12.2017 г. значительных зачислений не имелось, что так же подтверждает, что финансовой возможности для приобретения техники у ФИО3 не имелось. После уборки урожая, истец забрал сельскохозяйственную технику, а так же собранный на данной технике урожай. В настоящее время указанная в расписке техника находится в селе Буховом Чаплыгинского района, недалеко от складских помещений истца. Обратил внимание на то обстоятельство, что расписка подписана ФИО2 который не является членом крестьянского (фермерского ) хозяйства, где главой является его мать ФИО3 Относительно требований по расписке от 17.01.2018 года, пояснил, что действительно ФИО3 получила от истца указанный в расписке сахар и выполнила указанную в расписке обязанность, расплатилась с пайщиками по договорам аренды земельных участков за 2017 год, в подтверждение чего представлена ведомость. ФИО3 имеет в собственности земельный участок в селе Буховом и необходимости в заключении аренды других земельных участков не имелось. Расписка от 18.01.2018 года была подписана ФИО3 с целью осуществления расчета с пайщиками за земельные участки которые находились в пользовании у истца. В связи с чем ФИО3 производился расчет, и в ее действиях неосновательного обогащения не имелось. В связи с изложенными обстоятельствами просил в иске отказать.

Выслушав объяснения представителей сторон, свидетелей, исследовав материалы дела, суд приходит к следующим выводам.

Согласно ч 2. ст. 1 ГК РФ граждане (физические лица) и юридические лица приобретают и осуществляют свои гражданские права своей волей и в своем интересе. Они свободны в установлении своих прав и обязанностей на основе договора и в определении любых не противоречащих законодательству условий договора.

На основании ч. 1 и 4 ст. 421 ГК РФ граждане и юридические лица свободны в заключении договора. Понуждение к заключению договора не допускается, за исключением случаев, когда обязанность заключить договор предусмотрена настоящим Кодексом, законом или добровольно принятым обязательством.

Согласно п.1 ст. 454 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору купли-продажи одна сторона (продавец) обязуется передать вещь (товар) в собственность другой стороне (покупателю), а покупатель обязуется принять этот товар и уплатить за него определенную денежную сумму (цену).

В соответствии со ст. 432 Гражданского кодекса РФ договор считается заключенным, если между сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора. Существенными являются условия о предмете договора, условия, которые названы в законе или иных правовых актах как существенные или необходимые для договоров данного вида, а также все те условия, относительно которых по заявлению одной из сторон должно быть достигнуто соглашение. 

В силу положений статьи 431 Гражданского кодекса Российской Федерации при толковании условий договора судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений. Буквальное значение условия договора в случае его неясности устанавливается путем сопоставления с другими условиями и смыслом договора в целом. Если правила, содержащиеся в части первой настоящей статьи, не позволяют определить содержание договора, должна быть выяснена действительная общая воля сторон с учетом цели договора. При этом принимаются во внимание все соответствующие обстоятельства, включая предшествующие договору переговоры и переписку, практику, установившуюся во взаимных отношениях сторон, обычаи, последующее поведение сторон.

Судом установлено и из материалов гражданского дела следует, что на основании договора № от 06 июля 2017 года заключенного в городе Ростов на Дону между СППК «Раненбургские сыровары» в лице председателя ФИО7 и ИП ФИО8, СППК «Раненбургские сыровары» приобрели комбайн зерноуброчный РСМ-10Б Дон 1500Б, год выпуска: 2004, зав. №, двигатель №, цвет: яркая зелень, гос. номер №, № стоимостью 1 000 000 руб. 

Данная техника была передана покупателю СППК «Раненбургские сыровары» по акту приема передачи от 06 июля 2017 года.

Согласно светокопии счет фактуры № от 20 июля 2017 года, истцом произведена оплата стоимости комбайна зерноуборочного РСМ-10Б Дон1500Б ПСМ АВ №, дата отгрузки, передачи – 20.07.2017 года.

В тот же день, 06.07.2017 года ФИО2 была собственноручно подписана расписка СППК «Раненбургские Сыровары», из содержания которой усматривается, что ФИО3 и ФИО2 получили от СППК «Раненбурские сыровары» зерноуборочный комбайн Дон-1500Б и дисковую борону Антарес 6*4 для проведения сельскохозяйственных работ. После окончания полевых работ 2017 года, обязуется выкупить вышеперечисленную технику за 2 000 000 (два миллиона) рублей с окончательным расчетом до первого января 2018 года. (л.д.14). 

Исходя из буквального толкования содержания представленной истцом расписки, следует, что ФИО2 получил сельскохозяйственную технику для проведения работ и выразил свое намерение о том, что после окончания полевых работ 2017 года, выкупит вышеперечисленную технику с окончательным расчетом до 01.01.2018 года. 

Сторонами в судебном заседании не оспаривалось, что действительно данная расписка была подписана ФИО2, кроме того стороны подтвердили, что действительно сельскохозяйственная техника была передана ответчикам ФИО6 для проведения сельскохозяйственных работ.

После окончания полевых работ 2017 года, между сторонами договор купли продажи сельскохозяйственной техники не заключался.

Определенная распиской от 06.07.2017 года между сторонами договоренность о выкупе техники не была реализована сторонами, договор купли продажи подписан не был.

Из объяснений данных ответчиками К-ными в судебном заседании, суд приходит к выводу, что договор купли продажи между сторонами не был заключен в виду отсутствия волеизъявления стороны.

Обращаясь к буквальному содержанию представленной расписки от 06.07.2017 года, суд считает, что данная расписка содержит предварительную договоренность о последующем выкупе, которая сторонами не была реализована. Исходя из правовой природы договора купли продажи, а так же учитывая, что истец в один день приобрел спорную сельскохозяйственную технику и стороны оформили распиской факт передачи техники от истца к ответчику, а так же закрепили в расписке намерение ФИО2 на приобретение сельскохозяйственной техники.

С учетом изложенных обстоятельств, данная расписка не подтверждает возникновение обязанности по выплате ответчиком стоимости сельскохозяйственной техники.

Разрешая довод представителя истца относительно того, что не имеется доказательств подтверждающих факт возврата истцу спорной сельскохозяйственной техники, суд учитывает и принимает показания свидетелей ФИО9 и ФИО10, которые подтвердили, что они осуществляли полевые работы на данной технике, знали об имеющемся сотрудничестве между истцом и ответчиком, а так же подтвердили в судебном заседании, что техника была передана истцу и до настоящего времени находится в пользовании у истца в селе Буховом Чаплыгинского района, поскольку истцами данная техника использовалась по назначению в последующем в 2018 году и в настоящее время.

У суда нет оснований ставить под сомнение показания допрошенных свидетелей, поскольку доказательств их заинтересованности в исходе дела суду не представлено. Довод относительно того, что свидетели ранее состояли с ФИО3 в трудовых отношениях, не подтверждает факт дачи свидетелями ложных показаний, поскольку свидетели подтвердили так же факт осуществления работы и для истцов, какой либо заинтересованности в даче показаний суд не усматривает.

Довод представителя истца относительно того, что свидетели не смогли конкретно назвать работника либо данные лица, кто технику забрал после проведения работ, суд считает не состоятельным, поскольку свидетели давали четкие и конкретные пояснения относительно того, какие работы они осуществляли, на каких полях проводились работы, и пояснили, что изначально сельскохозяйственная техника приобреталась истцом, о чем они были осведомлены. Свидетель ФИО1 пояснил, что участвовал в выборе комбайна при его покупке, осуществлял его доставку, пояснил, что в настоящее время комбайн находится на базе в селе Буховое Чаплыгинского района Липецкой области.

Представителем истца в подтверждение довода о том, что истец не располагает данными о том, где находится спорная техника и по адресу месторасположения истца техники не имеется, представили заключение эксперта № от 08.08.2016 года, в котором содержится описание помещений и окрестностей занимаемой истцами территории.

Однако, суд учитывает, что указанное заключение не свидетельствует о наличии или отсутствии спорной сельскохозяйственной техники у истца, поскольку представлено заключение о проведении товароведческой экспертизы, перед экспертом ставились вопросы не относящиеся к вопросу о размещении спорной техники.

Таким образом, истцом не представлено достаточных доказательств факта заключения с ответчиком договора купли -продажи указанной в расписке техники и обязанности ответчиков по уплате стоимости товара, а так же процентов за пользование чужими денежными средствами.

Разрешая требование о взыскании неосновательного обогащения, суд приходит к следующему выводу.

Судом установлено, что 18 января 2018 года ФИО3 собственноручно подписала расписку от 17.01.2018 года, согласно которой она и ФИО2 получили от СППК «Раненбургские сыровары» сахар в количестве 110 мешков для расчета с пайщиками по договорам аренды земельных участков за 2017 год.

В обоснование заявленных требований представитель истица указала, что ФИО3 обратилась к истцу за материальным вложением с обещанием в дальнейшем произвести расчеты с истцом, однако никакого встречного предоставления от истца не имелось. Указала, что ФИО3 действуя в своих интересах, расплатилась со своими пайщиками за аренду земельных участков, выплатив им предоставленный СППК «Раненбургские сыровары» сахар по ведомости от 18.01.2017 года.

В соответствии со ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями п. 3 ст. 123 Конституции Российской Федерации и ст. 12 Гражданского кодекса Российской Федерации, закрепляющих принцип состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом. 

В соответствии со ст. 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы.

Согласно ст. 15 Гражданского кодекса Российской Федерации, лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных убытков. Под убытками понимаются расходы, которое лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

В соответствии со ст. 1102 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение), за исключением случаев, предусмотренных статьей 1109 настоящего Кодекса.

В силу п. 4 ст. 1109 Гражданского кодекса Российской Федерации не подлежат возврату в качестве неосновательного обогащения заработная плата и приравненные к ней платежи, денежные суммы и иное имущество, предоставленные во исполнение несуществующего обязательства, если приобретатель докажет, что лицо, требующее возврата имущества, знало об отсутствии обязательства либо предоставило имущество в целях благотворительности.

Из буквального толкования ст. 1102 Гражданского кодекса РФ следует, что для возникновения обязательства из неосновательного обогащения необходимо наличие одновременно трех условий: факта приобретения или сбережения имущества, приобретение или сбережение имущества за счет другого лица и отсутствие правовых оснований неосновательного обогащения, а именно: приобретение или сбережение имущества одним лицом за счет другого лица не основанное ни на законе, ни на сделке.

При этом при доказанности факта приобретения ответчиком имущества за счет другого лица (истца), на ответчике в соответствии со ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации лежит обязанность доказать наличие у него предусмотренных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобретения такого имущества, а также наличие оснований, предусмотренных ст. 1109 Гражданского кодекса.

Из указанных норм в их взаимосвязи следует, что обязанность подтвердить основание получения денежных средств либо обстоятельства, при которых неосновательное обогащение не подлежит возврату, лежит на получателе этих средств.

Представитель ответчика ФИО11 и ответчик ФИО3 в возражениях против иска указали, что истец знал о том, что передаваемый ФИО3 по расписке от 18.01.2017 года сахар предназначался пайщикам по договорам аренды земельных участков для СППК «Раненбургские сыровары», то есть истец знал о несуществующем обязательстве ФИО3, в связи с чем в расписке прописано условие об осуществлении расчета с пайщиками за аренду земельных участков в 2017 году.

В подтверждение факта исполнения возложенной истцом обязанности ФИО3 осуществила расчету с пайщиками по ведомости на получение арендной платы за 2017 год, составленной 18.01.2017 года, по которой предоставленные истцом сахар был передан пайщикам в полном объеме.

Представленная истцом расписка подписанная ФИО3 от 18.01.2018 года не содержит оснований получения ответчиком предоставляемого имущества (сахара), условий о передаче данного имущества и не содержит обязательство возвратить полученное имущество. Исходя из буквального толкования теста расписки от 18.01.2020 года не следует, что участие ФИО3 в расчете с пайщиками и передача им предоставленного истцом сахара свидетельствует о принадлежности ФИО3 передаваемого имущества, либо условий на которых данное имущество (сахар) было передано ФИО3

Суд считает, что достоверных доказательств достижения между сторонами данного спора соглашения относительно указанного в расписке сахара, условий возникновения правоотношений, истцом не представлено. Вопреки утверждениям представителя истца, представленной распиской от 18.01.2017 года достоверно не подтверждает, что, обозначенное в ней имущество – сахар были истцом переданы ответчику в качестве оказания материальной помощи, то есть в долг, убедительных и бесспорных доказательств, подтверждающих использование полученного сахара ответчиком в личных целях суду не представлено. 

Коль скоро, в судебном заседании достоверно установлено, что полученными по расписке от 18.01.2017 года сахара ФИО2 распорядилась в соответствии с целям указанным в данной расписке, не оставила данное имущество у себя, а передала его пайщикам, то в данном случае со стороны ФИО3 неосновательного обогащения не возникло.

При указанных обстоятельствах, суд приходит к выводу о том, что оснований для удовлетворения заявленных требований о взыскании неосновательного обогащения не имеется, в связи с чем и не имеется оснований для взыскания процентов за пользование чужими денежными средствами на сумму неосновательного обогащения.

На основании вышеизложенного и руководствуясь ст.ст. 194-198 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении иска СППК «Раненбургские сыровары» к ФИО2, ФИО3 о взыскании задолженности и суммы неосновательного обогащения - отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Липецкий областной суд через Чаплыгинский районный суд Липецкой области в течение месяца с момента изготовления мотивированного решения.

Судья /подпись/ А.С. Примакова

Мотивированное решение 

изготовлено 25.11.2020 г.

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>