КОПИЯ

44 Г-89 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

президиума Верховного Суда Республики Татарстан 

05 июля 2017 года город Казань

Президиум Верховного Суда Республики Татарстан в составе:

председательствующего Гилазова И.И. членов президиума Галимуллина И.С., Курмашевой Р.Э., Гилманова Р.Р., Горшунова Д.Н., Романова Л.В. 

при секретаре судебного заседания Демахине Д.А.

рассмотрел в открытом судебном заседании кассационную жалобу ФИО3 на апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Республики Татарстан от 10 ноября 2016 года, поступившую 28 апреля 2017 года, по гражданскому делу по иску ФИО4 к ФИО3 о признании права собственности на имущество в порядке наследования, истребованному 05 мая 2017 года и поступившему в Верховный Суд Республики Татарстан 17 мая 2017 года, переданному определением судьи Верховного Суда Республики Татарстан Сазоновой В.Г. от 14 июня 2017 года для рассмотрения в судебном заседании президиума Верховного Суда Республики Татарстан. 

Заслушав доклад по делу судьи Верховного Суда Республики Татарстан Сазоновой В.Г., выслушав объяснения ФИО3 и его представителя - ФИО5, поддержавших жалобу, ФИО4 и его представителя – ФИО6, возражавших относительно доводов жалобы, обсудив доводы кассационной жалобы, президиум 

УСТАНОВИЛ:

ФИО4 обратился с иском к ФИО3 о признании права собственности на имущество в порядке наследования.

Требования мотивированы тем, что 

<

дата> умер его отец ФИО1., после смерти которого открылось наследство, состоящее, в том числе, из жилого дома и земельного участка, расположенных по адресу: 

<

адрес>

27 мая 2002 года ФИО1. составил завещание, по которому данное имущество он завещал истцу. ФИО4 обратился к нотариусу с заявлением о принятии наследства, однако свидетельство о праве на наследство не выдано в связи с наличием спора о праве на указанное наследство ФИО3, являющегося сыном ФИО2 – супруги умершего, которая также умерла 

<

дата>

Ссылаясь на то, что жилой дом и земельный участок являются единоличной собственностью ФИО1 приобретенной им до брака с ФИО2 истец просил признать за ним право собственности на недвижимое имущество в порядке наследования.

ФИО3 первоначальный иск не признал, предъявил к ФИО4 встречный иск о признании права собственности на долю имущества в порядке наследования. В обоснование иска указал, что спорный жилой дом и земельный участок являются совместно нажитым имуществом ФИО1 и его матери ФИО2 В связи с чем в состав наследства после смерти ФИО1 входит 1/2 доля в праве собственности на имущество, другая 1/2 доля принадлежит на праве собственности его матери ФИО2. Кроме того, несмотря на наличие завещания в пользу истца, его мать имела право на обязательную долю в наследстве ФИО1., поскольку на момент его смерти достигла возраста 

<

данные изъяты> лет, являлась нетрудоспособной.

С учетом того, что ФИО3 является единственным наследником по закону после смерти ФИО2 принявшим наследство в установленный законом срок, ФИО3 просил признать за ним право собственности в порядке наследования на 5/8 доли жилого дома и земельного участка.

ФИО4 встречный иск не признал, первоначальный иск уточнил просил признать за ним право собственности на земельный участок и 3/4 доли спорного жилого дома.

Решением районного суда первоначальный иск ФИО4 удовлетворен частично, встречный иск ФИО3 удовлетворен в полном объеме. За ФИО4 в порядке наследования признано право собственности на 3/8 доли жилого дома и земельного участка, за ФИО3 - на 5/8 доли жилого дома и земельного участка

Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Республики Татарстан решение суда первой инстанции изменено. За ФИО4 признано право собственности на 3/4 доли жилого дома и земельного участка в порядке наследования после смерти ФИО1 за ФИО3 - на 1/4 долю жилого дома и земельного участка в порядке наследования после смерти ФИО2

В кассационной жалобе ставится вопрос об отмене апелляционного определения и оставлении в силе решения суда первой инстанции. Заявитель считает, что судом апелляционной инстанции неправильно истолкована статья 75 Основ законодательства Российской Федерации о нотариате, что свидетельствует о нарушении норм материального права. Его мать ФИО2 от своей супружеской доли после смерти ФИО1 не отказывалась. 

Основаниями для отмены или изменения судебных постановлений в кассационном порядке являются существенные нарушения норм материального права или норм процессуального права, которые повлияли на исход дела и без устранения которых невозможны восстановление и защита нарушенных прав, свобод и законных интересов, а также защита охраняемых законом публичных интересов (статья 387 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации). 

Президиум считает, что при рассмотрении дела такие нарушения судом апелляционной инстанции были допущены.

Суды установили и подтверждается материалами дела, что 

<

дата> умер ФИО1 

Наследниками первой очереди по закону имущества ФИО1., принявшими наследство в установленный законом срок, являются его супруга ФИО2 брак с которой был зарегистрирован 25 апреля 1997 года, а также его сын от предыдущего брака ФИО4 

27 мая 2002 года ФИО1 составил нотариально удостоверенное завещание, в соответствии с которым завещал все принадлежащее ему имущество ФИО4 

27 января 2011 года ФИО4 обратился к нотариусу с заявлением о принятии наследства, открывшегося после смерти его отца ФИО1 В тот же день с заявлением о принятии наследства по закону обратилась супруга ФИО2., 

<

дата> года рождения. 

Вступившим в законную силу решением Высокогорского районного суда Республики Татарстан от 12 января 2012 года удовлетворено заявление ФИО2 об установлении факта владения недвижимым имуществом. Указанным решением суда установлен факт владения жилым домом и земельным участком на праве собственности за ФИО1 

<

дата> года умерла ФИО2 Единственным наследником первой очереди по закону после ее смерти, принявшим наследство в установленный законом срок, является ее сын ФИО3

Принимая решение о частичном удовлетворении первоначального иска ФИО4 и удовлетворяя встречный иск ФИО3, суд первой инстанции исходил из того, что спорное имущество в виде жилого дома и земельного участка является совместно нажитым имуществом супругов ФИО1. и ФИО2 в связи с чем, ФИО2 как пережившая супруга, имела право на 1/2 долю данного имущества. Поскольку в состав наследства ФИО1. вошла лишь 1/2 доля вышеуказанного имущества, ФИО2 как нетрудоспособное лицо на момент смерти наследодателя имела право на обязательную долю в наследстве, доли ФИО4 и ФИО2 в праве собственности на данное имущество составили 3/8 доли и 5/8 доли соответственно. При этом, в связи со смертью ФИО2 принадлежащее ей имущество, в том числе, 5/8 доли в праве собственности на жилой дом и земельный участок перешло в порядке наследования к ее сыну ФИО3 

Суд апелляционной инстанции с выводом суда первой инстанции, что наследственное имущество в виде жилого дома и земельного участка является совместной собственностью супругов ФИО1 и ФИО2 согласился. Вместе с тем, изменяя решение районного суда, исходил из отсутствия пожизненного волеизъявления ФИО2 на выдел своей супружеской доли в наследственном имуществе после смерти супруга ФИО1 в силу чего данные требования не могут перейти к ее наследнику. При этом суд руководствовался положениями статей 1150 Гражданского кодекса Российской Федерации и 75 Основ законодательства Российской Федерации о нотариате, из смысла которых сделал вывод о том, что закон связывает реализацию права пережившего супруга только с личным волеизъявлением последнего на выдел его доли.

Вместе с тем, как следует из статьи 34 Семейного кодекса Российской Федерации и статьи 256 Гражданского кодекса Российской Федерации, совместная собственность супругов возникает в силу прямого указания закона. Законный режим имущества супругов действует, если брачным договором не установлено иное.

Из материалов дела видно, что спорные земельный участок и жилой дом приобретены в период брака, то есть в силу приведенных положений являются общей совместной собственностью супругов. Брачный договор супругами ФИО1 и ФИО2 не заключался.

В соответствии со статьей 1150 Гражданского кодекса Российской Федерации принадлежащее пережившему супругу наследодателя в силу завещания или закона право наследования не умаляет его права на часть имущества, нажитого во время брака с наследодателем и являющегося их совместной собственностью. Доля умершего супруга в этом имуществе, определяемая в соответствии со статьей 256 Кодекса, входит в состав наследства и переходит к наследникам в соответствии с правилами, установленными данным Кодексом.

Согласно разъяснениям, данным в пункте 33 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2012 года № 9 «О судебной практике по делам о наследовании», в состав наследства, открывшегося со смертью наследодателя, состоявшего в браке, включается его имущество, а также его доля в имуществе супругов, нажитом ими во время брака, независимо от того, на имя кого из супругов оно приобретено либо на имя кого или кем из супругов внесены денежные средства, если брачным договором не установлено иное. При этом переживший супруг вправе подать заявление об отсутствии его доли в имуществе, приобретенном во время брака. В этом случае все это имущество входит в состав наследства.

Таким образом, супружеская доля пережившего супруга на имущество, совместно нажитое с наследодателем, может входить в наследственную массу лишь в том случае, когда переживший супруг заявит об отсутствии его доли в имуществе, приобретенном в период брака. При этом положения статьи 1150 Гражданского кодекса Российской Федерации не являются препятствием для определения доли пережившего супруга в общем имуществе по заявлению наследника.

Материалы наследственного дела, имеющиеся в настоящем гражданском деле, заявления ФИО2 об отказе от выдела супружеской доли не содержат.

Что касается суждения суда о том, что в силу положений статьи 75 Основ законодательства Российской Федерации о нотариате ФИО2 имеющая право на выдел своей супружеской доли в наследственном имуществе после смерти супруга ФИО1 должна была обратиться с соответствующим заявлением к нотариусу, но не воспользовалась своим правом, в силу чего данные требования не могут перейти к ее наследнику, то оно является ошибочным. По смыслу части 1 статьи 75 Основ законодательства Российской Федерации о нотариате данная норма предусматривает порядок выдачи нотариусом свидетельства о праве собственности на долю в общем имуществе по заявлению пережившего супруга и не регулирует вопросы самого права пережившего супруга на долю в общем имуществе. 

Материалами дела подтверждено, что ФИО3, являясь наследником первой очереди по закону после смерти своей матери ФИО2 принял наследство, поэтому в силу пункта 4 статьи 1152 Гражданского кодекса Российской Федерации наследственное имущество матери принадлежат ему со дня открытия наследства, и его наследственные права подлежат судебной защите путем признания за ним соответствующего права.

Суд апелляционной инстанции данные положения закона не учел, в связи с чем нарушил нормы материального права.

Президиум приходит к выводу, что допущенные судом апелляционной инстанции, проверявшим законность решения суда первой инстанции, нарушения норм права являются существенными и непреодолимыми, в связи с чем, могут быть исправлены только посредством отмены апелляционного определения.

Согласно пункту 4 части 1 статьи 390 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд кассационной инстанции, рассмотрев кассационные жалобу, представление с делом вправе оставить в силе одно из принятых по делу судебных постановлений.

Принимая во внимание, что для исправления допущенной в толковании норм материального права ошибки не требуется установления новых обстоятельств дела, исследования и оценки доказательств и, поскольку выводы, изложенные в решении Высокогорского районного суда Республики Татарстан от 01 августа 2016 года, соответствуют установленным обстоятельствам дела и требованиям закона, оно подлежит оставлению в силе.

Руководствуясь статьями 387, 388 и 390 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, президиум 

ПОСТАНОВИЛ:

апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Республики Татарстан от 10 ноября 2016 года по данному делу отменить, оставить в силе решение Высокогорского районного суда Республики Татарстан от 01 августа 2016 года.

Председательствующий И.И. Гилазов

Копия верна:

Судья Верховного Суда

Республики Татарстан В.Г. Сазонова