Судья Норкина М.В. УИД 38RS0024-01-2025-001608-84

Судья-докладчик Герман М.А. № 33-155/2026 (33-9666/2025)

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

13 января 2026 года г. Иркутск

Судебная коллегия по гражданским делам Иркутского областного суда в составе:

судьи-председательствующего Герман М.А.,

судей Коваленко В.В. и Шашкиной Е.Н.,

при секретаре Журавлевой А.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-1337/2025 по исковому заявлению ФИО1 к. к Отделению Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Иркутской области о признании незаконным решений об отказе в назначении страховой пенсии по старости, обязании включить периоды по уходу за детьми, периоды работы в страховой стаж, установлении факта проживания на территории Российской Федерации,

по апелляционной жалобе истца ФИО1-кызы.

на решение Усольского городского суда Иркутской области от 9 сентября 2025 года,

УСТАНОВИЛА:

ФИО1-кызы обратилась в суд с иском, указав в обоснование требований, что она неоднократно обращалась в пенсионный орган с заявлениями о назначении страховой пенсии по старости в соответствии с ч. 1 ст. 8 Федерального закона «О страховых пенсиях».

Решением ОСФР по Иркутской области № 51232/24 от 14.05.2024 в назначении страховой пенсии ей было отказано, поскольку в соответствии со статьей 8 Закона от 28.11.2013 страховой стаж истца составил 7 лет 6 месяцев 4 дня при требуемом не менее 10 лет.

Решением Отделения Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Иркутской области № 266870/24 в назначении страховой пенсии истцу было отказано, поскольку в соответствии со статьей 8 Закона от 28.11.2013 страховой стаж истца составил 5 лет 11 месяцев 2 дня при требуемом не менее 10 лет. Указано, что периоды ухода за детьми ФИО2 изъята года рождения и ФИО2 изъята года рождения, рожденными в республике Азербайджан, не могут быть включены в страховой стаж.

Сообщением № 38-08/5910л от 24.03.2025 ФИО1-кызы разъяснено, что периоды ухода за детьми, рожденными и воспитанными на территории Азербайджанской ССР (либо Азербайджанской Республики), не подлежат включению в страховой стаж по причине отсутствия договорной базы в области пенсионного обеспечения в Российской Федерации.

С решениями пенсионного органа не согласна.

Считает, в ее страховой стаж необоснованно не включены периоды уходы за детьми ФИО2 изъята года рождения и ФИО2 изъята года рождения и период ухода за ребенком инвалидом 28.05.1999 по 10.09.2001.

С учетом уточненного искового заявления ФИО1-кызы просила суд признать незаконным решения ответчика №51232/24 от 14.05.2024, № 266870/24 от 23.09.2024, № 38-08/5910л от 24.03.2025 об отказе в назначении страховой пенсии по старости; установить факт её проживания на территории Российской Федерации с 1985 года; включить в страховой стаж для назначения страховой пенсии по старости периоды ухода за детьми А., ФИО2 изъята года рождения, Б., ФИО2 изъята года рождения, В. с ДД.ММ.ГГГГ по 19.03.1994; включить в страховой стаж для назначения страховой пенсии по старости период уход за ребенком инвалидом А. с 28.05.1999 по 10.09.2001; включить в страховой стаж для назначения страховой пенсии по старости период трудовой деятельности с 25.04.2019 по 31.12.2019 по срочному трудовому договору № 065/2019.

В судебном заседании истец ФИО1-кызы исковые требования, с учетом уточнений, поддержала. Представители ответчика ОСФР по Иркутской области ФИО3, ФИО4 в удовлетворении исковых требований просили отказать. Представитель третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, ООО «Геката» в судебное заседание не явился, извещен надлежащим образом.

Решением Усольского городского суда Иркутской области от 09.09.2025 исковые требования ФИО1-кызы удовлетворены частично.

Признано незаконным решение ОСФР по Иркутской области от 14.05.2024 № 51232/24 в части не включения периода трудовой деятельности.

На ОСФР по Иркутской области возложена обязанность включить в страховой стаж период работы З.Д.ФБ.-кызы. по срочному трудовому договору № 065/2019 с 25.04.2019 по 31.12.2019.

В остальной части исковые требования оставлены без удовлетворения.

В апелляционной жалобе истец ФИО1-кызы. просит решение суда отменить и принять по делу новое решение. В обоснование жалобы указывает, что судом первой инстанции необоснованно не приняты во внимание доказательства, подтверждающие факт ее проживания на территории Российской Федерации с 1985 года, а именно показания свидетелей, доказательства относительно покупки квартиры на территории Российской Федерации в 1993 году, справки с образовательных учреждений (благодарственное письмо, копия аттестата), трудовая книжка, сберегательная книжка. Не учтен факт проживания ее детей на территории Российской Федерации и факт ухода за ребенком инвалидом в период А. с 28.05.1999 по 10.09.2001 на территории Российской Федерации.

Письменных возражений на апелляционную жалобу не поступило.

На основании ст. 167 ГПК РФ судебная коллегия рассматривает дело в отсутствие истца и третьего лица, надлежащим образом извещенных о времени и месте судебного заседания.

Заслушав доклад судьи Иркутского областного суда Герман М.А., объяснения представителя ответчика, изучив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, судебная коллегия приходит к следующему.

Как установлено судом и следует из материалов дела, истец ФИО1 к., ФИО2 изъята года рождения, является гражданкой Российской Федерации, о чем свидетельствует копия паспорта Номер изъят.

Она является матерью троих детей: А., ФИО2 изъята года рождения, Б., ФИО2 изъята года рождения, В., ФИО2 изъята года рождения.

В период с 28.05.1999 по 10.09.2001 ее старшей дочери А., ФИО2 изъята года рождения, была установлена инвалидность.

21.02.2024 ФИО1-кызы обратилась в Отделение Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Иркутской области с заявлением о назначении страховой пенсии по старости.

Решением Отделения Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Иркутской области № 51232/24 от 14.05.2024 в назначении страховой пенсии истцу отказано, поскольку ее страховой стаж составил 7 лет 6 месяцев 4 дня при требуемом не менее 10 лет.

Указанным решением периоды ухода за детьми А., ФИО2 изъята года рождения, и Б., ФИО2 изъята года рождения, до полутора лет включены в страховой стаж (всего 3 года). Период ухода за ребенком В., ФИО2 изъята года рождения, период ухода за ребенком - инвалидом А. с 28.05.1999 по 10.09.2001, в страховой стаж не включен.

23.09.2024 ФИО1-кызы. вновь обратилась в Отделение Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Иркутской области с заявлением о назначении страховой пенсии по старости.

Решением Отделения Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Иркутской области № 266870/24 в назначении страховой пенсии истцу отказано, поскольку страховой стаж истца составил 5 лет 11 месяцев 2 дня при требуемом не менее 10 лет.

Указанным решением периоды ухода за детьми ФИО2 изъята года рождения и ФИО2 изъята года рождения, период ухода за ребенком - инвалидом А. с 28.05.1999 по 10.09.2001не включены в страховой стаж. Период ухода за ребенком В., ФИО2 изъята года рождения, до полутора лет включен в страховой стаж.

24.03.2025 сообщением № 38-08/5910л ФИО1-кызы разъяснено, что периоды ухода за детьми, рожденными и воспитанными на территории Азербайджанской ССР (либо Азербайджанской Республики) не подлежат включению в страховой стаж по причине отсутствия договорной базы в области пенсионного обеспечения в Российской Федерации.

Согласно ч. 1 ст. 8 Федерального закона от 28.12.2013 № 400-ФЗ «О страховых пенсиях» право на страховую пенсию по старости имеют лица, достигшие возраста 65 и 60 лет (соответственно мужчины и женщины) (с учетом положений, предусмотренных приложением 6 к настоящему Федеральному закону

Лицам, которым в период с 01.01.2019 по 31.12.2020 исполнится 60 (мужчинам) и 55 (женщинам) лет, пенсия может быть назначена на 6 месяцев ранее достижения возраста, установленного приложением 6 (Федеральный закон от 03.10.2018 № 350-ФЗ).

В приложении 6 к названному Федеральному закону предусмотрено, что женщины, достигшие возраста 55 лет в 2019 году, при наличии необходимой продолжительности страхового стажа и величины ИПК, имеют право на страховую пенсию по старости в соответствии с ч. 1 ст. 8 закона в возрасте 56 лет (в переходный период определение возраста, дающего право на страховую пенсию по старости, в отношении конкретного лица зависит от года достижения им ранее установленного пенсионного возраста или фактически от года его рождения).

Истец достигла возраста 55 лет в 2019 году. Следовательно, при наличии необходимой продолжительности страхового стажа и величины ИПК, право на пенсию возникает у нее в 55 лет 6 месяцев.

Необходимая для назначения страховой пенсии по старости продолжительность страхового стажа в 2019 году составляет 10 лет (ч. 2 ст. 35 (Переходные положения) Федерального закона «О страховых пенсиях».

Величина ИПК на 2019 год составляет 16,2 согласно ч. 3 ст. 35 (Переходные положения) Федерального закона «О страховых пенсиях».

Разрешая спор и удовлетворяя требования ФИО1-кызы об обязании ответчика зачесть в ее страховой стаж период работы по срочному трудовому договору № 065/2019 с 25.04.2019 по 31.12.2019, суд первой инстанции исходил из того, что в случае отсутствия в сведениях индивидуального (персонифицированного) учета данных о периодах работы и (или) иной деятельности, с учетом которых назначается страховая пенсия по старости, либо оспаривания достоверности таких сведений факт выполнения гражданином работы, может быть подтвержден путем представления письменных доказательств, отвечающих требованиям статей 59, 60 ГП РФ. Такие доказательства истцом представлены. Так, согласно представленному трудовому договору от 25.04.2019 № 065/2019 истец осуществляла трудовую деятельность с 25.04.2019 по 31.12.2019 в ООО «Геката» в должности уборщика общедомового имущества.

В указанной части решение суда ответчиком не обжалуется.

Отказывая в удовлетворении исковых требований об обязании ответчика зачесть в страховой стаж истца периода ухода за ребенком ФИО5 Сурецом Абы оглы, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, до полутора лет, суд первой инстанции указал, что последним решением ответчика указанный период включен в страховой стаж истца, что следует из содержания решения № 266870/24.

Решение суда в этой части соответствует фактическим обстоятельствам дела, сомнений в правильности выводов не вызывает. Права истца в этой части ответчиком не нарушены и в судебной защите не нуждаются.

Отказывая в удовлетворении исковых требований об установлении факта проживания на территории Российской Федерации с 1985 года, суд исходил из того, что истец ФИО1-кызы. в 1995 году прибыла на постоянное место жительства на территорию Российской Федерации из Республики Азербайджан и была документирована паспортом серии Номер изъят, выданным ФИО2 изъята года Отделом внутренних дел г. Усолье-Сибирское Иркутской области. Доказательств постоянного проживания с 1985 года на территории Российской Федерации не представлено. Как следует из материалов дела, ее дети А., ФИО2 изъята года рождения, и Б., ФИО2 изъята года рождения, родились на территории Азербайджанской ССР. В связи с этим оснований для удовлетворения исковых требований в этой части не имеется.

С решением суда в этой части судебная коллегия соглашается, доводы апелляционной жалобы считает несостоятельными, поскольку достоверных и достаточных доказательств проживания на территории Российской Федерации, до распада СССР, на территории РСФСР, с 1985 года в материалах дела не имеется.

Отказывая в удовлетворении требований о включении в страховой стаж ФИО1- кызы периодов ухода за детьми А., ФИО2 изъята года рождения, и Б., ФИО2 изъята года рождения, до полутора лет, суд первой инстанции указал, что в ст. 12 Федерального закона «О страховых пенсиях» указаны иные, не страховые периоды, подлежащие включению наравне с периодами работы, в страховой стаж. В перечень таких периодов входит период ухода одного из родителей за каждым ребенком до достижения им возраста полутора лет, но не более шести лет в общей сложности (пункт 3 части 1 статьи 12). Однако такие не страховые периоды подлежат зачету в страховой стаж при доказанности осуществления ухода за ребенком его матерью на территории Российской Федерации и факта постоянного проживания на территории Российской Федерации самого ребенка. Под местом осуществления ухода может считаться место рождения ребенка, если иное не доказано. По данному делу установлено, что дочери истца родились на территории Республики Азербайджан. Решение вопроса о зачете времени работы на территории Азербайджанской Республики с 01.01.1991 в страховой стаж заявителя, не являвшегося в этот период застрахованным в российской системе государственного социального страхования, возможно только путем принятия соответствующего международного соглашения с участием Российской Федерации и Азербайджанской Республики или специального закона. Однако договор в области пенсионного обеспечения между Российской Федерацией и Азербайджанской Республикой не заключался. При установленных обстоятельствах, оснований для зачета в страховой стаж периодов ухода за детьми, рожденными не на территории Российской Федерации, не имеется.

С такими выводами суда первой инстанции судебная коллегия согласиться не может, поскольку они не основаны на нормах материального права и противоречат фактическим обстоятельствам дела.

В соответствии с ч. 1 ст. 11 Федерального закона от 28.12.2013 № 400-ФЗ в страховой стаж включаются периоды работы и (или) иной деятельности, которые выполнялись на территории Российской Федерации лицами, указанными в части 1 статьи 4 настоящего Федерального закона, при условии, что за эти периоды начислялись или уплачивались страховые взносы в Фонд пенсионного и социального страхования Российской Федерации.

Пунктом 3 ч. 1 ст. 12 Федерального закона от 28.12.2013 № 400-ФЗ предусмотрено, что в страховой стаж наравне с периодами работы и (или) иной деятельности, которые предусмотрены ст. 11 данного федерального закона, засчитывается период ухода одного из родителей за каждым ребенком до достижения им возраста полутора лет, но не более шести лет в общей сложности.

При разрешении исковых требований о включении в страховой стаж периодов ухода за детьми, рожденным на территории Азербайджанской ССР, судом первой инстанции не дана оценка тому обстоятельству, что уход за детьми ФИО2 изъята года рождения и ФИО2 изъята года рождения до полутора лет осуществлялся истцом на территории Азербайджанской ССР, входящей в состав единого государства - Союза Советских социалистических Республик до его распада в 1991 году. При этом законодатель, исходя из необходимости сохранения пенсионных прав, приобретенных по нормам ранее действовавшего законодательства, в п. 2 ст. 29 Федерального закона от 17.12.2001 № 173-ФЗ «О трудовых пенсиях в Российской Федерации» приравнял уплату платежей (взносов, налогов), существовавших в рамках пенсионной системы СССР, а также до 01.01.1991в Российской Федерации, к уплате страховых взносов в Пенсионный фонд Российской Федерации.

Приходя к выводу о том, что в связи с отсутствием договора в области пенсионного обеспечения между Российской Федерацией и Азербайджанской Республикой пенсионное обеспечение граждан, имеющих пенсионные права, приобретенные на территории Азербайджанской ССР, осуществляется в соответствии с законодательством Российской Федерации, суд первой инстанции не указал, в какой норме Федерального закона от 28.12.2013 № 400-ФЗ предусмотрено, что при определении права на страховую пенсию по старости на ч. 1 ст. 8 Федерального закона от 28.12.2013 № 400-ФЗ «О страховых пенсиях» учитываются дети, рожденные только на территории Российской Федерации и Российской Советской Федеративной Социалистической Республики.

При таких обстоятельствах, отказ суда в удовлетворения исковых требований ФИО1- кызы об обязании зачесть в ее страховой стаж периоды ухода за детьми в соответствии с п. 3 ч. 1 ст. 12 Федерального закона от 28.12.2013 № 400-ФЗ не основан на нормах материального права.

Кроме того, судебная коллегия не может согласиться с немотивированным отказом суда первой инстанции в удовлетворении исковых требований об обязании ответчика включить в страховой стаж ФИО1- кызы периода ухода за ребенком - инвалидом А. с 28.05.1999 по 10.09.2001.

В силу ст. 195 ГПК РФ решение суда должно быть законным и обоснованным.

Как разъяснено в п. п. 2 и 3 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 19.12.2003 № 23 «О судебном решении» решение является законным в том случае, когда оно принято при точном соблюдении норм процессуального права и в полном соответствии с нормами материального права, которые подлежат применению к данному правоотношению, или основано на применении в необходимых случаях аналогии закона или аналогии права (ч. 1 ст. 1, ч. 3 ст. 11 Гражданского процессуального кодекса).

Решение является обоснованным тогда, когда имеющие значение для дела факты подтверждены исследованными судом доказательствами, удовлетворяющими требованиям закона об их относимости и допустимости, или обстоятельствами, не нуждающимися в доказывании (ст. ст. 55, 59 - 61, 67 Гражданского процессуального кодекса), а также тогда, когда оно содержит исчерпывающие выводы суда, вытекающие из установленных фактов (п. 3).

Данным требованиям решение суда не соответствует

Ответчику и суду истцом представлен документ в подтверждение того обстоятельства, что старшая дочь истца А., ФИО2 изъята года рождения, в период с 28.05.1999 по 10.09.2001 в соответствии с решением ВТЭК имела статус ребенка-инвалида.

В соответствии с п. 6 ч. 1 ст. 12 Федерального закона «О страховых пенсиях» период ухода, осуществляемого трудоспособным лицом за ребенком - инвалидом, включается в страховой стаж наравне с периодами работы и (или) иной деятельности, которые предусмотрены ст. 11 настоящего Федерального закона.

Поскольку ответчику была предоставлена справка об инвалидности ребенка истца в период с 28.05.1999 по 10.09.2001, у него имелись основания для зачета указанного периода ухода за ребенком-инвалидом в страховой стаж. При этом судебная коллегия учитывает, что указанному периоду и предшествовали и за ним следовали периоды работы, указанные в с т. 11 Федерального закона «О страховых пенсиях», что установлено из содержания оспариваемого решения ответчика.

Таким образом, на дату обращения к ответчику страховой стаж истца, с учетом зачтенных страховых и не страховых периодов решением суда первой инстанции и настоящим апелляционным определением, составит 11 лет 10 месяцев 23 дня, исходя из расчета: 5 лет 11 месяцев 2 дня (страховой стаж по решению ответчика № 266870/24) + 2 года 3 месяца 14 дней (период ухода за ребенком – инвалидом с 28.05.1999 по 10.09.2001) + 8 месяцев 7 дней (период работы в ООО «Геката» в должности уборщика с 25.04.2019 по 31.12.2019) + 3 года (периоды ухода за двумя детьми до полутора лет), при требуемом 10 лет.

По сведениям ответчика, с учетом указанных спорных периодов, ИПК истца на даты обращения 21.02.2024 составит 22,948, 23.09.2024 – 23,298, при требуемом 16,2.

В соответствии со ст. 22 Федерального закона «О страховых пенсиях» страховая пенсия назначается со дня обращения за указанной пенсией, за исключением случаев, предусмотренных частями 5, 6, 6.1, 6.3 настоящей статьи, статьями 25.1, 25.2 настоящего Федерального закона, но во всех случаях не ранее чем со дня возникновения права на указанную пенсию.

Истцом были соблюдены условия для назначения страховой пенсии по старости по ч. 1 ст. 8 Федерального закона «О страховых пенсиях». Она достигла возраста 55 лет 6 месяцев, продолжительность ее страхового стажа составила более 10 лет, размер ИПК составил более 16,2. Следовательно, оснований для принятия решений об отказе ФИО1 – кызы в назначении страховой пенсии по старости в соответствии с ч. 1 ст. 8 Федерального закона «О страховых пенсиях» у ответчика не имелось.

При таких обстоятельствах судебная коллегия не может согласиться с выводами суда первой инстанции об отсутствии оснований для признания незаконными решений ответчика об отказе в назначении страховой пенсии по старости со дня обращения.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 328, 329, 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации,

ОПРЕДЕЛИЛА:

решение Усольского городского суда Иркутской области от 9 сентября 2025 года по данному гражданскому делу отменить в части отказа в удовлетворении исковых требований о признании незаконными решений об отказе в назначении страховой пенсии по старости, включении в страховой стаж периодов ухода за детьми до полутора лет и периода ухода за ребенком-инвалидом.

Принять в отмененной части новое решение.

Признать незаконными решения Отделения Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Иркутской области № 51232/24 от 14.05.2024 и № 266870/24 по заявлению от 23.09.2024 об отказе ФИО1 к. в назначении страховой пенсии по старости.

Обязать Отделение Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Иркутской области включить в страховой стаж ФИО1 к. периоды ухода за детьми А., ФИО2 изъята года рождения, и Б., ФИО2 изъята года рождения, до полутора лет.

Обязать Отделение Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Иркутской области включить в страховой стаж ФИО1 к. период ухода за ребенком- инвалидом А. с 28.05.1999 по 10.09.2001.

В остальной части решение суда оставить без изменения.

Судья-председательствующий

М.А. Герман

Судьи

В.В. Коваленко Е.Н. Шашкина

Мотивированное апелляционное определение изготовлено 23 января 2026 года.