Судья Савченкова Н.Н. Дело №33- 2494/2019

(№2-1-26/2018)

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

2 октября 2019 г. г. Орёл

Судебная коллегия по гражданским делам Орловского областного суда в составе:

председательствующего Курлаевой Л.И.

судей Старцевой С.А., Хомяковой М.Е.,

при секретаре Панюковой И.А.

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело №2-1-26/2018 по иску общества с ограниченной ответственностью «Макаллен Аг» к ФИО1, индивидуальному предпринимателю ФИО2 о взыскании неосновательного обогащения

по апелляционным жалобам индивидуального предпринимателя ФИО2 и ФИО1 на решение Ливенского районного суда Орловской области от 14 марта 2018 г., которым постановлено:

«иск общества с ограниченной ответственностью «Макаллен Аг» к ФИО1 о взыскании неосновательного обогащения удовлетворить частично.

Признать договор перевозки оборудования № 24 от 18 апреля 2015 г. между обществом с ограниченной ответственностью «Макаллен Аг» и ИП ФИО2 недействительным.

Взыскать с ФИО1 в пользу общества с ограниченной ответственностью «Макаллен Аг» в счет неосновательного обогащения 4 500 000 (четыре миллиона пятьсот тысяч) рублей.

Взыскать с ФИО1 в пользу общества с ограниченной ответственностью «Макаллен Аг» судебные расходы (возврат государственной пошлины) в размере 30 700 (тридцать тысяч семьсот) рублей.

В остальной части иска общества с ограниченной ответственностью «Макаллен Аг» к ФИО1, ИП ФИО2 отказать»

Заслушав доклад судьи Хомяковой М.Е., выслушав объяснения представителя ФИО1 и ФИО2 по доверенности ФИО3, поддержавшей доводы апелляционных жалоб и полагавшей необходимым решение суда отменить, представителя Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы России №3 по Орловской области ФИО4, полагавшегося при разрешении спора на усмотрение суда, обсудив доводы апелляционных жалоб, изучив материалы дела, судебная коллегия

установила:

Общество с ограниченной ответственностью «Макаллен Аг» обратилось в Комитерновский районный суд г.Воронежа с иском к ФИО1 о взыскании неосновательного обогащения.

Исковые требования мотивированы тем, что ФИО5 является генеральным директором общества с ограниченной ответственностью (далее ООО) «ФармТех Групп» и общества с ограниченной ответственностью «Макаллен Аг» (далее ООО «МАг», ООО «Макаллен Аг»).

В июле 2016 г. при проведении очередного внутреннего мониторинга деятельности компаний, Форт Т.Э. обнаружил списание денежных средств в связи с оплатой задолженности по договору перевозки оборудования № от 18 апреля 2015 г., который не заключался.

Так, 7 июля 2016 г. публичным акционерным обществом (далее ПАО) «Альфа Банк» был произведен перевод денежных средств в сумме 4 500 000 рублей с расчетного счета ООО «ФармТех Групп» на расчетный счет ООО «МАг», открытый в Тамбовском отделении № Сбербанка России, что подтверждается выпиской со счета от 8 июля 2016 г., платежным поручением № от 7 июля 2016 г. и выпиской со счета от 2 августа 2016 г.

Перевод был осуществлен как авансовый платеж за изготовление технического проекта по поручению ФИО6, действующей от имени обществ на основании доверенностей.

<

дата> сумма в размере 4 500 000 рублей была переведена ФИО1 на его расчетный счет, открытый в публичном акционерном обществе (далее ПАО) ВТБ 24 

<

адрес>. В качестве назначения платежа указано: оплата по письму о задолженности перед ИП ФИО2 по счету № от 

<

дата> по договору перевозки оборудования № от 

<

дата>, сумма без НДС.

Вместе с тем, никакого договора перевозки оборудования ни ООО «МАг», ни ООО «ФармТех Групп» не заключали и поручений его заключить не давали.

Считает, что оснований для перевода ФИО1 денежных средств в размере 4 500 000 рублей не было и на стороне ФИО1 имеет место неосновательное обогащение, которое подлежит возврату.

По изложенным основаниям ООО «МАг» просило взыскать с ФИО1 неосновательное обогащение в размере 4 500 000 рублей, проценты за пользование чужими денежными средствами в размере 394 875 рублей и расходы по оплате государственной пошлины в размере 37 674,37 рублей.

Определением Коминтерновского районного суда г.Воронежа гражданское дело по иску ООО «МАг» было передано по подсудности в Ливенский районный суд Орловской области.

Определением Ливенского районного суда Орловской области в качестве соответчика по делу привлечен индивидуальный предприниматель (далее ИП) ФИО2

Рассмотрев возникший спор, суд постановил обжалуемое решение.

ФИО1 и ИП ФИО2 не согласились с решением суда, в своих апелляционных жалобах просят его отменить.

Ссылаются на то, что судом первой инстанции неправильно применены нормы материального права об исполнении обязательства третьему лицу, а также о применении последствий сделки недействительной.

Указывают, что ФИО1 не являлся стороной по договору перевозки, во исполнение которого перечислялись денежные средства, поэтому не может отвечать по обязательствам сторон, возникших из данного договора, а значит, не является надлежащим ответчиком.

Приводят доводы о том, что при признании сделки недействительной обязанность возвратить все полученное по ней лежит на стороне, заключивший договор.

Обращают внимание на то, что денежные средства, полученные ФИО1, были переданы ему в дар ИП ФИО2, поэтому они правомерно им были приняты.

Считают, что рассмотрение заявленного спора к ИП ФИО2, неподведомственно суду общей юрисдикции, а к ФИО1 неподсудно Ливенскому районному суду Орловской области.

Утверждают, что Ливенский районный суд Орловской области, признав договор перевозки недействительной сделкой, вышел за пределы заявленных требований, так как таких требований не заявлялось.

Считают, что не были надлежащим образом извещены о слушании дела.

На основании части 3 статьи 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее ГПК РФ) дело рассмотрено в отсутствие неявившихся лиц, надлежащим образом извещенных о времени и месте судебного заседания.

Проверив законность и обоснованность решения суда первой инстанции в пределах доводов апелляционных жалоб (часть 1 статьи 327.1 ГПК РФ), судебная коллегия приходит к выводу об отмене судебного решения в части признания договора перевозки недействительной сделкой ввиду неправильного применения норм процессуального права.

Материалами дела подтверждается и установлено судом, что гражданин Соединенных Штатов Америки ФИО5 является генеральным директором двух юридических лиц, а именно, ООО «МАг» и ООО «ФармТехГрупп», зарегистрированных и осуществляющих свою деятельность на территории Российской Федерации.

Согласно Уставу ООО «МАг» основными видами деятельности общества является, в том числе, деятельность агентов, специализирующихся по оптовой торговле фармацевтической продукцией, парфюмерными, косметическими товарами, консультирование по вопросам коммерческой деятельности и управления.

Кроме того, ООО «МАг» и ООО «ФармТехГрупп» осуществляли деятельность по проектированию и оказанию консалтинговых услуг в области животноводства.

Из материалов дела усматривается и сторонами не оспаривалось, что для оказания помощи в оформлении коммерческих предложений и заключении контрактов, в том числе в области развития животноводства на Дальнем Востоке, генеральным директором обществ ФИО5 была приглашена ранее ему знакомая ФИО6 без оформления трудовых отношений.

В рамках сотрудничества с ФИО6 на имя последней обществами были оформлены доверенности от 22 января 2016 г. и 11 февраля 2016 г. № и № с полным объемом прав, в том числе по распоряжению денежными средствами, принадлежащими ООО «ФармТехГрупп» и ООО «МАг».

7 июля 2016 г. ООО «ФармТехГрупп» через банк плательщика акционерного общества АО «Альфа-Банк» произвело перевод денежных средств в размере 4 500 000 рублей в пользу ООО «МАг» с назначение платежа – авансовый платеж за изготовление технологического проекта.

11 июля 2016 г. ООО «МАг» осуществило через банк плательщик – отделение № ПАО Сбербанк на банк получателя – филиал № ВТБ24 (ПАО) в пользу получателя ФИО1 перевод денежных средств в размере 4500000 рублей, назначение платежа - оплата по письму задолженности перед ИП ФИО2 по счету № от 11 июля 2016 г. по договору перевозки оборудования № от 18 апреля 2015 г.

Факт перечисления денежных средств подтверждается платежными поручениями № от 7 июля 2016 г., № от 11июля 2016 г. и сторонами не оспаривался.

Переводы были осуществлены по поручению ФИО6, действующей на основании вышеуказанных доверенностей.

Обращаясь в суд с настоящим иском, ООО «МАг» в лице генерального директора Форт Т.Э., ссылалось на то, что для перечисления денежных средств отсутствовали основания, поскольку никакого договора перевозки оборудования № от 18 апреля 2015 г. ни ООО «ФармТехГрупп», ни ООО «МАг» с ИП ФИО2 не заключали и поручений на его заключение не давали.

В своем отзыве на иск, ИП ФИО2 ссылался на то, что спорная сумма является задолженностью общества перед ним по исполненному договору перевозки № от 18 апреля 2015 г.

В подтверждение заключения договора представил ксерокопии договора перевозки оборудования № от 18 апреля 2015 г., подписанного ФИО2, счета на оплату выполненных услуг от 11 июля 2016 г., акта выполненных работ, письма о перечислении денежных средств по реквизитам ФИО1 (т.1,л.д.159-168).

Кроме того, в подтверждение наличия между ИП ФИО2 и ООО «Маг» договорных отношений был представлен агентский контракт от 16 ноября 2015г. между ИП ФИО2 и ООО «Макаллен Аг» и акт сверки расчетов с ноября 2015г. по июль 2016г.

В суде первой инстанции представители истца не оспаривали наличие договорных отношений между ИП ФИО2 и ООО «Макаллен Аг» по агентскому контракту от 16 ноября 2015 г., предметом которого являлось совершение юридических и иных действий по поиску и подбору лиц, удовлетворяющих требованиям «Принципала», однако указали, что расчеты по агентскому контракту произведены между сторонами в полном объеме.

Иных отношений с ИП ФИО2 ООО «МАг» и ООО «ФармТехГрупп» не имели.

Поскольку сторона ответчиков в судебное заседание суда первой инстанции не являлась, подлинник вышеуказанного договора перевозки на обозрение суда первой инстанции либо апелляционной инстанции не представлялся.

Из представленной копии договора усматривается, что договор является официальным предложением ИП ФИО2 для ООО «Макаллен Аг» заключить договор на оказание транспортно-экспедиционных услуг по перевозке оборудования. Данная оферта на оказание услуг заключается путем акцепта настоящего договора, содержащего все существенные условия, без подписания сторонами. Предметом договора является резервирование автомобиля для перевозки сельскохозяйственного оборудования по маршруту: 

<

адрес>. Акцептом является оплата по счету, выставленному исполнителем.

С даты акцепта договора, исполнитель резервирует автомобиль под нужды заказчика. Резервирование оплачивается заказчиком за каждый отдельно взятый день резервирования. В случае отсутствия заявки от заказчика в течение 90 дней, резерв снимается и договор считается расторгнутым.

Договор подписан ИП ФИО2

В суде первой инстанции Форт Т.Э., оспаривая факт заключения договора перевозки между ООО «Маг» и ИП ФИО2, пояснил, что обществом договор не заключался и не подписывался, поскольку оборудование, которое нужно было бы перевозить, отсутствовало. При этом самостоятельных требований о признании договора незаключенным либо недействительным не заявлял.

Из показаний свидетеля ФИО10, данных в суде первой инстанции, следует, что она с октября 2016 г. осуществляет функции финансового директора ООО «Маккален Аг» и ООО «ФармТехГрупп», совместно с ООО «Бухгалтер» ею проводилась проверка отчетности, в ходе которой было выявлено перечисление денежных средств в размере 4 500 000 рублей на счет ФИО1 без документального подтверждения обоснованности данного перевода, отсутствия каких-либо договоров и актов приема выполненных работ, подписанного сторонами договора. Перечисление денежных средств осуществлено по несуществующему договору с бывшим мужем ФИО2 Данный платеж с ФИО5 согласован не был.

Судом установлено, что по заявлению ФИО5 правоохранительными органами г.Воронежа проводилась проверка по факту неправомерных действий ФИО6 по перечислению денежных средств в размере 4 500 000 рублей на счет ФИО1 (материалы № от 4 мая 2017 г.).

В ходе проверки были отобраны объяснения у ФИО2, из которых следует, что всеми переговорами по спорному договору перевозки занималась его бывшая жена ФИО6, при этом реально услуги по перевозке оборудования не оказывались, по факту перечисления денег в размере 4 500 000 рублей на счет его сына ФИО1 осведомлен не был.

В своих объяснениях ФИО6 также подтвердила, что договор перевозки реально не исполнялся.

ФИО1, давая объяснения, указал, что он не был знаком ни с ФИО5, ни с ООО «МАг», о перечислении ему денег узнал от матери ФИО6, деньгами распорядился по своему усмотрению, вернуть деньги, как ошибочно перечисленные, никто не просил.

Бухгалтер ООО «Макаллен Аг» ФИО11, допрошенная в ходе доследственной проверки, пояснила, что денежные средства на счет ФИО1 были перечислены без согласия ФИО5 и без законных оснований по указанию ФИО6, генеральный директор не был осведомлен о перечислении денег.

При таких обстоятельствах, разрешая спор по существу и удовлетворяя заявленные требования к ФИО1, суд первой инстанции пришел к выводу о том, что на стороне ФИО1 имеет место неосновательное обогащение, поскольку договор перевозки оборудования № от 18 апреля 2015 г. является мнимой сделкой.

Суд исходил из того, что по делу бесспорно установлен факт поступления на счет ФИО1 от ООО «Макаллен Аг» денежных средств в размере 4 500 000 рублей с назначением платежа: оплата по письму задолженности перед ИП ФИО2 по счету № от 11 июля 2016 г. по договору перевозки оборудования № от 18 апреля 2015 г.

Вместе с тем, доказательств, свидетельствующих о наличии договорных отношений между ФИО1, ИП ФИО2 и ООО «Макаллен Аг», за исключением исполненного агентского контракта от 16 ноября 2015 г., заключенного между ИП ФИО2 и ООО «Макаллен Аг», по делу не представлено.

Представленная в материалы дела копия договора перевозки оборудования № от 18 апреля 2015 г. в силу положений ст.67 ГПК РФ с достоверностью не подтверждает факт заключения договора и наличие в связи с этим договорных отношений между ИП ФИО2 и ООО «Макаллен Аг».

Судебная коллегия признает выводы суда о взыскании с ФИО1 неосновательного обогащения в размере 4 500 000 рублей правильными ввиду следующего.

Согласно части 1 статьи 8 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее ГК РФ) гражданские права и обязанности возникают из оснований, предусмотренных законом и иными правовыми актами, а также из действий граждан и юридических лиц, которые хотя и не предусмотрены законом или такими актами, но в силу общих начал и смысла гражданского законодательства порождают гражданские права и обязанности.

В соответствии со статьей 1102 ГК РФ лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение), за исключением случаев, предусмотренных статьей 1109 настоящего Кодекса.

Правила, предусмотренные главой 60 ГК РФ, применяются независимо от того, явилось ли неосновательное обогащение результатом поведения приобретателя имущества, самого потерпевшего, третьих лиц или произошло помимо их воли.

В силу статьи 1104 ГК РФ имущество, составляющее неосновательное обогащение приобретателя, должно быть возвращено потерпевшему.

Согласно пункту 4 статьи 1109 ГК РФ не подлежат возврату в качестве неосновательного обогащения денежные суммы и иное имущество, предоставленные во исполнение несуществующего обязательства, если приобретатель докажет, что лицо, требующее возврата имущества, знало об отсутствии обязательства либо предоставило имущество в целях благотворительности.

По смыслу приведенных норм, обязательства из неосновательного обогащения возникают при одновременном наличии трех условий: факт приобретения или сбережения имущества, приобретение или сбережение имущества за счет другого лица и отсутствие правовых оснований обогащения, а именно, приобретение или сбережение имущества одним лицом за счет другого лица не основано ни на законе, ни на сделке.

Также юридически значимыми обстоятельствами, подлежащими доказыванию по делу о возврате неосновательного обогащения, являются не только факты приобретения имущества за счет другого лица при отсутствии к тому правовых оснований, но и факты того, что такое имущество было предоставлено приобретателю лицом, знавшим об отсутствии у него обязательства перед приобретателем либо имевшим намерение предоставить его в целях благотворительности.

При этом, потерпевший не обязан доказывать отсутствие оснований для обогащения приобретателя. На потерпевшем лежит бремя доказывания факта обогащения приобретателя, включая количественную характеристику размера обогащения, и факта наступления такого обогащения за счет потерпевшего. Руководствуясь приведенными нормами права, принимая во внимание установленные обстоятельства дела, факт перечисления истцом денежных средств в отсутствие у сторон каких-либо оформленных в установленном законом порядке отношений личного или делового характера (договорные, обязательственные и др.), в силу которых у истца возникла бы обязанность по уплате денежных средств, а у ответчика право на получение такой материальной выгоды, судебная коллегия считает доказанным факт возникновения на стороне ответчика ФИО1 неосновательного обогащения в виде полученной денежной суммы в размере 4 500 000 рублей. Судебная коллегия также принимает во внимание отсутствие в деле доказательств наличия у истца воли на передачу денежных средств ФИО1 на каком-либо безвозмездном гражданско-правовом основании либо с благотворительной целью.

В связи с изложенным вывод суда первой инстанции о наличии правовых оснований для взыскания с ответчика в пользу истца неосновательного обогащения, является обоснованным.

Придя к выводу о том, что сумма неосновательного обогащения подлежит возврату ответчиком, суд первой инстанции дал оценку достоверности, а также достаточности доказательств и их взаимосвязи, что привело к правильному применению нормы материального права (части 4 статьи 1109 Гражданского кодекса Российской Федерации). При этом суд принял во внимание всю совокупность обстоятельств дела, в том числе и то, с какой целью осуществлялся перевод денежных средств между истцом и ответчиком с учетом всех установленных судом фактов.

В доводах апелляционной жалобы, равно как и в судебном заседании суда первой инстанции, ответчик не оспаривал факт получения вышеприведенной денежной суммы, он ссылается лишь на то, что денежные средства были перечислены ему в связи с договорными правоотношениями.

Судом проверялись приведенные ответчиками доводы, однако были признаны необоснованными, с чем судебная коллегия соглашается.

В силу пункта 2 статьи 1107 ГК РФ, на сумму неосновательного денежного обогащения подлежат начислению проценты за пользование чужими денежными средствами (статья 395 ГК РФ) с того времени, когда приобретатель узнал или должен был узнать о неосновательности получения или сбережения денежных средств.

Разрешая требование истца о взыскании с ответчика процентов за пользование чужими денежными средствами за период с 11 июля 2016 г. по 15 июля 2017 г. и отказывая в их удовлетворении, суд первой инстанции пришел к выводу о необоснованности заявленных требований.

Решение в указанной части сторонами не обжалуется, связи с чем в соответствии с частью 1 статьи 327.1 ГПК РФ проверке судом апелляционной инстанции не подлежит.

Признавая правильными выводы суда о взыскании с ФИО1 неосновательного обогащения, судебная коллегия, вместе с тем, не может согласиться с решением суда в части признания договора перевозки недействительным (мнимым) и полагает, что доводы апелляционной жалобы представителя ответчика заслуживают внимания, в силу следующего.

В силу части 1 статьи 1 ГК РФ гражданское законодательство основывается на признании равенства участников регулируемых им отношений, неприкосновенности собственности, свободы договора, недопустимости произвольного вмешательства кого-либо в частные дела, необходимости беспрепятственного осуществления гражданских прав, обеспечения восстановления нарушенных прав, их судебной защиты.

Гражданское процессуальное законодательство устанавливает, что в исковом заявлении должно быть указано требование истца к ответчику и обстоятельства, на которых истец основывает свое требование (статьи 131, 151 ГПК РФ). В связи с этим, предметом иска является то конкретное материально-правовое требование, которое истец предъявляет к ответчику и относительно которого суд должен вынести решение по делу.

В соответствии с частью 1 статьи 39 ГПК РФ истец вправе изменить основание или предмет иска, увеличить или уменьшить размер исковых требований либо отказаться от иска.

Таким образом, право определения предмета иска принадлежит только истцу, который должен сам выбрать надлежащий способ защиты гражданских прав, в связи с чем исходя из заявленных требований все иные формулировки и толкование данного требования судом, а не истцом означают фактически выход за пределы заявленного истцом к ответчику требования.

В части 3 статьи 196 ГПК РФ отражен один из важнейших принципов гражданского процесса - принцип диспозитивности, согласно которому суд принимает решение по заявленным истцом требованиям.

Абзацем 2 части 5 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 19 декабря 2003 г. № 23 «О судебном решении» установлено, что выйти за пределы заявленных требований (разрешить требование, которое не заявлено, удовлетворить требование истца в большем размере, чем оно было заявлено) суд имеет право лишь в случаях, прямо предусмотренных федеральными законами.

Как следует из искового заявления, ООО «Маккален Аг» заявлены требования о взыскании с ФИО1 неосновательного обогащения в размере 4 500 000 рублей, перечисленных на его расчетный счет в банке без законных оснований.

В обоснование иска указывалось, что между сторонами отсутствовали какие-либо договорные отношения, во исполнение которых могли быть перечислены спорные денежные средства.

Из протоколов судебных заседаний и текста обжалуемого решения не усматривается, что истец уточнял исковые требования в установленном законом порядке и эти уточнения были приняты судом.

Разрешая спор по существу и взыскивая с ФИО1 денежные средства в качестве неосновательного обогащения, суд первой инстанции признал договор перевозки оборудования, указанный в обоснование платежа, мнимой сделкой, вместе с тем, таких требований истцом не заявлялось.

Поскольку в соответствии с принципами гражданского судопроизводства лишь сторона в споре определяет способ и объем защиты своих прав, судебная коллегия приходит к выводу о том, что в нарушение положений части 3 статьи 196 ГПК РФ суд первой инстанции неправомерно вышел за пределы заявленных исковых требований и принял решение по тому требованию, которое истцом не заявлялось, в связи с чем, решение суда в части признания договора перевозки мнимой сделкой подлежит отмене в соответствии с п.п.3,4, ч.1 ст.330 ГПК РФ.

Доводы апелляционных жалоб о неподсудности спора Ливенскому районному суду Орловской области судебная коллегия признает несостоятельными, поскольку заявленный ООО «Маккален Аг» спор был передан на рассмотрение Ливенского районного суда Орловской области на основании определения о передаче дела по подсудности, которое в установленном законом порядке ответчиками обжаловано не было. Поскольку споры о подсудности между судами недопустимы (часть 4 статьи 33 ГПК РФ), рассмотрение дела Ливенским районным судом Орловской области является обоснованным.

Вопреки доводам жалобы ответчики извещались судом о времени и месте слушания дела надлежащим образом, в том числе ФИО1 извещался по месту настоящей регистрации по адресу: 

<

адрес> (т.2 л.д.48-54), однако от получения судебной корреспонденции уклонился, уважительных причин невозможности получить корреспонденцию не представил.

Ссылка в жалобах на статью 313 ГК РФ является несостоятельной, поскольку каких-либо допустимых доказательств наличия у ИП ФИО2 обязательств личного либо делового характера перед ФИО1 и поручения ООО «Маккален Аг» исполнить эти обязательства материалы дела не содержат.

Доводы апелляционных жалоб о том, что денежные средства в размере 4 500 000 рублей были подарены ИП ФИО2 ФИО1 судебной коллегией во внимание не принимаются, так как в силу подпункта 2 пункта 1 статьи 161 ГК РФ сделки граждан между собой на сумму, превышающую десять тысяч рублей, должны совершаться в простой письменной форме. Надлежащим образом заключенного договора дарения на спорную сумму в материалы дела не представлено.

Доводы апелляционных жалоб о неподведомственности спора суду общей юрисдикции, поскольку спор вытекает из предпринимательской деятельности ИП ФИО2, судебной коллегией отклоняются, так как согласно статье 22 ГПК РФ (в редакции, действующей на момент возникновения спорных правоотношений), при обращении в суд с заявлением, содержащим несколько связанных между собой требований, из которых одни подведомственны суду общей юрисдикции, другие - арбитражному суду, если разделение требований невозможно, дело подлежит рассмотрению и разрешению в суде общей юрисдикции. Поскольку оснований для раздельного рассмотрения заявленных требований к двум ответчикам не имелось, дело обоснованно было рассмотрено Ливенским районным судом Орловской области.

На основании вышеизложенного, руководствуясь статьями 327.1, 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

определила:

решение Ливенского районного суда Орловской области от 14 марта 2018 г. в части признания сделки договора перевозки № 24 от 18 апреля 2015 г. недействительной отменить.

В остальной части решение Ливенского районного суда Орловской области от 14 марта 2018 г. оставить без изменения, апелляционные жалобы ФИО1 и индивидуального предпринимателя ФИО2 – без удовлетворения.

Председательствующий

Судьи