РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

04 октября 2023 года г. Шелехов

Шелеховский городской суд Иркутской области в составе 

председательствующего судьи Петрович К.Э.,

при секретаре Кононовой Н.Н.,

с участием представителя истца - помощника прокурора г. ФИО4 Языковой С.Н.,

истца ФИО1,

представителя ответчика АО «Кремний» ФИО2, действующей на основании доверенности от *дата скрыта*,

представителя ответчика ООО «ИСО» ФИО3, действующего на основании доверенности от *дата скрыта*,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело №2-1495/2023 по иску прокурора г. ФИО4, действующего в интересах ФИО1, к акционерному обществу «Кремний», обществу с ограниченной ответственностью «Инжиниринг Строительство Обслуживание», обществу с ограниченной ответственностью «Русская инжиниринговая компания» о взыскании компенсации морального вреда,

установил:

в обоснование исковых требований, уточненных в порядке ст. 39 ГПК РФ, указано, что в прокуратуру г. ФИО4 обратился ФИО1, *дата скрыта* г.р., с заявлением об обращении в суд в защиту его прав и законных интересов с требованием о взыскании с работодателей компенсации морального вреда, причиненного профессиональным заболеванием.

Установлено, что ФИО1 работал в периоды: с *дата скрыта* по *дата скрыта* – слесарем-ремонтником 5 разряда в электротермическом отделении в ЗАО «Кремний»; с *дата скрыта* по *дата скрыта* – слесарем ремонтником 5, 6 разряда в дирекции по ремонту технологического оборудования ООО «Рус-инжиниринг»; с *дата скрыта* по *дата скрыта* – слесарем-ремонтником 5 разряда в цехе по ремонту оборудования кремневого производства и порошковой металлургии в ООО «ИСО» (филиал в г. Шелехове).

Стаж его работы в условиях воздействия вредных веществ и неблагоприятных производственных факторов составляет 

<

данные изъяты>.

Согласно медицинскому заключению *номер скрыт* от *дата скрыта* клиники ФГБНУ «ВСИМЭИ», ФИО1 установлен основной диагноз: 

<

данные изъяты>

В связи с указанным медицинским заключением работодателем проведено расследование случая профессионального заболевания, и *дата скрыта* утвержден Акт случае профессионального заболевания в отношении ФИО1, которым установлена причинно-следственная связь между возникновением профессионального заболевания и исполнением работником трудовых обязанностей – заболевание возникло в результате несовершенства технологического процесса, воздействие промышленных газов и аэрозолей, вины работника не установлено.

ФИО1 органами медико-социальной экспертизы установлена утрата профессиональной трудоспособности в размере 

<

данные изъяты>% по профессиональному заболеванию, дата следующего медосвидетельствования *дата скрыта*.

Вследствие полученных профессиональных заболеваний, ФИО1 испытывает моральные страдания и нравственные переживания, связанные с утратой здоровья, неспособностью вести привычный образ жизни, в связи с чем, не ощущает себя полноценным человеком в жизни, испытывает значительные неудобства в быту и дома, не может поднимать тяжести. Кроме того, часто просыпается по ночам от приступов удушья, не может находиться на холодном воздухе, испытывает тревогу и страх за свое здоровье и жизнь. Свои моральные страдания и нравственные переживания ФИО1 оценивает в сумму 500 000 руб.

Соглашение сторон о добровольной компенсации морального вреда с ФИО1 не заключалось, компенсационные выплаты не производились.

Прокурор г. ФИО4, уточнив исковые требования в порядке ст.39 ГПК РФ, просил суд взыскать пропорционально с АО «Кремний», ООО «Инжиниринг Строительство Обслуживание» и ООО «Рус-Инжиниринг» в пользу ФИО1, *дата скрыта* г.р., компенсацию морального вреда, причиненного профессиональным заболеванием, в размере 500 000 руб.

Определением Шелеховского городского суда Иркутской области от 05.09.2023 к участию в деле в качестве ответчика привлечено ООО «РУС-Инжиниринг».

В судебном заседании представитель истца - помощник прокурора г. ФИО4 Языкова С.Н. исковые требования, уточненные в порядке ст. 39 ГПК РФ, поддержала, настаивала на их удовлетворении, просила взыскать с ответчиков компенсацию морального вреда пропорционально периодам работы истца в организациях: 7% - с АО «Кремний», 80% - с ООО «РУС-Инжиниринг», 13% - с ООО «ИСО».

Истец ФИО1 в судебном заседании исковые требования в редакции уточненного искового заявления поддержал, настаивал на их удовлетворении. Дополнительно пояснил, что недавно прошел медицинский осмотр, где ему сообщили об ухудшении состояния здоровья и прогрессировании профессионального заболевания. Кроме того, 

<

данные изъяты> В период работы во вредных условиях он ежегодно проходил медосмотр, каждый раз его допускали до работы, только в последний год не допустили.

Представитель ответчика АО «Кремний» ФИО2 исковые требования не признала по основаниям, изложенным в письменных возражениях. Дополнительно указала, что поскольку работник в связи с причинением вреда его здоровью во всяком случае испытывает нравственные и физические страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда. Размер заявленной ко взысканию компенсации морального вреда не подтвержден, является завышенным и необоснованным. Просила учесть, что работодатель на протяжении всего периода работы истца в АО «Кремний» принимал все необходимые меры для уменьшения воздействий на работника вредных условий труда. Кроме мер, предусмотренных законодательством, обеспечивал истца и других работников, которые работают во вредных условиях труда, усовершенствованными средствами индивидуальной защиты; ежегодно предоставлял бесплатное профилактическое санаторно-курортное лечение в профилактории завода; проводил внеплановые профессиональные осмотры врачей-профпатологов и т.д. Законодатель допускает работу во вредных условиях труда с определенными гарантиями, компенсациями, и только длительный стаж работы в данных условиях приводит к установлению профессиональных заболеваний. При этом, длительность работы в любой профессии каждый гражданин определяет сам. Также подлежит учету то обстоятельство, что стаж работы ФИО1 в АО «Кремний» в условиях воздействия вредных веществ и неблагоприятных производственных факторов составляет 

<

данные изъяты> т.е. 7% от общего стажа работы в таких условиях. 

Представитель ответчика ООО «ИСО» ФИО3 исковые требования, уточненные в порядке ст. 39 ГПК РФ, не признал, по доводам, изложенным в письменном отзыве на исковое заявление. Просил учесть, стаж работы ФИО1 в ООО «ИСО» в условиях воздействия вредных веществ и неблагоприятных производственных факторов составляет 

<

данные изъяты>., т.е. 13% от общего стажа работы в таких условиях.

Представитель ответчика ООО «РУС-Инжиниринг» в судебное заседание не явился, о месте и времени его проведения извещены надлежащим образом, причины неявки неизвестны.

Суд определил рассмотреть дело в отсутствие неявившегося представителя ответчика в соответствии со ст. 167 ГПК РФ.

Выслушав объяснения сторон, исследовав письменные материалы гражданского дела, оценив представленные доказательства в совокупности и каждое в отдельности, суд приходит к следующему.

Частью 1 ст. 45 ГПК РФ предусмотрено, что прокурор вправе обратиться в суд с заявлением в защиту прав, свобод и законных интересов граждан, неопределенного круга лиц или интересов Российской Федерации, субъектов Российской Федерации, муниципальных образований. 

Согласно ч. 2 ст. 7 Конституции Российской Федерации, в Российской Федерации охраняется труд и здоровье людей. Право граждан на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, закреплено в ч. 2 ст. 37 Конституции Российской Федерации. Этому праву работников корреспондирует обязанность работодателя создавать такие условия труда (ст. 212 Трудового кодекса Российской Федерации – ТК РФ).

Статьей 22 ТК РФ предусмотрена обязанность работодателя возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены настоящим Кодексом, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами РФ.

Из положений ст. 237 ТК РФ следует, что моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора.

В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Пунктом 63 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17 марта 2004 года N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса РФ" предусмотрено, что суд вправе удовлетворить требование работника о компенсации морального вреда, причиненного ему любыми неправомерными действиями или бездействием работодателя. Размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости.

В соответствии с п. 3 ст. 8 Федерального закона от 24 июля 1998 года N 125-ФЗ "Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний", возмещение застрахованному морального вреда, причиненного в связи с несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием, осуществляется причинителем вреда. 

Из представленных в материалы дела доказательств, в частности: трудовой книжки, приказа *номер скрыт* от *дата скрыта* о приеме работника на работу, приказа *номер скрыт* от *дата скрыта* о переводе работника на другую работу, трудового договора *номер скрыт* от *дата скрыта* и дополнительных соглашений к нему установлено, что истец ФИО1 осуществлял трудовую деятельность в условиях воздействия вредных веществ и неблагоприятных производственных факторов в следующие периоды:

с *дата скрыта* по *дата скрыта* 

<

данные изъяты>.) – слесарем-ремонтником 5 разряда (6 разряда с *дата скрыта*) в электротермическом отделении в ЗАО «Кремний»; 

с *дата скрыта* по *дата скрыта* (

<

данные изъяты>.) слесарем-ремонтником 6 разряда в дирекции по ремонту технологического оборудования в ООО «Рус-Инжиниринг»; 

с *дата скрыта* по *дата скрыта* (

<

данные изъяты>.) – слесарем-ремонтником 6 разряда в цехе по ремонту оборудования кремневого производства и порошковой металлургии в ООО «ИСО» (филиал в г. Шелехове).

Согласно приказу о прекращении трудового договора с работником №*номер скрыт* от *дата скрыта*, ФИО1 уволен *дата скрыта* на основании п.3 ч.1 ст.77 ТК РФ по инициативе работника (по собственному желанию) в связи с выходом на пенсию.

Из обстоятельств дела следует, что в связи с осуществлением профессиональной деятельности ФИО1 подвергалась влиянию вредных производственных факторов, оказывающих неблагоприятное воздействие на его здоровье, в результате чего получил профессиональное заболевание: 

<

данные изъяты>, что подтверждается медицинским заключением *номер скрыт* от *дата скрыта*.

В извещении об установлении заключительного диагноза хронического профессионального заболевания *номер скрыт* от *дата скрыта* заключительный диагноз звучит, как: 

<

данные изъяты>

*дата скрыта* Главным государственным санитарным врачом по Иркутской области в отношении ФИО1 утвержден Акт о случае профессионального заболевания от *дата скрыта*. В данном акте отражен заключительный диагноз работника: 

<

данные изъяты>; общий стаж работы: 

<

данные изъяты>; стаж работы в условиях воздействия вредных веществ и неблагоприятных производственных факторов: 

<

данные изъяты>. Причиной профессионального заболевания установлено длительное воздействие на организм человека вредных производственных факторов или веществ: углерода оксид (угарный газ, углерода окись) ПДК-20,0 мг/м3, фактически – 32 мг/м3, азота диоксид (азот) оксид; азота двуокись ПДК 2,0 мг/м3, фактически – 0,5 мг/м3, углерода пыли коксы, каменноугольные, пековые, нефтяные, сланцевые ПДК – 16,0 мг/м3, фактически – 41,1 мг/м3. Согласно гигиеническим критериям и классификации условий труда по показателям вредности и опасности факторов производственной среды, тяжести и напряженности трудового процесса, условия труда относятся к 3 классу 3 степени; наличие вины работника не установлено.

В материалы дела представлено медицинское заключение *номер скрыт* от *дата скрыта*, согласно которому у ФИО1 имеется профессиональная 

<

данные изъяты>. 

<

данные изъяты>. По заключению ВК *номер скрыт* от *дата скрыта*, за прошедший год имеется отрицательная динамика-

<

данные изъяты>. Противопоказана работа в условиях воздействия пыли, с общим охлаждением, физическим перенапряжением.

Органами медико-социальной экспертизы *дата скрыта* ФИО1 установлена степень утраты профессиональной трудоспособности в размере 

<

данные изъяты>% до *дата скрыта*, что подтверждается справкой *номер скрыт* *номер скрыт* от *дата скрыта*.

Исходя из смысла ч. 1 ст. 212 ТК РФ, обязанность по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагается на работодателя, он считается виновным в получении работником профессионального заболевания в процессе трудовой деятельности, если не докажет обратное.

Как следует из акта комиссии, проводившей расследование профессионального заболевания истца, вины работника установлено не было.

Оценивая представленные доказательства, суд приходит к выводу о том, что заболевание, имеющееся у ФИО1, является профессиональным, возникло по вине ответчиков в результате длительного воздействия на работника вредных производственных факторов. Последствием профессионального заболевания явилась частичная утрата ФИО1 трудоспособности – в размере 

<

данные изъяты>%. 

Таким образом, суд приходит к выводу о наличии оснований для возложения на АО «Кремний», ООО «ИСО», ООО «РУС-Инжиниринг» обязанности по компенсации причиненного истцу морального вреда, поскольку у ФИО1 выявлено профессиональное заболевание, полученное в период работы у ответчиков: в АО «Кремний» - в 

<

данные изъяты>, в ООО «РУС Инжиниринг» - в течение 

<

данные изъяты>, в ООО «ИСО» - в течение 

<

данные изъяты>, находящееся в причинно-следственной связи с воздействием вредных производственных факторов в процессе выполнения работником трудовых обязанностей.

Компенсация морального вреда должна отвечать цели, для достижения которой она установлена законом, а именно: компенсировать потерпевшему перенесенные им физические или нравственные страдания. Конкретный размер компенсации морального вреда определяется судом по его усмотрению в зависимости от характера причиненных этому лицу физических и нравственных страданий, учитывая требования разумности и справедливости (ч. 2 ст. 1101 ГК РФ).

Поскольку моральный вред по своему характеру не предполагает возможности его точного выражения в деньгах и полного возмещения, предусмотренная компенсация должна отвечать признакам справедливого вознаграждения потерпевшего за перенесенные страдания.

В судебном заседании истец ФИО1 пояснил, что из-за причиненного заболевания он испытывает физические и нравственные страдания, не может вести активный образ жизни, 

<

данные изъяты> 

Анализируя собранные по делу доказательства в их совокупности, суд приходит к выводу, что истцу причинен моральный вред в виде физических и нравственных страданий, причиненных профессиональным заболеванием. 

Из исследованных в судебном заседании доказательств установлено, что профессиональное заболевание получено ФИО1 в связи с длительной работой у ответчиков, которые не обеспечили безопасные условия труда в достаточной степени, что повлекло частичную утрату трудоспособности истца, ежегодное медицинское обследование и постоянное лечение приобретенного профессионального заболевания, что, безусловно, относится к нравственным и физическим страданиям истца. 

Принимая во внимание степень утраты истцом профессиональной трудоспособности, тяжесть и характер профессионального заболевания, его влияние на качество жизни истца, отсутствие вины работника, учитывая степень вины работодателей, в том числе, отсутствие у них умысла на причинение вреда истцу, суд полагает, что моральный вред, причиненный ФИО1 в связи с профессиональным заболеванием, должен быть компенсирован в сумме 215 000 руб., путем взыскания указанных денежных средств в долевом порядке, пропорционально продолжительности работы истца в процентном соотношении к общему периоду работы во вредных условиях: с АО «Кремний» - в размере 15 000 руб. (7 % от общего стажа 

<

данные изъяты> месяца), с ООО «ИСО» - в размере 30 000 руб. (13 % от общего стажа 

<

данные изъяты>), с ООО «РУС Инжиниринг» - в размере 170 000 руб. (80% от общего стажа 

<

данные изъяты>).

В соответствии со ст. 333.18 Налогового кодекса РФ плательщики при обращении в суд уплачивают государственную пошлину до подачи искового заявления.

Прокурор в силу ст. 333.36 НК РФ освобожден от уплаты государственной пошлины.

Учитывая указанные обстоятельства, правовой результат рассмотрения иска прокурора, выразившийся в удовлетворении заявленных требований, на основании ст. 333.19 Налогового кодекса РФ с ответчиков в доход бюджета Шелеховского муниципального района подлежит взысканию государственная пошлина в сумме 300 руб. - по 100 руб. с каждого. 

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст.194-199 ГПК РФ, 

решил:

исковые требования прокурора города ФИО4, действующего в интересах ФИО1, удовлетворить.

Взыскать с акционерного общества «Кремний» в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда, причиненного профессиональным заболеванием, в размере 15 000 рублей.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Инжиниринг Строительство Обслуживание»в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда, причиненного профессиональным заболеванием, в размере 30 000 рублей.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Русская инжиниринговая компания» в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда, причиненного профессиональным заболеванием, в размере 170 000 рублей.

Взыскать с акционерного общества «Кремний» в бюджет Шелеховского муниципального района государственную пошлину в размере 100 руб.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Инжиниринг Строительство Обслуживание»в бюджет Шелеховского муниципального района государственную пошлину в размере 100 руб.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Русская инжиниринговая компания» в бюджет Шелеховского муниципального района государственную пошлину в размере 100 руб.

Решение может быть обжаловано в Иркутский областной суд через Шелеховский городской суд Иркутской области в течение месяца со дня составления мотивированного текста.

Судья К.Э. Петрович

Мотивированный текст решения суда изготовлен 11 октября 2023 г.