АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

№ 22-34/2018

4 июня 2018 года

г. Краснознаменск

Московской области

3 окружной военный суд в составе: председательствующего – судьи Винника С.В., при секретаре Коростелёве А.С., с участием военного прокурора отдела военной прокуратуры Чугаева А.Ю., осужденного ФИО1 и его защитника – адвоката Горбачёвой С.А., в отрытом судебном заседании в помещении филиала № _ ФГБУ «3 Центральный военный клинический госпиталь имени А.А. Вишневского» рассмотрел уголовное дело по апелляционной жалобе осужденного на приговор Краснознаменского гарнизонного военного суда от 20 марта 2018 года, в соответствии с которым военнослужащий 

ФИО1, ,

осужден за совершение преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 159 УК РФ, к наказанию в виде штрафа в размере 80 000 (восьмидесяти тысяч) рублей.

Заслушав доклад судьи, выступления осужденного ФИО1 и его защитника – адвоката Горбачёвой С.А. в поддержку доводов апелляционной жалобы, а также мнение прокурора Чугаева А.Ю., полагавшего необходимым приговор оставить без изменения, а апелляционную жалобу защитника – без удовлетворения, 3 окружной военный суд,

установил:

ФИО1 признан виновным в совершении мошенничества при следующих, установленных судом, обстоятельствах.

Так, с 26 мая по 11 июня 2016 года ФИО1 направлялся в служебную командировку в войсковую часть _, дислоцирующуюся в _ Московской области. 

Перед своим убытием ФИО1 в подотчёт получил денежные средства в сумме 30 000 рублей, которые были перечислены ему на банковскую карту. 

Ввиду того, что ФИО1 в указанный период в упомянутой воинской части безвыездно не находился и услугами по найму жилого помещения не пользовался, он решил все денежные средства, предназначенные на командировочные расходы, обратить в свою пользу. 

С этой целью он приобрел у неустановленного лица фиктивные счет № _, кассовые чеки от 28 и 29 мая того же года и справку о том, что в указанный период он, якобы, оплачивал за свое проживание в гостинице ООО « » денежные средства на общую сумму 54 400 рублей.

По возвращении из командировки, ФИО1 по команде представил указанные фиктивные документы с авансовым отчетом в Федеральное казенное учреждение «Управление финансового обеспечения Министерства обороны Российской Федерации по г. Москве и Московской области» (далее по тексту ФКУ «УФО МО РФ по г. Москве и Московской области») для отчета за ранее полученный аванс, в результате чего эти, а также дополнительно перечисленные ему 22 июня 2016 года денежные средства он путем обмана незаконно обратил в свою пользу, причинив государству в лице Министерства обороны РФ имущественный ущерб на общую сумму 52 133 рубля. 

В апелляционной жалобе осужденный, полагая, что приговор является необоснованным и несправедливым, ставит вопрос о его отмене в связи с несоответствием изложенных в нем выводов суда фактическим обстоятельствам дела и о постановлении оправдательного приговора, в обоснование чего приводит доводы, суть которых сводится к следующему.

Так, указывает автор жалобы, лишь в ходе предварительного следствия после проведения ряда экспертиз стало известно о том, что в представленных им в финансовый орган справке о проживании и указанном выше счёте подписи директора и администратора, а также оттиск печати являются фиктивными, и лишь кассовые чеки – подлинными.

Приводя далее содержание выводов суда первой инстанции и кратко излагая показания свидетелей П, М, Б, Т, А, Р (К) и детализации соединений телефона с используемого им номером _, осужденный утверждает, что показания названных свидетелей не были настолько однозначными, как они изложены в приговоре.

Так, обращает внимание ФИО1, показания свидетелей П, М и Б не опровергают его позицию о ежедневном исполнении им своих обязанностей, поскольку их местом службы являются различные объекты войсковой части _, а в общей сложности он за время командировки встречался с ними 12 раз. Кроме того, помимо офицеров, утверждает осужденный, он встречался также с лицами гражданского персонала части, однако никто из данных лиц по делу допрошен не был. И напротив, суду не было предоставлено ни одного свидетеля его пребывания в период командировки за пределами Щёлковского района, в связи с чем его отсутствие на рабочем месте в какой-либо из дней командировки не доказано.

По мнению ФИО1, несмотря на критическое отношение суда к его показаниям об оставлении телефона с его абонентским номером супруге, которая приезжала к нему 6 июня 2016 года, на период командировки, совокупность его пояснений по поводу детализации соединений данного номера с показаниями свидетелей П, М и Б подтверждает его нахождение в период командировки в г. _.

Обращает внимание автор жалобы и на то, что, помимо показаний, отражённых в приговоре, свидетель А показал, что решение о заселении гостиничного домика ООО « » его администратор принимает самостоятельно, и ему об этом не сообщает. Какого-либо письменного оформления при заселении гостиничного домика не производится, а А, в свою очередь, в гостиничную зону не ходит и с посетителями не знакомится. Обычно гостиничные домики сдаются посетителям ресторана для отдыха, для чего существует почасовой принцип оплаты. Чеки от 28 и 29 мая на суммы 21 000 и 33 400 рублей были изготовлены на кассовом аппарате ООО « ». При этом они могли быть изготовлены Т либо Мн, а их суммы вошли в состав сумм, указанных в приходных кассовых ордерах №№ 125 и 126 от тех же дат, подписанных А.

Указывает ФИО1 и то, что свидетель Т, кроме того, показала, что она не смогла ответить на вопрос, почему отсутствует возможность изготавливать чеки по окончании рабочего дня. При заселении клиентов после 23 часов никакие финансовые документы не оформлялись, чеки не изготавливались, а наличные деньги принимались сторожем и утром передавались ей. Поскольку, по показаниям А, тот не сверяет выручку за сутки с отчётом, эти обстоятельства позволяют похищать денежные средства за аренду домиков и не платить с них налоги, в связи с чем автор жалобы делает вывод о том, что именно такую схему использовала Т для незаконного изъятия денег за его проживание, предназначавшихся ООО « ».

При этом суд первой инстанции, доверяя показаниям названого свидетеля и делая вывод об изготовлении фиктивных документов неустановленным лицом, по утверждению осужденного, не дал оценки следующим доводам стороны защиты. 

Принимая во внимание показания свидетеля А, ограничившего круг лиц, которые могли изготовить чеки – Т либо Мн, автор жалобы сообщал суду о том, что только Т было известно о форме справки и счёта, с которыми он ознакомил последнюю в первый день их встречи 26 мая 2016 года, а также стоимость проживания в гостиничном домике (со скидкой за длительное проживание).

В этой связи, по мнению осужденного, заслуживают внимания показания свидетеля Р, согласно которым, доступ к печати ООО « » имеют его директор и администратор. В предъявленной ей справке о проживании подпись под фамилией ФИО2 исполнена не ею. Вместе с тем, почерк, которым исполнена данная подпись, похож на почерк Мн, который она смогла запомнить. 

Недостаточными, полагает ФИО1, были и предпринятые следственным органом меры для установления местонахождения Минасяна с целью его допроса. Так, согласно материалам дела, Мн является гражданином Республики Армения, и ничто не мешало экспертным путём исследовать его анкету иностранного гражданина, на предмет соответствия его подписи и подписи неустановленного лица в справке о проживании. Были известны органу следствия и сведения о страховом номере и ИНН Мн, а также его паспортные данные и место регистрации, что свидетельствует о нежелании данного органа установить истину по делу.

Таким образом, считает автор жалобы, отсутствие в деле экспертного исследования подписи К в справке о проживании в сравнении с почерком Мн и отсутствие протокола его допроса является неустранимым сомнением, которое, в силу положений ч. 3 ст. 14 УПК РФ, должно толковаться в его пользу. Судом же данному доводу стороны защиты оценка дана не была, что является нарушением положений п. 2 ст. 307 того же Кодекса.

Как продолжает ФИО1, при представлении отчётных документов в финансовый орган, у него не было повода сомневаться в их подлинности, и сумму, указанную в кассовых чеках, он внёс в кассу ООО « » через его администратора. Отсутствовал у него и повод сомневаться в том, что эти деньги поступят в доход названного ООО, а не будут похищены Т.

К тому же, Т, по мнению автора жалобы, заинтересована в исходе дела, поскольку она не стала признаваться в присвоении денежных средств, принадлежащих ООО « », с целью избежать уголовной ответственности за содеянное.

Как утверждает осужденный, для введения его в заблуждение Т изготовила для него фиктивные справку и счёт, однако кассовые чеки ООО « » оказались подлинными, а их наличие свидетельствует о внесении ФИО1 в кассу ООО 54 400 рублей.

Не свидетельствуют о не проживании ФИО1 в гостиничном домике и показания А, поскольку время прибытия и убытия последнего не совпадало со временем проживания там автора жалобы, а Т по изложенным выше причинам ему об этом не сообщала.

Также, утверждает осужденный, в ходе судебного следствия не было добыто каких-либо доказательств наличия у него корыстного умысла, а какого-либо дохода от командировки он не получил.

От государственного обвинителя – помощника военного прокурора 83 военной прокуратуры гарнизона ФИО3 поступили письменные возражения на апелляционную жалобу осужденного, в которых он считает приведенные доводы необоснованными и просит оставить приговор без изменения.

Рассмотрев материалы уголовного дела, обсудив приведенные в апелляционной жалобе доводы и выслушав выступления участвующих в судебном заседании лиц, окружной военный суд не находит оснований для её удовлетворения по следующим основаниям. 

Вопреки мнению осужденного, суд первой инстанции уделил значительное внимание проверке представленных сторонами доказательств, исследованию обоснованности обвинения, а также установлению обстоятельств, предусмотренных ст. 73 УПК РФ, выяснению и тщательному анализу данных, как уличающих, так и оправдывающих ФИО1, и надлежащим образом изложил их в приговоре. 

Все изложенные в приговоре доказательства тщательным образом исследованы судом, по итогам чего им, в соответствии с положениями ст. ст. 17, 87, 88 и 307 УПК РФ, была дана надлежащая оценка с точки зрения их относимости, допустимости и достоверности, а в своей совокупности – достаточности для разрешения данного уголовного дела по существу. 

Выводы, к которым пришел суд в приговоре, вопреки мнению осужденного, должным образом мотивированы и являются убедительными, а существенных противоречий, которые бы ставили их под сомнение, из материалов дела не усматривается. 

Так, как следует из материалов уголовного дела, на основании приказов командира войсковой части _ от 18 мая и 14 июня 2016 года №№ _, а также командировочного удостоверения № _, в период с 26 мая по 11 июня, то есть на 17 суток, ФИО1 направлялся в служебную командировку в войсковую часть _, дислоцированную в г. _ Московской области. 

Согласно представленным в ФКУ «УФО МО РФ по г. Москве и Московской области» счету № _ от 26 мая 2016 года, кассовым чекам от 28 и 29 мая того же года и справке, ФИО1 в период командировки, якобы, проживал в комнате _ гостиницы ООО « », расположенной в г. _, за что заплатил 54 400 рублей, из расчета 3 200 рублей в сутки.

Как видно из сообщения начальника филиала № 2 ФКУ «УФО МО РФ по г. Москве и Московской области», а также платежных финансовых документов, ФИО1 была выплачена путем перечисления на его банковскую карту компенсация командировочных расходов, в том числе 52 133 рубля – за его проживание в гостинице.

Указанные в данном сообщении сведения достоверно подтверждаются пояснениями в суде свидетеля Ал – работника данного довольствующего финансового учреждения, из которых следует, что сумма командировочных расходов, выплаченная ФИО1, отличается от указанной в представленных им документах, поскольку была скорректирована бухгалтером исходя из почасового, а не суточного учета его проживания в гостинице.

Из исследованного судом протокола осмотра места происшествия следует, что на территории ООО « » имеется ресторан и озеро, на берегу которого располагаются три гостевых домика. На втором этаже каждого из них оборудовано по две комнаты.

Вместе с тем, согласно показаниям свидетеля Т, в ООО « » она работала по май 2016 года. При этом ФИО1 она не знает, и с просьбами об оформлении отчетных документов он к ней не обращался, денег за проживание не передавал. В свою очередь, счетов, справок и чеков она ему не выдавала. В гостевых домиках никто и никогда длительно не проживал.

Причин сомневаться в правдивости этих показаний у суда первой инстанции не имелось.

Утверждения осужденного о его оговоре упомянутым свидетелем, с учетом исследованных в судебном заседании доказательств, своего подтверждения в суде не нашли. 

При этом в материалах дела отсутствуют какие-либо данные о несоответствии действительности показаний свидетеля Т, которые по своей сути последовательны, логичны и согласуются с иными доказательствами, которые, в свою очередь, полностью подтверждают их правдивость. Имеющиеся же противоречия незначительны, объясняются лишь давностью излагаемых событий, в связи с чем, никоим образом не ставят их под сомнение.

Правдивость показаний названного свидетеля и выводы суда о том, что ФИО1 в период командировки в ООО « » действительно не проживал и денежные средства за это не вносил, подтверждаются протоколом осмотра программно-аппаратного комплекса, счетом, кассовыми чеками, справкой, заключениями экспертов и другими доказательствами. 

Так, свидетель А – директор ООО « » в суде показал, что его организация не оказывает гостиничных услуг, а имеющиеся на её территории гостевые домики для отдыха гостей предоставлялись не более чем на 24 часа. При этом в период с 26 мая по 11 июня 2016 года ФИО1 в данных домиках не проживал, а в справке на имя последнего подпись от имени («руководитель предприятия А С.Г.») ему не принадлежит. 

При этом, из показаний свидетеля Р (К) – бывшего администратора ООО « » следует, что она была уволена с данной должности в ноябре 2015 года. В свою очередь, в справке на имя ФИО1 и в счете от 26 мая 2016 года № 0157 подпись от её имени («старший администратор К.») выполнена ни ей.

Из исследованного судом соответствующего протокола следует, что при осмотре программно-аппаратного комплекса R-Keeper Reports 6.90а, при помощи которого осуществлялся учет заказов и услуг ООО « », сведений о том, что кто-либо из постояльцев оплачивал длительную аренду гостевых домиков, в том числе в период с 26 мая по 11 июня 2016 года, не содержится. 

По заключениям экспертов, содержащиеся в представленных ФИО1 к оплате счете и справке подписи от имени директора и старшего администратора ООО « » А и К, соответственно, выполнены не ими, а оттиски печатей – не с клише, полученного из данного заведения.

Исследовав детализацию телефонных соединений по абонентскому номеру _, которым пользовался осужденный, суд первой инстанции установил, что в период с 26 мая по 11 июня 2016 года в районе базовых станций, расположенных в г. _ Московской области, фиксировались множественные соединения различного типа лишь в течение трех дней – 26 мая, 6 и 10 июня (входящие и исходящие звонки и смс-оповещения). В иные дни указанного периода осуществлялись многочисленные входящие (исходящие) вызовы, смс-оповещения с названного номера в других районах и городах Московской области и г. Москвы (в том числе на МКАД - на участках с 1 по 100 км.), а в районе базовых станций в г. _ Московской области таковых больше не было. 

Обоснованно отверг суд и версию ФИО1 о передаче им своего телефона супруге, якобы ввиду наличия на нем льготного тарифного плана, поскольку данные показания, не будучи ничем объективно подтверждены, вызывали сомнение в силу значительного количества соединений соответствующего данного номера, зарегистрированных во множестве различных и расположенных на значительном удалении населённых пунктах. При этом соединений другого имевшегося в пользовании ФИО1 номера в период его командировки отмечено не было.

Соответствуют выводы суда первой инстанции, кроме того, показаниям свидетелей П, Б и М – соответственно, начальников отделов и отделения, напрямую связанных с выполнением ФИО1 в период командировки служебного задания, каждый из которых подтвердил, что из 17 дней видел осужденного на территории войсковой части _ лишь несколько раз.

Сопоставив приведенные выше доказательства в их совокупности, суд первой инстанции пришёл к верному выводу о том, что ФИО1 в период своей командировки безвыездно на территории воинской части не находился и услугами по найму гостевых домиков в ООО « » не пользовался, а представленные им в обоснование, якобы, понесенных расходов, документы являются фиктивными. 

Всесторонне и тщательно проверил суд и версию подсудимого об обратном, и, с учетом приведенных выше доказательств, обоснованно отверг её как противоречащую установленным обстоятельствам дела, исходя из того, что показания ФИО1 в данной части голословны и ничем не подтверждены.

Противоречат материалам дела и доводы осужденного о том, что денежные средства за аренду гостевых домиков, якобы, передавались сотрудникам ООО « », минуя бухгалтерский учет, поскольку, как следует из приведенного выше протокола осмотра программно-аппаратного комплекса R-Keeper Reports 6.90а, от иных клиентов такие поступления там фиксировались. 

Ссылки ФИО1 на то, что он появлялся в войсковой части _ и в другие дни, а не только в те, когда его видели П, М и Б, то они в данной случае не могут повлиять на обоснованность выводов суда о его виновности и не исключают возможности его ежедневного убытия из г. Щелково, в том числе и домой.

Тщательно и всесторонне исследовав представленные доказательства и дав им в совокупности надлежащую оценку, суд правильно квалифицировал действия осужденного по ч. 1 ст. 159 УК РФ.

Неустранимых сомнений в виновности ФИО1, которые подлежали бы толкованию в его пользу, суд апелляционной инстанции по делу не усматривает.

Все иные доводы апелляционной жалобы не влияют на существо принятого по делу решения.

Нарушений уголовно-процессуального закона, влекущих за собой отмену или изменение приговора, не допущено. 

Наказание ФИО1 назначено в соответствии с требованиями главы 10 УК РФ, с учетом характера и степени общественной опасности совершенного им преступления, смягчающих обстоятельств, а также данных о его личности, о чем прямо указано в приговоре.

Все значимые для решения вопроса о наказании обстоятельства, в том числе и материально положение, как самого осужденного, так и членов его семьи, при вынесении приговора судом первой инстанции были оценены правильно и учтены в достаточной степени. 

Назначенное ФИО1 наказание, как по виду, так и по размеру, вопреки мнению стороны защиты, нельзя признать чрезмерно суровым.

Иные доводы жалобы, по мнению суда апелляционной инстанции, не могут повлечь за собой отмену приговора. 

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 389-13, 389-20, 389-28 и 389.33 УПК РФ, 3 окружной военный суд,

постановил:

Приговор Краснознаменского гарнизонного военного суда от 20 марта 2018 года в отношении ФИО1 оставить без изменения, а апелляционную жалобу осужденного – без удовлетворения.