Дело № 2-62/2018

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

г. Борисоглебск 15 мая 2018 года

Борисоглебский городской суд Воронежской области в составе:

председательствующего-судьи ФИО2,

при секретаре Гринцевич И.И.,

с участием:

представителя истца адвоката Румыниной И.Е.,

ответчика ФИО3,

представителя ответчика адвоката Матасова И.С.,

рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении суда гражданское дело по иску ФИО4 к ФИО3 о возмещении материального ущерба, причиненного незаконной реконструкцией дома, возложении обязанности демонтировать конструкцию крыши, 

установил:

ФИО4 обратился в суд с иском, указав, что ему на основании договора дарения от 06.08.2015 г. принадлежит 2/3 доли в праве общей долевой собственности на жилой дом и 2/3 доли в праве общей долевой собственности на земельный участок площадью 595 кв.м. с кадастровым номером №, расположенные по адресу: 

<

адрес>. Собственником остальной части названных жилого дома и земельного участка является ФИО3, ответчик по настоящему делу. Ему принадлежит 1/3 доли дома и 1/3 доли земельного участка.

По утверждению истца, фактически жилой дом состоит из двух частей, каждая из которых имеет отдельный вход. Часть дома литер АА1а площадью 30,2 кв.м. находится в его пользовании, другая часть дома литер АА2АЗа1 площадью 35,8 кв.м. находится в пользовании ответчика. Части дома, занимаемые истцом и ответчиком, имеют общую стену и располагаются рядом, а ранее, до 2013 года пристройка литер «а1» ФИО3 имела отдельную стену, примыкающую к стене занимаемой мною части домовладения. Всё домовладение было накрыто единой кровлей.

Как указывает истец, примерно в 2013 году ФИО3 осуществил переустройство в литер A3, в результате которого снес стену между литер A3 (ранее литер al), переоборудовал холодный коридор литер al в литер A3, а в июле-сентябре 2016 года произвел реконструкцию своей части домовладения, которая выразилась в том, что он увеличил размеры пристройки литер «А3а1», а также сделал новую крышу над своей частью домовладения литер АА2, кроме того изменил конфигурацию крыши над литер A3 и над занимаемой истцом частью дома литер АА1. Устроенная ФИО3 крыша была сделана таким образом, что она стала выше старой крыши, при этом часть крыши, располагающейся над частью домовладения ФИО3 практически «лежит» на части крыши располагающейся над частью домовладения истца и опирается на общую стену между занимаемыми каждым из собственников частями дома, чем существенно была увеличена нагрузка на несущие конструкции дома, не рассчитанные на такого рода нагрузку.

По мнению истца, при реконструкции жилого дома ответчик ФИО3 допустил ряд серьезных нарушений, следствием чего явилось неравномерная осадка стены литер АА1, занимаемой истцом части дома, в стенах и балках перекрытия появились трещины, также была нарушена несущая способность конструкций стены литер АА1, в том числе и самой крыши, что создает угрозу разрушения всего домовладения, а следовательно создает угрозу жизни и здоровью проживающих в нем людей. Так как ФИО3 увеличил высоту крыши над литер АА2 ухудшилась тяга из домовой трубы.

Истец считает, что такие действия ответчика по реконструкции общей крыши домовладения и самого домовладения, находящегося в общей долевой собственности, без согласования с ним, как с совладельцем дома, нарушает его права. По предварительному расчету истца действиями ФИО3 СМ. ему был причинен материальный ущерб в сумме 183 140,61 руб., который складывается из стоимости работ, которые необходимо произвести по устранению установленных дефектов и восстановлению несущей способности стены между литер Аа1 и А3а1.

Ссылаясь на ст.ст. 12, 222, 304 ГК РФ ФИО4 просит: устранить препятствие созданное ему ФИО3 по пользованию принадлежащей на праве собственности частью жилого 

<

адрес>, для чего обязать его восстановить реконструированный объект – жилой 

<

адрес> в первоначальное состояние, предшествующее реконструкции, в части конструкции крыши и восстановления стены между литер A3 и АА1 и взыскать с ФИО3 в его пользу стоимость материального ущерба в виде затрат на проведение строительных работ по восстановлению несущей способности стены между литер АА1 и А3а1 в сумме 183 140,61 руб.

Истец неоднократно уточнял и изменял исковые требования и в окончательной редакции просит: взыскать с ФИО3 в его пользу стоимость материального ущерба в виде затрат на проведение ремонтно - строительных работ для восстановления поврежденного имущества, несущей способности стены (смежной между литер АА1 и А3а1), балок перекрытия в занимаемой им части дома в сумме 72683,06 руб. и обязать ФИО3 демонтировать (убрать) конструкцию крыши произведенной им пристройки со смежной стены между литер АА1 и А3а1

Истец ФИО4 в судебное заседание не явился. Представил заявление о рассмотрении дела в его отсутствие и поддержании заявленных требований.

Представитель истца Румынина И.Е. поддержала заявленные требования.

Ответчик ФИО3 иск не признал и пояснил, что ранее жилой дом принадлежал его родителям, он проживает в нем с 1968 г. Стена, о которой идет речь всегда была общей разделяющей перегородкой. Никакой второй стены никогда не было, крыша тоже общей не могла быть. Фактически родители купили одну комнату, получили разрешение на пристройку к северной стороне и к южной, поэтому крыша общей изначально не могла быть, потому что это уже пристройка. До производства им работ крыша была трехскатная. Ответчик спросил у матери истца разрешение сделать крышу общей, она согласилась. Но когда об этом узнал ее сын, он сказал нет. Балки крыши частично заменены в мае 2016 г., высота их не менялась. Против демонтажа крыши он возражает. В части требований устранить трещины он согласен окончить дело миром и сделать ремонт в части дома истца за свой счет и своими силами.

Представитель ответчика Матасов И.С. доводы своего доверителя поддержал и дополнительно пояснил, что доводы, изложенные истцом в иске искажены и не соответствуют действительности. Реконструкция была вызвана тем, что дом очень ветхий, требовал капитального ремонта. Отсутствие разрешения на производство работ по реконструкции не является основанием к демонтажу крыши. Нарушений требований строительных норм и правил не имеется, угрозы жизни и здоровью иных лиц не имеется. Обнаруженные экспертами трещины в штукатурном слое не имеют никакого отношения к деревянной конструкции дома, а потому ответчик не отвечает за недостатки, вызванные длительностью эксплуатации. Доказательств нарушений прав истца суду не представлено, просил в иске отказать.

Выслушав лиц, участвующих в деле, исследовав письменные материалы дела, суд приходит к следующему.

Истец ФИО4 является собственником 2/3 доли в праве общей долевой собственности на жилой дом и 2/3 доли в праве общей долевой собственности на земельный участок площадью 595 кв.м. с кадастровым номером 36:04:0102026:53, расположенных по адресу: 

<

адрес>, на основании договора дарения от 06.08.2015 г. 

Собственником 1/3 доли в праве общей долевой собственности на жилой дом и 1/3 доли в праве общей долевой собственности на земельный участок является ответчик ФИО3, что подтверждается выпиской из ЕГР от 19.09.2017 г.

Фактически жилой дом состоит из двух частей, имеющих самостоятельнее входы и обособленные инженерные сети.

Согласно данным технического паспорта жилой дом построен в 1939 году.

В 2016 году в части жилого дома, занимаемой ответчиком ФИО3 произведена реконструкция, заключающаяся в демонтаже деревянной холодной пристройки лит. а1 и расширении теплой пристройки лит. А3 с переоборудованием кровли над ней.

По смыслу п. 3 ст. 17 Конституции РФ реализация прав и свобод человека и гражданина не должна нарушать права и свободы других лиц, защита права собственности и иных вещных прав должна осуществляться на основе соразмерности и пропорциональности, с тем, чтобы был обеспечен баланс прав и законных интересов всех участников гражданского оборота.

В соответствии с ч.ч. 1 и 2 ст. 209 ГК РФ собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения своим имуществом, он вправе по своему усмотрению совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые действия, не противоречащие закону и иным правовым актам и не нарушающие права и охраняемые законом интересы других лиц.

В силу ст. 20 Градостроительного кодекса РФ, граждане обязаны осуществлять градостроительную деятельность в соответствии с градостроительной документацией, правилами застройки; проводить работы по надлежащему содержанию зданий, строений и сооружений в соответствии с градостроительной и проектной документацией, градостроительными нормативами и правилами, экологическими, санитарными, противопожарными и иными специальными нормативами.

Согласно ч. 1 ст. 222 ГК РФ самовольной постройкой является жилой дом, другое строение, сооружение или иное недвижимое имущество, созданное на земельном участке, не отведенном для этих целей в порядке, установленном законом и иными правовыми актами, либо созданное без получения на это необходимых разрешений или с существенным нарушением градостроительных и строительных норм и правил.

Из смысла положений ст. 222 ГК РФ следует, что одним из юридически значимых обстоятельств по настоящему делу является установление того обстоятельства, что возводимый объект недвижимости нарушает права и охраняемые законом интересы собственников, создает угрозу жизни и здоровью.

Статьей 304 ГК РФ предусмотрено, что собственник имеет право требовать устранения всяких нарушений его права, хотя бы эти нарушения и не были соединены с лишением владения.

По делу была проведена судебная строительно-техническая экспертиза.

Согласно заключению экспертов ООО «Воронежский центр экспертизы» № 189/18 от 16.03.2018 г. техническое состояние части жилого дома литер А,А1,а, занимаемой ФИО4 в жилом 

<

адрес>, в 

<

адрес>, соответствует работоспособному состоянию, т.к. отсутствуют повреждения несущих конструкций существенно снижающих несущую способность. Имеющиеся нарушения требований по деформативности балки потолочного покрытия в помещении № 1 (Лит.А), площадью 9,9 кв.м. не приводят к нарушению работоспособности. Имеющиеся трещины в штукатурном слое стены, смежной со строением ФИО3 не являются сквозными и не оказывают влияния на работоспособность конструкции, хотя и нуждаются в устранении. Качественные характеристики обследуемой части дома свидетельствуют о возможности эксплуатации части жилого дома литер А,А1,а, занимаемой ФИО4 в жилом 

<

адрес> в качестве жилого.

Часть жилого дома литер А,А1,а, занимаемая ФИО4 в жилом 

<

адрес> не противоречит санитарно-эпидемиологическим требованиям к условиям проживания в жилых зданиях и помещениях. 

В ходе проведенного обследования экспертами установлено, что в помещении № 1, площадью 9,9 кв.м., занимаемом ФИО4, имеются повреждения несущей стены (смежной между литер АА1 и А3а1), в виде наклонных трещин, шириной раскрытия 1-2 мм, не имеющего сквозного характера, также имеются трещины в штукатурном слое вдоль потолочной балки, имеется прогиб полочной балки, превышающий нормативные значения. Имеющиеся деформации потолочной балки не приводят к нарушению работоспособности строительных конструкций; в помещении № 2, площадью 7,6 кв.м., имеются волосяные трещины на стенах и потолке, которые не приведут к нарушению работоспособности строительных конструкций; в помещении № 3, площадью 12,7 кв.м. имеются волосяные трещины на стенах и потолке, которые не приведут к нарушению работоспособности строительных конструкций.

Эксперты делают вывод, что имеются признаки разрушения, нарушения целостности несущей стены (смежной между литер АА1 и А3а1), деформации балки перекрытия в помещении № 1, площадью 9,9 кв.м., а также повреждения внутренней отделки в помещении № 1, площадью 9,9 кв.м., незначительные повреждения внутренней отделки в помещении № 2, площадью 7,6 кв.м., № 3, площадью 12,7 кв.м., которые занимает ФИО4, в жилом 

<

адрес>. 

Исходя из проведённого обследования установлено, что при строительстве новой пристройки со стороны квартиры №, находящейся в пользовании ФИО3, опирание конструкций кровли и чердачного перекрытия новой пристройки осуществляется на межквартирную перегородку между квартирой № ФИО3 и № ФИО4, имеющую на момент обследования год постройки 1939 г, и не имеющей достаточно прочного фундамента под ней.

Эксперт считает, что причина возникновения указанных повреждений: трещины в межквартирной перегородке и прогибов потолочной балки - комплексная, проведение реконструкции ФИО3 и отсутствие капитального ремонта жилого 

<

адрес>, приведшего к естественному старению строительных конструкций, их охрупчиванию, и как следствие, возникновение трещин и прогибов.

Для устранения выявленных повреждений межквартирной перегородки (трещин в штукатурном слое), прогибов потолочной балки в помещении № 1, площадью 9,9 кв.м. необходимо проведение работ по устройству фундамента под межквартирной перегородкой, усилению межквартирной перегородкой, усилению потолочной балки. Для проведения указанных работ требуется изготовление проекта.

Общая стоимость ремонтно-строительных работ (включающая стоимость работ и материалов), необходимых для восстановления поврежденного имущества составляет 72 683 рубля 06 копеек. 

В соответствии с положениями статьи 86 ГПК РФ заключение эксперта должно содержать подробное описание проведенного исследования, сделанные в результате его выводы и ответы на поставленные судом вопросы.

Согласно ч. 3 ст. 86 ГПК РФ заключение эксперта для суда необязательно и оценивается судом по правилам, установленным в статье 67 ГПК РФ.

В силу ч.ч. 3 и 4 ст. 67 ГПК РФ суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности. Результаты оценки доказательств суд обязан отразить в решении, в котором приводятся мотивы, по которым одни доказательства приняты в качестве средств обоснования выводов суда, другие доказательства отвергнуты судом, а также основания, по которым одним доказательствам отдано предпочтение перед другими.

Таким образом, заключение судебной экспертизы оценивается судом по его внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании каждого отдельно взятого доказательства, собранного по делу, и их совокупности с характерными причинно-следственными связями между ними и их системными свойствами. Суд оценивает экспертное заключение с точки зрения соблюдения процессуального порядка назначения экспертизы, соблюдения процессуальных прав лиц, участвующих в деле, соответствия заключения поставленным вопросам, его полноты, обоснованности и достоверности в сопоставлении с другими доказательствами по делу.

В судебном заседании представителем ответчика заявлено ходатайство о вызове и допросе в качестве специалиста сотрудника ООО «Конструктив» ФИО1, которая проводила осмотр части жилого дома ответчика и нашла неточности в заключении экспертов. В обоснование ходатайства представитель ответчика фактически выражал свое несогласие с выводом экспертов по конкретному вопросу, а поскольку заключение экспертов является одним из видов доказательств и его оценка относится к компетенции суда, в заявленном ходатайстве представителю ответчика было отказано.

Заключение эксперта в гражданском процессе может оцениваться всеми участниками судебного разбирательства. Суд может согласиться с оценкой любого из них, но может и отвергнуть их соображения. 

Оценивая заключение № 189/18 от 17.03.2018 г. экспертов, суд считает, что оно соответствует требованиям ст. 86 ГПК РФ, Федерального закона от 31 мая 2001 г. № 73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации», содержит подробное описание проведенного исследования, анализ имеющихся данных, результаты исследования, конкретные ответы на поставленные судом вопросы, является логичным, полным и последовательным, не допускает неоднозначного толкования. Эксперты до начала производства экспертизы были предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения по статье 307 УК РФ, имеют необходимые для производства подобного рода экспертиз образование, квалификацию, специальность, стаж работы. При проведении экспертного исследования эксперты непосредственно изучили объект исследования и техническую документацию, проанализировали и сопоставили все имеющиеся исходные данные, провели исследование объективно, на базе общепринятых научных и практических данных, в пределах своих специальностей, всесторонне и в полном объеме.

Поэтому суд приходит к выводу о том, что данное заключение в полной мере является допустимыми и достоверными доказательством, которое может быть принято за основу при постановлении решения.

В силу ст. 15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков.

Согласно разъяснениям, изложенным в п. 12 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 г. № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (п. 2 ст. 15 ГК РФ). Размер подлежащих возмещению убытков должен быть установлен с разумной степенью достоверности. По смыслу п. 1 ст. 15 ГК РФ в удовлетворении требования о возмещении убытков не может быть отказано только на том основании, что их точный размер невозможно установить. В этом случае размер подлежащих возмещению убытков определяется судом с учетом всех обстоятельств дела, исходя из принципов справедливости и соразмерности ответственности допущенному нарушению. По общему правилу лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине (п. 2 ст. 1064 ГК РФ). Бремя доказывания своей невиновности лежит на лице, нарушившем обязательство или причинившем вред. Вина в нарушении обязательства или в причинении вреда предполагается, пока не доказано обратное.

Учитывая, что причиной возникновения ущерба являются действия ответчика по реконструкции жилого дома, доказательств, подтверждающих отсутствие вины ответчика в нарушение ст. 56 ГПК РФ им не представлено, размер ущерба определен экспертами и ответчиком не оспорен, исковые требования истца в части взыскания суммы ущерба подлежат удовлетворению.

Довод ответчика о необходимости проведения реконструкции жилого дома, какими – либо доказательствами не подтвержден, опровергается выводом экспертов, согласно которому необходимость проведения работ по реконструкции, переустройству и/или перепланировки не регламентируется требованиями нормативных документов и определить имелась ли техническая необходимость в проведении ФИО3 работ по реконструкции, переустройству не представляется возможным, а потому судом отклоняется.

Вместе с тем, исходя из положений ст. ст. 10, 12 ГК РФ защита гражданских прав должна осуществляться добросовестно и разумно и должна быть соразмерна наступившим последствиям такой защиты.

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в п. 45 Постановления Пленума Верховного Суда РФ № 10, Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ № 22 от 29 апреля 2010 г. «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав» на основании ст.ст. 304, 305 ГК РФ иск об устранении нарушений права, не связанных с лишением владения, подлежит удовлетворению в случае, если истец докажет, что нарушается его право собственности или законное владение, или что имеется реальная угроза нарушения его права собственности или законного владения со стороны ответчика.

Таким образом, условием удовлетворения иска об устранении препятствий является совокупность доказанных юридических фактов, которые свидетельствуют о том, что собственник или иной титульный владелец претерпевает нарушения своего права, а именно: наличия права собственности или иного вещного права у истца, наличия препятствий в осуществлении прав собственности, а также обстоятельств, свидетельствующих о том, что именно ответчиком чинятся препятствия в использовании собственником имущества, не соединенные с лишением владения.

Судом установлено, что при реконструкции жилого дома ответчиком ФИО3 нарушены ст. 1, 7 Федерального закона от 30.12.2009 г. № 384-Ф3 «Технический регламент о безопасности зданий и сооружений (с изменениями на 2 июля 2013 года), в части причинения ущерба имуществу ФИО4, частичного повреждений несущих конструкций межквартирной перегородки, деформации потолочной балки в помещении № 1, площадью 9,9 кв.м.; п. 7.2. Свода правил СП 17.13330.2017 «Кровли». Актуализированная редакция СНиП 2.07.01-89, в части устройства узла примыкания кровли к конструкциям кровли ФИО4, так как высота примыкания менее 300 мм.; п.3.2. Строительные нормы и правила СНиП 12-01-2004 «Организация строительства», а также п. 2 ст. 51 ГрК РФ в части отсутствии разрешения на строительство; п. 5.1.6 Свода правил СП 62.13330.2011 «СНиП 42-01-2002. Газораспределительные системы» Актуализированная редакция СНиП 42-01-2002 в части ввода транзитного газопровода сначала в новую пристройку, а затем в квартиру №, ФИО4

В соответствии с ч. 10 ст. 1 Градостроительного кодекса РФ объект капитального строительства - здание, строение, сооружение, объекты, строительство которых не завершено, за исключением временных построек, киосков, навесов и других подобных построек.

Согласно п. 14 ст. 1 Градостроительного кодекса РФ реконструкция объектов капитального строительства (за исключением линейных объектов) - это изменение параметров объекта капитального строительства, его частей (высоты, количества этажей, площади, объема), в том числе надстройка, перестройка, расширение объекта капитального строительства, а также замена и (или) восстановление несущих строительных конструкций объекта капитального строительства, за исключением замены отдельных элементов таких конструкций на аналогичные или иные улучшающие показатели таких конструкций элементы и (или) восстановления указанных элементов.

Исходя из анализа приведенных норм материального права, выполненные ответчиком строительные работы являются самовольной реконструкцией. 

Разрешение на реконструкцию объекта капитального строительства ответчиком в установленном законом порядке получено не было.

По мнению суда, реконструкция объекта ФИО3 обладает признаками самовольной, в том смысле, который ей придается положениями ст. 222 ГК РФ, поскольку производится ответчиком без согласия собственника доли жилого дома ФИО4, без оформления необходимой разрешительной и проектной документации, с нарушением требований строительных норм и правил. 

В соответствии с п. 28 Постановления Пленума Верховного Суда РФ № 10, Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ № 22 от 29 апреля 2010 г. «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав» положения статьи 222 ГК РФ распространяются на самовольную реконструкцию недвижимого имущества, в результате которой возник новый объект. Суд обязывает лицо к сносу самовольно реконструированного недвижимого имущества лишь в том случае, если будет установлено, что объект не может быть приведен в состояние, существовавшее до проведения таких работ.

Однако, сам по себе факт возведения строения с нарушением строительных, градостроительных, иных норм и правил безусловным правовым основанием для его сноса не является. Лицо, заявляющее такие требования должно доказать, что несоблюдение строительных норм и правил повлекло нарушение его права собственности и, что защита нарушенных прав иным способом, помимо сноса, невозможна, поскольку избранный способ защиты нарушенного права должен соответствовать принципу разумности и соразмерности последствиям нарушения права, в данном случае заявлено о сносе строения и не доказано, что имеющиеся нарушения можно устранить только таким способом, а отсутствие разрешительной документации не является безусловным основанием для сноса строений.

Согласно выводам экспертов имеется возможность устранения выявленных нарушений целостности, деформации, разрушения внутренней отделки в помещениях № 1, площадью 9,9 кв.м., № 2, площадью 7,6 кв.м., № 3, площадью 12,7 кв.м., которые занимает ФИО4 и восстановления несущей способности стены (смежной между литер аА1 и А3а1) и балок перекрытия без приведения части дома, занимаемой ФИО3 в первоначальное состояние.

В соответствии с п. 1 ст. 9 ГК РФ граждане и юридические лица по своему усмотрению осуществляют принадлежащие им гражданские права, при этом пределы осуществления гражданских прав определены в ст. 10 данного кодекса, а способы защиты - в его ст. 12, в которой в качестве одного из способов судебной защиты нарушенного права закреплено восстановление положения, существовавшего до нарушения права, и пресечение действий, нарушающих право или создающих угрозу его нарушения.

По смыслу ст. 11, 12 ГК РФ, прерогатива в определении способа защиты нарушенного права принадлежит исключительно лицу, обратившемуся в суд за такой защитой, то есть истцу.

В силу ч. 1 ст. 12 ГПК РФ правосудие по гражданским делам осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон.

Принцип состязательности, являясь одним из основных принципов гражданского судопроизводства, предполагает, в частности, что каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основании своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом. Именно это правило распределения бремени доказывания закреплено в части 1 ст. 56 ГПК РФ.

Лицам, участвующим в деле, необходимо активно пользоваться своими процессуальными правами: представлять имеющиеся доказательства либо указывать, где они находятся, заявлять ходатайства об их истребовании, о вызове свидетелей, о назначении экспертиз, а также о принятии мер обеспечения доказательств.

Каких-либо доказательств тому, что реконструкция кровли не соответствуют санитарно-гигиеническим и противопожарным нормам и правилам, а также тому, что дальнейшая эксплуатация реконструируемого объекта в настоящее время создает угрозу жизни и здоровью граждан и нарушает прав и законные интересы третьих лиц, суду истцом не представлено, ходатайств о назначении экспертизы, об истребовании дополнительных доказательств, не заявлено.

При установленных обстоятельствах, суд приходит к выводу об отсутствии правовых оснований для удовлетворения исковых требований ФИО4 в части демонтажа конструкции крыши.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194-198 ГПК РФ, суд

решил:

Исковые требования ФИО4 удовлетворить частично.

Взыскать с ФИО3 в пользу ФИО4 72 683 (семьдесят две тысячи шестьсот восемьдесят три рубля) 06 копеек.

В удовлетворении остальных исковых требований ФИО4 – отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Воронежский областной суд в течение месяца со дня изготовления решения суда в окончательном виде.

Председательствующий: