№

№

№

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

15 января 2024 года 

<

адрес>

Дзержинский городской суд 

<

адрес> в составе: председательствующего судьи Алексеевой И.М., при помощнике судьи Кузнецовой Г.С., с участием представителей истца ФИО1 и ФИО2, представителя ответчика ФИО3 – ФИО4, рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО5 к ФИО6 ФИО3, администрации 

<

адрес> о признании договора о безвозмездной передаче жилья в собственность недействительным в части, признании договора дарения квартиры недействительным, применении последствий недействительности сделки,

УСТАНОВИЛ:

ФИО5 обратился в суд с иском к ФИО6, ФИО3 о расторжении договора о безвозмездной передачи жилья в собственность, признании договора дарения недействительным, признании права общей долевой собственности, указав, что в апреле 2011 года ее мать ФИО6 решила приватизировать квартиру, расположенную по адресу: 

<

адрес>. Данная квартира была получена по ордеру на всю семью отцом истца, в которой они проживали все вместе. После смерти отца мать истца решила приватизировать данную квартиру. Она уговорила истца написать отказ от приватизации и оформила право собственности на квартиру на себя, при этом заверив истца, что квартира все равно будет принадлежать ему, и она позже переоформит ее на него. Все это время истец жил со своей гражданской женой в ее квартире, а в спорной квартире проживала сестра матери – ФИО3 Истец не возражал против проживания в спорной квартире ФИО3, так как в этот период времени в квартире никто не жил. В мае 2023 года истец со своей девушкой расстался и решил проживать в своей квартире. Он сказал об этом своей матери, чтобы та предупредила свою сестру о его решении и дала ей время на переезд в квартиру, расположенную по адресу: 

<

адрес>, где ФИО3 является собственником доли в праве общей долевой собственности на квартиру вместе со своим сыном. Мать истца позвонила своей сестре ФИО3, но она отказалась освобождать квартиру. После указанных событий истец узнал, что в 2014 году его мать подписала договор дарения квартиры, не уведомив истца, своей сестре - ФИО3, которая обещала, что это временно, и она, как только понадобится, переоформит квартиру на истца. Все это время, пока ФИО3 проживала в квартире, она привела ее в плачевное состояние - не ремонтировала ее, накопила долги по коммунальным платежам - их удерживали и с истца, и с его матери. Данные коммунальные платежи они оплачивали, так как считали, что квартира принадлежит им. Сейчас истец лишился единственного жилья, в котором он прописан, но проживать не может. ФИО3 проживает в спорной квартире со своим сожителем. Ни он, ни она не являются членами семьи истца. Они обманом захватили квартиру истца, проживают в ней, хотя ФИО3 имеет собственное жилье, в котором и прописана, а истец остался на улице. Истец считает, что имеются все неопровержимые доказательства того, что только расторжение договора о безвозмездной передаче жилья в собственность может восстановить его права на квартиру.

28.10.2014 между ФИО6 (даритель) и ФИО3 (одаряемая) был заключен договор дарения квартиры, расположенной по адресу: 

<

адрес>. В этом же году произошла регистрация перехода права собственности на ФИО3 Истец считает, что вышеуказанный договор дарения был заключен с нарушениями норм законодательства, и, соответственно, является недействительным. В договоре дарения не указаны лица, которые сохраняют право пользования и проживания в вышеуказанной квартире по день своей смерти, а именно: ФИО6 (мать истца) и ФИО5 (истец).

На основании изложенного истец просил суд расторгнуть договор о безвозмездной передаче жилья в собственность от 23.06.2011 №; признать договор дарения от 28.10.2014 недействительным; применить последствия недействительности сделки; прекратить право собственности на квартиру, расположенную по адресу: 

<

адрес> за ФИО3, исключив из ЕГРН запись о регистрации права собственности; признать право общей долевой собственности на квартиру в порядке безвозмездной передаче жилья в собственность за ФИО6 и ФИО5 по 1/2 доле за каждым, соответственно.

В процессе рассмотрения дела истец в порядке ст. 39 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее – ГПК РФ), изменил исковые требования указав, что в судебном заседании 08.11.2023 ФИО3 пояснила, что за вышеуказанную квартиру она передавала ФИО6 денежные средства, т.е. по факту был заключен договор купли-продажи квартиры. Сделано это было, со слов ФИО3, для того, чтобы ФИО7 не заплатила 13% налог, что является ложью, поскольку на тот период времени (октябрь 2014 года) квартира в собственности у ФИО6 была уже более 3-х лет, и, соответственно, ее продажа никаким налогом не облагалась. Согласно ст. 558 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ), существенным условием договора купли-продажи жилого помещения выступает указание в нем всех лиц, сохраняющих право пользования жилым помещением после его отчуждения. Должно быть письменное согласие истца на продажу квартиры, которое он бы никогда не дал. Истец считает, что именно поэтому между ФИО3 и ФИО6 был составлен договор дарения квартиры, чтобы не брать у истца согласие на совершение сделки, требуемое для заключения договора купли-продажи квартиры. Таким образом, по своей природе, вышеуказанная сделка является притворной (п. 2 ст. 170 ГК РФ). В соответствии с вышеуказанной статьей, сделка, задачей которой является замаскировать другую сделку - куплю-продажу квартиры, является недействительной (ст. 168 ГК РФ). 

В судебном заседании 08.11.2023 ответчик ФИО6 признала исковые требования в полном объеме, пояснив при этом, что приватизацией спорной квартиры занималась риэлтор, вопрос участия членов семьи она с ними не согласовывала, о том, кто стал собственником квартиры, ФИО6 узнала только при получении документов на руки. При оформлении приватизации квартиры, расположенной по адресу: 

<

адрес>, истцу было предложено написать отказ от приватизации в пользу матери – ФИО6, при этом ему пояснили, что квартира все равно его, а сама процедура приватизации будет стоить дешевле. В администрации 

<

адрес>, где он писал отказ от приватизации, никаких разъяснений по этому поводу ему не давали, не разъяснили правовые последствия его действий, а просто показали на бланке, где нужно поставить подпись. Истец заблуждался и не понимал действий, которые он совершал - правовые последствия его отказа от приватизации, если бы понимал, какие будут последствия, то никогда бы не подписал такой отказ от приватизации. В состоянии заблуждения он подписал непонятный для него отказ от приватизации жилого помещения, все последствия которого стали ему известны только в мае 2023 года, когда он узнал, что его обманули и оставили без жилья. У каждого из ответчиков имеется собственное жилье: у ФИО6 имеется жилой дом, принадлежащий ей на праве совместной собственности, расположенный по адресу: 

<

адрес>; у ФИО3 имеется ? доля в праве общей долевой собственности на квартиру, расположенную по адресу: 

<

адрес>. И только истца лишили собственного, единственного жилья. Истец не хочет жить в квартире с чужими людьми, а хочет жить со своей семьей (женой, детьми). Это его единственное жилье, и другое жилье получить у нет возможности. Только признание договора о безвозмездной передаче жилья в собственность от 23.06.2011 № недействительным в части, включение истца в число собственников квартиры, расположенной по адресу: 

<

адрес>, определение прав на указанную квартиру за истцом и ответчиком ФИО6 по 1\2 доле в праве общей долевой собственности, может восстановить нарушенное право истца. О своем нарушенном праве истец узнал мае 2023 года, следовательно, течение срока исковой давности, по его мнению, должно исчисляться именно с этой даты, применение последствий пропуска срока исковой давности в данном случае нарушит его законные права и интересы. ФИО3 намеренно вводит суд в заблуждение относительно того, что он знал о дарении (купле-продаже) ей квартиры, так как ни один нормальный человек не даст своего согласия на отчуждение своего единственного жилья. В соответствии с законом, истец, как лицо, отказавшееся от приватизации, должен был дать согласие на отчуждение спорной квартиры. Дарение (купля-продажа), хоть и было зарегистрировано, но, в данном случае является недействительной сделкой. ФИО6 подарив (продав) сестре квартиру, нарушила право истца на жилище. 

На основании изложенного истец просит суд считать его исковые требования в следующей редакции, а именно: просит признать договор о безвозмездной передаче жилья в собственность от 23.06.2011 № недействительным в части; включить его в число собственников квартиры, расположенной по адресу: 

<

адрес>, определив по 1/2 доли в праве общей долевой собственности на вышеуказанную квартиру, за ФИО5 и ФИО6; признать договор дарения от 28.10.2014 недействительным, применив последствия недействительности сделки; прекратить за ФИО3 право собственности на квартиру, расположенную по адресу: 

<

адрес>, внести соответствующую запись в государственный реестр прав.

Определением Дзержинского городского суда 

<

адрес> от 10.08.2023 к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельные требования относительно предмета спора, привлечен Комитет по управлению муниципальным имуществом администрации 

<

адрес>.

Определением Дзержинского городского суда 

<

адрес> от 28.09.2023 к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельные требования относительно предмета спора, привлечено Управление Росреестра по 

<

адрес>.

Определением Дзержинского городского суда 

<

адрес> от 08.11.2023 к участию в деле в качестве соответчика привлечена администрация 

<

адрес>.

Истец в судебное заседание не явился, представил в суд заявление о рассмотрении дела в свое отсутствие. 

Представители истца по доверенности ФИО1 и ФИО2 в судебном заседании доводы, изложенные в уточненном исковом заявлении, поддержали, просили исковые требования удовлетворить.

Ответчик ФИО6 в судебное заседание не явились, извещена надлежащим образом.

Ответчик ФИО3 в судебное заседание не явилась, извещена надлежащим образом. Ранее представила отзыв на исковое заявление, в котором указала, что исковые требования удовлетворению не подлежат, поскольку ФИО5, являясь совершеннолетним и дееспособным, добровольно отказался от приватизации жилого помещения. ФИО7 был оформлен договор дарения на ФИО3, при этом ФИО5 также знал условия и обстоятельства данной сделки и возражений относительно её заключения не заявлял. После заключения договора дарения от 28.10.2014 ни ФИО5, ни ФИО6 никогда в спорной квартире не проживали, расходы на её содержание не несли. Указанные лица фактически проживали и проживают по адресу: 

<

адрес>. Кроме того, в их собственности имеется дом в 

<

адрес>. Регистрация в спорном жилом помещении была сохранена за ними по устной договоренности с ФИО3, в связи с необходимостью пользоваться учреждениями здравоохранения на территории 

<

адрес>. С момента заключения договора о безвозмездной передачи жилья в собственность от 23.06.2011 прошло более 10 лет. С момента заключения договора дарения квартиры от 28.10.2014 прошло почти 9 лет. Таким образом, и общий срок исковой давности, и срок давности признания сделки недействительной давно прошли. Каких-либо уважительных причин его пропуска исковое заявление не содержит. Таким образом, исковые требования не подлежат удовлетворению в связи с пропуском срока исковой давности.

Представитель ответчика ФИО3 по доверенности ФИО4, в судебном заседании доводы, изложенные в отзыве на исковое заявление, поддержал, просил в удовлетворении исковых требований отказать, в том числе применить к исковым требованиям последствия пропуска истцом срока исковой давности. 

Представитель ответчика администрации 

<

адрес> в судебное заседание не явился, извещен надлежащим образом. Ранее представил в материалы дела отзыв на исковое заявление, в котором указал, что решение просит принять на усмотрение суда в соответствии с действующим законодательством. 

Представители третьих лиц, не заявляющих самостоятельные требования относительно предмета спора - Управления Росреестра по 

<

адрес>, Комитета по управлению муниципальным имуществом администрации 

<

адрес>, в судебное заседание не явились, извещены надлежащим образом.

Суд, с учетом мнения представителей истца, представителя ответчика ФИО3, в соответствии с положениями ст. 167 ГПК РФ, полагает возможным рассмотреть данное гражданское дело в отсутствии неявившихся участников процесса.

Выслушав объяснения представителей истца, представителя ответчика ФИО3, изучив исковое заявление, возражение ответчика на исковое заявление, исследовав и оценив собранные по делу доказательства в их совокупности в соответствии с требованиями статей 55, 59 и 60 ГПК РФ, установив обстоятельства, имеющие значение для дела, суд приходит к следующему. 

Статьей 217 ГК РФ предусмотрено, что имущество, находящееся в государственной или муниципальной собственности, может быть передано его собственником в собственность граждан и юридических лиц в порядке, предусмотренном законами о приватизации государственного и муниципального имущества.

При приватизации государственного и муниципального имущества предусмотренные настоящим Кодексом положения, регулирующие порядок приобретения и прекращения права собственности, применяются, если законами о приватизации не предусмотрено иное.

В силу статьи 2 Закона Российской Федерации от 4 июля 1991 г. № «О приватизации жилищного фонда в Российской Федерации» граждане Российской Федерации, имеющие право пользования жилыми помещениями государственного или муниципального жилищного фонда на условиях социального найма, вправе приобрести их на условиях, предусмотренных настоящим Законом, иными нормативными правовыми актами Российской Федерации и нормативными правовыми актами субъектов Российской Федерации, в общую собственность либо в собственность одного лица, в том числе несовершеннолетнего, с согласия всех имеющих право на приватизацию данных жилых помещений совершеннолетних лиц и несовершеннолетних в возрасте от 14 до 18 лет.

Как следует из материалов дела, 21.04.2011 между администрацией 

<

адрес> и ФИО6, был заключен договор социального найма жилого помещения № в соответствии с которым ФИО6 и членам ее семьи в бессрочное владение и пользование предоставлено жилое помещение, расположенное по адресу: 

<

адрес>.

Указанным договором предусмотрено, что в качестве члена семьи ФИО6 совместно с ней в жилое помещение вселяется ФИО5

21.04.2011 ФИО8, действующая по доверенности выданной ФИО6, обратилась в администрацию 

<

адрес> с заявлением о приватизации жилого помещения, расположенного по адресу: 

<

адрес>.

13.04.2011 ФИО5 в администрацию 

<

адрес> подано заявление об отказе от участия в приватизации квартиры, расположенной по адресу: 

<

адрес>, в пользу матери – ФИО6

23.06.2011 между администрацией 

<

адрес> и ФИО6, за которую на основании доверенности действовала ФИО8, заключен договор о безвозмездной передаче жилья в собственность, в соответствии с которым жилое помещение, расположенное по адресу: 

<

адрес>, передано в собственность ФИО6 

04.08.2011 ФИО6 Управлением Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по 

<

адрес> выдано свидетельство о государственной регистрации права. 

Разрешая требования истца о признании договора о безвозмездной передаче жилья в собственность от 23.06.2011 недействительным в части, суд исходит из следующего.

Как следует из уточненного искового заявления, при написании заявления об отказе от приватизации, администрацией 

<

адрес> последствия отказа от приватизации истцу разъяснены не были, при написании данного заявления он заблуждался и не понимал правовые последствия отказа от приватизации, отказ от приватизации был подписан им в состоянии заблуждения.

В силу пункта 1 статьи 178 ГК РФ сделка, совершенная под влиянием заблуждения, может быть признана судом недействительной по иску стороны, действовавшей под влиянием заблуждения, если заблуждение было настолько существенным, что эта сторона, разумно и объективно оценивая ситуацию, не совершила бы сделку, если бы знала о действительном положении дел.

Признаки существенного заблуждения предполагают, согласно пункту 2 названной статьи, что сторона допустила очевидные оговорку, описку, опечатку и т.п.; сторона заблуждается в отношении предмета сделки, в частности таких его качеств, которые в обороте рассматриваются как существенные; сторона заблуждается в отношении природы сделки; сторона заблуждается в отношении лица, с которым она вступает в сделку, или лица, связанного со сделкой; сторона заблуждается в отношении обстоятельства, которое она упоминает в своем волеизъявлении или из наличия которого она с очевидностью для другой стороны исходит, совершая сделку.

Заблуждение относительно мотивов сделки не является достаточно существенным для признания сделки недействительной (пункт 3 статьи 178 ГК РФ).

Суд может отказать в признании сделки недействительной, если заблуждение, под влиянием которого действовала сторона сделки, было таким, что его не могло бы распознать лицо, действующее с обычной осмотрительностью и с учетом содержания сделки, сопутствующих обстоятельств и особенностей сторон (пункт 5 статьи 178 ГК РФ).

В пункте 21 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 марта 2016 г. № «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» разъяснено, что, если стороне переговоров ее контрагентом представлена неполная или недостоверная информация либо контрагент умолчал об обстоятельствах, которые в силу характера договора должны были быть доведены до ее сведения, и сторонами был заключен договор, эта сторона вправе потребовать признания сделки недействительной и возмещения вызванных такой недействительностью убытков (статьи 178 или 179 ГК РФ).

По смыслу приведенных законоположений, для удовлетворения иска по правилам статьи 178 ГК РФ не достаточно установить лишь факт заблуждения заемщика и существенный характер заблуждения, но также и то, что заблуждение, под влиянием которого действовал заемщик, было таким, что оно не могло быть распознано лицом, действующим с обычной осмотрительностью и с учетом содержания сделки, сопутствующих обстоятельств и особенностей сторон.

Как следует из заявления ФИО5 об отказе от участия в приватизации квартиры, расположенной по адресу: 

<

адрес>, своей подписью в указанном заявлении ФИО5 подтвердил, что с последствиями отказа от приватизации он ознакомлен, подтверждает, что судом дееспособности не лишен, на учете и под опекой или попечительством не состоит, заболеваниями, препятствующими осознать суть подписываемого заявления не страдает, не находится в состоянии алкогольного, токсического или наркотического опьянения, а также обстоятельства, вынуждающие его совершать данное действие на крайне невыгодных для себя условиях, отсутствуют. 

Указанное заявление подписано ФИО5 в присутствии начальника отдела учета, распределения и приватизации жилья ФИО9, зарегистрировано за номером №

Свою подпись в указанном заявлении ФИО5 не оспаривал, также как и сам факт его написания.

Таким образом, учитывая, что своей подписью в заявлении об отказе от приватизации жилого помещения, ФИО5 подтвердил, что последствия отказа от приватизации ему понятны, оснований полагать, что при написании указанного заявления последствия отказа от приватизации ему разъяснены не были, не имеется.

Обязанность доказать основания, связанные с тем, что заявление об отказе от приватизации было подписано под влиянием существенного заблуждения возлагается, в данном случае, на истца.

Однако в нарушение положений ст. 56 ГПК РФ, доказательств того, что выраженная в заявлении об отказе от приватизации жилого помещения воля сформировалась у истца вследствие обмана со стороны ответчика ФИО6, либо заблуждения, не представлено, в связи с чем оснований для признания договора о безвозмездной передаче жилья в собственность от 23.06.2011 недействительным в части, не имеется. 

Указание истца на то, что он производил оплату коммунальных платежей за данное жилое помещение, поскольку полагал, что является его собственником, не подтверждает заблуждение истца относительно его воли на отказ от участия в приватизации в спорном жилом помещении, учитывая также то обстоятельство, что на истца, состоящего на регистрационном учете в спорном жилом помещении, возлагается обязанность по оплате коммунальных услуг за данное жилое помещение.

Поскольку в удовлетворении исковых требований ФИО5 о признании договора о безвозмездной передаче жилья в собственность от 23.06.2011 недействительным в части отказано, суд не находит оснований для удовлетворения исковых требований о включении ФИО5 в число собственников квартиры, расположенной по адресу: 

<

адрес> определения долей в праве общей долевой собственности на вышеуказанную квартиру, за ФИО5 и ФИО6 по ? доли. 

Разрешая требования истца о признании договора дарения от 28.10.2014, недействительным, применении последствия недействительности сделки, прекращении право собственности ФИО3 на квартиру, расположенную по адресу: 

<

адрес>, внесении соответствующей записи в государственный реестр прав, суд исходит из следующего.

Как следует из материалов дела, 28.10.2014 между ФИО6 и ФИО3 заключен договор дарения квартиры, в соответствии с которым ФИО6 передала безвозмездно в собственность в дар ФИО3 жилое помещение, расположенное по адресу: 

<

адрес>.

Согласно п. 5 данного договора дарения квартиры, стороны определили, что настоящий договор считается заключенным с момента его государственной регистрации в установленном законодательством порядке.

Согласно сведениям, представленным Управлением Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Нижегородской области, государственная регистрация прав собственности ФИО3 на вышеуказанное жилое помещение произведена 11.11.2014, номер регистрации №

Обращаясь в суд с требованиями о признании недействительным договора дарения квартиры, заключенного между ФИО6 и ФИО3, истцом указано, что данный договор дарения является притворной сделкой, поскольку в действительности между ФИО6 и ФИО3 был заключен договор купли-продажи квартиры.

В соответствии со ст. 166, п. 1 ст. 167 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка). Недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

В силу положений статьи 166 ГК РФ требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено стороной сделки или иным лицом, указанным в законе.

Применительно к абзацу 3 пункта 2 статьи 166 ГК РФ субъектом, имеющим материально-правовой интерес в признании сделки ничтожной, следует считать любое лицо, в чью правовую сферу эта сделка вносит известную неопределенность и на чье правовое положение она может повлиять.

В силу положений статьи 168 ГК РФ за исключением случаев, предусмотренных пунктом 2 настоящей статьи или иным законом, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

Сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

В пункте 78 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года № «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что, согласно абзацу первому пункта 3 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации требование о применении последствий недействительности ничтожной сделки вправе предъявить сторона сделки, а в предусмотренных законом случаях также иное лицо.

Исходя из системного толкования пункта 1 статьи 1, пункта 3 статьи 166 и пункта 2 статьи 168 ГК РФ иск лица, не являющегося стороной ничтожной сделки, о применении последствий ее недействительности может также быть удовлетворен, если гражданским законодательством не установлен иной способ защиты права этого лица и его защита возможна лишь путем применения последствий недействительности ничтожной сделки.

В исковом заявлении такого лица должно быть указано право (законный интерес), защита которого будет обеспечена в результате возврата каждой из сторон всего полученного по сделке.

Учитывая, что ФИО5 на момент заключения между ФИО6 и ФИО3 договора дарения квартиры от 28.10.2014 не являлся собственником данного жилого помещения, и стороной указанной сделки, суд приходит к выводу об отсутствии у истца права на оспаривание данного договора дарения, в связи с чем полагает необходимым в удовлетворении исковых требований о признании договора дарения от 28.10.2014 недействительным в части, применении последствий недействительности сделки, прекращении право собственности ФИО3 на квартиру, расположенную по адресу: 

<

адрес>, внесении соответствующей записи в государственный реестр прав – отказать.

Ответчиком ФИО3 заявлено о пропуске истцом срока исковой давности для обращения в суд с указанными исковыми требованиями.

Согласно пункту 1 статьи 181 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) срок исковой давности по требованиям о применении последствий недействительности ничтожной сделки и о признании такой сделки недействительной (пункт 3 статьи 166) составляет три года. Течение срока исковой давности по указанным требованиям начинается со дня, когда началось исполнение ничтожной сделки, а в случае предъявления иска лицом, не являющимся стороной сделки, со дня, когда это лицо узнало или должно было узнать о начале ее исполнения. При этом срок исковой давности для лица, не являющегося стороной сделки, во всяком случае не может превышать десять лет со дня начала исполнения сделки.

В соответствии с указанной нормой течение срока давности по названным требованиям определяется не субъективным фактором (осведомленностью заинтересованного лица о нарушении его прав), а объективными обстоятельствами, характеризующими начало исполнения сделки. Такое правовое регулирование обусловлено характером соответствующих сделок как ничтожных, которые недействительны с момента совершения независимо от признания их таковыми судом (пункт 1 статьи 166 ГК РФ), а значит не имеют юридической силы, не создают каких-либо прав и обязанностей как для сторон по сделке, так и для третьих лиц.

Следовательно, поскольку право на предъявление иска в данном случае связано с наступлением последствий исполнения ничтожной сделки и имеет своей целью их устранение, то именно момент начала исполнения такой сделки, когда возникает производный от нее тот или иной неправовой результат, в действующем гражданском законодательстве избран в качестве определяющего для исчисления срока давности.

Согласно пункту 2 статьи 199 ГК РФ исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения.

Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

Учитывая, что об отказе от приватизации истцу было известно в момент подписания соответствующего заявления, а именно 13.04.2011, в суд с настоящим иском он обратился только 05.06.2023, то есть по окончании сроков исковой давности, установленных статьей 181 ГК РФ как в отношении ничтожных, так и оспоримых сделок, в удовлетворении исковых требований о признании договора о безвозмездной передаче жилья в собственность от 23.06.2011 недействительным в части, также надлежит отказать в связи с пропуском истцом срока исковой давности.

Также суд приходит к выводу и о пропуске истцом срока исковой давности для обращения в суд с исковыми требованиями о признании договора дарения от 28.10.2014 недействительным в части, применении последствия недействительности сделки, поскольку с данными исковыми требованиями истец обратился в суд 05.06.2023, тогда как договор дарения был заключен 28.10.2014.

Указание истца на то, что о том, что собственником спорного жилого помещения является ФИО3 ему стало известно только в мае 2023 года, после того, как ФИО3 отказалась освобождать спорное жилое, является несостоятельным, поскольку имея регистрацию в спорном жилом помещении, истец не доказал, что он не знал о его правообладателе и не мог узнать об этом ранее. 

Учитывая изложенное, суд приходит к выводу об отказе в удовлетворении требований истца в полном объеме.

руководствуясь статьями 194-198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении исковых требований ФИО5 (

<

данные изъяты> к ФИО6 (

<

данные изъяты>), ФИО3 

<

данные изъяты> администрации 

<

адрес> (

<

данные изъяты> о признании договора о безвозмездной передаче жилья в собственность от 23.06.2011 № недействительным в части, включении в число собственников квартиры и определении доли в праве общей долевой собственности на квартиру, признании договора дарения от 28.10.2014 недействительным, применении последствий недействительности сделки, прекращении права собственности на квартиру, внесении записей в государственный реестр прав на объект недвижимости - отказать в полном объеме.

Решение может быть обжаловано в судебную коллегию по гражданским делам Нижегородского областного суда в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы через Дзержинский городской суд 

<

адрес>.

Мотивированное решение суда составлено 22 января 2024 года.

Судья подпись И.М. Алексеева

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>