№ 1-103/2018

П Р И Г О В О Р

Именем Российской Федерации

г. Омск 11 октября 2018 года 

Центральный районный суд г.Омска в составе:

председательствующего судьи Бучакова С.А., 

при секретаре Острижней А.О., 

с участием государственных обвинителей Концевой А.Е., Евсеевой Л.А.,

потерпевшего ГСН,

подсудимого ФИО1, 

защитника – адвоката Гладун С.А., 

рассмотрел в открытом судебном заседании уголовное дело, которым 

ФИО1, 

<

данные изъяты> 

обвиняется в совершении преступления, предусмотренного ст.105 ч.1 УК РФ,

У С Т А Н О В И Л:

ФИО1 совершил умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, с применением предмета, используемого в качестве оружия, повлекшее по неосторожности смерть потерпевшего, при следующих обстоятельствах. 

9 ноября 2017 года, в период времени с 02.17 до 03.21 часов ФИО1, находясь в коридоре своей 

<

адрес>, расположенной в 

<

адрес>, в ходе ссоры со своим сыном ГДН, на почве личных неприязненных отношений, вызванных аморальным поведением потерпевшего, нанес последнему ножом один удар в область груди, причинив ему проникающее колото-резанное ранение передней поверхности груди справа с повреждением 4 сегмента средней доли правого легкого, околосердечной сорочки, правой боковой стенки нижней полой вены, с развитием геморрагического шока, которые причинили тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни и обусловили наступление смерти на месте происшествия.

Подсудимый ФИО1 фактические обстоятельства признал полностью, не согласившись с квалификацией его действий. От дачи показаний на основании ст.51 Конституции РФ отказался, просил огласить его показания с предварительного следствия.

Из оглашенных в порядке ст.276 УПК РФ показаний ФИО1 при допросе его в качестве подозреваемого следует, что он проживал вместе с двумя сыновьями, жена у него умерла. Его сын ГДН злоупотреблял спиртным. В пьяном виде становился неуправляемым, устраивал скандалы, поднимал руку на него и своего брата. В итоге ГДН довел их до того, что они решили оставить ему квартиру, а сами переехать на съемное жилье. 08.11.2017 его сын ГСН сказал, что нашел новую квартиру. Они решили готовиться к переезду. Его второй сын ГДН днем куда-то ушел. Он и ГСН решили отметить будущий переезд, распили бутылку вина объемом 1 литр. Около 23 часов домой вернулся ГДН в нетрезвом состоянии. ГСН предложил купить еще водки и посидеть втроем. Он сходил в машину за водкой, и они стали втроем распивать спиртное. ГСН выпил рюмки две и ушел спать. Он с ГДН продолжил распивать спиртное. Через некоторое время ГДН потребовал у него сотовый телефон, чтобы позвонить. Он отказал, так как ГДН раньше несколько раз брал у него телефон и сдавал в ломбард. Тогда ГДН пошел сам искать телефон, стал копаться в зале в шкафах, ругался на него и ударил его кулаком по лицу. Он потерял равновесие и упал на колени. ГДН схватил правой рукой хрустальную вазу и замахнулся на него, заявив, что он провоцирует его на убийство. В это время проснулся ГСН и забрал у ГДН вазу. ГДН сказал, что разобьет его машину. Он и ГСН испугались и решили увезти из квартиры ценные вещи, взяли плазменный телевизор, отнесли его в машину и отвезли к знакомой по имени Татьяна. Подъехав к дому Татьяны, ГСН пошел покупать пиво. Пока его не было, пришел ГДН, сел в машину и стал высказывать возражения по поводу переезда, так как тот нигде не работал и жил за его счет. Когда вернулся ГСН с пивом, ГДН спросил, куда они собираются, они пояснили, что к Татьяне. ГДН начал предъявлять претензии. Он и ГСН не стали его слушать и ушли к Татьяне, взяв с собой телевизор. У Татьяны они пробыли около часа, выпивали спиртное, оставили телевизор и ушли. Выйдя от Татьяны, он увидел, что к ним на встречу бежит ГДН, который сначала с молотком в руках напал на него. ГСН стал его защищать, поэтому между ГСН и ГДН завязалась борьба, в ходе которой ГДН ударил по голове молотком ГСН ГСН вырвался и пошел в сторону ОП № 11 УМВД России по г.Омску, а он пошел домой. ГДН за ним не пошел. Спустя некоторое время домой пришел ГДН и стал поднимать на него руку, кричать, что продолжалось около 30 минут. Когда он пошел в туалет, ГДН прошел следом за ним, обогнал его и начал отталкивать от двери туалета. Он пытался зайти в туалет, а ГДН его отталкивал. В этот момент он рассердился на ГДН, что тот так долго издевался над ним. Оглядевшись по сторонам, он увидел в прихожей на тумбе кухонный нож. Как он там оказался, не знает. Он отошел в прихожую, взял нож и держал его лезвием в направлении ГДН, потребовал, чтобы тот отошел и пропустил его в туалет, но ГДН пошел на него и стал оскорблять нецензурной бранью. В это время в руках у ГДН ничего не было. Он уже был до предела рассержен на ГДН, не выдержав оскорблений и издевательств, ударил его ножом по туловищу в область живота, удар нанес прямо перед собой. Удар нанес из-за накипевшей в нем за все месяцы злобы. После этого он тут же вынул нож из раны обратно. Он сразу осознал, что сделал, и пожалел о совершенном. Он огляделся по сторонам, увидел, что за спиной стоит ГСН, которому он сказал, чтобы тот вызывал скорую (т.1 л.д.73-78). 

Из оглашенных в порядке ст.276 УПК РФ показаний ФИО1 при допросе его в качестве обвиняемого следует, что 08.11.2017 около 21 часов он и его сын ГСН сели помянуть его супругу, взяв при этом 1 литр вина. Примерно в 23 часа домой вернулся ГДН в состоянии алкогольного опьянения и стал требовать выпивку. Он попросил ГСН принести из машины бутылку водки. Когда ГСН вернулся, они втроем на кухне выпили по рюмке, он и ГСН сообщили ГДН, что переезжают на съемную квартиру. ГДН нормально воспринял эту новость. Сообщив об этом, он и ГСН пошли в комнату, взяли телевизор, чтобы отнести его к Татьяне, знакомой ГСН Они вышли из подъезда и пошли в сторону дома Татьяны по адресу: 

<

адрес>. Шли они около 5 минут, в это время их догнал ГДН, в руках у которого была бутылка. Он преграждал им дорогу, хотел, чтобы они отнесли телевизор обратно. Им словесно удалось уговорить ГДН отстать, тот послушал их и ушел. Они зашли к Татьяне, оставили телевизор, пробыли у нее около 30-40 минут, спиртное там не выпивали. От Татьяны он и ГСН пошли в сторону дома. На расстоянии 20 метров от подъезда он увидел ГДН, который подошел к нему и стал нецензурно высказывать недовольство по поводу переезда, достал молоток, замахнулся на него, но ГСН схватил ГДН за руку, при этом поскользнулся и упал. В этот момент ГДН нанес ГСН два удара молотком по голове и ушел. Он помог ГСН подняться, последний решил пойти в отдел полиции, чтобы сообщить о случившемся. Он пошел домой, следом за ним зашел ГДН, оскорбляя его нецензурной бранью, при этом несколько раз ударил его кулаком в область головы, лица. Потом ГДН зашел в зал, а он остался в коридоре. Спустя несколько секунд ГДН вышел из зала с хрустальной вазой, подошел к нему, пнул в колено ногой, ударил вазой по плечу, при этом словесно угрожая ему. Он пытался оттолкнуть ГДН от себя руками. ГДН пошел в его сторону с вазой в руках, он хотел выйти из квартиры, но побоялся поворачиваться спиной, так как нужно было открыть замок и дверь. В тот момент, когда он повернул голову в сторону двери, он увидел лежащий на тумбе кухонный нож. Чтобы напугать ГДН, он взял в руку нож и стал кричать, чтобы тот не подходил. Несмотря на это, ГДН пошел на него. Помнит, что нож держал в руке, но не помнит, делал ли движение рукой вперед. Помнит, как ГДН падал. В этот момент открылась дверь, и в квартиру вошел ГСН, при этом ГСН открыл дверь своим ключом. Он не понимал, что берет в руки орудие, которым можно нанести смертельное ранение, не понимал, куда наносит удар. Он боялся ГДН, так как тот угрожал ему, а также ранее ударил по голове молотком ГСН Полагает, что нож на тумбочку положил ГДН, так как ГСН обратился в полицию по поводу случившегося на улице (т.2 л.д.48-54). 

ФИО1 просил доверять его вторым показаниям, поскольку первые показания он давал, находясь в шоковом состоянии.

Кроме признательных показаний ФИО1 в совершении преступления при установленных судом обстоятельствах вина подсудимого подтверждается исследованными материалами уголовного дела.

Потерпевший ГСН суду показал, что подсудимый ФИО1 – его отец, ГДН – его младший брат. Брат был судим за кражу, освободился в марте 2017 года, устроился на работу. Работал до мая или июня, потом стал спиваться, постоянно просил у отца деньги, выносил из дома их имущество. На этой почве у него с ГДН были конфликты и драки. Они с ФИО1 решили снять квартиру и 08.11.2017 сказали ГДН об этом. Они выпили водки, и он (ГСН) ушел спать. Проснулся от шума, увидел, что ГДН бил отца по лицу, потом схватил хрустальную вазу, снова пошел на отца. Он сказал, что они забирают телевизор и машину, и уходят. Они с отцом хотели увезти имущество, а на следующий день переехать. ГДН не хотел отпускал их. Он с отцом пришел к соседке Татьяне, они там посидели, выпили пива, оставили ей телевизор. Машину отец оставил на улице. Через какое-то время они пошли посмотреть машину, прибежал ГДН с молотком, нанес удары по машине и пытался кинуться на отца. Он успел оттолкнуть отца и бросился на ГДН, который ударил его молотком по голове. Он пошел в ОП-11, рассказал о случившемся, приехала «скорая помощь», осмотрела его. Ему сказали идти домой, сказав, что утром они приедут и разберутся. Когда он пришел домой, в подъезде услышал крики, ругань. Он открыл дверь ключом, в квартиру не заходил. ГДН стоял к нему лицом, а отец спиной, брат схватился за живот и упал назад спиной. Отец сказал: «Вызывай «скорую помощь», по-моему, я его убил!». Он не видел, чем был нанесен удар, как и сам момент нанесения удара. В руках у ГДН ничего не было, он держался за живот. Он вызвал «скорую помощь». Дома все было перевернуто. Через 5-10 минут ГДН перестал дышать. Хрустальная ваза лежала в коридоре. Отец рассказал, что ГДН его бил все время, пока его не было, он не понимает, как у него в руках оказался нож. У отца было синее лицо, потому что ГДН его бил. Он пнул вазу из коридора, где лежал ГДН, в зал. Нож ранее находился на кухне. Думает, что поскольку он говорил, что идет в полицию, то нож ГДН мог приготовить для него. В тот день отец выпил примерно одну треть бутылки водки и 1,5 литра пива на троих у Татьяны. ГДН характеризует отрицательно, практически тот нигде не работал, раньше жил за счет матери, страдал наркотической зависимостью, выносил из дома бытовую технику. Когда был трезвый, помогал по хозяйству. Когда выпивал, становился ужасным человеком, был агрессивным. Отца может охарактеризовать только положительно, он всю жизнь работал, употреблял алкоголь редко. Конфликты между ГДН и ФИО1 были в среднем два раза в неделю. В 2004 году ГДН нанес ему ножевое ранение, так как ревновал к отцу. Также в 2015 году ГДН порезал ФИО1, когда тот ему не дал деньги, о чем ему рассказала мать. Просит о максимальном снисхождении для ФИО1, считает, что отец защищался. 

Из оглашенных с согласия сторон в порядке ст.281 УПК РФ показаний свидетелей ИАВ, МЕВ следует, что во время несения службы в составе авто-патруля (АП) 934, примерно 09.11.2017 в 03.25 часов поступил вызов от оперативного дежурного о том, что в 

<

адрес> ножевое ранение. Когда они прибыли по указанному адресу, их встретил ГСН, который находился в состоянии алкогольного опьянения, в коридоре на полу они увидел труп ГДН, в комнате находился ФИО1, который также находился в состоянии алкогольного опьянения. ФИО1 пояснил, что убийство совершил он. Позже ФИО1 рассказал, что у них с сыном ГДН в коридоре произошел конфликт, в ходе которого он нанес ГДН удар ножом (т.1 л.д.238-242, т.2 л.д.7-10). 

Из оглашенных с согласия сторон в порядке ст.281 УПК РФ показаний свидетелей ПКН и СЖА – врача и фельдшера скорой медицинской помощи следует, что 09.11.2017 они работали в составе бригады №307. Около 03.20 часов поступил вызов от диспетчера ПСП-3 о том, что по адресу: 

<

адрес> имеется ножевое ранение. Они выехали по указанному адресу. По приезду они зашли в подъезд, поднялись к 

<

адрес>, дверь была открыта, в подъезде возле квартиры была кровь. В квартире в коридоре на полу лежал ГДН, у которого в области передней поверхности груди справа было обнаружено одно колото-резанное ранение. ГДН было наложено ЭКГ, результатом стала изолиния, что говорит о биологической смерти. Также в квартире находились ФИО1 и ГСН, от которых исходил запах алкоголя. ФИО1 пояснил, что нанес в ходе конфликта ножевое ранение своему сыну ГДН, с которым у них были постоянно конфликты. ФИО1 находился в молчаливом состоянии, но адекватно расценивал ситуацию, отвечал на вопросы, произнес приблизительно следующую фразу: «Эх, сына, сына, меня же теперь посадят». На тумбочке в коридоре лежал кухонный нож со следами вещества бурого цвета. Судя по обнаруженной колото-резанной ране у ГДН лезвие ножа было погружено в тело полностью. У ФИО1 на лице была ссадина, но крови или кровотечения у него не было (т.2 л.д.31-36, 62-65). 

Из оглашенных с согласия сторон в порядке ст.281 УПК РФ показаний свидетеля ТТЮ следует, что летом 2017 года она познакомилась с семьей Г, которые живут рядом, стала поддерживать приятельские отношения. С ГСН, ФИО1 у нее сложились хорошие отношения, конфликтов не было. С ГДН вскоре после знакомства она перестала поддерживать отношения, так как тот злоупотреблял спиртным, в состоянии опьянения вел себя неадекватно: мог высказывать угрозы, схватить за шею. Она стала его бояться. ГСН ей часто жаловался на ГДН, говорил, что тот постоянно требовал от отца деньги, поднимал руку на отца. Знает, что они по данным фактам обращались в полицию. 08.11.2017 она утром встретила недалеко от дома ГСН, который попросил помочь найти съемную комнату, пояснив, что хочет с отцом переехать от ГСН Она подсказала, где можно посмотреть объявления. В течение дня они созванивались, общались по поводу вариантов съемных комнат. Примерно в 20 часов ей позвонил ГСН и попросил оставить у нее телевизор, она разрешила. Около 23 часов ей позвонил ГСН и сказал, что они подъехали, но в квартиру боятся подниматься, так как ГДН рядом, ждали, пока он уйдет. Примерно через 10 минут ГСН и ФИО1 зашли к ней с телевизором. С собой Г принесли 1,5 л. пива и коктейль 1,5 л., она пила пиво, а Г пили коктейль. Около 02 часов Г собрались домой, она предлагала им остаться. Г ушли, машину хотели оставить возле дома. Примерно в 03 часа ей позвонил ГСН и сказал, что по дороге домой на них с отцом напал ГДН с молотком. Больше в эту ночь с Г-выми она не разговаривала. 11.11.2017 ей ГСН и ФИО1 рассказали, что ночью 09.11.2017 между ГДН и ФИО1 произошел конфликт, в ходе которого завязалась борьба, ФИО1, чтобы успокоить ГДН, взял на тумбочке нож, вначале даже не понял, что взял нож. ФИО1 пояснял, что ГДН напоролся на нож (т.2 л.д.66-71).

Из оглашенных с согласия сторон в порядке ст.281 УПК РФ показаний свидетеля ФВГ следует, что она проживает по соседству с семьей Г, квартира которых находится над её квартирой. С соседями она поддерживает дружеские отношения. Из квартиры Г часто доносились крики, шум от падения мебели. ГДН ранее был неоднократно судим, не работал, у него не складывались отношения с отцом и братом. В их семье работал ФИО1, ГСН подрабатывал. Слышала, что ГСН и ФИО1 выпивают, но сама их в состоянии алкогольного опьянения не видела. 09.11.2017 года она проснулась около 05 часов. Примерно в 06 часов она поднялась к 

<

адрес>, там находились сотрудники полиции, в квартиру ее не пустили, но она увидела кровь в коридоре. Спустя некоторое время ФИО1 пояснил ей, что у него с ГДН произошел конфликт, в ходе которого он взял нож, который лежал на тумбочке, и, когда ГДН сделал шаг навстречу, нанес ему ножевое ранение. Было ли у ГДН что-то в руках, не знает. Ей ФИО1 на сына не жаловался. Только около 1-2 месяцев назад ФИО1 говорил, что у него уже нет сил жить с ГДН (т.1 л.д.247-250). 

Из оглашенных с согласия сторон в порядке ст.281 УПК РФ показаний свидетеля КТП следует, что она проживает по адресу: 

<

адрес>. В 

<

адрес> проживает семья Г. ФИО1 знает как спокойного человека, спиртным он не злоупотребляет. Конфликтов у ФИО1 с соседями не было. Около года назад у ФИО1 умерла супруга, ГДН освободился после смерти матери. О том, что происходило в 

<

адрес> ночь с 08.11.2017 на 09.11.2017 ей не известно, криков она не слышала. Только 09.11.2017 от соседки из 

<

адрес> она узнала, что ГДН убили, а ФИО1 забрали сотрудники полиции. Позже ФИО1 пояснял, что ночью у него произошел конфликт с сыном, во время которого он взял нож на тумбочке, других подробностей он ей не рассказывал (т.2 л.д.16-19).

Из оглашенных с согласия сторон в порядке ст.281 УПК РФ показаний свидетеля СОВ следует, что она проживает по адресу: 

<

адрес>. В 

<

адрес> проживает семья Г. В квартире постоянно происходили конфликты: ГДН ругался с отцом. Она видела, как ГДН выгонял ФИО1 на улицу. В 

<

адрес> регулярно приходили сотрудники полиции. Осенью 2017 года она встретила у подъезда сотрудников полиции и ГСН, который пояснил, что у них в квартире ГДН изнасиловал девушку. 09.11.2017 она проснулась от криков из 

<

адрес>. ФИО1 кричал: «С! Поднимайся! Он меня ударил!», потом доносился грохот, звуки борьбы. ФИО1 сказал: «Вызывай «скорую», я, кажется, его зарезал!». ГДН постоянно находился в состоянии алкогольного опьянения. ФИО1 по характеру спокойный человек, вежливый. Конфликты у последнего были только с ГДН В настоящее время в 

<

адрес> тихо, нарушителем спокойствия был ГДН (т.2 л.д.55-58). 

Из оглашенных с согласия сторон в порядке ст.281 УПК РФ показаний эксперта ШЮО следует, что она проводила судебно-медицинскую экспертизу трупа ГДН Причиной смерти последнего явилось проникающая колото-резанное ранение передней поверхности груди справа с повреждением 4 сегмента средней доли правого легкого, околосердечной сорочки, правой боковой стенки нижней полой вены, с развитием геморрагического шока, непосредственно обусловившей наступление смерти. Указанное ранение наступило от однократного удара острым предметом, которым мог быть клинок ножа. Для такого удара должна быть применена определенная сила, натыкание на нож исключается.

Кроме того, вина подсудимого ФИО1 в совершении преступления при установленных судом обстоятельствах подтверждается также исследованными письменными доказательствами по делу:

рапортом, согласно которому 09.11.2017 из ОП №11 УМВД России по г.Омску поступило сообщение об обнаружении трупа ГДН с признаками насильственной смерти (т.1 л.д.4);

сообщением о происшествии от 09.11.2017, согласно которому ФИО1 сообщил, что ударил сына ножом в живот по адресу: 

<

адрес> (т.1 л.д. 8);

рапортом от 09.11.2017, согласно которому от оператора «02» поступило сообщение о том, что по адресу: 

<

адрес> наступила смерть ГДН до приезда ПСП, ножевое ранение в живот (т.1 л.д. 9);

протоколом осмотра места происшествия от 09.11.2017 осмотрена 

<

адрес> в 

<

адрес>, зафиксирована обстановка в данной квартире, факт обнаружение трупа ГДН с признаками насильственной смерти, изъяты нож, смывы с веществами бурого цвета, вещи ГСН, а также другие предметы со следами вещества бурого цвета и следы рук (т.1 л.д.22-30), которые в последующем были осмотрены (т.2 л.д.85-93), признаны вещественными доказательствами и приобщены к материалам дела (т.2 л.д.94-95);

заключением эксперта №3138 от 29.11.2017, согласно которому непосредственной причиной смерти ГДН явилось проникающее колото-резанное ранение передней поверхности груди справа с повреждением 4 сегмента средней доли правого легкого, околосердечной сорочки, правой боковой стенки нижней полой вены, с развитием геморрагического шока, которое квалифицируется как причинившее тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни. Обнаруженное ранение образовалось от одного удара острым предметом в направлении спереди-назад справа-налево снизу вверх, могло быть нанесено острым предметом, обладающим острым краем и острым концом (клинок ножа длиной не менее 14 см., шириной на уровне погружения не менее 3 см., имеющий обушок) (т.1 л.д.54-63);

протоколом выемки у ФИО1 изъяты свитер и брюки, в которых он был в момент преступления (т.1 л.д.81-84), которые в последующем были осмотрены, установлено наличие на них следов крови, происхождение которых с учетом судебно-биологической экспертизы не исключается от потерпевшего (т.2 л.д.85-93), признаны вещественными доказательствами и приобщены к материалам дела (т.2 л.д.94-95);

протоколом выемки в помещении БУЗОО БСМП по адресу: 

<

...> были изъяты вещи ГДН (т.1 л.д.153-155), которые в последующем были осмотрены (т.2 л.д.85-93), признаны вещественными доказательствами и приобщены к материалам дела (т.2 л.д.94-95);

заключением эксперта № 12706 от 10.12.2017, согласно которому у ФИО1 обнаружены повреждения в виде кровоподтека, ушибленной раны (не подлежащей ушиванию), ссадины лицевой части головы, кровоподтека, ссадины левой кисти, кровоподтека правой кисти, кровоподтека левого предплечья, могли возникнуть от травмирующих воздействий тупого твердого предмета ограниченной контактирующей поверхностью. Все повреждения за исключением кровоподтека левого предплечья образовались в пределах 1-х суток и не противоречат заявленному (т.1 л.д.235-236);

заключением эксперта №2553 от 11.12.2017, согласно которому нож, изъятый при осмотре места происшествия 09.11.2017 по адресу: 

<

адрес> категории холодного оружия не относится, данный нож изготовлен с использованием промышленного оборудования по типу хозяйственных ножей (т.2 л.д.3-5);

заключением эксперта №261 МК от 20.12.2017, согласно которому имеющиеся повреждения на передней поверхности футболки, рана на лоскуте кожи с передней поверхности грудной клетки и повреждение на фрагменте ребра от трупа ГДН по своим размерам, форме, состоянию краев, концов и по глубине раневого канала в теле потерпевшего позволяют судить о том, что они являются колото-резанными, причиненными одномоментно при едином механизме травмы одним и тем же колюще-режущим предметом, типа клинка ножа, имеющим острое лезвие и обух П-образного поперечного сечения с хорошо выраженными ребрами, шириной полотна клинка не менее 3 см на уровне наиболее широкой погрузившейся части, длиной клинка не менее 14 см с учетом сократимости ткани футболки и кожных покровов грудной клетки. Сходные свойства имеются у клинка ножа, представленного на экспертизу. Указанные сходства являются групповыми. Они позволяют заключить, что не исключается причинения колото-резанного ранения грудной клетки ГДН клинком ножа, представленным на экспертизу, а равно как и другим колюще-режущим предметом с аналогичными конструктивными свойствами (т.2 л.д.23-29);

заключением комиссии экспертов от 27.03.2018 №311/А, согласно которому ФИО1 во время инкриминируемого ему деяния и в настоящее время мог и может осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими. В момент совершения инкриминируемого ему деяния ФИО1 находился в состоянии простого алкогольного опьянения, что исключает квалификацию его состояния как аффекта. На протяжении нескольких лет до совершения правонарушения ФИО1 находился в условиях длительной психотравмирующей ситуации, связанной с систематическим аморальным поведением потерпевшего в виде систематического унижения чести и достоинства, физического насилия, которая носила повторяющийся, угрожающий характер. Индивидуально-психологические особенности ФИО1 характеризуются снижением общей активности, сужением кругозора, поверхностью суждений, эмоциональной сдержанностью, ответственностью, достаточным чувством эмпатии, застреваемостью на отрицательных, субъективных переживаниях при достаточном уровне самоконтроля и низком уровне базовой агрессивности. Вышеперечисленные особенности в рамках нормальных индивидуальных различий не оказали влияния на поведение ФИО1 в момент исследуемой ситуации (т.2 л.д.187-191);

протоколом явки с повинной, согласно которому ФИО1 чистосердечно признался и раскаялся в том, что в ночь с 08.11.2017 на 09.11.2017 он у себя дома по адресу: 

<

адрес> ходе конфликта с ГДН нанес последнему удар ножом в область живота (т.1 л.д.21);

протоколом проверки показаний на месте, согласно которому ФИО1 уверенно показал и рассказал про обстоятельства совершенного им преступления в отношении ГДН, четко указывая, что в момент совершения преступления в руках у ГДН ничего не было (т.1 л.д.98-102). 

На основании изложенного, анализируя полученные доказательства в совокупности, суд считает виновность подсудимого ФИО1 в совершении преступления при установленных судом обстоятельствах полностью доказанной.

Из исследованных доказательств установлено, что подсудимый ФИО1 9 ноября 2017 года, в период времени с 02.17 до 03.21 часа в 

<

адрес>, расположенной по адресу: 

<

адрес>, в ходе ссоры, на почве личных неприязненных отношений, вызванных аморальным поведением потерпевшего, умышленно нанес один удар ножом ГДН, в результате чего потерпевший скончался.

Изложенное полностью подтверждается исследованными судом доказательствами.

В основу приговора суд кладет признательные показания самого подсудимого ГДН, данных им в качестве подозреваемого, в которых он признался в нанесении своему сыну ГДН одного удара ножом. При проверке этих показаний ФИО1 их подтвердил, продемонстрировав на месте, как развивался конфликт между ним и его сыном и как он нанес тому удар ножом.

Приведенные показания согласуются с показаниями потерпевшего ГСН, который видел окончание конфликта между ФИО1 и ГДН, и которому ФИО1 признался в нанесении телесных повреждений потерпевшему; показаниями свидетелей ИАВ, МЕВ, ПКН и СЖА, которые прибыли в квартиру Г и обнаружили труп ГДН, и которым ФИО1 рассказал о том, что он убил своего сына.

Протоколом осмотра места происшествия 

<

адрес> в 

<

адрес> было зафиксировано обнаружение трупа ГДН с признаками насильственной смерти, а также изъятие орудие преступления – ножа. Заключениями судебно-медицинской и медико-криминалистической экспертизами установлено, что причиной смерти ГСН стало проникающее колото-резанное ранение передней поверхности груди справа с повреждением 4 сегмента средней доли правого легкого, околосердечной сорочки, правой боковой стенки нижней полой вены, с развитием геморрагического шока, которое образовалось от одного удара ножом, изъятым при осмотре места происшествия. 

Приведенная совокупность доказательств является достаточной для признания вины подсудимого установленной в совершении преступления при установленных судом обстоятельствах.

К показания ФИО1, данных им в качестве обвиняемого, суд относится критически, поскольку они противоречат его первым показаниям, а также другим исследованным по делу доказательствам. 

Оснований сомневаться в достоверности показаний потерпевшего ГСН, свидетелей ИАВ, МЕВ, ПКН и СЖА у суда не имеется, поскольку они согласуются и взаимно дополняют друг друга, а также подтверждаются другими доказательствами по делу.

Каких-либо данных о причастности иных лиц к совершению данного преступления в отношении потерпевшего ГДН материалами дела и судом не установлено. Сам ФИО1 пояснил, что именно он нанес удар потерпевшему, на следствии написал явку с повинной.

Характер нанесенного телесного повреждения потерпевшему ГДН, его локализация в области груди, а также использование поражающего предмета (ножа), свидетельствуют о направленности умысла ФИО1 на причинение потерпевшему именно тяжких телесных повреждений.

При этом возможность натыкания потерпевшего на нож исключила допрошенная на предварительном следствии судебно-медицинский эксперт ШЮО Сам ФИО1 при первоначальном своем допросе показал, что он нанес сыну именно удар ножом.

Вместе с тем, суд соглашается с мотивированной позицией государственного обвинителя, просившего переквалифицировать действия ФИО1 на ст.111 ч.4 УК РФ, поскольку данных о том, что ФИО1 желал смерти своему сыну ГДН в судебном заседании представлено не было.

Сам ФИО1 пояснил, что смерти ГДН не хотел. Из установленных судом фактических обстоятельств следует, что после нанесения подсудимым ФИО1 одного удара ножом, он прекратил свои противоправные действия, попросил вызвать ему скорую помощь, что подтверждается показаниями ГСН Все это свидетельствует о том, что умыслом ФИО1 не охватывалось причинение смерти потерпевшему, однако при достаточной осмотрительности он должен и мог предвидеть наступление смерти. Поэтому к наступившему последствию в виде смерти ГДН вина ФИО1 характеризуется неосторожностью.

К версии ФИО1 о том, что в момент нанесения телесных повреждений он находился в состоянии превышения пределов необходимой обороны суд относится критически, поскольку она опровергается фактическими обстоятельствами по делу. Так, в момент произошедшего, между ФИО1 и ГДН происходил конфликт, в ходе которого потерпевший издевался над подсудимым, из-за чего ФИО1, разозлившись на него, нанес ему один удар в область груди. При этом ГДН, кроме высказывания оскорблений, никакого насилия в адрес ФИО1 не применял, никакими предметами не замахивался и в руках их не держал, что могло бы создать для подсудимого какую-либо опасность для его жизни или здоровья.

При этом суд также критически относится к доводам ФИО1 о том, что в руках его сына находилась ваза, которым тот его бил, поскольку они опровергаются первоначальными показаниями подсудимого, а также протоколом проверки его показаний на месте. ГСН, пришедший в квартиру сразу же после удара, также не видел в руках у ГДН, который еще был на ногах, каких-либо предметов.

Сама версия подсудимого о наличии в руках у ГДН вазы, появилась только спустя месяц после произошедших событий и первого допроса в качестве подозреваемого. Поэтому непоследовательность показаний ФИО1 ставит их под сомнение в части последующих изменений.

Также, несмотря на аморальное и противоправное поведение потерпевшего в момент совершения преступления и наличия длительной психотравмирующей ситуации, суд не усматривает в действиях ФИО1 состояния аффекта.

Под аффектом (физиологическим) понимается сильное душевное волнение, которое характеризуется как стремительно и бурно развивающийся эмоциональный процесс, во время которого происходит сужение сознания и снижается уровень самоконтроля лица. Предвидение последствий своих деяний становится смутным; контроль за поведением - импульсивным, хаотичным, нецеленаправленным; нарушается внимание (оно становится прикованным к источнику аффекта); происходит мобилизация всех сил организма для эмоциональной разрядки, сопровождаемой мощным выбросом адреналина в кровь, повышенной двигательной активностью и прибавкой физической силы. Об аффекте свидетельствуют резкое снижение сознания с экспрессивным переживанием обиды, гнева, ярости, двигательным автоматизмом, отрывочностью восприятия с запамятованием многих деталей содеянного; выход из состояния аффективного возбуждения характеризуется типичной постаффективной астенией и эмоциональной реактивностью.

По настоящему делу такие обстоятельства не установлены. Примененное подсудимым насилие не являлось непосредственной реакцией на противоправные действия потерпевшего. Подсудимым были совершены последовательные и адекватные действия, на протяжении всех описываемых событий он правильно оценивал происходящее, действовал не импульсивно, а вполне осознанно, последовательно и целенаправленно, в полной мере контролировал свое поведение. Это подтверждается и заключением судебной психолого-психиатрической экспертизы, из которого следует, что в поведении ФИО1 признаков аффекта или иного исключительного состояния не усматривается, о чем свидетельствует отсутствие характерной динамики течения эмоциональных реакций, специфических изменений сознания и восприятия (т.2 л.д.187-191). Кроме того, в тот момент ФИО1 находился в состоянии средней степени алкогольного опьянения, которое существенным образом изменяет течение эмоциональных процессов и реакций, снижает контроль своих действий. Сразу после случившегося ФИО1 попросил второго своего сына вызвать скорую помощь. При этом фельдшер скорой помощи по приезду на вызов слышала, как ФИО1 произнес приблизительно следующую фразу: «Эх, сына, сына, меня же теперь посадят», т.е. переживал о своем будущем, а не о смерти сына.

С учетом исследованных судом доказательств суд приходит к выводу, что преступление ФИО1 было совершено на почве личных неприязненных отношений, вызванных аморальным поведением потерпевшего.

На основании изложенного, суд переквалифицирует действия ФИО1 со ст.105 ч.1 УК РФ на ст.111 ч.4 УК РФ как умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, повлекшее по неосторожности смерть потерпевшего, с применением предмета, используемого в качестве оружия.

Использование предмета в качестве оружия (кухонного ножа) нашло свое подтверждение в ходе судебного заседания, и сторонами по делу не оспаривается.

При назначении подсудимому наказания суд учитывает характер и степень общественной опасности совершенного преступления, наличие смягчающих и отсутствие отягчающих наказание обстоятельств, а также влияние назначенного наказания на исправление ФИО1 и на условия жизни его семьи.

К смягчающим обстоятельствам, согласно ст. 61 УК РФ, суд относит: полное признание подсудимым своей вины, раскаяние в содеянном, явку с повинной, оказание помощи потерпевшему непосредственно после совершения преступления, аморальное и противоправное поведение потерпевшего, явившееся поводом для преступления, а также неудовлетворительное состояние здоровья подсудимого, его престарелый возраст.

Оснований для признания в качестве отягчающего наказание обстоятельства совершение преступления в состоянии алкогольного опьянения суд не усматривает, поскольку причиной преступления послужило аморальное и противоправное поведение потерпевшего.

При назначении наказания суд также учитывает данные о личности ФИО1, характеризующегося удовлетворительно, ранее не судимого, на учетах в психиатрическом и наркологическом диспансерах не состоящего, степень его социальной обустроенности, а также мнение потерпевшего, просившем о снисхождении для подсудимого.

Учитывая вышеизложенное, а также конкретные обстоятельства дела, суд полагает, что цели наказания, предусмотренные уголовным законом, могут быть достигнуты только при назначении подсудимому наказания в виде лишения свободы без назначения дополнительного наказания в виде ограничения свободы. При этом с учетом фактических обстоятельств совершения преступления, поведения самого потерпевшего, который аморально себя вел на протяжении длительного периода времени в отношении подсудимого и в момент преступления, что послужило причиной для его совершения, суд полагает возможным применить положения ст.73 УК РФ и назначить наказание условно, с возложением определенных обязанностей. Размер наказания суд назначает с учетом требований ст.62 ч.1 УК РФ.

Оснований для применения положений ст.64 УК РФ, прекращения дела с учетом фактических обстоятельств совершения преступления и личности виновного суд не усматривает. Вместе с тем, приведенная совокупность смягчающих наказание обстоятельств, фактические обстоятельства совершения преступления и данные о личности виновного, который характеризуется с положительной стороны, позволяют суду изменить категорию преступления на менее тяжкую, определяя совершенное преступление как тяжкое.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст.304, 307-309 УПК РФ, суд

П Р И Г О В О Р И Л:

Признать ФИО1 виновным в совершении преступления, предусмотренного ст.111 ч.4 УК РФ, за которое назначить ему наказание в виде 4 лет лишения свободы.

В соответствии со ст.73 УК РФ назначенное ФИО1 наказание считать условным с испытательным сроком 4 года. Возложить на осужденного обязанности: не менять постоянного места жительства без уведомления специализированного государственного органа, осуществляющего контроль за поведением условно осужденного, регулярно являться в этот орган на регистрационные отметки.

В соответствии с положениями ст.15 ч.6 УК РФ изменить ФИО1 категорию преступления на тяжкое преступление.

Меру пресечения ФИО1 в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении отменить по вступлении приговора в законную силу.

Вещественные доказательства по настоящему делу, хранящиеся в камере хранения вещественных доказательств СО по ЦАО г.Омска СУ СК РФ по Омской области – уничтожить. 

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в Омский областной суд через Центральный районный суд г. Омска в течение 10 суток со дня провозглашения.

Судья С.А. Бучаков