УИД 22RS0069-01-2025-006296-40

Дело № 2-337/2026 (2-3052/2025)

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

05 февраля 2026 года г. Барнаул

Ленинский районный суд г. Барнаула Алтайского края в составе:

председательствующего судьи Краевой Н.Н.,

при секретаре Циммер А.В.,

с участием истца ФИО1 ФИО11,

представителя истца Гладких ФИО12,

представителя ответчика ФИО4 ФИО13,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 ФИО11 к Богоченко ФИО15 о расторжении договора дарения, прекращении права собственности,

установил:

ФИО1 обратился в суд с исковым заявлением к ФИО2 о расторжении договора дарения квартиры от 21.11.2024, заключенного между ФИО1 и ФИО2, расположенной по адресу: ///; прекращении права собственности ФИО2 на квартиру, расположенную по адресу: ///, путем возврата сторон в первоначальное положение; внесении записи в Единый государственный реестр прав на недвижимое имущество и сделок с ним о праве собственности ФИО1 на квартиру по адресу: ///, с кадастровым номером ....

В обоснование исковых требований истец указал, что ему на праве собственности принадлежит квартира, расположенная по адресу: ///. Ответчик приходится ему родной дочерью, с которой у него не было тесных и теплых отношений, поскольку после развода с её матерью, он прекратил с дочерью общение. С целью налаживания отношений с дочерью и привлечения её внимания, он решил подарить ей квартиру, пологая, что дочь будет изредка его навещать и оказывать внимание. 21 ноября 2024 года между ним и ФИО2 был заключен договор дарения однокомнатной квартиры, по адресу: ///, в соответствии с которым ФИО2 в собственность перешла указанная квартира. Государственная регистрация перехода права собственности на квартиру произведена 22.11.2024. После заключения договора дарения, общение с дочерью не наладилось, она не проявляет заботы и внимания. Никаких полномочий и обязанностей собственника фактически не реализует, плату за жилищно-коммунальные услуги не производит. Добровольно расторгнуть договор дарения ответчик не желает.

Истец ФИО1 в судебном заседании настаивал на удовлетворении исковых требований, дополнительно пояснив, что договор дарения был оформлен, для налаживания общения с дочерью, однако после оформления договора дарения ничего не поменялось.

Представитель истца ФИО1 – ФИО3 в судебном заседании заявленные требования поддержала в полном объеме по основаниям, изложенным в иске, дополнительно пояснив, что ответчик в квартиру не въезжала, её личных вещей в спорной квартире нет, кроме того, ключи от квартиры ей не передавались, фактической передачи объекта дарения не было, поскольку в квартире по настоящее время продолжает проживать ФИО1 и несет расходы по оплате коммунальных услуг.

Представитель ответчика ФИО2 – ФИО4 в судебном заседании возражал против удовлетворения заявленных требований, дополнительно пояснил, что договор дарения был заключен ФИО1 без принуждения и давления со стороны ФИО2, это было его волеизъявление.

Представитель третьего лица Управления Росреестра по Алтайскому краю в судебное заседание не явился, о времени и месте рассмотрения дела извещался надлежаще, о причинах неявки суду не сообщил.

Выслушав пояснения истца и его представителя, представителя ответчика, исследовав материалы дела и оценив представленные доказательства в совокупности по правилам ст. 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд приходит к следующему.

На основании ч.3 ст.17 Конституции Российской Федерации осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц.

Пунктом 2 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что физические и юридические лица приобретают и осуществляют свои гражданские права своей волей и в своем интересе. Они свободны в установлении своих прав и обязанностей на основе договора и в определении любых не противоречащих законодательству условий договора.

Согласно подпункту 1 пункта 1 статьи 8 Гражданского кодекса Российской Федерации договоры являются основанием для возникновения гражданских прав и обязанностей.

В соответствии со статьями 166, 167 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка недействительна по основаниям, установленным данным Кодексом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка). Недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

Пунктом 2 статьи 218 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что право собственности на имущество, которое имеет собственника, может быть приобретено другим лицом на основании договора купли-продажи, мены, дарения или иной сделки об отчуждении этого имущества.

На основании пункта 1 статьи 572 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом.

Согласно п. 1 ст. 574 Гражданского кодекса Российской Федерации передача дара осуществляется посредством его вручения, символической передачи (вручение ключей и т.п.) либо вручения правоустанавливающих документов.

В силу п. 3 ст. 574 Гражданского кодекса Российской Федерации (в редакции, действующей до 13.01.2025г.) договор дарения недвижимого имущества подлежит государственной регистрации.

В силу п. 1 ст. 166 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Согласно п. 1 ст. 170 ГК РФ мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

По смыслу приведенной нормы права, стороны мнимой сделки при ее заключении не имеют намерения устанавливать, изменять либо прекращать права и обязанности ввиду ее заключения, то есть стороны не имеют намерений ее исполнять либо требовать ее исполнения.

Юридически значимым обстоятельством, подлежащим установлению при рассмотрении требования о признании той или иной сделки мнимой, является установление того, имелось ли у каждой стороны сделки намерение реально совершить и исполнить соответствующую сделку.

Пункт 86 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" предусматривает, что мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна (п. 1 ст. 170 указанного кодекса).

Следует учитывать, что стороны такой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение. Например, во избежание обращения взыскания на движимое имущество должника заключить договоры купли-продажи или доверительного управления и составить акты о передаче данного имущества, при этом сохранив контроль соответственно продавца или учредителя управления за ним.

Равным образом осуществление сторонами мнимой сделки для вида государственной регистрации перехода права собственности на недвижимое имущество не препятствует квалификации такой сделки как ничтожной на основании п. 1 ст. 170 ГК РФ.

Установлено, что ФИО1 являлся собственником ///.

Из материалов дела следует, что по договору дарения от 21.11.2024, заключенному между ФИО1 с одной стороны, и ФИО2 с другой, даритель ФИО1 передал одаряемой ФИО2 на безвозмездной основе в собственность квартиру по адресу: ///, с кадастровым номером .... Даритель принимает имущество, обозначенное выше, в качестве дара (п. 1 договора).

В силу п. 6 договора дарения передача дара дарителем осуществляется посредством передачи одаряемому относящихся к вышеуказанному жилому помещению документов, ключей в момент подписания настоящего договора, который одновременно имеет силу акта приема-передачи

П. 8 право собственности на жилое помещение переходит от дарителя к одаряемому с момента государственной регистрации этого права в Управлении Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Алтайскому краю.

П.9 с момента подписания договора дарения обязанность дарителя по передаче отчуждаемого жилого помещения одаряемому считается исполненной.

Согласно сведениям, содержащимся в выписке из Единого государственного реестра недвижимого имущества от 25.11.2025, право собственности на спорную квартиру 22.11.2024 зарегистрировано за ФИО2.

ФИО2 приходится дочерью ФИО1.

В спорной квартире на момент заключения договора дарения зарегистрированы: ФИО1, что следует из представленной копии выписки из домовой книги от 24.09.2025.

Истец ФИО1 в обоснование требований о расторжении договора дарения от 21.11.2024 ссылается на то, что договор дарения заключен без намерения создать правовые последствия, поскольку таким образом истец пытался наладить общение с дочерью.

Вместе с тем, договор дарения квартиры от 21.11.2024 совершен в простой письменной форме, подписан ФИО1 и ФИО2 собственноручно с полным указанием фамилии, имени и отчества, действительность подписи лиц, его заключивших, сторонами не оспаривалась. Более того, свою подпись в договоре дарения подтвердил ФИО1 при обозрении договора дарения от 21.11.2024 в судебном заседании.

Право собственности на подаренную квартиру перешло к ФИО2 в установленном законом порядке, договор дарения прошел государственную регистрацию.

Договор дарения квартиры соответствует требованиям, предъявляемым законом.

В самом договоре с достаточной очевидностью указано на явную безвозмездность отчуждения квартиры истца в пользу ответчика.

Истец, проявив должную осмотрительность и заботливость при заключении договора дарения принадлежащей ему квартиры, имел реальную возможность понимать, какой договор им заключен, исходя из буквального толкования его текста и условий.

Так, анализ содержания договора дарения от 21.11.2024 позволяет судить о том, что его текст не имеет исправлений, не имеет двусмысленности, изложен доступными формулировками, позволяющими оценить его содержание лицу, даже не обладающему, в том числе, специальными юридическими познаниями, намерения сторон выражены в договоре достаточно четко и ясно, без ссылок, сносок, мелкого шрифта и т.д., по мнению суда, текст договора позволял ФИО1 даже с учетом его возраста оценить предмет, природу, субъектов и последствия совершаемой им сделки.

ФИО1 реализовал принадлежащие ему право собственника квартиры добровольно, его воля и волеизъявление пороков не имеет, доказательств обратного не представлено, более того стороной ответчика представлено завещание от 08.08.2024 о переходе имущества принадлежащего ФИО1- ФИО2, которое в настоящее время не отменено.

Кроме того, как следует из показаний свидетеля ФИО5, он лично давал совет ФИО1 подарить квартиру дочери, на оформление договора дарения ФИО1 привозил в Управление Россреестра, решение о дарении квартиры дочери ФИО1 принято обдуманно.

Доводы о том, что в результате договора дарения между ФИО1 и ФИО2 фактически передачи квартиры между ними не состоялось, судом не принимаются, поскольку с учетом вышеизложенных обстоятельств ФИО2, будучи собственником спорной квартиры, могла распорядиться ею по своему усмотрению, в том числе предоставив для проживания ФИО1, что ею исходя из фактических обстоятельств дела и было сделано.

Доводы стороны истца о том, что ответчик ФИО2 не несет расходы по оплате коммунальных платежей за спорную квартиру, данные платежи оплачивал ФИО1, проживая в указанной квартире, подлежат отклонению, поскольку правоотношения по оплате коммунальных платежей возникают между собственником и управляющей организацией, и факт несвоевременного внесения платы за коммунальные услуги влечет за собой иные последствия, нежели заявленные истцом требования.

Таким образом, суд приходит к выводу, что оснований для признания договора дарения от 21.11.2024, заключенного между ФИО1 с одной стороны, и ФИО2 с другой стороны недействительным, как ничтожной сделкой не имеется.

Поскольку требование истца о расторжении договора дарения от 21.11.2024 оставлено судом без удовлетворения, то, следовательно, и вытекающие из него требования о прекращении права собственности ФИО2 на квартиру, расположенную по адресу: ///, путем возврата сторон в первоначальное положение; внесении записи в Единый государственный реестр прав на недвижимое имущество и сделок с ним о праве собственности ФИО1 на квартиру по адресу: ///, с кадастровым номером ..., также удовлетворению не подлежат.

руководствуясь ст.ст.167, 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

решил:

Исковые требования ФИО1 ФИО11 (паспорт ...) к Богоченко ФИО15 (паспорт ...) о расторжении договора дарения, прекращении права собственности – оставить без удовлетворения.

Решение может быть обжаловано в Алтайский краевой суд через Ленинский районный суд г. Барнаула Алтайского края путем подачи апелляционной жалобы в течение одного месяца со дня изготовления решения в окончательной форме.

Мотивированное решение составлено 19 февраля 2026 года.

Судья Н.Н. Краева