Дело № 2-17/2019

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

05 ноября 2019 года с. Павловск

Павловский районный суд Алтайского края в составе: 

председательствующего судьи Коняевой З.А.,

при секретаре Пашининой В.К., 

участием ответчиков ФИО1, ФИО2, 

представителя ответчиков ФИО3,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ООО Агрофирма «Маяк» к ФИО1, ФИО2, ФИО4, ФИО5 о признании договоров недействительными, расторжении договора, применении последствий недействительности сделок, признании имущества общим совместным имуществом супругов, выделении доли должника в общем имуществе супругов, определении порядка и способа обращения взыскания на имущество должника, 

У С Т А Н О В И Л:

Агрофирма «Маяк» первоначально обратилась в суд с иском к ФИО1, ФИО2 о выделе ? доли ФИО2 в следующем общем совместном имуществе супругов:

жилом доме площадью 372,8 кв.м. с кадастровым номером 

<

номер> по 

<

адрес>, 

земельном участке площадью 2338 кв.м., с кадастровым номером 

<

номер> по 

<

адрес>, 

жилом доме площадью 245,3 кв.м. с кадастровым номером 

<

номер> по 

<

адрес>, 

земельном участке площадью 2338 кв.м., с кадастровым номером 

<

номер> по 

<

адрес>, 

об определении стоимости данного имущества, порядка и способа обращения взыскания на долю ФИО2 в вышеуказанном имуществе в рамках исполнительного производства 

<

номер>.

В обоснование требований указано, что приговором Павловского районного суда от 22.05.2017 года ФИО2 был признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 160 УК РФ, с ФИО2 в пользу ООО Агрофирма «Маяк» в счет возмещения ущерба, причиненного преступлением, взыскано 

<

...> рублей.

В производстве Межрайонного отдела по особо важным исполнительным производствам по Алтайскому краю находится исполнительное производство 

<

номер> по взысканию с ФИО2 указанной выше суммы. Для скорейшего исполнения приговора суда необходимо выделить долю ФИО2 в указанном общем имуществе супругов в натуре и обратить на неё взыскание.

05.08.2019 года от истца поступили уточнения требований, в которых Агрофирма «Маяк» просила признать недействительным пункт 2 брачного договора от 25.07.2014 года, заключенного между ФИО1 и ФИО2, применить последствия недействительности сделки путем признания совместно нажитым имуществом супругов ФИО1 и ФИО2. жилого дома площадью 372,8 кв.м. с кадастровым номером 

<

номер> по 

<

адрес>, 

земельного участка площадью 2338 кв.м., с кадастровым номером 

<

номер> по 

<

адрес>, 

жилого дома площадью 245,3 кв.м. с кадастровым номером 

<

номер> по 

<

адрес>, 

земельного участка площадью 2338 кв.м., с кадастровым номером 

<

номер> по 

<

адрес>;

признать незаконным включение в п.2 брачного договора от 25.07.2014 года здания магазина площадью 291,2 кв.м., с кадастровым номером 

<

номер>, земельного участка площадью 317 кв.м., с кадастровым номером 

<

номер>, расположенных по адресу: 

<

адрес>, поскольку указанное имущество было возвращено в собственность СПК «

<

...>» решением Арбитражного суда Алтайского края от 18.07.2014 года по делу 

<

номер>;

выделить ? доли ФИО2 в общем совместном имуществе супругов:

жилом доме площадью 372,8 кв.м. с кадастровым номером 

<

номер> по 

<

адрес>, 

земельном участке площадью 2338 кв.м., с кадастровым номером 

<

номер> по 

<

адрес>, 

жилом доме площадью 245,3 кв.м. с кадастровым номером 

<

номер> по 

<

адрес>, 

земельном участке площадью 2338 кв.м., с кадастровым номером 

<

номер> по 

<

адрес>, 

определить стоимость данного имущества, порядок и способ обращения взыскания на долю ФИО2 в вышеуказанном имуществе в рамках исполнительного производства 

<

номер>. – том 2 л.д.88-90.

В обоснование уточненных требований указала, что 27.06.2014 года органами следствия было вынесено постановление о возбуждении уголовного дела 

<

номер> в отношении ФИО2 по факту совершения преступления, предусмотренного ч.4 ст. 160 УК РФ. Потерпевшим признано ООО Агрофирма «Маяк». Сразу же после возбуждения уголовного дела ФИО2 и ФИО1 заключили брачный договор от 25.07.2014 года для вида, без намерения создать правовые последствия, с целью сокрытия имущества от дальнейшего обращения на него взыскания. При расследовании уголовного дела, наложении ареста на имущество ФИО2 последний скрыл факт заключения брачного договора, допустил злоупотребление правом, которое выражается в уходе от ответственности по возмещению причиненного преступлением материального ущерба. – том 2 л.д.92-94.

О существовании брачного договора от 25.07.2014 года Агрофирма «Маяк» узнала при ознакомлении с материалами настоящего дела в ноябре 2018 года, годичный срок, установленный для оспаривания сделки и применения последствий недействительности сделки не пропустила. 

Просит признать брачный договор недействительной (оспоримой ) сделкой в соответствие со ст. 166 ч.2 ГК РФ, поскольку она нарушает права третьих лиц.

До момента предъявления копии брачного договора от 25.07.2014 года суду ответчик ФИО2 не извещал ООО Агрофирма «Маяк» о заключении данного договора в нарушение требований ст. 46 СК РФ, что не позволяет ФИО1 считать спорное имущество своей единоличной собственностью, на него распространяется режим совместной собственности супругов ФИО6, при котором возможно обращение взыскания на долю ФИО2, как супруга-должника, которая причиталась бы ему при разделе имущества супругов согласно части 1 статьи 45 СК РФ. – том 2 л.д.174-176.

05.09.2019 года истцом подано уточненное исковое заявление, в котором Агрофирма «Маяк», кроме требований, изложенных в уточненном иске от 05.08.2019 года, просила признать недействительными договор дарения жилого дома и земельного участка, расположенных по адресу: 

<

адрес>, заключенный 01.11.2018 года между ФИО1 и ФИО4, договор дарения жилого дома и земельного участка, расположенных по адресу: 

<

адрес>, заключенный 12.12.2018 года между ФИО1 и ФИО5, исключить записи о праве собственности ФИО4 и ФИО5 на перешедшие к ним по сделкам объекты недвижимости из ЕГРН. – том 2 л.д.179-181.

В обоснование требований указала, что ФИО1, злоупотребляя правом, игнорируя тот факт, что в отношении ФИО2 с августа 2017 года ведется исполнительное производство, произвела отчуждение (дарение) общего имущества с целью ухода от ответственности по возмещению ущерба со стороны супруга ФИО2 Злоупотребление правом влечет ничтожность сделок как не соответствующих закону (ст. ст. 10, 168 ГК РФ). Сделки дарения, кроме того, являются мнимыми, не имеют целью создание правовых последствий для сторон, совершены для противоправной цели – не производить расчет по долгам ФИО2 Агрофирма «Маяк» дополнительно предъявила к исполнению исполнительный лист от 19.04.2019 года о взыскании с ФИО2 процентов за пользование денежными средствами в размере 171 292 руб. 65 коп. – том 2 л.д.234-237.

В уточненном заявлении от 09.10.2019 года Агрофирма «Маяк» просила расторгнуть брачный договор от 25.07.2014 года, заключенный супругами ФИО2 и ФИО1, исключить его из записи у нотариуса ФИО7 за №2265; признать договоры дарения от 01.11.2018 года и от 12.12.2018 года, заключенные между ФИО1 и ФИО4, ФИО1 и ФИО5 недействительными, применить последствия недействительности сделок путем возврата имущества ФИО1, исключить из ЕГРН записи о праве собственности ФИО4 на жилой дом и земельный участок по 

<

адрес>, о праве собственности ФИО5 на жилой дом и земельный участок по 

<

адрес>, признать указанное имущество общим совместным имуществом супругов ФИО1 и ФИО2, выделить ? долю ФИО2 в указанном имуществе, определить стоимость его, порядок и способ обращения взыскания на долю ФИО2 – том 3 л.д. 93-95.

В последнем уточнении требований от 31.10.2019 года истец просит признать договор дарения жилого дома и земельного участка по адресу: 

<

...> заключенный 01.11.2018 года между ФИО1 и ФИО4 недействительным, применить последствия недействительности сделки путем возврата указанного имущества ФИО1, прекращения права собственности ФИО4 на данное имущество. 

Просит признать договор дарения жилого дома и земельного участка по адресу: 

<

...> заключенный 12.12.2018 года между ФИО1 и ФИО5 недействительным, применить последствия недействительности сделки путем возврата указанного имущества ФИО1, прекращения права собственности ФИО5 на данное имущество.

Просит признать общим совместным имуществом супругов ФИО1 и ФИО2 жилой дом и земельный участок по адресу: 

<

адрес>, жилой дом и земельный участок по адресу: 

<

адрес>, выделить ? долю ФИО2 в указанном имуществе, определить его стоимость, порядок и способ обращения взыскания на него в рамках исполнительного производства 

<

номер>, взыскать с ФИО2 судебные расходы за проведение оценочной экспертизы по делу в размере 25200 руб. –том 3 л.д.

В судебное заседание представитель истца не явился, просил рассмотреть дело в его отсутствие. Отказа истца ни от одного из вышеперечисленных требований в суд не поступило.

Ответчики ФИО1, ФИО2, их представитель ФИО3 с исковыми требованиями Агрофирмы «Маяк» не согласны в полном объеме.

ФИО1 в отзыве на иск и в судебных заседаниях пояснила, что брачный договор от 25 июля 2014 года был заключен с ФИО2 за три года до вступления в законную силу приговора Павловского районного суда от 22 мая 2017 года в отношении супруга, которым он обязан возместить ущерб ООО Агрофирма «Маяк», причиненный преступлением. 

Уголовное дело было возбуждено 27.06.2014 года не в отношение ФИО2, а по факту совершения преступления, они об этом не были уведомлены. Более чем через два года ФИО2 было предъявлено обвинение, наложен арест на иное имущество, которого достаточно для реализации и возмещения ущерба истцу.

Никаких кредиторов на момент заключения брачного договора у ФИО2 не было, некого было уведомлять о заключении договора, не было необходимости скрывать общее совместное имущество от кого-либо. Напротив, Агрофирма «Маяк» обязана была выплатить ФИО2 заработную плату и компенсацию морального вреда в размере 

<

...> руб. 

<

...> коп. по решению Павловского районного суда от 01.05.2015 года.

При рассмотрении уголовного дела в отношении ФИО2, она представляла суду копию брачного договора от 25 июля 2014 года, истец был знаком с условиями договора, согласно которому ей были переданы в собственность земельный участок площадью 5210 кв.м. и цех по переработке рыбы по 

<

адрес>. 

После заключения брачного договора она обратилась в администрацию Павловского района за разделом единого земельного участка площадью 5210 кв.м. на два участка площадью 2338 кв. м. и 2872 кв.м., которым присвоены адреса: 

<

адрес> и 

<

адрес>. 

По её заявлению Собрание депутатов Павловского района приняло решение о переводе здания цеха по переработке рыбы из нежилого в жилое, об изменении разрешенного использования земельного участка. 

Построила два жилых дома для своих детей.

Когда по заявлению ООО Агрофирма « Маяк» были отменены обеспечительные меры в отношении спорного имущества, подарила дочери ФИО4 жилой дом и земельный участок по 

<

адрес> сыну ФИО5 - жилой дом и земельный участок по 

<

адрес>, поскольку являлась единоличной собственницей объектов недвижимости, режим общей совместной собственности на него не распространялся, они не находились под арестом Дети фактически проживают в жилых домах с 2015 года.

По указанным обстоятельствам оспариваемые сделки мнимыми не являются, обращение взыскания на данные объекты недвижимости, собственники которых не имеют долгов перед Агрофирмой «Маяк», невозможно.

Одновременное заявление требований о признании недействительным брачного договора и о его расторжении необоснованно, последствия расторжения сделки и признания её недействительной различные. К тому же, истец не вправе требовать расторжения брачного договора, поскольку стороной сделки не является. Статья 46 СК РФ также не дает такого права истцу.

Ответчик ФИО2 суду пояснил, что в браке с ФИО1 состоит с 1980 года. Он, работая в Агрофирме «Маяк», почти десять лет не получал заработную плату. Доход в семью приносила супруга, в 2014 году она предложила заключить брачный договор. Он ничего не должен был истцу, когда заключали брачный договор от 25 июля 2014 года, про возбуждение уголовного дела тогда ничего не знали. Агрофирма «Маяк» имела перед ним задолженность по заработной плате, в его пользу суд в 2015 году взыскал 

<

...> руб. 

По приговору суду от 22.05.2017 года у него арестовали автомобили марки Тойота Ленд Круйзер, Мерседес, автомобильный прицеп, земельный участок сельскохозяйственного назначения, стоимость имущества позволяет возместить ущерб по приговору суда.

Представитель ответчиков ФИО3 поддержал доводы, изложенные в отзывах на исковые требования, заявил о пропуске годичного срока давности предъявления иска об оспаривании брачного договора от 25 июля 2014 года, который следует исчислять самое позднее с даты вынесения приговора ФИО2 от 22.05.2017 года, поскольку копия брачного договора была представлена в судебное заседание при рассмотрении с участием руководителя Агрофирмы «Маяк» уголовного дела в отношении ФИО2

Ответчик ФИО4 иск не признала. В отзыве на уточненный иск Агрофирмы «Маяк» и в прошлом судебном заседании пояснила, что со своей семьёй проживает в 

<

адрес> с 2015 года, иного жилья не имеет. В 2018 году мать ФИО1 подарила ей данный дом с земельным участком, на котором он расположен. Знала, что по брачному договору, заключенному родителями, данные объекты недвижимости являлись собственностью матери.

Истец не представил доказательств нарушения его прав заключением договора дарения от 01.11.2018 года, не указал в заявлении законного интереса, защита которого будет обеспечена в результате признания договора дарения недействительным и возврата каждой стороной всего полученного по сделке.

Аналогичные пояснения дал суду и изложил в отзыве на иск ответчик ФИО5

Третьи лица: нотариус ФИО7, Межрайонный отдел судебных приставов по исполнению особо важных исполнительных производств УФССП по Алтайскому краю, Управление Росреестра по Алтайскому краю не направили в суд своих представителей, извещены надлежаще. 

Управление Росреестра по Алтайскому краю в отзыве на иск указало, что требование истца об исключении из ЕГРН записей о праве собственности ФИО4 и ФИО5 на объекты недвижимости является ненадлежащим способом защиты права. В случае принятия решения суда о применении последствий недействительности сделки в виде возврата имущества одной из сторон или прекращении права будет являться основанием для погашения соответствующей записи на недвижимое имущество в ЕГРН. Принятие решения оставляет на усмотрение суда.

Исследовав доводы участников процесса, материалы дела, суд установил следующее.

В соответствии со ст. 34 СК РФ имущество, нажитое супругами во время брака, является их совместной собственностью.

Согласно п. 1 ст. 38 СК РФ раздел общего имущества супругов может быть произведен как в период брака, так и после его расторжения, а также в случае заявления кредитором требования о разделе общего имущества супругов для обращения взыскания на долю одного из супругов в общем имуществе супругов.

Согласно ст. 40 Семейного Кодекса Российской Федерации (далее - СК РФ), брачным договором признается соглашение лиц, вступающих в брак, или соглашение супругов, определяющее имущественные права и обязанности супругов в браке и (или) в случае его расторжения.

Семейным кодексом в п. 1 ст. 43 установлен запрет на односторонний отказ от исполнения брачного договора, что соответствует общему запрету в ст. 310 ГК РФ на односторонний отказ от исполнения гражданско-правовых обязательств.

Вместе с тем п. 2 ст. 43 СК РФ предусматривает возможность изменения или расторжения брачного договора по требованию одного из супругов по основаниям и в порядке, которые установлены ГК РФ для изменения и расторжения договора.

В силу п. 1 ст. 44 СК РФ брачный договор может быть признан судом недействительным полностью или частично по основаниям, предусмотренным Гражданским кодексом Российской Федерации для недействительности сделок.

Пунктом 1 статьи 45 СК РФ предусмотрено, что по обязательствам одного из супругов взыскание может быть обращено лишь на имущество этого супруга. При недостаточности этого имущества кредитор вправе требовать выдела доли супруга-должника, которая причиталась бы супругу-должнику при разделе общего имущества супругов, для обращения на нее взыскания. Данная норма конкретизирует применительно к семейным правоотношениям положения Гражданского кодекса Российской Федерации, в соответствии с которыми по обязательствам одного из супругов взыскание может быть обращено лишь на имущество, находящееся в его собственности, а также на его долю в общем имуществе супругов, которая причиталась бы ему при разделе этого имущества (пункт 3 статьи 256); ответственность перед кредитором в силу обязательства несет должник (пункт 1 статьи 307); обязательство не создает обязанностей для лиц, не участвующих в нем в качестве сторон (пункт 3 статьи 308).

В соответствии с п. 1 ст. 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено стороной сделки или иным лицом, указанным в законе. Оспоримая сделка может быть признана недействительной, если она нарушает права или охраняемые законом интересы лица, оспаривающего сделку, в том числе повлекла неблагоприятные для него последствия. (п. 2 ст. 166 ГК РФ).

Требование о применении последствий недействительности ничтожной сделки вправе предъявить сторона сделки, а в предусмотренных законом случаях также иное лицо. Требование о признании недействительной ничтожной сделки независимо от применения последствий ее недействительности может быть удовлетворено, если лицо, предъявляющее такое требование, имеет охраняемый законом интерес в признании этой сделки недействительной (п. 3 ст. 166 ГК РФ).

Как разъяснил Пленум Верховного Суда Российской Федерации в абзаце втором пункта 78 Постановления от 23.06.2015 № 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", исходя из системного толкования пункта 1 статьи 1, пункта 3 статьи 166 и пункта 2 статьи 168 ГК РФ иск лица, не являющегося стороной ничтожной сделки, о применении последствий ее недействительности может также быть удовлетворен, если гражданским законодательством не установлен иной способ защиты права этого лица и его защита возможна лишь путем применения последствий недействительности ничтожной сделки.

Согласно п. 1 ст. 167 ГК РФ, недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом (ч. 2 ст. 167 ГК РФ).

Судом установлено, что ФИО1 и ФИО2 состоят в браке с 02.08.1980 года.

25.07.2014 года супруги ФИО6 заключили брачный договор, согласно которому имущество, нажитое супругами в период брака, является общей совместной либо долевой собственностью супругов, за исключением: 

земельного участка и здания цеха по переработке рыбы, расположенных по 

<

адрес>, 

земельного участка и здания магазина, расположенных по 

<

адрес>, 

автомобиля марки TOYOTA LAND CRUISER, год выпуска 1996, государственный регистрационный знак 

<

номер>,

автомобиля марки MERSEDRS-BENS 100D, год выпуска 1995, регистрационный знак 

<

номер>, которые будут принадлежать на праве единоличной собственности ФИО1.

Иное движимое и недвижимое имущество, не указанное в договоре, зарегистрированное на имя одного из супругов и приобретаемое супругами после заключения настоящего договора, будет считаться единоличной собственностью ФИО1, и на него не будет распространяться режим общей совместной собственности.

По форме и содержанию договор соответствует требованиям законодательства. Удостоверен нотариусом. Права сторонам разъяснены и понятны.

В соответствие с приведенными выше нормами ч. 2 ст. 43 СК РФ, ст.ст. 450, 451 ГК РФ право требовать расторжения брачного договора вправе только сторона сделки.

Поскольку Агрофирма «Маяк» стороной сделки не является, требовать расторжения брачного договора она не вправе. Требование истца о расторжении брачного договора от 25.07.2014 года, заключенного между ФИО2 и ФИО1 суд оставляет без удовлетворения, как и требование исключить договор из реестра нотариуса ФИО7.

Оценивая требования о признании брачного договора от 25.07.2014 года оспоримой сделкой в соответствие ч с.2 ст. 166 ГК РФ, поскольку она нарушает требования закона и его право как третьего лица получить возмещение за счет доли должника ФИО2 в общем имуществе супругов (ст.ст. 10, 168 ГК РФ), а также мнимой (ст. 170 ГК РФ), поскольку заключена для вида, без цели создания правовых последствий для сторон, совершена для противоправной цели – не производить расчет по долгам ФИО2, суд приходит к следующему. 

Как указано в п. 1 ст. 168 ГК РФ, за исключением случаев, предусмотренных пунктом 2 настоящей статьи или иным законом, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

Сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки (п. 2).

В соответствии с п. 1 ст. 170 ГК РФ, мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

Частью 3 статьи 17 Конституции Российской Федерации установлено, что осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц.

Согласно пунктам 3 и 4 ст. 1 ГК РФ при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. Никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

В целях реализации указанного выше правового принципа абз. 1 п. 1 ст. 10 ГК РФ установлена недопустимость осуществления гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действий в обход закона с противоправной целью, а также иного заведомо недобросовестного осуществления гражданских прав (злоупотребление правом).

В случае несоблюдения данного запрета суд на основании п. 2 ст. 10 ГК РФ с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом.

Как разъяснил Верховный Суд Российской Федерации в п. 1 постановления Пленума от 23.06.2015 № 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" добросовестным поведением, является поведение, ожидаемое от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

В соответствии с п. 7 того же Постановления, если совершение сделки нарушает запрет, установленный п. 1 ст. 10 ГК РФ, в зависимости от обстоятельств дела такая сделка может быть признана судом недействительной (п. 1 или п. 2 ст. 168 ГК РФ).

В силу п. 8 Постановления к сделке, совершенной в обход закона с противоправной целью, подлежат применению нормы гражданского законодательства, в обход которых она была совершена. В частности, такая сделка может быть признана недействительной на основании положений ст. 10 и пунктов 1 или 2 ст. 168 ГК РФ. При наличии в законе специального основания недействительности такая сделка признается недействительной по этому основанию (например, по правилам ст. 170 ГК РФ).

Суд соглашается с заявлением представителя ответчиков ФИО3 об истечении срока исковой давности для обращения в суд с требованием о признании брачного договора оспоримой сделкой, который составляет один год и исчисляется со дня, когда истец узнал или должен был узнать об иных обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной (ч.2 ст. 181 ГК РФ).

К материалам уголовного дела 

<

номер> по обвинению ФИО2 в совершении преступления, предусмотренного ч.4 ст. 160 УК РФ приобщен оспариваемый брачный договор от 25.07.2014 года. (том 6 л.д. 146) Представителем потерпевшей Агрофирмы «Маяк» при расследовании и рассмотрении уголовного дела являлся руководитель организации ФИО8, который знакомился с материалами дела, участвовал в судебных заседаниях и не мог не знать о заключении супругами ФИО6 указанного брачного договора. Следователем был наложен арест на иное имущество ФИО2 в обеспечение гражданского иска в уголовном деле.

По мнению суда, на дату вынесения приговора ФИО2 от 22.05.2017 года истец должен был знать о заключении брачного договора от 25.07.2014 года между ФИО1 и ФИО2, об отсутствии возможности получить возмещение ущерба от ФИО2 по приговору суда за счет общего имущества супругов, перешедшего в единоличную собственность ФИО1 по брачному договору.

Под злоупотреблением правом понимается поведение лица по осуществлению принадлежащего ему права, сопряженное с нарушением установленных ст. 10 ГК РФ пределов осуществления гражданских прав, осуществляемое с незаконной целью или незаконными средствами, нарушающее при этом права и законные интересы других лиц и причиняющее им вред или создающее для этого условия. Негативными последствиями злоупотребления правом могут быть уменьшение или утрата дохода, необходимость новых расходов, сокрытие имущества от обращения на него взыскания и пр.

Уголовное дело 

<

номер>, по которому ФИО2 был осужден по ч.4 ст. 160 УК РФ, было возбуждено 27.06.2014 года по признакам преступления, предусмотренного ч.3 ст. 160 УК РФ, а не в тношении ФИО2

-том 2 л.д.124

27 мая 2015 года производство по уголовному делу было приостановлено в связи с не установлением виновного в совершении преступления лица. –том 3 л.д.27.

Постановлением от 05 июля 2016 года подозреваемому ФИО2 была избрана мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении. 07.09.2016 года ФИО2 предъявлено обвинение. –том 2 л.д.126,127.

Приговором суда от 22.05.2017 года, то есть спустя три года после заключения брачного договора, ФИО2 обязан был возместить Агрофирме «Маяк» причиненный ущерб в размере 

<

...> рублей. -том 2 л.д.99-123. 

На дату заключения брачного договора от 25.07.2014 года, по мнению суда, никаких прав Агрофирмы «Маяк» нарушено не было. Истец не являлся кредитором ФИО2, поэтому у последнего не возникало и обязанности уведомлять Агрофирму «Маяк» о заключении брачного договора в соответствие со ст. 46 СК РФ. 

К тому же, ст. 46 СК РФ не предусматривает признание брачного договора недействительным из-за не извещения кредиторов о заключении его.

При изложенных обстоятельствах суд не находит оснований квалифицировать действия ответчиков ФИО2 и ФИО1 по заключению брачного договора как злоупотребление правом в целях увода общего имущества супругов от обращения на него взыскания на стадии возбуждения уголовного дела в отношении ФИО2. 

Часть 2 ст. 209 ГК РФ предусматривает право собственника по своему усмотрению совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые действия, не противоречащие закону и иным правовым актам и не нарушающие права и охраняемые законом интересы других лиц, в том числе отчуждать свое имущество в собственность другим лицам, передавать им, оставаясь собственником, права владения, пользования и распоряжения имуществом, отдавать имущество в залог и обременять его другими способами, распоряжаться им иным образом.

Проверяя доводы истца о мнимости сделки – брачного договора от 25.07.2014 года, суд исходит из следующего. 

Мнимая сделка, как разъяснил Пленум Верховного суда Российской Федерации в Постановлении от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна. Стороны такой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение. Например, во избежание обращения взыскания на движимое имущество должника заключить договоры купли-продажи или доверительного управления и составить акты о передаче данного имущества, при этом сохранив контроль соответственно продавца или учредителя управления за ним, осуществить для вида государственную регистрацию перехода права собственности на недвижимое имущество, что, однако, не препятствует квалификации такой сделки как ничтожной на основании пункта 1 статьи 170 ГК РФ.

Исходя из смысла статьи 170 ГК РФ, учитывая Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 N 25, следует, что мнимость сделки устанавливается на момент заключения данной сделки. Юридически значимым обстоятельством для признания сделки мнимой является отсутствие у нее основания, поскольку стороны не стремятся к достижению того правового результата, который должен возникнуть из данной сделки. Совершая мнимую сделку, стороны хотят создать лишь видимость возникновения, изменения или прекращения гражданских прав и обязанностей, которые вытекают из этой сделки. Дефект мнимой сделки как раз и проявляется в отсутствии направленности сделки на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей. 

Истец, предъявляя требование о признании оспариваемого договора мнимым, обязан доказать наличие условий для признания этих договоров ничтожными по признаку мнимости с учетом требований статьи 170 ГК РФ. Обязательным условием признания сделки мнимой является порочность воли каждой из ее сторон. Мнимая сделка не порождает никаких правовых последствий. Совершая подобную сделку, стороны не имеют намерений ее исполнять либо требовать ее исполнения.

Между тем, судом установлено, что после заключения брачного договора ФИО1 обратилась в администрацию Павловского района за разделом участка площадью 5210 кв.м. по 

<

адрес> на два участка. Постановлением №540 от 06.10.2014 года указанный участок был разделен на два: площадью 2338 кв.м и площадью 2872 кв.м с присвоением им адресов: 

<

адрес> и 

<

адрес>.

По заявлению ФИО1 здание цеха по переработке рыбы, располагавшееся по 

<

адрес> из нежилого было переведено в жилое решением Собрания депутатов Павловского района №98 от 30.12.2014 года, изменен вид разрешенного использования земельного участка по 

<

адрес>. -том2 л.д.134-137

Решением Павловского районного суда от 15 июля 2015 года был удовлетворен иск ФИО1 о признании за нею права собственности на самовольно возведенный жилой дом по 

<

адрес>.. - том 2 л.д.219-220.

После отмены определением Павловского районного суда от 16.10.2018 года обеспечительных мер в отношении жилого дома и земельного участка по 

<

адрес> и в отношении жилого дома и земельного участка по 

<

адрес> (том 2 л.д.138-139) ФИО1 распорядилась указанным имуществом, подарила его своим детям ФИО4 и ФИО5 –том2 л.д.205-208.

Указанные действия не свидетельствуют о мнимости брачного договора, об отсутствии по крайней мере, у одной из сторон сделки – ФИО1 порочности воли, нежелания создать те последствия, на которые был направлен брачный договор.

Скрывать совместно нажитое имущество на момент заключения брачного договора от 25.07.2014 года было не от кого, на него не обращалось на тот момент взыскания, оно не находилось под арестом. 

Являясь единоличным собственником спорного имущества, ФИО1 в силу ст. 209 ГК РФ могла свободно распоряжаться им, заключать любые сделки, в том числе дарения объектов недвижимости детям ФИО4 и ФИО5

Оснований для признания недействительными договоров дарения спорных объектов недвижимости, заключенных между ФИО1 и ФИО4 от 01.11.2018 года и между ФИО1 и ФИО5 от 12.12.2018 года суд не установил по изложенным выше обстоятельствам, как и оснований для исключения из ЕГРН записи о правах ФИО4 и ФИО5 на подаренные им объекты недвижимости либо прекращения право собственности на них.

Необоснованно требование истца о выделе ? долю ФИО2 в жилом доме площадью 372,8 кв.м. с кадастровым номером 22:31:020010:2047 по 

<

адрес>, земельном участке площадью 2338 кв.м., с кадастровым номером 

<

номер> по 

<

адрес>, жилом доме площадью 245,3 кв.м. с кадастровым номером 

<

номер> по 

<

адрес> Алтайского края, земельном участке площадью 2338 кв.м., с кадастровым номером 

<

номер> по 

<

адрес>, об определении стоимости данного имущества, порядка и способа обращения взыскания на долю ФИО2 в вышеуказанном имуществе в рамках исполнительного производства 

<

номер>, поскольку данное имущество с 25.07.2014 года не принадлежит ФИО2, не является общим совместным имуществом супругов ФИО2 и ФИО1, принадлежит ответчиком ФИО4 и ФИО5, которые должниками Агрофирмы «Маяк» не являются.

Включение в брачный договор от 25.07.2014 года земельного участка и здания магазина, расположенных по 

<

адрес>, как имущества, принадлежащего единолично ФИО1 было обусловлено заключением ФИО1 с СПК «

<

...>» договора купли-продажи данных объектов от 03.09.2013 года. Интересы Агрофирмы «Маяк» при этом не нарушены, поскольку стороной сделки она не была. К тому же решением Арбитражного суда Алтайского края от 18.07.2014 года (не вступившим в законную силу на дату заключения брачного договора) земельный участок и здания магазина, расположенные по 

<

адрес>, были возвращены в собственность СПК «

<

...>». 

В связи с вышеизложенным суд отказывает Агрофирме «Маяк» в удовлетворении всех заявленных требований за необоснованностью и не доказанностью.

Руководствуясь ст.ст.194-198, 320-321 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л:

Исковые требования ООО Агрофирма «Маяк» оставить без удовлетворения в полном объёме.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Алтайский краевой суд через Павловский районный суд в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Решение принято в окончательной форме 12.11.2019 года.

СУДЬЯ З.А.Коняева