Дело 2-1644/2019 (2-7795/2018;)78RS0014-01-2018-007650-97 

09 июля 2019 года 

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

Московский районный суд Санкт-Петербурга в составе

председательствующего судьи Лифановой О.Н.,

при секретаре С.,

рассмотрев в открытом судебном заседании дело по иску ГУ-Управления пенсионного фонда РФ в Московском районе Санкт-Петербурга к ФИО1 о взыскании неосновательно полученных сумм, по встречному иску ФИО1, ФИО2 Управлению пенсионного фонда РФ в Московском районе Санкт-Петербурга, Отделению Пенсионного фонда РФ в Санкт-Петербурге и Ленинградской области во взыскании убытков, 

установил:

Управление Пенсионного фонда Российской Федерации в Московском районе Санкт-Петербурга /далее – ГУ УПФ РФ в Московском районе СПб/ обратилось в суд с иском к ФИО1, являющейся матерью и соответственно законным представителем несовершеннолетнего ребенка-инвалида ФИО6, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, о взыскании незаконно полученной компенсационной выплаты за уход за ребенком-инвалидом, выплачиваемой одновременно с государственной социальной пенсией по инвалидности, за период с 01.05.2013 по 31.01.2018 в сумме 315 500 руб. в связи с тем, что отец несовершеннолетнего ФИО6, ФИО2, осуществлявший уход за ребенком-инвалидом, с 09.06.2012 зарегистрирован в качестве индивидуального предпринимателя, что предполагает получение дохода, однако о данном факте истцу ответчик и третье лицо по делу не сообщили, добровольно возвратить полученные денежные средства отказались, что повлекло обращение Управления Пенсионного фонда РФ в Московском районе СПб с настоящим иском в суд.

Не согласившись с требованиями Пенсионного фонда РФ ответчик ФИО1, а также привлеченный истцом в качестве третьего лица ФИО2 предъявили встречный иск к Управлению Пенсионного фонда РФ в Московском районе СПб и Отделению Пенсионного фонда РФ в Санкт-Петербурге и Ленинградской области о взыскании в солидарном порядке материального ущерба в сумме 44 000 руб., что составляет общую сумму компенсационных выплат, причитающихся неработающему ФИО2, осуществляющему уход за ребенком-инвалидом за период с 01.02.2018 по 01.09.2018; о компенсации в пользу истцов по встречному иску компенсации морального вреда, причиненного незаконными действиями Управления в размере по 15 000 руб. каждому; о возмещении ФИО1 и ФИО2 расходов по оформлению нотариальных доверенностей на представителя в размере по 1 700 руб. в пользу каждого; о взыскании штрафа в размере 50 % от присужденных судом сумм за отказ в добровольном порядке удовлетворить требования ФИО2 о выплате компенсации.

В обоснование встречного иска, а также возражений на первоначальный иск ФИО1 и ФИО2 ссылались на то, что о наличии статуса индивидуального предпринимателя, который в настоящее время прекращен, ФИО2 устно сообщил сотруднику Управления Пенсионного фонда РФ в Московском районе СПб при оформлении компенсации, в последующем предпринимательскую деятельность фактически не осуществлял, в связи с чем доход не имел, на что указывает также отсутствие необходимых выплат в пенсионный фонд и налоговую инспекцию, единственным работающим членом семьи является мать ребенка-инвалида ФИО1, сам ФИО2 весь спорный период осуществлял уход за ребенком, нигде не работая /л.д.237-238 т.1, л.д.1-2,24-25 т.2/.

В судебном заседании представитель истца ГУ УПФ РФ в Московском районе СПб ФИО3 иск подержала, просила его удовлетворить по изложенным в нём основаниям, поскольку наличие статуса индивидуального предпринимателя предполагает получение дохода, а документального подтверждения о том, что ответчик сообщил истцу о данном обстоятельстве при оформлении компенсации не имеется, кроме того, в назначении выплат было бы отказано, в связи с чем встречный иск С-ных просила отклонить /л.д.65-66 т.1/.

Представитель ответчика и третьего лица ФИО4, а также третье лицо ФИО2 против удовлетворения иска возражали по основаниям, изложенным в отзыве, просили удовлетворить встречный иск, настаивали на том, что ФИО2 фактически не имел дохода, несмотря на наличие статуса индивидуального предпринимателя, который он не скрывал, и не знал, что данное обстоятельство в случае неосуществления предпринимательской деятельности и отсутствия дохода может повлечь утрату права на получение компенсации. Кроме того, ответчиком было заявлено о пропуске истцом срока исковой давности для предъявления требований о взыскании денежных средств за пределами трёхлетнего срока /л.д.57-60, 213-214 т.1/.

Отделение Пенсионного фонда РФ в Санкт-Петербурге и Ленинградской области, привлеченное к участию в деле в качестве ответчика по встречному иску, извещенное о времени и месте рассмотрения дела надлежащим образом, в судебное заседание своего представителя не направило, согласно письменной правовой позиции возражало против удовлетворения встречного иска, в том числе и потому, что решение о назначении компенсации Отделение не принимало, при этом иск Управления поддержало, просило удовлетворить /л.д.26-28 т.2/.

Суд, выслушав доводы представителя истца, возражения представителя ответчика, мнение третьего лица, исследовав материалы дела, изучив представленные доказательства, оценив относимость, допустимость и достоверность каждого из представленных доказательств в отдельности, а также их взаимную связь и достаточность в совокупности, суд приходит к следующему.

Судом установлено и подтверждается материалами дела, что на основании заявления несовершеннолетнего ФИО5, ДД.ММ.ГГГГ года рождения /в последующем ФИО6./, имеющего инвалидность, поданного 30.01.2012 в ГУ УПФ РФ в Московском районе СПб его законным представителем ФИО7 /в последующем ФИО1/, приходящейся матерью, решением ГУ УПФ РФ в Московском районе СПб от 16.02.2012 ребенку-инвалиду ФИО5 была назначена пенсия в размере 6 357,08 руб. /л.д.67-83/.

Согласно выписки из истории болезни ФИО6, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, с мая 2011 года он наблюдается гематологом с диагнозом острый лимфобластный лейкоз, в период с 10.01.2012 по 26.07.2013 поддерживающая терапия – амбулаторный этап лечения, при последнем посещении гематолога 19.10.2018 установлено удовлетворительное состояние, в указанный период за ребенком ухаживали родители /л.д.6 т.2/.

Из трудовой книжки законного представителя ребенка-инвалида ФИО1 следует, что в период с 01.10.2010 по настоящее время она трудоустроена, в том числе на момент обращения ФИО2 к истцу с заявлением о назначении выплаты гражданину, осуществляющему уход на ребенком-инвалидом /л.д.7-10 т.2/.

Поскольку уход за данным ребенком осуществлял его отец – ФИО2, на основании его заявления, поданного истцу 21.05.2013, решением ГУ УПФ РФ в Московском районе СПб от 21.05.2013 № 259/5 ФИО2 в соответствии с пп. «а» п.1 и п.5 Указа Президента РФ от 26.02.2013 № 175 «О ежемесячных выплатах лицам, осуществляющим уход за детьми-инвалидами и инвалидами с детства I группы» была назначена ежемесячная выплата в размере 1 200 руб. с 01.05.2013 на период осуществления ухода с выплатой к пенсии ребенка-инвалида /л.д.88-89,112-115/.

В бланке вышеуказанного заявления, представленном истцу ФИО2 для заполнения, содержался текст о том, что гражданин, осуществляющий уход на ребенком-инвалидом, предупрежден, что выплата осуществляется к пенсии, назначенной нетрудоспособному гражданину, в период осуществления ухода за ним, в случае прекращения ухода, назначения пенсии независимо от её вида и размера, назначения пособия по безработице, поступлении на работу, а также о занятии индивидуальной предпринимательской деятельностью ФИО2, 21.05.2013 подписывая указанное заявление, обязался сообщить в пятидневный срок, а в случае обнаружения переплаты обязался погасить её в полном объеме /л.д.89/.

Заявлением от 21.05.2013 ответчик ФИО1, являющаяся законным представителем несовершеннолетнего Папшой /ФИО8/ И. подтвердила, что постоянный уход за ним осуществляет ФИО2, против чего она не возражает /л.д.90/.

В подтверждение неосуществления трудовой деятельности и отсутствия дохода ФИО2 были представлены копия трудовой книжки, согласно последней записи в которой 10.01.2013 он был уволен по собственному желанию из ООО «Стройкомплекс», справка СПб ГАУ «Центр занятости населения Санкт-Петербурга от 16.05.2013 № 826 о том, что на учёте в качестве безработного он не состоит и пособие по безработице не получает, самим истцом была представлена справка об отсутствии пенсии у ФИО2 /л.д.93-96/.

На основании заявления ФИО2 от 27.06.2013 об установлении компенсационной выплаты согласно Постановлению Правительства № 343 от 04.06.2007, содержащего аналогичное предупреждение о необходимости сообщения в пятидневный срок об обстоятельствах, влекущих отмену компенсации, решением ГУ УПФ РФ в Московском районе СПб от 20.09.2013 № 577/2 ФИО2 была назначена ежемесячная компенсация в размере 5 500 руб., подлежащая выплате к пенсии ребенка-инвалида /л.д.112-117/.

Пенсия ребенка-инвалида, а также установленная ФИО2, осуществляющему за ним уход, компенсация, согласно заявлению о выборе способа оплаты законного представителя ребенка-инвалида - Папшой /ФИО8/ Е.В. перечислялись на банковскую карту последней /л.д.133-135/.

В ходе инвентаризации пенсионных дел и на основании справки Отделения Пенсионного фонда по СПб и ЛО от 24.04.2018 было выявлено наличие у ФИО2 зарегистрированного статуса индивидуального предпринимателя с 13.06.2012 /л.д.140/, в связи с чем протоколом от 03.05.2018 о выявлении излишне выплаченных сумм ежемесячной компенсационной выплаты неработающим трудоспособным гражданам, осуществляющим уход за нетрудоспособным гражданином, было установлено, что за период с 01.05.2013 по 31.01.2018 сумма таких выплат ФИО2 составила 315 500 руб. в связи с его несвоевременным сообщением о трудоустройстве, что послужило основанием для прекращения соответствующей выплаты последнему /л.д.138-143/.

Поскольку сообщение истца, направленное ответчику и третьему лицу о необходимости возврата излишне полученных сумм было проигнорировано последними, 21.08.2018 ГУ УПФ РФ в Московском районе СПб было принято решение о взыскании неосновательно полученных денежных средств в судебном порядке /л.д.156-157/.

В целях усиления социальной защищенности нетрудоспособных граждан Указом Президента Российской Федерации от 26 декабря 2006 года N 1455 "О компенсационных выплатах лицам, осуществляющим уход за нетрудоспособными гражданами" установлены ежемесячные компенсационные выплаты неработающим трудоспособным лицам, осуществляющим уход за инвалидом I группы (за исключением инвалидов с детства I группы), а также за престарелым, нуждающимся по заключению лечебного учреждения в постоянном постороннем уходе либо достигшим возраста 80 лет.

Указом Президента Российской Федерации от 26.02.2013 N 175 "О ежемесячных выплатах лицам, осуществляющим уход за детьми-инвалидами и инвалидами с детства 1 группы" установлен с 1 января 2013 г. новый размер указанных выплат неработающим трудоспособным лицам, осуществляющим уход за ребенком-инвалидом в возрасте до 18 лет или инвалидом с детства I группы (далее - ежемесячные выплаты) родителю (усыновителю) или опекуну (попечителю) - в размере 5500 рублей.

Во исполнение данного поручения Правительство Российской Федерации Постановлением от 4 июня 2007 года N 343 утвердило Правила осуществления ежемесячных компенсационных выплат неработающим трудоспособным лицам, осуществляющим уход за нетрудоспособными гражданами (далее Правила).

Пунктом 3 Правил (в редакции от 02 мая 2013 года), установлено, что компенсационная выплата устанавливается лицу, осуществляющему уход, в отношении каждого нетрудоспособного гражданина на период осуществления ухода за ним. Указанная выплата производится в назначенной нетрудоспособному гражданину пенсии и осуществляется в течение этого периода в порядке, установленном для выплаты соответствующей пенсии.

Подпунктом "д" пункта 9 Правил предусмотрены случаи прекращения выплаты, к которым отнесено выполнение нетрудоспособным гражданином либо лицом, осуществляющим уход, оплачиваемой работы.

Лицо, осуществляющее уход обязано в течение 5 дней известить орган, осуществляющий выплату пенсии, о наступлении обстоятельств, влекущих прекращение осуществления компенсационной выплаты (пункт 10 Правил).

В соответствии с положениями ст. ст. 2, 23 Гражданского кодекса РФ предпринимательская деятельность является самостоятельной, осуществляемой на свой страх и риск деятельностью, направленной на систематическое получение прибыли, иными словами предпринимательская деятельность подразумевает выполнение нетрудоспособным гражданином оплачиваемой работы.

Правовое регулирование, предусматривающее ежемесячную выплату исключительно для неработающих трудоспособных граждан, направлено на обеспечение полноценного ухода за инвалидами, а также создание условий, позволяющих в максимальной степени компенсировать ограничения жизнедеятельности, вызванные значительно выраженными стойкими нарушениями функций организма. Тем самым данные выплаты производятся только нетрудоспособным, не имеющим оплачиваемой работы, и данное требование распространяется как на лицо, осуществляющее уход, так и на то лицо, за которым такой уход осуществляется.

Сам статус индивидуального предпринимателя, исходя из толкования действующего законодательства, исключает возможность получения указанной выплаты, поскольку предпринимательство является оплачиваемой деятельностью и не имеет значение фактическое получение прибыли. При этом факт получения прибыли или ее отсутствие не входит в компетенцию сотрудников Пенсионного Фонда при решении вопроса о назначении или прекращении данной выплаты.

Гражданин, зарегистрированный в качестве индивидуального предпринимателя, но фактически не осуществляющий предпринимательскую деятельность, имеет законодательно закрепленную возможность в любой момент обратиться в регистрирующий орган с заявлением о государственной регистрации прекращения данной деятельности и, следовательно, связанных с нею прав и обязанностей. При этом данное лицо не утрачивает право впоследствии вновь зарегистрироваться в качестве индивидуального предпринимателя, если придет к выводу, что более нет препятствий для занятия предпринимательской деятельностью.

Данная правовая позиция приведена в Определении Конституционного Суда Российской Федерации от 12.05.2005 N 211-О "Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданина П.Ю. на нарушение его конституционных прав положениями подпункта 2 пункта 1 статьи 6, пункта 2 статьи 14 и статьи 28 Федерального закона "Об обязательном пенсионном страховании в Российской Федерации", в котором указано, что предусмотренная законом государственная регистрация гражданина в качестве индивидуального предпринимателя не только дает ему возможность пользоваться правами и гарантиями, связанными с указанным статусом, но и предполагает принятие им на себя соответствующих обязанностей и рисков, в том числе обязанностей по соблюдению правил ведения такой деятельности, налогообложению, уплате страховых взносов в Пенсионный фонд Российской Федерации и др. Процедура государственной регистрации носит заявительный характер, то есть не регистрирующий орган, а сам гражданин решает вопросы о целесообразности выбора данного вида деятельности, готовности к ее осуществлению, наличии необходимого имущества, денежных средств, образования, навыков и т.п., равно как и о том, способен ли он нести обременения, вытекающие из правового статуса индивидуального предпринимателя. Заявительной является и процедура прекращения этого статуса. 

Вместе с тем в случаях, когда при фактическом прекращении предпринимательской деятельности гражданин в силу непреодолимых обстоятельств не мог в установленном порядке своевременно отказаться от статуса индивидуального предпринимателя, он не лишается возможности при предъявлении к нему требования об уплате недоимки по страховым взносам за соответствующий период защитить свои права, привести доводы и возражения, представить документы и иные сведения, подтверждающие указанные обстоятельства. Суд обязан в этом случае принять во внимание связанные с неисполнением обязательства обстоятельства, в том числе представленные гражданином доказательства существования обстоятельств исключительного (экстраординарного) характера, которые не позволили ему своевременно обратиться с заявлением о государственной регистрации прекращения предпринимательской деятельности (пункт 4 Определения Конституционного Суда Российской Федерации от 12.04.2005 N 164-О).

Согласно выписке из Единого государственного реестра индивидуальных предпринимателей ФИО2 был зарегистрирован в качестве индивидуального предпринимателя с 09.06.2012 по 03.09.2018 /л.д.166-169/.

Из ответа Межрайонной ИФНС № 28 по СПб на запрос суда следует, что сведения о доходах ФИО2 за 2014,2015 и 2016 годы отсутствуют /л.д.19 т.2/.

Из объяснений ФИО2 следует, что статус индивидуального предпринимателя он оформил в связи с необходимостью трудоустройства, которое в последующем не состоялось, затем заболел ребенок, поскольку он не работал, то было принято решение о том, что уход за ребенком будет осуществлять именно он, так как его супруга и мать ребенка ФИО1 имела постоянное место работы, при оформлении документов для получения компенсации свидетельство об индивидуальном предпринимательстве с него не требовали, устно он об этом сотруднику, принимавшему заявление сообщил, при этом указал, что предпринимательскую деятельность не осуществляет, иного дохода не имеет. ФИО2 настаивал на том, что ему не было известно, что формальное наличие такого статуса влечёт прекращение выплат, так как никакого дохода он не имел, декларации в налоговый орган не давал, страховые взносы в пенсионный фонд не платил, так как не имел на то материальной возможности.

Согласно сведениям ГУ УПФ РФ в Московском районе СПб, содержащимся в пенсионном деле, в спорный период обязанность по уплате страховых взносов ФИО2, имеющий статус индивидуального предпринимателя, не исполнял, в связи с чем в его адрес неоднократно направлялись требования об уплате страховых взносов, на основании которых в последующем пенсионным органом были вынесены постановления о взыскании страховых взносов, пеней и штрафов, которые были оставлены судебными приставами-исполнителями без исполнения по причине отсутствия у должника имущества или денежных средств, за счёт которых возможно произвести взыскание /л.д.170-212/.

Таким образом, ФИО2 было известно о необходимости уплаты страховых взносов в связи с наличием статуса индивидуального предпринимателя, следовательно, при отсутствии в его необходимости и невозможности исполнения обязанности по уплате страховых взносов, он не был лишен возможности статус индивидуального предпринимателя прекратить, чем однако воспользовался только в сентябре 2018 года после прекращения выплаты компенсации за уход за ребенко-инвалидом.

При назначении компенсационной выплаты ФИО2 данное обстоятельство скрыл, в дальнейшем пенсионный орган, осуществляющий выплату, о данном обстоятельстве в известность не поставил, о чём последнему стало известно только при обработке сведений персонифицированного учета получателей ежемесячной компенсационной выплаты по уходу. 

Доказательства существования обстоятельств исключительного (экстраординарного) характера, которые не позволили ФИО2 своевременно за пять лет получения компенсации обратиться с заявлением о государственной регистрации прекращения предпринимательской деятельности в материала дела не представлены, судом не добыты.

К доводам ответчика и третьего лица об устном уведомлении наличия статуса индивидуального предпринимателя представителя пенсионного органа при оформлении документов в отсутствие документальных доказательств суд относится критично, поскольку данное обстоятельство повлекло бы однозначный отказ в назначении компенсации, в перечне документов необходимых для назначения компенсационной выплаты, установленном пунктом 6 Правил осуществления ежемесячных компенсационных выплат неработающим трудоспособным лицам, осуществляющим уход за нетрудоспособными гражданами, отсутствует указание на необходимость представления свидетельства о регистрации в качестве индивидуального предпринимателя, а поскольку в самом заявлении, подписанным ФИО2 21.05.2013 содержалось указание на необходимость сообщения в пятидневный срок, в том числе и о занятии индивидуальной предпринимательской деятельностью, то именно на гражданина, имеющего соответствующий статус, возложена обязанность поставить пенсионный орган в известность о данном обстоятельстве.

Из материалов дела, следует, что ФИО2, получая указанную выплату, не поставил в известность истца об изменении обстоятельств, влекущих прекращение выплаты, и имея указанный статус индивидуального предпринимателя, получал ее (денежную выплату), что противоречит требованиям указанного выше Положения и обоснованно было истцом принято во внимание при решении о прекращении выплаты.

Доводы ответчика и третьего лица о том, что последний не получал доход в статусе индивидуального предпринимателя правового значения не имеют, т.к. по смыслу Указа, под "неработающими трудоспособными лицами" понимаются граждане, способные к труду, но оставившие работу (не поступившие на работу) ввиду необходимости осуществления ухода за нетрудоспособными лицами и не имеющие вследствие этого какого-либо дохода в виде заработка либо пенсии (пособия).

В соответствии со статьей 2 Гражданского кодекса Российской Федерации предпринимательской является самостоятельная, осуществляемая на свой риск деятельность, направленная на систематическое получение прибыли от пользования имуществом, продажи товаров, выполнения работ или оказания услуг лицами, зарегистрированными в этом качестве в установленном законом порядке.

Пунктом 3 статьи 2 Федерального закона от 24.07.2009 N 212-ФЗ "О страховых взносах в Пенсионный фонд Российской Федерации, Фонд социального страхования Российской Федерации, Федеральный фонд обязательного медицинского страхования" (далее - Федеральный закон от 24.07.2009 N 212-ФЗ) определено, что индивидуальные предприниматели - это физические лица, зарегистрированные в установленном порядке и осуществляющие предпринимательскую деятельность без образования юридического лица, главы крестьянских (фермерских) хозяйств.

Учитывая изложенное, с момента государственной регистрации в качестве индивидуального предпринимателя указанные лица считаются работающими, независимо от отсутствия дохода от предпринимательской деятельности.

Согласно п. 10 Правил осуществления ежемесячных компенсационных выплат неработающим трудоспособным лицам, осуществляющим уход за нетрудоспособными гражданами (утв. Постановлением Правительства РФ от 04.06.2007 г. N 343), лицо, осуществляющее уход, обязано в течение 5 дней известить орган, осуществляющий выплату пенсии, о наступлении обстоятельств, влекущих прекращение осуществления компенсационной выплаты.

Прекращение осуществления компенсационной выплаты производится с 1-го числа месяца, следующего за месяцем, в котором наступили обстоятельства, препятствующие выплате.

В силу положений ст. 25 Федерального закона "О трудовых пенсиях в РФ" от 17.12.2001 г. N 173-ФЗ, физические и юридические лица несут ответственность за достоверность сведений, содержащихся в документах, представляемых ими для установления и выплаты трудовой пенсии, а работодатели, кроме того, - за достоверность сведений, представляемых для ведения индивидуального (персонифицированного) учета в системе обязательного пенсионного страхования.

В случае, если представление недостоверных сведений или несвоевременное представление сведений, предусмотренных пунктом 4 статьи 23 настоящего Федерального закона, повлекло за собой перерасход средств на выплату трудовых пенсий, виновные лица возмещают Пенсионному фонду Российской Федерации причиненный ущерб в порядке, установленном законодательством Российской Федерации.

Пунктом 1 ст. 1102 Гражданского кодекса РФ /ГК РФ/ предусмотрено, что лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение), за исключением случаев, предусмотренных ст. 1109 настоящего Кодекса.

В соответствии со ст. 1109 ГК не подлежат возврату в качестве неосновательного обогащения пенсии, пособия и иные денежные суммы, предоставленные гражданину в качестве средства к существованию, при отсутствии недобросовестности с его стороны и счетной ошибки.

Кроме того, суд приходит к выводу об отсутствии оснований, предусмотренных ст. 1109 ГК РФ, на которые ссылается ответчик и третье лицо, поскольку исходя из установленных судом обстоятельств, сам факт наличия статуса индивидуального предпринимателя у ФИО2 на момент обращения в пенсионный орган с заявлением о назначении компенсации по уходу за ребенком-инвалидом и сокрытие им данной информации уже свидетельствует об отсутствии добросовестности в действиях данного гражданина.

Таким образом, на основании установленных обстоятельств, истцом правомерно было принято решение о прекращении ежемесячных компенсационных выплат ФИО2 с 01.01.2018 года, что в свою очередь влечёт отказ в удовлетворении встречного иска о взыскании с пенсионного органа данной компенсации за последующий период до момента прекращения инвалидности у ребенка и производных от него требований.

Согласно статье 195 Гражданского кодекса Российской Федерации исковой давностью признается срок для защиты прав по иску лица, право которого нарушено.

Частью 1 статьи 196 ГК РФ установлено, что общий срок исковой давности составляет три года со дня, определяемого в соответствии со статьей 200 ГК РФ.

В силу пункта 1 статьи 200 ГК РФ срок исковой давности по требованиям публично-правовых образований в лице уполномоченных органов исчисляется со дня, когда публично-правовое образование в лице таких органов узнало или должно было узнать о нарушении его прав, в частности, о передаче имущества другому лицу, совершении действий, свидетельствующих об использовании другим лицом спорного имущества, например, земельного участка, и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права (п. 4 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.09.2015 N 43 "О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности").

Исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения. Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

Принимая во внимание обоснованность требований истца по праву, суд вместе с тем, находит заслуживающим взимания ходатайство ответчика и третьего лица о применении последствий пропуска срока исковой давности к возникшей переплате ежемесячной компенсационной выплаты в сумме 315 500 руб., исчисленной истцом за период с 01.05.2013 по 31.01.2018, поскольку с требованием о взыскании данной задолженности ГУ УПФ РФ в Московском районе СПб обратилось в суд только 21.09.2018, тогда как объективно имело возможность ранее узнать и должно было узнать о наличии у получателя компенсации за уход за ребенком-инвалидом статуса индивидуального предпринимателя, сведения о котором находились в общем доступе на сайте Федеральной налоговой службы в Едином государственном реестре индивидуальных предпринимателей с 09.06.2012, следовательно, неосновательно полученные компенсационные выплаты подлежат взысканию с ответчика по делу ФИО1, являющейся законным представителем ребенка-инвалида, на счёт которой производились спорные выплаты, за предшествующие три года предъявлению иска в суд, то есть за период с 21.09.2015 по 21.09.2018, исходя из расчёта 5 500 руб. х 28 месяцев + 10 дней х 183,33 руб./в день/ = 155 833,30 руб.

В соответствии с положениями ст. 98 ГПК РФ, стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, в связи с чем с ответчика в пользу истца также подлежат взысканию расходы по оплате государственной пошлины в размере 4 316,66 руб.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 12, 56, 67, 98, 167, 194-198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ГУ-Управления пенсионного фонда РФ в Московском районе Санкт-Петербурга –– удовлетворить частично.

Взыскать со ФИО1 в пользу ГУ-Управления пенсионного фонда РФ в Московском районе Санкт-Петербурга неосновательно полученные компенсационные выплаты за период с 21.09.2015 по 21.09.2018 в сумме 155 833,30 руб., расходы по оплате государственной пошлины в размере 4 316,66 руб.

В удовлетворении встречного иска – отказать.

На решение может быть подана апелляционная жалоба в Санкт-Петербургский городской суд через Московский районный суд Санкт-Петербурга в течение одного месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Судья