...

... 

...

...

Гр. дело № 2-8/2020 Мотивированное 

решение

 изготовлено 29 января 2020 года 

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

22 января 2020 года г. Кировск 

Кировский городской суд Мурманской области в составе

председательствующего судьи Кулыгиной С.Н.,

при секретаре: Дёминой М.С., 

с участием истца ФИО1

представителя истца ФИО1: ФИО2, действующего на основании доверенности от 05.07.2019 года и ордера № 62 от 25.10.2019 года, 

ответчика ФИО3, 

третьего лица, заявившего самостоятельные требования относительно предмета спора – судебного пристава-исполнителя ОСП г. Кировска УФССП по Мурманской области ФИО4,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО5 и ФИО3 о признании недействительным договора купли-продажи автомобиля и применении последствий недействительности сделки, по искам третьих лиц, заявивших самостоятельные требования относительно предмета спора – судебного пристава-исполнителя ОСП г. Кировска УФССП по Мурманской области ФИО4 и ФИО6 к ФИО5 и ФИО3 о признании недействительным договора купли-продажи автомобиля и применении последствий недействительности сделки, 

У С Т А Н О В И Л:

Истец ФИО1 обратилась в суд с иском к ответчикам ФИО5, ФИО3 о признании недействительным договора купли-продажи транспортного средства ..., заключенного ... между ФИО5 и ФИО3, применении последствий недействительности договора купли-продажи, вернув стороны в первоначальное положение, обязании ФИО3 возвратить ФИО5 полученный по сделке автомобиль. В обоснование заявленных требований ссылается на то, что указанный автомобиль был приобретен в период брака со ФИО5, который был расторгнут ..., при этом, она (истец) согласия на отчуждение ответчиком автомобиля своему (ответчика) сыну ФИО3, не давала. Полагает, что заключенная ФИО5 сделка по отчуждению имущества является мнимой, совершена должником только для вида, с целью выведения спорного автомобиля из состава имущества, подлежащего разделу с истцом. Указала, что передача автомобиля от продавца к покупателю по сделке фактически не произведена, ФИО5 продолжает пользоваться отчужденным имуществом, при этом автомобиль до настоящего времени зарегистрирован за ФИО5, который также, согласно страховому полису, является единственным лицом, допущенным к управлению указанным транспортным средством. Приводит доводы о том, что стороны сделки являются близкими родственниками – отец и его сын от предыдущего брака, соответственно, ФИО3, которому было достоверно известно о заключении его отцом ФИО5 нового брака, не мог не знать, что отчуждаемый его отцом автомобиль приобретен в период брака с ней (истцом). Также ссылается на то, что заключенная ФИО5 сделка по отчуждению автомобиля является мнимой, так как совершена должником с целью избежать обращения взыскания на данное имущество в рамках исполнительного производства о взыскании алиментов на содержание ребенка в пользу взыскателя ФИО7 Просит суд признать договор купли-продажи автомобиля ..., заключенный ... между ФИО5 и ФИО3, недействительным вследствие мнимости, применить последствия недействительности указанной сделки, возвратив в собственность ФИО5 указанный автомобиль.

Определением судьи от 25 ноября 2019 года к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельные требования относительно предмета спора, на стороне истца привлечены судебный пристава-исполнителя ОСП г. Кировска УФССП России по Мурманской области ФИО4 и ФИО7 

Определением суда от 09 декабря 2019 года внесены изменения в наименование третьего лица ФИО7 в связи с переменой фамилии на ФИО6 

Определением судьи от 25 декабря 2019 года судебный пристав-исполнитель ОСП г. Кировска УФССП по Мурманской области ФИО4 признана третьим лицом, заявляющим самостоятельные требования, а именно о признании договора купли-продажи от ..., заключенного между соответчиками (ФИО5 и ФИО3), недействительным и применении последствий недействительности сделки. 

Определением суда от 30 декабря 2019 года ФИО6 признана третьим лицом, заявляющим самостоятельные требования относительно предмета спора, о признании договора купли-продажи от ..., заключенного между соответчиками, недействительным и применении последствий недействительности сделки. 

Истец и ее представитель в судебном заседании поддержали заявленные требования по доводам, изложенным в исковом заявлении, настаивали на их удовлетворении. 

Ответчик ФИО5 в судебное заседание не явился, о времени и месте судебного заседания извещен надлежащим образом, просил рассмотреть дело в его отсутствие, в судебном заседании ... иск не признал, в обоснование возражений пояснил, что автомобиль «... был приобретен им на личные средства за 560000 рублей, полученные от продажи старых автомобилей, приобретенных им до брака с истцом. Поскольку автомобиль на момент продажи находился в неисправном состоянии, он решил продать автомобиль своему сыну ФИО3 за 135000 рублей. В настоящее время автомобиль находится в гараже у сына, который осуществляет ремонт данного транспортного средства, в связи с чем, автомобиль не поставлен на учет в ГИБДД. Приводит доводы о том, что о его намерении продать автомобиль сыну ФИО1 была осведомлена и каких-либо возражений относительно данной сделки не имела, указав ему (ответчику) о том, что это его автомобиль. В свою очередь, он (ответчик) считал, что автомобиль ... принадлежит только ему, поскольку был приобретен на личные средства. Просил в удовлетворении иска отказать. 

Ответчик ФИО3 в судебном заседании иск не признал, пояснив, что автомобиль ... он приобрел у своего отца ФИО5 за 135000 рублей, с учетом неудовлетворительного технического состояния транспортного средства. С момента заключения сделки (...) он владеет и пользуется транспортным средством, автомобиль находится у него в гараже, где он осуществляет ремонт транспортного средства. Периодически по просьбе своего отца он предоставляет отцу автомобиль в пользование. Приобретая данный автомобиль, он бы уверен в отсутствии каких-либо возражений со стороны ФИО1 в совершении сделки, о чем ему стало известно из телефонного разговора его отца с истцом, при котором он присутствовал и имел возможность слышать, как истец не возражала против продажи автомобиля. Просит суд в удовлетворении иска ФИО1 и третьих лиц отказать. 

Третье лицо, заявившее самостоятельные требования относительно предмета спора – судебный пристав-исполнитель ОСП г. Кировска УФССП по Мурманской области ФИО4 в судебном заседании поддержала требования о признании договора купли-продажи автомобиля ..., заключенного между ФИО5 и ФИО3 ..., недействительным по мотивам мнимости по основаниям, изложенным истцом в иске. Также указала, что ФИО5, продав автомобиль своему сыну ФИО3, тем самым, злоупотребил своим правом, поскольку, имея задолженность по алиментам в пользу ФИО6, предпринял меры по сокрытию указанного имущества с целью исключения возможности обращения взыскания на автомобиль в рамках исполнительного производства, при этом продолжает пользоваться спорным имуществом. Указала, что в случае отказа в удовлетворении требований о признании сделки купли-продажи автомобиля недействительной задолженность по алиментам перед ФИО8 не может быть погашена за счет указанного имущества, в связи с чем, просит суд признать договор купли-продажи автомобиля ... от ..., заключенный между ФИО5 и ФИО3, недействительным и применить последствия недействительности сделки в виде обязания ответчика ФИО3 вернуть ФИО5 указанное имущество, являющееся предметом сделки. 

Третье лицо, заявившее самостоятельные требования относительно предмета спора – ФИО6 в судебное заседание не явилась, о времени и месте судебного заседания извещена надлежащим образом, просила рассмотреть дело в ее отсутствие, настаивала на удовлетворении заявленного требования о признании договора купли-продажи автомобиля ..., заключенного между ФИО5 и ФИО3 ..., недействительным по мотивам мнимости по основаниям, изложенным ею в заявлении, в котором также указано, что в случае отказа в удовлетворении требований о признании сделки купли-продажи автомобиля недействительной задолженность по алиментам перед ней не может быть погашена за счет указанного имущества. 

Суд, руководствуясь ч. 5 ст.167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, полагает возможным рассмотреть дело в отсутствие не явившихся ответчика ФИО5, третьего лица ФИО6

Выслушав пояснения истца и ее представителя, ответчика ФИО3 и третьего лица – судебного пристава-исполнителя ФИО4, исследовав материалы дела, суд считает исковые требования ФИО1 не подлежащими удовлетворению, требования третьих лиц подлежащими удовлетворению по следующим основаниям.

Согласно пункту 3 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. 

В соответствии с пунктом 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

В силу пункта 2 статьи 218 Гражданского кодекса Российской Федерации право собственности на имущество, которое имеет собственника, может быть приобретено другим лицом на основании договора купли-продажи, мены, дарения или иной сделки об отчуждении этого имущества.

Согласно статье 209 Гражданского кодекса Российской Федерации собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения своим имуществом (пункт 1). 

Собственник вправе по своему усмотрению совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые действия, не противоречащие закону и иным правовым актам и не нарушающие права и охраняемые законом интересы других лиц, в том числе отчуждать свое имущество в собственность другим лицам, передавать им, оставаясь собственником, права владения, пользования и распоряжения имуществом, отдавать имущество в залог и обременять его другими способами, распоряжаться им иным образом (пункт 2).

В соответствии с пунктом 1 статьи 454 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору купли-продажи одна сторона (продавец) обязуется передать вещь (товар) в собственность другой стороне (покупателю), а покупатель обязуется принять этот товар и уплатить за него определенную денежную сумму (цену).

В силу пункта 1 статьи 256 Гражданского кодекса Российской Федерации имущество, нажитое супругами во время брака, является их совместной собственностью, если брачным договором между ними не установлен иной режим этого имущества.

В соответствии с пунктом 1 статьи 34 Семейного кодекса Российской Федерации, имущество, нажитое супругами во время брака, является их совместной собственностью. 

К имуществу, нажитому супругами во время брака (общему имуществу супругов), относятся доходы каждого из супругов от трудовой деятельности, предпринимательской деятельности и результатов интеллектуальной деятельности, полученные ими пенсии, пособия, а также иные денежные выплаты, не имеющие специального целевого назначения (суммы материальной помощи, суммы, выплаченные в возмещение ущерба в связи с утратой трудоспособности вследствие увечья либо иного повреждения здоровья, и другие). Общим имуществом супругов являются также приобретенные за счет общих доходов супругов движимые и недвижимые вещи, ценные бумаги, паи, вклады, доли в капитале, внесенные в кредитные учреждения или в иные коммерческие организации, и любое другое нажитое супругами в период брака имущество независимо от того, на имя кого из супругов оно приобретено либо на имя кого или кем из супругов внесены денежные средства (пункт 2).

Пунктами 1 и 2 статьи 35 Семейного кодекса Российской Федерации предусмотрено, что владение, пользование и распоряжение общим имуществом супругов осуществляются по обоюдному согласию супругов; при совершении одним из супругов сделки по распоряжению общим имуществом супругов предполагается, что он действует с согласия другого супруга; сделка, совершенная одним из супругов по распоряжению общим имуществом супругов, может быть признана судом недействительной по мотивам отсутствия согласия другого супруга только по его требованию и только в случаях, если доказано, что другая сторона в сделке знала или заведомо должна была знать о несогласии другого супруга на совершение данной сделки.

В соответствии со статьей 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями части 3 статьи 123 Конституции Российской Федерации и статьи 12 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, закрепляющих принцип состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом. 

Бремя доказывания того факта, что другая сторона в сделке, получая по этой сделке право требования, знала или заведомо должна была знать о несогласии другого супруга на совершение данной сделки, по смыслу абзаца 2 пункта 2 статьи 35 Семейного кодекса Российской Федерации, возложено на супруга, заявившего требование о признании сделки недействительной.

Согласно пункту 1 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

В силу пункта 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

По смыслу приведенной правовой нормы мнимой является та сделка, все стороны которой не намерены создать соответствующие ей правовые последствия.

При этом отсутствие лишь у одной из сторон сделки намерения создать такие последствия и фактически исполнить эту сделку само по себе не может служить основанием для вывода о мнимом характере сделки.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 86 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» стороны такой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение. Например, во избежание обращения взыскания на движимое имущество должника заключить договоры купли-продажи или доверительного управления и составить акты о передаче данного имущества, при этом сохранив контроль соответственно продавца или учредителя управления за ним.

Таким образом, для разрешения вопроса о мнимости договора купли-продажи необходимо установить наличие либо отсутствие правовых последствий, которые в силу статьи 454 Гражданского кодекса Российской Федерации влекут действительность такого договора, а именно: факты надлежащей передачи вещи в собственность покупателю, а также уплаты покупателем определенной денежной суммы за эту вещь.

Как установлено в судебном заседании и следует из материалов дела, ФИО5 и ФИО1 (прежняя фамилия ФИО9) состояли в браке с ... по ....

В период брака, на имя ФИО5 был приобретен автомобиль «...

Согласно сведениям, представленным ОГИБДД МО МВД России «Апатитский», автомобиль ..., с ... на дату исполнения запроса (...) зарегистрирован на имя ФИО5 (л.д. 29). 

Согласно договору купли-продажи от ..., указанный автомобиль ФИО5 продал своему сыну ФИО3, стоимость автомобиля, согласно договору, составила 135000 рублей (л.д. 15, на обороте). 

... спорный автомобиль был застрахован ФИО5 по договору ОСАГО серии №... (срок страхования с ... по ...), с указанием собственника транспортного средства – ФИО3, лиц, допущенных к управлению: ФИО5 (л.д. 15).

ФИО1 в обоснование своих требований ссылалась на то, что причиной заключения спорного договора купли-продажи автомобиля послужило намерение ФИО5 исключить автомобиль из состава общего имущества супругов, подлежащего разделу. 

Утверждая о мнимости спорной сделки, истец ссылалась на то, что стороны сделки являются близкими родственниками (отец и сын), при этом, стоимость автомобиля, указанная в договоре купли-продажи, существенно занижена по сравнению с его рыночной стоимостью, что, по мнению истца, также свидетельствует о мнимости сделки, направленной исключительно на то, чтобы вывести транспортное средство из состава имущества, подлежащего разделу между супругами. 

Кроме того, по утверждению истца, фактически передача транспортного средства в собственность ФИО3 не осуществлена, и автомобиль продолжает находиться в пользовании ФИО5, доказательством чему также является оформление им после заключения договора купли-продажи полиса обязательного страхования гражданской ответственности с указанием в нем единственного лица, допущенного к управлению автомобилем, которым является сам ФИО5 

Проанализировав указанные доводы истца, суд не может с ними согласиться исходя из следующего. 

Так, из материалов дела следует, что оспариваемый договор купли-продажи транспортного средства от ... составлен в требуемой форме, подписан сторонами, по содержанию отвечает требованиям, предъявляемым к такого рода договорам. Условия договора сторонами исполнены, автомобиль передан продавцом покупателю, денежные расчеты произведены, что подтверждается указанием в договоре на то, что покупатель ФИО3 становится собственником с момента подписания данного договора, а продавец ФИО5 получил полностью денежные средства в сумме 135000 рублей за автомобиль. 

Таким образом, судом установлено, что ФИО5, будучи законным владельцем автомобиля, распорядился этим имуществом, произведя его отчуждение в пользу своего сына ФИО3 в соответствии с условиями договора купли-продажи, нормами закона, а также положениями части 2 статьи 35 Семейного кодекса Российской Федерации, предусматривающей, что при совершении одним из супругов сделки по распоряжению общим имуществом супругов предполагается, что он действует с согласия другого супруга. 

Подтверждением реальности сделки является не только фактическое исполнение условий договора о передаче автомобиля покупателю и об его оплате, но последующие действия сторон сделки, связанные со сменой собственника данного транспортного средства и с реализацией новым собственником своих полномочий.

При этом, ссылка истца на занижение продажной стоимости автомобиля и на то обстоятельство, что стороны договора являются близкими родственниками, по мнению суда, не свидетельствует о мнимости сделки купли-продажи, поскольку право собственности перешло к покупателю за плату, а в силу положений статьи 421 Гражданского кодекса Российской Федерации, цена товара в гражданском обороте может определяться сторонами свободно.

Более того, нормы действующего законодательства не исключают возможности совершения возмездных сделок между лицами, состоящими в родственных отношениях, а потому данное обстоятельство само по себе не свидетельствует о мнимости сделки по смыслу статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Кроме того, вопреки доводам истца, цена автомобиля, за которую он был приобретен ФИО5 в июне 2017 года (560000 рублей), по мнению суда, не отражает его действительную стоимость на момент совершения сделки по его отчуждению в пользу ФИО3 в апреле 2018 года, с учетом нахождения транспортного средства в эксплуатации и его естественной амортизации. 

Согласно отчету ООО «Оценочная Компания «Гудвилл» от 14 октября 2019 года, представленному ответчиком ФИО3, рыночная стоимость автомобиля «..., по состоянию на дату оценки составляет 161830 рублей с учетом технического состояния. 

Из пояснений ответчика ФИО3, данных в судебном заседании, следует, что на момент заключения оспариваемой сделки купли-продажи автомобиль находился в неудовлетворительном техническом состоянии, требовал проведения ремонта, что также отразилось на его стоимости, указанной в договоре, и в настоящее время он (ответчик) осуществляет ремонт транспортного средства, в связи с чем, автомобиль после заключения договора купли-продажи не был поставлен на регистрационный учет в органы ГИБДД. 

Указанные обстоятельства подтверждаются пояснениями ответчика ФИО5, данными в судебном заседании 21 ноября 2019 года, и допустимыми доказательствами не опровергнуты. 

Так, в ходе судебного разбирательства установлено, что право собственности на автомобиль перешло от продавца ФИО5 к покупателю ФИО3, соответствующие изменения внесены в ПТС, где в качестве собственника указан ФИО3, что подтверждает факт нахождения автомобиля в собственности данного ответчика.

При этом, доводы истца о том, что автомобиль после заключения договора купли-продажи ответчиком ФИО5 фактически сыну не передавался, при этом, ФИО5 продолжает пользоваться указанным автомобилем, не могут свидетельствовать о мнимости сделки. 

Из пояснений ответчика ФИО3 следует, что по просьбе своего отца он по устной договоренности периодически передавал своему отцу в кратковременное пользование указанное транспортное средство. Кроме того, водительских прав на управление транспортными средствами категории «В» у него (ответчика) не имеется, в связи с чем при оформлении договора ОСАГО он включил своего отца ФИО5, как единственное лицо, допущенное к управлению транспортным средством, учитывая, что необходимость перемещения автомобиля имелась в связи с первоначальной арендой автомобиля у знакомого в г.Апатиты, а затем в г.Кировске в связи с договоренностью о ремонте автомобиля. 

Указанные действия ответчика ФИО3 свидетельствуют о реализации им как собственником транспортного средства своих полномочий по использованию принадлежащего ему имущества по собственному усмотрению.

Согласно пункту 1 статьи 223 Гражданского кодекса Российской Федерации право собственности у приобретателя вещи по договору возникает с момента ее передачи, если иное не предусмотрено законом или договором.

Поскольку транспортные средства не отнесены законом к объектам недвижимости, относятся к движимому имуществу, соответственно, при отчуждении транспортного средства действует общее правило относительно момента возникновения права собственности у приобретателя – момент передачи транспортного средства. 

В соответствии с пунктом 3 статьи 15 Федерального закона от 10 декабря 1995 года № 196-ФЗ «О безопасности дорожного движения» транспортное средство допускается к участию в дорожном движении в случае, если оно состоит на государственном учете, его государственный учет не прекращен и оно соответствует основным положениям о допуске транспортных средств к участию в дорожном движении, установленным Правительством Российской Федерации.

Согласно пункту 3 постановления Правительства Российской Федерации от 12 августа 1994 года № 938 «О государственной регистрации автомототранспортных средств и других видов самоходной техники на территории Российской Федерации» собственники транспортных средств либо лица, от имени собственников владеющие, пользующиеся или распоряжающиеся на законных основаниях транспортными средствами, обязаны в установленном порядке зарегистрировать их или изменить регистрационные данные в Государственной инспекции, или военных автомобильных инспекциях (автомобильных службах), или органах гостехнадзора в течение срока действия регистрационного знака «Транзит» или в течение 10 суток после приобретения, выпуска в соответствии с таможенным законодательством Таможенного союза и законодательством Российской Федерации о таможенном деле, снятия с учета транспортных средств, замены номерных агрегатов или возникновения иных обстоятельств, потребовавших изменения регистрационных данных.

Приведенными выше законоположениями предусмотрена регистрация самих автомототранспортных средств, обусловливающая их допуск к участию в дорожном движении. 

При этом регистрация указанных транспортных средств носит учетный характер и не служит основанием для возникновения на них права собственности.

Действующее гражданское законодательство не содержит норм, ограничивающих правомочия собственника по распоряжению транспортным средством в случаях, когда это транспортное средство не снято им с регистрационного учета. 

Отсутствуют в законодательстве и нормы о том, что у нового приобретателя транспортного средства по договору не возникает на него право собственности, если прежний собственник не снял его с регистрационного учета. 

Тот факт, что ФИО3 не поставил автомобиль в установленном порядке на регистрационный учет в органы ГИБДД, не влияет на переход права собственности и не может быть расценено судом как основание мнимости сделки, при том, что эксплуатация автомобиля с учетом его технического состояния исключается. 

Доводы истца о том, что сделка купли-продажи автомобиля была заключена ФИО5 исключительно с целью избежать раздела автомобиля в составе общего имущества супругов, и о том, что у ФИО3, в свою очередь, интерес в приобретении у ФИО5 спорного транспортного средства отсутствовал, по мнению суда, носят предположительный характер, что не является достаточным основанием для признания сделки недействительной.

Так, истцом в силу статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации не представлено бесспорных доказательств, подтверждающих, что при заключении договора купли-продажи стороны преследовали совсем не те цели, которые при этом должны подразумеваться, и их действия не были направлены на достижение того юридического результата, который должен был быть получен при заключении данной сделки.

Таким образом, при указанных обстоятельствах отсутствуют основания для удовлетворения исковых требований ФИО1 и признании договора купли-продажи автомобиля, заключенного ... между ФИО5 и ФИО3, недействительным по мотиву его мнимости, так как согласно статье 170 Гражданского кодекса Российской Федерации, мнимой сделкой является сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, а в данном случае таковых обстоятельств судом не установлено.

Допустимых и относимых доказательств, свидетельствующих о том, что ФИО5 знал или заведомо должен был знать об отсутствии согласия истца на отчуждение автомобиля, истец суду не представила, в связи с чем, оснований для признания сделки купли-продажи автомобиля недействительной по мотиву отсутствия согласия супруга на совершение сделки в соответствии с положениями статьи 35 Семейного кодекса Российской Федерации, у суда также не имеется.

Из пояснений ответчика ФИО3 следует, что он присутствовал при телефонном разговоре своего отца с истцом, в ходе которого ФИО1 каких-либо возражений относительно продажи автомобиля не высказывала, что, в свою очередь, было расценено им при приобретении транспортного средства у отца как согласие истца на совершение данной сделки. 

Вместе с тем, суд полагает необходимым отметить следующее.

Согласно разъяснениям пункта 16 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 05 ноября 1998 года № 15 «О применении судами законодательства при рассмотрении дел о расторжении брака», учитывая, что в соответствии с пунктом 1 статьи 35 Семейного кодекса Российской Федерации владение, пользование и распоряжение общим имуществом супругов должно осуществляться по их обоюдному согласию, в случае когда при рассмотрении требования о разделе совместной собственности супругов будет установлено, что один из них произвел отчуждение общего имущества или израсходовал его по своему усмотрению вопреки воле другого супруга и не в интересах семьи, либо скрыл имущество, то при разделе учитывается это имущество или его стоимость. 

Полагая свои права нарушенными, в том случае, если истец полагает, что денежные средства от продажи автомобиля ФИО5 израсходованы по своему усмотрению и не в интересах семьи, истец не лишена права избрать иной способ защиты нарушенных прав, предусмотренный законом.

Отказывая в удовлетворении исковых требований ФИО1 о признании недействительным договора купли-продажи транспортного средства, заключенного между ФИО5 и ФИО3, по основаниям мнимости сделки и по мотиву отсутствия согласия супруга на совершение сделки, суд, вместе с тем, полагает обоснованными и подлежащими удовлетворению требования третьих лиц судебного пристава-исполнителя ОСП г. Кировска УФССП по Мурманской области ФИО4 и ФИО6 к ответчикам о признании недействительным договора купли-продажи автомобиля и применении последствий недействительности сделки исходя из следующего. 

В силу статьи 2 Федерального закона от 02 октября 2007 года № 229-ФЗ «Об исполнительном производстве» задачами исполнительного производства являются правильное и своевременное исполнение судебных актов, актов других органов и должностных лиц, а в предусмотренных законодательством Российской Федерации случаях исполнение иных документов в целях защиты нарушенных прав, свобод и законных интересов граждан и организаций, а также в целях обеспечения исполнения обязательств по международным договорам Российской Федерации. 

В абзаце 3 статьи 1 Федерального закона от 21 июля 1997 года № 118-ФЗ «О судебных приставах» закреплено, что на судебных приставов возлагаются задачи по осуществлению принудительного исполнения судебных актов, а также предусмотренных Федеральным законом «Об исполнительном производстве» актов других органов и должностных лиц. 

В соответствии с частью 1 статьи 64 Федерального закона «Об исполнительном производстве» исполнительными действиями являются совершаемые судебным приставом-исполнителем в соответствии с настоящим Федеральным законом действия, направленные на создание условий для применения мер принудительного исполнения, а равно на понуждение должника к полному, правильному и своевременному исполнению требований, содержащихся в исполнительном документе. 

Как разъяснено в пункте 42 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 ноября 2015 года № 50 «О применении судами законодательства при рассмотрении некоторых вопросов, возникающих в ходе исполнительного производства» перечень исполнительных действий, приведенный в части 1 статьи 64 Закона об исполнительном производстве, не является исчерпывающим, и судебный пристав-исполнитель вправе совершать иные действия, необходимые для своевременного, полного и правильного исполнения исполнительных документов (пункт 17 части 1 названной статьи), если они соответствуют задачам и принципам исполнительного производства (статьи 2 и 4 Закона об исполнительном производстве), не нарушают защищаемые федеральным законом права должника и иных лиц. 

Так, в частности, Пленум Верховного Суда Российской Федерации в абзаце 2 пункта 63 указанного постановления признал за судебным приставом-исполнителем право наряду с кредитором должника (взыскателем) в судебном порядке требовать выдела доли должника в натуре из общей собственности и обращения на нее взыскания. 

Согласно приведенным выше нормам права и акту их толкования на службу судебных приставов возложена обязанность принимать любые не противоречащие закону меры для обеспечения принудительного исполнения судебных актов, актов других органов и должностных лиц. 

Частью 1 статьи 77 Федерального закона «Об исполнительном производстве» предусмотрено право судебного пристава-исполнителя на предъявление в суд иска об обращении взыскания на имущество должника, находящееся у третьих лиц. 

С учетом приведенных норм, судебный пристав-исполнитель для защиты своего законного интереса в период исполнительного производства вправе обратиться в суд с требованием о признании сделки в отношении арестованного имущества недействительной, если при ее совершении имело место злоупотребление правом (статья 10 Гражданского кодекса Российской Федерации) со стороны должника по исполнительному производству, который действовал в обход закона и преследовал противоправную цель – избежать обращения взыскания на принадлежащее ему имущество в пользу его кредитора в рамках исполнительного производства.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 61 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 ноября 2015 года № 50 «О применении судами законодательства при рассмотрении некоторых вопросов, возникающих в ходе исполнительного производства» правомерные владение и пользование третьими лицами имуществом должника не препятствуют разрешению вопроса об обращении на него взыскания, однако эти обстоятельства могут быть квалифицированы в качестве обременения данного имущества и учитываться при оценке его стоимости.

Судом установлено и материалами дела подтверждается, что на основании исполнительного листа серии ВС №... по делу №... от ..., выданного мировым судьей судебного участка № 2 г. Апатиты со ФИО5 в пользу Стош (в настоящее время – Бокалоо) О.В. взысканы алименты в размере ? части всех видов заработка и (или) иного дохода на содержание несовершеннолетней дочери СЕВ ... года рождения. 

... судебным приставом-исполнителем ОСП г. Кировска УФССП по Мурманской области на основании исполнительного листа, выданного в соответствии с указанным решением мирового судьи, возбуждено исполнительное производство №... (в настоящее время №...-ИП) в отношении должника ФИО5

Постановлением судебного пристава-исполнителя ОСП г. Кировска ФИО4 от ... ответчику ФИО5 по состоянию на указанную дату определен размер задолженности по алиментам в пользу взыскателя ФИО6 на содержание несовершеннолетней дочери ФИО10 ... года рождения в размере 301412 рублей 02 копейки. 

Из материалов исполнительного производства следует, что постановлением судебного пристава-исполнителя, осуществляющего розыск, ОСП г. Апатиты УФССП по Мурманской области от ... заведено разыскное дело по розыску имущества должника ФИО5

В отношении автомобиля ..., зарегистрированного на имя ФИО5, постановлением судебного пристава-исполнителя от ... объявлен исполнительный розыск.

Согласно актам совершения исполнительных действий от ..., от ..., от ... по адресу проживания должника ФИО5 на придомовой территории ... автомобиль ..., не установлен.

В объяснениях, данных судебному приставу-исполнителю 25 апреля 2019 года, ФИО5 указал, что автомобиль ... он продал своему сыну ФИО3... за 135000 рублей, иногда пользуется автомобилем по разрешению сына.

Обращаясь с самостоятельными требованиями о признании договора купли-продажи автомобиля«... недействительным, третьи лица ссылались на злоупотребление правом со стороны ответчика ФИО5, на то, что он действовал в обход закона с целью избежать исполнения решения суда и не допустить обращения взыскания на принадлежащее ему имущество в виде указанного автомобиля.

Частью 3 статьи 17 Конституции Российской Федерации установлено, что осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц.

Согласно пункту 2 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации граждане (физические лица) и юридические лица приобретают и осуществляют свои гражданские права своей волей и в своем интересе. Они свободны в установлении своих прав и обязанностей на основе договора и в определении любых не противоречащих законодательству условий договора.

Пунктом 1 статьи 10 названного кодекса установлена недопустимость действий граждан и юридических лиц исключительно с намерением причинить вред другому лицу, а также злоупотребление правом в иных формах.

В силу пункта 3 статьи 10 в случаях, когда закон ставит защиту гражданских прав в зависимость от того, осуществлялись ли эти права разумно и добросовестно, разумность действий и добросовестность участников гражданских правоотношений предполагаются.

Под злоупотреблением правом понимается поведение управомоченного лица по осуществлению принадлежащего ему права, сопряженное с нарушением установленных в статье 10 Гражданского кодекса Российской Федерации пределов осуществления гражданских прав, осуществляемое с незаконной целью или незаконными средствами, нарушающее при этом права и законные интересы других лиц и причиняющее им вред или создающее для этого условия.

Под злоупотреблением субъективным правом следует понимать любые негативные последствия, явившиеся прямым или косвенным результатом осуществления субъективного права.

В силу пункта 2 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

Из содержания абзаца 2 пункта 78 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» следует, что, исходя из системного толкования пункта 1 статьи 1, пункта 3 статьи 166 и пункта 2 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации иск лица, не являющегося стороной ничтожной сделки, о применении последствий ее недействительности может также быть удовлетворен, если гражданским законодательством не установлен иной способ защиты права этого лица и его защита возможна лишь путем применения последствий недействительности ничтожной сделки.

Материалами дела подтверждается, что ответчик ФИО5 был осведомлен о наличии задолженности по алиментам перед ФИО6, что также следует из его объяснений судебному приставу-исполнителю от 25 апреля 2019 года, имеющихся в материалах указанного исполнительного производства. 

Договором купли-продажи, заключенным ... между ФИО5 и ФИО3, стоимость автомобиля ..., определена в размере 135000 рублей, что сторонами в судебном заседании не оспаривалось.

При этом, задолженность ФИО5 по алиментам, определенная по состоянию на 14 июля 2019 года, составила 301412 рублей 02 копейки. 

Из пояснений судебного пристава-исполнителя следует, что на момент совершения соответчиками сделки, задолженность по алиментам должника ФИО5 имелась и составила 125030 рублей 25 копеек. 

Таким образом, при наличии задолженности по алиментам в пользу ФИО6, ФИО5 не предпринимал мер по погашению задолженности, напротив, совершил действия, направленные на отчуждение транспортного средства в пользу ФИО3, что привело к невозможности удовлетворения требований кредитора из стоимости указанного имущества.

При этом, распорядившись спорным транспортным средством, получив в результате его реализации денежные средства в сумме 135000 рублей, ФИО5 не воспользовался возможностью за счет полученных от продажи денежных средств погасить задолженность перед взыскателем ФИО6, что, по мнению суда, свидетельствует о недобросовестности поведения ФИО5 при заключении договора купли-продажи транспортного средства от ..., поскольку заключение данной сделки было направлено на исключение возможности обращения взыскания на имущество должника.

При таком положении подлежит признанию недействительным договор купли-продажи автомобиля ..., заключенный ... между ФИО5 и ФИО3

Согласно пункту 2 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации, при недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом. 

В порядке применения последствий недействительности сделки следует возвратить автомобиль ... в собственность ФИО5, обязав ФИО3 передать ФИО5 указанное транспортное средство. При этом ФИО5 обязан возвратить ФИО3 неосновательно полученные по ничтожной сделке денежные средства в размере 135000 рублей.

При этом, оснований для удовлетворения самостоятельных требований третьих лиц о признании договора купли-продажи автомобиля недействительным по мотивам мнимости сделки, суд не усматривает по основаниям, приведенным выше. 

Руководствуясь ст.ст. 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

Р Е Ш И Л :

В удовлетворении исковых требований ФИО1 к ФИО5 и ФИО3 о признании недействительным договора купли-продажи автомобиля ..., заключенного ... между ФИО5 и ФИО3 и применении последствий недействительности сделки – отказать. 

Исковые требования судебного пристава-исполнителя ОСП г. Кировска УФССП по Мурманской области ФИО4 и ФИО6 к ФИО5 и ФИО3 о признании недействительным договора купли-продажи автомобиля и применении последствий недействительности сделки – удовлетворить. 

Признать договор купли-продажи транспортного средства ..., заключенный ... между ФИО5 и ФИО3, недействительным.

Обязать ФИО3 передать ФИО5 автомобиль ....

Обязать ФИО5 передать ФИО3 денежные средства, полученные по договору купли-продажи транспортного средства ... от ..., в сумме 135000 (сто тридцать пять тысяч) рублей. 

Решение может быть обжаловано в Мурманский областной суд через Кировский городской суд в апелляционном порядке в течение месяца со дня принятия решения судом в окончательной форме.

Судья : подпись С.Н. Кулыгина

...

...

...

...

...

...

...

...

...