Дело № 2а-707/2025

11RS0008-01-2024-001510-42

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

Сосногорский городской суд Республики Коми 

в составе председательствующего судьи Щербаковой Н.В., 

при секретаре Мухиной Г.А., 

с участием представителя административного истца ФКУ СИЗО - 2 УФСИН России по Республике Коми по доверенности ФИО1, 

представителя административного истца и заинтересованного лица начальника ФКУ СИЗО - 2 УФСИН России по Республике Коми ФИО2, 

административного ответчика Ухтинского прокурора по надзору за соблюдением законов в исправительных учреждениях ФИО3, действующего также на основании доверенности в интересах административного ответчика прокуратуры Республики Коми, 

рассмотрев в открытом судебном заседании 11 августа 2025 года административное дело по административному исковому заявлению ФКУ СИЗО - 2 УФСИН России по Республике Коми к Прокуратуре Республики Коми, Ухтинской прокуратуре по надзору за соблюдением законов в исправительных учреждениях, Ухтинскому прокурору по надзору за соблюдением законов в исправительных учреждениях ФИО3, заместителю Ухтинского прокурора по надзору за соблюдением законов в исправительных учреждениях ФИО4 о признании незаконными и отмене постановлений и представления прокурора,

установил:

ФКУ СИЗО - 2 УФСИН России по Республике Коми обратилось в суд с административным исковым заявлением к Ухтинской прокуратуре по надзору за соблюдением законов в исправительных учреждениях, заместителю Ухтинского прокурора по надзору за соблюдением законов в исправительных учреждениях ФИО4 о признании незаконными и отмене представления прокурора от 09.04.2024 № 17-02-2024 об устранении нарушений Федерального закона «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений» и постановлений об освобождении из карцера осужденных ФИО5, ФИО6, ФИО7, ФИО8, ФИО9, вынесенных 8 апреля 2024 года заместителяем Ухтинского прокурора по надзору за соблюдением законов в исправительных учреждениях.

Свои требования административный истец мотивировал тем, что 8 апреля 2024 года в 5 часов 22 минуты заместителем Ухтинского прокурора по надзору за соблюдением законов в исправительных учреждениях ФИО4 проведена выездная проверка, которой в деятельности ФКУ СИЗО - 2 УФСИН России по Республике Коми выявлены нарушения требований Федерального закона «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений» при помещении и содержании обвиняемых и осужденных к лишению свободы ФИО5, ФИО6, ФИО7, ФИО8, ФИО9 в камерах карцера, по мнению прокурора, содержание указанных лиц в карцере являлось незаконным, поскольку меры дисциплинарного взыскания в виде выдворения в карцер сроком до 15 суток к ним не применялись, следовательно, оснований для их содержания в карцере не имелось, данные обстоятельства послужили поводом для принятия актов прокурорского реагирования, с которыми истец не согласен по тем мотивам, что помещение указанных лиц в камеры карцера обусловлено необходимостью обеспечения охраны жизни и здоровья обвиняемых и осужденных, соблюдения требований о раздельном содержании различных категорий обвиняемых и осужденных, установленных Федеральным законом «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений», и не являлось мерой дисциплинарного взыскания, каким-либо ограничениям данные лица не подвергались, в данном случае помещения карцерного типа использовались как одиночные камеры, само по себе размещение подозреваемых и обвиняемых, прибывших этапом в ночное время, в одиночные камеры сроком не более суток допускается и не запрещено ведомственной инструкцией, такая изоляция не являлась мерой дисциплинарного взыскания.

Судом к участию в деле в качестве административных ответчиков привлечены прокуратура Республики Коми, Ухтинский прокурор по надзору за соблюдением законов в исправительных учреждениях ФИО3, подписавший оспариваемое представление, в качестве заинтересованных лиц к участию в деле привлечены УФСИН России по Республике Коми, начальник ФКУ СИЗО-2 УФСИН России по Республике Коми ФИО2, начальник режима и надзора ФКУ СИЗО-2 УФСИН России по Республике Коми ФИО10, заместитель начальника ФКУ СИЗО-2 УФСИН России по Республике Коми ФИО11, дежурный помощника ФКУ СИЗО-2 УФСИН России по Республике Коми ФИО12, а также осужденные ФИО5, ФИО6, ФИО7, ФИО8, ФИО9 

В судебном заседании, продолженном после объявленного судом перерыва, представитель административного истца ФКУ СИЗО - 2 УФСИН России по Республике Коми по доверенности ФИО1 настаивала на удовлетворении заявленных требований по доводам, приведенным в административном иске. 

Представитель административного истца и заинтересованное лицо начальник ФКУ СИЗО - 2 УФСИН России по Республике Коми ФИО2 в судебном заседании поддержал позицию, изложенную в административном исковом заявлении, пояснив, что размещение осужденного ФИО9 и обвиняемых ФИО5, ФИО6, ФИО7, ФИО8, прибывших ночным этапом, в камерах карцера было обусловлено отсутствием свободных мест в камерах сборного отделения, где впервые прибывшие обвиняемые (осужденные) размещаются на период оформления учетных документов, прохождения санитарной обработки, личного обыска, досмотра личных вещей, медицинского осмотра, а также необходимостью защиты их жизни и здоровья, о чем свидетельствуют объяснения начальника отдела режима и надзора ФКУ СИЗО - 2 УФСИН России по Республике Коми ФИО10 

Административный ответчик ФИО3, действующий также на основании доверенности в интересах административного ответчика прокуратуры Республики Коми, возражал против удовлетворения административного иска, указав, что на момент прибытия ночного этапа в следственном изоляторе содержалось 370 человек при лимите нормативной наполняемости 494 человека, следовательно, административный истец располагал возможностью разместить осужденного ФИО9 и обвиняемых ФИО5, ФИО6, ФИО7, ФИО8, прибывших ночным этапом, в общих камерах, не задействуя камеры карцера, в которые обвиняемые (осужденные) могут быть помещены только в качестве меры дисциплинарного взыскания. Кроме того, из содержания подпункта 17 пункта 60 Наставлений по оборудованию инженерно-техническими средствами охраны и надзора объектов уголовно-исполнительной системы, утвержденного приказом Министерства юстиции Российской Федерации от 4 сентября 2006 года № 279, следует, что камеры карцера представляют собой специальные камерные помещения следственных изоляторов, оборудование которых отличается от оборудования обычных камер следственных изоляторов, отсюда содержание ФИО9, ФИО5, ФИО6, ФИО7, ФИО8 в камерах карцера, нарушило их права на надлежащие бытовые условия содержания, что послужило основанием для принятия мер прокурорского реагирования.

Административный ответчик заместитель Ухтинского прокурора по надзору за соблюдением законов в исправительных учреждениях ФИО4, представитель заинтересованного лица УФСИН России по Республике Коми, должностные лица учреждения ФИО12, ФИО10, ФИО11 в судебное заседание не явились, о времени и месте рассмотрения дела извещены надлежащим образом, привлеченные к участию в деле в качестве заинтересованных лиц осужденные ФИО5, ФИО6, ФИО7, ФИО8, ФИО9 о времени и месте рассмотрения дела уведомлены надлежащим образом и заблаговременно, согласно представленным в материалы дела распискам, ходатайство о личном участии в судебном заседании посредством видеоконференцсвязи заявлено не было, при таких обстоятельствах, руководствуясь положениями статьи 150 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации (далее – КАС РФ), суд считает возможным рассмотреть дело при имеющейся явке.

Выслушав участников процесса, исследовав материалы административного дела, оценив в соответствии со статьей 84 КАС РФ представленные сторонами доказательства и установленные по делу обстоятельства, суд приходит к следующему. 

Согласно части 1 статьи 218 КАС РФ гражданин организация, иные лица могут обратиться в суд с требованиями об оспаривании решений, действий (бездействия) органа государственной власти, органа местного самоуправления, иного органа, организации, наделенных отдельными государственными или иными публичными полномочиями, если полагают, что нарушены или оспорены их права, свободы и законные интересы, созданы препятствия к осуществлению их прав, свобод и реализации законных интересов или на них незаконно возложены какие-либо обязанности.

Необходимым условием признания решений, действий (бездействия) органа государственной власти, органа местного самоуправления незаконным по смыслу положений статьи 227 КАС РФ является наличие совокупности двух условий: несоответствие оспариваемых решений, действий (бездействия) нормативным правовым актам и нарушение прав, свобод и законных интересов административного истца.

При этом обязанность доказывания законности оспариваемых нормативных правовых актов, актов, содержащих разъяснения законодательства и обладающих нормативными свойствами, решений, действий (бездействия) органов, организаций и должностных лиц, наделенных государственными или иными публичными полномочиями, возлагается на соответствующие орган, организацию и должностное лицо. Указанные органы, организации и должностные лица обязаны также подтверждать факты, на которые они ссылаются как на основания своих возражений (часть 2 статьи 62 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации).

Полномочия и функции прокуратуры Российской Федерации, ее организация и порядок деятельности определяются Федеральным законом от 17 января 1992 года № 2202-1 «О прокуратуре Российской Федерации» (далее - Закон о прокуратуре), который устанавливает полномочия прокурора по осуществлению надзора за исполнением законов, в том числе, администрациями мест принудительного содержания заключенных под стражу (пункт 2 статьи 1).

Положениями статьи 21 Закона о прокуратуре регламентировано проведение проверки в ходе прокурорского надзора по фактам нарушения законов.

Согласно статье 32 Закона о прокуратуре предметом прокурорского надзора является, в том числе, соблюдение установленных законодательством Российской Федерации прав и обязанностей задержанных, заключенных под стражу, осужденных и лиц, подвергнутых мерам принудительного характера, порядка и условий их содержания.

В силу пункта 1 статьи 33 Закона о прокуратуре при осуществлении надзора за исполнением законов прокурор вправе: посещать в любое время органы и учреждения, указанные в статье 32 настоящего Федерального закона; опрашивать задержанных, заключенных под стражу, осужденных и лиц, подвергнутых мерам принудительного характера; знакомиться с документами, на основании которых эти лица задержаны, заключены под стражу, осуждены либо подвергнуты мерам принудительного характера, с оперативными материалами; требовать от администрации создания условий, обеспечивающих права задержанных, заключенных под стражу, осужденных и лиц, подвергнутых мерам принудительного характера, проверять соответствие законодательству Российской Федерации приказов, распоряжений, постановлений администрации органов и учреждений, указанных в статье 32 настоящего Федерального закона, требовать объяснения от должностных лиц, вносить протесты и представления, возбуждать производства об административных правонарушениях. До рассмотрения протеста действие опротестованного акта администрацией учреждения приостанавливается.

В силу абзаца 6 пункта 1 статьи 33 Закона о прокуратуре при осуществлении надзора за исполнением законов прокурор вправе отменять дисциплинарные взыскания, наложенные в нарушение закона на лиц, заключенных под стражу, осужденных, немедленно освобождать их своим постановлением из штрафного изолятора, помещения камерного типа, карцера, одиночной камеры, дисциплинарного изолятора.

В силу статьи 34 Закона о прокуратуре данные постановления и требования прокурора подлежат обязательному исполнению.

В соответствии с пунктом 3 статьи 22 Закона о прокуратуре прокурор или его заместитель в случае установления факта нарушения закона органами и должностными лицами, указанными в пункте 1 статьи 21 данного федерального закона, вносит представление об устранении нарушений закона.

Представление об устранении нарушений закона вносится в орган или должностному лицу, которые полномочны устранить допущенные нарушения, и подлежит безотлагательному рассмотрению. В течение месяца со дня внесения представления должны быть приняты конкретные меры по устранению допущенных нарушений закона, их причин и условий, им способствующих; о результатах принятых мер должно быть сообщено прокурору в письменной форме (часть 1 статьи 24 Закона о прокуратуре).

Поскольку представление исходит от государственного органа, должностного лица, обладающего властными полномочиями, его содержание с точки зрения изложения должно отвечать требованиям исполнимости, точности, ясности и определенности. Представление прокурора должно содержать указание на нарушение определенных норм закона лицом, в адрес которого оно вынесено.

Кроме того, в представлении должно быть указано, какие именно меры необходимо принять для устранения выявленных нарушений. В противном случае, лицо лишено возможности устранить выявленные нарушения, иными словами исполнить требования представления.

Как установлено материалам дела, 8 апреля 2024 года в 5 часов 22 минуты Ухтинской прокуратурой по надзору за соблюдением законов в исправительных учреждениях проведена проверка законности содержания обвиняемых и подозреваемых в помещениях карцера ФКУ СИЗО - 2 УФСИН России по Республике Коми. 

В ходе проверки должностным лицом органа прокуратуры установлено, что осужденный ФИО9, обвиняемые ФИО8, ФИО7, ФИО6 и ФИО5, прибывшие в следственный изолятор ночным этапом, содержатся в помещениях карцерного типа, по мнению прокурора, содержание указанных лиц в карцерах без оформления дисциплинарного взыскания в виде выдворения в карцер сроком до 15 суток являлось незаконным, нарушающим требования статьей 39 и 40 Федерального закона от 15.07.1995 № 103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений», что повлекло для прокурора обязанность принять меры прокурорского реагирования.

По постановлениям прокурора от 8 апреля 2024 года осужденный ФИО9, обвиняемые ФИО8, ФИО7, ФИО6 и ФИО5 были освобождены из карцеров.

По итогам прокурорской проверки 9 апреля 2024 года прокурором Ухтинской прокуратуры по надзору за соблюдением законов в исправительных учреждениях в адрес начальника ФКУ СИЗО - 2 УФСИН России по Республике Коми внесено представление об устранении нарушений законодательства, регламентирующего содержание подозреваемых и обвиняемых под стражей, с требованием безотлагательно рассмотреть представление, уведомив орган прокуратуры, в течение месяца со дня внесения представления принять конкретные меры к устранению допущенных нарушений закона, их причин и условий, им способствовавших, привлечь должностных лиц следственного изолятора, виновных в допущенных нарушениях, к дисциплинарной ответственности, сообщить о результатах рассмотрения и принятых мерах.

Оспаривая правомерность данного представления и постановлений прокурора, ФКУ СИЗО - 2 УФСИН России по Республике Коми обратилось в суд с настоящим административным иском.

С учетом вышеприведенного правового регулирования применительно к настоящему административному делу следует, что обстоятельствами, подлежащими доказыванию административным ответчиком, являются наличие самого факта нарушения учреждением уголовно-исполнительной системы, в частности, ФКУ СИЗО - 2 УФСИН России по Республике Коми, требований закона и правомерность принятых прокурором мер прокурорского реагирования.

Статьей 32 Федерального закона от 15 июля 1995 года № 103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений» (далее - Федеральный закон «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений») предусмотрено, что подозреваемые и обвиняемые содержатся в общих или одиночных камерах в соответствии с требованиями раздельного размещения, предусмотренными статьей 33 настоящего Федерального закона. 

Так, в силу статьи 33 Федерального закона «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений» размещение подозреваемых и обвиняемых в камерах производится с учетом их личности и психологической совместимости. 

Часть 1 указанной статьи предусматривает раздельное содержание под стражей лиц, впервые привлекаемых к уголовной ответственности, и лиц, ранее содержавшихся в местах лишения свободы.

В интересах обеспечения безопасности жизни и здоровья подозреваемого или обвиняемого либо других подозреваемых или обвиняемых отдельно от других, в частности, должны содержаться подозреваемые и обвиняемые в совершении следующих преступлений, предусмотренных Уголовным кодексом Российской Федерации: убийство; убийство матерью новорожденного ребенка; умышленное причинение тяжкого вреда здоровью; заражение ВИЧ-инфекцией; похищение человека; изнасилование; насильственные действия сексуального характера; торговля несовершеннолетними; грабеж; разбой; вымогательство, совершенное при отягчающих обстоятельствах; терроризм; захват заложников; организация незаконного вооруженного формирования; бандитизм; организация преступного сообщества (преступной организации); пиратство; посягательство на жизнь лица, осуществляющего правосудие или предварительное расследование; посягательство на жизнь сотрудника правоохранительного органа; дезорганизация нормальной деятельности учреждений, обеспечивающих изоляцию от общества (часть 2 статьи 33 названного Федерального закона «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений»).

Приведенные положения Федерального закона «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений», закрепляющие правила размещения подозреваемых и обвиняемых в общих или одиночных камерах, совместно или раздельно, направлены на обеспечение личной безопасности подозреваемых и обвиняемых, содержащихся под стражей, а также установленного в соответствующих учреждениях режима. 

Как было указано выше, по смыслу статьи 32 Федерального закона «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений» по мотивированному постановлению начальника места содержания под стражей, санкционированному прокурором, подозреваемые и обвиняемые могут быть размещены в одиночных камерах на срок более одних суток (абзац второй). 

Не требуется санкции прокурора на размещение подозреваемых и обвиняемых в одиночных камерах, в частности, при отсутствии иной возможности обеспечить соблюдение требований раздельного размещения, предусмотренных статьей 33 Федерального закона «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений», а также в интересах обеспечения безопасности жизни и здоровья подозреваемого или обвиняемого либо других подозреваемых или обвиняемых, на что прямо указано в пункте 2 части 2 статьи 32 Федерального закона «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений». 

В соответствии с пунктом 234 Правил внутреннего распорядка следственных изоляторов уголовно-исполнительной системы, утвержденных приказом Минюста России от 4 июля 2022 г. № 110 (далее - Правила внутреннего распорядка следственных изоляторов уголовно-исполнительной системы), прием подозреваемых и обвиняемых в СИЗО производится круглосуточно дежурным помощником начальника СИЗО (далее - ДПНСИ) или его заместителем, который проверяет наличие документов, дающих основание для приема лица, доставленного в СИЗО, проводит опрос данного лица и сверяет его ответы со сведениями, указанными в личном деле.

Пунктом 247 Правил предусмотрено, что на период оформления учетных документов, подозреваемые и обвиняемые размещаются в сборном отделении следственного изолятора в камерах временного пребывания на срок не более восьми часов с соблюдением требований изоляции. В камерах временного пребывания, оборудованных спальными местами, подозреваемые и обвиняемые могут размещаться на срок не более восьми часов (без учета ночного времени) с соблюдением требований изоляции.

После проведения полного личного обыска, досмотра личных вещей, фотографирования, обязательной государственной дактилоскопической регистрации, медицинского осмотра, оформления учетных документов, прибывшие в СИЗО подозреваемые и обвиняемые размещаются по камерам карантинного отделения СИЗО, где проходят медицинское обследование и за ними устанавливается медицинское наблюдение продолжительностью до 10 суток (пункт 251 Правил внутреннего распорядка следственных изоляторов уголовно-исполнительной системы).

Размещение по камерам подозреваемых, обвиняемых и осужденных к лишению свободы осуществляется в соответствии с требованиями статьи 33 Федерального закона «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений» на основании плана покамерного размещения подозреваемых, обвиняемых и осужденных к лишению свободы, утвержденного начальником СИЗО либо лицом, его замещающим (пункт 252 Правил внутреннего распорядка следственных изоляторов уголовно-исполнительной системы).

Пунктом 11.6 Инструкции об организации службы по обеспечению надзора за подозреваемыми, обвиняемыми и осужденными, содержащимися в следственных изоляторах и тюрьмах уголовно-исполнительной системы, утвержденной приказом Минюста России от 03.12.2005 № 204-ДСП, предусмотрено, что в случае невозможности обеспечить соблюдение требований раздельного размещения, предусмотренного действующим законодательством Российской Федерации, регламентирующим данное направление деятельности, ДПНСИ имеет право поместить подозреваемого или обвиняемого в одиночную камеру на срок не более 1 суток, о чем производится запись в Книге дежурств в СИЗО. 

Приведенные положения закона и ведомственных нормативных актов допускают размещение подозреваемых и обвиняемых в местах содержания под стражей не только в общих, но и в одиночных камерах сроком не более суток, размещение подозреваемых и обвиняемых в одиночных камерах на срок более одних суток, кроме случаев, прямо предусмотренных Федеральным законом «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений», допускается лишь по мотивированному постановлению начальника места содержания под стражей, которое должно быть санкционировано прокурором. 

Как установлено судом и следует из представленных материалов, в период с 21 часа 4 минут 7 апреля 2024 года до 6 часов 41 минуты 8 апреля 2024 года в ФКУ СИЗО - 2 УФСИН России по Республике Коми плановыми этапами в общей сложности прибыло 50 человек из числа спецконтингента, включая обвиняемых ФИО5, ФИО8, ФИО6, ФИО7 и осужденного ФИО9

Общее количество подозреваемых, обвиняемых и осужденных, содержащихся в изоляторе на момент прибытия этапа, составляло 370 человек при лимите нормативной наполняемости 494 человека. Установить более точное количество человек, содержавшихся в ФКУ СИЗО - 2 УФСИН России по Республике Коми на момент прибытия каждого этапа, не представляется возможным, поскольку количество лиц из числа спецконтингента, содержащегося в следственном изоляторе постоянно меняется. 

С учетом общего количества лиц, содержащихся в ФКУ СИЗО - 2 УФСИН России по Республике Коми, для размещения спецконтингента, прибывшего ночным этапом, в следственном изоляторе имелось всего 17 свободных камерных помещений, это общие камеры для подозреваемых и обвиняемых № 46, 89, 94, 109, 115, камеры сборного отделения № 99, 103, 104, 107, помещения карцерного типа № 1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8. 

При том, что всего в учреждении имеется 128 камерных помещений, размещение подозреваемых, обвиняемых и осужденных в некоторых из них было невозможным по объективным причинам. Так, из-за проведения ремонтных работ, неисправности системы видеонаблюдения, отсутствия оборудованного спального места размещение спецконтингента в камерах № 35, 83, 102, 16, 54, 105, 96 не представлялось возможным, что подтверждается представленной в материалы дела справкой начальника отдела режима и надзора ФКУ СИЗО - 2 УФСИН России по Республике Коми. Оснований ставить под сомнение достоверность представленных сведений у суда не имеется. Камеры № 81, 97, 108, 110, 112 также не могли быть использованы для размещения спецконтингента, поскольку переоборудованы под вспомогательные помещения.

С учетом позднего времени суток, общего количества лиц, прибывших ночным этапом, отсутствия достаточного количества свободных спальных мест в камерах сборного отделения, где подозреваемые и обвиняемые размещаются на период оформления учетных документов, проведения личного обыска, медицинского осмотра на срок не более восьми часов (без учета ночного времени) обвиняемые ФИО5, ФИО8, ФИО6, ФИО7 и осужденный ФИО9, были помещены в камеры карцерного типа № 6, 3, 5, 4, 2, соответственно, где содержались на условиях одиночной камеры.

В данном случае, приняв во внимание положения вышеуказанных нормативных правовых актов, допускающих размещение подозреваемых и обвиняемых в местах содержания под стражей не только в общих, но и в одиночных камерах сроком не более суток, суд приходит к выводу о том, что помещение обвиняемых ФИО5, ФИО8, ФИО6, ФИО7 и осужденного ФИО9, прибывших этапом в ночное время, в карцер как одиночную камеру не противоречило закону, в частности положениям абзаца 2 статьи 32 Федерального закона «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений», пункту 11.6 Инструкции об организации службы по обеспечению надзора за подозреваемыми, обвиняемыми и осужденными, содержащимися в следственных изоляторах и тюрьмах уголовно-исполнительной системы, утвержденной приказом Минюста России от 03.12.2005 № 204-ДСП, и носило вынужденный характер.

Норма площади при содержании обвиняемых ФИО5, ФИО8, ФИО6, ФИО7 и осужденного ФИО9, в карцере на условиях одиночной камеры была соблюдена.

То обстоятельство, что камеры, в которых содержались указанные лица, не были оборудованы баком под питьевую воду, поскольку это не предусмотрено Приказом ФСИН России от 27.07.2006 № 512 «Об утверждении номенклатуры, норм обеспечения и сроков эксплуатации мебели, инвентаря, оборудования и предметов хозяйственного обихода (имущества) для учреждений исполняющих уголовные наказания в виде лишения свободы, и следственных изоляторов уголовно-исполнительной системы», а спальные места имели деревянное покрытие, при том, что в остальном условия содержания не отличались от обычных камер, не свидетельствует о незаконности действий административного истца при размещении указанных лиц в карцерных помещениях на условиях одиночной камеры.

Период содержания ФИО5, ФИО8, ФИО6, ФИО7 и ФИО9 вынуждено в карцере, но на условиях, приравненных к одиночной камере, являлся непродолжительным, обусловлен отсутствием свободных мест в камерах сборного отделения.

Действительно, из материалов дела усматривается, что на момент прибытия ночного этапа, с учетом общей наполняемости следственного изолятора, в учреждении имелись свободные места в камерах общего типа.

Вместе с тем, как указывалось ранее, в соответствии с требованиями Правил внутреннего распорядка следственных изоляторов уголовно-исполнительной системы размещение подозреваемых, обвиняемых и осужденных по камерам осуществляется только после прохождения ими процедур фотографирования, государственной дактилоскопической регистрации, медицинского осмотра, оформления учетных документов. На период проведения указанных мероприятий подозреваемые и обвиняемые размещаются в сборном отделении следственного изолятора в камерах временного пребывания на срок не более восьми часов (без учета ночного времени).

Как установлено судом, конвоирование ФИО5, ФИО8, ФИО6, ФИО7 и ФИО9 осуществлялось плановым этапом в ночное время. По причине прибытия этапа в ночные часы весь комплекс первичных мероприятий в отношении указанных лиц выполнен не был, в частности, не были проведены медицинские осмотры. В полном объеме мероприятия, предусмотренные пунктами 247, 251 Правил внутреннего распорядка следственных изоляторов уголовно-исполнительной системы, были проведены в утренние часы. Данное обстоятельство препятствовало размещению ФИО5, ФИО8, ФИО6, ФИО7 и ФИО9 в камерах общего типа при прибытии в следственный изолятор в ночное время, поскольку могло создать угрозу их собственной жизни и здоровью, а также жизни и здоровью иных лиц.

Изложенное позволяет суду сделать вывод о том, что при размещении обвиняемых ФИО5, ФИО8, ФИО6, ФИО7 и осужденного ФИО9 в камерах карцерного типа на условиях одиночной камеры должностные лица ФКУ СИЗО - 2 УФСИН России по Республике Коми действовали в интересах обеспечения безопасности жизни и здоровья указанных лиц, что в свою очередь соответствует требованиям статьи 32 Федерального закона «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений».

В рассматриваемом случае размещение ФИО5, ФИО8, ФИО6, ФИО7 и ФИО9 отдельно от других лиц в камерах карцерного типа на условиях одиночной камеры сроком не более суток не являлось мерой взыскания, было вызвано не только необходимостью обеспечения безопасности их жизни и здоровья, но и необходимостью соблюдения требований о раздельном содержании различных категорий подозреваемых, обвиняемых и осужденных, предусмотренных статьей 33 Федерального закона «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений», поскольку прибывшие этапом ФИО8 и ФИО5 обвинялись в совершении преступлений, связанных с совершением насильственных действий сексуального характера, и в силу закона подлежали отдельному содержанию от других лиц, ФИО6 обвинялся в совершении преступления, посягающего на половую неприкосновенность.

Решение о распределении ФИО5, ФИО8, ФИО6, ФИО7 и ФИО9 в одиночные камеры карцерного типа принято с учетом их личностных особенностей, психологической совместимости, как того требуют положения статьи 33 Федерального закона «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений».

Ограничениям, предусмотренным статьей 40 Федерального закона «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений», применяемым в отношении лиц, подвергнутых дисциплинарному взысканию, ФИО5, ФИО8, ФИО6, ФИО7 и ФИО9 не подвергались. 

Оценив представленные в материалы дела доказательства, с учетом специфики режимного учреждения, учитывая, что ФИО5, ФИО8, ФИО6, ФИО7, ФИО9 прибыли в ФКУ СИЗО-2 ночным этапом, а также общее количество лиц из числа спецконтингента, поступивших в следственный изолятор двумя ночными этапами, необходимость оформления учетных документов, а также разрешения вопроса о возможности размещения указанных лиц в общих камерах исходя из данных об их личности, категории совершенных преступлений, результатов медицинских осмотров, что безусловно занимает определенный период времени, при отсутствии достаточного количества свободных камер для размещения вновь прибывшего спецконтингента, суд приходит к выводу о том, что действия сотрудников ФКУ СИЗО - 2 УФСИН России по Республике Коми по помещению ФИО5, ФИО8, ФИО6, ФИО7 и ФИО9 в карцер как одиночную камеру, их содержание в помещениях карцерного типа на условиях одиночной камеры на протяжении непродолжительного периода времени, менее суток, не противоречило требованиям закона, и было направлено исключено на обеспечение безопасных условий пребывания указанных лиц в условия следственного изолятора. 

Какие именно права указанных лиц были ограничены в связи с помещением в карцер на условиях одиночной камеры, в оспариваемом представлении не указано, в ходе прокурорской проверки, равно как и при рассмотрении настоящего дела судом, ФИО5, ФИО8, ФИО6, ФИО7 и ФИО9 о нарушении своих прав не заявляли. В свою очередь, по смыслу статьи 24 Закона о прокуратуре, представление прокурора, как письменный акт, адресуемый в орган или должностному лицу, полномочному устранить нарушения закона, как правило, должно быть направлено на устранение выявленных конкретных нарушений, восстановление нарушенных прав, свобод и законных интересов гражданина. Действуя в пределах своей компетенции, установленной статьей 24 Закона о прокуратуре, при осуществлении надзорной деятельности, прокурор, принимая соответствующие меры прокурорского реагирования, в первую очередь должен исходить из характера выявленного нарушения закона, прав и законных интересов граждан. По смыслу статьи 22 Закона о прокуратуре при осуществлении прокурорского надзора не должны создаваться препятствия для осуществления поднадзорными субъектами своих полномочий, установленных федеральными законами. 

В силу того, что карцер представляет собой специальную изолированную камеру (помещение) для временного одиночного содержания подозреваемых и обвиняемых. В данном случае карцер использовался как одиночная камера на общих основаниях, каких-либо запретов или ограничений, связанных с содержанием в карцере, к ФИО5, ФИО8, ФИО6, ФИО7 и ФИО9 не применялось, суд приходит к выводу о том, что в ходе судебного разбирательства сам факт нарушения закона ФКУ СИЗО - 2 УФСИН России по Республике Коми не нашел своего подтверждения, действия должностных лиц следственного изолятора по размещению подозреваемых, обвиняемых и осужденных в одиночные камеры карцерного типа на общих условиях на срок не более одних суток в целях соблюдения требований раздельного размещения, предусмотренных статьей 33 настоящего Федерального закона, а также обеспечения безопасности жизни и здоровья самих подозреваемых, обвиняемых и осужденных, не могут расцениваться судом как нарушающие требования Федерального закона «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений», ведомственных нормативных актов. В рассматриваемой правовой ситуации размещение ФИО5, ФИО8, ФИО6, ФИО7 и ФИО9 в одиночные камеры, представляющие собой карцеры, не являлось мерой взыскания, как указывалось ранее, каким-либо ограничениям указанные лица подвергнуты не были, в связи с чем, суд полагает, что у прокурора не имелось правовых оснований для внесения оспариваемого представления и вынесения оспариваемых постановлений по причине отсутствия нарушений закона в деятельности ФКУ СИЗО - 2 УФСИН России по Республике Коми, в этой связи заявленные истцом требования являются обоснованными и подлежат удовлетворению. 

Предусмотренный статьей 219 КАС РФ срок для обращения в суд с настоящим иском административным истцом не пропущен. 

Руководствуясь статьями 174 – 180 КАС РФ, суд

решил:

Признать незаконными и отменить постановления заместителя Ухтинского прокурора по надзору за соблюдением законов в исправительных учреждениях от 8 апреля 2024 года об освобождении из карцера обвиняемых (подозреваемых) ФИО8, ФИО5, ФИО6, ФИО7, осужденного ФИО9

Признать незаконным и отменить представление Ухтинского прокурора по надзору за соблюдением законов в исправительных учреждениях об устранении нарушений Федерального закона «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений» от 9 апреля 2024 года № 17-02-2024. 

На решение может быть подана апелляционная жалоба в Верховный Суд Республики Коми через Сосногорский городской суд Республики Коми в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме.

Мотивированное решение составлено 25 августа 2025 года.

Судья Н.В. Щербакова

Копия верна, судья: Н.В. Щербакова