31RS0№-42 Дело № 2-2573/2025

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

18 августа 2025 года г. Старый Оскол

Старооскольский городской суд Белгородской области в составе:

председательствующего судьи Никулина Д.А., 

при секретаре судебного заседания Мелентьевой Я.Я.,

с участием истца ФИО1, представителя истца – БРОО ЗПИПИА «СЕНАТ» ФИО2, действующего в интересах ФИО1, представителя ответчика ООО «ЗОВ ЧЕРНОЗЕМЬЕ» – ФИО3 (по ордеру и доверенности), 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску Белгородской региональной общественной организации по защите прав потребителей и автомобилистов «СЕНАТ», действующей в интересах ФИО1, к обществу с ограниченной ответственностью «ЗОВ ЧЕРНОЗЕМЬЕ» о защите прав потребителей, взыскании убытков, компенсации морального вреда, судебных расходов, штрафа, 

УСТАНОВИЛ:

БРОО ЗППиА «Сенат» обратилась в Старооскольский городской суд Белгородской области в интересах ФИО1 с исковым заявлением к ООО «ЗОВ ЧЕРНОЗЕМЬЕ», в котором просит взыскать с ответчика в пользу ФИО1 неустойку в размере 454 627 руб., убытки в размере 717 руб. 60 коп., компенсацию морального вреда в размере 20 000 руб., расходы за оказание юридических услуг в размере 7 000 руб., почтовые расходы в размере 98 руб., штраф, в том числе в пользу БРОО ЗППиА «Сенат».

В обоснование заявленных требований сторона истца указала, что 14.10.2024 ФИО1 как заказчик заключила с ООО «ЗОВ ЧЕРНОЗЕМЬЕ» как исполнителем договор № бытового подряда, включающий в себя изготовление кухонного гарнитура по индивидуальным размерам, комплектации и сборку гарнитура силами исполнителя, итоговой стоимостью 454 627 руб. Оплата была произведена заказчиком в полном объеме следующим образом: 06.10.2024 – 10 000 руб. наличными с целью фиксации акционной цены, 14.10.2024 – 319 246 руб. зачтено в рамках заключенного кредитного договора с 

<

данные изъяты>», 07.04.2025 – 125 381 руб. итоговая доплата. Срок изготовления по договору (50 рабочих дней) с учетом произведённой предоплаты в размере 72,42% истекал 21.01.2025, при этом фактически гарнитур был доставлен и окончательно собран 04.06.2025. Ранее направленные в адрес ответчика две претензии о выплате неустойки оставлены без удовлетворения. Затраты на отправку претензий «Почтой России» на общую сумму 717 руб. 60 коп. отнесены к числу убытков. Полагает, что неустойка возникла за период с 22.01.2025 по 04.06.2025 включительно (133 дня) и подлежит исчислению в размере 3% от цены по договору по правилам п. 5 ст. 28 Закона РФ от 07.02.1992 № 2300-1 «О защите прав потребителей» (далее – Закон о защите прав потребителей).

В судебном заседании сторона истца поддержала заявленные требования по основаниям, изложенным в исковом заявлении. ФИО1 сообщила, что официально не трудоустроена, на момент обращения с иском в суд (на период летних каникул детей) зарегистрирована по месту пребывания в 

<

адрес>. Так, 06.10.2024 одномоментно с переездом из арендуемого жилого помещения в 

<

адрес> в строящийся и принадлежащий ей и супругу общий дом по адресу постоянной регистрации (д. 

<

адрес>) обратилась к ответчику с заказом на изготовление кухонного гарнитура по индивидуальному дизайну, предполагая, с учетом условий договоров, его доставку и установку не позднее 21.01.2025. Силами ответчика ей осуществили замеры помещения, выполнили дизайн-проект. Все условия договоров и последующее их исполнение она обсуждала с менеджером (работником) ООО «ЗОВ ЧЕРНОЗЕМЬЕ» 

<

данные изъяты> посредством мессенджера «

<

данные изъяты>», а также непосредственно в офисе ответчика в 

<

адрес>. Стоимость сборки отдельно не оплачивалась ею. Непосредственно заключение договора осуществлялось 14.10.2024. Ввиду нарушения срока 10.03.2025 в адрес ответчика была направлена претензия о выплате неустойки, которая оставлена без ответа. ФИО1 указала, что о готовности мебели к доставке менеджер сообщила ей по телефону 10.04.2025. Согласовать дату доставки к дому сторонам удалось (с учетом предложения со стороны ответчика) на 28.04.2025, когда и был получен товар в разобранном состоянии в заводской упаковке. Получение товара было зафиксировано подписью в акте приема-передачи от 28.04.2025, письменно отразив, что вскрытие упаковки не осуществлялось. 29.04.2025 ответчик произвел сборку гарнитура за исключением установки одного нижнего фасада и трех верхних полок, поскольку монтажник обнаружил нехватку данного элемента (нижнего фасада) и несоответствие по размерам элементов трех полок. 07.05.2025 в адрес ответчика направлена повторно претензия, в ответ на которую было отказано в выплате неустойки. 04.06.2025 монтажник самостоятельно привез недостающий фасад и исправленные под размер полки, закончив сборку. ФИО1 сообщила, что из содержания пописанного сторонами дополнительного соглашения от 14.10.2024 к договору купли-продажи, скриншотов переписки с менеджером Марией, условий договора следует, что по состоянию на 14.10.2024 ею была внесена предоплата в размере 329 246 руб., т.е. более 70% стоимости заказа, при этом сам договор по своей сути представляет договор бытового подряда. По состоянию на 18.08.2025 кредитный договор исполнен в соответствии с графиком на общую сумму 319 246 руб. 30 коп. Сторона истца отметила, что, несмотря на отсутствие претензий к итоговому качеству мебели, оснований для применения ст. 333 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) и снижения неустойки, штрафа не имеется. 

Представитель ответчика в судебном заседании исковые требования не признал по основаниям, изложенным в письменном возражении. Представитель сообщил, что сторонами были заключены два самостоятельных договора: купли-продажи мебельных модулей (в соответствии со спецификацией) и оказания услуг по сборке и установке от 14.10.2024. Не оспаривая цену по договору (454 627 руб.) и факт исполнения истцом обязательства, сообщил, что ФИО1 06.10.2024 внесла предоплату в размере 10 000 руб., 14.10.2024 произведена оплата за счет кредитных средств в размере 293 140 руб., 07.04.2025 ею произведена итоговая доплата на сумму 125 381 руб. Оплату по договору за оказание услуг по сборке и установке гарнитура в размере 2 400 руб. с истца не требовали с целью лояльности клиенту. Также представитель заявил ходатайство о применении положений ст. 333 ГК РФ к взыскиваемым суммам в случае удовлетворения требований, указав на злоупотребление правом со стороны истца, попытку фактически бесплатно получить дорогостоящее изделие при отсутствии претензий по качеству товара.

Рассмотрев дело по существу, суд приходит к следующему.

Согласно положениям ст. 421 ГК РФ граждане и юридические лица свободны в заключении договора. Стороны могут заключить договор, как предусмотренный, так и не предусмотренный законом или иными правовыми актами.

В соответствии с разъяснениями, изложенными в Постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 25.12.2018 № 49 «О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации о заключении и толковании договора», в силу пункта 1 статьи 307.1 и пункта 3 статьи 420 ГК РФ к договорным обязательствам общие положения об обязательствах применяются, если иное не предусмотрено правилами об отдельных видах договоров, содержащимися в ГК РФ и иных законах, а при отсутствии таких специальных правил - общими положениями о договоре. Поэтому при квалификации договора для решения вопроса о применении к нему правил об отдельных видах договоров (пункты 2 и 3 статьи 421 ГК РФ) необходимо, прежде всего, учитывать существо законодательного регулирования соответствующего вида обязательств и признаки договоров, предусмотренных законом или иным правовым актом, независимо от указанного сторонами наименования квалифицируемого договора, названия его сторон, наименования способа исполнения и т.п. (пункт 47 Постановления).

Условия договора подлежат толкованию таким образом, чтобы не позволить какой-либо стороне договора извлекать преимущество из ее незаконного или недобросовестного поведения (пункт 4 статьи 1 ГК РФ). Толкование договора не должно приводить к такому пониманию условия договора, которое стороны с очевидностью не могли иметь в виду. Значение условия договора устанавливается путем сопоставления с другими условиями и смыслом договора в целом (абзац первый статьи 431 ГК РФ). Условия договора толкуются и рассматриваются судом в их системной связи и с учетом того, что они являются согласованными частями одного договора (системное толкование). Толкование условий договора осуществляется с учетом цели договора и существа законодательного регулирования соответствующего вида обязательств (пункт 43 Постановления).

По смыслу абзаца второго статьи 431 ГК РФ при неясности условий договора и невозможности установить действительную общую волю сторон иным образом толкование условий договора осуществляется в пользу контрагента стороны, которая подготовила проект договора либо предложила формулировку соответствующего условия. Пока не доказано иное, предполагается, что такой стороной было лицо, профессионально осуществляющее деятельность в соответствующей сфере, требующей специальных познаний (например, банк по договору кредита, лизингодатель по договору лизинга, страховщик по договору страхования и т.п.) (пункт 45 постановления).

Из приведенных правовых норм и разъяснений по их применению следует, что при квалификации договора для решения вопроса о применении к нему правил об отдельных видах договоров (пункты 2 и 3 статьи 421 ГК РФ), необходимо, прежде всего, учитывать существо законодательного регулирования соответствующего вида обязательств и признаки договоров, предусмотренных законом или иным правовым актом, независимо от указанного сторонами наименования квалифицируемого договора, названия его сторон, наименования способа исполнения и т.п. Толкование условий договора осуществляется в пользу контрагента стороны, которая подготовила проект договора либо предложила формулировку соответствующего условия.

В соответствии со статьями 309, 310 ГК РФ обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов. Односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение его условий не допускается, за исключением случаев, предусмотренных законом. 

Согласно п. 1 ст. 454 ГК РФ по договору купли-продажи одна сторона (продавец) обязуется передать вещь (товар) в собственность другой стороне (покупателю), а покупатель обязуется принять этот товар и уплатить за него определенную денежную сумму (цену). 

В силу п.п. 1, ст. 730 ГК РФ по договору бытового подряда подрядчик, осуществляющий соответствующую предпринимательскую деятельность, обязуется выполнить по заданию гражданина (заказчика) определенную работу, предназначенную удовлетворять бытовые или другие личные потребности заказчика, а заказчик обязуется принять и оплатить работу. К отношениям по договору бытового подряда, не урегулированным настоящим Кодексом, применяются законы о защите прав потребителей и иные правовые акты, принятые в соответствии с ними.

По смыслу данных правовых норм предметом договора подряда является выполнение работ и передача их результатов заказчику, в то время как предметом договора купли-продажи является исключительно передача вещи.

Судом установлено и подтверждается материалами дела, что 14.10.2024 между ФИО1 и ООО «ЗОВ ЧЕРНОЗЕМЬЕ» заключены договоры 

<

данные изъяты>, из текста которых следует, что ООО «ЗОВ ЧЕРНОЗЕМЬЕ» обязалось доставить, передать в собственность ФИО1 мебельные модули производства 

<

данные изъяты>), указанные в спецификации, а также выполнить их сборку. В п. 2.3 договора стороны (с учетом спецификации и дополнительных элементов) стороны согласовали итоговую стоимость мебели в размере 454 627 руб., что не оспаривалось сторонами. 

Исходя из п. 2.3 договора, в момент его заключения покупатель вносит в кассу продавца 70% цены товара, а окончательный расчет производится не позднее трех дней с даты уведомления продавцом покупателя. 

Как следует из п. 3.1 договора, доставка должна быть осуществлена в 

<

адрес> в течение 50 рабочих дней с момента внесения 70% предоплаты. 

Доставка в адрес покупателя производится по согласованию сторон после полной оплаты (п. 3.3 договора).

Стоимость по сборке отражена в п. 2.1.1 отдельного договора от 14.10.2024 с аналогичным номером 

<

данные изъяты> и составляет 2 400 руб., одновременно указав на отсутствие необходимости оплаты услуги на период акции с 01.01.2024 по 31.12.2024. При этом в п. 2.1.2 указано, что в момент заключения договора заказчик производит 100% оплату стоимости. 

Несмотря на доводы стороны ответчика и наименование договоров, из смысла указанных договоров от 14.10.2024 

<

данные изъяты>, индивидуального чертежа с точными размерами (дизайн-проекта), заказа (применения) значительного количества погонажных изделий с индивидуальными размерами очевидно, что ответчик по заказу истца взял обязательство изготовить, доставить и осуществить монтаж кухонного гарнитура. Изготавливаемый и монтируемый в соответствии с указанными выше договорами и макетом кухонный гарнитур является индивидуально-определенной вещью и не может быть использован именно в таком виде, как было предусмотрено договором, в каком-либо ином помещении.

Суд учитывает, что все составляющие элементы одномоментно подписанных сторонами договора купли-продажи, содержащие в себе элементы договора купли-продажи, доставки, и договор сборки (установки) заключены для достижения одной цели – удовлетворение бытовой потребности истца по получению в собственность функционирующего кухонного гарнитура.

Следовательно, суд приходит к выводу, что сторонами заключен договор бытового подряда. 

Тот факт, что мебель (элементы) производилась не лично ответчиком, а иным лицом, не имеет значение для квалификации заключенного договора.

Материалами дела, в том числе подписанным сторонами дополнительным соглашением к договору от 14.10.2024 и исследованными скриншотами общения истца и менеджера ООО «ЗОВ Черноземья», подтверждается, что истец по состоянию на 14.10.2024 внесла ответчику предоплату на сумму 329 246 руб., из которых 10 000 руб. – наличными в кассу и 319 246 руб. в рамках заключенного кредитного договора с КБ «Локо Банк» (АО) от указанной даты. Последующая доплата (итоговая) произведена истцом 07.04.2025 на сумму 125 381 руб., что не оспаривалось. 

Учитывая согласованные сторонами сроки доставки и полученную ответчиком предоплату, превышающую по состоянию на 14.10.2024 70% от цены, отсутствие необходимости совершать заказчику иные платежи, что прямо указано в дополнительном соглашении от 14.10.2024, договор подлежал исполнению не позднее 21.01.2025 (истечение 50 рабочих дней). 

10.03.2025 истец направила в адрес ответчика претензию о выплате неустойки за нарушение срока исполнения по договору, которая получена последним 11.03.2025 (РПО №) и оставлена без ответа. Доказательств обратного не представлено.

Из содержания сообщений в мессенджере «

<

данные изъяты>» между истцом и менеджером ООО «ЗОВ Черноземья» 

<

данные изъяты> (+№) следует, что представитель ответчика уведомила истца о поступлении на склад мебельного гарнитура 08.04.2025 и необходимости итоговой доплаты в размере 125 381 руб.

Из содержания акта приема-передачи от 28.04.2025 к договору № следует, что ответчик в указанный день доставил в адрес истца набор мебели в упакованном виде: 

<

данные изъяты>

Стороны не оспаривают, что 29.04.2025 ответчик приступил к сборке изделия. 

Одновременно суд находит убедительным довод стороны истца, не опровергнутый стороной ответчика достаточными доказательствами, что 29.04.2025 сборка кухонного гарнитура не была осуществлена в полном объеме ввиду отсутствия одного нижнего белого фасада 600х150мм и несоответствия размерам на 5 мм трех полок.

07.05.2025 истец направила в адрес ответчика повторную претензию о выплате неустойки по состоянию на 29.04.2025 за нарушение срока исполнения по договору, которая получена последним 22.05.2025 (РПО №). В ответе на претензию, датированном 20.05.2025, ответчик отказал в удовлетворении требований. 

04.06.2025 сборка была окончена, при этом претензий к качеству товара не возникло, что не оспаривалось сторонами.

В силу положений п. 5 ст. 28 Закона о защите прав потребителей при нарушении установленных сроков выполнения работы исполнитель уплачивает потребителю за каждый день просрочки неустойку (пеню) в размере трех процентов цены выполнения работы, а если цена выполнения работы договором о выполнении работ не определена – общей цены заказа. 

Следовательно, неустойка подлежит начислению от общей цены по договору (454 627 руб.) начиная с 51-го рабочего дня после даты заключения договора и внесения необходимой предоплаты с учетом отсутствия сведений о согласовании сторонами иного срока изготовления и установки мебельного гарнитура (с 22.01.2025) до момента выполнения ответчиком итоговой сборки, принятой истцом, то есть до 04.06.2025, принимая во внимание ограничения, установленные п. 5 ст. 28 Закона, и исковые требования истца.

Неустойка за период с 22.01.2025 по 04.06.2025 составит (с учетом ограничений, установленных п. 5 ст. 28 Закона) составит 454 627 руб.

В ходе рассмотрения дела ответчиком заявлено о применении положений ст. 333 ГК РФ.

В силу п. 1 ст. 333 ГК РФ суд вправе уменьшить неустойку, если подлежащая уплате неустойка явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства. Если обязательство нарушено лицом, осуществляющим предпринимательскую деятельность, суд вправе уменьшить неустойку при условии заявления должника о таком уменьшении.

Согласно разъяснениям, содержащимся в п. 34 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28 июня 2012 г. № 17 «О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей», применение ст.333 ГК РФ по делам о защите прав потребителей возможно в исключительных случаях и по заявлению ответчика с обязательным указанием мотивов, по которым суд полагает, что уменьшение размера неустойки является допустимым.

Как разъяснил Верховный Суд РФ в п. 71 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 марта 2016 г. № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств», если должником является коммерческая организация, индивидуальный предприниматель, а равно некоммерческая организация при осуществлении ею приносящей доход деятельности, снижение неустойки судом допускается только по обоснованному заявлению такого должника, которое может быть сделано в любой форме (п. 1 ст. 2, п. 1 ст. 6, п. 1 ст. 333 ГК РФ).

Гражданское законодательство предусматривает неустойку в качестве способа обеспечения исполнения обязательств и меры имущественной ответственности за их неисполнение или ненадлежащее исполнение, а право снижения размера неустойки предоставлено суду в целях устранения явной ее несоразмерности последствиям нарушения обязательств независимо от того, является неустойка законной или договорной.

Согласно разъяснениям, изложенным в п. 75 названого постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации, при оценке соразмерности неустойки последствиям нарушения обязательства необходимо учитывать, что никто не вправе извлекать преимущества из своего незаконного поведения, а также то, что неправомерное пользование чужими денежными средствами не должно быть более выгодным для должника, чем условия правомерного пользования (п.п. 3, 4 ст. 1 ГК РФ).

С учетом позиции Конституционного Суда Российской Федерации, приведенной в п. 2 Определения от 21 декабря 2000 г. № 263-О, положения п. 1 ст. 333 ГК РФ содержат фактически обязанность суда установить баланс между применяемой к нарушителю мерой ответственности и оценкой действительного, а не возможного размера ущерба. Неустойка по своей природе носит компенсационный характер, является способом обеспечения обязательства должником, направлена на восстановление прав кредитора, но при этом не должна служить средством его обогащения, будучи соразмерной, последствиям нарушения.

Доводы ответчика о невозможности исполнения обязательства вследствие тяжелого финансового положения, злоупотребление истцом правом и желанием обогатиться при отсутствии претензий к качеству товара, сами по себе не могут служить основанием для снижения неустойки (п. 73).

Из приведенных правовых норм и разъяснений постановлений Пленума Верховного Суда Российской Федерации следует, что уменьшение неустойки производится судом исходя из оценки ее соразмерности последствиям нарушения обязательства, однако такое снижение не может быть произвольным; снижение неустойки не должно влечь выгоду для недобросовестной стороны особенно в отношениях коммерческих организаций с потребителями.

При определении размера неустойки, подлежащей взысканию, суд, исходя из оценки ее соразмерности последствиям нарушения обязательства, периода просрочки, учитывая, что кухонный гарнитур фактически был собран за исключением отдельных незначительных элементов 29.04.2025, отсутствие претензий к качеству товара, принимая во внимание, что истец изначально добровольно приняла решение проживать в жилом помещении в отсутствие кухонного гарнитура с октября 2024 года, то есть более, чем за 3 месяца до предполагаемого срока исполнения договора ответчиком, требования разумности и справедливости, а также ее компенсационного характера, применив к данным требованиями положения ст. 333 ГК РФ, полагает определить подлежащую взысканию с ответчика в пользу истца неустойку в размере 90 000 руб.

В соответствии с п. 45 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 28.06.2012 года № 17 «О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителя» при решении судом вопроса о взыскании потребителю компенсации морального вреда достаточным условием для удовлетворения иска является установленный факт нарушения прав потребителя.

Принимая во внимание доводы стороны истца о перенесенных нравственных страданиях в связи с нарушением ее прав как потребителя в результате установленного судом факта ненадлежащего исполнения ответчиком обязательств по договору, с учетом принципа разумности и справедливости, суд считает подлежащей взысканию с ответчика в пользу истца денежную компенсацию морального вреда в размере 5 000 руб. с отклонением данных требований в остальной части.

В силу требований ст. 15 ГК РФ с ответчика в пользу истца подлежат взысканию убытки, понесенные при оплате стоимости услуг «Почты России» на отправку двух претензий, на общую сумму 717 руб. 60 коп., что подтверждается кассовыми чеками.

В силу п. 6 ст. 13 Закона РФ «О защите прав потребителей» при удовлетворении судом требований потребителя в связи с нарушением его прав, установленных Законом о защите прав потребителей, которые не были удовлетворены в добровольном порядке изготовителем (исполнителем, продавцом, уполномоченной организацией или уполномоченным индивидуальным предпринимателем, импортером), суд взыскивает с ответчика в пользу потребителя штраф независимо от того, заявлялось ли такое требование суду.

Учитывая факт нарушения исполнителем предусмотренных законом прав истца как потребителя, а также отказ в добровольном удовлетворении требований потребителя, с ответчика подлежит взысканию штраф, составляющий 50% от всей присужденной судом суммы. 

При этом суд, руководствуясь принципами разумности и справедливости, считает возможным применить ст. 333 ГК РФ и снизить сумму штрафа до 45 000 руб.

В соответствии с частью 6 статьи 13 Закона РФ от 7 февраля 1992 г. № 2300-1 «О защите прав потребителей» при удовлетворении судом требований потребителя, установленных законом, суд взыскивает с изготовителя (исполнителя, продавца, уполномоченной организации или уполномоченного индивидуального предпринимателя, импортера) за несоблюдение в добровольном порядке удовлетворения требований потребителя штраф в размере пятьдесят процентов от суммы, присужденной судом в пользу потребителя. Если с заявлением в защиту прав потребителя выступают общественные объединения потребителей (их ассоциации, союзы) или органы местного самоуправления, пятьдесят процентов суммы взысканного штрафа перечисляются указанным объединениям (их ассоциациям, союзам) или органам.

Таким образом, с учетом приведенных норм законодательства, с ответчика подлежит взысканию штраф в пользу БРОО ЗПИПИА «Сенат» в размере 22 500 руб., а также в размере 22 500 руб. в пользу истца (45000 руб./2).

По правилам ст. 98 ГПК РФ при удовлетворении исковых требований с ответчика подлежат взысканию расходы, понесенные истцом.

Чеком от 17.06.2025 подтверждается внесение 7 000 руб. на оплату юридических услуг БРОО ЗПИПИА «Сенат» по составлению искового заявления в интересах ФИО1, кассовым чеком от 17.06.2025 подтверждается несение почтовых расходов на сумму 98 руб.

Указанные расходы подтверждены документально и являлись необходимыми для разрешения гражданского дела, в связи с чем подлежат взысканию с ответчика.

Сторонами не приведено доводов, чтобы суд пришел к иному выводу. 

В силу ст. 103 ГПК РФ, ст.ст. 333.19, 333.20 НК РФ с ответчика подлежат взысканию судебные расходы по уплате государственной пошлины в сумме 16 884 руб. в доход бюджета Старооскольского городского округа Белгородской области, от уплаты которых истец освобожден. 

Руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л:

Иск Белгородской региональной общественной организации по защите прав потребителей и автомобилистов «СЕНАТ», действующей в интересах ФИО1, к обществу с ограниченной ответственностью «ЗОВ ЧЕРНОЗЕМЬЕ» о защите прав потребителей, взыскании убытков, компенсации морального вреда, судебных расходов, штрафа – удовлетворить в части.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «ЗОВ ЧЕРНОЗЕМЬЕ» (ИНН № в пользу ФИО1 (ДД.ММ.ГГГГ г.р., СНИЛС №) неустойку в размере 90 000 руб., убытки в размере 717 руб. 60 коп., компенсацию морального вреда в размере 5 000 руб., расходы за оказание юридических услуг в размере 7 000 руб., почтовые расходы в размере 98 руб., штраф в размере 22 500 руб.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «ЗОВ ЧЕРНОЗЕМЬЕ» (ИНН №) в пользу Белгородской региональной общественной организации по защите прав потребителей и автомобилистов «СЕНАТ» (ИНН №) штраф в размере 22 500 руб.

В остальной части оставить требования без удовлетворения. 

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «ЗОВ ЧЕРНОЗЕМЬЕ» (ИНН №) в доход Старооскольского городского округа государственную пошлину в сумме 16 884 руб.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в судебную коллегию по гражданским делам Белгородского областного суда путем подачи апелляционной жалобы через Старооскольский городской суд в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме.

Решение принято в окончательной форме 28 августа 2025 года.

Судья Д.А. Никулин