Дело № 2 – 808/2024 Мотивированное 

решение

 составлено 14.08.2024

УИД 51RS0006-01-2024-001308-45

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

г. Мончегорск 13 августа 2024 года

Мончегорский городской суд Мурманской области в составе

председательствующего судьи Прониной Е.А., 

при помощнике судьи Маркеловой Е.В.,

с участием прокурора – помощника прокурора 

<

адрес> Б.А.С.,

представителя истца по ордеру – адвоката Х.Т.В.,

представителя ответчиков ООО «Колабыт», АО «Кольская ГМК» по доверенностям С.Е.Н,,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску Р.И,А. к акционерному обществу «Кольская горно-металлургическая компания», обществу с ограниченной ответственностью «Колабыт» о взыскании компенсации морального вреда, причиненного повреждением здоровья,

установил:

Р.И,А. обратился в суд с вышеназванным иском, мотивируя требования тем, что он работал в АООТ «Комбинат Североникель» с 

<

дд.мм.гггг> по 

<

дд.мм.гггг>, в АО «Кольская ГМК» с 

<

дд.мм.гггг> по 

<

дд.мм.гггг> во вредных условиях аппаратчиком-гидрометаллургом, уволен из АО «Кольская ГМК» 

<

дд.мм.гггг> в связи с отсутствием у работодателя работы, необходимой работнику в соответствии с медицинским заключением. Медицинским заключением от 

<

дд.мм.гггг> НИЛ ФБУН «СЗНЦ гигиены и общественного здоровья» в 

<

адрес> ему установлены профессиональные заболевания: .... Его вины в возникновении профзаболеваний не установлено. Согласно санитарно-гигиенической характеристике условий труда от 

<

дд.мм.гггг>, условия труда истца в профессии аппаратчик-гидрометаллург по содержанию вредных веществ в воздухе рабочей зоны не соответствовали требованиям таб. 2.1, п. 35 раздела 5 СанПиН 

<

дд.мм.гггг>-21 «Гигиенические нормативы и требования к обеспечению безопасности и (или) безвредности для человека факторов среды обитания». Профессиональные заболевания причиняют ему физические и нравственные страдания, привели к изменению бытовой активности и снижению качества жизни. Из-за ..... Поскольку профессиональные заболевания носят хронический характер, полное выздоровление истца невозможно. Истец выполняет назначенную программу реабилитации, однако улучшения в состоянии здоровья не наблюдается. Ссылаясь на ст.ст. 22, 209, 212, 237 Трудового кодекса РФ, ст.ст. 151, 1099, 1100, 1101 Гражданского кодекса РФ, п.3 ст.8 ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний», просит взыскать в свою пользу в счет компенсации морального вреда с АО «Кольская ГМК» 532000 рублей, с ООО «Колабыт» 168000 рублей, а также судебные расходы на представителя в общем размере 20000,0 рублей.

В судебном заседании истец Р.И,А. участия не принимал, извещен, в адресованном суду заявлении просил о рассмотрении дела без его участия, с участием представителя Х.Т.В.

Представитель истца – адвокат Х.Т.В. поддержала исковые требования в полном объеме, дала объяснения аналогичные изложенным в иске, указав, что возникновение профессиональных заболеваний у истца является результатом ненадлежащего исполнения работодателями обязанности по обеспечению работника безопасными условиями труда. 

Представитель ответчиков АО «Кольская ГМК» и ООО «Колабыт» по доверенностям С.Е.Н, исковые требования не признала, указав, что Р.И,А. работал аппаратчиком-гидрометаллургом в АО «Комбинат Североникель» с 

<

дд.мм.гггг> по 

<

дд.мм.гггг>, в дальнейшем переведен в АО «КГМК». Профзаболевания Р.И,А. установлены спустя более 24,5 лет после увольнения из Комбината. В АО «Кольская ГМК» истец работал с 

<

дд.мм.гггг> по 

<

дд.мм.гггг> в условиях воздействия вредных веществ и неблагоприятных производственных факторов в профессии аппаратчик-гидрометаллург основной схемы очистки растворов гидрометаллургического отделения цеха электролиза никеля. В соответствии с требованиями законодательства на протяжении трудовой деятельности в АО «Кольская ГМК» истец проходил ежегодные периодические осмотры, допуск к работе во вредных условиях у него имелся. Р.И,А. был обеспечен специальной одеждой, обувью и другими средствами индивидуальной защиты. За вредные условия труда истец получал надбавку, лечебно-профилактическое питание, ему предоставлялись дополнительные рабочие дни к ежегодному отпуску, был установлен сокращенный рабочий день. Р.И,А. пользовался санаторно-курортными льготами в 

<

адрес>. Таким образом, АО «Кольская ГМК» соблюдало все предусмотренные законодательством требования и меры по защите здоровья работника, защите от воздействия вредных факторов во время исполнения трудовых обязанностей. Кроме того, между Обществом и истцом 

<

дд.мм.гггг> было подписано дополнительное соглашение, согласно которому размер компенсации морального вреда определяется в соответствии со степенью утраты профессиональной трудоспособности, исходя из 10 базовых сумм, установленных Положением об оплате труда работников АО «ГКМК» на дату подачи заявления за указанным возмещением за каждые 10 % утраты профессиональной трудоспособности. Подписав дополнительное соглашение истец согласился с условиями и размером возмещения компенсации морального вреда. Степень утраты профессиональной трудоспособности истцу установлена в размере 30 %. Размер компенсации морального вреда, в соответствии с коллективным договором АО «Кольская ГМК» на 2020 – 2022 г.г., действие которого продлено на период 2023-2025 гг., должен быть не более 165000 рублей, который будет соответствовать требованиям закона, принципам разумности и справедливости, соразмерен характеру и объему нравственных страданий, которые претерпевает истец. Представила письменные отзывы, изложенные в них доводы, поддержала в судебном заседании. 

Выслушав участников процесса, исследовав материалы дела, медицинские документы Р.И,А., заслушав заключение прокурора, суд считает исковые требования подлежащими частичному удовлетворению по следующим основаниям.

В соответствии с Конституцией Российской Федерации в Российской Федерации охраняются труд и здоровье людей (часть 2 статьи 7), каждый имеет право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены (часть 3 статьи 37), каждый имеет право на охрану здоровья (часть 1 статьи 41), каждому гарантируется право на судебную защиту (часть 1 статьи 46).

Из приведенных положений Конституции Российской Федерации в их взаимосвязи следует, что каждый имеет право на справедливое и соразмерное возмещение вреда, в том числе и морального, причиненного повреждением здоровья вследствие необеспечения работодателем безопасных условий труда, а также имеет право требовать такого возмещения в судебном порядке.

В силу положений абзацев четвертого и четырнадцатого части 1 статьи 21 Трудового кодекса РФ работник имеет право на рабочее место, соответствующее государственным нормативным требованиям охраны труда и условиям, предусмотренным коллективным договором, а также на возмещение вреда, причиненного ему в связи с исполнением трудовых обязанностей, и компенсацию морального вреда в порядке, установленном Трудовым кодексом Российской Федерации, иными федеральными законами.

Этим правам работника корреспондируют обязанности работодателя обеспечивать безопасность и условия труда, соответствующие государственным нормативным требованиям охраны труда, осуществлять обязательное социальное страхование работников в порядке, установленном федеральными законами, возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены Трудовым кодексом Российской Федерации, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации (абзацы четвертый, пятнадцатый и шестнадцатый части 2 статьи 22 Трудового кодекса РФ).

Моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора (часть 1 статьи 237 Трудового кодекса РФ).

Обеспечение приоритета сохранения жизни и здоровья работников является одним из направлений государственной политики в области охраны труда (абзац второй части 1 статьи 210 Трудового кодекса РФ).

Частью 1 статьи 212 Трудового кодекса РФ определено, что обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагаются на работодателя.

Работодатель обязан обеспечить безопасность работников при эксплуатации зданий, сооружений, оборудования, осуществлении технологических процессов, а также применяемых в производстве инструментов, сырья и материалов (абзац второй части 2 статьи 212 Трудового кодекса РФ).

Каждый работник имеет право на рабочее место, соответствующее требованиям охраны труда, а также гарантии и компенсации, установленные в соответствии с Трудовым кодексом Российской Федерации, коллективным договором, соглашением, локальным нормативным актом, трудовым договором, если он занят на работах с вредными и (или) опасными условиями труда (абзацы второй и тринадцатый части 1 статьи 219 Трудового кодекса РФ).

В силу 214 Трудового кодекса Российской Федерации, обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагаются на работодателя. Работодатель обязан создать безопасные условия труда исходя из комплексной оценки технического и организационного уровня рабочего места, а также исходя из оценки факторов производственной среды и трудового процесса, которые могут привести к нанесению вреда здоровью работников.

В соответствии со статьей 151 Гражданского кодекса РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

Согласно абзацу 2 пункта 3 статьи 8 Федерального закона «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» от 24.07.1998 №125-ФЗ, возмещение застрахованному морального вреда, причиненного в связи с несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием, осуществляется причинителем вреда.

В соответствии с пунктом 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Согласно разъяснениям п.п. 15. 46, 47 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», причинение морального вреда потерпевшему в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях предполагается, и сам факт причинения вреда здоровью, в том числе при отсутствии возможности точного определения его степени тяжести, является достаточным основанием для удовлетворения иска о компенсации морального вреда.

Работник в силу статьи 237 ТК РФ имеет право на компенсацию морального вреда, причиненного ему нарушением его трудовых прав любыми неправомерными действиями или бездействием работодателя (в том числе, необеспечением безопасности и условий труда, соответствующих государственным нормативным требованиям охраны труда, и др.).

Возмещение вреда, причиненного жизни и здоровью работника при исполнении им трудовых обязанностей, осуществляется в рамках обязательного социального страхования от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний (часть восьмая статьи 216.1 ТК РФ). Однако компенсация морального вреда в порядке обязательного социального страхования от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний не предусмотрена и согласно пункту 3 статьи 8 Федерального закона от 24 июля 1998 года № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» осуществляется причинителем вреда.

При разрешении исковых требований о компенсации морального вреда, причиненного повреждением здоровья или смертью работника при исполнении им трудовых обязанностей вследствие несчастного случая на производстве суду в числе юридически значимых для правильного разрешения спора обстоятельств надлежит установить, были ли обеспечены работодателем работнику условия труда, отвечающие требованиям охраны труда и безопасности. Бремя доказывания исполнения возложенной на него обязанности по обеспечению безопасных условий труда и отсутствия своей вины в необеспечении безопасности жизни и здоровья работников лежит на работодателе, в том числе если вред причинен в результате неправомерных действий (бездействия) другого работника или третьего лица, не состоящего в трудовых отношениях с данным работодателем.

Суду при определении размера компенсации морального вреда в связи с нарушением работодателем трудовых прав работника необходимо учитывать, в числе других обстоятельств, значимость для работника нематериальных благ, объем их нарушения и степень вины работодателя. В частности, реализация права работника на труд (статья 37 Конституции Российской Федерации) предопределяет возможность реализации ряда других социально-трудовых прав: на справедливую оплату труда, на отдых, на безопасные условия труда, на социальное обеспечение в случаях, установленных законом, и др.

В судебном заседании установлено, что Р.И,А. работал в АО «Комбинат Североникель» с 

<

дд.мм.гггг> по 

<

дд.мм.гггг> ....); в АО «Кольская ГМК» с 

<

дд.мм.гггг> по 

<

дд.мм.гггг> (....) в профессии аппаратчик-гидрометаллург гидрометаллургического отделения цеха электролиза никеля. 

Уволен 

<

дд.мм.гггг> на основании пункта 8 части 1 статьи 77 Трудового кодекса РФ, в связи с отсутствием у работодателя соответствующей работы, необходимой работнику в соответствии с медицинским заключением. Данные периоды работы подтверждаются трудовой книжкой истца, приказами об отстранении от работы, о расторжении трудового договора (л.д. 44-49, ). 

Согласно санитарно-гигиенической характеристике от 

<

дд.мм.гггг> №.... условия труда аппаратчика-гидрометаллурга цеха электролиза никеля Р.И,А. не соответствуют требованиям таблицы 2.1 и требованиям п. 35 раздела 5 СанПиН 

<

дд.мм.гггг>-21 «Гигиенические нормативы и требования к обеспечению безопасности и (или) безвредности для человека факторов среды обитания» по содержанию вредных веществ в воздухе рабочей зоны и по уровню шума (л.д. 32-43).

Как следует из выписки из истории болезни от 

<

дд.мм.гггг> №.... Р.И,А. проходил обследование в стационарном отделении клиники НИЛ ФБУН «Северо-Западный научный центр гигиены и общественного здоровья» (

<

адрес>) в период с 

<

дд.мм.гггг> по 

<

дд.мм.гггг>. (л.д. 14).

Согласно медицинскому заключению врачебной комиссии НИЛ ФБУН «Северо-Западный научный центр гигиены и общественного здоровья» 

<

адрес> от 

<

дд.мм.гггг> №.... Р.И,А. впервые установлены профзаболевания: хроническая интоксикация никелем и его соединениями (проявления: хронический бронхит, ДН 0 ст.) профэтиологии (Т 56.8); заболевание верхних дыхательных путей, связанное с воздействием аэрозолей химических веществ сложного состава (проявления: тотальное дистрофическое заболевание верхних дыхательных путей – ринофаринголарингит), профэтиологии (J 39.8). Обследованием установлена причинно-следственная связь заболеваний с профессиональной деятельностью Р.И,А. (л.д. 13).

По результатам расследования профессиональных заболеваний Р.И,А. составлены акты о случае профессионального заболевания №.... от 

<

дд.мм.гггг>, утвержденные Начальником Территориального отдела Управления Роспотребнадзора по 

<

адрес>, в 

<

адрес> и 

<

адрес> – 

<

адрес> 

<

адрес> и 

<

адрес>, согласно которым профессиональные заболевания возникли у Р.И,А. в результате длительного, в течение 24 лет 8 месяцев воздействия вредных производственных факторов работы в профессии аппаратчик-гидрометаллург: никель и его соединения, аэрозоли химических веществ сложного состава, обладающие аллергенным, раздражающим действием. Доказательств вины работника в возникновении у него профзаболеваний работодатель комиссии не представил. Представители АО «Кольская ГМК» указанные акты о случае профессионального заболевания не оспаривали (л.д. 23-26, 27-31).

На основании акта о случае профессионального заболевания №.... от 

<

дд.мм.гггг> решением МСЭ № 6 ФГУ «ГБ МСЭ по 

<

адрес>» Р.И,А. с 

<

дд.мм.гггг> установлено 20 % утраты профессиональной трудоспособности до 

<

дд.мм.гггг>. Дата очередного освидетельствования 

<

дд.мм.гггг> (л.д. 17).

На основании акта о случае профессионального заболевания №.... от 

<

дд.мм.гггг> решением МСЭ № 6 ФГУ «ГБ МСЭ по 

<

адрес>» Р.И,А. с 

<

дд.мм.гггг> установлено 10 % утраты профессиональной трудоспособности до 

<

дд.мм.гггг>. Дата очередного освидетельствования 

<

дд.мм.гггг> (л.д. 16).

Таким образом, судом установлено, что профессиональные заболевания возникли у Р.И,А. по вине АО «Комбинат Североникель», АО «Кольская ГМК», которые не обеспечили нормальные условия труда истца, что состоит в причинно-следственной связи с возникновением у него профессиональных заболеваний, при этом, наличия вины работника в возникновении заболеваний не установлено.

В связи с реорганизацией правопреемником АО «Комбинат Североникель» (ранее АООТ «Комбинат Североникель, ООО «Комбинат Североникель») является ООО «Колабыт».

При указанных обстоятельствах, суд находит требования истца о взыскании с ответчиков компенсации морального вреда, причиненного здоровью в связи с профессиональными заболеваниями, законными и обоснованными, подлежащими удовлетворению. 

Возражения представителя ответчиков не могут быть приняты судом в качестве основания для отказа в удовлетворении иска. Обязанность обеспечить безопасные условия труда, соответствующие государственным нормативным требованиям к охране труда, лежит на работодателе. Работник был вправе рассчитывать на обеспечение условий труда, соответствующих санитарным нормам со стороны работодателя, однако они работодателем ему обеспечены не были. Принятые работодателем меры по охране труда и улучшению условий труда, направленные на уменьшение воздействия вредных производственных факторов, не исключили обстоятельств наступления профессионального заболевания, и, в связи с этим, причинения нравственных и физических страданий работнику.

<

дд.мм.гггг> между ОАО «Кольская ГМК» и истцом было заключено дополнительное соглашение №....-м/12 к трудовому договору от 

<

дд.мм.гггг> №....-к/03, в котором определены условия и порядок выплаты компенсации морального вреда при установлении работнику профессионального заболевания, которым предусмотрено, что компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме и является единовременной выплатой. Размер компенсации морального вреда определяется в соответствии со степенью утраты профессиональной трудоспособности, исходя из 10 базовых сумм, установленных статьей 45 Положения об оплате труда работников ОАО «Кольская ГМК» на дату подачи заявления за указанным возмещением за каждые 10 % утраты профессиональной трудоспособности.

Постановлением №.... от 

<

дд.мм.гггг> (с учетом постановления №.... от 

<

дд.мм.гггг>), были внесены изменения в Коллективный договор АО «Кольская ГМК» на 2020-2022, действие которого продлено на период 2023-2025 гг., в том числе в части возмещения морального вреда, где подпунктом 8.3.1 пункта 8.3 определено, что размер возмещения (компенсации) морального вреда работнику, при утрате им профессиональной трудоспособности, наступившей в результате несчастного случая или профессионального заболевания при исполнении им своих трудовых обязанностей, составляет 550000 рублей – при полной (100 %) утрате трудоспособности. При частичной утрате трудоспособности – пропорционально степени утраты трудоспособности из расчета 550000 рублей.

Соответственно, за 30 % утраты трудоспособности подлежит возмещению моральный вред в размере 165000,0 рублей. 

Как разъяснено в пункте 63 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17.03.2004 № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» в соответствии со статьей 237 Кодекса компенсация морального вреда возмещается в денежной форме в размере, определяемом по соглашению работника и работодателя, а в случае спора факт причинения работнику морального вреда и размер компенсации определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба. 

Определяя размер компенсации морального вреда, подлежащего взысканию с ответчиков, суд принимает во внимание установленную длительность трудовых отношений с ответчиками и работы истца под воздействием вредных производственных факторов, обстоятельства причинения вреда, указанные истцом физические и нравственные страдания, вызванные причинением вреда здоровью в связи с получением двух профессиональных заболеваний, диагнозы указанных заболеваний, значительную степень утраты профессиональной трудоспособности, индивидуальные особенности потерпевшего, в том числе его возраст, а также степень вины ответчиков. 

При этом, суд учитывает то обстоятельство, что на момент заключения между истцом и АО «Кольская ГМК» дополнительного соглашения профессиональные заболевания, вследствие длительного воздействия вредных производственных факторов, степень утраты профессиональной трудоспособности, не были подтверждены у истца в установленном порядке. Таким образом, при подписании с работодателем дополнительного соглашения истец не мог оценить, насколько определяемый размер компенсации морального вреда может соответствовать тяжести причиненного вреда, степени утраты профессиональной трудоспособности и наступлению тех неблагоприятных последствий в обычной жизнедеятельности, о которых истец указал в исковом заявлении. Кроме того, между сторонами не достигнуто согласие о компенсации морального вреда в размере и порядке, установленным указанным дополнительным соглашением к трудовому договору. 

Таким образом, учитывая требования разумности и справедливости, суд полагает необходимым взыскать в пользу истца компенсацию морального вреда в общей сумме 450000,0 рублей: с ООО «Колабыт» – 108000,0 рублей, с АО «Кольская ГМК» – 342000,0 рублей, т.е. пропорционально отработанному времени во вредных условиях труда, считая данный размер разумным и справедливым, и соответствующим как количеству полученных профзаболеваний, так и степени утраты профессиональной трудоспособности. 

Принимая такое решение, суд учитывает также, что АО «Кольская ГМК» не является участником Отраслевого тарифного соглашения по организациям химической, нефтехимической, биотехнологической и химико-фармацевтической промышленности Российской Федерации на 2019-2021 годы, утв. Российским профессиональным союзом работников химических отраслей промышленности, Общероссийским отраслевым объединением работодателей «Российский Союз предприятий и организаций химического комплекса» 25.07.2018 (Дополнительным соглашением о продлении срока действия на 2022 – 2024 годы от 16.09.2021, в наименовании ОТС и в преамбуле слова «на 2019-2021 годы» заменены словами «на 2022-2024 годы»).

Участником других Соглашений, в т.ч. Отраслевого соглашения по горно-металлургическому комплексу РФ, АО «Кольская ГМК» также не является.

В соответствии пунктом 1 статьи 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, с ответчиков подлежат взысканию в пользу истца понесенные по делу судебные расходы.

На основании статьи 100 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах. 

Из представленной квитанции №.... от 

<

дд.мм.гггг> следует, что истцом понесены расходы по оплате юридических услуг по составлению искового заявления и представительству в суде 1 инстанции в размере 20000,00 рублей. 

Принимая во внимание уровень сложности дела, времени его рассмотрения, объем проделанной адвокатом работы, а также принципы разумности и справедливости, суд находит расходы в заявленном размере разумными, подлежащими взысканию с ответчиков в пользу истца: с ООО «Колабыт» – 4800,0 руб., с АО «Кольская ГМК» – 15200,0 руб.

Кроме того, согласно пункту 1 статьи 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, с каждого из ответчиков в бюджет муниципального округа 

<

адрес> с подведомственной территорией подлежит взысканию государственная пошлина в размере 300,0 руб., от уплаты которой, истец при подаче иска, был освобожден. 

Руководствуясь ст.ст. 194 – 199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

решил:

Исковые требования Р.И,А. к акционерному обществу «Кольская горно-металлургическая компания», обществу с ограниченной ответственностью «Колабыт» о взыскании компенсации морального вреда, причиненного повреждением здоровья, – удовлетворить частично.

Взыскать с акционерного общества «Кольская горно-металлургическая компания» (ИНН ....) в пользу Р.И,А. (СНИЛС №....) компенсацию морального вреда в размере 342000 (три сорок две тысячи) рублей, а также судебные расходы в размере 15200 (пятнадцать тысяч двести) рублей. 

Взыскать с акционерного общества «Кольская горно-металлургическая компания» (ИНН ....) в бюджет муниципального округа 

<

адрес> с подведомственной территорией государственную пошлину в размере 300 (триста) рублей.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Колабыт» (ИНН ....) в пользу Р.И,А. (СНИЛС ....) компенсацию морального вреда в размере 108000 (сто восемь тысяч) рублей, а также судебные расходы в размере 4800 (четыре тысячи восемьсот) рублей. 

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Колабыт» (ИНН ....) в бюджет муниципального округа 

<

адрес> с подведомственной территорией государственную пошлину в размере 300 (триста) рублей.

В остальной части иска отказать. 

Решение может быть обжаловано сторонами в апелляционном порядке в Мурманский областной суд через Мончегорский городской суд в течение месяца со дня изготовления решения суда в окончательной форме.

Судья: Е.А. Пронина