Дело № 2-2820/2017

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации 

17 октября 2017 года Орджоникидзевский районный суд г. Магнитогорска Челябинской области в составе:

председательствующего Цивилевой Е.С.,

при секретаре Карелиной К.А.,

с участием прокурора Скляр Г.А., представителя истца, ответчика по встречному иску, ФИО1, ответчика, истца, по встречному иску ФИО2, представителя ответчика, истца по встречному иску ФИО2, - ФИО3, 

рассматривал в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО4 к ФИО5, ФИО2 о выселении без предоставления другого жилого помещения, встречному исковому заявлению ФИО2, ФИО5 к ФИО4 о признании сделки недействительной, применении последствий недействительности сделки,

УСТАНОВИЛ:

ФИО4 обратился в суд с иском к ФИО2, ФИО5 о выселении без предоставления другого жилого помещения. В обоснование требований указал, что на основании договора купли-продажи от 21 октября 2016 года приобрел у своих знакомых ФИО2, ФИО5 квартиру, расположенную по адресу: 

<

адрес обезличен>. По договоренности с ответчиками он предоставил им время для выезда из спорного жилого помещения до шести месяцев. Условием для проживания ФИО2 и ФИО5 в указанной квартире была оплата коммунальных услуг и присмотр за квартирой. По истечении оговоренного срока он обратился к ответчикам с просьбой освободить квартиру по адресу: 

<

адрес обезличен>, на что А-вы ответили отказом, ключи от квартиры ответчики ему также предоставить отказались. Полагает, что ФИО2 и ФИО5 препятствуют ему в пользовании и распоряжении принадлежащим ему имуществом, чем нарушают его права как собственника. Просит выселить ФИО6, ФИО5 из квартиры, расположенной по адресу: 

<

адрес обезличен>, без предоставления другого жилого помещения (л.д. 4).

ФИО2, ФИО5 с учетом уточненных требований обратились в суд со встречным иском к ФИО4 о признании сделки недействительной, применении последствий недействительности сделки. В обоснование иска указали, что на основании договора приватизации от 29 мая 2002 года являлись собственниками жилого помещения, расположенного по адресу: 

<

адрес обезличен>, по ? доли в праве у каждой. На основании свидетельства о праве наследства по закону от 01 октября 2016 года ФИО2 приобрела право собственности на ? долю указанного жилого помещения. В октябре 2016 года она по просьбе своей знакомой ФИО7 они согласились заложить указанную квартиру под обеспечение договора займа денежных средств в сумме 1500000 рублей, которые предоставил ТСА ФИО4 При встрече ФИО4 пояснил, что готов предоставить ТСА денежные средства, но в обеспечение денежного займа необходимо оформить договор купли-продажи квартиры. Всю денежную сумму ТСА обязалась вернуть ФИО4 в течение года. Полагаясь на порядочность ТСА, ФИО2 согласилась. 21 октября 2016 года в помещении нотариальной конторы между ФИО2, действующей за себя и по доверенности за дочь ФИО5, и ФИО4 был подписан договор купли-продажи квартиры по адресу: 

<

адрес обезличен>, который фактически являлся договором залога в обеспечение обязательства ТСА перед ФИО4, которые убедили ФИО2, что такая форма займа является формальной и после возврата ФИО7 денежных средств ФИО4 квартира по адресу: 

<

адрес обезличен>, будет переоформлена на ФИО2 и ФИО5 путем заключения договора купли-продажи. ФИО2 не видела, чтобы после заключения сделки ФИО4 передал ТСА денежные средства в сумме 1500000 рублей. Ни до, ни после заключения сделки ФИО4 в принадлежащей им квартире не был. В июне 2017 года от ФИО4 ФИО2 стало известно, что ТСА, якобы, никаких денежных средств ему в погашение долга не передала, и потребовал А-вых выселиться из квартиры по адресу: 

<

адрес обезличен>. Поняв, что ТСА совместно с ФИО4 обманули их, ФИО2 обратилась с заявлением в правоохранительные органы. По данному факту возбуждено уголовное дело. До настоящего времени ФИО2 и ФИО5 зарегистрированы по адресу: 

<

адрес обезличен>, ФИО2 проживает в указанной квартире. Все лицевые счета открыты на имя ФИО2, она полностью оплачивает коммунальные услуги, налог на имущество. Намерения продавать спорное жилое помещение ФИО2 никогда не имела. Считают, что сделка, заключенная между ФИО2, действующей за себя и за ФИО5, и ФИО4 является недействительной, поскольку была совершена под влиянием обмана со стороны ФИО4 и ТСА От ТСА им стало известно, что денежные средства в сумме 1500000 рублей были ей переданы от ФИО4 в качестве займа с обеспечением в виде принадлежащей ФИО8 квартиры, в связи с чем полагают, что в случае удовлетворения их исковых требований денежные средства в сумме 1500000 рублей подлежат взысканию с ТСА в пользу ФИО4 Просят признать договор купли-продажи от 21 октября 2016 года квартиры, расположенной по адресу: 

<

адрес обезличен>, заключенный между ФИО2, действующей за себя и ФИО5, и ФИО4, недействительной, применить последствия недействительности сделки, установленные ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации. Просят прекратить право собственности ФИО4 на жилое помещение, расположенное по адресу: 

<

адрес обезличен>, восстановить право собственности ФИО2 на ? доли квартиры, расположенной по адресу: 

<

адрес обезличен>, восстановить право собственности ФИО5 на ? долю квартиры, расположенной по адресу: 

<

адрес обезличен> (л.д. 96-99, 168-169).

Истец, ответчик по встречному иску, ФИО4 в судебное заседание не явился, извещен, ходатайствовал о рассмотрении дела в его отсутствие (л.д. 200). В отзыве на встречное исковое заявление указал, что 21 октября 2016 года по договору купли-продажи приобрел у своих знакомых ФИО2, ФИО5 квартиру, расположенную по адресу: 

<

адрес обезличен>. Полагает, что ФИО2, отказываясь освобождать спорное жилое помещение, подав иск о признании сделки недействительной, злоупотребляет своими гражданскими правами. Денежные средства за продажу спорной квартиры были переданы продавцу до подписания договора купли-продажи, что подтверждается договором, согласно которому, денежные средства продавцом получены при подписании договора, а также собственноручной распиской в получении денежных средств, составленной ФИО2 на экземпляре договора, находящегося у нотариуса. ФИО2 ознакомилась с договором купли-продажи, согласилась с его условиями, что подтверждает ее собственноручная подпись, а также реально понимала последствия своих действий, направленных на продажу своей квартиры. Указанные обстоятельства подтверждаются также тем, что в материалах регистрационного дела имеется запись о передаче спорной квартиры в залог в качестве обеспечительных мер по договору займа с другим лицом. Получив денежные средства, ФИО2 решила свои материальные сложности за счет покупателя, после чего, злоупотребляя гражданскими правами, желая оставить в своей собственности спорный объект, решила признать сделку недействительной, вследствие заключения ее якобы под действием обмана, при этом вводит суд и участников процесса в заблуждение по обстоятельствам совершенной сделки. Встречное исковое заявление заявлено ФИО2 лишь после обращения ФИО4 в суд с иском о ее выселении. Если ФИО2 понимала, что ее права были кем-либо нарушены, она должна была обратиться с исковыми требованиями о восстановлении ее нарушенных прав намного раньше. Доказательств того, что сделка совершена без цели отчуждения объекта недвижимости, А-выми не представлено. Постановление о возбуждении уголовного дела по факту совершения преступления не установленным лицом, не является доказательством того, что указанная сделка совершена под влиянием обмана. Полагал, что действия А-вых должны быть оценены судом как недобросовестные. Стороны придали сделке соответствующие правовые последствия, которые они имели ввиду. Более того, А-вы в данном случае действовали не просто осознанно, но и намеренно, с целью создать условия для состоявшегося впоследствии нарушения закона. Просил исковые требования о выселении ФИО2, ФИО5 удовлетворить, встречные требования ФИО2, ФИО5 оставить без удовлетворения (л.д. 183-184). 

В судебном заседании представитель ФИО4 ФИО1 настаивал на удовлетворении первоначальных исковых требований по основаниям доводам, изложенным в иске. Полагал, что оснований для удовлетворения требований ФИО2, ФИО5 не имеется.

Ответчик, истец по встречному иску, ФИО2 в судебном заседании настаивала на удовлетворении встречных требований по основаниям и доводам, изложенным в иске. В удовлетворении требований ФИО4 просила отказать.

Представитель ФИО2 ФИО3 в судебном заседании первоначальные исковые требования полагал оставить без удовлетворения, на удовлетворении исковых требований ФИО2 настаивал. Полагал, что сделка было совершена под влиянием обмана, поскольку ФИО4 пояснил ФИО2, что спорный договор является договором обеспечения денежного обязательства ТСА 

Ответчик, истец по встреченному иску, ФИО5 в судебное заседание не явилась, извещена (л.д. 199). В ранее состоявшемся судебном заседании пояснила, что проживает по адресу: 

<

адрес обезличен>, в квартире по адресу: 

<

адрес обезличен>, она зарегистрирована. 

Представитель третьего лица по встречному иску Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Челябинской области в судебное заседание не явился, извещен (л.д. 198). Представлено мнение на исковое заявление ФИО2, ФИО5, в котором обращено внимание суда на то, что если в резолютивной части судебного акта будет разрешен вопрос о признании договора купли-продажи от 21 октября 2016 года недействительным, применении последствий его недействительности в виде возврата всего полученного по сделке, погашения регистрационной записи о праве собственности 

<

номер обезличен>, восстановлении соответствующей регистрационной записи о праве собственности 

<

номер обезличен>, 

<

номер обезличен>, и это будет следовать из резолютивной части судебного акта, то такое решение уда будет являться основанием для внесения изменений в Единый государственный реестр недвижимости. При вынесении решения полагались на усмотрение суда (л.д. 128-129). 

Суд счел возможным рассмотреть дело в отсутствие не явившихся лиц.

Суд, заслушав стороны, пояснения свидетелей, заключение прокурора Скляр Г.А., полагавшей, что исковые требования ФИО4 подлежат удовлетворению, встречные исковые требования ФИО2, ФИО5 удовлетворению не подлежат, исследовав письменные материалы, находит заявленные требования ФИО4 обоснованными и подлежащими удовлетворению, исковые требования ФИО2, ФИО5 не подлежащими удовлетворению по следующим основаниям.

В соответствии со ст. 209 Гражданского Кодекса Российской Федерации, собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения своим имуществом.

На основании п. 1 ст. 288 Гражданского кодекса Российской Федерации, собственник осуществляет права владения, пользования и распоряжения принадлежащим ему жилым помещением в соответствии с его назначением.

Согласно ч. 1 ст. 30 Жилищного кодекса Российской Федерации, собственник жилого помещения осуществляет права владения, пользования и распоряжения принадлежащим ему на праве собственности жилым помещением в соответствии с его назначением и пределами его использования, которые установлены настоящим кодексом.

Статьей 304 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что собственник может требовать устранения всяких нарушений его права, хотя бы эти нарушения и не были соединены с лишением владения.

В соответствии со ст. 153 Гражданского кодекса Российской Федерации, сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей.

Для заключения договора необходимо выражение согласованной воли двух сторон (двусторонняя сделка) либо трех или более сторон (многосторонняя сделка) (ч. 3 ст. 154 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Статьей 160 Гражданского кодекса российской Федерации регламентировано, что сделка в письменной форме должна быть совершена путем составления документа, выражающего ее содержание и подписанного лицом или лицами, совершающими сделку, или должным образом уполномоченными ими лицами.

Нотариальное удостоверение сделки означает проверку законности сделки, в том числе наличия у каждой из сторон права на ее совершение, и осуществляется нотариусом или должностным лицом, имеющим право совершать такое нотариальное действие, в порядке, установленном законом о нотариате и нотариальной деятельности (ч. 1 ст. 163 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно ч. 1, ч. 2 ст. 166 Гражданского кодекса Российской Федерации, сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка). Требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено стороной сделки или иным лицом, указанным в законе. Оспоримая сделка может быть признана недействительной, если она нарушает права или охраняемые законом интересы лица, оспаривающего сделку, в том числе повлекла неблагоприятные для него последствия.

На основании ст. 170 Гражданского кодекса Российской Федерации, 1. мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна. Притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, ничтожна. К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа и содержания сделки применяются относящиеся к ней правила.

В судебном заседании установлено и не оспаривалось сторонами, что ФИО2 являлась собственником ? долей в праве собственности на квартиру, расположенную по адресу: 

<

адрес обезличен>, ФИО5 – собственником ? доли в праве собственности на указанное жилое помещение (л.д. 77, 78).

21 октября 2016 года между ФИО2, действующей за себя и по доверенности от имени ФИО5, и ФИО4 заключен нотариально удостоверенный договор купли-продажи квартиры, расположенной по адресу: 

<

адрес обезличен> (л.д. 6-7, 192-193).

Из условий указанного договора усматривается, что спорная квартира оценена и продана сторонами за 1500000 рублей, расчет будет произведен полностью при подписании настоящего договора купли-продажи в помещении нотариальной конторы, до сдачи документов на государственную регистрацию и получения документов. При этом подтверждением оплаты денежных средств будет являться предоставление расписки продавца о получении соответствующей суммы. 

При подписании договора покупатель был поставлен в известность, что в квартире по адресу: 

<

адрес обезличен>, зарегистрирована ФИО2, ФИО5

В материалы дела представлено копия указанного договора, на обороте которого имеется расписка ФИО2 о получении денежных средств в сумме 1500000 рублей и отсутствии претензий (л.д. 193 оборот). 

25 октября 2016 года было зарегистрировано право собственности ФИО4 на спорное жилое помещение (л.д. 6).

Согласно представленным ФИО2 платежным документам, до настоящего времени оплату коммунальных услуг и содержания спорного жилого помещения производит ФИО2 (л.д. 131-153).

Из акта от 10 августа 2017 года усматривается, что в квартире по адресу: 

<

адрес обезличен>, в настоящее время проживает ФИО2, ФИО5 ФИО4 в указанной квартире не проживает (л.д. 84).

Также по делу установлено, что 24 июля 2017 года следователем отдела по расследованию преступления на территории, обслуживаемой ОП «Ленинский» СУ УМВД России по г. Магнитогорску вынесено постановление о возбуждении уголовного дела по признакам преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 159 УК РФ, по факту хищения обманным путем денежных средств, принадлежащих, в том числе, ФИО9 (л.д. 201).

Согласно объяснению ФИО2, в апреле 2016 года ТСА попросила ее передать право собственности на квартиру, расположенную по адресу: 

<

адрес обезличен>, неизвестному ей ФИО4 также с целью выкупа спортивного инвентаря. Поскольку с ТСА у нее были дружеские отношения, она согласилась. В настоящее время права собственности на квартиру по адресу: 

<

адрес обезличен>, ей не передано (л.д. 202). 

Допрошенная в ходе рассмотрения дела свидетель ЗНВ пояснила, что со слов ФИО2 ей известно, что последняя намерения продавать квартиру не имела, пояснила ей, ЗНВ, что отдала квартиру в залог под обеспечение обязательств ТСА Денежные средства ФИО2 не передавались. Выезжать из спорного жилого помещения ФИО2 не собиралась. О том, что ФИО2 подписала договор купли-продажи квартиры, последняя ей не говорила. 

Свидетели ФАМ, ФНН в судебном заседании пояснили, что им известно о том, что ФИО4 завладел квартирой, принадлежащей ФИО2 За свою квартиру ФИО2 получила от ФИО4 денежные средства. Также ФИО4 стал собственником и принадлежащего им жилого помещения. 

При этом показания указанных свидетелей противоречат фактически установленным обстоятельствам и имеющимся материалам дела, в связи с чем суд не может принять данные пояснения свидетелей в качестве допустимых доказательств по делу.

Принимая во внимание выше изложенное, суд приходит к выводу об отсутствии доказательств того, что, заключая 21 октября 2016 года договор купли-продажи спорного жилого помещения, его стороны – ФИО10, действующая за себя и за ФИО5, и ФИО4, не имели намерения создать соответствующие ему правовые последствия, поскольку стороны заключили сделку в письменной форме, соответствующей требованиям ст.ст. 572, 574 Гражданского кодекса Российской Федерации, предъявляемым к форме и содержанию договора, договор подписан сторонами, что подтверждает достижение между ними соглашения по всем существенным условиям сделки в предусмотренной законом письменной форме, условия договора были фактически исполнены, состоялся переход права собственности на объект недвижимости к покупателю в установленном законом порядке, цена договора, определенная сторонами, уплачена продавцу.

При этом, доводы ФИО2 о том, что, подписывая договор купли-продажи, действуя также от имени ФИО5, она не имела намерения продать спорное жилое помещение, поскольку фактически указанный являлся договором залога в обеспечение обязательства ТСА перед НАГ, являются несостоятельными.

Суд отмечает, что ранее, 06 июня 2016 года, между РАО, ВИП (займодавец) и ФИО2, ФИО5 (заемщик) был заключен договор займа, согласно которому займодавец передает заемщику в собственность 550000 рублей на срок не более четырех месяцев под 10 % годовых с выплатой процентов в соответствии с условиями договора (л.д. 46). 

В обеспечение указанного договора займа между сторонами 06 июня 2016 года был также заключен договор об ипотеке, по условиям которого ФИО2 и ФИО5 передали займодавцам в залог ? долю в праве общедолевой собственности на двухкомнатную квартиру по адресу: 

<

адрес обезличен>, оцененную сторонами в 550000 рублей (л.д. 43-44).

Таким образом, суд приходит к выводу о том, что ФИО10, будучи полностью дееспособной, не могла не понимать разницу между существенными условиями и правовыми последствиями сделок купли-продажи и займа.

Доводы ФИО2 о том, что она была введена в заблуждение относительно спорного договора, являются несостоятельными, поскольку ничем по делу не подтверждены. 

Не отрицая факт подписания договора купли-продажи от 21 октября 2016 года, ФИО2 поясняла, что денежные средства по договору ей переданы не были, деньги были получены ТСА

Между тем, доказательства, подтверждающие указанные обстоятельства, материалы дела не содержат. Напротив, копия спорного договора, истребованного у нотариуса КНВ, содержит расписку ФИО2 в получении денежных средств в сумме 1500000 рублей 21 октября 2016 года и отсутствие претензий.

Факт выполнения указанной расписки ФИО2 не оспаривается.

Допрошенная в судебном заседании свидетель ЗЕВ пояснила, что в октябре 2016 года являлась исполняющей обязанности нотариуса и удостоверяла договор купли продажи, заключаемый между ФИО2 и ФИО11 Утверждала, что денежные средства были переданы продавцом покупателю в нотариальной конторе, указанный факт был ею зафиксирован в тексте договора. Кроме того, на экземпляре договора нотариуса после передачи денежных средств составляется расписка. 

Представитель ФИО4 ФИО1 утверждал, что денежные средства по спорному договору были переданы ФИО2 до его подписания сторонами в нотариальной конторе. 

Между тем, указанные противоречия в пояснениях стороны истца, ответчика по встречному иску, и свидетеля ЗЕВ о времени передачи денежных средств не опровергает сам факт передачи оплаты по спорному договору купли-продажи и не является юридически значимым обстоятельством для рассмотрения настоящего дела.

Также суд полагает, что факт осмотра ФИО4 спорного жилого помещения перед подписанием договора купли-продажи ничем по делу не подтвержден, равно как и не опровергнут.

Обстоятельство того, что ФИО4 обратился в суд с исковыми требования о выселении ФИО2, ФИО5 из спорного жилого помещения через длительный промежуток времени после его приобретения не является юридически значимым для разрешения настоящего спора, поскольку это является правом истца.

С учетом изложенного, суд не усматривает оснований для удовлетворения исковых требований ФИО2, ФИО5

Согласно ст. 35 Жилищного кодекса Российской Федерации, в случае прекращения у гражданина права пользования жилым помещением по основаниям, предусмотренным настоящим Кодексом, другими федеральными законами, договором, или на основании решения суда данный гражданин обязан освободить соответствующее жилое помещение (прекратить пользоваться им). Если данный гражданин в срок, установленный собственником соответствующего жилого помещения, не освобождает указанное жилое помещение, он подлежит выселению по требованию собственника на основании решения суда.

Как установлено по делу, в квартире по адресу: 

<

адрес обезличен>, зарегистрированы ФИО2 и ФИО5 

Соглашение, предоставляющее ФИО8 право пользования спорным жилым помещением и определяющее его порядок, в материалах настоящего гражданского дела отсутствует. 

Принимая во внимание, что А-вы членами семьи ФИО4 не являются, право собственности на спорное жилое помещение принадлежит истцу по первоначальному иску, соглашение с собственником жилого помещения о пользовании этим помещением не заключено, исковые требования ФИО4 о выселении ФИО2 и ФИО5 подлежат удовлетворению, поскольку их регистрация препятствует истцу, ответчику по встречному иску, в реализации права собственности на указанное жилое помещение.

То обстоятельство, что ФИО2 после заключения спорной сделки продолжала нести расходы по содержанию жилого помещения, не может служить основанием для отказа в удовлетворении исковых требований ФИО4 в указанной части.

Проживание А-вых в спорном жилом помещении при отсутствии согласия собственника данного помещения в силу положений ст.ст. 209, 304 Гражданского кодекса Российской Федерации, ст. 30 Жилищного кодекса Российской Федерации является нарушением прав собственника.

В соответствии со ст. 7 Закона Российской Федерации от 25.06.1993 № 5242-1 «О праве граждан Российской Федерации на свободу передвижения, выбор места пребывания и жительства в пределах Российской Федерации», п.п. «е» п. 31 Правил регистрации и снятия граждан Российской Федерации с регистрационного учета по месту жительства в пределах Российской Федерации и Перечня должностных лиц, ответственных за регистрацию, утвержденных Постановлением Правительства Российской Федерации от 17 июля 1995 года № 713, снятие гражданина Российской Федерации с регистрационного учета по месту жительства производится органом регистрационного учета в случае выселения из занимаемого жилого помещения или признание утратившим право пользования жилым помещением – на основании вступившего в законную силу решения суда.

С учетом изложенного, исковое заявление ФИО4 о выселении ФИО2, ФИО5 из квартиры, расположенной по адресу: 

<

адрес обезличен>, без предоставления другого жилого помещения подлежит удовлетворению.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194-198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд,

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО4 к ФИО2, ФИО5 о выселении без предоставления другого жилого помещения удовлетворить.

В удовлетворении встречных исковых требований ФИО2, ФИО5 к ФИО4 о признании сделки недействительной, применении последствий недействительности сделки, прекращении права собственности, восстановлении права собственности отказать.

Выселить ФИО2, ФИО5 из квартиры, расположенной по адресу: 

<

адрес обезличен>, без предоставления другого жилого помещения. 

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Челябинский областной суд в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме с подачей жалобы через Орджоникидзевский районный суд г. Магнитогорска Челябинской области.

Председательствующий: