Гр. дело № 2-32/2020 Мотивированное 

решение

 изготовлено 30 января 2020 года

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

23 января 2020 года г. Кировск

Кировский городской суд Мурманской области в составе

председательствующего судьи Кулыгиной С.Н.

при секретаре Данилец В.В.,

с участием: истца ФИО1, 

представителя истца ФИО1: ФИО2, 

представителя ответчика: ФИО3, действующего на основании доверенности от 01.01.2020 года, 

помощника прокурора г. Кировска: Семёновой Т.М., 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к Акционерному обществу «Северо-Западная Фосфорная Компания» о взыскании денежной компенсации морального вреда, причиненного профессиональным заболеванием,

У С Т А Н О В И Л:

Истец ФИО1 обратился в суд с иском к Акционерному обществу «Северо-Западная Фосфорная Компания» (далее – АО «СЗФК») о взыскании денежной компенсации морального вреда, причиненного профессиональным заболеванием. В обоснование заявленных требований указал, что состоял с ответчиком в трудовых отношениях с ... до ... года, работал в должности ..., уволен ... года на основании пункта 8 части 1 статьи 77 Трудового кодекса Российской Федерации. В результате длительного воздействия вредных производственных факторов у него развились профессиональные заболевания с диагнозами: ..., в связи с чем, ему установлено ...% утраты профессиональной трудоспособности. Полученные профессиональные заболевания причиняют ему физические и нравственные страдания, он испытывает боли, вынужден регулярно обращаться за медицинской помощью и проходить лечение, несет дополнительные расходы на приобретение лекарств, не может в полной мере вести привычный образ жизни, а также реализовывать свое право на труд. С учетом уточненных требований, просил взыскать с ответчика компенсацию морального вреда, причиненного профессиональным заболеванием, в размере, подлежащем определению в соответствии с положениями Отраслевого тарифного соглашения по организациям химической, нефтехимической, биотехнологической и химико-фармацевтической промышленности Российской Федерации на 2019-2021 годы (далее – ОТС) и статьи 151 Гражданского кодекса Российской Федерации в размере 440394 рубля 41 копейки и судебные расходы по оплате юридических услуг в сумме 15000 рублей.

Истец ФИО1 в судебном заседании поддержал уточненные требования в соответствии с представленным расчетом на сумму 534066 рублей 54 копейки. Дополнительно пояснил, что полученные профессиональные заболевания препятствуют ему вести нормальный образ жизни, он постоянно испытывает болевые ощущения. Все эти факторы отражаются на его физическом и моральном состоянии, причиняют нравственные и физические страдания.

Представитель истца в судебном заседании поддержал указанные доводы истца с учетом уточненных сумм. Полагает, что положения ОТС на 2019-2021 годы распространяются на истца. поскольку он после установления ему диагноза профессионального заболевания продолжил работать во вредных условиях и уволился в 2019 году в период действия ОТС.

Представитель ответчика в судебном заседании иск признал частично, пояснив, что требования истца о взыскании компенсации морального вреда в заявленном размере являются необоснованно завышенными, тогда как при применении положений ОТС при расчете суммы компенсации истцу следовало учесть установленную ему степень утраты трудоспособности в размере 30%. Требование о взыскании судебных расходов полагает необоснованным и не подлежащим удовлетворению, поскольку в ответе на претензию истца о выплате ему компенсации морального вреда ответчик не оспаривал наличие правовых оснований для удовлетворения заявленных требований и предлагал истцу разрешить спор в досудебном порядке, однако истцом был выбран именно судебный порядок разрешения заявленных требований. Также полагает необоснованно завышенными и не подлежащими удовлетворению требования о взыскании расходов, связанных с оплатой услуг представителя, при отсутствии в рассматриваемом случае спора о праве истца на получение компенсации морального вреда в связи с установленными профессиональными заболеваниями. Полагает требование о взыскании денежной компенсации морального вреда подлежащим удовлетворению в размере, не превышающем 160219 рублей 96 копеек, в удовлетворении требования о взыскании судебных расходов просит отказать.

Выслушав пояснения истца и его представителя, представителя ответчика, заключение прокурора г. Кировска, полагавшего исковые требования обоснованными и подлежащими удовлетворению, а размер компенсации морального вреда подлежащим определению судом по общим нормам гражданского законодательства, исследовав материалы дела, суд считает уточненные исковые требования подлежащими частичному удовлетворению по следующим основаниям.

В соответствии с Конституцией Российской Федерации в Российской Федерации охраняются труд и здоровье людей (часть 2 статьи 7), каждый имеет право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены (часть 2 статьи 37), каждый имеет право на охрану здоровья (часть 2 статьи 41), каждому гарантируется право на судебную защиту (часть 1 статьи 46).

Из приведенных положений Конституции Российской Федерации в их взаимосвязи следует, что каждый имеет право на справедливое и соразмерное возмещение вреда, в том числе и морального, причиненного повреждением здоровья вследствие необеспечения работодателем безопасных условий труда, а также имеет право требовать такого возмещения в судебном порядке.

Регулирование трудовых отношений и иных непосредственно связанных с ними отношений в соответствии с Конституцией Российской Федерации, федеральными конституционными законами осуществляется трудовым законодательством (включая законодательство об охране труда), состоящим из Трудового кодекса, иных федеральных законов и законов субъектов Российской Федерации, содержащих нормы трудового права (абзацы первый и второй части 1 статьи 5 Трудового кодекса Российской Федерации).

Трудовые отношения и иные непосредственно связанные с ними отношения регулируются также коллективными договорами, соглашениями и локальными нормативными актами, содержащими нормы трудового права (часть 2 статьи 5 Трудового кодекса Российской Федерации).

Трудовым кодексом Российской Федерации установлено право работника на возмещение вреда, причиненного ему в связи с исполнением трудовых обязанностей, и компенсацию морального вреда в порядке, установленном Трудовым кодексом, иными федеральными законами (абзац четырнадцатый части 1 статьи 21 Трудового кодекса Российской Федерации).

Работодатель обязан соблюдать трудовое законодательство и иные нормативные правовые акты, содержащие нормы трудового права, локальные нормативные акты, условия коллективного договора, соглашений и трудовых договоров; обеспечивать безопасность и условия труда, соответствующие государственным нормативным требованиям охраны труда; осуществлять обязательное социальное страхование работников в порядке, установленном федеральными законами; возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены Трудовым кодексом Российской Федерации, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации (часть 2 статьи 22 Трудового кодекса Российской Федерации).

В силу статьи 212 Трудового кодекса Российской Федерации обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагаются на работодателя. Работодатель обязан обеспечить: безопасность работников при эксплуатации зданий, сооружений, оборудования, осуществлении технологических процессов, а также применяемых в производстве инструментов, сырья и материалов; соответствующие требованиям охраны труда условия труда на каждом рабочем месте; организацию контроля за состоянием условий труда на рабочих местах, а также за правильностью применения работниками средств индивидуальной и коллективной защиты; информирование работников об условиях и охране труда на рабочих местах, о риске повреждения здоровья, предоставляемых им гарантиях, полагающихся им компенсациях и средствах индивидуальной защиты.

Обязательное социальное страхование от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний предусматривает, в том числе, возмещение вреда, причиненного жизни и здоровью работника при исполнении им обязанностей по трудовому договору. Данные отношения регулируются Федеральным законом от 24 июля 1998 года № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний». 

В соответствии со статьей 3 данного Федерального закона профессиональное заболевание – хроническое или острое заболевание застрахованного, являющееся результатом воздействия на него вредного (вредных) производственного (производственных) фактора (факторов) и повлекшее временную или стойкую утрату им профессиональной трудоспособности и (или) его смерть.

Согласно пункту 3 статьи 8 Федерального закона от 24 июля 1998 года № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» возмещение застрахованному морального вреда, причиненного в связи с несчастным случаем на производстве, и профессиональным заболеванием, осуществляется причинителем вреда.

В соответствии с пунктом 30 Положения о расследовании и учете профессиональных заболеваний, установленного Постановлением Правительства Российской Федерации № 967 от 15 декабря 2000 года, акт о случае профзаболевания является документом, устанавливающим профессиональный характер заболевания, возникшего у работника на данном производстве. В акте о случае профессионального заболевания подробно излагаются обстоятельства и причины профессионального заболевания, а также указываются лица, допустившие нарушения государственных санитарно-эпидемиологических правил, иных нормативных актов. В случае установления факта грубой неосторожности застрахованного, содействовавшей возникновению или увеличению вреда, причиненного его здоровью, указывается установленная комиссией степень его вины (в процентах) (пункт 32 Положения). 

Согласно пункту 14 данного Положения заключительный диагноз хронического профессионального заболевания устанавливает Центр профессиональной патологии на основании клинических данных состояния здоровья работника и представленных документов (в том числе возникшее спустя длительный срок после прекращения работы в контакте с вредными веществами или производственными факторами).

На основании статьи 237 Трудового кодекса Российской Федерации моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора.

В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Ввиду отсутствия в Трудовом кодексе Российской Федерации норм, регламентирующих иные основания возмещения работнику морального вреда, помимо неправомерных действий или бездействия работодателя, к отношениям по возмещению работнику морального вреда применяются нормы Гражданского кодекса Российской Федерации, регулирующие обязательства вследствие причинения вреда.

Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред (статья 151 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Статья 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации предусматривает, что размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда.

В пункте 63 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 года № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» разъяснено, что размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости.

Как установлено в судебном заседании и следует из материалов дела, ФИО1 с ... года по ... года состоял в трудовых отношениях с АО «СЗФК» (прежнее наименование – ЗАО «СЗФК»), работал в должности ....

... года ФИО1 был уволен в связи с отсутствием у работодателя соответствующей работы, необходимой работнику в соответствии с медицинским заключением (пункт 8 части 1 статьи 77 Трудового кодекса Российской Федерации) (л.д. 36-37).

Стаж работы ФИО1 в условиях воздействия вредных веществ и неблагоприятных производственных факторов составил 7 лет 11 месяцев.

Из санитарно-гигиенической характеристики условий труда №... от ... года следует, что условия труда ФИО1 в профессии ... АО «СЗФК» не соответствуют СанПиН 2.2.4.3359-16 (по общей вибрации); СанПиН 2.2.2776-10 (по тяжести трудового процесса). Общие условия труда водителя автомобиля характеризуются воздействием вредных производственных факторов: шум, вибрация, химические вещества, тяжесть трудового процесса.

По результатам обследования в клинике профзаболеваний НИЛ ФБУН «СЗНЦ гигиены и общественного здоровья» в 2018 году у ФИО1 впервые выявлены профессиональные заболевания, которые обусловлены длительным воздействием вредного производственного фактора (тяжесть трудового процесса), установлен основной диагноз: ..., профэтиологии. ..., профэтиологии, с сопутствующими диагнозами. По профзаболеваниям противопоказана работа в контакте с вибрацией, в неудобной рабочей позе, с наклонами и поворотами головы и корпуса, при пониженной температуре воздуха. Рекомендовано ...; ежегодное обследование в клинике профзаболеваний (решение ВК №... от ... года) (л.д. 9).

По результатам обследования в клинике профзаболеваний НИЛ ФБУН «СЗНЦ гигиены и общественного здоровья» в 2019 году установленные ФИО1 профзаболевания подтвердились, динамики в течении профзаболеваний нет. Даны аналогичные рекомендации по прохождению истцом лечения, обследований в связи с имеющимися у него профессиональными заболеваниями. 

Согласно актам о случае профессионального заболевания №... от ... года, профессиональные заболевания у истца возникли в результате длительной работы (в течение 7 лет 11 мес.) во вредных производственных условиях АО «СЗФК» в профессии ... (... год, стаж 7 лет 11 мес.), когда ФИО1 из-за несовершенства, с гигиенической точки зрения, технологического процесса и оборудования подвергался сочетанному воздействию вредных производственных факторов, в том числе, тяжести трудового процесса. Стаж работы истца в условиях воздействия вредных веществ и неблагоприятных производственных факторов составил 7 лет 11 мес. Ранее профессиональные заболевания не устанавливались, вины работника в возникновении профзаболеваний не усматривается.

Согласно справки серии МСЭ-2008 №... от ... года, выданной ФКУ «Главное Бюро медико-социальной экспертизы по Мурманской области» Бюро медико - социальной экспертизы № 4 смешанного профиля, на основании акта о профессиональном заболевании №... от ... года ФИО1 установлена степень утраты профессиональной трудоспособности ...% с 01 марта 2019 года до 01 марта 2020 года. Дата очередного освидетельствования 01 марта 2020 года (л.д. 12).

Учитывая вышеизложенное, суд приходит к выводу, что полученные истцом профессиональные заболевания находятся в причинно-следственной связи с выполнением работы и условиями труда (длительного воздействия на его организм вредных неблагоприятных производственных факторов), в которых истец работал у ответчика.

Необходимость прохождения истцом лечения, обследований в связи с имеющимися у него профессиональными заболеваниями, получение такого лечения и обследований подтверждается данными исследованной в судебном заседании карты обследования ФИО1, представленной НИЛ ФБУН «Северо-Западный научный центр гигиены и общественного здоровья» №..., согласно которой истцу рекомендовано ...; ежегодное обследование в клинике профзаболеваний.

Таким образом, поскольку профзаболевание развивается по причине длительного воздействия вредных факторов, оно может проявиться в любое время, в том числе и после окончания работы на предприятии, в котором имело место воздействие таких факторов, по мнению суда, вина ответчика в причинении истцу профессионального заболевания в период его работы у вышеуказанного работодателя является доказанной, и на ответчике лежит безусловная обязанность произвести работнику выплату в счет денежной компенсации морального вреда.

Потерпевший в связи с причинением вреда здоровью во всех случаях испытывает нравственные и физические страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается.

Факт предоставления работнику на период его трудовой деятельности в АО «СЗФК» особых условий труда, таких как дополнительная оплата труда, дополнительный оплачиваемый отпуск, обеспечение средствами индивидуальной защиты и т. п., не является доказательством отсутствия вины ответчика в причинении вреда здоровью, а свидетельствует лишь о предоставлении работникам Общества специальных гарантий, обязательных, в силу действующего трудового законодательства, для предоставления лицам, работающим во вредных производственных условиях.

При этом суд считает необходимым учесть, что повреждение здоровья истца не связано с умышленными противоправными действиями ответчика, который, в силу объективных причин, не имел возможности полностью устранить наличие вредных факторов на рабочих местах. Напротив, истец добровольно в течение длительного времени (7 лет 11 месяцев) осуществлял трудовую деятельность в тяжелых условиях труда, наличие которых компенсировалось обеспечением определенного режима труда и отдыха, предоставлением соответствующих гарантий и льгот, выдачей средств индивидуальной защиты (СИЗ), спецодежды и спецобуви в соответствии с нормами, что следует из актов о случае профессионального заболевания, санитарно-гигиенической характеристики условий труда работника №... от ... года.

Вместе с тем, добровольное осуществление истцом трудовой деятельности во вредных условиях, получение им за свою работу определенных гарантий, льгот и компенсаций не влияют на право работника на получение возмещения морального вреда, причиненного в результате повреждения здоровья.

Согласно части 1 статьи 237 Трудового кодекса Российской Федерации моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора.

18 октября 2019 года ФИО1 обратился в АО «СЗФК» с письменным заявлением о выплате ему компенсации морального вреда в связи с установленными профессиональными заболеваниями, в размере 750000 рублей (л.д. 40).

В ответ на данное заявление ФИО1 письмом технического директора АО «СЗФК» от 21 ноября 2019 года истцу предложено явиться в АО «СЗФК» для обсуждения условий компенсации морального вреда, размера, а также порядка выплаты компенсации (л.д. 116).

Из пояснений истца и его представителя следует, что к работодателю для согласования сумм выплаты компенсации морального вреда ФИО1 не явился, обратившись в суд с настоящим заявлением. 

Обратившись в суд с настоящим иском, ФИО1 в обоснование своих требований ссылался на положения пункта 6.1.4 Отраслевого тарифного соглашения по организациям химической, нефтехимической, биотехнологической и химико-фармацевтической промышленности Российской Федерации на 2016 - 2018 годы, предусматривающие гарантированные минимальные суммы выплат потерпевшему работнику в возмещение вреда в связи с профессиональным заболеванием в размере 30% от заработка работника за два года, которые, по мнению истца, ответчик не исполнил.

Компенсация морального вреда, причиненного истцу, в связи с профессиональными заболеваниями, полученными работником при исполнении трудовых обязанностей, подлежит возмещению в соответствии с требованиями трудового законодательства, коллективных договоров либо соглашений и локальных нормативных актов, содержащих нормы трудового права, к числу которых относится «Отраслевое тарифное соглашение по организациям химической, нефтехимической, биотехнологической и химико-фармацевтической промышленности Российской Федерации на 2016-2018 годы», утвержденное 20 августа 2015 года Российским профессиональным союзом работников химических отраслей промышленности, Общероссийским отраслевым объединением работодателей «Российский союз химиков» в соответствии с Трудовым кодексом Российской Федерации, Федеральными законами «О профессиональных союзах, их правах и гарантиях деятельности» от 12.01.1996 № 10-ФЗ, «Об объединениях работодателей» от 27.11.2002 № 156-ФЗ, и направлено на обеспечение стабильной эффективной деятельности организаций химической, нефтехимической, биотехнологической и химико-фармацевтической промышленности, защиту социальных, экономических прав и законных интересов работников, поддержание достойного уровня их жизни, регулирование социально-трудовых отношений между работодателями и работниками. 

Отраслевое (межотраслевое) соглашение устанавливает общие условия оплаты труда, гарантии, компенсации и льготы работникам отрасли (отраслей). Отраслевое (межотраслевое) соглашение может заключаться на федеральном, межрегиональном, региональном, территориальном уровнях социального партнерства (часть 8 статьи 45 Трудового кодекса Российской Федерации). 

В части 2 статьи 46 Трудового кодекса Российской Федерации приведены взаимные обязательства сторон, которые могут быть включены в соглашение, в числе которых вопросы гарантий, компенсаций и льгот работникам. 

В соответствии с частями 1 и 2 статьи 48 Трудового кодекса Российской Федерации соглашение вступает в силу со дня его подписания сторонами либо со дня, установленного соглашением. Срок действия соглашения определяется сторонами, но не может превышать трех лет. Стороны имеют право один раз продлить действие соглашения на срок не более трех лет.

Соглашение действует в отношении: всех работодателей, являющихся членами объединения работодателей, заключившего соглашение. Прекращение членства в объединении работодателей не освобождает работодателя от выполнения соглашения, заключенного в период его членства. Работодатель, вступивший в объединение работодателей в период действия соглашения, обязан выполнять обязательства, предусмотренные этим соглашением; работодателей, не являющихся членами объединения работодателей, заключившего соглашение, которые уполномочили указанное объединение от их имени участвовать в коллективных переговорах и заключить соглашение либо присоединились к соглашению после его заключения; органов государственной власти и органов местного самоуправления в пределах взятых ими на себя обязательств (часть 3 статьи 48 Трудового кодекса Российской Федерации).

По предложению сторон заключенного на федеральном уровне отраслевого соглашения руководитель федерального органа исполнительной власти, осуществляющего функции по выработке государственной политики и нормативно-правовому регулированию в сфере труда, имеет право после опубликования соглашения предложить работодателям, не участвовавшим в заключении данного соглашения, присоединиться к этому соглашению. Указанное предложение подлежит официальному опубликованию и должно содержать сведения о регистрации соглашения и об источнике его опубликования (часть 8 статьи 48 Трудового кодекса Российской Федерации).

Из положений Отраслевого тарифного соглашения по организациям химической, нефтехимической, биотехнологической и химико-фармацевтической промышленности Российской Федерации на 2016-2018 годы следует, что оно распространяется на работодателей химического комплекса Российской Федерации и работодателей, не являющихся членами Общероссийского отраслевого объединения работодателей «Российский Союз предприятий и организаций химического комплекса», заключивших данное соглашение. Названные работодатели осуществляют возмещение вреда (компенсацию в денежной форме потерпевшему работнику или его семье морального вреда, нравственных и физических страданий) работникам в связи с их трудовыми увечьями или профессиональными заболеваниями, связанными с исполнением ими трудовых обязанностей. Порядок выплаты работникам организаций, на которых распространяется действие Отраслевого тарифного соглашения, с целью возмещения вреда и его размер определены названным выше Отраслевым тарифным соглашением, в его пунктах 6.1.2 и 6.1.4, где установлены гарантированные минимальные суммы выплат потерпевшему работнику, которые выплачиваются работодателем при наступлении конкретных обстоятельств, перечисленных в этих пунктах. 

Таким образом, в случае присоединения организации к Отраслевому тарифному соглашению и наступления необходимых условий, предусмотренных пунктом 6.1.2 Отраслевого тарифного соглашения (установление инвалидности, профессионального заболевания, смерть работника), работодатель выплачивает работнику гарантированные минимальные суммы в возмещение вреда здоровью, определенные в пункте 6.1.4 Отраслевого тарифного соглашения.

В судебном заседании представитель ответчика оспаривал факт присоединения АО «СЗФК» к указанному Отраслевому тарифному соглашению, ссылаясь на документально подтвержденный письменный отказ от присоединения к ОТС в соответствии со статьей 48 Трудового кодекса Российской Федерации.

Проанализировав положения Отраслевого тарифного соглашения по организациям химической, нефтехимической, биотехнологической и химико-фармацевтической промышленности Российской Федерации на 2016-2018 годы и представленные ответчиком в обоснование представленных возражений документы, суд приходит к выводу о том, что в рассматриваемом случае нормы указанного Отраслевого тарифного соглашения не подлежат применению при разрешении спора, поскольку письмом от 19 ноября 2015 года № 1288, направленным на имя Министра труда и социальной защиты Российской Федерации ФИО4, АО «СЗФК» уведомило о своем отказе присоединиться к Отраслевому тарифному соглашению по организациям химической, нефтехимической, биотехнологической и химико-фармацевтической промышленности Российской Федерации на 2016-2018 годы.

Рассматривая уточненные требования истца о взыскании с ответчика АО «СЗФК» денежной компенсации в счет возмещения вреда, причиненного профессиональным заболеванием, в соответствии с нормами Отраслевого тарифного соглашения по организациям химической, нефтехимической, биотехнологической и химико-фармацевтической промышленности Российской Федерации на 2019 – 2021 годы (далее – Отраслевое тарифное соглашение) в размере 534066 рублей 54 копейки, суд исходит из следующего. 

Отраслевое тарифное соглашение по организациям химической, нефтехимической, биотехнологической и химико-фармацевтической промышленности Российской Федерации на 2019 – 2021 годы в силу статей 22, 45, 48 Трудового кодекса Российской Федерации является обязательным правовым актом для применения организациями химической, нефтехимической, биотехнологической и химико-фармацевтической промышленности Российской Федерации, к числу которых относится АО «СЗФК». 

На основании пунктов 6.1 и 6.1.1 Отраслевого тарифного соглашения работодатели в соответствии с действующим законодательством и коллективными договорами или локальными нормативно-правовыми актами, а также трудовыми договорами предоставляют работникам льготы и компенсации, в числе которых гарантии и компенсации за утрату профессиональной трудоспособности при исполнении работником трудовых обязанностей и в случае его смерти. 

В силу пункта 6.1.2 Отраслевого тарифного соглашения работодатели осуществляют возмещение вреда (сверх размеров, предусмотренных законодательством Российской Федерации) работникам, в том числе, в связи с профессиональными заболеваниями, связанными с исполнением ими трудовых обязанностей, связь с производственной деятельностью которых подтверждена материалами Актов специального расследования. Под возмещением вреда понимаются компенсации и выплаты в денежной форме потерпевшему работнику или его семье.

Порядок, правила, процедуры и сроки осуществления выплат с целью возмещения вреда при обстоятельствах, определенных в пункте 6.1.2 названного соглашения, устанавливаются коллективными договорами, соглашениями, локальными нормативными актами, принимаемыми с учетом мнения выборного органа первичной (объединенной) профсоюзной организации предприятий, либо дополнительными (добровольными) страховыми программами, финансируемыми работодателями (пункт 6.1.3 Отраслевого тарифного соглашения) и изложены в пункте 6.1.4 Отраслевого тарифного соглашения. 

Указанным пунктом установлены следующие гарантированные минимальные суммы выплат потерпевшему работнику при получении профессионального заболевания – 30 % от заработка работника за два года. 

Исчисление заработка работника за два года для целей расчета выплат, предусмотренных данным пунктом, определяется путем произведения среднего дневного заработка для оплаты отпусков на 730 календарных дней. 

Средний дневной заработок для оплаты отпусков определяется на дату установления профессионального заболевания и учитывает все предусмотренные системой оплаты труда виды выплат (независимо от их источника) в соответствии с законодательством РФ (постановление Правительства РФ от 24 декабря 2007 г. № 922 «Об особенностях порядка исчисления средней заработной платы»). 

Как установлено судом, принятым в АО «СЗФК» коллективным договором порядок осуществления выплат с целью возмещения вреда работнику, причиненного профессиональным заболеванием, не предусмотрен. 

При этом, доказательств, свидетельствующих о том, что АО «СЗФК» в установленном порядке отказалось от присоединения к данному соглашению, направив мотивированный письменный отказ присоединиться к нему, суду не представлено, в связи с чем, в соответствии со статьей 48 Трудового кодекса Российской Федерации, соглашение считается распространенным на указанного работодателя.

Реализация права на компенсацию морального вреда носит заявительный характер, поэтому встречная обязанность у работодателя по соответствующей выплате возникает с момента обращения работника.

Так, согласно пункту 6.1.8 Отраслевого тарифного соглашения основанием для выплаты компенсации морального вреда является, в том числе, заявление работника. 

Как указано выше, истец в октябре 2019 года обращался к ответчику АО «СЗФК» с заявлением о компенсации морального вреда в связи с причинением вреда здоровью в результате профессионального заболевания, однако стороны не достигли соглашения по размеру компенсации морального вреда, что явилось причиной обращения истца в суд. 

Вместе с тем, в соответствии с пунктом 1.3, Соглашение действует в отношении всех работников, состоящих в трудовых отношениях с работодателями, указанными в настоящем пункте. 

Проанализировав положения Отраслевого тарифного соглашения по организациям химической, нефтехимической, биотехнологической и химико-фармацевтической промышленности Российской Федерации на 2019 – 2021 годы, суд вместе с тем, приходит к выводу о том, что в данном случае нормы указанного соглашения также не могут быть применены в отношении бывшего работника, поскольку действие данного соглашения распространяется на работников организаций химической, нефтехимической, биотехнологической или химико-фармацевтической промышленности, а на день обращения к ответчику с заявлением о компенсации морального вреда в связи с профессиональными заболеваниями (18 октября 2019 года) ФИО1 уже не являлся работником АО «СЗФК» (уволен ... года). 

Принимая во внимание наличие между сторонами спора, учитывая, что в обоснование заявленного требования истец помимо приведенных выше положений Отраслевого тарифного соглашения также сослался и на нормы статьи 237 Трудового кодекса Российской Федерации, нормы гражданского законодательства, суд приходит к выводу о том, что размер денежной компенсации должен определяться в порядке указанной нормы трудового законодательства. 

При определении размера компенсации морального вреда, суд учитывает характер и объем физических и нравственных страданий, причиненных ФИО1, а именно: утрата его здоровья и трудоспособности имели место, полное восстановление здоровья истца невозможно, полученные заболевания до настоящего времени сопровождаются болевыми ощущениями, требуют постоянного лечения, наблюдения и обследования, применения курсов лекарственной терапии специализированного санаторно-курортного лечения; принятие истцом всех возможных мер для уменьшения размера ущерба своему здоровью (проведение своевременного и правильного лечения, следование рекомендациям врачей); страдания истца, связанные с ограничением обычной жизнедеятельности. Кроме того, у суда нет оснований сомневаться в том, что заболевания истца сопровождаются периодическими болевыми ощущениями, функциональными нарушениями плечевых суставов и поясничной области. Данные сведения подтверждаются материалами дела в полном объеме. 

Вместе с тем, суд считает заявленную истцом сумму морального вреда в 534066 рублей 54 копейки чрезмерно завышенной. Исходя из установленных судом обстоятельств, учитывая требования разумности и справедливости, а также то, что инвалидность истцу не установлена, утрата профессиональной трудоспособности составляет ... % и таковая установлена не бессрочно, истец не лишен права работы с учетом ограничений по состоянию здоровья, суд считает достаточной компенсацией морального вреда сумму в размере 160000 рублей 00 копеек. 

Соответственно, в остальной части требования о взыскании компенсации морального вреда в сумме 374066 рублей 54 копейки подлежат отклонению (534066,54 – 160000,00). 

В соответствии с частью 1 статьи 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу расходы.

В соответствии со статьей 88 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.

Согласно статье 94 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации к издержкам, связанным с рассмотрением дела, относятся: расходы на оплату услуг представителей, а также другие признанные судом необходимые расходы.

В силу части 1 статьи 100 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах. 

Согласно части 1 статьи 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации издержки, понесенные судом в связи с рассмотрением дела, и государственная пошлина, от уплаты которых истец был освобожден, взыскиваются с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворенной части исковых требований.

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в пункте 12 Постановления №1 от 21 января 2016 года «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» расходы на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, взыскиваются судом с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах (часть 1 статьи 100 ГПК РФ, статья 112 КАС РФ, часть 2 статьи 110 АПК РФ). 

При неполном (частичном) удовлетворении требований расходы на оплату услуг представителя присуждаются каждой из сторон в разумных пределах и распределяются в соответствии с правилом о пропорциональном распределении судебных расходов (статьи 98, 100 ГПК РФ, статьи 111, 112 КАС РФ, статья 110 АПК РФ).

Вместе с тем, как следует из разъяснений Пленума Верховного суда Российской Федерации, содержащихся в пункте 21 Постановления №1 от 21 января 2016 года «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела», положения процессуального законодательства о пропорциональном возмещении (распределении) судебных издержек, предусмотренных в числе прочих статьями 98, 102, 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, не подлежат применению при разрешении иска неимущественного характера, в том числе имеющего денежную оценку требования, направленного на защиту личных неимущественных прав. 

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в Определении от 17 июля 2007 года № 382-О-О, обязанность суда взыскивать расходы на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах является одним из предусмотренных законом правовых способов, направленных против необоснованного завышения размера оплаты услуг представителя и тем самым - на реализацию требования ст. 17 (ч. 3) Конституции Российской Федерации, согласно которой осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц. 

Именно поэтому в части 1 статьи 100 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации речь идет, по существу, об обязанности суда установить баланс между правами лиц, участвующих в деле. Однако, вынося мотивированное решение об изменении размера сумм, взыскиваемых в возмещение расходов по оплате услуг представителя, суд не вправе уменьшать его произвольно, тем более, если другая сторона не заявляет возражения и не представляет доказательства чрезмерности взыскиваемых с нее расходов.

Как следует из материалов дела, для оказания юридической помощи в рамках указанного дела ФИО1 обратился к ФИО2, с которым было заключено соглашение об оказании консультационных и юридических услуг от 29 ноября 2019 года.

По условиям данного соглашения ФИО2 принял на себя следующие обязательства, в том числе: дача консультации, изучение документов, литературы, подготовка искового заявления, расчетов по иску, заявлений претензионного характера, защита интересов в суде.

Расходы истца на оплату юридических услуг ФИО2 составили 15000 рублей, что подтверждается распиской в получении денежных средств от 29 ноября 2019 года. 

Определяя размер судебных расходов по оплате услуг представителя, подлежащих взысканию с ответчика, суд учитывает сложность подготовленного искового заявления, характер и объем проделанной представителем работы по настоящему делу, а также фактически затраченное представителем истца время участия в двух судебных заседаниях (24.12.2019 и 23.01.2020), с учетом требований разумности и справедливости, а также возражений представителя ответчика относительно заявленной суммы судебных расходов, суд считает, что с АО «СЗФК» подлежат взысканию расходы по оплате услуг представителя в размере, не превышающем 10000 рублей. 

По мнению суда, данная сумма расходов на оплату юридических услуг представителя применительно к обстоятельствам настоящего дела, его сложности, обеспечивает баланс прав и интересов сторон, соответствует критериям определения разумных пределов и принципу соразмерности и справедливости. 

В удовлетворении требований о взыскании с ответчика судебных расходов по оплате услуг представителя в сумме 5000 рублей (15000,00 – 10000,00) истцу следует отказать. 

Ссылка представителя ответчика АО «СЗФК» об отсутствии реальной необходимости обращения истца с настоящим исковым заявлением в суд, при отсутствии у АО «СЗФК» каких-либо возражений относительно обоснованности заявленных требований, не может являться основанием для отказа ФИО1 в удовлетворении требования о взыскании понесенных судебных расходов по оплате юридических услуг, поскольку как указано в абзаце 2 пункта 1 постановления Пленума Верховного суда Российской Федерации от 21 января 2016 года № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела», принципом распределения судебных расходов выступает возмещение судебных расходов лицу, которое их понесло, за счет лица, не в пользу которого принят итоговый судебный акт по делу. Из содержания указанных норм следует, что возмещение судебных издержек, в том числе расходов на оплату услуг представителя, осуществляется той стороне, в пользу которой вынесено решение суда, за счет лица, не в пользу которого принят итоговый судебный акт по делу.

Таким образом, с учетом частичного удовлетворения судом требований истца о компенсации морального вреда, а также наличия в материалах дела доказательств, подтверждающих оплату юридических услуг представителя в пределах заявленной суммы, суд приходит к выводу о том, что данные расходы подлежат возмещению АО «СЗФК», как лицом, не в пользу которого принят итоговый судебный акт, в соответствии с требованиями ст.ст. 88, 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации. 

В соответствии с пунктом 1 статьи 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, пунктом 8 части 1 статьи 333.20 части второй Налогового кодекса Российской Федерации государственная пошлина, от уплаты которой истец освобожден, взыскивается с ответчика, не освобожденного от уплаты государственной пошлины, в соответствующий бюджет пропорционально удовлетворенной части исковых требований. На основании пункта 3 части 1 статьи 333.19 Налогового кодекса Российской Федерации, сумма подлежащей взысканию с ответчика государственной пошлины в доход местного бюджета по требованию о компенсации морального вреда (неимущественного характера) составляет 300 рублей.

Руководствуясь статьями 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

Р Е Ш И Л:

Исковые требования ФИО1 к Акционерному обществу «Северо-Западная Фосфорная Компания» о взыскании денежной компенсации морального вреда, причиненного профессиональным заболеванием – удовлетворить частично.

Взыскать с Акционерного общества «Северо-Западная фосфорная компания» (ИНН: №...) в пользу ФИО1 денежную компенсацию морального вреда, причиненного профессиональным заболеванием, в сумме 160000 рублей 00 копеек, судебные расходы по оплате юридических услуг в сумме 10000 рублей, а всего взыскать – 170000 (сто семьдесят тысяч) рублей 00 копеек. 

В удовлетворении исковых требований ФИО1 к Акционерному обществу «Северо-Западная фосфорная компания» о взыскании денежной компенсации морального вреда, причиненного профессиональным заболеванием, в сумме 374066 рублей 54 копеек, расходов по оплате юридических услуг в сумме 5000 рублей – отказать.

Взыскать с Акционерного общества «Северо-Западная фосфорная компания» (ИНН: №...) государственную пошлину в доход местного бюджета в сумме 300 (триста) рублей.

Решение может быть обжаловано в Мурманский областной суд через Кировский городской суд в апелляционном порядке в течение месяца со дня принятия решения судом в окончательной форме.

Судья: С.Н. Кулыгина