Дело № 2-710/2020

УИД 28RS0023-01-2020-001042-65

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

23 ноября 2020 года г. Тында

Тындинский районный суд Амурской области

в составе председательствующего судьи Тотмяниной М.В.,

при секретаре судебного заседания Плетюховой О.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к Акционерному обществу «Российские железные дороги» о взыскании компенсации морального вреда, 

УСТАНОВИЛ:

ФИО2 обратился в суд с иском, мотивируя тем, что 26.11.1990 года по месту работы в ОРС-2 он получил травму, в результате которой у него парализовало ноги, он стал инвали

<

адрес> группы, что подтверждается актом о несчастном случае на производстве от 27.11.1990 года, справкой серии ВТЭ-259 №069779 от 04.05.1995 года.

Согласно акту о расследовании несчастного случая, лицами, допустившими нарушения государственных требований по охране труда, являются: и.о. начальника автотранспортного участка ФИО3, и.о. начальника базы ФИО4 В результате травмы по вине указанных работников он лишился здоровья и работы. Длительное время испытываю физические и нравственные страдания.

При определении размеров компенсации морального вреда просит принять во внимание степень вины нарушителя, характер полученных повреждений, потерю работы, длительность страданий.

Просит суд учесть, что полученная травма отразилась на всей его жизни, он стал инвалидом. С 1990 года постоянно испытывает физические и нравственные страдания.

Просит взыскать с ответчика в его пользу моральный вред в сумме 5000 000 рублей. Впоследствии истец уточнил исковые требования, просил взыскать с ответчика моральный вред в размере 10 000 000 рублей

В судебное заседание истец, представитель истца, представитель ответчика, представитель третьего лица Государственной инспекции труда в Амурской области, не явились, были извещены надлежащим образом о дате и времени рассмотрения дела, каких-либо ходатайств от них не поступало. Ответчик просил в связи с отсутствием технической возможности проведения судебного заседания путем видеоконференц-связи, отложить судебное заседание. 

С учетом сведений о надлежащем извещении, руководствуясь ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд посчитал возможным рассмотреть дело в отсутствие не явившихся лиц.

Исследовав представленные письменные доказательства и дав им юридическую оценку в соответствии с требованиями ст.67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд приходит к следующим выводам. 

Из отзыва на исковое заявление следует, что документов и доказательств, подтверждающих трудовые отношения истца с ОАО «РЖД» суду не представлено. ОРС-2 или отдел рабочего снабжения - организация государственной розничной торговли в СССР осуществлял торгово-бытовое обслуживание рабочих и служащих предприятий ряда отраслей промышленности, строительства и транспорта, в соответствии со спецификой организации их производства. В свою очередь ОАО «РЖД» не является правопреемником ОРС-2, который занимался исключительно торговой деятельностью.

Обоснованных доводов о невозможности с 1990 года обратиться в суд с настоящим иском в течение разумного срока, который не привел бы к утрате доказательств, если таковые имелись, истцом не приведены. Несоблюдение разумных временных ограничений для принудительной защиты прав в данном случае ведут к ущемлению охраняемых законом прав ответчика, поскольку сроки хранения документов, соответствующих доказательств ограничены.

В рассматриваемой ситуации, в связи со столь поздним (через 30 лет) обращением истца в суд значительно сужаются процессуальные возможности ответчика на доказывание своих доводов в обоснование возражений относительно иска.

Полагают, что обращение в суд с иском о компенсации морального вреда спустя более 30 лет после рассматриваемых событий, кроме всего прочего, свидетельствует об отсутствии у истца нравственных страданий в связи травмированием.

Учитывая, что материалами дела установлено, что травмирование истца произошло в 1990 году, до введение в действие Гражданского кодекса Российской Федерации и Трудового кодекса Российской Федерации, действующих в настоящее время, в свою очередь действовавшие в период травмирования истца Кодекс законов о труде 1971 г. и Гражданский Кодекс РСФСР от 11 июня 1964 г., не предусматривали возможность компенсации морального вреда, в том числе и в случае получения травмы на производстве.

Просят отказать в удовлетворении исковых требований.

В судебном заседании установлено, что согласно представлению истец принят в порядке перевода в ОРС НОД-2 водителем автопогрузчика /л.д. 11/. 

Из акта о несчастном случае на производстве следует, что 26 ноября 1990 года на рабочем месте на территории ОРС НОД-2 МПС произошел несчастный случай с ФИО2 – падение пострадавшего с высоты, истцу установлена инвалидность 1 группы /л.д. 8-10/. 

Впервые понятие компенсации морального вреда с обязанностью выплаты ее в денежном выражении за действия, нарушающие личные неимущественные права гражданина либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, было дано в статье 131 Основ гражданского законодательства Союза ССР и союзных республик, принятых 31 мая 1991 года, действие которой распространено на территории РФ с 03.08.1992 года.

Постановлением Верховного Совета Российской Федерации "Об утверждении правил возмещения работодателями вреда, причиненного работодателями увечьем, профессиональным заболеванием либо иным повреждением здоровья, связанными с исполнением ими трудовых обязанностей" от 24 декабря 1992 года N 4214-1 были утверждены и введены в действие с 01 декабря 1992 года.

Статьями 8 и 30 указанных Правил от 24 декабря 1992 года N 4214-1, впервые включено в состав выплат потерпевшему возмещение морального вреда. Однако, данные положения Правил в силу Постановления Верховного Совета Российской Федерации "Об утверждении правил возмещения работодателями вреда, причиненного работодателями увечьем, профессиональным заболеванием либо иным повреждением здоровья, связанными с исполнением ими трудовых обязанностей" от 24 декабря 1992 года N 4214-1, обратной силы не имеют и вступают в действие с 01 декабря 1992 года.

Как разъяснено в пункте 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда" от 20 декабря 1994 года N 10, учитывая, что вопросы компенсации морального вреда в сфере гражданских правоотношений регулируются рядом законодательных актов, введенных в действие в разные сроки, суду в целях обеспечения правильного и своевременного разрешения возникшего спора необходимо по каждому делу выяснять характер взаимоотношений сторон и какими правовыми нормами они регулируются, допускает ли законодательство возможность компенсации морального вреда по данному виду правоотношений и, если такая ответственность установлена, когда вступил в силу законодательный акт, предусматривающий условия и порядок компенсации вреда в этих случаях, а также когда были совершены действия, повлекшие причинение морального вреда.

В пункте 6 указанного Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 года N 10 разъяснено, что если моральный вред причинен до введения в действие законодательного акта, предусматривающего право потерпевшего на его компенсацию, требования истца не подлежат удовлетворению, в том числе и в случае, когда истец после вступления этого акта в законную силу испытывает нравственные или физические страдания, поскольку на время причинения вреда такой вид ответственности не был установлен и по общему правилу действия закона во времени закон, усиливающий ответственность по сравнению с действовавшим на время совершения противоправных действий, не может иметь обратной силы (пункт 1 статьи 54 Конституции Российской Федерации).

Федеральный закон от 24 июля 1998 года за N 125-ФЗ "Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний" введен в действие с 06 января 2000 года. Частью 3 статьи 8 указанного Закона предусмотрено, что возмещение застрахованному морального вреда, причиненного в связи с несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием, осуществляется причинителем вреда. Таким образом, возмещение морального вреда регулируется по общим правилам, предусмотренным Гражданским кодексом Российской Федерации.

В соответствии со статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Согласно статье 1 Федерального закона РФ "О введении в действие части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" от 30 ноября 1994 года N 52-ФЗ, часть первая Гражданского кодекса Российской Федерации введена в действие с 01 января 1995 года, за исключением положений, для которых настоящим Федеральным законом установлены иные сроки введения в действие.

Поскольку несчастный случай на производстве с ФИО2 произошел 26.11.1990 г., то есть до введения в действие законодательных актов, предусматривающих право потерпевшего на компенсацию морального вреда. Следовательно, несмотря на то, что истец продолжает в настоящее время испытывать физические и нравственные страдания вследствие произошедшего с ним в 1990 году несчастного случая, его требования о компенсации морального вреда не основаны на законе и удовлетворению не подлежат (п. 6 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 20 декабря 1994 года N 10).

Судом не было установлено, что противоправные действия (бездействие) ответчика, причиняющие истцу нравственные или физические страдания, начавшиеся до вступления в силу закона, устанавливающего ответственность за причинение морального вреда, продолжаются до настоящего времени.

Противоправные действия/бездействия работодателя, не обеспечившего истцу безопасные условия труда и приведшие к несчастному случаю с ним 26.11.1990 г. по своему характеру не являются длящимися. Более того, после прохождения истцом лечения, трудовые отношения с ним были прекращены и в дальнейшем не возобновлялись. Несмотря на то, что истец продолжает в настоящее время испытывать нравственные страдания вследствие несчастного случая, что он, испытал нравственные страдания в 1995 г. в связи с установлением ему ВТЭК первой группы инвалидности и утраты трудоспособности, нуждаемости в постоянном постороннем уходе, однако это не свидетельствует о совершении ни в 1995 году, ни в какой-либо иной период после 26 ноября 1990 года каких-либо противоправных действий (бездействий) в отношении ФИО2 

Согласно позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в определении от 18 января 2005 года N 7-О, общим (основным) принципом действия закона во времени является распространение его на отношения, возникшие после его введения в действие, и только законодатель вправе распространить новые нормы на отношения, которые возникли до введения соответствующих норм в действие, то есть придать закону обратную силу.

Действительно, материалами дела и, прежде всего, актом о случае профессионального заболевания, подтверждается, что вред здоровью, с которым истец связывает физические и нравственные страдания, причинен до 26 ноября 1990 года, то есть до введения в действие законодательного акта, предусматривающего возможность компенсации морального вреда, причиненного повреждением здоровья.

Поскольку на время причинения вреда такой вид ответственности, как взыскание компенсации за физические и нравственные страдания, не был установлен, оснований для удовлетворения исковых требований не имеется.

В соответствии с частью 1 статьи 56 Гражданского процессуального кодекса РФ, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено Федеральным законом.

В силу части 2 статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд определяет, какие обстоятельства имеют значение для дела, какой стороне надлежит их доказывать, выносит обстоятельства на обсуждение, даже если стороны на какие-либо из них не ссылались.

В соответствии с частью 1 статьи 196 ГПК РФ при принятии решения суд оценивает доказательства, определяет, какие обстоятельства, имеющие значение для рассмотрения дела, установлены и какие обстоятельства не установлены, каковы правоотношения сторон, какой закон должен быть применен по данному делу и подлежит ли иск удовлетворению.

Руководствуясь ст.ст.194-198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении исковых требований ФИО1 к Акционерному обществу «Российские железные дороги» о взыскании компенсации морального вреда, отказать.

Решение может быть обжаловано сторонами в апелляционном порядке в Амурский областной суд через Тындинский районный суд в течение одного месяца со дня принятия решения в окончательной форме.

Судья подпись М.В. Тотмянина 

Решение в окончательной форме принято 27 ноября 2020 года.

Копия верна Судья Тындинского районного суда

М.В. Тотмянина