№ 4а-356/2019

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

3 июля 2019 года г. Оренбург 

Заместитель председателя Оренбургского областного суда Белинская С.В., рассмотрев жалобу защитника Сапсай А.Ю., действующего в интересах ФИО1, на вступившие в законную силу постановление мирового судьи судебного участка № 3 г. Гая Оренбургской области от 25 февраля 2019года и решение судьи Гайского городского суда Оренбургской области от 12 апреля 2019 года по делу об административном правонарушении, предусмотренном ч. 1 ст. 12.8 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, в отношении ФИО1,

установил:

постановлением мирового судьи судебного участка № 3 г. Гая Оренбургской области от 25 февраля 2019года, оставленным без изменения решением судьи Гайского городского суда Оренбургской области от 12 апреля 2019 года, ФИО1 признана виновной в совершении административного правонарушения, предусмотренного ч. 1 ст. 12.8 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях (далее - КоАП РФ), и ей назначено наказание в виде административного штрафа в размере 30000 рублей с лишением права управления транспортными средствами на срок 1 год 6 месяцев.

В жалобе, поданной в Оренбургский областной суд, защитник Сапсай А.Ю. просит об отмене состоявшихся по делу в отношении ФИО1 судебных актов и прекращении производства по делу.

Изучив материалы дела об административном правонарушении, доводы жалобы, прихожу к следующим выводам.

В соответствии с ч. 1 ст. 12.8 КоАП РФ управление транспортным средством водителем, находящимся в состоянии опьянения, если такие действия не содержат уголовно наказуемого деяния, влечет наложение административного штрафа в размере тридцати тысяч рублей с лишением права управления транспортными средствами на срок от полутора до двух лет.

В силу абз. 1 п. 2.7 Правил дорожного движения Российской Федерации, утвержденных Постановлением Совета Министров - Правительства Российской Федерации от 23 октября 1993 года № 1090 (далее – Правила дорожного движения), водителю запрещается управлять транспортным средством в состоянии опьянения (алкогольного, наркотического или иного), под воздействием лекарственных препаратов, ухудшающих реакцию и внимание, в болезненном или утомленном состоянии, ставящем под угрозу безопасность движения.

Как усматривается из материалов дела, 7 января 2019 года в 04:15 часа около дома № 14 по ул. Коммунистической в г. Гае Оренбургской области ФИО1 в нарушение п. 2.7 Правил дорожного движения управляла автомобилем ВАЗ-21140, г/н №, находясь в состоянии опьянения.

Основанием полагать, что водитель ФИО1 находится в состоянии опьянения, послужил выявленный у нее сотрудником ДПС ГИБДД признак опьянения - запах алкоголя изо рта. 

Освидетельствование ФИО1 на состояние алкогольного опьянения осуществлено инспектором ДПС ГИБДД с использованием технического средства измерения «Алкотектор Юпитер – К» (заводской номер 003668, дата последней поверки – 9 августа 2018 года).

Согласно акту освидетельствования на состояние алкогольного опьянения от 7 января 2019 года № концентрация абсолютного этилового спирта в выдыхаемом воздухе у ФИО1 составила 0,591 мг/л.

С результатом проведенного исследования ФИО1 согласилась, о чем собственноручно указала в акте освидетельствования на состояние алкогольного опьянения.

Факт управления ФИО1 транспортным средством в состоянии опьянения подтвержден собранными по делу доказательствами: протоколом об административном правонарушении (л.д. 2); протоколом об отстранении от управления транспортным средством (л.д. 3); актом освидетельствования на состояние алкогольного опьянения и приложенным к нему бумажным носителем с показаниями технического средства измерения (л.д. 4, 5); протоколом о задержании транспортного средства (л.д. 6); рапортом инспектора ДПС ГИБДД (л.д. 8); видеозаписью и иными материалами дела, которым дана оценка на предмет допустимости, достоверности, достаточности по правилам ст. 26.11 КоАП РФ.

Факт управления ФИО1 транспортным средством подтверждается материалами дела и доводами жалобы не оспаривается.

Действия ФИО1 правильно квалифицированы по ч. 1 ст. 12.8 КоАП РФ.

В жалобе защитник указывает на нарушение процедуры привлечения ФИО1 к административной ответственности, ссылаясь на то, что ее отстранение от управления транспортным средством и проведение освидетельствования на состояние алкогольного опьянения производилось в отсутствие понятых. Между тем данный довод не может служить основанием для отмены состоявшихся по делу судебных актов.

Согласно ч. 2 ст. 27.12 КоАП РФ отстранение от управления транспортным средством соответствующего вида, освидетельствование на состояние алкогольного опьянения, направление на медицинское освидетельствование на состояние опьянения осуществляются должностными лицами, которым предоставлено право государственного надзора и контроля за безопасностью движения и эксплуатации транспортного средства соответствующего вида, в присутствии двух понятых либо с применением видеозаписи.

В силу ч. 6 ст. 25.7 КоАП РФ в случае применения видеозаписи для фиксации совершения процессуальных действий, за исключением личного досмотра, эти процессуальные действия совершаются в отсутствие понятых, о чем делается запись в соответствующем протоколе либо акте освидетельствования на состояние алкогольного опьянения. Материалы, полученные при совершении процессуальных действий с применением видеозаписи, прилагаются к соответствующему протоколу либо акту освидетельствования на состояние алкогольного опьянения.

Материалами дела установлено, что отстранение от управления транспортным средством, освидетельствование на состояние алкогольного опьянения произведено в отношении ФИО1 в соответствии с требованиями ст. 27.12 КоАП РФ с применением видеозаписи, которая приобщена к материалам дела.

Неуказание данного обстоятельства в протоколе об административном правонарушении, протоколе отстранения от управления транспортным средством и акте освидетельствования на состояние алкогольного опьянения не является достаточным основанием для признания видеозаписи недопустимым доказательством. 

То обстоятельство, что данная видеозапись осуществлена инспектором ДПС на личный сотовый телефон, а не на видеорегистратор, установленный в патрульном автомобиле, не дает оснований для исключения ее из числа доказательств, поскольку на ней зафиксированы юридически значимые обстоятельства, необходимые для квалификации действий ФИО1 по ч. 1 ст. 12.8 КоАП РФ. Видеозапись полно фиксирует процедуры отстранения от управления транспортным средством и освидетельствования на состояние алкогольного опьянения с помощью технического средства измерения.

Ссылку защитника на то, что мундштук алкотектора не заменялся, поскольку это обстоятельство не зафиксировано на видеозаписи, нельзя принять во внимание, так как каких-либо замечаний в ходе освидетельствования на состояние алкогольного опьянения ФИО1 не представила, о нарушении порядка его проведения не заявляла, с результатами проведенного освидетельствования согласилась.

Довод жалобы о том, что объяснение ФИО1 в протоколе об административном правонарушении было написано ею под диктовку инспектора ДПС, опровергается видеозаписью, на которой зафиксировано, что инспектор ДПС разъясняет ФИО1 положения ст. 51 Конституции Российской Федерации, затем ФИО1 без какого-либо давления делает собственноручную запись в протоколе об административном правонарушении.

Вопреки доводам жалобы протокол об административном правонарушении составлен с соблюдением требований ст. 28.2 КоАП РФ. Факт разъяснения ФИО1 прав, предусмотренных ст. 25.1 названного Кодекса и ст. 51 Конституции Российской Федерации, в данном протоколе зафиксирован. Материалы дела свидетельствуют о том, что ФИО1 была осведомлена об объеме процессуальных прав, которыми наделена в силу закона как лицо, в отношении которого возбуждено производство по делу об административном правонарушении. Об этом свидетельствует и тот факт, что она пользовалась своими правами, как при составлении протокола об административном правонарушении, так и в ходе дальнейшего производства по делу.

Нарушений норм процессуального закона, влекущих безусловную отмену обжалуемых судебных актов, в ходе производства по делу не допущено, нормы материального права применены правильно.

Порядок и срок давности привлечения ФИО1 к административной ответственности соблюдены.

Административное наказание назначено в пределах санкции ч. 1 ст. 12.8 КоАП РФ.

Обстоятельств, которые в силу п.п. 2 - 4 ч. 2 ст. 30.17 КоАП РФ могли бы повлечь изменение или отмену обжалуемых судебных актов, не установлено.

Руководствуясь ст.ст. 30.13 и 30.17 КоАП РФ, 

постановил:

постановление мирового судьи судебного участка № 3 г. Гая Оренбургской области от 25 февраля 2019года и решение судьи Гайского городского суда Оренбургской области от 12 апреля 2019 года по делу об административном правонарушении, предусмотренном ч. 1 ст. 12.8 КоАП РФ, в отношении ФИО1 оставить без изменения, а жалобу защитника Сапсай А.Ю. - без удовлетворения.

Заместитель председателя

Оренбургского областного суда С.В. Белинская