Дело №2-4723/2017

РЕШЕНИЕ

 

Именем Российской Федерации

09 августа 2017 года г.Архангельск

Октябрьский районный суд города Архангельска в составе: председательствующего судьи Воронина С.С., при секретаре Кондратенко С.Л., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к государственному казенному учреждению Архангельской области «Автопарк администрации Архангельской области» о взыскании компенсации морального вреда,

установил:

ФИО1 обратилась в суд с исковым заявлением к ГКУ Архангельской области «Автопарк администрации Архангельской области» о взыскании компенсации морального вреда.

В обоснование заявленных требований указала, что 26 августа 2016 года ФИО2, находящийся в трудовых отношениях с ответчиком, управляя автомобилем «УАЗ-396255», государственный регистрационный номер №/29, допустил наезд на ФИО3, приходившегося ей супругом. В результате указанного ДТП ФИО3 получил травмы, от которых впоследствии скончался. Смерть близкого человека причинила ФИО1 нравственные страдания.

В связи с изложенным просила взыскать с ответчика компенсацию морального вреда в размере 500 000 руб.

Истец, извещенная о времени и месте судебного заседания, в суд не явилась.

В судебном заседании представитель истца по доверенности ФИО4 заявленные требования поддержал. Не оспаривал обстоятельства ДТП, установленные материалом проверки КУСП №21030. В обоснование физических и нравственных страданий истца указал на смерть близкого человека, наступившую в результате ДТП.

Представитель ответчика по доверенности ФИО5 в судебном заседании с исковыми требованиями не согласилась по доводам, изложенным в письменном отзыве.

Третье лицо ФИО2 и его представитель по ордеру ФИО6 в судебном заседании исковые требования полагали не подлежащими удовлетворению. В обоснование своей позиции ссылались на недоказанность причинно-следственной связи между ДТП и смертью ФИО3 Также указали на имевшее место со стороны потерпевшего нарушение ПДД и отсутствие у ФИО2 возможности предотвратить столкновение.

Заслушав пояснения участвующих в деле лиц, исследовав материалы дела, обозрев отказной материал №21030/5195, суд приходит к следующему.

В силу положений пункта 1 статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) владельцы источников повышенной опасности обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Владелец источника повышенной опасности может быть освобожден судом от ответственности полностью или частично также по основаниям, предусмотренным пунктами 2 и 3 статьи 1083 настоящего Кодекса.

В соответствии с абзацем вторым статьи 1100 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда вред причинен жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности.

Судом установлено, что ДД.ММ.ГГГГ в районе 

<

адрес> г.Архангельска произошло дорожно-транспортное происшествие - наезд следовавшей по 

<

адрес> со стороны 

<

адрес> в направлении 

<

адрес> автомашиной «УАЗ-396255», государственный регистрационный номер №/29, под управлением ФИО2 на пешехода ФИО3, переходящего проезжую часть по 

<

адрес> по нерегулируемому пешеходному переходу. От удара ФИО3 отбросило вперед на проезжую часть и он ударился головой.

Бригадой скорой медицинской помощи ФИО3 был госпитализирован в стационар ГБУЗ АО «АОКБ» ДД.ММ.ГГГГ. При дальнейшем стационарном наблюдении и лечении в ГБУЗ АО «АОКБ» в период до ДД.ММ.ГГГГ и в ГБУЗ АО «АГКБ №» в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ у ФИО3 были обнаружены повреждения: 

<

данные изъяты>. Указанные повреждения были квалифицированы как тяжкий вред здоровью. В ходе лечения ФИО3 скончался.

Суд находит несостоятельным довод ответчика и третьего лица относительно отсутствия причинно-следственной связи между произошедшим ДТП и смертью ФИО3 Поводом для госпитализации ФИО3 явилось именно получение им травм в результате удара и падения от столкновения с автомобилем. Единственной причиной отсутствия в материалах проверки однозначного вывода о наличии такой связи явилось отсутствие результатов вскрытия умершего. Между тем, в медицинском свидетельстве о смерти в качестве первоначальной причины смерти указано состояние после ДТП от ДД.ММ.ГГГГ. Аналогичные сведения содержатся в справке о смерти № от ДД.ММ.ГГГГ. В ходе рассмотрения дела оспаривавшая данное обстоятельство сторона соответствующих доказательств обратному не представила, ходатайство назначении экспертизы для опровержения данного факта не заявляла. 

В виду изложенного суд полагает доказанным факт наступления смерти ФИО3 в результате произошедшего ДД.ММ.ГГГГ ДТП.

Постановлением старшего следователя следственного управления УМВД России по г.Архангельску от 31 марта 2017 года отказано в возбуждении уголовного дела в отношении ФИО2 по сообщению о совершении преступления, предусмотренного ч. 3, ст. 264 УК РФ, по основаниям п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ в связи с отсутствием в его действиях признаков преступления.

Истец ФИО1 является вдовой погибшего ФИО3, совместно проживавшей с ним на момент ДТП.

В силу указания части 1 статьи 1068 ГК РФ юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.

Применительно к правилам, предусмотренным настоящей главой, работниками признаются граждане, выполняющие работу на основании трудового договора (контракта), а также граждане, выполняющие работу по гражданско-правовому договору, если при этом они действовали или должны были действовать по заданию соответствующего юридического лица или гражданина и под его контролем за безопасным ведением работ.

Управляя ДД.ММ.ГГГГ автомобилем «УАЗ-396255», государственный регистрационный номер №/29, принадлежащим ответчику, ФИО2 исполнял трудовые обязанности.

Разрешая заявленные требования, суд исходит из того, что смерть ФИО3 не может не причинить его родственникам моральные страдания, а ответчик, являясь владельцем источника повышенной опасности, от воздействия которого наступила смерть ФИО3, несет ответственность за вред, причиненный таким источником, независимо от вины в произошедшем лица, управлявшего транспортным средством и состоявшим с ответчиком в трудовых отношениях.

В соответствии со статьей 151 ГК РФ при определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред.

Статьей 1101 ГК РФ предусмотрено, что размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Конституционный Суд РФ отметил, что закрепленное в абзаце втором пункта 2 статьи 1083 ГК РФ исключение из общего порядка определения размера возмещения вреда, возникновению которого способствовала грубая неосторожность потерпевшего, предусматривающее, что при причинении вреда жизни и здоровью гражданина отказ в возмещении вреда не допускается, а также содержащееся в абзаце втором статьи 1100 Гражданского кодекса РФ положение о недопустимости отказа в компенсации морального вреда в случае, если вред причинен источником повышенной опасности жизни и здоровью гражданина, в том числе при отсутствии вины причинителя вреда, является мерой защиты признаваемых в Российской Федерации прав и свобод человека, в частности, права на жизнь (статья 20, часть 1 Конституции РФ), права на охрану здоровья (статья 41, часть 1 Конституции РФ), которое также является высшим для человека благом, без которого могут утратить значение многие другие блага.

Таким образом, как указал Конституционный Суд РФ в Определении от 19.05.2009 № 816-О-О, положения абзаца второго пункта 2 статьи 1083 и абзаца второго статьи 1100 Гражданского кодекса РФ - в рамках проводимой в Российской Федерации как правовом и социальном государстве (статья 1, часть 1; статья 7, часть 1, Конституции Российской Федерации) правовой политики, - воплощают основанный на вытекающем из статьи 55 (часть 3) Конституции Российской Федерации принцип пропорциональности баланса субъективных прав причинителя вреда, осуществляющего деятельность, связанную с повышенной опасностью для окружающих, с одной стороны, и потерпевшего, проявившего грубую неосторожность, - с другой.

В виду изложенного, суд считает необходимым при определении размера подлежащего взысканию размера компенсации морального вреда принять во внимание все фактические обстоятельства произошедшего ДТП.

Как следует из постановления об отказе в возбуждении уголовного дела от 31 марта 2017 года ФИО2 не предвидел, не мог и не должен был предвидеть того, что пешеход, пересекающий проезжую часть, в зоне нерегулируемого пешеходного перехода, внезапно, в непосредственной близости выйдет на полосу движения транспортного средства, создав тем самым аварийную ситуацию на дороге. Установлено, что ФИО3 грубо нарушил требования п.п. 4.5 ПДД РФ, согласно которому, на нерегулируемых пешеходных переходах пешеходы могут выходить на проезжую часть (трамвайные пути) после того как оценят расстояние до приближающихся транспортных средств, их скорость и убедятся, что переход безопасен. Экспертным заключением №746 от 03 марта 2017 года установлено, что у ФИО2 отсутствовала техническая возможность предотвратить наезд на пешехода.

Указанные обстоятельства - грубое нарушение ФИО3 требований ПДД, вследствие чего водитель ФИО2 не имел возможности заблаговременно принять меры к недопущению наезда на пешехода на проезжей части дороги, безусловно, находятся в прямой причинно-следственной связи с произошедшей аварией и свидетельствуют о грубой неосторожности потерпевшего.

Действия ФИО2 после ДТП, безусловно, заслуживают внимание, однако, не могут служить основанием для отказа в удовлетворении исковых требований. 

При вышеизложенных обстоятельствах суд считает необходимым определить размер компенсации морального вреда в размере 250 000 рублей, полагая его разумным и справедливым в рассматриваемом случае. 

В соответствии со статьей 103 ГПК РФ государственная пошлина, от уплаты которой истец был освобожден, взыскивается с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворенной части исковых требований.

Взысканию с ответчика в доход местного бюджета подлежит государственная пошлина в размере 300 руб., от уплаты которой истец была освобождена в силу подпункта 4 пункта 2 статьи 333.36 Налогового кодекса Российской Федерации. 

Руководствуясь статьями 194-199 ГПК РФ, суд

решил:

исковое заявление ФИО1 к государственному казенному учреждению Архангельской области «Автопарк администрации Архангельской области» о взыскании компенсации морального вреда удовлетворить.

Взыскать с государственного казенного учреждения Архангельской области «Автопарк администрации Архангельской области» в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 250 000 рублей.

Взыскать с государственного казенного учреждения Архангельской области «Автопарк администрации Архангельской области» в доход местного бюджета государственную пошлину в размере 300 рублей.

Решение может быть обжаловано в Архангельский областной суд в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы через Октябрьский районный суд г.Архангельска.

Мотивированное решение суда изготовлено 14 августа 2017 года.

Судья С.С.Воронин 

1