УИД 11RS0008-01-2023-001982-65

Дело № 2а-1559/2023

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

Сосногорский городской суд Республики Коми 

в составе председательствующего судьи Щербаковой Н.В.,

при секретаре Бесслер В.А., 

с участием административного истца ФИО1, 

рассмотрев в открытом судебном заседании 24 октября 2023 года административное дело по административному исковому заявлению ФИО1 к Федеральному казенному учреждению Следственный изолятор №2 Управления Федеральной службы исполнения наказаний по Республике Коми, Федеральной службе исполнения наказаний, Федеральному казенному учреждению здравоохранения Медико-санитарная часть № 11 Федеральной службы исполнения наказаний о признании незаконными действий (бездействия), взыскании компенсации за нарушение условий содержания, 

установил:

ФИО1 обратился в суд с административным иском к Федеральному казенному учреждению Следственный изолятор №2 Управления Федеральной службы исполнения наказаний по Республике Коми (далее - ФКУ СИЗО-2 УФСИН России по Республике Коми), в котором просит признать незаконными действия (бездействия) административного ответчика, не обеспечившего надлежащие условия содержания в камере штрафного изолятора, взыскать в его пользу компенсацию за нарушение условий содержания в размере 180 000 руб.

В обоснование заявленных требований административный истец указал, что в период содержания в ФКУ СИЗО-2 УФСИН России по Республике Коми ДД.ММ.ГГГГ был помещен в камеру штрафного изолятора, в которой содержался на протяжении шести дней в ненадлежащих условиях, в камере отсутствовало горячее водоснабжение, не было возможности поддерживать гигиену, приходилось пользоваться холодной водой, несмотря на то, что по состоянию здоровья ему противопоказано переохлаждение, вызывал врачей, но они к нему не приходили, приточно-вытяжная вентиляция в камере отсутствовала, и как следствие, в камере была повышенная влажность, вместо унитаза была чаша Генуа, вдоль стены над чашей проходила труба, которая мешала справлять естественную нужду, туалет находился в непосредственной близости от окна для раздачи пищи, не имел перегородки, что не обеспечивало условий приватности при справлении естественных нужд, также в камере прямо над санузлом расположена видеокамера круглосуточного наблюдения, при смывании унитаза (чаша Генуа) вода попадала внутрь камеры, отсутствовали крючки для полотенец и одежды, в камере отсутствовала радиоточка, уборочный инвентарь (ведро для мусора и веник).

Судом к участию в деле в качестве административных ответчиков привлечены Федеральная служба исполнения наказаний (далее - ФСИН России), Федеральное казенное учреждение здравоохранения Медико-санитарная часть № 11 Федеральной службы исполнения наказаний (далее - ФКУЗ МСЧ-11 ФСИН России), в качестве заинтересованного лица – Филиал МЧ-17 ФКУЗ МСЧ-11 ФСИН России.

В судебном заседании административный истец, участия которого обеспечено посредством видеоконференцсвязи, настаивая на доводах административного иска, просил удовлетворить заявленные требования. 

Представители административных ответчиков и заинтересованных лиц, надлежащим образом извещенные о времени и месте рассмотрения дела, участия в судебном заседании не приняли, руководствуясь статьей 150 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации (далее – КАС РФ), суд счел возможным рассмотреть дело при имеющейся явке.

Выслушав путем использования систем видеоконференц-связи объяснения административного истца, обозрев административные дела № и №, исследовав материалы дела, оценив в соответствии со статьей 84 КАС РФ представленные сторонами доказательства и установленные по делу обстоятельства, суд приходит к следующему.

По смыслу положений части 1 статьи 218, пункта 1 части 2 статьи 227 КАС РФ необходимым условием признания решений, действий (бездействия) органа, организации, лица, наделенных государственными или иными публичными полномочиями, является наличие совокупности двух условий: несоответствие оспариваемых решений, действий (бездействия) нормативным правовым актам и нарушение прав, свобод и законных интересов административного истца.

Условия содержания обвиняемых под стражей должны быть совместимы с уважением к человеческому достоинству. При этом лицу не должны причиняться лишения и страдания в более высокой степени, чем тот уровень страданий, который неизбежен при лишении свободы, а здоровье и благополучие лица должны быть гарантированы с учетом практических требований режима содержания.

В соответствии с частью 1 статьи 227.1 КАС РФ лицо, полагающее, что нарушены условия его содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении, одновременно с предъявлением требования об оспаривании связанных с условиями содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении решения, действия (бездействия) органа государственной власти, учреждения, их должностных лиц, государственных служащих в порядке, предусмотренном главой 22 КАС РФ, может заявить требование о присуждении компенсации за нарушение установленных законодательством Российской Федерации и международными договорами Российской Федерации условий содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении.

Частью 5 статьи 227.1 КАС РФ предусмотрено, что при рассмотрении административного искового заявления, поданного в соответствии с частью 1 статьи 227.1 КАС РФ, суд устанавливает, имело ли место нарушение предусмотренных законодательством Российской Федерации и международными договорами Российской Федерации условий содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении, а также характер и продолжительность нарушения, обстоятельства, при которых нарушение допущено, его последствия.

Условия и порядок содержания под стражей подозреваемых и обвиняемых регламентированы Федеральным законом от 15 июля 1995 года № 103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений».

Согласно статье 4 Федерального закона «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений» содержание под стражей осуществляется в соответствии с принципами законности, справедливости, презумпции невиновности, равенства всех граждан перед законом, гуманизма, уважения человеческого достоинства, в соответствии с Конституцией Российской Федерации, принципами и нормами международного права, а также международными договорами Российской Федерации и не должно сопровождаться пытками, иными действиями, имеющими целью причинение физических или нравственных страданий подозреваемым и обвиняемым в совершении преступлений, содержащимся под стражей.

В силу статьи 23 Федерального закона «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений» подозреваемым и обвиняемым создаются бытовые условия, отвечающие требованиям гигиены, санитарии и пожарной безопасности. 

Частями 1 и 2 статьи 10 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации (далее - УИК РФ) установлено, что Российская Федерация уважает и охраняет права, свободы и законные интересы осужденных, обеспечивает законность применения средств их исправления, их правовую защиту и личную безопасность при исполнении наказаний.

При исполнении наказаний осужденным гарантируются права и свободы граждан Российской Федерации с изъятиями и ограничениями, установленными уголовным, уголовно-исполнительным и иным законодательством Российской Федерации.

Согласно части 1 статьи 74 УИК РФ исправительными учреждениями являются исправительные колонии, воспитательные колонии, тюрьмы, лечебные исправительные учреждения. Следственные изоляторы выполняют функции исправительных учреждений в отношении осужденных, оставленных для выполнения работ по хозяйственному обслуживанию, осужденных, в отношении которых приговор суда вступил в законную силу и которые подлежат направлению в исправительные учреждения для отбывания наказания, осужденных, перемещаемых из одного места отбывания наказания в другое, осужденных, оставленных в следственном изоляторе или переведенных в следственный изолятор в порядке, установленном статьей 77.1 УИК РФ, а также в отношении осужденных на срок не свыше шести месяцев, оставленных в следственных изоляторах с их согласия.

В пункте 2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25 декабря 2018 г. № 47 «О некоторых вопросах, возникающих у судов при рассмотрении административных дел, связанных с нарушением условий содержания лиц, находящихся в местах принудительного содержания» указано, что под условиями содержания лишенных свободы лиц следует понимать условия, в которых с учетом установленной законом совокупности требований и ограничений реализуются закрепленные Конституцией Российской Федерации, общепризнанными принципами и нормами международного права, международными договорами Российской Федерации, федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации права и обязанности указанных лиц.

Из пункта 14 указанного постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации следует, что условия содержания лишенных свободы лиц должны соответствовать требованиям, установленным законом, с учетом режима места принудительного содержания, поэтому существенные отклонения от таких требований могут рассматриваться в качестве нарушений указанных условий.

Как установлено судом, административный истец ФИО1 содержался в ФКУ СИЗО-2 УФСИН России по Республике Коми в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, из которого в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ истец размещался в карцере №.

Обращаясь в суд с настоящим иском, ФИО1 указал на нарушение предусмотренных законодательством Российской Федерации условий его содержания в карцере ФКУ СИЗО-2 УФСИН России по 

<

адрес> (режимная камера №) в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ.

Оценивая доводы административного истца о несоблюдении приватности в карцере ввиду отсутствия перегородки, а также осуществления круглосуточного видеонаблюдения суд исходит из того, что осуществление надзора за лицами, содержащимися в камерах следственного изолятора, в том числе, с использованием видеокамер, не противоречит положениям части 1 статьи 34 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ № 103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений».

Использование технических средств контроля и надзора является частью механизма, обеспечивающего личную безопасность подозреваемых, обвиняемых, осужденных и персонала соответствующего учреждения, режим содержания подозреваемых, обвиняемых и осужденных, соблюдение их прав и исполнение ими своих обязанностей (часть 1 статьи 15 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ № 103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений», часть 1 статьи 82 УИК РФ). Ведение видеонаблюдения не может расцениваться как действие, унижающее человеческое достоинство лиц, содержащихся под стражей, а напротив, направлено на предотвращение возникновения либо своевременное выявление каких-либо ситуаций, составляющих угрозу, как для административного истца, так и иных лиц, недопущение нарушение прав сотрудниками учреждения.

Судом установлено, что в камерах карцера установлено видеонаблюдение, но зона санитарного узла исключена из угла обзора камеры видеонаблюдения, место размещения санитарного узла не просматривается. Окно для приема пищи не предназначено для наблюдения за лицами, содержащимися в камерах, перед открытием двери или форточки проверяющий сотрудник предупреждает о своих действиях.

Доводы административного истца о недостаточной приватности при осуществлении видеонаблюдения, какими-либо объективными доказательствами не подтверждены.

Отсутствие ограждения санитарного узла в условиях содержания истца в одиночной камере само по себе требований приватности не нарушает.

В тоже время, санитарный узел в карцере № от жилой площади отделен перегородкой высотой 1,5 м от пола, оборудован унитазом (напольной чашей) со сливным бачком и раковиной, что следует из представленных фотографий. Все санитарно-технические приборы находились в технически исправном состоянии.

Проверяя доводы административного истца об отсутствии в камере радиоточки, вешалки для полотенца и одежды, уборочного инвентаря (ведро для мусора и веник), суд исходит из того, что камера, в которую был помещен административный истец, является карцером. В соответствии с приказом Министерства Юстиции Российской Федерации № 512 от 27.07.2006 «Об утверждении номенклатуры норм обеспечения и сроков эксплуатации мебели, инвентаря, оборудования и предметов хозяйственного обихода (имущества) для учреждений, исполняющих уголовное наказание в виде лишения свободы, и следственных изоляторов уголовно-исполнительной системы» камеры карцера должны быть оборудованы: откидной металлической кроватью с деревянным покрытием, столом для приема пищи и табуретом для сидения. Поскольку оборудование карцера иными предметами обихода, а также радиоточкой, действующим законодательством не предусмотрено, суд находит несостоятельными доводы истца в указанной части. 

В обоснование заявленных требований истец также указал, что в камере карцера вместо унитаза установлена чаша Генуя без крышки, закрывающей сливное отверстие, как следствие вода при сливе попадала в камеру. 

Вместе с тем, оснащение туалетов чашей Генуя вместо унитаза требованиям пункта 42 Правил и приказу Минстроя от 20.10.2017 № 1454/пр не противоречит, не свидетельствует о нарушении личных неимущественных прав либо посягающих на принадлежащие административному истцу неимущественные блага, поскольку подобное устройство используется по прямому назначению, и в материалах дела не имеется сведений о том, что в силу индивидуальных физиологический особенностей он не может справлять естественные надобности таким образом. 

Фактов отказа в предоставлении ФИО1 в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ медицинской помощи, в том числе экстренной, не установлено. Перед помещением в карцер административный истец был осмотрен фельдшером, которым сделано заключение о возможности содержания истца в карцере на основании имеющихся диагнозов.

Доводы истца о том, что над санузлом проходила труба, которая мешала справлять естественную нужду, в большей степени свидетельствует о его субъективном восприятии и оценке условий содержания, не свидетельствуют о существенном нарушении его прав, и не являются основанием для взыскания в пользу административного истца компенсации за нарушение условий содержания.

Поскольку доводы административного истца о ненадлежащих условиях содержания не нашли своего подтверждения, а также принимая во внимание, что период содержания административного истца в карцере являлся непродолжительным, оснований для удовлетворения заявленных требований не имеется.

В числе нарушений условий содержания истец также указал на отсутствие в камере карцера горячей воды, приточно-вытяжной вентиляции и повышенную влажность, в связи с наличием в производстве Сосногорского городского суда Республики Коми административных дел с аналогичными доводами, производство по которым было возбуждено ранее, определением суда от ДД.ММ.ГГГГ административное исковое заявление ФИО1 в части требований о признаний действий (бездействия) незаконными, взыскании компенсации за отсутствие горячей воды, приточной и вытяжной вентиляции в камере и повышенную влажность в камере карцера, - оставлено без рассмотрения.

Поскольку административный истец до настоящего времени находится в местах лишения свободы и отбывает наказание, что ограничивает его возможности по защите нарушенных прав и законных интересов, доводы административного ответчика о пропуске истцом срока на обращение в суд с рассматриваемым административным иском суд находит несостоятельными.

Руководствуясь статьями 175-180, 227-227.1 КАС РФ, суд 

решил:

в удовлетворении требований ФИО1 ФИО4 к Федеральному казенному учреждению Следственный изолятор №2 Управления Федеральной службы исполнения наказаний по Республике Коми, Федеральной службе исполнения наказаний, Федеральному казенному учреждению здравоохранения Медико-санитарная часть № 11 Федеральной службы исполнения наказаний о признании незаконными действий (бездействия), взыскании компенсации за нарушение условий содержания – отказать. 

Решение может быть обжаловано в Верховный Суд Республики Коми через Сосногорский городской суд Республики Коми в течение одного месяца со дня его принятия в окончательной форме. 

Мотивированное решение составлено 08 ноября 2023 года

Председательствующий Н.В. Щербакова 

Копия верна: Н.В. Щербакова