судья Нидеев Е.Н. дело № 22-507/2025

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

город Элиста 18 декабря 2025 года

Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Республики Калмыкия в составе:

председательствующего – Нусхаева С.Н.,

при

секретаре – Карсуковой Г.Э.,

с участием

прокурора – Дамбинова С.О.,

обвиняемого – ФИО1,

защитника – Мухлаева А.Б.,

рассмотрела в открытом судебном заседании уголовное дело в отношении

ФИО1, родившегося 

<

данные изъяты>,

обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного частью 1 статьи 264 УК РФ, по апелляционному представлению прокурора Кетченеровского района Республики Калмыкия Джамбинова Ю.В. на постановление Сарпинского районного суда Республики Калмыкия от 16 сентября 2025 года.

Выслушав стороны, проверив уголовное дело, судебная коллегия

у с т а н о в и л а :

обжалуемым постановлением уголовное дело в отношении ФИО1 возвращено прокурору для устранения препятствий его рассмотрения судом.

Решение мотивировано тем, что заключение судебной автотехнической экспертизы от ДД.ММ.ГГГГ № признано судом недопустимым доказательством ввиду нарушения органом предварительного следствия установленного уголовно-процессуальным законом порядка назначения и проведения автотехнической экспертизы, а иных подобных экспертиз, производство которых при расследовании данной категории дел обязательно, не имеется.

В апелляционном представлении прокурор Кетченеровского района Республики Калмыкия Джамбинов Ю.В. просит постановление отменить и направить уголовное дело на новое рассмотрение в суд первой инстанции в ином составе. В обоснование, ссылаясь на п. 1 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17.12.2024 № 39 «О практике применения судами норм Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регламентирующих основания и порядок возвращения уголовного дела прокурору», указывает, что возвращение уголовного дела прокурору имеет своей целью устранение таких препятствий его рассмотрения судом, которые исключают возможность постановления законного, обоснованного и справедливого приговора или иного итогового судебного решения по делу и не могут быть устранены в судебном разбирательстве. По мнению автора представления, при расследовании уголовного дела в отношении ФИО1 нарушения требований, указанных в ст. 237 УПК РФ, не допущено. Полагает, что ненадлежащее выполнение следователем требований статей 195, 198 УПК РФ о необходимости ознакомления обвиняемого и защитника с постановлением о назначении автотехнической экспертизы до её проведения не повлекло существенных нарушений прав ФИО1, поскольку обвиняемым в ходе предварительного следствия заявлялось ходатайство о признании постановления о назначении автотехнической экспертизы недопустимым и назначении дополнительной автотехнической экспертизы, в удовлетворении которого следователем отказано. Помимо этого считает, что показания свидетеля ФИО5 от ДД.ММ.ГГГГ, которые существенно отличаются от первоначальных показаний в части движения управляемого им автомобиля по одной из полос, расположения транспортных средств непосредственно перед ДТП, на квалификацию действий ФИО1 не влияют, поскольку именно ФИО1 нарушил требования Правил дорожного движения, утверждённых Постановлением Правительства РФ от 23.10.1993 № 1090, в том числе п. 13.12. Также заявляет, что для проведения автотехнической экспертизы не требовалось согласие ФИО5, поскольку предметом автотехнического исследования являлась сложившаяся дорожно-транспортная ситуация, а не сам ФИО5. В связи с этим утверждает, что признание судом заключения автотехнической экспертизы от ДД.ММ.ГГГГ № в качестве недопустимого доказательства в соответствии со ст. 88 УПК РФ является незаконным. Вопреки выводам суда, назначение и проведение автотехнической экспертизы в соответствии со ст. 196 УПК РФ не является обязательным. Кроме того обращает внимание, что согласно п. 15 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2010 № 28 «О судебной экспертизе по уголовным делам» суд вправе назначить повторную экспертизу, если установит факты нарушения процессуальных прав участников судебного разбирательства при назначении и производстве судебной экспертизы, которые повлияли или могли повлиять на содержание выводов экспертов. Однако мотивы, по которым суд посчитал невозможным назначение повторной автотехнической экспертизы в ходе судебного разбирательства, суд не привёл. В связи с изложенным полагает, что неустранимых препятствий для рассмотрения уголовного дела по существу и вынесения итогового решения не имелось.

В судебном заседании прокурор Дамбинов С.О. апелляционное представление поддержал.

Обвиняемый ФИО1 и защитник Мухлаев А.Б. с доводами апелляционного представления не согласились.

Выслушав стороны, проверив уголовное дело, обсудив доводы апелляционного представления, судебная коллегия находит постановление суда подлежащим отмене по следующим основаниям.

Согласно п. 1 ч. 1 ст. 237 УПК РФ судья по ходатайству стороны или по собственной инициативе возвращает уголовное дело прокурору для устранения препятствий его рассмотрения судом в случаях, если обвинительное заключение составлено с нарушением требований настоящего Кодекса, что исключает возможность постановления судом приговора или вынесения иного решения на основе данного заключения.

В соответствии с правовой позицией Конституционного Суда РФ, изложенной в Постановлении от 8.12.2003 № 18-П, существенным процессуальным нарушением является такое препятствие для рассмотрения дела, которое суд не может устранить самостоятельно, и которое, как повлёкшее лишение или стеснение гарантируемых законом прав участников уголовного судопроизводства, исключает возможность постановления законного и обоснованного приговора и фактически не позволяет суду реализовать функцию осуществления правосудия.

Пленум Верховного Суда РФ в п. 1 постановления от 17.12.2024 № 39 «О практике применения судами норм Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регламентирующих основания и порядок возвращения уголовного дела прокурору» разъяснил, что возвращение уголовного дела прокурору имеет своей целью устранение таких препятствий его рассмотрения судом, которые исключают возможность постановления итогового судебного решения по делу и не могут быть устранены в судебном разбирательстве.

Приведённые положения свидетельствуют о том, что не всякое процессуальное нарушение может служить основанием для возвращения дела прокурору.

В обжалуемом постановлении выводы суда о наличии таких существенных нарушений не обоснованы.

Мотивируя свои выводы о необходимости возвращения дела прокурору, суд первой инстанции указал на нарушение органом предварительного следствия порядка назначения и проведения автотехнической экспертизы. В частности, обвиняемый и защитник ознакомлены следователем с постановлением о назначении автотехнической экспертизы после проведения самой экспертизы, в один день с самим заключением автотехнической экспертизы от ДД.ММ.ГГГГ №; в постановлении о назначении автотехнической экспертизы в качестве исходных данных указаны первоначальные показания свидетеля ФИО5 от ДД.ММ.ГГГГ, которые положены в основу экспертного заключения, однако в обвинительном заключении в качестве доказательства виновности ФИО1 указаны показания свидетеля ФИО5 от ДД.ММ.ГГГГ, которые существенно отличаются от первоначальных показаний в части движения управляемого им автомобиля по одной из полос в южном направлении, расположения транспортных средств непосредственно перед дорожно-транспортным происшествием; автотехническая экспертиза в отношении свидетеля ФИО5 проведена без его письменного согласия.

Эти нарушения признаны судом первой инстанции существенными, в связи с чем заключение автотехнической экспертизы от ДД.ММ.ГГГГ № признано недопустимым доказательством.

Вместе с тем, судебная коллегия не может согласиться с этими выводами суда первой инстанции.

Как указал Конституционный Суд РФ, по смыслу положений ч. 3 ст. 195 и ч. 1 ст. 198 УПК РФ, ознакомление подозреваемого, обвиняемого, его защитника с постановлением о назначении экспертизы до начала её производства – при отсутствии объективной невозможности это сделать – является обязательным (определения от 5.02.2015 № 257-О, № 258-О, № 259-О, № 260-О и № 261-О, от 17.02.2015 № 408-О).

Вместе с тем, факт одновременного ознакомления обвиняемого и его защитника с постановлением о назначении автотехнической судебной экспертизы и с самим заключением экспертизы сам по себе не является основанием для признания экспертизы недопустимым доказательством и не может свидетельствовать о нарушении права на защиту, поскольку действующее уголовно-процессуальное законодательство предусматривает в таком случае процессуальную возможность для стороны защиты поставить перед экспертом дополнительные или новые вопросы как в стадии предварительного расследования, так и в судебном заседании.

Данное обстоятельство не лишало обвиняемого и его защитника возможности реализовать предусмотренные п. 11 ч. 4 ст. 47, статьями 198 и 206 УПК РФ права, в том числе посредством заявления ходатайств о проведении дополнительной либо повторной экспертизы.

Более того право инициировать ходатайство о назначении дополнительной автотехнической судебной экспертизы сторона защиты впоследствии реализовала при ознакомлении с материалами уголовного дела; это ходатайство следователем было рассмотрено, по нему принято процессуальное решение. Кроме того в последующем при дополнительном следствии сторона защиты с таким ходатайством не обращалась.

Вывод суда об обязательном письменном согласии свидетеля ФИО5 на проведение судебной автотехнической экспертизы основан на неверном толковании ч. 4 ст. 195 УПК РФ.

В силу ч. 4 ст. 195 УПК РФ и абз. 3 п. 7 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2020 № 28 «О судебной экспертизе по уголовным делам» назначение и производство экспертизы в отношении свидетеля без его согласия, которое даётся в письменном виде, недопустимо.

Судебная коллегия отмечает, что при проведении автотехнической судебной экспертизы от ДД.ММ.ГГГГ № требования ч. 4 ст. 195 УПК РФ не нарушены, поскольку согласие свидетеля на проведение экспертизы необходимо только при проведении экспертизы непосредственно личности. В данном же случае исследование проводилось для выяснения обстоятельств и причин дорожно-транспортного происшествия, а потому и согласия ФИО5 на проведение оспариваемой экспертизы не требовалось.

Вывод суда первой инстанции о недопустимости заключения автотехнической экспертизы от ДД.ММ.ГГГГ № ввиду того, что в основу экспертного заключения в качестве исходных данных положены первоначальные показания свидетеля ФИО5 от ДД.ММ.ГГГГ, в то время как в обвинительном заключении в качестве доказательства виновности ФИО1 указаны показания этого свидетеля от ДД.ММ.ГГГГ, которые существенно отличаются от первоначальных показаний в части движения управляемого им автомобиля по одной из полос в южном направлении, расположения транспортных средств непосредственно перед дорожно-транспортным происшествием, судебная коллегия оценивает критически, поскольку изложенное свидетельствует не о недопустимости заключения экспертизы как доказательства, а указывает на сомнение в его достоверности.

Таким образом, вывод суда первой инстанции о признании заключения судебной экспертизы недопустимым доказательством вследствие нарушения права обвиняемого на защиту в связи с несвоевременным ознакомлением с постановлением о назначении экспертизы, отсутствия согласия свидетеля на проведение судебной автотехнической экспертизы и её назначение на неверных исходных данных судебной коллегией отвергается, поскольку при изложенных обстоятельствах таковое не может явиться поводом к признанию данного доказательства недопустимым.

В то же время отмеченные судом препятствия могут быть устранены судом при рассмотрении уголовного дела по существу, поскольку в силу ст. 283 УПК РФ и п. 15 указанного постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2010 года № 28 суд вправе назначить судебную экспертизу. Кроме того, согласно ч. 2 ст. 17 УПК РФ и разъяснениям, содержащимся в п. 19 данного постановления, заключение эксперта не имеет заранее установленной силы, не обладает преимуществом перед другими доказательствами и оценивается по общим правилам в совокупности с другими доказательствами.

Таким образом, указанные судом основания возвращения уголовного дела прокурору таковыми не являются.

В соответствии с п. 2 ст. 389.15 и ч. 1 ст. 389.17 УПК РФ основанием отмены судебного решения судом апелляционной инстанции является существенное нарушение уголовно-процессуального закона, которое иным путём повлияло на вынесение законного и обоснованного судебного решения.

Соглашаясь с доводами апелляционного представления, судебная коллегия отмечает, что основания, которые приведены судом первой инстанции в обоснование возвращения дела прокурору, таковыми не являются, изложенное в обжалованном постановлении не препятствовало рассмотрению уголовного дела судом по существу и вынесению итогового решения по делу, в связи с чем постановление суда о возвращении уголовного дела прокурору не может быть признано законным и обоснованным.

С учётом изложенного, а также того обстоятельства, что при вынесении обжалуемого постановления суд первой инстанции допустил выражения, свидетельствующие об оценке доказательств по делу, постановление суда о возвращении уголовного дела прокурору подлежит отмене, а уголовное дело направлению в тот же суд для рассмотрения по существу в ином составе.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 389.20, 389.28 и 389.33 УПК РФ, судебная коллегия

п о с т а н о в и л а :

постановление Сарпинского районного суда Республики Калмыкия от 16 сентября 2025 года о возвращении уголовного дела по обвинению ФИО1 в совершении преступления, предусмотренного частью 1 статьи 264 УК РФ, прокурору для устранения препятствий его рассмотрения судом отменить, уголовное дело направить на новое судебное рассмотрение со стадии судебного разбирательства в тот же суд в ином составе.

Апелляционное представление прокурора Кетченеровского района Республики Калмыкия Джамбинова Ю.В. удовлетворить.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в кассационном порядке, установленном главой 47.1 УПК РФ, непосредственно в судебную коллегию по уголовным делам Четвёртого кассационного суда общей юрисдикции.

Председательствующий С.Н. Нусхаев