Дело № 2-287/2026 (2-4542/2025)

УИД 74RS0031-01-2025-007867-18

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

27 января 2026 года г. Магнитогорск

Орджоникидзевский районный суд г. Магнитогорска Челябинской области в составе председательствующего судьи Кульпина Е.В.,

при секретаре судебного заседания Прошкиной О.А.,

с участием истца ФИО1,

прокурора Негамедчановой Ж.С.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к Российской Федерации в лице Министерства финансов Российской Федерации о взыскании компенсации морального вреда в порядке реабилитации за незаконное уголовное преследование,

УСТАНОВИЛ:

Истец ФИО1 обратилась в суд с иском к Министерству финансов Российской Федерации о взыскании компенсации морального вреда в порядке реабилитации за незаконное уголовное преследование.

В обоснование заявленных требований истец указала, что 

<

дата обезличена> она была задержана в порядке ст. 91 Уголовного кодекса РФ по подозрению в совершении преступления, предусмотренного 

<

данные изъяты> Уголовного кодекса РФ и помещена в 

<

данные изъяты>.

В 

<

дата обезличена> она была этапирована в 

<

данные изъяты>.

В 

<

дата обезличена> ей было вручено обвинительное заключение, в котором предъявлено обвинение по 

<

данные изъяты>

В декабре 2019 года ее снова этапировали в 

<

данные изъяты> для проведения судебного следствия.

Приговором Ленинского районного суда г. Магнитогорска от 

<

дата обезличена> она была признана виновной по всему составу предъявленного ей обвинения, ей было назначено наказание в виде 9 лет 6 месяцев лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима.

Апелляционным определением Челябинского областного суда приговор Ленинского районного суда г. Магнитогорска от 

<

дата обезличена> был отменен, уголовное дело было передано на новое судебное разбирательство в суд первой инстанции в ином составе суда.

Приговором Ленинского районного суда г. Магнитогорска от 

<

дата обезличена> она была признана виновной по 

<

данные изъяты>, а также оправдана по обвинению в совершении преступления, предусмотренного ч

<

данные изъяты> в связи с чем за ней признано право на реабилитацию.

Истец указывает, что увеличенный объем обвинения повлек за собой, увеличение срока следственных действий, длительность судебного следствия и отмену приговора, что в свою очередь привело к увеличению времени ее пребывания в СИЗО.

Длительное пребывание в СИЗО, в том числе с отсутствием возможности работать, причинило истцу имущественный вред, а также привело к ухудшению ее здоровья.

Истец просила суд взыскать в ее пользу с Министерства финансов Российской Федерации за счет средств казны Российской Федерации в качестве компенсации имущественного вреда сумму в размере 775 000 рублей, в качестве компенсации морального вреда сумму в размере 650 000 рублей (т.1 л.д. 5-8).

Определением суда от 22 декабря 2025 года к участию в деле в качестве третьего лица привлечена Прокуратура Челябинской области (т.3 л.д. 32-33).

Определением суда от 27 января 2026 года производство по делу в части исковых требований ФИО1 к Министерству финансов Российской Федерации о взыскании имущественного вреда в размере 775 000 рублей прекращено в связи с отказом истца от иска в данной части (т.3 л.д. 50-51).

Истец ФИО1 в судебном заседании исковые требования в части взыскания с ответчика компенсации морального вреда в порядке реабилитации за незаконное уголовное преследование поддержала, просила их удовлетворить.

В судебном заседании, а также в письменных пояснениях представленных в материалы дела истец указала, что в период нахождения в СИЗО она фактически была лишена медицинской помощи, что сказалось на ее здоровье (на правой ноге начались язвы и варикозное расширение вен, потеря зубов), также она была лишена возможности нормально общаться со своей несовершеннолетней дочерью.

В период ее пребывания в СИЗО дочь была помещена в детский дом, а затем незаконно передана в приемную семью, позже дочь была помещена в ОПНД, где ей незаконно давали препараты, которые тормозили ее психику.

Длительное пребывание в СИЗО, а также переживания за дочь сказались на ее самочувствии и здоровье, она плохо спала, у нее синели руки и лицо при любых переживаниях, был нарушен аппетит.

В связи с нервными срывами и истериками ей давали успокоительные препараты.

Фактически она более шести лет находилась в следственном изоляторе, то есть содержалась в условиях тюрьмы, хотя за вмененные ей преступления положен общий режим содержания, была лишена возможности быть с дочерью (т.3 л.д. 30-31, 55).

Представитель ответчика Министерства финансов Российской Федерации в судебное заседание не явился, о дате, времени и месте судебного заседания извещен надлежащим образом, о причинах своего отсутствия суд не уведомил, не просил об отложении рассмотрения дела.

В представленных в материалы дела письменных возражениях на исковое заявление представитель ответчика Министерства финансов Российской Федерации – руководитель Управления Федерального казначейства по Челябинской области С действующий на основании доверенности 

<

номер обезличен> от 

<

дата обезличена> исковые требования ФИО1 не признал в полном объеме указав на их необоснованность.

Считает, что требование ФИО1 о возмещении имущественного вреда, связанного с уголовным преследованием в совершении преступления, предусмотренного 

<

данные изъяты>, подлежит разрешению в порядке, установленном уголовно-процессуальным законодательством.

Указал, что истцом не представлены доказательства о каких-либо неблагоприятных последствиях, возникших вследствие привлечения ее к уголовной ответственности по обвинению, в совершении преступления, предусмотренного 

<

данные изъяты>.

Более того, оправдание истца в совершении преступления, предусмотренного ч

<

данные изъяты> не повлекло для ФИО1 оправдания в целом по предъявленному обвинению, а также не свидетельствует о незаконности совершенных процессуальных действий, связанных с расследованием и рассмотрением уголовного дела в отношении истца, в частности, о незаконности избранной в отношении истца меры пресечения в виде заключения под стражу, поскольку истцу было предъявлено обвинение в совершении еще 

<

данные изъяты> расследование которых происходило одновременно, истец была осуждена к лишению свободы.

Полагает, что оснований для удовлетворения требований ФИО1 о компенсации морального вреда в заявленном размере не имеется, так как не было допущено факта незаконного применения к истцу меры пресечения, или совершения неправомерных действий, посягающих на ее неимущественные права либо на другие нематериальные блага, связанных непосредственно с уголовным преследованием в совершении преступления, предусмотренного 

<

данные изъяты>

Просил рассмотреть дело без его участия (т.3 л.д. 39-42, 46-47).

Представитель третьего лица прокуратуры Челябинской области Негамедчанова Ж.С., действующая на основании доверенности от 

<

дата обезличена>, в судебном заседании указала, что требования истца о компенсации морального вреда являются законными, обоснованными и подлежат удовлетворению с учетом принципа разумности.

При таких обстоятельствах, в силу положений ч. 3 ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд полагает возможным рассмотреть гражданское дело в отсутствие лиц, участвующих в деле, извещенных надлежащим образом и в срок, принимая во внимание, что в соответствии со статьями 14 и 16 Федерального закона от 22.12.2008 года №262-ФЗ «Об обеспечении доступа к информации о деятельности судов в Российской Федерации» информация о дате, времени и месте судебного заседания размещена на официальном интернет-сайте Орджоникидзевского районного суда г. Магнитогорска magord.chel.sudrf.ru.

Суд, заслушав мнение сторон, участвующих в деле, исследовав письменные материалы дела, оценив представленные доказательств, приходит к выводу о частичном удовлетворении заявленных требований исходя из следующего.

Статьей 2 Конституции Российской Федерации закреплено, что человек, его права и свободы являются высшей ценностью. Признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина - обязанность государства.

В соответствии со ст. 45 Конституции Российской Федерации государственная защита прав и свобод человека и гражданина в Российской Федерации гарантируется. Каждый вправе защищать свои права и свободы всеми способами, не запрещенными законом.

Статьей 53 Конституции Российской Федерации к числу гарантированных Конституцией прав граждан отнесено право на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц.

Частью 4 ст. 11 Уголовно-процессуального кодекса РФ предусмотрено, что вред, причиненный лицу в результате нарушения его прав и свобод судом, а также должностными лицами, осуществляющими уголовное преследование, подлежит возмещению по основаниям и в порядке, которые установлены Уголовно-процессуальным кодексом Российской Федерации.

В соответствии с п. 34 ст. 5 Уголовно-процессуального кодекса РФ, под реабилитацией в уголовном судопроизводстве понимается порядок восстановления прав и свобод лица, незаконно или необоснованно подвергнутого уголовному преследованию, и возмещения причиненного ему вреда.

Реабилитированный - лицо, имеющее в соответствии с Уголовно-процессуальным кодексом РФ право на возмещение вреда, причиненного ему в связи с незаконным или необоснованным уголовным преследованием (п. 35 статьи 5 Уголовно-процессуального кодекса РФ).

В соответствии с ч. 1 ст. 133 Уголовно-процессуального кодекса РФ право на реабилитацию включает в себя право на возмещение имущественного вреда, устранение последствий морального вреда и восстановление в трудовых, пенсионных, жилищных и иных правах. Вред, причиненный гражданину в результате уголовного преследования, возмещается государством в полном объеме независимо от вины органа дознания, дознавателя, следователя, прокурора и суда.

Как следует из пунктов 1, 4 ч. 2 ст. 133 Уголовно-процессуального кодекса РФ, право на реабилитацию, в том числе право на возмещение вреда, связанного с уголовным преследованием, имеет, в частности, подсудимый, в отношении которого вынесен оправдательный приговор, осужденный - в случаях полной или частичной отмены вступившего в законную силу обвинительного приговора суда и прекращения уголовного дела по основаниям, предусмотренным пунктами 1 и 2 ч. 1 ст. 27 данного кодекса.

В силу ч. 1 ст. 134 Уголовно-процессуального кодекса РФ суд в приговоре, определении, постановлении, а следователь, дознаватель в постановлении признают за оправданным либо лицом, в отношении которого прекращено уголовное преследование, право на реабилитацию. Одновременно реабилитированному направляется извещение с разъяснением порядка возмещения вреда, связанного с уголовным преследованием.

Иски о компенсации за причиненный моральный вред в денежном выражении предъявляются в порядке гражданского судопроизводства (ч. 2 ст. 136 Уголовно-процессуального кодекса РФ).

В силу п. 1 ст. 1099 Гражданского кодекса РФ основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 "Обязательства вследствие причинения вреда" Гражданского кодекса РФ и ст. 151 Гражданского кодекса РФ.

Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред (ст. 151 Гражданского кодекса РФ).

Вред, причиненный гражданину в результате незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного ареста, а также вред, причиненный юридическому лицу в результате незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного приостановления деятельности, возмещается за счет казны Российской Федерации, а в случаях, предусмотренных законом, за счет казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования в полном объеме независимо от вины должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда в порядке, установленном законом (п. 1 ст. 1070 Гражданского кодекса РФ).

Согласно положениям ст. 1100 Гражданского кодекса РФ в случаях, когда вред причинен гражданину в результате его незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного наложения административного взыскания в виде ареста или исправительных работ, компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда.

Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего (п. 2 ст. 1101 Гражданского кодекса РФ).

Как следует из материалов дела и установлено в судебном заседании, ФИО1 обвинялась в совершении преступлений, предусмотренных ч

<

данные изъяты> и содержалась под стражей с 

<

дата обезличена>.

Приговором Ленинского районного суда г. Магнитогорска Челябинской области от 

<

дата обезличена> ФИО1 признана виновной в совершении преступлений, предусмотренных 

<

данные изъяты>

На основании ч. 3 ст. 69 Уголовного кодекса РФ по совокупности преступлений, путем частичного сложения наказаний, назначенных за каждое преступление, ФИО1 назначено наказание в виде лишение свободы на срок девять лет шесть месяцев с ограничением свободы сроком шесть месяцев с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима.

Указано, что меру пресечения ФИО1 в виде заключения под стражу, оставить без изменения, по вступлении приговора в законную силу - отменить (т.2 л.д. 127-219).

Апелляционным определением Челябинского областного суда от 

<

дата обезличена> приговор Ленинского районного суда г. Магнитогорска Челябинской области от 

<

дата обезличена> в отношении ФИО1 отменен, уголовное дело направлено на новое судебное разбирательство в суд первой инстанции в ином составе со стадии судебного разбирательства.

Указано, что меру пресечения ФИО1 в виде заключения под стражу, оставить прежней, продлив срок ее действия на 2 (два) месяца – до 

<

дата обезличена> (т.2 л.д. 220-235).

Приговором Ленинского районного суда г. Магнитогорска Челябинской области от 

<

дата обезличена> ФИО1 признана виновной в совершении 

<

данные изъяты>

На основании ч. 3 ст. 69 Уголовного кодекса РФ по совокупности преступлений, путем частичного сложения наказаний, ФИО1 назначено наказание в виде лишение свободы на срок семь лет шесть месяцев с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима.

При назначении наказания в отношении ФИО1 в качестве обстоятельств, смягчающих наказание учтены

<

данные изъяты>

Обстоятельств, отягчающих наказание, предусмотренных ст. 63 Уголовного кодекса РФ, судом не установлено.

Указано, что меру пресечения ФИО1 в виде заключения под стражу, оставить без изменения, по вступлении приговора в законную силу – отменить.

Кроме того, приговором Ленинского районного суда г. Магнитогорска Челябинской области от 

<

дата обезличена> ФИО1 оправдана по обвинению в совершении преступления, предусмотренного 

<

данные изъяты> а также оправдана по обвинению в совершении 

<

данные изъяты> в связи с непричастностью к совершению указанных преступлений.

За частично оправданной ФИО1 в соответствии со ст.ст. 133, 134 Уголовного кодекса РФ признано право на реабилитацию (т.1 л.д. 24-56)

Апелляционным приговором Челябинского областного суда от 

<

дата обезличена> приговор Ленинского районного суда г. Магнитогорска Челябинской области от 

<

дата обезличена> в отношении ФИО1 отменен, постановлен новый приговор.

Апелляционным приговором Челябинского областного суда от 

<

дата обезличена> ФИО1 оправдана по обвинению в совершении преступления, предусмотренного 

<

данные изъяты> в связи с отсутствием в ее действиях состава указанного преступления, а также оправдана по обвинению в совершении 

<

данные изъяты> основании п. 2 ч. 2 ст. 302 УПК РФ в связи с непричастностью к совершению указанных преступлений.

В соответствии со ст. 133, ч. 1 ст. 134 Уголовного кодекса РФ за ФИО1 признано право на реабилитацию в части оправдания по обвинению в совершении указанных преступлений.

Также Апелляционным приговором Челябинского областного суда от 

<

дата обезличена> ФИО1 признана виновной в совершении 

<

данные изъяты>

На основании ч. 3 ст. 69 Уголовного кодекса РФ по совокупности преступлений, путем частичного сложения наказаний, ФИО1 назначено наказание в виде лишение свободы на срок семь лет шесть месяцев с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима.

При назначении наказания в отношении ФИО1 в качестве обстоятельств, смягчающих наказание учтены: 

<

данные изъяты>

Обстоятельств, отягчающих наказание, предусмотренных ст. 63 Уголовного кодекса РФ, судом не установлено.

Указано, что меру пресечения ФИО1 в виде заключения под стражу, оставить без изменения, по вступлении приговора в законную силу – отменить.

Апелляционный приговор Челябинского областного суда от 

<

дата обезличена> вступил в законную силу 

<

дата обезличена> (т.1 л.д. 57-182).

Согласно ч. 1 ст. 12 ГПК РФ правосудие по гражданским делам осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон.

В силу ч. 1 ст. 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

В соответствии со ст. 67 ГПК РФ суд оценивает представленные сторонами доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.

Обращаясь с иском о взыскании компенсации морального вреда ФИО1 указала, что увеличенный объем обвинения повлек за собой, увеличение срока следственных действий, длительность судебного следствия и отмену приговора, что в свою очередь привело к увеличению времени ее пребывания в СИЗО.

Фактически она более шести лет находилась в следственном изоляторе, то есть содержалась в условиях тюрьмы, в период нахождения в СИЗО она фактически была лишена медицинской помощи, что сказалось на ее здоровье (на правой ноге начались язвы и варикозное расширение вен, потеря зубов), также она была лишена возможности нормально общаться со своей несовершеннолетней дочерью, ей была запрещена переписка, а также звонки.

В период ее пребывания в СИЗО дочь 

<

данные изъяты>.

Длительное пребывание в СИЗО, а также переживания за дочь сказались на ее самочувствии и здоровье, она плохо спала, у нее синели руки и лицо при любых переживаниях, был нарушен аппетит, имели место нервные срывы и истерики.

В пункте 21 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 ноября 2011 года № 17 «О практике применения судами норм главы 18 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регламентирующих реабилитацию в уголовном судопроизводстве» разъяснено, что при определении размера денежной компенсации морального вреда реабилитированному судам необходимо учитывать степень и характер физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, иные заслуживающие внимания обстоятельства, в том числе продолжительность судопроизводства, длительность и условия содержания под стражей, вид исправительного учреждения, в котором лицо отбывало наказание, и другие обстоятельства, имеющие значение при определении размера компенсации морального вреда, а также требования разумности и справедливости. Мотивы принятого решения о компенсации морального вреда должны быть указаны в решении суда.

В пункте 42 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» даны разъяснения о том, что моральный вред, причиненный в связи с незаконным или необоснованным уголовным или административным преследованием, может проявляться, например, в возникновении заболеваний в период незаконного лишения истца свободы, его эмоциональных страданиях в результате нарушений со стороны государственных органов и должностных лиц прав и свобод человека и гражданина, в испытываемом унижении достоинства истца как добросовестного и законопослушного гражданина, ином дискомфортном состоянии, связанном с ограничением прав истца на свободу передвижения, выбор места пребывания, изменением привычного образа жизни, лишением возможности общаться с родственниками и оказывать им помощь, распространением и обсуждением в обществе информации о привлечении лица к уголовной или административной ответственности, потерей работы и затруднениями в трудоустройстве по причине отказов в приеме на работу, сопряженных с фактом возбуждения в отношении истца уголовного дела, ограничением участия истца в общественно-политической жизни.

При определении размера компенсации судам в указанных случаях надлежит учитывать в том числе длительность и обстоятельства уголовного преследования, тяжесть инкриминируемого истцу преступления, избранную меру пресечения и причины избрания определенной меры пресечения (например, связанной с лишением свободы), длительность и условия содержания под стражей, однократность и неоднократность такого содержания, вид и продолжительность назначенного уголовного наказания, вид исправительного учреждения, в котором лицо отбывало наказание, личность истца (в частности, образ жизни и род занятий истца, привлекался ли истец ранее к уголовной ответственности), ухудшение состояния здоровья, нарушение поддерживаемых истцом близких семейных отношений с родственниками и другими членами семьи, лишение его возможности оказания необходимой им заботы и помощи, степень испытанных нравственных страданий.

Из приведенных выше норм материального права и разъяснений, содержащихся в постановлениях Пленума Верховного Суда Российской Федерации, следует, что основания возникновения права гражданина на реабилитацию, порядок признания этого права и возмещения гражданину вреда, связанного с уголовным преследованием, закреплены в Уголовно-процессуальном кодексе Российской Федерации, устанавливающем в том числе, что иски за причиненный реабилитированному моральный вред в денежном выражении предъявляются в порядке гражданского судопроизводства. В Гражданском кодексе Российской Федерации содержатся положения об ответственности за вред, причиненный незаконными действиями органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда, а также нормы, определяющие основания, способы и размеры компенсации морального вреда.

Моральный вред - это нравственные и (или) физические страдания, причинённые действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага.

Компенсация морального вреда, являясь одним из способов возмещения вреда лицу, которое незаконно или необоснованно было подвергнуто уголовному преследованию, направлена на возмещение такому лицу тех нравственных и (или) физических страданий, которые оно претерпевало в результате незаконного уголовного преследования.

Компенсация морального вреда подлежит взысканию в пользу реабилитированного гражданина за счёт казны Российской Федерации и независимо от вины должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда. Реабилитированный гражданин (истец по делу о компенсации морального вреда в связи с незаконным уголовным преследованием) должен доказать характер и степень нравственных и (или) физических страданий, причинённых ему в результате незаконного уголовного преследования, то есть само по себе незаконное уголовное преследование не может служить безусловным основанием для взыскания в пользу реабилитированного лица заявленной им суммы компенсации морального вреда.

Поскольку закон (статьи 151, 1101 ГК РФ) устанавливает лишь общие принципы определения размера компенсации морального вреда, суду при разрешении спора о компенсации морального вреда в связи с незаконным уголовным преследованием необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда и конкретные обстоятельства, связанные с незаконным преследованием гражданина, соотнести их с тяжестью причинённых гражданину физических и нравственных страданий и индивидуальные особенности его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности, справедливости и соразмерности компенсации последствиям нарушения прав.

Следовательно, исходя из цели присуждения компенсации морального вреда реабилитированному гражданину размер этой компенсации должен быть индивидуализирован, то есть определён судом применительно к личности реабилитированного гражданина, к понесённым именно им нравственным и (или) физическим страданиям в результате незаконного уголовного преследования с учётом длительности и обстоятельств уголовного преследования, тяжести инкриминируемого ему преступления, избранной в отношении его меры процессуального принуждения, причины избрания такой меры и иных обстоятельств, сопряжённых с фактом возбуждения в отношении гражданина уголовного дела.

Вместе с тем, компенсация морального вреда должна быть адекватной обстоятельствам причинения морального вреда лицу, подвергнутому незаконному уголовному преследованию, и должна обеспечивать баланс частных и публичных интересов, с тем чтобы выплата компенсации морального вреда одним категориям граждан не нарушала бы права других категорий граждан, поскольку казна Российской Федерации формируется в соответствии с законодательством за счёт налогов, сборов и платежей, взимаемых с граждан и юридических лиц, которые распределяются и направляются как на возмещение вреда, причинённого государственными органами, так и на осуществление социальных и других значимых для общества программ, для оказания социальной поддержки гражданам, на реализацию прав льготных категорий граждан.

Исследовав и оценив представленные в материалы дела доказательства в порядке ст. 67 ГПК РФ, руководствуясь приведенными выше нормами закона, принимая во внимание, что ФИО1 апелляционным приговором Челябинского областного суда от 

<

дата обезличена> была оправдана по обвинению в совершении преступления, предусмотренного 

<

данные изъяты> в связи с отсутствием в ее действиях состава указанного преступления, а также оправдана по обвинению в совершении 

<

данные изъяты> в связи с непричастностью к совершению указанных преступлений, за ФИО1 было признано право на реабилитацию, суд полагает установленным, что в отношении ФИО1 имело место незаконное уголовное преследование в связи с чем приходит к выводу о правомерности требований истца о взыскании компенсации морального вреда в порядке, предусмотренном гражданским законодательством.

Так при незаконном уголовном преследовании каждый человек испытывает как нравственные, так и физические страдания. Это является общеизвестным фактом, не требующим доказывания в силу ч. 1 ст. 61 Гражданского процессуального кодекса РФ.

Разумность компенсации морального вреда является оценочной категорией, четкие критерии ее определения применительно к тем или иным видам дел не предусматриваются. В каждом конкретном случае суд вправе определить такие пределы с учетом конкретных обстоятельств дела.

При определении размера компенсации морального вреда, причиненного истцу, исходя, как из обязанности максимально возместить причиненный истцу моральный вред, так и не допустить его неосновательного обогащения, суд учитывает: обстоятельства и длительность уголовного преследования истца (более пяти лет), характер избранной в отношении истца меры пресечения - заключение под стражу, период ее действия (с 

<

дата обезличена> по 

<

дата обезличена>), а также, что преступления, в совершении которых обвинялась ФИО1 в соответствии со ст. 15 Уголовного кодекса РФ, являлись тяжкими и особо тяжкими.

При этом доводы ФИО1 о том, что в результате незаконного уголовного преследования ухудшилось ее состояние здоровья, она плохо спала, у нее синели руки и лицо при любых переживаниях, был нарушен аппетит, имели место нервные срывы и истерики, на правой ноге начались язвы и варикозное расширение вен, она потеряла зубы, суд отклоняет, так как доказательства, свидетельствующие о степени и характере перенесенных истцом в связи с этими обстоятельствами физических и нравственных страданий, в материалы дела не представлены. Равно как и не представлены доказательства того, что такие страдания соответствуют заявленной истцом в иске сумме компенсации морального вреда.

Представленные истцом копии документов не подтверждают причинно-следственную связь между уголовным преследованием ФИО1 и ухудшением состояния ее здоровья (т.3 л.д. 27-28).

Таким образом, доказательства причинения ущерба здоровью истца в результате незаконного уголовного преследования отсутствуют.

Учитывая, что обязанность представить доказательства характера и степени нравственных и (или) физических страданий причиненных истцу в результате незаконного уголовного преследования возложена на последнего, при этом истцом не представлено доказательств ухудшения ее состояния здоровья и наступления иных негативных последствий, принимая во внимание указанные положения закона, и разъяснения по их применению, оценив в совокупности все представленные доказательства и обстоятельства, при которых истцу причинен моральный вред, а именно: обстоятельства и длительность уголовного преследования, применение к истцу меры процессуального принуждения в виде заключения под стражу, период ее действия, тяжесть предъявленных обвинений, основания прекращения уголовного преследования, оправдание истца только в части предъявленных обвинений, в связи с чем данное обстоятельство не повлияло на условия содержания истца, данные о личности истца, в том числе семейное положение (имеющей малолетнего ребенка), индивидуальные особенности истца, испытывавшей беспокойство и стресс в связи с возможностью привлечения к уголовной ответственности, а также переживания по поводу местонахождения дочери, ее состояния, отсутствия возможности находится рядом с дочерью и оказывать ей помощь, что несомненно причинило истцу нравственные страдания, с учетом требований разумности и справедливости суд полагает, что в пользу истца подлежит взысканию компенсация морального вреда 100 000 рублей, которая позволит с одной стороны максимально возместить причиненный ФИО1 моральный вред, а с другой стороны – не допустить неосновательного обогащения истца, что обеспечит баланса частных и публичных интересов.

Оснований для взыскания в пользу истца компенсации морального вреда в большем размере, с учетом представленных в материалы дела доказательств, суд не усматривает.

В соответствии со ст. 1071 Гражданского кодекса РФ в случаях, когда в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации или другими законами причиненный вред подлежит возмещению за счет казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования, от имени казны выступают соответствующие финансовые органы, если в соответствии с пунктом 3 статьи 125 Гражданского кодекса Российской Федерации эта обязанность не возложена на другой орган, юридическое лицо или гражданина.

В силу подпункта 1 п. 3 ст. 158 Бюджетного кодекса РФ главный распорядитель средств федерального бюджета, бюджета субъекта Российской Федерации, бюджета муниципального образования выступает в суде соответственно от имени Российской Федерации, субъекта Российской Федерации, муниципального образования в качестве представителя ответчика по искам к Российской Федерации, субъекту Российской Федерации, муниципальному образованию о возмещении вреда, причиненного физическому лицу или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления или должностных лиц этих органов, по ведомственной принадлежности, в том числе в результате издания актов органов государственной власти, органов местного самоуправления, не соответствующих закону или иному правовому акту.

В пункте 14 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28 мая 2019 года№ 13 «О некоторых вопросах применения судами норм Бюджетного кодекса Российской Федерации, связанных с исполнением судебных актов по обращению взыскания на средства бюджетов бюджетной системы Российской Федерации» разъяснено, что субъектом, обязанным возместить вред по правилам статьи 1070 ГК РФ, и, соответственно, ответчиком по указанным искам является Российская Федерация, от имени которой в суде выступает Минфин России, поскольку эта обязанность ГК РФ, БК РФ или иными законами не возложена на другой орган, юридическое лицо или гражданина (статья 1071 ГК РФ).

При удовлетворении иска о возмещении вреда в порядке, предусмотренном статьей 1070 ГК РФ, в резолютивной части решения суд указывает на взыскание вреда с Российской Федерации в лице Минфина России за счет казны Российской Федерации.

Таким образом, с Российской Федерации в лице Министерства финансов Российской Федерации за счет средств казны Российской Федерации в пользу ФИО1 подлежит взысканию компенсация морального вреда, причиненного незаконным уголовным преследованием в размере 100 000 рублей.

Руководствуясь ст. ст. 194 - 198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 к Российской Федерации в лице Министерства финансов Российской Федерации о взыскании компенсации морального вреда, удовлетворить частично.

Взыскать с Российской Федерации в лице Министерства финансов Российской Федерации за счет средств казны Российской Федерации в пользу ФИО1 (

<

номер обезличен>) компенсацию морального вреда, причиненного незаконным уголовным преследованием в размере 100 000 рублей.

В остальной части исковых требований отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Челябинский областной суд в течение месяца со дня составления решения суда в окончательной форме, с подачей жалобы через Орджоникидзевский районный суд г. Магнитогорска Челябинской области.

Председательствующий: / подпись /

Мотивированное решение суда изготовлено 10 февраля 2026 года.