Уголовное дело №1-12/2021 

ПРИГОВОР

ИМЕНЕЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

с. Сямжа 11.06.2021

Сямженский районный суд Вологодской области в составе председательствующего судьи Юрова А.Е., с участием прокурора Сямженского района Фаламеева А.В., защитника Строкова Н.А., представившего удостоверение №, ордер №, при секретаре Анкудиновой К.А., рассмотрел материалы уголовного дела в отношении ФИО27, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженца 

<

адрес>, 

<

данные изъяты>, зарегистрированного по адресу: 

<

адрес>, проживающего по адресу: 

<

адрес>, 

<

данные изъяты>, обвиняемого в совершении преступлений, предусмотренных ч. 1 ст. 105 УК РФ, п. «г» ч. 3 ст. 158 УК РФ, ч. 1 ст. 158 УК РФ, ч. 1 ст. 139 УК РФ, проверив представленные материалы, заслушав мнение прокурора, обвиняемого, защитника суд, 

УСТАНОВИЛ:

ФИО27 совершил незаконное проникновение в жилище, совершенное против воли проживающего в нем лица, при следующих обстоятельствах:

03.04.2020, в период времени с 18:00 до 21:00, ФИО27, находясь в 

<

адрес>, расположенной по адресу: 

<

адрес>, ФИО27 незаконно завладел ключами от замка входной двери жилища ФИО1 – квартиры расположенной по адресу: 

<

адрес>.

03.04.2020 в период времени с 18:00 до 21:00, у ФИО27 возник преступный умысел, направленный на незаконное проникновение в жилище ФИО1

Реализуя свой преступный умысел, в указанный период времени ФИО27 подошёл к входной двери вышеуказанной квартиры, где, действуя умышленно, имеющимися при себе ключами, отпер замок входной двери. После этого ФИО27 открыл данную дверь и незаконно, против воли проживающей в квартире ФИО1, проник внутрь жилого помещения последней.

03.04.2020, в период времени с 21:00 до 22:30, ФИО27, продолжая свои преступные действия, привел в вышеуказанную квартиру 

<

данные изъяты> ФИО2, неосведомленную о его преступных намерения, с которыми проживал в указной квартире до 16.04.2020

Кроме того ФИО27 совершил убийство, то есть умышленное причинение смерти другому человеку, при следующих обстоятельствах:

в период с 18:00 03.04.2020 до 00:00 20.04.2020, в здании 

<

адрес>, расположенной по адресу: 

<

адрес>, между ФИО27 и ФИО1, на почве личных неприязненных отношений произошла ссора, в ходе которой у ФИО27 возник умысел на совершение убийства ФИО1

Реализуя свой преступный умысел, в указанный период времени, ФИО27 находясь в подвальном помещении 

<

данные изъяты>, действуя умышленно, с целью причинения смерти ФИО1, осознавая общественную опасность своих действий, предвидя неизбежность наступления общественно-опасных последствий в виде смерти потерпевшей и желая их наступления, нанес неустановленным твердым тупым предметом (предметами) множественные удары по различным частям тела ФИО1 Продолжая реализацию своего преступного умысла, направленного на причинение смерти ФИО1 ФИО27 

<

данные изъяты>. В результате преступных действий ФИО27 ФИО1 не позднее 19.04.2020 скончалась на месте происшествия.

Своими умышленными преступными действиями ФИО27 причинил ФИО1 следующие телесные повреждения: 

<

данные изъяты>, которые согласно заключению эксперта у живого лица не повлекли бы за собой кратковременного расстройства здоровья – вреда здоровью, в соответствии с пунктом 9 Медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека. 

Так же ФИО27 совершил кражу, то есть тайное хищение чужого имущества, при следующих обстоятельствах: 

в период времени с 18:00 03.04.2020 до 07:02 13.04.2020, ФИО27 находясь в здании 

<

адрес>, расположенной по адресу: 

<

адрес>, руководствуясь корыстными побуждениями, с целью незаконного личного обогащения, действуя умышленно, тайно, из корыстных побуждений, похитил принадлежащей ФИО1 мобильный телефон марки 

<

данные изъяты> модели 

<

данные изъяты>, стоимостью 9 250 рублей. С похищенным имуществом ФИО27 с места происшествия скрылся и распорядился им по своему усмотрению, причинив ФИО1 и её наследнику ФИО3 материальный ущерб на сумму 9 250 рублей.

Кроме того, ФИО27 совершил кражу, то есть тайное хищение чужого имущества, совершенную с банковского счёта (при отсутствии признаков преступления, предусмотренного статьей 159.3 УК РФ) при следующих обстоятельствах: 

в период с 10 по 13 апреля 2020 у ФИО27 возник преступный умысел, направленный на тайное хищение денежных средств ФИО1 с её банковского счёта.

Реализуя свой преступный умысел, 13.04.2020 в 07:02 ФИО27, находясь по месту работы – в столовой 

<

адрес>, расположенной по адресу: 

<

адрес>, действуя умышленно, тайно, из корыстных побуждений, используя ранее похищенный у ФИО1 её мобильный телефон марки 

<

данные изъяты> модели 

<

данные изъяты>, с установленной в него сим-картой, отправил смс-сообщение «перевод №» с телефонного номера №, принадлежащего ФИО1, подключенного к сервису СМС-банк, на №, тем самым перевел с банковского счета №, открытого ДД.ММ.ГГГГ на имя ФИО1 в отделении 

<

адрес>, на свой банковский счёт №, открытый ДД.ММ.ГГГГ на его имя в отделении 

<

адрес>, денежные средства в сумме 8000 рублей.

Похищенными денежными средствами ФИО27 распорядился по своему усмотрению, причинив ФИО1 и её наследнику ФИО3 материальный ущерб на сумму 8 000 рублей. 

В судебном заседании ФИО27 вину в инкриминируемых деяниях признал частично, показал, что 03.04.2020 в 

<

адрес> проходила ревизия, а вечером в 

<

адрес> за стульями пришла ФИО1, они взяли ключи от подвала, и когда шли к подвалу, он её приобнял и в этот момент зашла ФИО2, которая стала ругаться. Он ушел переодеваться, и когда переодевался, то слышал крики. Переодевшись он вышел и увидел, что ФИО1 лежит на полу. Он попытался привести её в чувства, но не получилось, и в дальнейшем понял, что ФИО1 мертва. Он находился в шоковом состоянии, а ФИО2 ему сказала, что он виноват в случившемся, так как заигрывал с ФИО1 Он предлагал вызвать полицию, но ФИО2 ему сказала, что у неё 

<

данные изъяты>, и что её арестуют, 

<

данные изъяты>. Он предложил ФИО2 перенести тело ФИО1 в подвал, и когда он его поднимал, то из кармана ФИО1 выпали ключи, телефон и документы. После того, как он спустил тело в подвал, вернулся, то ключей больше не видел. После этого, он с ФИО2 разными дорогами пошли до лавы (подвесной мост), где встретились, и в месте дошли до дома. Но так в доме проживали 

<

данные изъяты>, и о всем происходящем могли услышать, ФИО2 предложила ему переехать в квартиру ФИО1, и он согласился, а так же предложила всем говорить, что ФИО1 сдала им квартиру, а сама уехала на период карантина. Когда он интересовался у ФИО2, что произошло, последняя ему сказала, что толкнула ФИО1 и та упала, и пока лежала, что-то сказала ФИО2, и ФИО2 надавила рукой на горло. Кроме того ФИО2 ему говорила, что она беременна от него, и чтобы он взял вину на себя, а она сможет уехать к 

<

адрес>, где сможет родить. Они переехали на квартиру ФИО1. После случившегося он больше телефона не видел. Как телефон и ключи оказались в столовой ему не известно. Когда давал явку с повинной, он не знал, где находятся телефон и ключи, поэтому сказал, что скинул их в ручей, так как думал, что ФИО2 их тоже выкинет. Пароля от телефона ФИО1 он не знал. Смс от имени ФИО1 он не отправлял. О том, что ФИО2 перевела ему с карты ФИО1 деньги он узнал от ФИО2, которая сказала, что перевела ему деньги, так как у неё не работал мобильный банк. Принадлежащей ему картой, пользовалась ФИО2, так как он ей её дал. На следующий день он перетащил тело ФИО1 подальше от входа, а спустя некоторое время перетащил в третий отсек, после чего решил приобрести цемент, и после того, как приготовил раствор, он засунул в рот ФИО1 тряпку, что бы раствор не попал в рот. Признал вину в сокрытии тела ФИО1, и в незаконном проникновении в жилище, в отношении иных эпизодов вину не признал.

Вина подсудимого ФИО27 подтверждается следующими доказательствами: 

Потерпевшая ФИО3 в судебном заседании показала, что ФИО1 приходилась 

<

данные изъяты>, и проживала в 

<

адрес> в своей квартире, и работала 

<

данные изъяты> в 

<

адрес>. ФИО1 вместе с ФИО27 училась в 

<

адрес>, а в дальнейшем вместе они работали в 

<

адрес>. Полагала, что у них были дружеские отношения, и когда ФИО1 требовалась помощь с компьютером, телефоном она всегда обращалась к ФИО27 ФИО1 практически каждые выходные приезжала к ним в 

<

адрес>. У них с 

<

данные изъяты> были доверительные отношения, созванивались каждый день, но если не удавалась созвониться то писали сообщения. Последний раз ФИО1 связывалась с ней в пятницу 03 апреля днём, она ходила в больницу, сказала, что ей дали больничный, и что она приедет в воскресенье, а на следующий день 

<

данные изъяты> на телефон пришла смс от 

<

данные изъяты>, что она уехала в 

<

адрес> с 

<

данные изъяты>, и пробудет там до 17 апреля. Она набирала ей на телефон, но он был не в зоне действия сети. Она знала, что в 

<

адрес> работала ФИО4, которая с 

<

адрес>, поэтому сначала беспокойства не было. Она писала ФИО1, что последняя не может позвонить, но пришло сообщение, что связь плохая. 13 апреля в виду того, что ей необходимо было ехать в 

<

адрес>, она написала 

<

данные изъяты> об этом, но ответа не было. 13 апреля приехав в 

<

адрес>, после учёбы она пошла к 

<

данные изъяты>, и попыталась открыть дверь своими ключами, но не смогла. Из-за двери услышала женский голос, который спросил: «

<

данные изъяты> ты?», на что она потребовала открыть дверь. Дверь открыла женщина, которая спросила: «Вам 

<

данные изъяты> ничего не сказала?», что она разрешила им пожить пока она уехала, и сказала, что она позвонит ФИО27. Через 10 минут пришёл ФИО27 и сказал ей, что ФИО1 уехала, но куда и с кем он не знает. Она попросила ФИО27, что если 

<

данные изъяты> приедет, что бы он ей сообщил об этом, и он согласился. Когда она приехала домой, от ФИО1 ей пришло сообщение, что она приедет в четверг и всё объяснит, а еще написала, что заболела. Но в четверг она не приехала. Как только приходили от 

<

данные изъяты> сообщения, они сразу пытались до неё дозвониться, но не могли. В пятницу от 

<

данные изъяты> пришло сообщение, о том, что они забрали ключи и пришли домой, после этого она позвонила ФИО27 и тот ей сказал, что 

<

данные изъяты> приходила с мужчиной, которого он не видел, забрала ключи, деньги за квартиру и они ушли. Они не смогли дозвониться до 

<

данные изъяты>, в связи с чем, она позвонила ФИО5, которая ей пояснила, что тоже не может связаться с ФИО1, и сказала, что съездит к ней на квартиру. ФИО5 около часа ночи позвонила и сказала, что ей дверь никто не открыл, и что она оставила записку, и что соседка сказал, что ни кого не было. На следующий день в субботу на странице у ФИО1 появилась запись, что её все достали. Полагает, что 

<

данные изъяты> такого написать не могла. 19 апреля в воскресенье она сообщила в полицию. Разговоров, что 

<

данные изъяты> пустит жить ФИО27 в свою квартиру не было. Заявленные исковые требования поддерживает, настаивает на строгом наказании. 

Представитель потерпевшей ФИО6 поддержал уточненные исковые требования, пояснил, что считает вину подсудимого доказанной, и просит назначить строе наказание, уточнил, что исходя из экспертизы следует, что 

<

данные изъяты> ФИО1 обнаружены 

<

данные изъяты>

Свидетель ФИО71 в судебных заседаниях показала, что ФИО1 была 

<

данные изъяты>, с которой у них не было секретов, они говорили обо всем. Виделись редко, но созванивались ежедневно. С родителями у ФИО1 были хорошие отношения, и последняя созванивалась с 

<

данные изъяты> каждый день, и на выходные ездил к 

<

данные изъяты>. ФИО1 работала вместе с ФИО27 и считала его своим другом. Доверяла ему свой мобильный телефон. У ФИО1 стоял код на телефоне её год рождения, и ФИО27 данный код знал. 03 апреля она до обеда созванивалась с ФИО1, и последняя со своим молодым человеком ФИО7 собиралась ехать на выходные в деревню к ФИО7, знакомиться с 

<

данные изъяты>, а так же сказала, что села на больничный, и они договорились, что свяжутся в понедельник. В понедельник она звонила и писала сообщения ФИО1, но та не отвечала, хотя сообщения были прочитаны. 09 апреля пришло сообщение, что ФИО1 отдыхает в деревне у друга. После этого, она писала, спрашивала, что происходит, но ответов не было. Пыталась дозвониться, и когда приходили смс, что снова в сети, так же пыталась звонить, но телефон был уже не активен. Писала 

<

данные изъяты> ФИО1, что случилось. В понедельник пришло сообщение от ФИО7, в котором он спрашивал, что произошло, почему ФИО1 на него обиделась. Созвонившись с ФИО7 она узнала, что он приезжал к ФИО1, но она не вышла, и написала ему смс, чтобы он её не искал, не звонил, и что он обиделся и уехал. 

<

данные изъяты> ФИО1 ей написала, что последняя отправила ей сообщение, что находится в 

<

адрес>. ФИО7 приезжал к ФИО1 после работы 03 апреля, и должен был переночевать у неё, а на следующий день, они должны были ехать в деревню, и ей это известно со слов ФИО1 Кроме того, она писала ФИО27, и спрашивал про ФИО1, а он ответил 19 апреля, что ФИО1 приходила и забрала ключи и деньги. Разговоров, что ФИО1 разрешит жить в своей квартире не было. 

Свидетель ФИО8 в судебном заседании показала, что с ФИО27 и ФИО1 была в хороших отношениях. О том, что пропала ФИО1 узнала, когда была на больничном, и она звонила ФИО27, по данному вопросу, который ей сказал, что сам находится в шоке. Пояснила, что бы попасть в подвал, необходимо открыто двери решетки, или необходимо выйти через задний вход 

<

данные изъяты>. 

Свидетель ФИО9 в судебном заседании показал, что ДД.ММ.ГГГГ ему позвонила продавец из магазина 

<

адрес>, и сказала, что необходимо отвести 4 мешка смеси, которую он отвез к столовой около 12-13 часов. Подъехав, он позвонил по номеру, и ему сказала, что необходимо подъехать к 

<

адрес> с задней стороны. Когда он подъехал, его встретил молодой человек, который рассчитался с ним за доставку и забрал мешки. 

Свидетель ФИО10 в судебном заседании показал, что ФИО1 и ФИО27 знает, а так же то, что ключи от подвала хранятся у заведующей 

<

данные изъяты>. 

Свидетель ФИО11 в судебном заседании показал, что по поручению ФИО12 обновлял тумбы под искусственными пальмами, и в ходе работ обнаружил целлофановый пакет, в котором были телефон и ключи, о чем сообщил ФИО12. 

Свидетель ФИО13 в судебном заседании показала, что 

<

данные изъяты> ФИО27 учился на 

<

данные изъяты> вместе с ФИО1 и у них были хорошие отношения. 06 марта к ним приехала ФИО2, но до этого ей было известно, что 

<

данные изъяты> общается с ней. 

<

данные изъяты>. ФИО2 жила у них в комнате 

<

данные изъяты>. ФИО2 говорила, что готова родить ФИО27 ребенка, но о том, что беременна разговоров не помнит. Полагает, что ФИО2 ревновала ФИО27 к ФИО1 

Свидетель ФИО14 в судебном заседании показала, что с ФИО27 и ФИО1 работали вместе, и у последних, между собой были хорошие взаимоотношения. Подвал закрывается на ключ, который хранится в кабинете заведующей. 03 апреля была ревизия, после которой, она ушла, а ФИО27, с 

<

данные изъяты> остались. ФИО1, была но то же ушла. После ревизии она ушла в отпуск, и о том, что ФИО1 пропала, узнала после возвращения из отпуска. 

Свидетель ФИО15 в судебных заседаниях показала, что у ФИО27 и ФИО1 были рабочие, бесконфликтные отношения. 03 апреля на больничный ушли 

<

данные изъяты> и ФИО1. 

<

данные изъяты> были на связи, а от ФИО1 сведений не было, и когда она звонила последней, у неё телефон был в не зоны действия сети. Позднее позвонила 

<

данные изъяты> ФИО1, и попросила отправить сообщение, что ФИО1 вызывают на работу. Она написала сообщение, и данное сообщение было прочитано, но ответа не последовало. Она спрашивала у ФИО27, но он говорил, что ни чего не знает, рассказывал, что 17 апреля видел ФИО1 последний раз, когда так приходила за ключами. Ключи от подвала хранятся в её кабинете, но к ним доступ свободный. В то время, когда столовая была закрыта, ключи от неё имелись у неё, 

<

данные изъяты> и ФИО27 В период работы в апреле посторонних в 

<

данные изъяты> не было. ДД.ММ.ГГГГ ФИО27 показывал телефон и сказал, что ему пришло от ФИО1 сообщение, а разговор начался с того, что она узнала о съеме ФИО27 квартиры ФИО1 том

Свидетель ФИО16 в судебном заседании показала, что 03 апреля в столовой была ревизия, в которой участвовала она, 

<

данные изъяты> и ФИО27 После ревизии осталась она и ФИО27 Когда вышли из 

<

адрес>, она закрывала, двери, а ФИО27 стоял рядом, закрыв 

<

адрес>, она отдала ключи ФИО27, так как с понедельника уходила в отпуск. О том, что ФИО1 пропала, узнала от ФИО15, которая ей позвонила после 19 апреля. Ключи от 

<

данные изъяты> хранятся в столе у 

<

данные изъяты>, и работники их свободно могут взять. 

Свидетель ФИО17 показала, что 03 апреля она вместе с ФИО1 ходила в больницу, так как ФИО1 жаловалась на ногу, а она обращалась к 

<

данные изъяты>. После больницы она ФИО1 не видела. 04 апреля она написала ей, что на больничном, а в ответ пришло сообщение, что ФИО1 уехала в гости, пока есть на что и с кем. 

<

данные изъяты> ФИО1 она знает, и мать последней связывалась с ней и просила телефон ФИО4, так как ФИО1 собиралась ехать к ней, со слов 

<

данные изъяты>. Она пыталась звонить ФИО1, но телефон всегда был выключен. 

Свидетель ФИО4 в судебных заседаниях показала, что конфликтных ситуаций за время работы не помнит. ФИО2 ранее знала, и до произошедшего не общались. После того, как произошла данная ситуация с пропажей ФИО1 видела ФИО2, с которой просто поздоровалась. ФИО2 она не сообщала, что работает в 

<

адрес>. В тот период в 

<

адрес> не ездила, так как ездит туда только в летний период. К апрелю 2020 года работала в 

<

адрес> 5 месяцев, и за период работы ФИО2 не видела, а встретила ФИО2 уже летом 2020 года. На её странице 

<

данные изъяты> место работы не указано. 

Свидетель ФИО12 в судебном заседании показала, что на рабочем месте между ФИО27 и ФИО1 ссор и конфликтов не было. После пропажи ФИО1, с ФИО27 общалась один раз, и он ей пояснял, что его вызывали по данному поводу, но конкретно не чего не рассказывал. В свободное от работы время, они разгадывали сканворды, а ФИО27 бывало их прятал, и на просьбу показать, он прошел в 

<

данные изъяты>, открыл вытяжку и достал от туда сканворды. Спустя время она с ФИО17 решили порешать сканворды, прошли в холодный цех, открыли вытяжку, и оттуда выпали документы. Среди, которых был виден паспорт. Где вытяжка, там рабочие помещения, а к пальмам свободный доступ. 

ФИО7 в судебном заседании показал, что близкие отношения с ФИО1 начали складываться в начале 2020 года, но до этого они были уже знакомы. 03 апреля после работы он приехал в 

<

адрес> к ФИО1, так как они собирались ехать знакомиться с его родителями. Около 19 часов находясь в 

<

адрес> на заправке, он позвонил ФИО1, и она сказала, что дойдет до 

<

данные изъяты>. Он подъехал к её дому и стал ждать. Приехал к её дому он позвонил и она взяла трубку, а затем перестала брать. Он спустя 40 минут подъехал к 

<

данные изъяты>, к заднему выходу. Двери в 

<

данные изъяты> были закрыты, а также была закрыта на навесной замок решётка. Он уехал обратно к дому. Затем ему пришло сообщение, что планы изменились, после этого он немного подождав, съездил снова до 

<

данные изъяты>, где ни каких следов не обнаружил, и вновь вернулся к дому ФИО12, от которого уехал около 21:00. В дальнейшем он неоднократно звонил ФИО1, и её телефон периодически появлялся в сети. Позднее ему стало известно от информации с коллег по работе, что ФИО1 с коллегой уехала в 

<

адрес>. 

Свидетель ФИО18 в судебном заседании показала, что работала вместе с ФИО27 и ФИО1 в столовой, и о том, что ФИО1 пропала, только когда её мать начала беспокоится, так как она с 06 апреля ушла в отпуск на 14 дней. Позднее, когда она работала в апреле ФИО27 вел себя, как обычно, и при ней к ФИО27 на работу ни кто не приходил. 

Свидетель ФИО19 в судебном заседании показала, что в период работы в столовой с ФИО27 пересекались с 6 и до 10 утра. О пропаже ФИО1 узнала 21 апреля после выхода с больничного. Они иногда просили ФИО27 помочь с телефоном. Пояснила, что ранее ФИО1 так не пропадала. 

Свидетель ФИО20 в судебном заседании показала, что работала вместе с ФИО27 и ФИО1 в столовой, и их графики пересекались с 6 и до 10 утра, о пропаже ФИО1 ей стало известно от коллег по работе, которые увидели это в интернете. Ранее ФИО1 не пропадала, она ездила только к матери. Ключи от подвала хранятся у заведующей. В начале апреля она работала, и ни чего необычного в поведении ФИО27 не замечала. 

Свидетель ФИО2 в судебном заседании показала, что ФИО27 знает давно, но начали общаться 

<

данные изъяты>. До нового года общались по средствам сети интернет. 

<

данные изъяты>. После того, как она с 

<

данные изъяты> приехала в 

<

адрес>, в начале марта, они проживали у 

<

данные изъяты>. В двадцатых числах ФИО27 ей сказал, что решил вопрос с квартирой, договорился со ФИО1. В квартиру они переехали 3 апреля, хотя была договоренность с 1 апреля. За квартиру должны были платить по 

<

данные изъяты>. На квартиру ФИО1 3 апреля она пошла с ФИО27, который подал ей ключи, а она его отправила за 

<

данные изъяты>. На квартиру пришли после 21:00. С 1 по 3 апреля она из квартиры П-ных не выходила. Когда пришли на квартиру, ей показалось странным, что там была 

<

данные изъяты>, и она спросила у ФИО27, почему ФИО1 не убрала это в холодильник, на что он ответил, что ФИО1 разрешила это съесть. У неё сложилось впечатление, что ФИО1, кого-то ждала. ФИО27 говорил ей, что ФИО1 уехала с молодым человеком в 

<

адрес> на апрель. Ей так же показалось странным, что ФИО12 оставила сумку, и ФИО27 ей сказал, что ФИО12 должна приехать во вторник, и она видела справку, что ей нужно на прием 7 числа. Она ждала, что ФИО1 приедет, но она не приехала. В сумку она не заглядывала. В середине апреля ФИО27 пришло смс на телефон от ФИО1, в котором она просила их съехать, и что они заболели и не хотят заражать родителей, и данное сообщение пришло уже после того, как к ним приходила 

<

данные изъяты> ФИО1 Когда пришла 

<

данные изъяты> ФИО1, она открыла ей дверь, и она спросила: «Где 

<

данные изъяты>?», и так как она не понимала, что происходит позвонила ФИО27, и он пришёл и все пояснил. Она ФИО27 сказала, что бы он все рассказал, и он сказал, что ФИО1 уехала с молодым человеком. В столовой она была один раз, а после переезда в квартиру ФИО1 в 

<

адрес> не приходила. При передаче ключей от квартиры ФИО1 её не было. Личным телефоном ФИО27 и его банковской картой она не пользовалась, могла лишь прочитать переписку на телефоне. Пин код от карты ФИО27 ей был не известен. 

Свидетель ФИО2 допрошенная в присутствии законного представителя ФИО2, показала, что 7 марта приехали в 

<

адрес>, а в дальнейшем планировали ехать на 

<

адрес> к дедушке, при этом 

<

данные изъяты> планировала ехать вместе с ФИО27, но у него не было 

<

данные изъяты>, и они ждали, когда он будет готов. О том, что у ФИО27 и её 

<

данные изъяты> отношения, ей стало известно в начале 2020 года. В квартире ФИО27 она не проживала, а приходила в гости. 

<

данные изъяты> самостоятельно себя обеспечивала, а материальная помощь от ФИО27 это была его инициатива. 

<

данные изъяты> говорила, что желает снять квартиру, и ФИО27 сказал, что найдет, и в начале апреля они переехали. В день переезда к вечеру 

<

данные изъяты> позвонила и сказала, что звонила ФИО27, но он не отвечал, и она ему тоже позвонила, и писала, а через час-полтора ФИО27 забрал их с 

<

данные изъяты> и пошли на квартиру. 

<

данные изъяты> была уже на квартире. ФИО27 сначала отвел, туда 

<

данные изъяты>, а затем их с братом. В квартире на сковороде была рыба, и ещё что-то. Со слов 

<

данные изъяты> ей известно, что она один раз была на работе у ФИО27 На квартире они прожили дней 10, после чего ФИО27 сказал, что ФИО1 скоро приедет, и он передаст ей ключи. При ней в квартиру приходила 

<

данные изъяты> ФИО1, она в этот момент находилась в другой комнате. Её мама не понимала, что происходит, и они спрашивали у ФИО27, на что он говорил, что ФИО1 уехала с молодым человеком в 

<

адрес>, а через несколько дней они переехали на другую квартиру. ФИО27 принес с работы ноутбук, так как у неё было дистанционного обучение. Когда пропала ФИО1 

<

данные изъяты> спрашивала у ФИО27, когда он её последний раз видел, на что он ответил, что на работе, когда передавал ключи. 

Свидетель ФИО21 в судебном заседании показал, что 19 апреля ФИО1 обратилась в полицию по факту пропажи ФИО1, и по данному факту проводилась проверка, и в ходе оперативных мероприятий, в помещении подвала столовой было обнаружено место сокрытия трупа, и так как замок в подвал был закрыт, и не поврежден, стали отрабатывать сотрудников столовой. При опросе ФИО27 на него насилия не оказывалось. 

Свидетель ФИО22, в судебном заседании показал, что ранее проживал совместно с ФИО1, и ранее он видел ФИО27, он один раз приходил к ним, устанавливать программу на компьютер. У него с ФИО1 сохранились хорошие отношения, и 3 апреля они созванивались, и ФИО1 поясняла, что собирается поехать в деревню, и что приедет её парень, а так же то, что ей необходимо сходить в столовую. ФИО1 проживала на 

<

адрес>, и необходимости сдавать квартиру у неё не было. 

Допрошенный в судебном заседании эксперт ФИО23 пояснил, что точный период смерти установить не представилось возможным, так как тело находилось в условиях низких температур. Причиной смерти являлась 

<

данные изъяты>. 

<

данные изъяты> 

Свидетель ФИО24 в судебном заседании показал, что 8 марта к ним приехала ФИО2, он тогда вернулся с командировки, но они почти не виделись, они жили в отдельной комнате, обедали и ужинали отдельно. ФИО2 прожила у них около месяца, при этом 

<

данные изъяты> был с ней, а старшая жила у 

<

данные изъяты>. ФИО27 каждый день ходил на работу. Как происходил переезд он не знает, жена, говорила ему, что они куда-то собираются. Выходила ли в день переезда ФИО2 из квартиры ему не известно. Кроме того ФИО24 в судебном заседании подтвердил оглашенные показания (т. 1 л.д. 191-194), из которых следует, что в один из дней в начале апреля 2020 года в вечернее время, в течение одного дня, может двух ФИО27 и ФИО2 стали собирать вещи и куда-то переносить, и он понял, что они переезжают на съемную квартиру. 

В судебном заседании эксперт ФИО25 пояснила, что экспертиза проводилась ей, как судебно-психиатрическим экспертом и психологом, и перед началом экспертизы ФИО27 было предложено самостоятельно рассказать, и все повествование отражено в экспертизе, записано все дословно. В их функционал не входит установление правдивости объяснений лица в отношении, которого проводится экспертиза. Нарушений прав лица при экспертизе не было, давления не оказывалось. На момент производства экспертизы, он осознавал все и был психически здоровым. 

Свидетель ФИО26 показала, что работает в 

<

адрес>, и год назад в магазин приходил ФИО27, который работал в 

<

адрес> и приобретал 4 или 5 мешков смеси, кроме того он оформил доставку до 

<

адрес>. В виду того, что он являлся работником 

<

адрес>, пытались связаться с ними, чтобы отвезли на своей машине, но ни кто не ответил. ФИО27 покапал, как физическое лицо. 

Так же вина подсудимого ФИО27 подтверждается следующими доказательствами: 

Том 1: постановлением о возбуждении уголовного дела по ч. 1 ст. 105 УК РФ в отношении ФИО27 от 22.04.2020 (л.д. 1); рапортом об обнаружении признаков преступления от 22.04.2020, по факту обнаружения в 

<

адрес> трупа с признаками насильственной смерти (л.д. 4); протоколом осмотра места происшествия от 22.04.2020 (л.д. 5-39), согласно которого был произведен осмотр здания 

<

адрес>, расположенного по адресу: 

<

адрес>, исходя из которого следует, что 

<

данные изъяты> 

Том 2: 

<

данные изъяты> 

Том 3: 

<

данные изъяты> 

Том 4: 

<

данные изъяты>

Том 5: 

<

данные изъяты>

Суд считает вину ФИО27 в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 105 УК РФ доказанной, так как данный факт подтверждается оглашенным в судебном заседании протоколом допроса в качестве обвиняемого от ДД.ММ.ГГГГ (т. 1 л.д. 132-134), согласно которого допрос осуществлялся в присутствии адвоката, перед началом допроса ФИО27 были разъяснены права, а также обвинение по ч. 1 ст. 105 УК РФ, и сущность предъявленного обвинения ему была понятна, вину в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 105 УК РФ ФИО27 признал полностью, от дальнейших показаний отказался. 

Кроме того, вина ФИО27 в совершении умышленного убийства ФИО31 подтверждается протоколом осмотра места происшествия от ДД.ММ.ГГГГ исходя, из которого следует, что в подвальном помещении был обнаружен труп женщины, 

<

данные изъяты>, на котором, как следует из состоявшейся по делу экспертизы была обнаружена кровь и слюна принадлежащие ФИО1, а как следует из пояснений эксперта 

<

данные изъяты> во рту ФИО1 крови не обнаружено, и кровь у мертвого человека образоваться не могла, 

<

данные изъяты>. 

Суд, считает несостоятельными доводы ФИО27, что 

<

данные изъяты>, так как данный факт опровергается протоколом осмотра, исходя из которого следует, что на голове ФИО1, был одет пакет, а также мешок из полимерного материала, и 

<

данные изъяты>, что само по себе исключает возможность попадания раствора в ротовую полость. 

Кроме того, суд считает несостоятельным доводы ФИО27, о причастности ФИО2 к убийству, так как данные показания опровергаются ФИО2, исход из, которых следует, что до переезда на квартиру ФИО1 ДД.ММ.ГГГГ, она из дома 

<

данные изъяты> не выходила, и переезд состоялся, только после возвращения ФИО27 с работы, и в данной части показания ФИО2 не противоречат показаниям ФИО24, который в судебном заседании не опроверг факта переезда, и не указывал, что перед тем, как был осуществлен переезд ФИО2 отлучалась из дома. 

Так же исходя из взаимосвязи сведений по соединения абонентов, состоявшейся в переписке 

<

данные изъяты> и показаниям ФИО7, следует, что по приезду около 19 часов в 

<

адрес>, у него состоялся телефонный разговор с ФИО1, в ходе которого она ему пояснила, что зайдет в столовую и придет домой, и после того, как ФИО1 спустя непродолжительный период времени перестала отвечать на сообщения ФИО7 и брать трубку, ФИО7 проехал до 

<

адрес>, подъехал с заднего входа, и каких либо видимых следов присутствия кого либо в столовой не обнаружил, при этом в сопоставимый промежуток времени, с происшествием, ФИО7 видел, что двери ведущие в столовую были закрыты, а также была закрыта на навесной замок решетка, которая, как следует из протокола осмотра места происшествия от ДД.ММ.ГГГГ перекрывает вход на мансарду 

<

данные изъяты>, с которой можно попасть в подвальное помещение и в здание столовой. 

Вместе с тем, как следует из детализации звонков представленных ФИО2, а так же сведений полученных из изъятого у ФИО27 принадлежащего ему телефона ФИО27 и ФИО2 в промежуток времени с 18:47 и до 23:26 03.04.2020 неоднократно принимали попытки связи, в частности в 18:47, 18:59, 19:00, 19:01, 19:26, 19:49, 20:04, 20:26, 21:47, 22:01, 23:26, что само по себе ставит под сомнение версию ФИО27, о нахождении ФИО2 в сопоставимый промежуток времени в помещении столовой, так как при нахождении в одном помещении ФИО27 и ФИО2 необходимости использования телефонов и производства разговоров не имелось. 

Кроме того, как следует из показаний свидетелей 

<

данные изъяты>, по приходу на квартиру ФИО1 03.04.2020 была обнаружена готовая пища, а как следует из переписки содержащейся в телефоне погибшей, со страницы 

<

данные изъяты> от пользователя «А.Пантин» 03.04.2020 на страницу ФИО1 в 21:57 было отправлено сообщение, что есть пирог и еда, которые он спросил разрешение съесть, что фактически подтверждает показания ФИО2, что до того момента, как ФИО27 вернулся домой они созванивались, а на квартиру ФИО1 пришли после 21:00.

Вместе с тем, как следует из сведений сопоставления детализации звонков с телефонного номера ФИО1 и сведений с телефона погибшей, а также сведений с телефона ФИО27 и детализации звонков ФИО2 следует, что 

<

данные изъяты> ФИО7 от ФИО1 в 20:31, 21:19, 21:20 были отправлены смс сообщения, а ФИО27 и ФИО2 принимали меры связаться между собой в 18:47, 18:59, 19:00, 19:01, 19:26, 19:49, 20:04, 20:26, 21:47, вместе с тем ФИО7 после 19:00 связаться с ФИО1 уже не мог, на его телефонные звонки, сообщения в сети интернет, и смс сообщения после 19:00 ФИО1 не отвечала. 

Также факт умышленного убийства подтверждается экспертизой, исходя из которой следует, что у ФИО1 помимо механической асфиксии от сдавления органов шеи, что и являлось причиной смерти, имелся еще ряд телесных повреждений, которые являлись прижизненными, при этом ушибленная рана затылочной области могла возникнуть в пределах часа до наступления смерти, что подтверждает, наличие конфликтной ситуации, объясняет наличие крови под ногтями ФИО1 и на кляпе, что свидетельствует о возникновении конфликта после 19:00, принятия мер, к обездвиживанию ФИО1 и дальнейшего её убийства, и противоречит версии ФИО27, о краткосрочном конфликте между ФИО1 и ФИО2 

Из показаний ФИО27 следует, что тряпку, которой он вымыл пол в столовой он выкинул в помойку, тем самым данные показания подтверждают, тот факт, что тряпку, которую он использовал в качестве кляпа, на которой была обнаружена кровь и слюна ФИО1, в целях закрыть рот, ФИО27 вставлял еще при жизни ФИО1, о чём свидетельствуют следы крови и слюны, которые после смерти человека, спустя продолжительный период времени, и с учетом отсутствия ран в ротовой полости погибшей образоваться не могли. 

Кроме того, учитывая показания ФИО7 следует, что после того, как он прождал ФИО1 у дома, он проследовал к столовой, и металлическая решетка была закрыта, что само по себе исключает возможность неожиданного появления ФИО2 в помещении столовой в сопоставимый промежуток времени, который определяется в том числе исходя из взаимосвязи времени отправки сообщений, осуществления звонков, и осведомленности ФИО27 о наличии в квартире ФИО1 готовой еды.

Также факт умышленного убийства ФИО27 ФИО1 подтверждается принятием мер к сокрытию преступления, что фактически не отрицается ФИО27, подтверждается протоколом осмотра места происшествия от ДД.ММ.ГГГГ из которого следует, что со стороны ФИО27 принимались меры к бетонированию тела ФИО1, и данный факт также подтверждается товарным чеком на бетон, мешок от которого был обнаружен при осмотре, показаниями свидетелей ФИО26, показавшей, что ей была осуществлена продажа ФИО27 мешков с цементом, которые требовалось доставить к столовой, и ФИО9, который доставил данные мешки к столовой. 

Кроме того, как следует из состоявшейся по делу экспертизы на перчатках обнаруженных в подвале столовой имелись запаховые следы оставленные ФИО27.

Суд считает несостоятельными доводы ФИО27, что с его стороны хищений не совершалось, так как данные доводы опровергаются, протоколом осмотра места происшествия от ДД.ММ.ГГГГ согласно, которого следует, что в помещении 

<

адрес>, по месту работы ФИО27 была обнаружена связка ключей и мобильный телефон принадлежащий ФИО1, и данные предметы были обнаружены спустя продолжительный период времени. 

Так же данный факт подтверждается протоколом осмотра места происшествия от ДД.ММ.ГГГГ, и показаниями свидетеля ФИО12, из которых следует, что документы ФИО1 и ФИО22 были обнаружены в холодном цеху столовой, там где ранее ФИО27 прятал сканворды, и в данное помещение посторонним лицам проход ограничен, кроме того, исходя из показаний ФИО2 следует, что была в столовой один раз.

Оснований не доверять показаниям ФИО2 данным в судебном заседании не выявлено, так как данные показания согласуются с показаниями потерпевшей ФИО1, в части их встречи на квартире её дочери, реакций ФИО2 на происходящее, а так же подтверждаются показаниями свидетеля ФИО2 и согласуются с изученными материалами дела. 

Кроме того исходя из состоявшейся по делу экспертизы на изъятом ДД.ММ.ГГГГ телефоне погибшей биологического материала, который мог быть оставлен ФИО2 не выявлено, тогда как был выявлен биологический материал, который мог быть оставлен мужчиной. 

Так же, из переписки осуществляемой от имени ФИО27, после смерти ФИО1, с направленными в адрес последней сообщений, следует, что лицо осуществляющее переписку осведомлено о имени молодого человека ФИО1, кроме того ФИО27, непосредственно был знаком с ФИО7, что следует также из переписки между ФИО27 и ФИО7., а так же подтверждается показаниями ФИО7, пояснившего, что ФИО27 знал ранее, что само по себе ставит под сомнение осуществление переписки ФИО2, вместе с тем, как следует из показаний ФИО5 ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 жаловалась на ногу, а исходя из переписки от имени ФИО1 с ФИО4 состоявшейся ДД.ММ.ГГГГ следует, так же, что лицо писавшее от имени ФИО1 осведомлено о больничном, и о больной ноге. 

Исходя из взаимосвязи показаний потерпевшей ФИО1, ФИО71 следует, что ФИО27 был осведомлен об установленном на телефоне ФИО1 пароле, который являлся её год рождения, при этом исходя из показаний свидетелей ФИО22, ФИО19, следует, что ФИО27 разбирался в телефонах и компьютерной технике, в виду чего, учитывая вышеизложенное, суд считает доводы подсудимого, что он телефон потерпевшей не брал, и не осуществлял с него перевода с банковского счёта несостоятельными, так как доказательств осведомленности ФИО2, о подробностях жизни ФИО1 в суд представлено не было, тогда, как следует из показаний опрошенных свидетелей и потерпевшей ФИО27 и ФИО1 связывали дружеские отношения, они работали вместе, и ФИО27 имел фактически полную и достоверную информацию о жизни ФИО1 

Кроме того исходя из детализации звонков, выходов в сеть после ДД.ММ.ГГГГ следует, что связь телефона осуществлялась с одной и той же БС, расположенной в непосредственной близости от здания 

<

адрес>. 

Так же суд считает несостоятельной версию ФИО27, что с его стороны хищения денежных средств с банковского счёта ФИО1 не осуществлялось, так как исходя из его показаний следует, что ФИО2 ранее 11 часов утра не вставала, тогда как перевод денежных средств был осуществлен в 07:02, и данные показания согласуются со сведениями о соединениях телефона ФИО2, из которых следует, что ФИО2 начинала активно использовать свой телефон, спустя более поздний промежуток времени. 

Кроме того исходя из графика дежурства, и сведений 

<

адрес>, перевод денежных средств был осуществлен с банковского счёта ФИО1 на банковский счёт ФИО27, в его рабочее время, когда он находился при исполнении служебных обязанностей, а так же был осуществлен с использованием номера телефона, который находился в распоряжении ФИО27, и который был в дальнейшем у него изъят в ходе следственных действий. 

Тем самым суд, считает, что факты совершения хищений ФИО27 телефона и денежных средств с банковского счёта нашли подтверждение. 

Так же суд считает вину ФИО27 в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 139 УК РФ доказанной, и данный факт фактически подсудимым не отрицается, подтверждается показаниями потерпевшей ФИО1, из которых следует, что дочь намерения сдавать квартиру, в которой сама проживала не имела, и собиралась приехать к ним в гости в воскресенье. Так же данные обстоятельства подтверждаются показаниями свидетелей 

<

данные изъяты>, из взаимосвязи которых следует, что ДД.ММ.ГГГГ при появлении на квартире ФИО1 была обнаружена готовая еда, которую ФИО1, как следует из переписки с ФИО7 она приготовила для него. Кроме того, из показаний ФИО7 и свидетеля ФИО71 следует, что ФИО1 была намерена съездить с ФИО7 познакомиться с его родителями, а намерений сдавать квартиру не высказывала. 

Тем самым в судебном заседании установлено, что ФИО27 будучи осведомленным, что ФИО1 намерения пускать его жить в свою квартиру не имела, проникновение в жилое помещение ФИО1 со стороны ФИО27 было осуществлено без получения на то разрешения последней, и после того, как ФИО1 скончалась. 

Так же суд считает доводы ФИО27, что документы и телефон с ключами в помещении столовой могла спрятать ФИО2, так как сам факт обнаружения данных предметов в рабочем помещении холодного цеха, куда доступ посторонних лиц ограничен, и доказательств, присутствия ФИО2 в рабочих помещениях столовой в суд представлено не было, тогда, как данное помещение является рабочим местом ФИО27, в виду чего, суд считает данные показания ФИО27 несостоятельными, и относиться к ним критически. 

Действия ФИО27 по факту проникновения в жилище ФИО1 правильно квалифицированы по ч. 1 ст. 139 УК РФ, так как он незаконное проникновение в жилище, совершенное против воли проживающего в нем лица. 

Также суд считает квалификацию действий ФИО27 по причинению смерти ФИО1 правильной по ч. 1 ст. 105 УК РФ, так как он совершил убийство, то есть умышленное причинение смерти другому человек. 

Кроме того действия ФИО27 по факту хищения мобильного телефона ФИО1 правильно квалифицированы по ч. 1 ст. 158 УК РФ, так как он совершил кражу, то есть тайное хищение чужого имущества. 

Действия ФИО27 по хищению денежных средств правильно квалифицированы по п. «г» ч.3 ст. 158 УК РФ, так как он совершил кражу, то есть тайное хищение чужого имущества с банковского счета (при отсутствии признаков преступления, предусмотренного статьей 159.3 настоящего Кодекса). 

При определении меры наказания подсудимому ФИО27 суд учитывает характер и степень общественной опасности преступлений, данные о личности, обстоятельства, смягчающие наказание, влияние назначенного наказания на исправление осужденного, а также цели наказания, направленные на восстановления социальной справедливости, исправление и предупреждение совершения новых преступлений (т. 2 л.д. 90-113, т. 5 л.д. 150-157,159-161, 165-170,172,181-182).

Согласно заключению комиссии судебно-психиатрических экспертов от ДД.ММ.ГГГГ № (т. 5 л.д. 7-12) ФИО27, 

<

данные изъяты>. ФИО27 мог в момент совершения инкриминируемого ему деяния и может в настоящее время в полной мере осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими. 

<

данные изъяты> 

Обстоятельством, смягчающим наказание подсудимого ФИО27 является явка с повинной по всем эпизодам и признательные показания данные до возбуждения уголовного дела (т. 1 л.д. 60-61, т. 3 л.д. 150-167). 

Обстоятельств, отягчающих наказание подсудимого в судебном заседании не выявлено. 

При назначении наказания, суд считает необходимым назначить реальное наказание, связанное с лишением свободы, так как ФИО27 совершил преступления, относящиеся к особ тяжким, тяжким, и не тяжким, ранее не судим, характеризовался положительно, холост, на его иждивении ни кто не содержится, 

<

данные изъяты>, совершил умышленное преступление, повлекшее смерть человека, в связи с чем, его исправление невозможно без изоляции от общества. Вместе с тем учитывая, данные о личности подсудимого, суд считает возможным, назначив реальное наказание, не применять в качестве дополнительного наказания ограничение свободы и штраф. 

При назначении наказания, суд учитывает требования ч. 1 ст. 62 УК РФ, так как имеются смягчающие обстоятельства и отсутствуют отягчающие. 

Оснований для применения ч. 6 ст. 15 УК РФ, ч. 1 ст. 64 УК РФ в судебном заседании не выявлено, так как не выявлено исключительных и существенно уменьшающих степень общественной опасности преступления обстоятельств, в виду наступивших последствий, связанных со смерти человека, действий ФИО27 во время совершения, и после совершения преступлений, а так же отсутствия со стороны потерпевшей, каких либо противоправных действий. 

При решении вопроса о наказании суд учитывает требования п. «в» ч. 1 ст. 58 УК РФ, так как ФИО27 ранее не судим и наказание в виде лишения свободы не отбывал, им совершено преступление относится к особо тяжким преступлениям, в связи, с чем считает необходимым назначить наказание с отбытием в исправительной колонии строгого режима.

По делу потерпевшей ФИО1 заявлен гражданский иск. 

ФИО1 просит взыскать с ФИО27 3 000 000 рублей в счёт компенсации морального вреда, и 127 252 рубля 25 копеек в счёт компенсации затрат на похороны, и оплату услуг представителя. 

Согласно ч.ч. 1, 3 ст. 1099 Гражданского кодекса РФ (далее ГК РФ) основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными настоящей главой и ст. 151 ГК РФ, и компенсация морального вреда осуществляется независимо от подлежащего возмещению имущественного вреда.

Исходя из смысла ст. 151 Гражданского кодекса РФ если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда, и при определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

Исходя из смысла ст. 1101 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме, при этом размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости, характер физических и нравственных страданий, обстоятельства причинения вреда, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Учитывая, что противоправными действиями ФИО27 моральный вред истцу был причинен в виду гибели близкого человека, при этом вред был причинен умышленными действиями ответчика, и при определении размера суд учитывает, степень физических и нравственных страданий, в виду переживаний вызванных потерей близкого человека, обстоятельства причинения вреда, а также обстоятельств последующих после совершения преступления, а также требования разумности и справедливости. 

В виду чего суд считает, что исковые требования ФИО1 к ФИО27 о взыскании компенсации морального вреда подлежат удовлетворению в полном объеме в размере 3 000 000 рублей. 

Согласно ст. 131 УПК РФ процессуальными издержками являются связанные с производством по уголовному делу расходы, которые возмещаются за счет средств федерального бюджета либо средств участников уголовного судопроизводства, и к процессуальным издержкам относятся: суммы, выплачиваемые потерпевшему на покрытие расходов, связанных с выплатой вознаграждения представителю потерпевшего.

В соответствии со ч. 3 ст. 42 УПК РФ потерпевшему обеспечивается возмещение имущественного вреда, причиненного преступлением, а также расходов, понесенных в связи с его участием в ходе предварительного расследования и в суде, включая расходы на представителя.

Статьей 1094 ГК РФ предусмотрено, что лица, ответственные за вред, вызванный смертью потерпевшего, обязаны возместить необходимые расходы на погребение лицу, понесшему эти расходы.

В соответствии со статьей 3 Федерального закона от 12.01.1996 г. N 8-ФЗ «О погребении и похоронном деле» погребение понимается как обрядовые действия по захоронению тела (останков) человека после его смерти в соответствии с обычаями и традициями, не противоречащими санитарным и иным требованиям. Погребение может осуществляться путем предания тела (останков) умершего земле (захоронение в могилу, склеп), огню (кремация с последующим захоронением урны с прахом), воде (захоронение в воду в порядке, определенном нормативными правовыми актами Российской Федерации).

В судебном заседании установлено, и подтверждено документально, что ФИО1 были понесены расходы на погребение в размере 77 250 рубля 25 копеек, а также расходы на участие представителя в размере 50 000 рублей, и учитывая, что ФИО27 признан виновным в умышленном причинении смерти, у него возникает обязанность возместить расходы связанные с погребением в полном объеме, кроме того в судебном заседании, также установлено, что потерпевшей стороной была произведена оплату услуг представителя, и представитель участвовал в ходе производства предварительного следствия, а также в пяти судебных заседаниях проведенных в течение 8 дней, с осуществлением выезда, а также учитывая, сложность дела, время, затраченное на оказание юридической помощи суд, руководствуясь принципом разумности, считает заявление о взыскании материальных затрат подлежащим удовлетворению в полном размере. 

Учитывая, что в рамках рассматриваемого дела в обеспечение гражданского иска был наложен арест на имущество ФИО27 на сумму 85 990 рублей, и так как исковые требования удовлетворены, суд считает необходимым обратить взыскания на арестованное имущество в счёт погашения гражданского иска. 

Вещественные доказательства по уголовному делу: 

<

данные изъяты> 

Процессуальные издержки по делу: оплата труда адвокатов в судебном заседании отсутствуют. 

На основании изложенного и руководствуясь, ст.ст. 307-309 УПК РФ, суд 

ПРИГОВОРИЛ:

Признать ФИО27 виновным в совершении преступлений, предусмотренных ч. 1 ст. 139 УК РФ, ч. 1 ст. 105 УК РФ, ч. 1 ст. 158 УК РФ, п. «г» ч. 3 ст. 158 УК РФ, и за каждое из них назначить наказание: 

по ч. 1 ст. 139 УК РФ в виде 6 (шести) месяцев исправительных работ с удержанием 10% из заработной платы осужденного в доход государства;

по ч. 1 ст. 105 УК РФ в виде 9 (девяти) лет лишения свободы; 

по ч. 1 ст. 158 УК РФ в виде 6 (шести) месяцев исправительных работ с удержанием 10% из заработной платы в доход государства;

по п. «г» ч. 3 ст. 158 УК РФ к 2 (двум) годам 6 (шести) месяцам лишения свободы. 

На основании ч. 3 ст. 69 и п. «в» ч. 1 ст. 71 УК РФ по совокупности преступлений, предусмотренных ч. 1 ст. 139 УК РФ, ч. 1 ст. 105 УК РФ, ч. 1 ст. 158 УК РФ, п. «г» ч. 3 ст. 158 УК РФ путем частичного сложения наказаний окончательно ФИО27 назначить лишение свободы сроком на 10 (десять) лет 6 (шесть) месяцев в исправительной колонии строгого режима.

Меру пресечения на апелляционный период осужденному ФИО27 оставить без изменения – содержание под стражей. 

Срок отбытия наказания ФИО27 исчислять со дня вступления приговора в законную силу. 

Зачесть ФИО27 в срок отбытия наказания срок задержания и содержания под стражей с ДД.ММ.ГГГГ из расчёта один день содержания под стражей за один день отбывания наказания в исправительной колонии строго режима. 

Гражданский иск удовлетворить. 

Взыскать с ФИО27 в пользу ФИО1 3 127 252 (три миллиона сто двадцать семь тысяч двести пятьдесят два) рубля 25 копеек, в том числе: в счёт возмещения компенсации морального вреда в размере 3 000 000 (три миллиона) рублей; понесенные расходы на погребение в размере 77 252 (семьдесят семь тысяч двести пятьдесят два) рубля 25 копеек; расходы на услуги представителя в размере 

<

данные изъяты>. 

Вещественные доказательства по уголовному делу: бумажный мешок из-под цемента, перчатки с трупа, три мешка из полимерного материала, фрагмент материи изо рта трупа, стяжки с рук, стяжки с ног, шапку, марлевый тампон с кровью трупа, марлевый тампон с кровью ФИО27, уничтожить, как не представляющие ценности; объяснения ФИО27, оптические диски – хранить при деле; телефон, полимерный пакет с мобильным телефоном и связкой ключей, документы и банковская карта, коробка из-под мобильного телефона с документами выдать законным владельцам. 

Обратить взыскание на арестованное имущество ФИО27 на сумму 85 990 рублей, в счёт погашения гражданского иска. 

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в течение 10 суток со дня его провозглашения в судебную коллегию по уголовным делам Вологодского областного суда через Сямженский районный суд, а осужденным в тот же срок с момента получении копии приговора. В случае подачи апелляционной жалобы осужденные вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции, приглашать защитника для участия в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции либо ходатайствовать перед судом о назначении защитника в апелляционной инстанции.

Разъяснить, что ходатайство об ознакомлении с протоколом судебного заседания подается сторонами в письменном виде в течение 3 суток со дня окончания судебного заседания, и указанный срок может быть восстановлен, если ходатайство не было подано по уважительным причинам. Стороны в течение 3 суток после ознакомления с протоколом судебного заседания могут подать на него замечания.

Председательствующий подпись А.Е. Юров.

Апелляционным определением судебной коллегии по уголовным делам Вологодского областного суда от 05.08.2021 приговор Сямженского районного суда Вологодской области от 11.06.2021 в отношении ФИО27 изменен: 

в резолютивной части приговора указать, что в срок отбывания наказания из расчета один день содержания по стражей за один день отбывания наказания в исправительной колонии строгого режима производится зачет периода задержания и содержания под стражей с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ; 

исключено из описательно-мотивировочной части приговора указание на учет при назначении наказания совершение умышленного преступления, повлекшего смерть человека; 

смягчено наказание назначенное ФИО27 по ч. 1 ст. 105 УК РФ до 8 (восьми) лет 11 (одиннадцати) месяцев лишения свободы; 

на основании ч. 3 ст. 69 УК РФ и п. «в» ч. 1 ст. 71 УК РФ по совокупности преступлений путем частичного сложения наказаний, окончательно ФИО27 назначено наказание в виде лишения свободы на срок 10 (десять) лет 5 (5 месяцев; 

Отменен приговор Сямженского районного суда Вологодской области от 11.06.2021 в отношении ФИО27 в части взыскания с него в пользу ФИО1 процессуальных издержек, связанных с выплатой вознаграждения её представителю в размере 

<

данные изъяты>, и дело передано, в это части, на новое рассмотрение в порядке главы 47 УПК РФ в Сямженский районный суд Вологодской области в ином составе со стадии подготовки к судебному заседанию.

В остальной части приговор оставлен без изменения, апелляционного представление и апелляционная жалоба защитника осужденного – без удовлетворения.

Судья А.Е. Юров.