Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

г.Железногорск-Илимский 26 сентября 2018г. Нижнеилимский районный суд Иркутской области в составе: председательствующей судьи Родионовой Т.А., при секретаре Горбуновой Е.В., с участием прокурора Феоктистовой Ю.В., истцов ФИО1, ФИО2, представителя истца ФИО1 – ФИО3, представителя ответчика ФИО4, рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-1057/2018 по иску ФИО1, ФИО2 к Областному государственному бюджетному учреждению здравоохранения «Железногорская районная больница» о компенсации морального вреда, взыскании судебных расходов,

У С Т А Н О В И Л:

ФИО1, ФИО2 обратились в Нижнеилимский районный суд с иском к Областному государственному бюджетному учреждению здравоохранения «Железногорская районная больница» (далее по тексту - ОГБУЗ «Железногорская РБ») о компенсации морального вреда, взыскании судебных расходов, в обоснование которого указали, что приговором Нижнеилимского районного суда Иркутской области от *** признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ч.2 ст.109 УК РФ А., который является медицинским работником ОГБУЗ «Железногорская районная больница».

Преступление было совершено при следующих обстоятельствах.

В период времени *** в реанимационном отделении ОГБУЗ ЖРБ проходила лечение их мама, Т., с диагнозом: ***

*** лечащим врачом было принято решение о проведении *** для чего был приглашен врач-хирург А.

А. в нарушение п.2.12 должностной инструкции, приказа Министерства здравоохранения от 28.12.2012г. № 1592н «Об утверждении стандарта специализированной медицинской помощи при ***» ненадлежащим образом исполнил свои обязанности. В результате его неосторожных преступных действий, ненадлежащего исполнения профессиональных обязанностей, врач-хирург А. причинил их маме следующие телесные повреждения: *** В этот же день от полученных повреждений их мама скончалась. Свою вину врач-хирург А. ОГБУЗ ЖРБ признал в полном объеме.

В результате смерти мамы им был причинен моральный вред, то есть, нравственные и душевные страдания, вызванные потерей самого близкого им по жизни и самого любимого ими человека – матери. Заменить им мать в их дальнейшей жизни никто не сможет. Потеря мамы является для них невосполнимой утратой. 

Просят суд взыскать с ОГБУЗ «Железногорская районная больница» в пользу ФИО1 и ФИО2 компенсацию морального вреда в размере по 500 000 руб. каждому; судебные расходы в размере 33562 руб.

В судебном заседании истица ФИО1, ее представитель адвокат Адвокатской палаты Иркутской области ФИО3, действующая на основании ордера №67 от 26.09.2018г., истец ФИО2 исковые требования поддержали по основаниям, изложенным в иске, дополнили, что в связи с внезапной смертью матери до сих пор очень сильно переживают ее утрату. Полагают, что в случае надлежащего оказания Т. медицинской помощи, она могла бы остаться в живых, однако, такой возможности она лишилась вследствие неквалифицированных действий медицинского работника ответчика. 

Представитель ответчика ОГБУЗ «Железногорская РБ» ФИО4, действующий на основании доверенности от 09.01.2018г., исковые требования не признал, полагает предъявленный к взысканию размер компенсации морального вреда завышенным и не соразмерным предъявленным требованиям. Не согласился он также и с размером предъявленных к взысканию судебных расходов, полагая их завышенными.

Выслушав пояснения сторон, исследовав письменные материалы дела, прокурора, полагавшего исковые требования подлежащими удовлетворению с учетом разумности и справедливости, оценив относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности в соответствии с требованиями ст.ст. 59, 60 и 67 ГПК РФ, суд приходит к следующему выводу.

В соответствии со ст.1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Судом с достоверностью установлено, что Т. приходилась матерью ФИО1, ФИО2 (свидетельство о рождении *** свидетельство о рождении *** 

Как следует из свидетельства о смерти *** Т., ***. рождения, умерла *** 

Согласно медицинскому свидетельству о смерти серии *** смерть Т., *** рождения, наступила в ОГБУЗ «Железногорская РБ» вследствие ***

В материалы дела представлен приговор Нижнеилимского районного суда от *** вступивший в законную силу *** согласно которому А. признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ч.2 ст.109 УК РФ, и ему назначено наказание в виде *** 

Из названного приговора следует, что в период времени *** в реанимационном отделении ОГБУЗ «ЖРБ», пациент Т. проходила лечение с диагнозом: *** 

***, лечащим врачом пациента было принято решение о проведении *** Т., для чего был приглашен врач-хирург А.

*** в период времени *** врач-хирург А., имея действующий сертификат специалиста, допущенного к осуществлению медицинской или фармацевтической деятельности по специальности хирургия, *** выданный ФГБОУ ВО «Северо-Западный государственный медицинский университет им. И.И. Мечникова» ***, находясь в реанимационном отделении ОГБУЗ «ЖРБ», в нарушение п. 2.12 должностной инструкции, приказа Министерства здравоохранения от *** «Об утверждении стандарта специализированной медицинской помощи при ***», обладая специальными познаниями в области хирургии и длительным стажем работы, не предвидя возможности наступления общественно-опасных последствий в виде причинения смерти Т., хотя при необходимой внимательности и предусмотрительности должен был и мог предвидеть эти последствия, ненадлежащим образом исполнил свои профессиональные обязанности врача-хирурга, провел медицинскую манипуляцию *** Т., *** 

Своими неосторожными преступными действиями, в результате ненадлежащего исполнения профессиональных обязанностей, врач-хирург А. причинил Т. следующие телесные повреждения: ***

Смерть Т. наступила *** в реанимационном отделении ОГБУЗ «ЖРБ», в результате *** в ходе проведения медицинской манипуляции *** и состоит в прямой причинно-следственной связи с неосторожными преступными действиями врача-хирурга А.

В ходе рассмотрения уголовного дела А. полностью признал вину в предъявленном ему обвинении в совершении преступления, согласился с квалификацией своих действий, ходатайствовал о постановлении приговора без проведения судебного разбирательства. 

В силу ч.4 ст.61 ГПК РФ вступивший в законную силу приговор суда по уголовному делу обязателен для суда, рассматривающего дело о гражданско-правовых последствиях действий лица, в отношении которого вынесен приговор суда, по вопросам, имели ли место эти действия и совершены ли они данным лицом.

В силу ст. 1068 ГК РФ юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей. Применительно к правилам, предусмотренным настоящей главой, работниками признаются граждане, выполняющие работу на основании трудового договора (контракта), а также граждане, выполняющие работу по гражданско-правовому договору, если при этом они действовали или должны были действовать по заданию соответствующего юридического лица или гражданина и под его контролем за безопасным ведением работ.

Согласно Конституции Российской Федерации в Российской Федерации, являющейся социальным государством, охраняются труд и здоровье людей (статья 7).

Здоровье человека - высшее неотчуждаемое благо, без которого утрачивают свое значение многие другие блага и ценности. 

В силу ст. 150 ГК РФ жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом. Нематериальные блага защищаются в соответствии с настоящим Кодексом и другими законами в случаях и в порядке, ими предусмотренных, а также в тех случаях и пределах, в каких использование способов защиты гражданских прав (статья 12) вытекает из существа нарушенного нематериального блага или личного неимущественного права и характера последствий этого нарушения.

Статья 151 ГК РФ устанавливает, что если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда

Статья 1101 ГК РФ устанавливает способ и размер компенсации морального вреда.

Компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме.

В силу разъяснений, содержащихся п.2 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 20.12.1994г. №10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда», моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников.

Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

В силу правовой позиции Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в п.32 Постановления Пленума ВС РФ от 26 января 2010г. № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровья гражданина», при рассмотрении дел о компенсации морального вреда в связи со смертью потерпевшего иным лицам, в частности членам его семьи, иждивенцам, суду необходимо учитывать обстоятельства, свидетельствующие о причинении именно этим лицам физических или нравственных страданий. Указанные обстоятельства влияют также и на определение размера компенсации этого вреда. Наличие факта родственных отношений само по себе не является достаточным основанием для компенсации морального вреда.

При определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела.

Поскольку в данном случае смерть Т. наступила вследствие неосторожных преступнымх действий врача-хирурга А., то дети умершей ФИО1 и ФИО2, как близкие родственники, в соответствии с положениями действующего законодательства имеют право на компенсацию морального вреда.

Истцы просят компенсировать им причиненный моральный вред в размере по 500000 руб. каждому, поскольку вследствие неквалифицированных действий врача-хирурга А. по проведению Т. *** что повлекло ее смерть, им причинены нравственные страдания. 

В судебном заседании нашел подтверждение факт того, что истцы претерпели физические и нравственные страдания вследствие смерти матери, с которой у них были тесные семейные отношения. 

Так, истцы пояснили суду, что после смерти отца мать воспитывала их одна, между ними всегда были близкие, доверительные отношения. Истица ФИО1 пояснила, что, несмотря на то, что она проживает в ***, а мать проживала в ***, они ежедневно созванивались, часть приезжали друг к другу в гости, все праздники проводили вместе. После смерти матери она длительное время находилась в стрессовом состоянии, у нее была депрессия, а поскольку она работала ***, то в силу своего тяжелого психологического состояния не смогла продолжать трудовую деятельность. Истец ФИО2 пояснил, что после смерти матери длительное время находился в состоянии депрессии. Так как они проживали в одном поселке, при жизни он общался с матерью ежедневно, после работы постоянно заходил ее проведать, помогал ей по хозяйству. 

Доводы истцов подтвердили опрошенные в судебном заседании свидетели.

Так, свидетель В. пояснила суду, что приходится истцу ФИО2 супругой. Отношения между супругом и его матерью всегда были очень добрые и теплые. Они жили рядом, поэтому ежедневно общались. После смерти матери супруг стал нервным, находится в депрессии, т.к. не может смириться со смертью матери. 

Свидетель Р. пояснил суду, что является гражданским супругом истицы ФИО1 Между супругой и ее матерью всегда были доверительные и теплые отношения, они ежедневно по два раза в день общались по телефону, часто ездили друг к другу в гости. Все праздники они проводили вместе. После сообщения о смерти матери супруга находилась в неадекватном состоянии, они не могли ее успокоить, боялись оставлять одну. Так как супруга находилась в состоянии депрессии, постоянно плакала, она не смогла работать, она до сих пор еще не пришла в себя.

Свидетель Д. дала аналогичные показания. 

Оценив представленные доказательства, суд находит установленным, что вследствие преждевременной утраты дорогого, близкого, любимого человека истцы перенесли глубокие нравственные страдания, а потому имеют право на компенсацию морального вреда от ответчика, работником которого является врач-хирург А.

Согласно положениям Конституции Российской Федерации человек, его права и свободы являются высшей ценностью. Признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина - обязанность государства (статья 2); каждый имеет право на жизнь (пункт 1 статьи 20); право на жизнь и охрану здоровья относится к числу общепризнанных, основных, неотчуждаемых прав и свобод человека, подлежащих государственной защите; Российская Федерация является социальным государством, политика которого направлена на создание условий, обеспечивающих достойную жизнь человека (пункт 1 статьи 41)

Принимая во внимание, что гибель родственника и близкого человека сама по себе является необратимым обстоятельством, нарушающим психическое благополучие родственников и членов семьи, а также неимущественное право на родственные и семейные связи, а в случае истцов, которые лишилась матери, являвшейся для них близким и любимым человеком, подобная утрата, безусловно, является тяжелейшим событием в жизни, неоспоримо причинившим нравственные страдания.

Поскольку моральный вред по своему характеру не предполагает возможности его точного выражения в деньгах и полного возмещения, предусмотренная законом денежная компенсация должна лишь отвечать признакам справедливого вознаграждения потерпевшего за перенесенные страдания.

Утрата близкого человека (родственника) рассматривается в качестве наиболее сильного переживания, влекущего состояние субъективного дистресса и эмоционального расстройства, препятствующего социальному функционированию и адаптации лица к новым жизненным обстоятельствам.

Исходя из вышеизложенного, поскольку близкие родственники во всех случаях испытывают нравственные страдания, вызванные смертью потерпевшего, факт причинения им морального вреда предполагается и установлению подлежит лишь размер его компенсации.

Суд, оценив относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности, приходит к выводу, что поскольку в данном случае имеют место неосторожные преступные действия врача-хирурга ОГБУЗ «Железногорская РБ» А., что подтверждается представленным в материалы дела приговором Нижнеилимского районного суда от *** факт причинения детям Т. нравственных страданий, а, следовательно, и причинения им морального вреда, в ходе судебного разбирательства был с достоверностью установлен, и этот факт является основанием для взыскания с ответчика в пользу ФИО1 и ФИО2 денежной компенсации морального вреда.

При определении размера компенсации морального вреда, суд исходит из того, что моральный вред ФИО1 и ФИО2 заключается в нравственных переживаниях, в связи с утратой близкого для них человека – матери, внезапная смерть которой явилась для них сильным ударом. 

Также при определении размера компенсации морального вреда, следует учесть степень вины сотрудника ответчика врача-хирурга А., действия которого судом были квалифицированы по ч.2 ст.109 УК РФ, как причинение смерти по неосторожности. Исходя из принципов соразмерности, разумности и справедливости, с учетом того, что ответчик финансируется за счет средств областного бюджета, суд полагает, что размер компенсации морального вреда должен составлять по 200 000 руб. в пользу ФИО1 и ФИО2

Подлежит удовлетворению и требование ФИО1 и ФИО2 о возмещении судебных расходов, понесенных ими при рассмотрении искового заявления по существу.

В силу ст.88 ГПК РФ, судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.

В соответствии со ст.98 ГПК РФ, стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью второй статьи 96 настоящего Кодекса. В случае, если иск удовлетворен частично, указанные в настоящей статье судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано.

ФИО1 при обращении с настоящими иском в суд была уплачена государственная пошлина в размере 300 руб., что подтверждается чеком-ордером от 10.08.2018г. Указанная сумма подлежит взысканию с ответчика в пользу истца ФИО1

К издержкам, связанным с рассмотрением дела, относятся, в том числе, расходы на проезд и проживание сторон и третьих лиц, понесенные ими в связи с явкой в суд (абзац четвертый ст. 94 ГПК РФ).

По смыслу закона указанные расходы должны быть подтверждены соответствующими документами.

В обоснование своих доводов о взыскании расходов на проезд истцами были представлены проездные документы АО «Байкальская пригородная пассажирская компания», свидетельствующие о их проезде в судебное заседание, а также о проезде в судебное заседание представителя ФИО1 – ФИО3 и опрошенных в судебном заседании свидетелей. 

Так, ФИО1 понесла расходы на проезд в сумме 2562 руб., ФИО2 понес расходы в сумме 700 руб. 

Учитывая, что истцы, представитель истца ФИО1 – ФИО3, свидетели В., Р., Д. принимали участи в судебном заседании, понесенные истцами расходы подлежат удовлетворению. 

Согласно ст.100 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

Расходы истицы ФИО1 на оплату юридических услуг в размере 30000 руб. подтверждены договором об оказании юридической помощи от 27.07.2018г., заключенным между ФИО1 и адвокатом Адвокатской палаты Иркутской области ФИО3, а также квитанцией к приходному кассовому ордеру №13 от 27.07.2018г. 

Согласно п.1 договора об оказании юридической помощи от 27.07.2018г. ФИО3 обязуется оказывать юридическую помощь на условиях: консультации по ведению наследственного дела, получение свидетельства о праве на наследство; подготовка необходимых документов, адвокатских запросов, подготовка искового заявления; сбор необходимых доказательств по делу; подготовка необходимых заявлений, ходатайств и иных процессуальных документов; ознакомление с материалами дела; участие в судебных заседаниях Нижнеилимского городского суда.

ФИО3 представляла интересы ФИО1 в судебном заседании при рассмотрении дела в суде первой инстанции.

По общему правилу, условия договора определяются по усмотрению сторон (пункт 4 статьи 421 ГК РФ). К их числу относятся и те условия, которыми устанавливаются размер и порядок оплаты услуг представителя.

Между тем, приведенная выше норма ст.100 ГПК РФ предоставляет суду право уменьшить сумму, взыскиваемую в возмещение соответствующих расходов по оплате услуг представителя до разумных пределов, что в полном объеме соотносится с требованиями ч.3 ст.17 Конституции РФ, согласно которой осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц.

Учитывая изложенное, степень сложности гражданского дела и участия в судебном заседании представителя истца ФИО1 адвоката Адвокатской палаты Иркутской области ФИО3, среднее время, необходимое для подготовки к судебному заседанию, а также то, что в стоимость услуг по договору на оказание юридических услуг входит еще и консультации по ведению наследственного дела, что представителем ФИО5 в рамках настоящего дела не осуществлялось, суд полагает, что требования ФИО1 о взыскании судебных расходов на оплату услуг представителя подлежат удовлетворению частично в разумных пределах - в размере 20000 рублей.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л:

Исковые требования ФИО1, ФИО2 к Областному государственному бюджетному учреждению здравоохранения «Железногорская районная больница» о компенсации морального вреда, взыскании судебных расходов – удовлетворить частично.

Взыскать с Областного государственного бюджетного учреждения здравоохранения «Железногорская районная больница» в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 200000 руб., судебные расходы в размере 22862 руб.

В удовлетворении исковых требований о взыскании компенсации морального вреда в пользу ФИО1 в размере 300000 руб., судебных расходов в размере 10000 руб. – отказать.

Взыскать с Областного государственного бюджетного учреждения здравоохранения «Железногорская районная больница» в пользу ФИО2 компенсацию морального вреда в размере 200000 руб., судебные расходы в размере 700 руб. 

В удовлетворении исковых требований о взыскании компенсации морального вреда в пользу ФИО2 в размере 300000 руб. – отказать.

Решение может быть обжаловано в Иркутский областной суд через Нижнеилимский районный суд в течение месяца со дня составления мотивированного решения – с 03.10.2018г.

Судья: Родионова Т.А.