Уголовное дело №2-4/2019

П Р И Г О В О Р

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

г.Ульяновск 17 сентября 2019 года

Ульяновский областной суд в составе: 

председательствующего Киргизова И.В.,

с участием государственных обвинителей: 

прокурора Ульяновской областиХуртина С.А.,

прокурора отдела прокуратуры Ульяновской областиШушина О.С.,

подсудимогоФИО1,

защитника – адвокатаБорзикова А.А., 

представившего удостоверение №1429 от 18.12.2018 и ордер №59 от 09.08.2019,

потерпевших:Б*** Т.В.,

Р*** Ю.И.,

при секретареКузине Д.Г.,

рассмотрев в открытом судебном заседании уголовное дело в отношении

ФИО1, ***, судимого приговором Анадырского городского суда Чукотского автономного округа от 15 апреля 2013 года по части 1 статьи 111 УК РФ к наказанию в виде лишения свободы на срок 3 года 4 месяца условно с испытательным сроком 5 лет, которому постановлением Анадырского городского суда Чукотского автономного округа от 14 мая 2015 года испытательный срок продлен на 1 месяц, постановлением Анадырского городского суда Чукотского автономного округа от 17 декабря 2015 года условное осуждение отменено с исполнением назначенного приговором суда наказания, постановлением Заволжского районного суда г.Ульяновска от 13 марта 2018 года неотбытая часть наказания в виде лишения свободы в соответствии со статьей 80 УК РФ заменена исправительными работами на срок 1 год 1 месяц 26 суток с удержанием из заработной платы осужденного 10% в доход государства, постановлением Мелекесского районного суда Ульяновской области от 24 августа 2018 года неотбытая часть наказания в виде исправительных работ в соответствии со статьей 50 УК РФ заменена на лишение свободы на срок 4 месяца 7 суток, освобожденного 29 декабря 2018 года по отбытии наказания,

обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного пунктом «а» части 2 статьи 105 УК РФ,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 совершил убийство, то есть умышленное причинение смерти другому человеку, двух лиц при следующих обстоятельствах.

В период с 22 часов 11 января 2019 года до 2 часов 2 минут 12 января 2019 года ФИО1, находясь в состоянии алкогольного опьянения по адресу: ***, совместно с З*** К.Р., Р*** Д.И. и Б*** А.М., в связи с личной неприязнью к последней, вызванной ее вмешательством в конфликт, произошедший между ним и З*** К.Р. с одной стороны и Р*** Д.И. с другой, решил ее убить.

С этой целью ФИО2 вооружился приисканным в данной квартире ножом и умышленно нанес им Б*** А.М. не менее двух ударов в грудь, причинив потерпевшей два колото-резаных проникающих слепых ранения груди слева с повреждениями сердца, осложнившиеся гемоперикардом и левосторонним гемотораксом, с развитием острой кровопотери, квалифицируемые как каждое по отдельности, так и в совокупности, как тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни, от которых Б*** А.М. скончалась на месте преступления.

После этого ФИО1 в период с 2 часов 2 минут до 4 часов 12 минут 12 января 2019 года, находясь в состоянии алкогольного опьянения по адресу: ***, в связи с личной неприязнью к Р*** Д.И., возникшей в ходе ссоры при распитии спиртных напитков, решил его убить.

С этой целью ФИО1 умышленно нанес потерпевшему один удар кулаком в лицо, в результате чего Р*** Д.И. упал на пол, а затем, вооружившись примененным при убийстве Б*** А.М. ножом, умышленно нанес потерпевшему данным ножом не менее двух ударов в подчелюстные области слева и справа, не менее двенадцати ударов в область передней поверхности грудной клетки (в проекции грудины и прилежащих к ней областей), не менее трех ударов в область нижней трети боковой и задне-боковой поверхности грудной клетки справа, не менее двух ударов в область верхней трети передне-боковой и задне-боковой поверхности грудной клетки слева, не менее одного удара в область спины справа, причинив Р*** Д.И. колото-резаное проникающее слепое ранение передней поверхности грудной клетки слева с щелевидным сквозным повреждением рукоятки грудины, два колото-резаных проникающих слепых ранения передней поверхности грудной клетки слева по окологрудинной линии с полным пересечением 2-го ребра по окологрудинной линии, повреждением межреберных мышц 1-го и 2-го межреберий и надсечением 2-го и 3-го ребер, с повреждениями перикарда (околосердечной сорочки сердца) и сердца (левого желудочка), колото-резаное проникающее слепое ранение передней поверхности грудной клетки справа с повреждением мышц 2-го межреберья справа по окологрудинной линии и повреждением правого легкого, колото-резаное проникающее слепое ранение передней поверхности грудной клетки справа ближе к средне-ключичной линии с повреждениями мышц 2-го межреберья и с повреждением правого легкого, колото-резаное проникающее слепое ранение передней поверхности грудной клетки справа в области 2-го межреберья с повреждением правого легкого, колото-резаное проникающее слепое ранение передней поверхности грудной клетки справа с повреждением хрящевой части 1-го ребра, колото-резаное проникающее слепое ранение передне-боковой поверхности грудной клетки слева в проекции 3-го межреберья с повреждениями левого легкого, перикарда (околосердечной сорочки) и сердца, колото-резаное проникающее слепое ранение задней поверхности грудной клетки справа (области спины справа) по околопозвоночной линии с повреждениями мышц 7-го межреберья, 6-го и 7-го ребер и повреждением правого легкого, два колото-резаных проникающих слепых ранения боковой поверхности грудной клетки справа с повреждениями мышц 9-го и 10-го межреберий, правого купола диафрагмы и печени, колото-резаное проникающее слепое ранение задне-боковой поверхности грудной клетки справа с повреждением нижней доли правого легкого, осложнившиеся острой кровопотерей и шоком, квалифицируемые как каждое по отдельности, так и в совокупности как тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни, от которых Р*** Д.И. скончался на месте преступления, а также колото-резаное проникающее слепое ранение подчелюстной области слева с повреждениями стенок глотки, резаное проникающее слепое ранение подчелюстной области справа с повреждениями щитовидного хряща и подъязычной кости (перелом концевого отдела правого большого рога подъязычной кости), квалифицируемые как каждое по отдельности, так и в совокупности как тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни; два колото-резаных непроникающих слепых ранения передней поверхности грудной клетки справа с повреждениями мягких тканей грудной клетки, колото-резаное непроникающее слепое ранение передней поверхности грудной клетки слева на уровне 2-го ребра, два колото-резаных непроникающих слепых ранения передней поверхности грудной клетки слева и справа в проекции грудины и колото-резаное непроникающее слепое ранение задне-боковой поверхности грудной клетки слева (в области подмышечной впадины), квалифицируемые как легкий вред здоровью по признаку кратковременного расстройства здоровья (до 21 дня включительно).

В судебном заседании подсудимый ФИО1 заявил о признании вины и показал, что 11 января 2019 года около 22 часов он и З*** К.Р. пришли домой к Р*** Д.И., где также находилась Б*** А.М., с которыми стали распивать спиртные напитки. При этом между З*** К.Р. и Р*** Д.И. происходили ссоры, в ходе которых он и З*** К.Р. наносили удары руками Р*** Д.И., на что Б*** А.М. неоднократно делала им замечания и просила успокоиться. В связи с этим, когда З*** К.Р. и Р*** Д.И. по его просьбе вышли из дома, он взял на кухне нож и нанес им 2 удара в грудь Б*** А.М. После того как потерпевшая перестала подавать признаки жизни, он вместе с З*** К.Р. и Р*** Д.И. направился за водкой. По возвращении они продолжили употреблять алкоголь. В связи со ссорой, возникшей в ходе распития спиртного, он взял нож, которым убил Б*** А.М., и нанес им Р*** Д.И. два удара в шею, в результате чего потерпевший упал, а затем нанес еще около 6-7 ударов ножом в грудь Р*** Д.И., после чего вышел из дома на улицу, дождался З*** К.Р. и вместе с ним направился к себе домой, где узнал, что З*** К.Р. забрал из дома Р*** Д.И. его одежду и мобильные телефоны.

Из оглашенных в судебном заседании показаний Хайруллина Р.С., данных в ходе предварительного расследования, следует, что подсудимый пояснил в целом об аналогичных обстоятельствах совершения им убийства потерпевших, а при проведении проверок показаний на месте воспроизвел и продемонстрировал механизм своих преступных действий (т.1 л.д.196-201, 212-269, т.2 л.д.88-93, т.3 л.д.178-186, 187-214, т.5 л.д.139-144, 229-232, т.10 л.д.82-84, 155-157).

Помимо приведенных доказательств на виновность Хайруллина Р.С. указывают оглашенные в судебном заседании показания З*** К.Р., из которых следует, что вечером 11 января 2019 года в доме Р*** Д.И. между Хайруллиным Р.С. и потерпевшим произошла ссора из-за отказа Р*** Д.И. дать деньги на спиртное. При этом он и Хайруллин Р.С. нанесли потерпевшему удары руками по лицу, на что Б*** А.М. высказала им претензии по поводу избиения Р*** Д.И. После этого подсудимый сказал ему и Р*** Д.И. идти за спиртным, пояснив о наличии у него денег для его приобретения, а сам остался. Потерпевший вышел из дома, а он вернулся в зал, чтобы взять у Хайруллина Р.С. деньги на спиртное, и увидел, как подсудимый нанес ножом не менее двух ударов в грудь Б*** А.М. Испугавшись, он вышел на улицу и пошел за Р*** Д.И. Потом их догнал Хайруллин Р.С. После покупки спиртного они вернулись в дом, Б*** А.М. была мертва, а они стали употреблять алкоголь. При этом между Хайруллиным Р.С. и Р*** Д.И. возник конфликт из-за того, что потерпевший не дал денег на спиртное, подсудимый ударил потерпевшего кулаком в лицо, отчего тот упал на пол. Затем Хайруллин Р.С. нанес Р*** Д.И. удары ножом в шею и грудь, от которых потерпевший умер. Он (З*** К.Р.) облил растворителем полы, произошел пожар, и они ушли домой к Хайруллину Р.С., где продолжили употреблять спиртное. В доме Р*** Д.И. он забрал одежду потерпевшего и телефоны, которые они решили сдать в ломбард и купить спиртное, но у них их не приняли. Впоследствии два телефона он отдал Д*** Е.В., один продал незнакомому парню (т.1 л.д.157-161, т.3 л.д.178-186).

В ходе проверки показаний на месте З*** К.Р. заявил о том, что был очевидцем того, как ФИО1 в связи с возникшим конфликтом сначала убил Б*** А.М., а затем - Р*** Д.И., а также указал на место причинения подсудимым смерти потерпевшим и продемонстрировал обстоятельства нанесения ФИО1 ударов ножом Б*** А.М. и Р*** Д.И., в результате чего они были лишены жизни (т.1 л.д.162-169, т.3 л.д.215-232).

Изложенные обстоятельства З*** К.Р. также подтвердил при допросах 16 января, 25 апреля, 13 июня 2019 года. Кроме того, в ходе последнего допроса он уточнил, что в 2 часа 2 минуты 12 января 2019 года звонил ФИО1, так как тот задержался в доме потерпевшего после убийства Б*** А.М., а из дома Р*** Д.И. он (З*** К.Р.) взял 4 телефона и одежду потерпевшего. Впоследствии телефоны «Samsung» и «Alcatel» черного цвета он отдал Д*** Е.В., «Alcatel» красного цвета – продал незнакомому парню, «Fly» был изъят в его жилище. Футболку голубого цвета и джинсы Р*** Д.И. он оставил в доме ФИО1, а брюки, толстовку и футболку синего цвета носил сам вплоть до их изъятия сотрудниками правоохранительных органов (т.2 л.д.82-83, т.5 л.д.130-133, 241-245).

В судебном заседании З*** К.Р. в целом подтвердил изложенные обстоятельства, за исключением того, что он видел, как ФИО1 наносил удары ножом Б*** А.М. Заявив о несоответствии действительности показаний в этой части, З*** К.Р. ссылался на воздействие, оказанное на него следователями И*** Н.В., Х*** А.Ш. и неизвестными ему оперативными сотрудниками.

Проверка и оценка полученных на стадии предварительного следствия с участием ФИО1 и З*** К.Р. доказательств указывает на то, что они были добыты с соблюдением установленных уголовно-процессуальным законом требований. Как следует из материалов дела, при проведении с указанными лицами следственных действий принимали участие защитники, показания ФИО1 и З*** К.Р. давались после разъяснения всех процессуальных прав, в том числе и предусмотренного статьей 51 Конституции РФ права не свидетельствовать против себя, а в случае согласия дать показания – их возможного использования против них, и создания условий для реализации этих прав. Содержание предусмотренных законом прав зафиксировано в протоколах, ознакомление с этими правами удостоверено подписями обвиняемых (подозреваемых). Они сразу же были обеспечены защитой, что подтверждается имеющимися в деле ордерами адвокатов, соответствующими записями и подписями в протоколах следственных действий. Заявлений об оказании какого-либо давления ни ФИО1, ни З*** К.Р. при производстве следственных действий не делали, напротив, сообщили в протоколах допроса и проверки показаний на месте о добровольном характере дачи ими показаний. Соответствие хода и результатов проводимых с участием подсудимого и З*** К.Р. следственных действий, правильность содержания показаний, зафиксированных в составленных по итогам их производства соответствующих протоколах, были подтверждены собственноручными подписями как самих ФИО1 и З*** К.Р., так и их защитников, от которых не поступало заявлений ни об искажении содержания показаний допрашиваемых лиц, ни о наличии у них дополнений, касающихся уточнения обстоятельств происшедших событий, в связи с установлением которых проводились следственные действия. 

На необоснованность утверждений ФИО1 и З*** К.Р. об оказанном на них воздействии также указывают приложенные к протоколам проверки показаний на месте материалы видеозаписи, из которых, помимо процессуальной стороны, усматривается, что ФИО1 и З*** К.Р. признаков опьянения не обнаруживали, показания давали подробно, в логической последовательности, в непринужденной форме, свободно ориентировались на местности, поясняя об обстоятельствах описываемых ими событий и демонстрируя их участникам следственного действия. Оценивая их поведение и содержание показаний, суд приходит к выводу об отсутствии заученности обстоятельств и вынужденности дачи ими показаний. 

О надуманности выдвинутой ФИО1 и З*** К.Р. версии, связанной с оказанным на них воздействием в целях дачи не соответствующих действительности показаний, свидетельствуют заключения судебно-медицинского эксперта №43 и №44, зафиксировавшие отсутствие у ФИО1 и З*** К.Р. телесных повреждений (т.6 л.д.85, 69).

Кроме того, об отсутствии какого-либо воздействия на ФИО1 и З*** К.Р. показали допрошенные в судебном заседании следователи И*** Н.В. и Х*** А.Ш., а также сотрудники полиции Т*** С.Н. и Р*** А.Е. 

С учетом изложенного, суд приходит к выводу о том, что протоколы следственных действий, составленные с участием ФИО1 и З*** К.Р., соответствуют требованиям уголовно-процессуального закона, в связи с чем зафиксированные в них показания названных лиц являются допустимыми доказательствами, а потому суд использует их при установлении фактических обстоятельств дела в той части, в которой они согласуются между собой и с другими доказательствами.

Стремление ФИО1 и З*** К.Р. скрыть часть действий друг друга суд, с учетом отношений, сложившихся между ними за время отбывания наказания в одном исправительном учреждении, что обоими не отрицается, расценивает как желание помочь друг другу смягчить ответственность за содеянное, в связи с чем принимает во внимание сведения, изложенные ими при даче показаний, в той части, в какой они подтверждаются другими доказательствами по делу, исследованными и проверенными в судебном заседании, и не противоречат им, а именно показания ФИО1 и З*** К.Р.: 

- о месте и времени совершения преступления;

- о нахождении в состоянии алкогольного опьянения;

- о конфликте, произошедшем между ФИО1 и З*** К.Р. с одной стороны и Р*** Д.И. с другой;

- о вмешательстве в данный конфликт Б*** А.М. и ее убийстве ФИО1 в связи с этим;

- об убийстве Р*** Д.И. ФИО1 в ходе ссоры при распитии спиртных напитков;

- о ноже, использованном ФИО1 в качестве орудия лишения жизни;

- о механизме причинения ФИО1 смерти потерпевшим путем нанесения ударов ножом в области расположения жизненно важных органов.

Вышеприведенные показания ФИО1 и З*** К.Р. по основным юридически значимым моментам в целом согласуются между собой и подтверждаются объективными данными. Суд, наряду с другими исследованными доказательствами по делу, кладет указанные показания в основу доказанности обвинения ФИО1

О совершении ФИО1 убийства Б*** А.М. и Р*** Д.И. и его виновности в этом свидетельствуют также иные доказательства, исследованные в судебном заседании.

Так, потерпевший Б*** Т.В. показал, что в январе 2019 года его мать Б*** А.М. проживала дома у Р*** Д.И., где была убита, пропал ее телефон.

Показания ФИО1 и З*** К.Р. согласуются с показаниями потерпевшей Р*** Ю.И., которая пояснила, что последний раз видела своего брата Р*** Д.И. живым около 10 часов 11 января 2019 года, когда заходила к нему домой, где также находилась Б*** А.М. Телесных повреждений у них не было. В 23 часа 37 минут 11 января 2019 года с телефона Р*** Д.И. ей поступил вызов, она приняла этот звонок, услышала разговор брата с двумя мужчинами, попыталась поговорить, но Р*** Д.И. не ответил. Около 4 часов 20 минут 12 января 2019 года ей позвонила С*** О.В. и сообщила о пожаре в квартире брата, в связи с чем она с мужем направилась туда. Когда огонь был потушен, в доме были обнаружены трупы Р*** Д.И. и Б*** А.М., у них были похищены мобильные телефоны и предметы одежды.

На нахождение ФИО1 и З*** К.Р. в ночь с 11 на 12 января 2019 года на месте преступления также указывают показания *** - свидетеля И*** Э.А., который показал, что в январе 2019 года около 23-24 часов Р*** Ю.И. поступил звонок с телефона Р*** Д.И. Когда она взяла трубку, услышала голоса Р*** Д.И. и двух мужчин, пыталась поговорить, но потерпевший не ответил. Около 4 часов позвонила соседка Р*** Д.И. и сообщила о пожаре в его квартире. Он и Р*** Ю.И. поехали туда, пытались дозвониться до Р*** Д.И., но телефон был отключен. После тушения пожара в доме были обнаружены трупы Р*** Д.И. и Б*** А.М.

Свидетель Ч*** А.В., которая проживает по соседству с Р*** Д.И., показала, что 12 января 2019 года около 4 часов проснулась от пожара в доме, вывела на улицу мать и сестру, вызвала пожарных. После того, как пожар был потушен, в доме были обнаружены трупы Р*** Д.И. и Б*** А.М.

Кроме того, показания ФИО1 и З*** К.Р. согласуются с показаниями свидетеля Л*** А.Б., который зимой 2018 года, узнав от Б*** А.М., что у нее сломался телефон, отдал ей свой телефон «Alcatel» красного цвета; свидетеля С*** Д.А., пояснившего, что в январе 2019 года в комиссионный магазин, где он работает приемщиком-оценщиком, мужчины принесли 4 телефона для сдачи, но он их не принял; свидетеля Н*** В.В., который показал, что в январе 2019 года Д*** Е.В. принес 2 телефона, один из которых «Alсatel» черного цвета, пояснив, что взял его у друга; свидетеля К*** Н.Ю., пояснившего, что 13 января 2019 года заметил у Н*** В.В. телефон «Alсatel» черного цвета, по поводу которого тот пояснил, что взял его у Д*** Е.В. 

Кроме изложенных доказательств, фактические обстоятельства события преступления и виновность подсудимого в его совершении нашли объективное подтверждение в протоколах следственных действий и заключениях экспертов, которые, будучи относимыми и допустимыми, были исследованы в судебном заседании.

Так, в ходе осмотра детализаций соединений используемых ФИО1 и З*** К.Р. абонентских номеров установлено, что содержащиеся в них сведения о наличии такого соединения в 2 часа 2 минуты 12 января 2019 года между устройствами, зафиксированными базовыми станциями в *** Ульяновской области, согласуются с показаниями ФИО1 и З*** К.Р. о месте совершения преступления, и в совокупности с донесением о пожаре №29, согласно которому сообщение о пожаре поступило в 4 часа 12 минут 12 января 2019 года, указывают на время убийства Б*** А.М. и Р*** Д.И. (т.4 л.д.75-77, 84-85, т.2 л.д.148).

Показания ФИО1 и З*** К.Р. о месте убийства Б*** А.М. и Р*** Д.И. объективно подтверждаются протоколами осмотра места происшествия с прилагаемыми материалами, согласно которым 12 января 2019 года в сгоревшей квартире *** были обнаружены трупы Б*** А.М. и Р*** Д.И. и металлический нож, подвергшиеся термическому воздействию (т.1 л.д.50-57, 69-72).

При осмотре трупов Б*** А.М. и Р*** Д.И. установлено, что они обгорели, отсутствуют части конечностей, сохранившиеся кожные покровы обпачканы золой и пеплом (т.1 л.д.78-82).

Личность погибших, помимо сведений, содержащихся в протоколах осмотра места происшествия и трупов, установлена путем экспертного исследования ДНК, подтвердившего родство Б*** А.М. с ее сыном Б*** Т.В., Р*** Д.И. с его дочерью Р*** В.Д. (т.9 л.д.133-136, т.10 л.д.15-18).

Согласно заключениям экспертов №55 и №123 причиной смерти Б*** А.М. явились два колото-резаных проникающих слепых ранения груди слева с повреждениями сердца, осложнившиеся гемоперикардом и левосторонним гемотораксом, с развитием острой кровопотери, квалифицируемые как каждое по отдельности, так и в совокупности как тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни.

Данные повреждения образовались прижизненно, незадолго до наступления смерти, от действия колюще-режущего предмета типа плоского односторонне острого клинка ножа.

Характер трупных явлений не исключает возможности наступления смерти Б*** А.М. 12 января 2019 года.

Морфологические изменения мягких тканей, отсутствие копоти в просвете дыхательных путей и карбоксигемоглобина в крови трупа позволяют высказаться о том, что воздействие высокотемпературного фактора (пламени) на тело Б*** А.М. происходило посмертно и экспертной оценке в части определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека, не подлежит.

В срок и при обстоятельствах, изложенных и продемонстрированных ФИО1 в ходе допросов в качестве подозреваемого 15 января 2019 года и обвиняемого 16 января и 13 февраля 2019 года, при проверке показаний на месте 15 января и 13 февраля 2019 года, а также З*** К.Р. в ходе допроса в качестве подозреваемого 15 января 2019 года и обвиняемого 16 января и 13 февраля 2019 года, при проверке показаний на месте 15 января и 13 февраля 2019 года, возможно причинение колото-резаных ранений, обнаруженных у Б*** А.М. (т.6 л.д.49-53, т.9 л.д.44-68).

В соответствии с заключениями экспертов №50 и №124 смерть Р*** Д.И. последовала от множественных проникающих колото-резаных ранений грудной клетки с повреждениями легких, сердца, печени и развившихся вследствие этого острой кровопотери и шока. При судебно-медицинской экспертизе трупа обнаружены следующие телесные повреждения: колото-резаное проникающее слепое ранение передней поверхности грудной клетки слева с щелевидным сквозным повреждением рукоятки грудины, два колото-резаных проникающих слепых ранения передней поверхности грудной клетки слева по окологрудинной линии с полным пересечением 2-го ребра по окологрудинной линии, повреждением межреберных мышц 1-го и 2-го межреберий и надсечением 2-го и 3-го ребер, с повреждениями перикарда (околосердечной сорочки сердца) и сердца (левого желудочка), колото-резаное проникающее слепое ранение передней поверхности грудной клетки справа с повреждением мышц 2-го межреберья справа по окологрудинной линии и повреждением правого легкого, колото-резаное проникающее слепое ранение передней поверхности грудной клетки справа ближе к средне-ключичной линии с повреждениями мышц 2-го межреберья и с повреждением правого легкого, колото-резаное проникающее слепое ранение передней поверхности грудной клетки справа в области 2-го межреберья с повреждением правого легкого, колото-резаное проникающее слепое ранение передней поверхности грудной клетки справа с повреждением хрящевой части 1-го ребра, колото-резаное проникающее слепое ранение передне-боковой поверхности грудной клетки слева в проекции 3-го межреберья с повреждениями левого легкого, перикарда (околосердечной сорочки) и сердца, колото-резаное проникающее слепое ранение задней поверхности грудной клетки справа (области спины справа) по околопозвоночной линии с повреждениями мышц 7-го межреберья, 6-го и 7-го ребер и повреждением правого легкого, два колото-резаных проникающих слепых ранения боковой поверхности грудной клетки справа с повреждениями мышц 9-го и 10-го межреберий, правого купола диафрагмы и печени, колото-резаное проникающее слепое ранение задне-боковой поверхности грудной клетки справа с повреждением нижней доли правого легкого, осложнившиеся острой кровопотерей и шоком, колото-резаное проникающее слепое ранение подчелюстной области слева с повреждениями стенок глотки, резаное проникающее слепое ранение подчелюстной области справа с повреждениями щитовидного хряща и подъязычной кости (перелом концевого отдела правого большого рога подъязычной кости), квалифицируемые как каждое по отдельности, так и в совокупности как тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни; а также два колото-резаных непроникающих слепых ранения передней поверхности грудной клетки справа с повреждениями мягких тканей грудной клетки, колото-резаное непроникающее слепое ранение передней поверхности грудной клетки слева на уровне 2-го ребра, два колото-резаных непроникающих слепых ранения передней поверхности грудной клетки слева и справа в проекции грудины и колото-резаное непроникающее слепое ранение задне-боковой поверхности грудной клетки слева (в области подмышечной впадины), квалифицируемые как легкий вред здоровью по признаку кратковременного расстройства здоровья (до 21 дня включительно).

Данные повреждения получены прижизненно, непосредственно перед смертью, от действия колюще-режущего предмета типа плоского односторонне острого клинка ножа.

Характер трупных явлений не исключает возможности наступления смерти Р*** Д.И. 12 января 2019 года.

Морфологические изменения мягких тканей, отсутствие карбоксигемоглобина в крови трупа позволяют высказаться о том, что воздействие высокотемпературного фактора (пламени) на тело Р*** Д.И. происходило посмертно и экспертной оценке в части определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека, не подлежит.

В срок и при обстоятельствах, изложенных и продемонстрированных ФИО1 в ходе допросов в качестве подозреваемого 15 января 2019 года и обвиняемого 16 января и 13 февраля 2019 года, при проверке показаний на месте 15 января и 13 февраля 2019 года, а также З*** К.Р. в ходе допроса в качестве подозреваемого 15 января 2019 года и обвиняемого 16 января и 13 февраля 2019 года, при проверке показаний на месте 15 января и 13 февраля 2019 года, возможно причинение колото-резаных ранений, обнаруженных у Р*** Д.И. (т.6 л.д.7-15, т.9 л.д.78-107).

Заключениями эксперта №81 и №80 установлена возможность причинения колото-резаных повреждений, обнаруженных на трупах Б*** А.М. и Р*** Д.И., клинком ножа, изъятого 12 января 2019 года с места происшествия (т.8 л.д.179-181, 161-169).

Из заключения эксперта №Э3/37 следует, что на поверхности клинка ножа, изъятого 12 января 2019 года с места происшествия, обнаружены следы крови (т.6 л.д.214-217).

Анализируя приведенные выше заключения экспертов в совокупности с другими доказательствами по делу, в частности, протоколами осмотра места происшествия и предметов, а также показаниями ФИО1 и З*** К.Р., заявивших о наличии у потерпевших кровоточащих ран, суд приходит к выводу о том, что данная кровь принадлежит потерпевшим, а ее обнаружение указывает на этот нож как на орудие реализации подсудимым своего преступного умысла.

Кроме того, обнаружение крови на данном ноже и его относимость к установленным фактическим обстоятельствам дела соответствуют результатам проведенных опознаний, в ходе которых ФИО1 и З*** К.Р., указав на нож, изъятый 12 января 2019 года с места происшествия, пояснили, что при помощи этого ножа в ночь с 11 на 12 января 2019 года ФИО1 совершил убийство Б*** А.М. и Р*** Д.И., нанеся им множество ранений потерпевшим (т.5 л.д.233-237, т.10 л.д.110-114).

Показания ФИО1 и З*** К.Р. также согласуются с протоколами проведенных по уголовному делу осмотров, согласно которым: 

- в жилище ФИО1 были изъяты предметы одежды Р*** Д.И. (футболка, джинсы) (т.2 л.д.2-29);

- в жилище З*** К.Р. были изъяты телефон «Fly» и предметы одежды Р*** Д.И. (брюки, толстовка, футболка) (т.1 л.д.171-175); 

- в жилище свидетеля К*** Н.Ю. был изъят телефон «Alcatel» (т.1 л.д.110-115). 

Указанные телефоны были осмотрены с участием З*** К.Р., который подтвердил их принадлежность Р*** Д.И. (т.5 л.д.246-251).

На принадлежность потерпевшему толстовки, изъятой в жилище З*** К.Р., также указывают заключения эксперта №38, №Э3/53 и №Э3/306, согласно которым на толстовке найдена кровь человека, которая произошла от Р*** Д.И. (т.6 л.д.134-137, т.8 л.д.92-95, т.10 л.д. 5-10).

Кроме того, в соответствии с заключениями эксперта №37 и №Э3/54 следы крови человека обнаружены на джинсовых брюках, изъятых в жилище ФИО1 (т.6 л.д.148-153, т.8 л.д. 106-110).

При указанных обстоятельствах, анализируя приведенные показания подсудимого, потерпевших и свидетелей, протоколы следственных действий, заключения экспертов и иные документы, суд приходит к выводу о том, что они устанавливают событие преступления и причастность подсудимого к его совершению, в связи с чем совокупностью исследованных доказательств вина ФИО1 в содеянном установлена.

На основании изложенного, исходя из фактических обстоятельств уголовного дела, суд квалифицирует действия Хайруллина Р.С. по пункту «а» части 2 статьи 105 УК РФ как убийство, то есть умышленное причинение смерти другому человеку, двух лиц. 

При квалификации действий подсудимого суд считает, что о направленности умысла ФИО1 на убийство потерпевших, помимо его показаний о личной неприязни к Б*** А.М., вызванной ее вмешательством в конфликт, и к Р*** Д.И., возникшей в ходе ссоры при распитии спиртных напитков, желании их убить, приискании ножа, выборе подходящего момента для нападения и его внезапности, свидетельствуют способ и орудие совершения преступления, характер и локализация телесных повреждений, а также последующее поведение подсудимого.

Использование подсудимым в качестве орудия преступления ножа для нанесения в короткий промежуток времени множественных ударов потерпевшим, а именно: в грудь Б*** А.М., в шею, грудь и спину Р*** Д.И., то есть в области расположения жизненно важных органов потерпевших, не имеющих каких-либо предметов, способных причинить вред и противодействовать подсудимому, с причинением потерпевшим несовместимых с жизнью телесных повреждений, а также последующее поведение подсудимого, который, не предпринимая никаких мер к оказанию потерпевшим помощи, убедился, что они перестали подавать признаки жизни и уже не могут оказать сопротивление, в совокупности указывают на совершение Хайруллиным Р.С. убийства Б*** А.М. и Р*** Д.И.

Поскольку ФИО1 совершил убийство двух лиц, но ни за одно из этих убийств ранее не был осужден, в его действиях содержится такой квалифицирующий признак преступления, как убийство «двух лиц». 

Заключением комиссии экспертов №228 установлено, что ФИО1 обнаруживает признаки ***, однако степень имеющихся расстройств не столь значительна, не сопровождается грубым интеллектуально-мнестическим дефектом, не доходит до психотического уровня и не лишает его способности осознавать фактический характер своих действий и руководить ими. В момент совершения инкриминируемого ему деяния, как видно из материалов уголовного дела, он не обнаруживал каких-либо болезненных расстройств со стороны психической деятельности, в том числе и временного характера, и мог в полной мере осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий, руководить ими. По своему психическому состоянию в применении принудительных мер медицинского характера не нуждается (т.6 л.д.179-180).

Вышеуказанная экспертиза проведена в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона, а ее выводы подтверждаются исследованными в судебном заседании сведениями о личности подсудимого и другими материалами дела. В ходе предварительного расследования и судебного разбирательства сомнений во вменяемости подсудимого не возникало. При таких обстоятельствах у суда не имеется оснований ставить под сомнение заключение комиссии экспертов.

С учетом изложенного суд признает подсудимого ФИО1 вменяемым и подлежащим уголовной ответственности за содеянное.

При назначении наказания суд, руководствуясь положениями статей 6, 43 и 60 УК РФ, учитывает характер и степень общественной опасности преступления и личность виновного, в том числе обстоятельства, смягчающие и отягчающие наказание, а также влияние назначенного наказания на исправление ФИО1 и на условия жизни его семьи.

По месту жительства ФИО1 характеризуется отрицательно, ***, жалоб и заявлений на него не поступало; за время отбывания наказания в *** ФИО1 поощрений и взысканий не имел; судим; на учете в специализированных наркологическом и психиатрическом учреждениях не состоит; страдает заболеванием; имеет малолетнего ребенка (т.11 л.д.40, 42, 24-26, 3-8, 17-19, 45-48).

В качестве обстоятельств, смягчающих наказание, суд учитывает явку с повинной, на которую указано в обвинительном заключении следователя и речи государственного обвинителя как на добровольное сообщение ФИО1 о совершенном им преступлении, активное способствование раскрытию и расследованию преступления, выразившееся в представлении органам следствия информации, имеющей значение для уголовного дела по ключевым для доказывания обстоятельствам; признание вины, заявления о раскаянии в содеянном и принесении извинений потерпевшим; состояние здоровья подсудимого; наличие малолетнего ребенка. 

Обстоятельством, отягчающим наказание, является рецидив преступлений, поскольку ФИО1 совершил особо тяжкое преступление, при этом ранее был осужден за умышленное тяжкое преступление условно, но условное осуждение было отменено до совершения преступления по настоящему делу с исполнением наказания, назначенного приговором суда, и ФИО1 направлен для отбывания наказания в места лишения свободы, принимая в этой связи при решении вопроса о виде и размере назначаемого подсудимому наказания во внимание также обстоятельства, в силу которых исправительное воздействие предыдущего наказания оказалось недостаточным.

Кроме того, учитывая характер и степень общественной опасности преступления, обстоятельства его совершения, влияние состояния опьянения на поведение подсудимого при совершении данного преступления, личность ФИО1, суд признает отягчающим наказание обстоятельством совершение им преступления в состоянии опьянения, вызванном употреблением алкоголя. В судебном заседании установлено, что ФИО1 11 и 12 января 2019 года употреблял спиртные напитки в значительном количестве непосредственно перед совершением убийства Б*** А.М. и Р*** Д.И., само преступление он совершил, находясь в указанный период в состоянии алкогольного опьянения, которое оказало существенное влияние на мотивацию действий ФИО1, способствовало совершению им преступления, снизило его способность к самоконтролю, соблюдению социальных норм и правил поведения, явившись важным условием для совершения им особо тяжкого преступления, на что указывают исследованные в судебном заседании доказательства. При этом подсудимый по месту жительства характеризуется как лицо, злоупотребляющее спиртными напитками. Нахождение в состоянии алкогольного опьянения при совершении преступления отражено в предъявленном ФИО1 обвинении и нашло свое подтверждение в судебном заседании, а само вышеуказанное отягчающее обстоятельство, предусмотренное частью 11 статьи 63 УК РФ, приведено в обвинительном заключении при изложении данных о личности подсудимого.

Суд не находит оснований для назначения ФИО1 наказания с применением части 1 статьи 62 УК РФ, поскольку в его действиях имеют место отягчающие наказание обстоятельства – рецидив преступлений и совершение им преступления в состоянии опьянения, вызванном употреблением алкоголя.

В связи с наличием в действиях подсудимого рецидива преступлений суд назначает ему наказание по правилам части 2 статьи 68 УК РФ, не усматривая при этом достаточных оснований к применению положений части 3 статьи 68 УК РФ, несмотря на наличие смягчающих обстоятельств, предусмотренных статьей 61 УК РФ, не находя также и оснований для применения к подсудимому статьи 64 УК РФ и назначения ему наказания ниже низшего предела, предусмотренного санкцией части 2 статьи 105 УК РФ, поскольку по делу отсутствуют какие-либо исключительные обстоятельства, связанные с целями и мотивами совершенного преступления, ролью виновного, иные обстоятельства, существенно уменьшающие степень общественной опасности преступлений. При назначении наказания за преступление, предусмотренное частью 2 статьи 105 УК РФ, суд также учитывает положения части 3 статьи 62 УК РФ.

Суд не находит правовых оснований к обсуждению вопроса о возможности изменения категории совершенного ФИО1 преступления на менее тяжкую в соответствии с частью 6 статьи 15 УК РФ ввиду наличия отягчающих наказание обстоятельств.

С учетом характера и степени общественной опасности совершенного подсудимым преступления, обстоятельств его совершения и данных о личности ФИО1, а также с учетом принципа разумности и справедливости назначаемого наказания, суд приходит к выводу о том, что достижение предусмотренных статьей 43 УК РФ целей наказания, а именно: восстановление социальной справедливости, исправление подсудимого и предупреждение совершения им новых преступлений возможно при условии назначения ФИО1 наказания только в виде лишения свободы, поскольку менее строгий вид наказания не сможет обеспечить достижение вышеуказанных целей наказания. 

Кроме того, суд считает, что исправлению подсудимого и предупреждению совершения им новых преступлений будет способствовать назначение ФИО1 дополнительного наказания в виде ограничения свободы с установлением следующих ограничений: не выезжать за пределы территории муниципального образования, где осужденный будет проживать после отбывания лишения свободы, не изменять место жительства или пребывания, место работы и (или) учебы без согласия специализированного государственного органа, осуществляющего надзор за отбыванием осужденными наказания в виде ограничения свободы, в случаях, предусмотренных законодательством Российской Федерации, и с возложением на него обязанности являться в специализированный государственный орган, осуществляющий надзор за отбыванием осужденными наказания в виде ограничения свободы, два раза в месяц для регистрации.

Учитывая, что ФИО1 осуждался приговором Анадырского городского суда Чукотского автономного округа от 15 апреля 2013 года за совершение в совершеннолетнем возрасте умышленного тяжкого преступления условно, но постановлением этого же суда от 17 декабря 2015 года условное осуждение отменено с исполнением наказания, назначенного приговором суда, ФИО1 направлен для отбывания наказания в места лишения свободы, и по настоящему делу он совершил особо тяжкое преступление, в его действиях в силу установленных частью 2 статьи 18 УК РФ правил присутствует опасный рецидив преступлений, в связи чем не имеется правовых оснований для обсуждения вопроса о возможности применения к ФИО1 положений статьи 73 УК РФ ввиду установленного пунктом «в» части 1 статьи 73 УК РФ законодательного запрета на применение указанной правовой нормы, и наказание в виде лишения свободы в соответствии с пунктом «в» части 1 статьи 58 УК РФ должно отбываться в исправительной колонии строгого режима.

С учетом общественной опасности совершенного ФИО1 преступления и в связи с необходимостью отбывания им наказания в виде лишения свободы суд считает необходимым меру пресечения оставить прежней – в виде заключения под стражу.

Как следует из материалов уголовного дела, ФИО1 был задержан в предусмотренном статьями 91-92 УПК РФ порядке 15 января 2019 года, 17 января 2019 года ему была избрана мера пресечения в виде заключения под стражу, срок действия которой впоследствии продлевался.

В этой связи в срок отбытия наказания следует зачесть период содержания ФИО1 под стражей с 15 января 2019 года по 16 сентября 2019 года включительно.

Время содержания ФИО1 под стражей в период с 15 января 2019 года до вступления приговора в законную силу подлежит зачету в срок лишения свободы из расчета один день содержания под стражей за один день лишения свободы в связи с необходимостью отбывания наказания в исправительной колонии строгого режима, то есть с учетом положений пункта «а» части 31 статьи 72 УК РФ.

В ходе предварительного следствия за оказание юридической помощи ФИО1 по назначению за счет средств федерального бюджета адвокату Салимову Р.Р. была произведена выплата вознаграждения в размере 36 500 рублей (т.11 л.д.96-98). 

Согласно пункту 5 части 2 статьи 131 УПК РФ суммы, выплачиваемые адвокату за оказание им юридической помощи в случае участия адвоката в уголовном судопроизводстве по назначению, относятся к процессуальным издержкам, которые, в силу статьи 132 УПК РФ, взыскиваются с осужденного или возмещаются за счет средств федерального бюджета.

Исходя из названных положений закона, процессуальные издержки в виде денежных средств, выплаченных защитнику Салимову Р.Р. в качестве вознаграждения за оказание юридической помощи ФИО1 на досудебной стадии производства по делу, подлежат взысканию с ФИО1 в размере 36 500 рублей с учетом того, что он изъявил желание иметь защитника в лице адвоката по назначению на досудебной стадии производства по делу, не делал заявлений об отводе, обстоятельств, свидетельствующих о его имущественной несостоятельности, не установлено, он трудоспособен, а взыскание с него процессуальных издержек в названном выше размере не может существенно отразиться на его и его близких материальном положении, при этом сам подсудимый в судебном заседании после разъяснения ему вышеуказанных положений закона о возможности взыскания с него процессуальных издержек не возражал против этого, в связи с чем суд не усматривает оснований к освобождению ФИО1 полностью или частично от уплаты процессуальных издержек. Суд также отмечает, что взыскание может быть обращено на будущие доходы подсудимого, являющегося трудоспособным, в том числе и на заработок во время отбывания наказания либо же после его отбытия.

Потерпевшими Б*** Т.В. и Р*** Ю.И. в рамках уголовного судопроизводства заявлены исковые требования о взыскании с подсудимого в пользу каждого из них в счет компенсации морального вреда денежных средств в размере 5 000 000 рублей и 2 000 000 рублей соответственно, мотивированные причинением нравственных страданий.

В судебном заседании ФИО1 данные исковые требования признал, оставив вопрос о размере компенсации морального вреда на усмотрение суда.

Рассматривая требования о компенсации морального вреда, суд исходит из того, что согласно статье 151 ГК РФ моральный вред (физические или нравственные страдания) подлежит возмещению в случае, если он причинен гражданину в результате действий, нарушающих его личные неимущественные права либо посягающих на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, когда это предусмотрено законом.

Согласно части 2 статьи 1101 ГК РФ размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

Разрешая заявленные требования, суд исходит из обстоятельств и характера совершенного ФИО1 преступления, его последствий и считает требования о компенсации морального вреда, причиненного противоправными действиями подсудимого, подлежащими частичному удовлетворению.

При удовлетворении исковых требований Б*** Т.В. и Р*** Ю.И. суд руководствуется положениями части 8 статьи 42 УПК РФ, в силу которых по уголовным делам о преступлениях, последствием которых явилась смерть потерпевшего, предусмотренные данной статьей права переходят к близким родственникам погибшего, которые вправе требовать компенсации причиненного морального вреда.

При определении размера компенсации вреда суд учитывает степень испытанных потерпевшими Б*** Т.В. и Р*** Ю.И. нравственных страданий, вызванных утратой в результате умышленных действий ФИО1 близких родственников (матери и брата соответственно). Судом также учитываются требования разумности и справедливости, материальное положение ФИО1, его возраст, трудоспособность, а потому суд полагает необходимым взыскать с него в счет компенсации причиненного морального вреда в пользу каждого потерпевшего по 1 500 000 рублей.

При решении вопроса о вещественных доказательствах суд руководствуется положениями статьи 81 УПК РФ и учитывает мнение участников процесса.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 296-300, 303-304, 307-309 УПК РФ, суд

ПРИГОВОРИЛ:

признать ФИО1 виновным в совершении преступления, предусмотренного пунктом «а» части 2 статьи 105 УК РФ, и назначить ему наказание в виде лишения свободы на срок 18 лет с ограничением свободы на срок 1 год, установив следующие ограничения: не выезжать за пределы территории муниципального образования, где осужденный будет проживать после отбывания лишения свободы, не изменять место жительства или пребывания, место работы и (или) учебы без согласия специализированного государственного органа, осуществляющего надзор за отбыванием осужденными наказания в виде ограничения свободы, в случаях, предусмотренных законодательством Российской Федерации, и возложив на него обязанность являться в специализированный государственный орган, осуществляющий надзор за отбыванием осужденными наказания в виде ограничения свободы, два раза в месяц для регистрации.

Назначенное ФИО1 наказание в виде лишения свободы отбывать в исправительной колонии строгого режима.

Срок отбытия подсудимым ФИО1 наказания исчислять с 17 сентября 2019 года. Зачесть в срок отбытия наказания время предварительного содержания ФИО1 под стражей в период с 15 января 2019 года по 16 сентября 2019 года включительно.

Время содержания ФИО1 под стражей в период с 15 января 2019 года до вступления приговора в законную силу подлежит зачету в срок лишения свободы из расчета один день содержания под стражей за один день лишения свободы в связи с необходимостью отбывания наказания в исправительной колонии строгого режима, то есть с учетом положений пункта «а» части 31 статьи 72 УК РФ.

Меру пресечения ФИО1 до вступления приговора в законную силу оставить без изменения – в виде заключения под стражу с содержанием в ***.

Гражданский иск потерпевшего Б*** Т.В. о компенсации причиненного преступлением морального вреда удовлетворить частично. Взыскать с ФИО1 в пользу Б*** Т*** В*** компенсацию за причиненный преступлением моральный вред в размере 1 500 000 рублей.  

Гражданский иск потерпевшей Р*** Ю.И. о компенсации причиненного преступлением морального вреда удовлетворить частично. Взыскать с ФИО1 в пользу Р*** Ю*** И*** компенсацию за причиненный преступлением моральный вред в размере 1 500 000 рублей.  

Взыскать с ФИО1 в доход федерального бюджета процессуальные издержки в виде денежных сумм, выплаченных адвокату за оказание юридической помощи по назначению на предварительном следствии, в размере 36 500 рублей.

Вещественные доказательства:

- уголек, 9 металлических гвоздей, 8 окурков из пепельницы, бутылку объемом 1,5 л, пластиковую бутылку объемом 0,5 л, стеклянную рюмку, стеклянную бутылку объемом 0,5 л, 2 ножа, изъятые в ходе осмотра места происшествия по адресу: ***, – уничтожить; 

- мобильные телефоны «Alcatel», «Samsung», «Fly», предметы одежды Р*** Д.И. (брюки, толстовку, 2 футболки, джинсы), 3 фотографии Р*** Д.И., пакет – передать потерпевшей Р*** Ю.И.; 

- 5 ножей и отвертку, изъятые в ходе обыска по адресу: ***, – передать свидетелю Д*** Е.В.; 

- мобильный телефон «Nokia», предметы одежды ФИО1 (куртку, джинсы, свитер, шапку, футболку, кроссовки) – передать родственникам ФИО1; 

- мобильный телефон «INOI» – передать родственникам З*** К.Р.;

- компакт-диск, изъятый в ходе осмотра мобильного телефона «Alcatel»; компакт-диск, изъятый в ходе осмотра мобильного телефона «Nokia»; компакт-диск с детализацией телефонных соединений абонентского номера ***; детализацию телефонных соединений абонентского номера *** – хранить при уголовном деле.

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке через Ульяновский областной суд в течение 10 суток со дня его провозглашения, а осужденным ФИО1, содержащимся под стражей, - в тот же срок со дня вручения ему копии приговора. В случае подачи апелляционной жалобы осужденный вправе ходатайствовать о своем участии и пользоваться помощью защитника, в том числе бесплатно в случаях, предусмотренных УПК РФ, в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции в течение десяти суток со дня вручения копии приговора и в тот же срок со дня вручения копии апелляционного представления или апелляционных жалоб, затрагивающих его интересы.

Председательствующий

Судья Ульяновского областного суда И.В. Киргизов