46RS0016-01-2024-000772-84

Дело № 2-22/2025

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

11 марта 2025 года город Обоянь

Обоянский районный суд Курской области в составе:

председательствующего – судьи Елизаровой С.А.,

при ведении протокола секретарем Новоженовой Л.Ю.,

рассмотрел в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО2 к ОМВД России по Обоянскому району Курской области, УМВД России по Курской области и Министерству финансов РФ о возмещении морального вреда, 

УСТАНОВИЛ:

ФИО2 обратился с иском о взыскании с ОМВД России по Обоянскому району компенсации морального вреда в размере 4000000 рублей.

В обоснование своих требований истец ссылается на то, что постановлением мирового судьи судебного участка № 1 судебного района г. Обояни и Обоянского района Курской области от 07 октября 2024 года он был признан виновным в совершении правонарушения, предусмотренного ст. 20.21 Кодекса РФ об административных правонарушениях, ему было назначено наказание в виде административного ареста сроком на 4 суток. Назначенное мировым судьей наказание им было отбыто полностью.

28 октября 2024 года Обоянским районным судом Курской области указанное постановлением мирового судьи от 07 октября 2024 года отменено, а производство по делу об административном правонарушении прекращено на основании п. 2 ч. 1 ст. 24.5 Кодекса РФ об административных правонарушениях - в связи с отсутствием в его действиях состава административного правонарушения.

Ввиду незаконного административного ареста, по вине ответчика, предоставившего материал об административном правонарушении в его отношении, ориентировавшего мирового судью на назначение наказания в виде административного ареста, он отбывал незаслуженное наказание в камере административно задержанных в ОМВД России по Солнцевскому району, был вынужден спать на деревянных нарах с другими лицами, отбывающими административное наказание, ограничен в свободе передвижения, лишен возможности питаться надлежащим образом и удовлетворить гигиенические потребности, а также лишен возможности вести активную общественную жизнь, не мог общаться с близкими, не работал, в связи с чем нес материальные убытки. Кроме того, о его административном аресте стало известно большому количеству местных жителей, в связи с чем пострадала его деловая репутация, моральный облик и человеческое достоинство.

Полагает, что по вине ответчика истцом были понесены моральные и нравственные страдания, поэтому он обратился с указанным иском.

Определением, занесенным в протокол судебного заседания от 03 декабря 2024 года, к участию в деле в качестве соответчиков привлечены УМВД России по Курской области и Министерство финансов РФ, а в качестве третьего лица - Отд МВД России по Солнцевскому району. (л.д. 39-40).

Определением, занесенным в протокол судебного заседания от 25 декабря 2024 года, к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований, привлечен ФИО3 (л.д. 55-56).

В судебном заседании истец ФИО2 свои требования поддержал и пояснил, что в результате незаконного привлечения к административной ответственности и назначения наказания ему в виде административного ареста ему были причинены нравственные страдания. В результате незаконно нахождения под административным арестом он не имел возможности общаться с родителями и детьми, не мог заботиться о своем домашнем хозяйстве, так как кроме него никто не мог покормить его домашнюю птицу и животных. Он не мог питаться домашней пищей и не имел возможности удовлетворить свои гигиенические потребности должным образом. В камере находилось четыре человека и сокамерники курили, что также доставляло ему неудобства и причиняло вред его здоровью. В связи с этим он после административного ареста проходил стационарное лечение в связи с обострением хронического заболевания.

Представитель истца ФИО4 исковые требования поддержал и пояснил, что его доверителю было назначено самое строго наказание, предусмотренное санкцией ст. 20.21 Кодекса РФ об административных правонарушениях, хотя имелись альтернативные виды наказания. Впоследствии постановление о привлечении к административной ответственности отменено, поскольку в действиях истца отсутствовали признаки административного правонарушения. В связи с привлечением к административной ответственности ФИО2 был незаконно лишен свободы, были нарушены его личные нематериальные блага, связанные с незаконным лишением свободы.

Представитель ответчиков ОМВД России по Обоянскому району, УМВД России по Курской области и третьего лица Отд МВД России по Солнцевскому району ФИО5 исковые требования признала частично и суду пояснила, что ФИО1 обратилась в ОМВД России по Обоянскому району по поводу высказывания в её адрес ФИО2 угроз убийством. По вызову прибыли сотрудники полиции и в результате разбирательства в отношении ФИО2 был составлен административный материал по ст. 20.21 Кодекса РФ об административных правонарушениях, который послужил основанием для привлечения его к административной ответственности. При рассмотрении жалобы ФИО2 на постановление по делу об административном правонарушении, судья, прекращая производство по делу об административном правонарушении указал, что в действиях последнего усматривается воспрепятствование выполнению сотрудником полиции служебных обязанностей. Однако переквалификация его действий на другую статью невозможна. Таким образом, суд, рассмотревший дело об административном правонарушении усмотрел наличие в действиях ФИО2 признаков объективной стороны административного правонарушения. Кроме того, из полученных данных следует, что у должностных лиц ОМВД России по Обоянскому району на момент составления протокола об административном правонарушении были все основания полагать, что ФИО2 совершено административное правонарушение. Заявленный истцом, ко взысканию размер компенсации морального вреда, ничем не обоснован. 

Представитель соответчика Министерства финансов РФ не явился в судебное заседание, о рассмотрении дела уведомлен надлежащим образом, просит дело рассмотреть без его участия. В направленном отзыве (л.д 58-61), просил в удовлетворении иска отказать, поскольку заявленные требования завышены и необоснованы, поскольку истцом не представлено доказательств, подтверждающих факт причинения ему нравственных или физических страданий, какими действиями (бездействиями) они нанесены, следовательно нельзя сделать вывод о степени понесенных страданий.

Третье лицо ФИО3 не явился в судебное заседание, о рассмотрении дела уведомлен надлежащим образом, просил дело рассмотреть без его участия.

Заслушав лиц, участвующих в деле, исследовав материалы дела, суд приходит к следующим выводам.

Согласно статье 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред (пункт 1).

Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда (пункт 2).

Статьей 1069, пунктом 2 статьи 1070 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что вред, причиненный гражданину или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов, в том числе в результате издания не соответствующего закону или иному правовому акту акта государственного органа или органа местного самоуправления, подлежит возмещению. Вред возмещается за счет соответственно казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования.

Вред, причиненный гражданину или юридическому лицу в результате незаконной деятельности органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры, не повлекший последствий, предусмотренных пунктом 1 статьи 1070 Гражданского кодекса Российской Федерации, возмещается по основаниям и в порядке, которые предусмотрены статьёй 1069 Гражданского кодекса Российской Федерации. 

Верховным Судом Российской Федерации в абзацах 2 - 4 пункта 14 постановления Пленума от 28 мая 2019 года № 13 «О некоторых вопросах применения судами норм Бюджетного кодекса Российской Федерации, связанных с исполнением судебных актов по обращению взыскания на средства бюджетов бюджетной системы Российской Федерации» разъяснено, что субъектом, обязанным возместить вред по правилам статьи 1069 Гражданского кодекса Российской Федерации, и, соответственно, ответчиком по указанным искам является Российская Федерация, от имени которой в суде выступает главный распорядитель бюджетных средств по ведомственной принадлежности тех государственных органов (должностных лиц), в результате незаконных действий (бездействия) которых физическому или юридическому лицу причинен вред (пункт 3 статьи 125 Гражданского кодекса Российской Федерации, статья 6, подпункт 1 пункта 3 статьи 158 Бюджетного кодекса Российской Федерации.

Судом установлено, что 06 октября 2024 года командиром ОППСП ОМВД России по Обоянскому району ФИО3 составлен протокол 46 АА №655615 об административном правонарушении, предусмотренном ст. 20.21 Кодекса РФ об административных правонарушениях, в отношении ФИО2

07 октября 2024 года мировым судьей судебного участка № 1 судебного района г. Обояни и Обоянского района Курской области ФИО2 был признан виновным в совершении правонарушения, предусмотренного ст. 20.21 Кодекса РФ об административных правонарушениях, и ему было назначено наказание в виде административного ареста сроком на 04 суток (л.д. 8-9).

Не согласившись с постановлением, истцом было реализовано право на его обжалование.

Вступившим в законную силу решением судьи Обоянского районного суда Курской области от 28 октября 2024 года указанное постановление мирового судьи судебного участка № 1 судебного района г. Обояни и Обоянского района Курской области от 07 октября 2024 года о привлечении ФИО2 к административной ответственности по ст. 20.21 Кодекс РФ об административных правонарушениях отменено, производство по делу об административном правонарушении прекращено на основании п. 2 ч. 1 ст. 24.5 Кодекса РФ об административных правонарушениях в связи с отсутствием в действиях последнего состава административного правонарушения (л.д. 11-13).

По настоящему делу вступившим в законную силу решением Обоянского районного суда Курской области от 28 октября 2024 года установлено, что правовых оснований для привлечения истца к административной ответственности по ст. 20.21 Кодекса РФ об административных правонарушениях не имелось, поскольку не имеется достаточных доказательств, свидетельствующих о нахождении ФИО2 в состоянии алкогольного опьянения в общественном месте, в месте скопления людей, что не позволило суду сделать однозначный вывод об обоснованности привлечения истца к административной ответственности по ст. 20.21 Кодекс РФ об административных правонарушениях.

Из установленных судом обстоятельств дела, преюдициальных фактов, не подлежащих оспариванию в силу части 4 статьи 61 ГПК РФ, следует, что истец был привлечен к ответственности за правонарушение, предусмотренное ст. 20.21 Кодекса РФ об административных правонарушениях, которого в действительности не было. Были применены меры обеспечения производства по делу об административном правонарушении – административное задержание.

Поскольку производство по делу об административном правонарушении в отношении истца прекращено по реабилитирующим основаниям, суд приходит к выводу о наличии у истца права на возмещение компенсации морального вреда за счет государства, поскольку моральный вред может заключаться не только в физических страданиях, но и в нравственных, которые, являясь внутренними переживаниями человека, могут не иметь внешнего проявления, а следовательно, в случае незаконного привлечения к административной ответственности наличие нравственных страданий предполагается.

Подпунктом 1 пункта 3 статьи 158 Бюджетного кодекса Российской Федерации установлено, что главный распорядитель средств федерального бюджета выступает в суде от имени Российской Федерации в качестве представителя ответчика по искам к Российской Федерации о возмещении вреда, причиненного физическому лицу или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления или должностных лиц этих органов, по ведомственной принадлежности, в том числе в результате издания актов органов государственной власти, органов местного самоуправления, не соответствующих закону или иному правовому акту.

В соответствии со статьей 6 Бюджетного кодекса Российской Федерации главный распорядитель бюджетных средств (главный распорядитель средств соответствующего бюджета) - орган государственной власти (государственный орган), орган управления государственным внебюджетным фондом, орган местного самоуправления, орган местной администрации, а также наиболее значимое учреждение науки, образования, культуры и здравоохранения, указанное в ведомственной структуре расходов бюджета, имеющие право распределять бюджетные ассигнования и лимиты бюджетных обязательств между подведомственными распорядителями и (или) получателями бюджетных средств, если иное не установлено настоящим Кодексом.

Как разъяснено в пункте 14 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28 мая 2019 года N 13 «О некоторых вопросах применения судами норм Бюджетного кодекса Российской Федерации, связанных с исполнением судебных актов по обращению взыскания на средства бюджетов бюджетной системы Российской Федерации» исполнение судебных актов по искам к Российской Федерации о возмещении вреда, причиненного гражданину или юридическому лицу незаконными действиями (бездействием) государственных органов Российской Федерации или их должностных лиц (статьи 1069, 1070 Гражданского кодекса Российской Федерации), в том числе в результате издания государственными органами Российской Федерации актов, не соответствующих закону или иному нормативному правовому акту, возложено на Минфин России и осуществляется за счет казны Российской Федерации (пункт 1 статьи 242.2 Бюджетного кодекса Российской Федерации). Субъектом, обязанным возместить вред по правилам статьи 1069 Гражданского кодекса Российской Федерации, и, соответственно, ответчиком по указанным искам является Российская Федерация, от имени которой в суде выступает главный распорядитель бюджетных средств по ведомственной принадлежности тех государственных органов (должностных лиц), в результате незаконных действий (бездействия) которых физическому или юридическому лицу причинен вред (пункт 3 статьи 125 Гражданского кодекса Российской Федерации, статья 6, подпункт 1 пункта 3 статьи 158 Бюджетного кодекса Российской Федерации).

Если орган государственной власти, уполномоченный на основании подпункта 1 пункта 3 статьи 158 Бюджетного кодекса Российской Федерации отвечать в судах от имени Российской Федерации по искам о возмещении вреда в порядке, предусмотренном статьей 1069 Гражданского кодекса Российской Федерации, имеет территориальные органы с правами юридического лица и вред причинен гражданину или юридическому лицу действиями (бездействием) должностных лиц такого территориального органа, то иск к Российской Федерации в лице главного распорядителя бюджетных средств о возмещении вреда подлежит рассмотрению в суде по месту нахождения его территориального органа, действиями должностных лиц которого причинен вред (статья 28 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации), если иное не предусмотрено законодательством. При этом в любом случае выступать от имени Российской Федерации в суде будет федеральный орган государственной власти. Судам следует привлекать к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора и выступающего на стороне ответчика, территориальный орган, действиями должностных лиц которого причинен вред истцу (статья 43 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации) (пункт 15 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28 мая 2019 года N 13 «О некоторых вопросах применения судами норм Бюджетного кодекса Российской Федерации, связанных с исполнением судебных актов по обращению взыскания на средства бюджетов бюджетной системы Российской Федерации»).

В пункте 16 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28 мая 2019 года N 13 «О некоторых вопросах применения судами норм Бюджетного кодекса Российской Федерации, связанных с исполнением судебных актов по обращению взыскания на средства бюджетов бюджетной системы Российской Федерации» разъяснено, что исходя из содержания подпункта 1 пункта 3 статьи 158 Бюджетного кодекса Российской Федерации критерием определения главного распорядителя бюджетных средств, выступающего в суде от имени публично-правового образования по искам о возмещении вреда, является ведомственная принадлежность причинителя вреда (органа государственной власти, государственного органа, органа местного самоуправления или должностных лиц этих органов) независимо от источника его финансирования.

Руководствуясь приведенным правовым регулированием, оценив представленные в материалы дела доказательства в их совокупности и взаимосвязи, и установив, что производство по делу об административном правонарушении, предусмотренном ст. 20.21 Кодекса РФ об административных правонарушениях, в отношении ФИО2 было прекращено в связи с недоказанностью обстоятельств на основании которых было вынесено постановление, суд приходит к выводу о наличии оснований для возложения на Российскую Федерацию в лице Министерства внутренних дел Российской Федерации за счет казны Российской Федерации обязанности по возмещению истцу вреда в связи с рассмотрением дела об административном правонарушении.

Сам факт административного преследования истца, привлечение его к ответственности за правонарушение, которого в действительности он не совершал, свидетельствует о посягательстве на принадлежащие истцу от рождения нематериальные блага, в частности, достоинство личности, и, безусловно, влекли для истца нравственные переживания (страдания) в период незаконного административного преследования. 

Согласно статье 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинён моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

В пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года N 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» разъяснено, что под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.

В силу пункта 1 статьи 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 (статьи 1064 - 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации) и статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Согласно пункту 41 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» при рассмотрении дел о компенсации морального вреда, причиненного незаконными действиями (бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц, лицу, в отношении которого дело об административном правонарушении прекращено в связи с отсутствием события (состава) административного правонарушения или ввиду недоказанности обстоятельств, на основании которых были вынесены соответствующие постановление, решение (пункты 1 и 2 части 1 статьи 24.5, пункт 4 части 2 статьи 30.17 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях), применяются правила, установленные в статьях 1069, 1070 Гражданского кодекса Российской Федерации. Требование о компенсации морального вреда, предъявленное лицом, в отношении которого дело об административном правонарушении прекращено по указанным основаниям, может быть удовлетворено судом при наличии общих условий наступления ответственности за вред, причиненный гражданину в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов (за исключением случаев, когда компенсация морального вреда может иметь место независимо от вины причинивших его должностных лиц).

В соответствии с пунктами 25 и 26 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» суду при разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из статей 151, 1101 ГК РФ, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении.

Определяя размер компенсации морального вреда, суду необходимо, в частности, установить, какие конкретно действия или бездействие причинителя вреда привели к нарушению личных неимущественных прав заявителя или явились посягательством на принадлежащие ему нематериальные блага и имеется ли причинная связь между действиями (бездействием) причинителя вреда и наступившими негативными последствиями, форму и степень вины причинителя вреда и полноту мер, принятых им для снижения (исключения) вреда.

Согласно пункту 30 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33 при определении размера компенсации морального вреда судом должны учитываться требования разумности и справедливости (пункт 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Пунктом 37 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года N 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» предусмотрено, что моральный вред, причиненный гражданину в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов, подлежит компенсации за счет соответственно казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования при установлении виновности этих органов власти, их должностных лиц в совершении незаконных действий (бездействии) за исключением случаев, установленных законом. На основании части первой статьи 151 Гражданского кодекса Российской Федерации суд вправе удовлетворить требование о компенсации морального вреда, причиненного незаконными действиями (бездействием) государственных органов, органов местного самоуправления, должностных лиц этих органов, нарушающими личные неимущественные права гражданина либо посягающими на принадлежащие ему нематериальные блага.

Взыскивая в пользу истца компенсацию морального вреда, суд исходит из того, что истец был необоснованно привлечен к административной ответственности, что безусловно причинило ФИО2 моральный вред, в том числе, вызванный необходимостью доказывать отсутствие своей вины в совершении административного правонарушения, в свою очередь стороной ответчика достаточных, допустимых и относимых доказательств отсутствия своей вины не представлено. 

Определяя компенсацию морального вреда, суд учитывает степень нравственных страданий истца, продолжительность производства по делу об административном правонарушении, категорию административного правонарушения, наказание за это правонарушение, в виде административного ареста, отбытие наказания. С учетом установленных обстоятельств, свидетельствующих о доказанности факта незаконного привлечения истца к административной ответственности, отсутствия вины со стороны истца, претерпевающего бремя наступления административной ответственности, что свидетельствует о нарушении его неимущественного права на достоинство личности, самооценку своей добросовестности и законопослушности, наличии причинной связи между имевшими место нравственными страданиями и незаконным привлечением истца к административной ответственности, с учетом принципов разумности и справедливости, суд приходит к выводу о наличии оснований для взыскания в пользу ФИО2 компенсации морального вреда в размере 45000 рублей.

Данный размер компенсации морального вреда, по мнению суда, соразмерен последствиям допущенного нарушения, согласуется с принципами разумности и справедливости, позволяющими, с одной стороны, максимально возместить причиненные нравственные страдания, а с другой стороны – не допустить неосновательного обогащения потерпевшего.

Размер компенсации, заявленный истцом к взысканию, несоразмерен нравственным страданиям последнего и тем последствиям, что в действительности наступили, и которые денежная компенсация призвана возместить. Доказательств, позволяющих определить размер компенсации морального вреда в большем размере, в том числе доказательств наступления для истца значительных негативных последствий из-за допущенного незаконного бездействия, в материалах дела не имеется.

Доказательств того, что незаконное преследование за совершение административного правонарушения привело к ухудшению состояния здоровья истца, стороной истца в нарушение требований ст. 56 ГПК РФ в материалы дела представлено не было.

Имеющиеся в деле копии медицинских документов свидетельствуют о том, что имеющиеся у истца заболевания были диагностированы задолго до привлечения к административной ответственности, в том числе в июне 2024 года он проходил стационарное лечение (л.д. 64). Кроме того, суд учитывает, что ФИО2 проходил стационарное лечение с 04 ноября 2024 года по 13 ноября 2024 года, то есть через длительное время после окончания срока административного ареста (более 20 дней) (л.д. 51, 52). Доказательств наличия причинно-следственной связи между административным преследованием и состоянием здоровья истца, наличием у него ряда хронических заболеваний не имеется.

На основании изложенного и руководствуясь ст. 194-199 ГПК РФ, суд 

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО2 к ОМВД России по Обоянскому району Курской области, УМВД России по Курской области и Министерству финансов РФ о возмещении морального вреда - удовлетворить частично.

Взыскать с Российской Федерации в лице Министерства внутренних дел Российской Федерации за счет казны Российской Федерации в пользу ФИО2 ДД.ММ.ГГГГ года рождения компенсацию морального вреда в размере 45000 рублей. 

В удовлетворении иска в остальной части отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в судебную коллегию по гражданским делам Курского областного суда через Обоянский районный суд Курской области в течение одного месяца со дня составления мотивированного решения – 19 марта 2025 года.

Председательствующий С.А. Елизарова