44-г-79

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

президиума Ростовского областного суда

г. Ростов-на-Дону 30 мая 2019 года

Президиум Ростовского областного суда в составе:

председательствующего Золотаревой Е.А.

членов президиума: Чеботаревой М.В., Проданова Г.А., Бахтиной С.М., Юровой Т.В., Титовой Н.Н., Донченко М.П., Носова Н.И.

рассмотрев гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2, ФИО3, ФИО4, третьи лица: ФИО5, ФИО6, Управление Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Ростовской области, Администрация Заветинского района Ростовской области, Администрация Заветинского сельского поселения Заветинского района Ростовской области, о признании сделок ничтожными, применении последствий недействительности ничтожных сделок, прекращении права общей долевой собственности, 

переданное в суд кассационной инстанции на основании определения судьи Ростовского областного суда Титухова М.Б. от 6 мая 2019 года, вынесенного по кассационной жалобе ФИО1 на апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Ростовского областного суда от 30 октября 2018 года, 

по докладу судьи Ростовского областного суда Титухова М.Б., 

установил:

предъявляя вышеуказанные исковые требования в суд, ФИО1 в их обоснование сослался на то, что он является собственником 7/25 долей в праве общей долевой собственности на нежилое помещение (сарай) литер «Д» общей площадью 1470,8 кв.м., расположенное по адресу: АДРЕС ОБЕЗЛИЧЕН.

Истец указал, что данный сарай был выделен ФИО1, ФИО5 и ФИО6 в общую долевую собственность в счет их имущественных паев.

Между тем, ФИО4, являясь якобы собственником помещений 3,4,5 в указанном сарае, предъявил ФИО1 претензии относительно неправомерного возведения истцом перегородки из ЖБИ, в результате чего, по мнению ФИО4, уменьшилась площадь принадлежащих ему помещений.

Однако, истец, указывая на незаконность права собственности ФИО4 на часть сарая, сослался в иске на то, что решением Арбитражного суда Ростовской области от 14 августа 2014 года был установлен факт владения и пользования ИП ФИО4, как своим собственным, объектом недвижимого имущества, а именно, 14/25 долей в праве общей долевой собственности, что составляет 66 погонных метров с восточной стороны нежилого строения (сарай) литер «Д» общей площадью 1470,8 кв.м., расположенного по адресу: АДРЕС ОБЕЗЛИЧЕН.

Указанное решение Арбитражного суда Ростовской области вступило в законную силу, и 25 ноября 2014 года между ФИО4 и ФИО3 был заключен договор купли-продажи 14/25 долей в праве общей долевой собственности на спорное имущество.

Вместе с тем, Постановлением Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 26 января 2015 года указанное решение Арбитражного суда Ростовской области от 14 августа 2014 года было отменено, а заявление ИП ФИО4 оставлено без рассмотрения.

Постановлением Арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 20 марта 2015 года постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 26 января 2015 года оставлено без изменения, а кассационная жалоба ИП ФИО4 – без удовлетворения.

Несмотря на указанные обстоятельства, согласно договору купли-продажи от 25 февраля 2015 года, ФИО3, являясь собственником спорного имущества, продал его ФИО2 

На основании заявления ФИО2, в счет принадлежащей ему доли в праве общей долевой собственности на указанное имущество, было выделено нежилое помещение площадью 823,6 кв.м., расположенное по адресу: АДРЕС ОБЕЗЛИЧЕН, помещения 3,4,5, после чего право индивидуальной собственности на данное имущество было зарегистрировано за ФИО2

При этом, соглашение о выделе имущества из общей долевой собственности в нарушение требований статьи 252 Гражданского кодекса Российской Федерации между ФИО1, ФИО2 и ФИО5 не заключалось.

Согласно договору купли-продажи от 17 октября 2017 года, заключенному между ФИО2 и ФИО4, последний приобрел право собственности на указанное имущество, и 25 октября 2017 года за ФИО4 было зарегистрировано право собственности на него.

Ссылаясь на указанные обстоятельства, ФИО1 полагал, что право собственности ФИО4 на спорное имущество возникло на основании мнимых сделок, в связи с чем истец просил суд признать ничтожными мнимые сделки: договор купли-продажи от 25 ноября 2014 года, заключенный между ФИО4 и ФИО3, предметом которого является 14/25 долей в праве общей долевой собственности, что составляет 66 погонных метров с восточной стороны нежилого строения (сарай) литер «Д» общей площадью 1470,8 кв.м., расположенного по адресу: АДРЕС ОБЕЗЛИЧЕН, договор купли-продажи от 25 февраля 2015 года, заключенный между ФИО3 и ФИО2 в отношении указанного имущества, прекратить право общей долевой собственности ФИО2 на указанное имущество в связи с выделом из здания помещений 3,4,5 с кадастровым номером НОМЕР ОБЕЗЛИЧЕН, договор купли-продажи от 17 октября 2017 года между Кобалия и ФИО4 в отношении помещений 3,4,5 с кадастровым номером НОМЕР ОБЕЗЛИЧЕН, применить последствия недействительности ничтожных сделок, прекратить право общей долевой собственности и погасить в Едином государственном реестре недвижимости запись о регистрации прав общей долевой собственности от 26 сентября 2014 года ИП ФИО4 на 14/25 доли, что составляет 66 погонных метров с восточной стороны нежилого строения (сарай) литер «Д» общей площадью 1470,8 кв.м., расположенного по адресу: АДРЕС ОБЕЗЛИЧЕН.

Решением Ремонтненского районного суда Ростовской области от 09 августа 2018 года исковые требования ФИО1 были удовлетворены.

Определением судебной коллегии по гражданским делам Ростовского областного суда от 30 октября 2018 года решение Ремонтненского районного суда Ростовской области от 09 августа 2018 года отменено.

Суд апелляционной инстанции принял новое решение, которым в удовлетворении иска ФИО1 отказано.

Оспаривая законность и обоснованность апелляционного определения судебной коллегии по гражданским делам Ростовского областного суда от 30 октября 2018 года, заявитель в кассационной жалобе указывает на то, что суд апелляционной инстанции не принял во внимание то обстоятельство, что при заключении оспариваемых истцом на основании пункта 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации договора купли-продажи от 25 ноября 2014 года, заключенного между ФИО4 и ФИО3, договора купли-продажи от 25 февраля 2015 года, заключенного между ФИО3 и ФИО2, договора купли-продажи от 17 октября 2017 года, заключенного между ФИО2 и ФИО4, указанные лица не имели намерения создать соответствующие правовые последствия по указанным сделкам.

Заявитель полагает, что в действиях сторон указанных сделок имеются явные признаки злоупотребления правом, поскольку, заключая оспариваемые договоры купли-продажи, их стороны преследовали в качестве цели создание видимости добросовестного поведения на стороне покупателя во избежание прекращения права собственности ФИО4 на данное имущество, при том, что изначально право общей долевой собственности на спорное имущество возникло у последнего на основании судебного акта, отмененного впоследствии вышестоящим судом.

Запросом судьи Ростовского областного суда от 18 февраля 2019 года указанное гражданское дело истребовано из Ремонтненского районного суда Ростовской области, которое поступило в Ростовский областной суд 11 марта 2019 года.

Судья суда кассационной инстанции в соответствии с частью 2 статьи 381 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации по результатам изучения кассационных жалобы, представления выносит определение:

1) об отказе в передаче кассационных жалобы, представления для рассмотрения в судебном заседании суда кассационной инстанции, если отсутствуют основания для пересмотра судебных постановлений в кассационном порядке. При этом кассационные жалоба, представление, а также копии обжалуемых судебных постановлений остаются в суде кассационной инстанции;

2) о передаче кассационных жалобы, представления с делом для рассмотрения в судебном заседании суда кассационной инстанции.

В силу статьи 387 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации основаниями для отмены или изменения судебных постановлений в кассационном порядке являются существенные нарушения норм материального права или норм процессуального права, которые повлияли на исход дела и без устранения которых невозможны восстановление и защита нарушенных прав, свобод и законных интересов, а также защита охраняемых законом публичных интересов.

Учитывая, что изложенные в кассационной жалобе доводы, по мнению заявителя, указывающие на существенное нарушение судом апелляционной инстанции норм материального и процессуального права, могут служить основанием к отмене состоявшегося по делу апелляционного определения судебной коллегии по гражданским делам Ростовского областного суда от 30 октября 2018 года, настоящая кассационная жалоба была передана с материалами гражданского дела для рассмотрения в судебном заседании президиума Ростовского областного суда.

Ознакомившись с материалами дела, обсудив доводы кассационной жалобы, выслушав объяснения ФИО7, действующей на основании доверенности в интересах ФИО1, ФИО8, действующего на основании доверенности в интересах ФИО4, президиум Ростовского областного суда признал обжалуемое по настоящему гражданскому делу судебное постановление, а именно, апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Ростовского областного суда от 30 октября 2018 года, подлежащим отмене.

Президиум Ростовского областного суда исходит из того, что судом второй инстанций неправильно были применены и истолкованы нормы процессуального права, регулирующие вопросы рассмотрения в суде второй инстанции апелляционной жалобы, на решения нижестоящего суда, что, в свою очередь, повлекло за собой существенное нарушение судом второй инстанции права заявителя на судебную защиту, предусмотренного статьей 46 Конституции Российской Федерации.

Так, удовлетворяя исковые требования, суд первой инстанции исходил из наличия порока воли у ФИО4, ФИО3 и ФИО2 при заключении сделок купли-продажи, направленного на незаконное сохранение права собственности на спорную часть нежилого помещения общей площадью 823,6 кв.м. за ФИО4, и об отсутствии у ответчиков реального намерения их исполнять. 

Судебная коллегия по гражданским делам Ростовского областного суда, рассмотрев апелляционные жалобы ФИО2, ФИО4 на решение Ремонтненского районного суда Ростовской области от 09 августа 2018 года, пришла к выводу о том, что судом первой инстанции дана неверная оценка обстоятельствам дела, что в силу статьи 330 Гражданского кодекса Российской Федерации влечет отмену решения суда первой инстанции, как постановленного при неправильном применении норм материального права, при неверной оценке юридически значимых обстоятельств, с принятием по настоящему гражданскому делу нового решения об отказе ФИО1 в удовлетворении исковых требований. 

Так, суд второй инстанции в обжалуемом апелляционном определении указал на то, что после вынесения Арбитражным судом Ростовской области 14 августа 2014 года решения о признании права собственности на спорное имущество за ФИО4, он обратился в Росреестр по вопросу регистрации права собственности на данный объект недвижимости.

Впоследствии, являясь собственником спорного имущества, он распорядился им в пользу ФИО3 

По договору купли-продажи от 25 февраля 2015 года ФИО3 продал недвижимое имущество ФИО2, который 24 февраля 2016 года обратился в Росреестр по вопросу прекращения права общей долевой собственности в связи с выделом доли в натуре. 

Таким образом, согласно выводам суда второй инстанции, стороны оспариваемых сделок принимали меры не только к отчуждению части спорного имущество, но и по его выделу, прекращению права общей долевой собственности, поскольку спорное имущество фактически передавалось от покупателей к продавцам. 

Не свидетельствует о мнимом характере сделок, по мнению суда апелляционной инстанции, и то обстоятельство, что решение Арбитражного суда Ростовской области от 14 августа 2014 года, которым за ФИО4 признано право собственности на спорное имущество, было впоследствии отменено определением Пятнадцатого Арбитражного апелляционного суда от 26 января 2015 года, а заявление ФИО4 - оставлено без рассмотрения.

Вместе с тем, судом апелляционной инстанции при принятии нового решения не учтено следующее.

Недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения (часть 1 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно пункту 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

Исходя из смысла приведенной нормы материального права, мнимая сделка не порождает никаких правовых последствий и, совершая мнимую сделку, стороны не имеют намерений ее исполнять либо требовать ее исполнения. Поэтому, обращаясь в суд с иском о признании сделки ничтожной по основаниям, предусмотренным пункта 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации, истец должен доказать, что при ее совершении стороны не только не намеревались ее исполнять, но и то, что оспариваемая сделка действительно была не исполнена. Сделки, которые являются мнимыми, совершаются лишь для того, чтобы создать ложное представление об их заключении у третьих лиц, тогда как в действительности стороны не намерены ничего изменять в своем правовом положении.

При этом из определения мнимой сделки, данного в статье 170 Гражданского кодекса Российской Федерации, следует, что в результате ее заключения не происходит никакой фактической передачи имущества, прав или обязанностей, а сделка совершается лишь для вида. В подтверждение мнимости сделки заинтересованной стороне необходимо представить суду доказательства, которые бы подтверждали отсутствие направленности подлинной воли сторон при совершении оспариваемой сделки на создание правовых последствий, присущих данному виду сделки.

Для признания сделки мнимой суд должен установить, что ее стороны не намеревались создать соответствующие ей правовые последствия, сделку фактически не исполняли и исполнять не желали, и правовые последствия, предусмотренные заключенной сделкой, не возникли.

В подтверждение мнимости сделки заинтересованной стороне необходимо представить суду доказательства, которые бы подтверждали отсутствие направленности подлинной воли сторон при совершении оспариваемой сделки на создание правовых последствий, присущих данному виду сделки.

Согласно разъяснениям Верховного Суда Российской Федерации, изложенным в пункте 86 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года N 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», при совершении мнимой сделки стороны такой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение.

Равным образом осуществление сторонами мнимой сделки для вида государственной регистрации перехода права собственности на недвижимое имущество не препятствует квалификации такой сделки как ничтожной на основании пункта 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Не соглашаясь с доводами истца о мнимом характере оспариваемых сделок, суд второй инстанции вышеприведенные законоположения не учел, не принял во внимание, что представленные истцовой стороной доказательства с бесспорной очевидностью свидетельствуют о мнимости оспариваемых договоров купли-продажи.

Так, указывая на реальность исполнения всех вышеназванных сделок купли-продажи, суд апелляционной инстанции не учел то обстоятельство, что решением Арбитражного суда Ростовской области от 14 августа 2014 года был установлен только лишь факт владения и пользования ФИО4, как своим собственным, спорным объектом недвижимости в определенной доле в права.

При этом ФИО4 не отрицал факт отсутствия у него правоустанавливающих документов, подтверждающих возникновение права, на основании которых он бы мог обратиться в регистрирующий орган за государственной регистрацией права без соответствующего признания права судом (л.д. 30 т.1). 

Таким образом, обращаясь в арбитражный суд с заявлением об установлении факта владения и пользования спорным имуществом, ФИО4 не мог не знать об отсутствии у него права собственности на спорное имущество.

На момент заключения ФИО4 договора купли-продажи 25 ноября 2014 года с ФИО3, ему было известно о нахождении арбитражного дела №А53-4440/2014 в производстве Пятнадцатого Арбитражного апелляционного суду, которым впоследствии было отменено решение Арбитражного суда Ростовской области от 14 августа 2014 года. 

Согласно выводам суда первой инстанции, об отмене решения Арбитражного суда Ростовской области 14 августа 2014 года было известно и ФИО3, как лицу, действовавшему с надлежащей степенью добросовестности и осмотрительности. 

Презумпция добросовестности поведения ФИО3, ФИО2 при заключении оспариваемых сделок судом первой инстанции была опровергнута исходя из поспешности, с которой были заключены договоры купли-продажи и недоказанности реального выбытия спорного имущества из фактического владения ФИО4 

Право собственности ФИО4 на спорное имущество было зарегистрировано на основании решения Арбитражного суда Ростовской области от 14 августа 2014 года.

Отмена же в дальнейшем, после заключения сделки, решения суда, послужившего основанием для возникновения у продавца (ФИО4) права собственности на объект недвижимого имущества, не является, в силу закона, основанием для признания приобретателя (ФИО3) указанного имущества добросовестным.

Вопреки положениям гражданского законодательства, суд апелляционной инстанции допустил существенное нарушение норм материального права, выразившееся в неправильном истолковании им закона, так как реальность исполнения вышеуказанных сделок, направленных на создание видимости перехода права собственности от ФИО4 к ФИО3, от ФИО3 к ФИО2, и от ФИО2 к ФИО4, не установлена в суде апелляционной инстанции, а сам переход права собственности на спорное имущество основан на несуществующем праве собственности первоначального правопредшественика – ФИО4 

Таким образом, оспариваемое судебное постановление принято судом апелляционной инстанции с нарушением норм материального права, что привело к судебной ошибке существенного и непреодолимого характера.

Согласно статье 2 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации одной из задач гражданского судопроизводства является правильное рассмотрение и разрешение гражданских дел; при этом в силу приведенной нормы гражданское судопроизводство должно способствовать укреплению законности и правопорядка.

Допущенные же судом второй инстанции нарушения норм материального права свидетельствуют о фундаментальном нарушении статьи 46 Конституции Российской Федерации, статей 6, 13 Конвенции о защите прав человека и основных свобод, гарантирующих эффективную судебную защиту и справедливое судебное разбирательство.

Без устранения существенной судебной ошибки, имевшей место в ходе судебного разбирательства в суде апелляционной инстанции и повлиявшей на исход дела, невозможно восстановление и защита нарушенных прав и законных интересов заявителя.

Поскольку суд кассационной инстанции не наделен полномочиями по проверке фактических обстоятельств дела, обжалуемое судебное постановление подлежит отмене, дело должно быть направлено на новое рассмотрение в суд апелляционной инстанции. При рассмотрении дела судом апелляционной инстанции стороны, реализуя свои процессуальные права, вправе поддерживать свою позицию, в том числе и по вопросу доказанности фактических обстоятельств, имеющих значение для дела и соразмерности подлежащих применению мер ответственности.

При новом рассмотрении дела суду следует учесть вышеизложенное, устранить отмеченные недостатки и рассмотреть дело с соблюдением норм материального и процессуального права.

На основании вышеизложенного, и руководствуясь статьями 387, 388, 390 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, президиум

постановил:

апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Ростовского областного суда от 30 октября 2018 года по гражданскому делу по иску ФИО1 к ФИО2, ФИО3, ФИО4, третьи лица: ФИО5, ФИО6, Управление Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Ростовской области, Администрация Заветинского района Ростовской области, Администрация Заветинского сельского поселения Заветинского района Ростовской области, о признании сделок ничтожными, применении последствий недействительности ничтожных сделок, прекращении права общей долевой собственности, - отменить.

Гражданское дело направить на новое апелляционное рассмотрение в судебную коллегию по гражданским делам Ростовского областного суда в ином составе суда.

Председательствующий: