Судья Фомина М.А. 

Дело № 22-3514

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Пермь 2 июля 2024 года

Пермский краевой суд в составе председательствующего судьи 

ФИО1, с участием прокурора отдела прокуратуры Пермского края Захаровой Е.В., осужденной ФИО2, ее защитника - адвоката Трушникова В.О., потерпевшей ФИО3, при секретаре судебного заседания Колегановой Ю.А.,

рассмотрел в открытом судебном заседании дело по апелляционной жалобе осужденной ФИО2 и адвоката Трушникова В.О., действующего в защиту осужденной, на приговор Кудымкарского городского суда Пермского края от 7 мая 2024 года в отношении

ФИО2, дата рождения, уроженки ****, не судимой,

осужденной по ч. 5 ст. 264 УК РФ к 3 годам лишения свободы в колонии-поселении, с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, на срок 2 года, с самостоятельным следованием к месту отбытия наказания за счет средств государства;

срок отбытия наказания исчислен со дня прибытия в колонию-поселение, с зачетом в срок лишения свободы времени следования к месту отбытия наказания из расчета день за день.

Постановлено взыскать с ФИО2 в счет компенсации морального вреда в пользу Р. 1 500000 рублей, в порядке возмещения расходов на погребение Ю1., Ю2. 38693 рубля 56 копеек;

оставлен без рассмотрения иск Р. в части взыскания с ФИО2 расходов на услуги представителя в размере 30000 рублей и невыплаченной суммы страхового возмещения в сумме 65000 рублей. 

Доложив материалы дела о содержании приговора, существе апелляционной жалобы и поступивших на нее возражений, заслушав выступление ФИО2 и адвоката Трушникова В.О. по доводам жалобы об отмене приговора, возражение потерпевшей Р., прокурора Захаровой Е.В., которые считают, что приговор подлежит оставлению без изменения, суд

у с т а н о в и л:

ФИО2 по приговору суда признана виновной в том, что 25 июля 2023 года в утреннее время, управляя на скорости 70 км\ч автомобилем «OPEL VECTRA», государственный регистрационный знак **, в нарушение требований абз. 1 п. 10.1 Правил дорожного движения потеряла контроль за движением своего транспортного средства, в нарушение требований п.п. 1,4, 9.1 и 9.10 выехала на полосу встречного движения, что повлекло столкновение с автомобилем «LADA GRANTA», государственный регистрационный знак **, под управлением И., двигавшегося во встречном направлении, с последующим заносом автомобиля «LADA GRANTA» на полосу встречного движения и столкновением с автомобилем «MITSUBISHI PAJERO SPORT», государственный регистрационный знак **, под управлением Ч1. В результате действий ФИО2 водителю и пассажиру автомобиля «LADA GRANTA» И. и Ю2. по неосторожности были причинены смертельные травмы.

Преступление совершено на участке 14-15 км автодороги «Кудымкар-Гайны» на территории Кудымкарского муниципального округа Пермского края при изложенных в приговоре обстоятельствах. 

В апелляционной жалобе осужденная ФИО2 и адвокат Трушников В.О. находят приговор суда незаконным и необоснованным, поскольку изложенные в нем выводы не соответствуют фактическим обстоятельствам дела. Считают, что судом нарушены требования ст. 88 УПК РФ, согласно которым каждое доказательство подлежит оценке с точки зрения относимости, допустимости, достоверности, а все собранные доказательства в совокупности - достаточности для разрешения уголовного дела. Указывают, что суд, положив в основу приговора показания осужденной ФИО2, потерпевшей Р., свидетелей Ч1., Ч2., Ш., А., протокол осмотра места происшествия, заключения судебной автотехнической и судебно-медицинских экспертиз, не дал оценки показаниям свидетеля Ш., согласно которым после столкновения автомобилей «OPEL VECTRA» и «LADA GRANTA» последнюю занесло и развернуло, последующее столкновение автомобилей «LADA GRANTA» и «MITSUBISHI PAJERO SPORT» произошло в тот момент, когда «LADA GRANTA» уже остановилась. При этом автомобиль «MITSUBISHI PAJERO SPORT» до столкновения с автомобилем «LADA GRANTA» двигался на значительном отдалении от автомобиля «OPEL VECTRA», на расстоянии от 100 до 200 метров. Показания свидетеля Ш. в данной части согласуются с показаниями осужденной ФИО2 из которых усматривается, что водитель «MITSUBISHI PAJERO SPORT» Ч1. двигался с превышением допустимой на данном участке скорости, и, двигаясь за ней на значительном отдалении, своевременно не принял мер к остановке управляемого им транспортного средства, что послужило причиной столкновения автомобилей «MITSUBISHI PAJERO SPORT» и «LADA GRANTA», приведшей к наступлению тяжких последствий в виде смерти И. и Ю2. Показания свидетеля Ш. и осужденной в данной части в приговоре должным образом не отражены, им не дана оценка, при этом они опровергают показания непосредственного участника ДТП – свидетеля Ч1., согласно которым он двигался на автомобиле «MITSUBISHI PAJERO SPORT» со скоростью 80 км/ч, при этом не видел как автомобиль «OPEL VECTRA», находившийся от него на расстоянии 25-30 метров, выехал на дорогу из дер. Мечкор, возможности предотвратить столкновение с автомобилем «LADA GRANTA» у него не было. Считают, что суд не дал оценку имевшимся существенным противоречиям, а также версии стороны защиты о том, что у водителя автомобиля «MITSUBISHI PAJERO SPORT» Ч1. при соблюдении Правил дорожного движения РФ имелась возможность избежать столкновения с автомобилем «LADA GRANTA». Кроме того, ссылаясь на положения ст.ст. 88, 240 УПК РФ, указывают, что суд не привел в приговоре показания ФИО2, данные в ходе судебного следствия относительно предъявленного обвинения, не раскрыл их, при этом пришел к выводу о том, что ФИО2 вину в инкриминируемом деянии не признала, тогда как последняя свою вину и причастность к произошедшему ДТП не отрицала, а указывала на неполноту предварительного следствия, а также отсутствие надлежащей оценки действиям водителя Ч1. в сложившейся дорожной ситуации. Полагают, что с учетом сведений, полученных в ходе судебного разбирательства, которыми не располагали эксперты на стадии предварительного расследования, судом необоснованно отклонено ходатайство о назначении повторной судебной автотехнической экспертизы. Отмечают, что версия о наличии в автомобиле ФИО2 неисправности в виде разгерметизации колеса содержится лишь в показаниях осужденной, данных на предварительном следствии, которые не исследовались, соответственно указание на сведения, содержащиеся в них, при обосновании выводов суда является недопустимым. Просят приговор суда отменить, передать дело на новое рассмотрение в суд первой инстанции в ином составе суда.

В возражениях на апелляционную жалобу Кудымкарский городской прокурор Пермского края Гайфуллин Д.Т., потерпевшая Р. и ее представитель К. считают решение суда законным и обоснованным, просят приговор оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения,

Проверив материалы дела, изучив доводы апелляционной жалобы и поступивших возражений на нее, суд приходит к следующему. 

Вопреки доводам жалобы, установленные судом и изложенные в приговоре фактические обстоятельства дела основаны на исследованных в судебном заседании доказательствах, которым суд дал надлежащую оценку с точки зрения их относимости, допустимости, достоверности, а в совокупности – достаточности для разрешения уголовного дела. 

Как следует из приговора, в подтверждение вывода о совершении ФИО2 преступления, предусмотренного ч. 5 ст. 264 УК РФ, суд обоснованно сослался на следующие доказательства:

- собственные показания ФИО2, в той части, в которой она не отрицала, что 25 июля 2023 года около 11:30 управляла автомобилем «OPEL VECTRA», двигаясь по автодороге «Кудымкар-Гайны» вне населенного пункта со скоростью около 70 км/ч. Переключая передачу, взглянула в зеркало заднего вида, увидев позади себя на значительном расстоянии движущийся за ней автомобиль. В этот момент ее машина изменила направление движения влево, в сторону встречной полосы движения. Ей не удалось выровнить траекторию движения своего автомобиля, который частично выехал на полосу встречного движения, где столкнулся с автомобилем «Лада Гранда». Она увидела, что этот автомобиль ушел в занос, а она продолжила движение в том же направлении и через 80-100 метров от столкновения остановилась. Увидела последствия столкновения ехавшей позади нее автомашины «MITSUBISHI PAJERO SPORT» с «Ладой Грантой». В салоне последнего автомобиля находились мужчина и женщина без признаков жизни. Полагает, что смерть Ю. наступила не в результате ее действий, а по причине несоблюдения Правил дорожного движения водителем автомобиля «MITSUBISHI PAJERO SPORT»;

- показания потерпевшей Р. о том, что от сотрудников дорожно-патрульной службы ей стало известно о произошедшем 25 июля 2023 года дорожно-транспортном происшествии на автодороге «Гайны-Кудымкар», в котором погибли ее родители И. и Ю2. По причине одновременной гибели обоих она испытала и испытывает сильный стресс, нравственные страдания, у нее ухудшилось состояние здоровья, поэтому заявляет исковые требования о компенсации морального вреда;

- показания свидетеля Ч1., пояснившего, что 25 июля 2023 года вместе с супругой на своем автомобиле «MITSUBISHI PAJERO SPORT» поехали из с. Юрла в г. Кудымкар, при этом, двигаясь со скоростью 80 км\ч, увидел, как ехавший перед ним в попутном направлении автомобиль «OPEL VECTRA» темного цвета стал плавно смещаться влево, на встречную полосу движения, в результате чего столкнулся с автомобилем «LADA GRANTA» светлого цвета, двигавшимся по своей полосе. От удара автомобиль «LADA GRANTA» развернуло, отбросило на его полосу, где произошло столкновение задней части «LADA GRANTA» с передней частью его автомобиля «MITSUBISHI PAJERO SPORT». Все произошло в несколько секунд. Он начал тормозить, но ничего не успел предпринять. Автомобиль «OPEL VECTRA» после столкновения проехал дальше, остановился метрах в 150-200 от него. После аварии ФИО2 извинилась, сказала, что так получилось; свидетель подтвердил свои показания, данные на предварительном следствии, о том, что ФИО4 после ДТП ему сказала, что она стала смещаться влево из-за того, что поправляла ремень безопасности и отвлеклась от дороги;

- показания свидетеля Ч2., подтвердившей, что в тот день она на автомобиле «MITSUBISHI PAJERO SPORT» под управлением своего мужа ехала в г. Кудымкар. За дорогой она не следила, когда муж сказал: «Смотри, что делает!». Взглянув на дорогу, увидела удар, столкнулись автомобили темного и светлого цвета, при этом автомобиль светлого цвета отбросило на их автомобиль, с которым произошло столкновение. В результате дорожно-транспортного происшествия ей и ее супругу Ч1. были причинены различные телесные повреждения. Она подошла к светлому автомобилю, в нем без признаков жизни находились мужчина и женщина, пристегнутые ремнями безопасности. Темный автомобиль, с которым первоначально столкнулся белый, находился далеко впереди. Со слов ФИО2 ей стало известно, что та перед возникшей дорожно-транспортной ситуацией поправляла ремень безопасности перед рамкой весового контроля;

- показания свидетеля Ш., из которых следует, что он на автомобиле «Лада Ларгус» ехал за автомашиной «Лада Гранта», намеревался ее обогнать, но в этот момент со встречной полосы движения, пересекая разметку, на их полосу плавно, не показывая поворот, выехал автомобиль и столкнулся с «Ладой Грантой», которую несколько раз развернуло, на обочине встречной полосы остановило, и с ней столкнулся автомобиль «MITSUBISHI PAJERO SPORT», который ехал более чем в 100 метрах от первого автомобиля. Он остановился, подбежал к автомобилю «Лада Гранта», водитель и пассажирка которого были мертвы. Подошла водитель первого автомобиля ФИО2, сказала: «Что я наделала!» Ее спросили, почему это произошло, на что она ответила, что поправляла ремень;

- показания свидетеля А. о том, что слышал разговор взволнованной, возбужденной, незнакомой ему женщины, в котором та признавалась по телефону, что виновата в дорожно-транспортном происшествии, поскольку поправляла ремень безопасности.

Вопреки доводам жалобы, показания вышеуказанных свидетелей существенных противоречий не содержат и устанавливают одни и те же обстоятельства дорожно-транспортного происшествия – выезд автомобиля ФИО2 на полосу дороги, предназначенную для встречного движения, что повлекло столкновение со встречным автомобилем под управлением И., в результате чего автомобиль под управлением И. занесло на полосу встречного движения, где произошло столкновение с автомобилем под управлением Ч1. Показания свидетеля Ч1. о том, что все произошло в течение нескольких секунд, и его автомобиль находился не более чем в 40 метрах от автомобиля «OPEL VECTRA», а по показаниям свидетеля Ш. это расстояние составляло более 100 метров, объясняется субъективным восприятием расстояния водителями находящихся в движении транспортных средств в динамике дорожно-транспортного происшествия. Показания свидетеля Ш. о том, что в момент столкновения автомобиля «MITSUBISHI PAJERO SPORT» с автомобилем «Лада Гранта», последний автомобиль уже вышел из заноса и остановился на обочине, опровергается показаниями свидетелей Ч1. и Ч2., а также протоколом осмотра места происшествия и приложенной к нему схемой ДТП, согласно которым местом столкновения этих автомобилей является середина полосы движения автомобиля «MITSUBISHI PAJERO SPORT», где обнаружены осыпь осколков и грунта, следы ГСМ (т. 1 л.д. 17,25). Из объективных данных, зафиксированных протоколом осмотра места происшествия, следует, что на обочине автомобиль «Лада Гранта» остановился уже после столкновения с «MITSUBISHI PAJERO SPORT».

Согласно заключению экспертов-автотехников, в рассматриваемой дорожно-транспортной ситуации выполнение водителем автомобиля «OPEL VECTRA» требований абзаца 1 п. 10.1 Правил дорожного движения РФ с учетом требований абзаца 1 п.1.5 Правил дорожного движения РФ исключало дорожно-транспортное происшествие. Решение вопроса, располагал ли водитель автомобиля «MITSUBISHI PAJERO SPORT» с технической точки зрения возможностью предотвратить столкновение, не имеет смысла, поскольку в случае, когда встречное транспортное средство не было заторможено, ни снижение скорости, ни остановка не исключают возможности столкновения.

Разгерметизация переднего левого колеса автомобиля «OPEL VECTRA», а также установленные в ходе его исследования и зафиксированные при его осмотре неисправности рулевого управления, тормозной системы и ходовой части автомобиля «OPEL VECTRA» произошли в момент дорожно-транспортного происшествия и явиться причиной выезда на полосу встречного движения не могли. Потеря избыточного давления воздуха из шины переднего правого колеса произошла после дорожно-транспортного происшествия, явиться причиной выезда на полосу встречного движения не могла. 

Допрошенные в судебном заседании эксперты П1. и П2. подтвердили выводы автотехнической экспертизы.

По заключению судебно-медицинского эксперта смерть И. наступила от полученной в результате ударных, ударно-сдавливающих взаимодействий и трений с твердыми тупыми предметами в различных направлениях, в том числе с частями салона автотранспортного средства, при столкновении его с движущимся и/или стационарным объектом за несколько секунд-минут до наступления его смерти, сочетанной травмы тела в виде: закрытой черепно-мозговой травмы – субарахноидальных кровоизлияний на сферической поверхности в теменных долях, в проекции межполушарной щели слева, в лобной области слева, на сферической поверхности мозжечка, на базальной поверхности правой височной доли, субдуральной гематомы на сферической поверхности теменных долей и в задней черепной ямке, «острых» петехиальных кровоизлияний в веществе головного мозга, острых кровоизлияний в мягкой мозговой оболочке, кровоизлияний в мягкие ткани в затылочной области, кровоподтеков на кончике носа, в подбородочной области, ссадин под нижней челюстью; а также закрытой спинальной травмы – разрывов атлантозатылочного сочленения с обеих сторон с расхождением суставных поверхностей, межпозвоночного диска в проекции 2 и 3 грудных позвонков с кровоизлияниями в мягкие ткани, ушиба спинного мозга, «острых» петехиальных кровоизлияний в веществе спинного мозга; помимо этого, закрытой травмы груди – множественных переломов ребер по нескольким анатомическим областям с кровоизлияниями в мягкие ткани и повреждением париетальной плевры; перелома тела грудины, кровоизлияния в клетчатку переднего средостения, ушиба и разрыва легких, разрывов грудного отдела аорты, перикарда и эпикарда с кровоизлияниями, двустороннего гемопневмоторакса, гемоперикарда, стромальных и острых интраальвеолярных кровоизлияний в легочной ткани, множественных ссадин и кровоподтеков в области грудной клетки; неполных разрывов правого купола диафрагмы с кровоизлияниями; закрытой травмы живота – разрывов печени, тела поджелудочной железы, разрывов и кровоизлияний брыжейки тонкого и толстого кишечника, гемоперитонеума, множественных кровоподтеков и ссадин живота; закрытой травмы таза – перелома ветвей правой лобковой кости, разрыва крестцово-подвздошного сочленения с обеих сторон с кровоизлияниями в мягкие ткани; травмы верхних конечностей – кровоизлияний в мягкие ткани левого предплечья и кисти; отрыва грудинного конца левой ключицы с разрывом передней грудинно-ключичной связки, множественных кровоподтеков и ссадин на верхних конечностях; травмы нижних конечностей – кровоизлияний в мягкие ткани и мышцы правого бедра с разрывами фасций четырехглавой мышцы бедра, правой голени, в мышцах левого бедра, кровоизлияния в проекции подошвенной поверхности правой пяточной кости, правой голени, множественных ссадин и кровоподтеков нижних конечностей; рваной раны на левой голени; повреждения, составляющие травму, в совокупности квалифицируются как тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни.

По заключению судебно-медицинского эксперта смерть Ю2. наступила в результате общего сотрясения организма, прямых и плотно-скользящих ударных и ударно-сдавливающих взаимодействий с твердыми тупыми предметами в различных направлениях, в том числе с частями салона автомобиля при дорожно-транспортном происшествии за несколько десятков секунд до наступления ее смерти, тупой сочетанной травмы тела в виде: закрытой черепно-мозговой травмы в виде кровоизлияний под мягкой мозговой оболочкой (над левой центральной бороздой, над правой центральной бороздой, над червем мозжечка на верхней поверхности), субдуральной гематомы в области основания головного мозга (в объеме менее 2 мл в виде), крови в боковых желудочках, кровоизлияний в области мозолистого тела, в области моста и ножек мозга; кровоизлияний в мягкие ткани головы (в теменной области по срединной линии и слева, в правой височной области), ушиблено-скальпированных ран (5) (в теменной области справа от срединной линии линейной формы, в теменной области, в теменной области с переходом на затылочную область по срединной линии линейной формы, в затылочной области справа от срединной линии, 5 см длинной, в затылочной области справа), ушибленной раны правой ушной раковины в месте крепления завитка, ссадин на фоне кровоподтеков (в правой скуловой области (2)), ссадин (в правой височной области (3), в ротовой области над верхней губой слева), кровоподтеков (в правой щечной области чуть выше угла нижней челюсти, под правой ветвью и телом справа нижней челюсти, в подбородочной области слева); закрытой травмы груди в виде конструкционного перелома тела грудины верхней трети на уровне 2го межреберья, множественных переломов ребер, ушибов легких, кровоизлиянием на передней поверхности грудного органокомплекса, ссадин на фоне кровоподтеков в правой лопаточной области, кровоподтеков (на внутренней половине левой молочной железы, на правой боковой поверхности грудной клетки (2)); закрытой травмы живота в виде кровоизлияния в воротах левой почки, в области венечной связки печени, кровоизлияний в брыжейке поперечной и восходящей ободочной кишок (3) и в брыжейке двенадцатиперстной кишки начального отдела тощей кишки (мелкие), кровоизлияния в брюшине в области пупка, разрывов в области ворот селезенки с переходом на внутреннюю поверхность с кровоизлиянием, разрыва в области хвоста поджелудочной железы с кровоизлиянием, разрывов (4) брыжейки нисходящей ободочной кишки, ссадин на фоне кровоподтеков (в поясничной области справа, слева и по центру, на левом фланге живота), кровоподтека (на правой боковой поверхности живота); закрытой спинальной травмы в виде расхождения атланто-окципитального сочленения с ушибом спинного мозга, переломов позвоночного столба – межпозвоночного диска на уровне между 4 и 5 грудными позвонками, тела 9 грудного позвонка, с кровоизлияниями под оболочки спинного мозга и его ушибом, ссадин на фоне кровоподтеков (в позвоночной области в проекции верхних грудных позвонков (2), и в проекции нижних грудных позвонков (1)); закрытой травмы таза в виде расхождения подвздошно-крестцовых сочленений слева и справа, прямых переломов верхних и нижних ветвей обоих лобковых костей, кровоподтека (в надлобковой области), ссадин на фоне кровоподтеков (в проекции верхних поясничных позвонков (2)), осложнившегося развитием травматического отека головного и спинного мозга, отека их мягкой мозговой оболочки, травматического и гиповолемического шока, и квалифицируются как тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни.

Таким образом, выводы суда подтверждаются исследованными в судебном заседании и приведенными в приговоре доказательствами, и суд учел все обстоятельства, которые могли существенно на них повлиять.

Вопреки доводам об обратном, в приговоре отражено фактическое отношение ФИО2 к предъявленному обвинению, и дана оценка доводам, приведенным ею в свою защиту. Как видно из показаний ФИО2 в судебном заседании, она признает факт управления 25 июля 2023 года автомобилем «OPEL VECTRA» на автодороге «Кудымкар-Гайны» и нарушение ею Правил дорожного движения РФ, что повлекло дорожно-транспортное происшествие, вместе с тем фактически отрицает причинно-следственную связь между своими действиями и наступлением тяжких последствий в виде причинения по неосторожности смерти И. и Ю2., к гибели которых, по ее версии, привело нарушение Правил дорожного движения водителем автомобиля «MITSUBISHI PAJERO SPORT» Ч1.

Судом первой инстанции тщательно проверена версия о виновности в дорожно-транспортном происшествии водителя «MITSUBISHI PAJERO SPORT» Ч1., нарушившего, по мнению стороны защиты, скоростной режим и имевшего возможность предотвратить столкновение с движущимся ему навстречу автомобилем «LADA GRANTA», которая обоснованно, со ссылкой на исследованные в судебном заседании доказательства, отвергнута как несостоятельная.

Каких-либо сведений о том, что Ч1. управлял автомобилем с превышением допустимой скорости, не имеется. Из показаний эксперта П1. усматривается, что решение вопроса, располагали ли водители автомобилей «LADA GRANTA» И., «MITSUBISHI PAJERO SPORT» Ч1. с технической точки зрения возможностью предотвратить столкновение, не имеет технического смысла, так как в случаях, когда встречные транспортные средства (в данной ситуации автомобиль «LADA GRANTA» по отношению к автомобилю «MITSUBISHI PAJERO SPORT») до момента столкновения не были заторможены, вопрос о технической возможности у водителей автомобилей «LADA GRANTA» и «MITSUBISHI PAJERO SPORT» предотвратить столкновение путем торможения не имеет смысла, так как ни снижение скорости, ни остановка не исключают возможности столкновения. 

Вопреки доводам жалобы, ни скоростной режим автомобиля «MITSUBISHI PAJERO SPORT», ни расстояние до столкновения между автомобилями «OPEL VECTRA», «LADA GRANTA» и «MITSUBISHI PAJERO SPORT» в данном случае не повлияли на саму дорожную ситуацию, поскольку, как следует из заключения экспертов № 638 от 14 декабря 2023 года, непосредственной причиной дорожно-транспортного происшествия являются действия водителя автомобиля «OPEL VECTRA», и для предотвращения происшествия водителю автомобиля «OPEL VECTRA» достаточно было действовать согласно требованиям абзаца 1 пункта 1.5 и абзаца 1 п. 10.1 Правил дорожного движения РФ, в рассматриваемой дорожно-транспортной ситуации выполнение водителем автомобиля «OPEL VECTRA» требований абзаца 1 п. 10.1 Правил дорожного движения РФ с учетом требований абзаца 1 п.1.5 Правил дорожного движения РФ исключало дорожно-транспортное происшествие.

Ставить под сомнение объективность экспертных выводов, изложенных в заключении № 638 от 14 декабря 2023 года, оснований не имеется, поскольку заключение соответствует требованиям ст. 204 УПК РФ, исследовательская часть содержит примененные методики, расчеты, положенные в основу выводов эксперта, которые научно обоснованы, объективно соотносятся с другими исследованными доказательствами.

Оснований для проведения по делу повторной автотехнической экспертизы не имеется, поскольку в соответствии с ч. 2 ст. 207 УПК РФ повторная экспертиза может быть назначена в случае возникновения сомнений в обоснованности заключения эксперта или наличия противоречий в выводах эксперта или экспертов по одним и тем же вопросам. Таких оснований суд первой инстанции не усмотрел, не усматривает их и апелляционный суд.

Утверждение стороны защиты о том, что версия о наличии в автомобиле ФИО2 неисправности в виде разгерметизации колеса содержится лишь в показаниях осужденной, данных на предварительном следствии, которые не оглашались, поэтому в своих выводах суд не мог о ней упоминать, опровергается сведениями, содержащимися в протоколе судебного заседания от 1 апреля 2024 года (т. 3 л.д. 3), где ФИО2 сообщает суду о ранее заявленном ею ходатайстве о назначении повторной либо дополнительной автотехнической судебной экспертизы именно в связи с неисправностями ее автомобиля в виде разгерметизации колеса. 

В данной ситуации юридически значимым обстоятельством, достоверно установленным судом первой инстанции, является нарушение правил дорожного движения водителем ФИО2 которая, управляя автомобилем «OPEL VECTRA», не учла интенсивность дорожного движения, проявила легкомыслие и невнимательность из-за чего потеряла контроль за движением своего автомобиля, нарушила необходимый боковой интервал при встречном разъезде, и выехала со своей полосы на левую полосу встречного движения, по которой двигался автомобиль «LADA GRANTA» под управлением И., что привело к дорожно-транспортному происшествию, а именно, к двойному столкновению, в частности, автомобиля «OPEL VECTRA» под управлением ФИО2 с автомобилем «LADA GRANTA» под управлением И., а затем автомобиля «LADA GRANTA» с автомобилем «MITSUBISHI PAJERO SPORT» под управлением Ч1., в результате которого погибли водитель и пассажир автомобиля «LADA GRANTA» И. и Ю2.

Как правильно указано в приговоре суда, непосредственной причиной дорожно-транспортного происшествия явилось нарушение ФИО2 пунктов 1.4, 9.1, 9.10 и абзаца 1 п. 10.1 Правил дорожного движения РФ, согласно которым:

на дорогах установлено правостороннее движение транспортных средств (п.1.4 ПДД), 

количество полос движения для безрельсовых транспортных средств определяется разметкой и (или) знаками 5.15.1, 5.15.2, 5.15.7, 5.15.8, а если их нет, то самими водителями с учетом ширины проезжей части, габаритов транспортных средств и необходимых интервалов между ними. При этом стороной, предназначенной для встречного движения на дорогах с двусторонним движением без разделительной полосы, считается половина ширины проезжей части, расположенная слева, не считая местных уширений проезжей части (переходно-скоростные полосы, дополнительные полосы на подъем, заездные карманы мест остановок маршрутных транспортных средств (п. 9.1 ПДД),

водитель должен соблюдать такую дистанцию до движущегося впереди транспортного средства, которая позволила бы избежать столкновения, а также необходимый боковой интервал, обеспечивающий безопасность движения (п. 9.10 ПДД),

водитель должен вести транспортное средство со скоростью, не превышающей установленного ограничения, учитывая при этом интенсивность движения, особенности и состояние транспортного средства и груза, дорожные и метеорологические условия, в частности видимость в направлении движения. Скорость должна обеспечивать водителю возможность постоянного контроля за движением транспортного средства для выполнения требований Правил (абзац 1 п. 10.1 ПДД).

Проверив и оценив в совокупности все представленные доказательства, суд обоснованно пришел к выводу о виновности ФИО2 и квалифицировал ее действия по ч. 5 ст. 264 УК РФ. Правильность такой оценки у апелляционного суда сомнений не вызывает.

Наказание в виде лишения свободы по ч. 5 ст. 264 УК РФ ФИО2 назначено в соответствии с положениями ст.ст. 6, 43 и 60 УК РФ, с учетом характера и степени общественной опасности преступления, влияния наказания на исправление и условия жизни семьи осужденной, положительных данных, характеризующих ее личность, наличия смягчающих наказание обстоятельств, которыми суд признал и надлежащим образом учел при определении вида и размера наказания наличие на иждивении несовершеннолетнего ребенка и престарелого лица у виновной, принесение ею извинений потерпевшей в судебном заседании.

С учетом обстоятельств совершения преступления и данным о личности, у апелляционного суда не вызывают сомнений в своей объективности мотивированные выводы суда первой инстанции об отсутствии оснований для применения положений ч. 6 ст. 15, ст. 53.1, ст. 64, ст. 73 УК РФ, необходимости назначения ФИО2 наказания в виде лишения свободы.

Таким образом, наказание, назначенное ФИО2, является справедливым и соразмерным содеянному, оснований для его смягчения не имеется. Вид исправительного учреждения определен правильно.

Исковые требования Р. о взыскании компенсации морального вреда разрешены в соответствии с требованиями ст.ст. 151,1101 ГК РФ, с учетом степени нравственных страданий, перенесенных потерпевшей в связи с гибелью родителей, а также с учетом требований разумности и справедливости. Оснований считать размер компенсации морального вреда, взысканного с ФИО2, завышенным не имеется. 

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 38920, 38928 и 38933 УПК РФ, суд

п о с т а н о в и л:

приговор Кудымкарского городского суда Пермского края от 7 мая 2024 года в отношении ФИО2 оставить без изменения, апелляционную жалобу осужденной и адвоката Трушникова В.О. – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в кассационном порядке, предусмотренном главой 471 УПК РФ, в судебную коллегию по уголовным делам Седьмого кассационного суда общей юрисдикции (г. Челябинск) через Кудымкарский городской суд Пермского края в течение 6 месяцев со дня вступления приговора в законную силу. 

В случае подачи кассационной жалобы либо представления участвующие в деле лица вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении дела судом кассационной инстанции.

Судья подпись