РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

25 августа 2017 года г. Новый Уренгой

Новоуренгойский городской суд Ямало-Ненецкого автономного округа в составе председательствующего судьи Нех Т. М., 

при секретаре Микрюковой Е. В., 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-2637/2017 по иску ФИО1 к ФИО2, ФИО3 о возмещения ущерба, причиненного дорожно-транспортным происшествием,

УСТАНОВИЛ:

Истец обратилась в суд с иском к ответчикам о взыскании ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия. В обоснование иска указала, что 25 января 2017 года около 12 час. 40 мин. на 678 км автодороги Сургут-Салехард произошло дорожно-транспортное происшествие, с участием автомобиля «Audi Sportback», государственный регистрационный знак «[суммы изъяты]» под управлением истца и автомобиля «ВАЗ -21140», государственный регистрационный знак «[суммы изъяты]», под управлением ФИО3 Виновником в дорожно–транспортном происшествии признан ФИО3 В результате дорожно-транспортного происшествия автомобилю истца причинены механические повреждения. На момент ДТП гражданская ответственность виновника ДТП не застрахована в страховой компании, ФИО3 собственником автомашины «ВАЗ-21140» не являлся. Автомобиль находился в собственности у ответчика ФИО2 Согласно экспертному заключению, стоимость восстановительного ремонта (без учета снижения стоимости заменяемых запчастей вследствие их износа) автомобиля истца составляет 383 372 рубля 03 копейки, утрата товарной стоимости автомашины составляет 29 953 рубля. 25 января 2017 года ФИО3 написал расписку о том, что обязуется оплатить стоимость восстановительного ремонта автомашины истцу, однако до настоящего времени свои обязательства не выполнил. Просит взыскать с ответчиков имущественный ущерб в размере 413 325 рублей 03 копеек, убытки, связанные с проведением оценки в размере 10 000 рублей, убытки, связанные с оплатой услуг эвакуатора в размере 9 000 рублей, убытки, связанные с проведением дефектовки транспортного средства в размере 4 000 рублей, а также расходы за услуги представителя в размере 15 000 рублей и расходы по государственной пошлине в размере 7 564 рублей.

3 августа 2017 года от истца поступило заявление об уточнении исковых требований. Просит взыскать с ответчиков материальный ущерб, причиненный дорожно-транспортным происшествием, не основанный на заключениях эксперта, а основанный на фактических расходах истца, связанных с восстановлением автомашины после ДТП, который составляет 352 000 рублей. Кроме того, просит взыскать с ответчиков расходы, связанные с оплатой услуг представителя в размере 20 000 рублей, судебные расходы, связанные с подготовкой иска в суд в размере 10 000 рублей.

7 августа 2017 года истец вновь уточнила исковые требования. Просила взыскать с ФИО3, ФИО2 также утрату товарной стоимости автомашины в размере 29 953 рублей. 

В судебном заседании истец, участия не принимала, извещена надлежащим образом, просила рассмотреть дело без её участия.

Представитель истца Реберг Д. В., действующий на основании ордера, исковые требования поддержал по изложенным в иске основаниям, просил иск удовлетворить в полном объеме, исходя из фактической стоимости восстановительного ремонта автомашины истца. Экспертиза, проведенная на основании определения суда, основана на постановлении Правительства № 361 от 24 мая 2010 года, которое утратило силу с 2014 года, поэтому её нельзя принимать за основу при вынесении решения суда. Величина УТС заявлена истцом, исходя из ее расчета, произведенного в экспертном заключении ООО «Авто колортех» № 02\17-6585, представленном истцом в материалы дела, в связи с тем, что данное заключение явилось для истца необходимыми для подачи иска расходами, просит взыскать данные расходы с ответчика в размере 10 000 рублей.

Ответчик ФИО3 в судебном заседании исковые требования не признал, суду пояснил, что расписку о возмещении ущерба написал под давлением истца, считает, что расходы завышены. Ремонт автомашины истца, по его мнению, составляет 150 000 рублей, не больше. Такие расходы он согласен оплатить ФИО1. Автомашина «ВАЗ-21140» принадлежит его другу Руслану, ему была передана с целью продажи.

Ответчик ФИО2 в судебном заседании участия не принимала, о дне судебного заседания извещена по указанному в иске адресу, не сообщила суду о причинах неявки, не просила о рассмотрении дела в своё отсутствие.

В телефонограмме от 16 мая 2017 года ФИО2 указала, что автомашина «ВАЗ-21140» была продана ею 2 года назад, дальнейшая судьба автомашины ей неизвестна.

Суд, в соответствии со ст. 167 ГПК РФ, с учетом мнения представителей сторон, полагает возможным рассмотреть настоящее дело без участия истца, ответчика ФИО2 

Выслушав представителя истца, ответчика ФИО3, исследовав материалы дела, суд приходит к следующему.

Согласно ст. 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда. Законом или договором может быть установлена обязанность причинителя вреда выплатить потерпевшим компенсацию сверх возмещения вреда. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

В соответствии со ст. 15 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Согласно ст. 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т.п.; осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Владелец источника повышенной опасности может быть освобожден судом от ответственности полностью или частично также по основаниям, предусмотренным пунктами 2 и 3 статьи 1083 настоящего Кодекса. Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.).

Вред, причиненный в результате взаимодействия источников повышенной опасности их владельцам, возмещается на общих основаниях (ст. 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Судом установлено, что 25 января 2017 года около 12 час. 40 мин. на 678 км автодороги Сургут-Салехард при повороте на ул. Коммунальная в городе Новый Уренгой произошло дорожно-транспортное происшествие, с участием автомобиля «Audi Sportback», государственный регистрационный знак «[суммы изъяты]» под управлением истца и автомобиля «ВАЗ -21140», государственный регистрационный знак «[суммы изъяты]», под управлением ФИО3 

Виновником в дорожно-транспортном происшествии признан ФИО3 данный факт не оспорен (л.д. 12).

Данные обстоятельства подтверждаются справкой о ДТП от 25 января 2017 года (л.д. 10), постановлением об административном правонарушении, согласно которому ФИО3, управляя автомобилем «ВАЗ-21140», государственный регистрационный знак «[суммы изъяты]», принадлежащим ФИО2, на 678 кв. автодороги Сургут-Салехард при повороте на ул. Коммунальная в городе Новый Уренгой, не учел особенности транспортного средства, дорожные и метеоусловия, не выбрал безопасную скорость для движения, а также необходимую дистанцию до движущегося впереди транспортного средства, в результате чего допустил наезд на автомобиль «Audi Sportback», государственный регистрационный знак «[суммы изъяты]» под управлением ФИО1 (л.д. 12).

Таким образом, суд приходит к выводу, что данное дорожно-транспортное происшествие произошло в результате нарушения водителем ФИО3 Правил дорожного движения РФ, что повлекло ДТП и, как следствие причинение материального ущерба истцу повреждением её автомобиля.

В нарушение требований ст. 4 Федерального закона «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» №40-ФЗ от 25 апреля 2002 года на момент дорожно-транспортного происшествия гражданская ответственность ответчика ФИО3 застрахована не была (л.д. 11). 

В судебном заседании установлено, что собственником автомашины «ВАЗ-21140», государственный регистрационный знак «У 212 АУ 186» является ФИО2 Однако из телефонограммы от 16 мая 2017 года следует, что ФИО2 два года назад продала свою машину. Данный факт не отрицался в судебном заседании и ответчиком ФИО3 В момент ДТП автомашиной «ВАЗ-21140» управлял ФИО3

В соответствии со ст. ст. 1064, 1079 ГК РФ суд считает, что ответственность за возмещение ущерба истцу должна быть возложена не на собственника автомашины ФИО2, а непосредственно на причинителя вреда имуществу истца – ФИО3

В связи с этим, суд находит обоснованными и подлежащими удовлетворению требования истца, заявленные к причинителю вреда - ФИО3

Оснований для удовлетворения требований, заявленных непосредственно к владельцу источника повышенной опасности ФИО2, у суда не имеется, так как её действиями не причинен вред истцу, доказательств обратного стороной истца не представлено. 

Из справки о ДТП от 25 января 2017 года следует, что в результате дорожно – транспортного происшествия от 25 января 2017 года у транспортного средства «Audi Sportback», государственный регистрационный знак «А [суммы изъяты]», выявлены следующие повреждения: задняя нижняя часть кузова, задние фары, задняя дверь багажника, задний бампер, возможны скрытые повреждения (л.д. 10).

Согласно экспертному заключению № 02/17-6585, выполненному ИП ФИО4 стоимость восстановительного ремонта (без учета снижения стоимости заменяемых запчастей вследствие их износа) автомобиля истца составляет 383 372 рубля 03 копейки, величина утраты товарной стоимости на дату ДТП составляет 29 953 рубля (л.д. 58-103).

Не согласившись с заявленным размером ущерба, ответчик ФИО5 просил суд назначить по делу судебную автотехническую экспертизу.

Определением Новоуренгойского городского суда от 5 июня 2017 года по делу была назначена автотехническая экспертиза, производство экспертизы поручено ООО «Межрегиональный Консалтинговый Союз». 

Согласно экспертному заключению № 247-Э/2017 от 10 июля 2017 года ООО «Межрегиональный Консалтинговый Союз» размер расходов, необходимый для привидения автомобиля «Audi Sportback», государственный регистрационный знак «А 031ХС 89» в состояние, в котором он находился до ДТП 25 января 2017 года, составляет: с учетом износа деталей - 171 771 рубль, без учета износа деталей - 202 735 рублей. Величина УТС автомобиля составляет 6 845 рублей.

С заключением данной экспертизы не согласен представитель истца, считает, что с ответчика необходимо взыскать стоимость фактических расходов, связанных с приведением автомашины истца в состояние до момента ДТП, имевшего место 25 января 2017 года. Кроме того, заключение эксперта ООО «Межрегиональный Консалтинговый союз» выполнено на основании Постановления Правительства № 361 от 24.05.2010 г. «Об утверждении Правил установления размера расходов на материалы и запасные части при восстановительном ремонте транспортных средств», которое утратило силу 16 октября 2014 года. 

Судом проверен данный довод истца. Действительно, Постановление Правительства Российской Федерации от 24 мая 2015 года №361 «Об утверждении Правил установления размера расходов на материалы и запасные части при восстановительном ремонте транспортных средств» утратило силу 16 октября 2014 года в связи с изданием Постановления Правительства Российской Федерации от 7 октября 2014 года № 1017 и введением в действие Положения о единой методике определения размера расходов на восстановительный ремонт в отношении поврежденного транспортного средства (утв. Банком России 19.09.2014 N 432-П) (Зарегистрировано в Минюсте России 03.10.2014 N 34245). 

При этом Единая методика определения размера расходов на восстановительный ремонт в отношении поврежденного транспортного средства, утвержденная Положением Банка России №432-П от 19 апреля 2014 года взамен утративших силу Правил, применяется только при проведении судебных экспертиз и досудебных исследований по определению стоимости восстановительного ремонта в рамках договора ОСАГО.

В данном случае у виновника ДТП не было полиса ОСАГО, в связи с этим эксперту необходимо было провести расчет стоимости восстановительного ремонта автомобиля истца по действующим Методическим рекомендациям для экспертов СЭУ Минюста, без учета износа для запасных деталей транспортного средства, а не основании Постановления Правительства Российской Федерации от 24 мая 2015 года № 361 «Об утверждении Правил установления размера расходов на материалы и запасные части при восстановительном ремонте транспортных средств», предусматривающего такой расчет.

При таких обстоятельствах данное экспертное заключение не может являться бесспорным доказательством для определения объема и размера причиненного истцу ущерба.

Кроме того, после проведения по делу судебной автотехнической экспертизы, истцом были изменены требования: ФИО1 просила взыскать с ответчиков стоимость фактических расходов, связанных с восстановительным ремонтом ее автомашины. Из материалов дела следует, что ФИО1 в феврале-июне 2017 года осуществила ремонт поврежденного транспортного средства. Согласно квитанциям к приходным кассовым ордерам № 44 от 11 февраля, № 57 от 1 марта 2017 года, № 125 от 3 июня 2017 года, договору заказу-наряду на работы № 326 от 13 апреля 2017 года, акту выполненных работ от 28 апреля 2017 года, ФИО1 за ремонт автомашины ООО «Авто Колортех» понесены расходы в размере 352 000 рублей. Документы, подтверждающие несение истцом вышеуказанных расходов, оформлены надлежащим образом, сомнений в их подлинности у суда нет.

Таким образом, суд приходит к выводу, что фактические убытки истца, связанные с восстановлением транспортного средства в состояние, находившееся до произошедшего ДТП 25 января 2017 года, составили 352 000 рублей. 

Согласно разъяснениям, изложенным в абзаце 2 пункта 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", размер подлежащих возмещению убытков должен быть установлен с разумной степенью достоверности.

В абз. 1 п. 13 названного Постановления разъяснено, что при разрешении споров, связанных с возмещением убытков, необходимо иметь в виду, что в состав реального ущерба входят не только фактически понесенные соответствующим лицом расходы, но и расходы, которые это лицо должно будет произвести для восстановления нарушенного права.

Согласно абз. 2 п. 13 данного Постановления, если для устранения повреждений имущества истца использовались или будут использованы новые материалы, то за исключением случаев, установленных законом или договором, расходы на такое устранение включаются в состав реального ущерба истца полностью, несмотря на то, что стоимость имущества увеличилась или может увеличиться по сравнению с его стоимостью до повреждения. Размер подлежащего выплате возмещения может быть уменьшен, если ответчиком будет доказано или из обстоятельств дела следует с очевидностью, что существует иной более разумный и распространенный в обороте способ исправления таких повреждений подобного имущества.

Так в Постановлении Конституционного Суда РФ от 10.03.2017 N 6-П разъяснены положения законодательства регулирующего возмещение вреда. По смыслу вытекающих из статьи 35 Конституции Российской Федерации во взаимосвязи с ее статьями 19 и 52 гарантий права собственности, определение объема возмещения имущественного вреда, причиненного потерпевшему при эксплуатации транспортного средства иными лицами, предполагает необходимость восполнения потерь, которые потерпевший объективно понес или - принимая во внимание в том числе требование пункта 1 статьи 16 Федерального закона "О безопасности дорожного движения", согласно которому техническое состояние и оборудование транспортных средств должны обеспечивать безопасность дорожного движения, - с неизбежностью должен будет понести для восстановления своего поврежденного транспортного средства.

Как показывает практика, размер страховой выплаты, расчет которой производится в соответствии с Единой методикой определения размера расходов на восстановительный ремонт в отношении поврежденного транспортного средства с учетом износа подлежащих замене деталей, узлов и агрегатов, может не совпадать с реальными затратами на приведение поврежденного транспортного средства - зачастую путем приобретения потерпевшим новых деталей, узлов и агрегатов взамен старых и изношенных - в состояние, предшествовавшее повреждению. Кроме того, предусматривая при расчете размера расходов на восстановительный ремонт транспортного средства их уменьшение с учетом износа подлежащих замене деталей, узлов и агрегатов и включая в формулу расчета такого износа соответствующие коэффициенты и характеристики, в частности срок эксплуатации комплектующего изделия (детали, узла, агрегата), данный нормативный правовой акт исходит из наиболее массовых, стандартных условий использования транспортных средств, позволяющих распространить единые требования на типичные ситуации, а потому не учитывает объективные характеристики конкретного транспортного средства применительно к индивидуальным особенностям его эксплуатации, которые могут иметь место на момент совершения дорожно-транспортного происшествия.

Между тем замена поврежденных деталей, узлов и агрегатов - если она необходима для восстановления эксплуатационных и товарных характеристик поврежденного транспортного средства, в том числе с учетом требований безопасности дорожного движения, - в большинстве случаев сводится к их замене на новые детали, узлы и агрегаты. Поскольку полное возмещение вреда предполагает восстановление поврежденного имущества до состояния, в котором оно находилось до нарушения права, в таких случаях – притом, что на потерпевшего не может быть возложено бремя самостоятельного поиска деталей, узлов и агрегатов с той же степенью износа, что и у подлежащих замене, - неосновательного обогащения собственника поврежденного имущества не происходит, даже если в результате замены поврежденных деталей, узлов и агрегатов его стоимость выросла.

Соответственно, при исчислении размера расходов, необходимых для приведения транспортного средства в состояние, в котором оно находилось до повреждения, и подлежащих возмещению лицом, причинившим вред, должны приниматься во внимание реальные, т.е. необходимые, экономически обоснованные, отвечающие требованиям завода-изготовителя, учитывающие условия эксплуатации транспортного средства и достоверно подтвержденные расходы, в том числе расходы на новые комплектующие изделия (детали, узлы и агрегаты).

Установленные по делу обстоятельства не дают оснований для вывода о том, что истец злоупотребил своими правами, как-то, имея возможность произвести надлежащий ремонт автомобиля с меньшими затратами, использовал более дорогой способ восстановления автомобиля.

Каких-либо доказательств существования более экономичного способа восстановления транспортного средства истца, ответчик ФИО3 суду, в нарушение требований ст. 56 ГПК РФ, не представил.

С учетом изложенного, суд приходит к выводу, что ФИО1 наделена правом требовать возмещения ущерба от причинителя вреда исходя из фактической стоимости восстановительного ремонта.

Таким образом, суд считает необходимым удовлетворить заявленные требования и взыскать с ответчика ФИО3 сумму причиненного ущерба в размере 352 000 рублей.

Истцом заявлено требование о взыскании с ответчиков величины утраты товарной стоимости транспортного средства в размере 29 953 рублей.

Согласно экспертному заключению ИП ФИО4 № 02/17-6585 величина УТС составила 29 953 рубля.

Согласно заключению судебной автотехнической экспертизы, проведенной ООО «Межрегиональный Консалтинговый Союз», величина УТС составила 6 845 рублей.

Суд принимает во внимание расчет УТС, отраженный в экспертном заключении ИП ФИО4, поскольку заключение ООО «Межрегиональный Консалтинговый Союз» суд не признал бесспорным доказательством по делу, так как при его составлении экспертом были применены положения закона, не действующие на дату проведения экспертизы. 

Согласно разъяснениям, изложенным в абзаце 3 пункта 13 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. N 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», при разрешении споров, связанных с возмещением убытков, необходимо иметь в виду, что уменьшение стоимости имущества истца по сравнению с его стоимостью до нарушения ответчиком обязательства или причинения им вреда является реальным ущербом даже в том случае, когда оно может непосредственно проявиться лишь при отчуждении этого имущества в будущем (например, утрата товарной стоимости автомобиля, поврежденного в результате дорожно-транспортного происшествия).

При изложенных обстоятельствах, суд приходит к выводу о том, что сумма утраты товарной стоимости автомашины истца также является ущербом истца, поскольку фактически представляет собой не подлежащий устранению путем ремонта ущерб, возникший вследствие нарушения целостного состояния автомобиля и, как следствие, снижение его стоимостной характеристики (ценности) на определенную экспертом денежную сумму.

Таким образом, с ответчика ФИО3 подлежит взысканию величина УТС в размере 29 953 рублей.

Что касается требования о возмещении истцу затрат, связанных с оплатой услуг эвакуатора, суд приходит к следующему. Согласно квитанции № 000106 от 28 января 2017 года ФИО1 была произведена оплата в размере 9 000 рублей за эвакуацию автомобиля «Audi Sportback», государственный регистрационный знак «А 031ХС 89» от п. Коротчаево до г. Новый Уренгой с целью доставки к месту проведения ремонта транспортного средства (л.д. 57). Исходя из этого, суд полагает, что данные расходы являются необходимыми, и подлежат взысканию с ответчика ФИО5 в полном объеме в размере 9 000 рублей. 

Также истцом были затрачены денежные средства на дефектовку поврежденного транспортного средства, что подтверждается квитанцией № 28/01/03 от 28 января 2017 года на сумму 4 000 рублей (л.д. 56), которые суд признает необходимыми для определения причиненного ущерба. Указанные расходы должны быть взысканы с ФИО5 в пользу ФИО1 в полном объеме. 

Далее, истцом заявлено требование о взыскании с ответчиков расходов в размере 10 000 рублей, связанных с проведением независимой экспертизы.

В соответствии с ч. 1 ст. 98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы.

Согласно ч. 1 ст. 88 ГПК РФ судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.

На основании с. 94 ГПК РФ к издержкам, связанным с рассмотрением дела, относятся, в частности, суммы, подлежащие выплате экспертам и специалистам, а также другие признанные судом необходимыми расходы.

Согласно пункту 10 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.01.2016 №1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела», лицо, заявляющее о взыскании судебных издержек, должно доказать факт их несения, а также связь между понесенными указанным лицом издержками и делом, рассматриваемым в суде с его участием. Недоказанность данных обстоятельств является основанием для отказа в возмещении судебных издержек.

В силу ст. 132 ГПК РФ, при предъявлении иска в суд к исковому заявлению, в том числе, должны быть приложены документы, подтверждающие обстоятельства, на которых истец основывает свои требования.

В целях установления размера ущерба, причиненного автомобилю «Audi Sportback», государственный регистрационный знак «А 031ХС 89» в результате ДТП, истец обратился к независимому эксперту.

Таким образом, приложенное к исковому заявлению экспертное заключение, за составление которого были уплачены денежные средства в сумме 10 000 рублей, являлось доказательством, подтверждающим предъявляемые истцом материальные требования по возмещению ущерба.

Расходы, связанные с его составлением, являются судебными издержками, были понесены истцом в связи с обращением в суд с настоящим иском и предоставлением доказательств в обоснование заявленных требований, в связи с чем подлежат возмещению ответчиком.

Факт несения ФИО1 расходов на проведение независимой экспертизы подтверждается квитанцией № 01/17 от 4 марта 2017 года (л.д. 55).

В силу изложенного, суд приходит к выводу о необходимости взыскания в пользу истца с ответчика ФИО3 10 000 рублей в качестве расходов, связанных с проведением независимой экспертизы.

В соответствии с ч. 1 ст. 100 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

Поскольку сумма материального ущерба подлежит взысканию с ответчика ФИО3, следовательно, услуги представителя за участие в судебном заседании подлежат взысканию с данного ответчика в разумных пределах, с учетом требования соразмерности понесенных затрат с объектом нарушенного права. 

Истцом произведена оплата услуг адвоката Реберга Д. В. в размере 30 000 рублей, следовательно, понесенные истцом расходы являлись для него необходимыми, т.к. правовые вопросы, которые разрешались судом по спору между сторонами, требовали от него определенных познаний в области юриспруденции. 

Оценивая расходы истца по оплате услуг представителя, суд принимает во внимание соотносимость произведенных расходов с объектом защищаемого права, с уровнем сложности дела, с требованиями разумности и справедливости и приходит к выводу о взыскании с ответчика ФИО5 в пользу истца 25 000 рублей в счет возмещения, понесенных по делу судебных расходов на оплату услуг представителя. 

При подаче иска в суд истец уплатил государственную пошлину в размере 7 564 рублей, что подтверждается квитанциями (л.д. 4,7). Расходы по оплате госпошлины подлежат взысканию с ответчика ФИО3 в пользу истца.

Таким образом, общая сумма подлежащая взысканию с ответчика ФИО3 в пользу истца составит: 352 000 рублей (материальный ущерб) + 29 953 рубля (величина УТС) + 9 000 рублей (расходы на оплату услуг эвакуатора) + 4 000 рублей (расходы по оплате дефектовки) + 10 000 рублей (судебные расходы за оценку) + 25 000 рублей (расходы на оплату услуг представителя) + 7 149 рублей 53 копейки (расходы по оплате государственной пошлины) = 437 102 рубля 53 копейки.

Руководствуясь ст.ст. 194–199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Иск удовлетворить частично.

Взыскать с ФИО3 в пользу ФИО1 денежные средства в размере 437 102 (четыреста тридцать семь тысяч сто два) рубля 53 копейки.

В исковых требованиях к ФИО2 – отказать.

Решение может быть обжаловано в Судебную коллегию по гражданским делам суда Ямало–Ненецкого автономного округа через Новоуренгойский городской суд в течение месяца со дня его вынесения в окончательной форме.

Председательствующий : судья Т. М. Нех