дело № 2-90/2017

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

12 декабря 2017 года г. Медвежьегорск

Медвежьегорский районный суд Республики Карелия в составе председательствующего судьи Ероховой Л.А., с участием прокурора Бараевой С.Н., при секретаре Павковой А.П.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к Государственному бюджетному учреждению здравоохранения Республики Карелия «Медвежьегорская центральная районная больница» в защиту прав потребителей о возмещении морального вреда в связи с ненадлежащим оказанием медицинской помощи,

установил:

ФИО1 обратился с иском по тем основаниям, что в период с 30.11.2009 по 25.12.2009 находился на лечении в хирургическом отделении ГБУЗ «Медвежьегорская ЦРБ», ему выполнена операция 

<

данные изъяты>. В апреле 2016 года при обращении в НУЗ «Дорожная клиническая больница ОАО «РЖД» узнал, что при проведении ПХО 

<

данные изъяты> в ГБУЗ «Медвежьегорская ЦРБ» оставлено металлическое инородное тело - лезвие ножа размерами 58х25 мм. В июне 2016 г. указанное инородное тело удалено челюстно-лицевым хирургом НУЗ «Дорожная клиническая больница» ОАО «РЖД». В связи с оказанием ответчиком медицинской услуги ненадлежащего качества был вынужден проходить дополнительное лечение, в течение 2016 года был нетрудоспособен 6 месяцев, исключен из привычного образа жизни, испытывал физические страдания, связанные с проведением операции по удалению инородного тела из мягких тканей шеи. Полагает, что живя с инородным телом, подвергался постоянной серьезной опасности, так как в любой момент могло открыться внутреннее кротовотечение, что также представляло угрозу причинения вреда иным лицам, поскольку работал машинистом в ОАО «РЖД». При обращении к ответчику с претензией о некачественно проведенном лечении просил ответчика добровольном возместить моральный вред, но получил отказ. ФИО1 просит взыскать с ГБУЗ «Медвежьегорская ЦРБ» компенсацию морального вреда в размере 1 500 000 руб., расходы на оплату юридических услуг 15 000 руб.

В судебном заседании истец ФИО1 исковые требования по указанным основаниям поддержал. Дополнил, что в течение шести лет после проведенного в Медвежьегорской ЦРБ лечения был трудоспособен, однако испытывал боли в области шейного отдела позвоночника, обращался за медицинской помощью в больницы ОАО «РЖД», проходил лечение с диагнозом 

<

данные изъяты>, после лечения состояние улучшалось, боли пропадали. До апреля 2016 года рентгенологическое исследование лечебными учреждениями не проводилось. После обнаружения обломка лезвия ножа с апреля 2016 вынужден был неоднократно выезжать на обследование в НУЗ «Дорожная клиническая больница» ОАО «РЖД в г. Санкт-Петербург, не мог заниматься спортом, вести привычный образ жизни, шесть месяцев не работал в связи с временной нетрудоспособностью, переживал, что может лишиться работы. Размер компенсации морального вреда обосновал пережитыми нравственными и физическими страданиями, а также необходимостью прохождения реабилитации.

Представители ответчика ГБУЗ РК «Медвежьегорская ЦРБ» ФИО2 и ФИО3 в судебном заседании против иска возражали, указав, что 30.11.2009 в 08 часов 10 минут ФИО1 был доставлен в ГБУЗ «Медвежьегорская ЦРБ» машиной скорой медицинской помощи в тяжелом состоянии с резаными ранами в области шеи и правой кисти с выраженной кровопотерей, критическими цифрами артериального давления, геморрагическим шоком, был госпитализирован в отделение ИТАР, где начатая врачами скорой медицинской помощи терапия была продолжена, временно остановлено кровотечение из ран методом тугого тампонирования, после определения группы крови и резус-фактора выполнено переливание эритроцитной массы. Несмотря на проводимые реанимационные мероприятия в 09 часов 20 минут у ФИО1 произошла остановка сердечной деятельности и дыхания, однако были приняты все возможные меры для спасения жизни пациента, сердечный ритм и дыхание были восстановлены. Для обеспечения проходимости верхних дыхательных путей наложена трахеостома, проводилась аппаратная вентиляция легких. С учетом тяжести состояния и имеющихся у ФИО1 ран, в том числе ранения сосудистого пучка шеи, отсутствием сосудистых хирургов в Медвежьегорской ЦРБ для консультации о проведении оперативного вмешательства были вызваны торокальный и сосудистый хирург Республиканской больницы имени Баранова. 30.11.2009 в 15 часов 05 минут ФИО1 был оперирован в Медвежьегорской ЦРБ специалистами Республиканской больницы – торокальным хирургом ФИО4 и сердечно-сосудистым хирургом ФИО5 Бригадой хирургов ФИО1 выполнены гемостаз и ушивание раны глоточно-пищеводного перехода с дренированием верхнего средостения. В связи с тяжестью состояния пациента, вопрос о госпитализации ФИО1 в Республиканскую больницу в г. Петрозаводск не ставился. В послеоперационный период ФИО1 находился в тяжелом состоянии, специалистами Медвежьегорской ЦРБ были приняты все зависящие от них меры по спасению жизни пациента, перенесшего клиническую смерть. Проводилась массивная антибактериальная, посиндромная медикаментозная, респираторная терапии, мониторное наблюдение в условиях палаты ИТАР. В результате комплексного лечения 10.12.2009 у ФИО1 восстановилось спонтанное дыхание, трахеостомическая трубка удалена. 15.10.2009 он был переведен в хирургическое отделение. 25.12.2009 выписан с улучшением на амбулаторное лечение до полного заживления. В последующий после выписки период ФИО1 в Медвежьегорскую ЦРБ за амбулаторным лечением, консультациями не обращался. С учетом характера травмы, показания для рентгенологического исследования шейных отделов отсутствовали, каких-либо стандартов оказания медицинской помощи при ножевых ранениях шеи не имеется, сотрудники следственных органов не информировали врачей об обломе клинка ножа, которым ФИО1 были причинены ранения. Полагали, что вина Медвежьегорской ЦРБ в причинении истцу физических и нравственных страданий отсутствует, поскольку были приняты все возможные меры по спасению жизни пациента, лечение проведено в полном объеме, оснований предполагать наличие инородного тела в мягких тканях шеи не имелось. Обнаруженный обломок лезвия ножа со временем покрылся капсулой и угрозы для здоровья и жизни истца не представлял. 

Третье лицо ФИО6 в судебном заседании позицию представителей ответчика поддержал, указав, что тяжесть состояния ФИО1 при его доставлении в Медвежьегорскую ЦРБ была несовместима с жизнью, врачи в кратчайшие сроки оказали истцу медицинскую помощь высокого уровня в целях спасения как жизни, так и физического и психического здоровья. 

Третьи лица, не заявляющие самостоятельных требований, НУЗ «Дорожная клиническая больница ОАО «РЖД», «НУЗ «Отделенческая больница на ст. Волховстрой» ОАО «РЖД», Территориальный фонд обязательного медицинского страхования о рассмотрении дела извещены, в судебное заседание представителей не направили, просили рассмотреть дело в отсутствие представителей.

Третье лицо ФИО7 в судебное заседание не явилась, извещена, просила о рассмотрении дела без её участия.

Представитель третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований, ГБУЗ РК «Республиканская больница имени В.А. Баранова», не явился, извещен.

Третьи лица ФИО5, ФИО8, ФИО4 надлежаще в соответствии со ст. 113 ГПК РФ извещались о времени и месте рассмотрения дела, судебные извещения возвращены, с учетом положений ст. 165.1 ГК РФ суд полагает обязанность по извещению указанных лиц исполненной. 

Помощник прокурора Медвежьегорского района Бараева С.Н. в судебном заседании с учетом установленных обстоятельств, исследованных доказательств, в том числе заключения комиссионной судебно-медицинской экспертизы, полагала доказанными вину ответчика в оказании истцу медицинской услуги ненадлежащего качества, причинно-следственную связь между оказанием услуги ненадлежащего качества и наступившими последствиями в виде причинение вреда здоровью, в связи с чем заявленные ФИО1 исковые требования о компенсации морального вреда считала по существу обоснованными. Отметила, что размер компенсации морального вреда необходим определять с учетом степени вины ответчика, принципов разумности и справедливости.

На основании ст. 167 ГПК РФ суд определил рассмотреть дело в отсутствие неявившихся третьих лиц.

Заслушав объяснения сторон, третьего лица ФИО6, показания свидетеля, исследовав письменные материалы дела, приняв во внимание заключение прокурора, суд приходит к следующему.

В соответствии со статьей 2 Федерального закона от 21 ноября 2011 года № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» под медицинской помощью понимается комплекс мероприятий, направленных на поддержание и (или) восстановление здоровья и включающих в себя предоставление медицинских услуг. Медицинская услуга представляет собой медицинское вмешательство или комплекс медицинских вмешательств, направленных на профилактику, диагностику и лечение заболеваний, медицинскую реабилитацию и имеющих самостоятельное законченное значение.

В силу п. 9 ст. 19, ч. 2 и ч. 3 ст. 98 указанного Федерального закона, пациент имеет право на возмещение вреда, причиненного здоровью при оказании ему медицинской помощи; медицинские организации, медицинские работники и фармацевтические работники несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации за нарушение прав в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи. Вред, причиненный жизни и (или) здоровью граждан при оказании им медицинской помощи, возмещается медицинскими организациями в объеме и порядке, установленных законодательством Российской Федерации. 

Согласно ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред.

Как следует из разъяснений, содержащихся в пунктах 9 и 45 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28 июня 2012 года № 17 «О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей», к отношениям по предоставлению гражданам медицинских услуг, оказываемых медицинскими организациями, в рамках добровольного и обязательного медицинского страхования, применяется законодательство о защите прав потребителей. При решении судом вопроса о компенсации потребителю морального вреда достаточным условием для удовлетворения иска является установленный факт нарушения прав потребителя.

В соответствии со ст. 15 Закона от 07.02.1992 N 2300-1 "О защите прав потребителей" моральный вред, причиненный потребителю вследствие нарушения изготовителем (исполнителем, продавцом, уполномоченной организацией или уполномоченным индивидуальным предпринимателем, импортером) прав потребителя, предусмотренных законами и правовыми актами Российской Федерации, регулирующими отношения в области защиты прав потребителей, подлежит компенсации причинителем вреда при наличии его вины. Размер компенсации морального вреда определяется судом и не зависит от размера возмещения имущественного вреда.Из приведенных норм следует, что необходимыми условиями возложения ответственности за причинение вреда являются: противоправность поведения причинителя вреда, причинная связь между противоправным поведением и наступившим вредом, вина причинителя вреда. 

Судом установлено, подтверждается письменными материалами дела, что истец ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, 30.11.2009 был доставлен в ГБУЗ «Медвежьегорская ЦРБ» бригадой скорой медицинской помощи с ножевыми ранениями в области шеи и правой кисти, которые как следует из вступившего в законную силу приговора Медвежьегорского районного суда Республики Карелия от 09.04.2010 по делу № 1-64/2010 были нанесены ему ФИО9, за что последний был осужден по ч. 1 ст. 111 УК РФ. В период с 30.11.2009 по 25.12.2009 ФИО1 находился на стационарном лечении в ГБУЗ «Медвежьегорская ЦРБ». 30.11.2009 в указанном учреждении истцу проведена операция первичной хирургической обработки раны шеи хирургами ГБУЗ РК «Республиканская больница имени В.А. Баранова» ФИО4, ФИО5 Из данных медицинской карты следует, что непосредственно лечением истца были заняты врачи ГБУЗ «Медвежьегорская ЦРБ» ФИО6, ФИО8, ФИО7, ФИО3 Из Медвежьегорской ЦРБ ФИО1 выписан 25.12.2009 в удовлетворительном состоянии на амбулаторное лечение с явкой к врачу 28.12.2009. Как следует из амбулаторной медицинской карты ФИО1 истец за амбулаторным лечением согласно указанной рекомендации в Медвежьегорскую ЦРБ не обращался.

Из медицинской карты ФИО1, представленной НУЗ «Отделенческая больница на ст. Волховстрой ОАО «РЖД», листков нетрудоспособности следует, что в 2016 году истец проходил лечение в указанном учреждении с диагнозом 

<

данные изъяты>, в ходе которого при рентгенологическом обследовании выявлено инородное металлическое тело.

Из медицинской карты ФИО1, представленной НУЗ «Дорожная клиническая больница ОАО «РЖД», листков нетрудоспособности следует, что 07.06.2016 ФИО1 выполнена плановая хирургическая операция по удалению инородного тела шеи.

В соответствии с ч. 1 ст. 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом. Исходя из характера спорного правоотношения, обязанность по доказыванию обстоятельств, освобождающих ответчика от ответственности за ненадлежащее исполнение обязательства, возложена на ответчика. 

В целях установления юридически значимых для разрешения данного спора обстоятельств, судом назначена комиссионная судебно-медицинская экспертиза.

Как следует из заключения комиссии экспертов Государственного казенного учреждения здравоохранения Ленинградской области «Бюро судебно-медицинской экспертизы» № 111-к от 30.10.2017, у специалистов Медвежьегорской ЦРБ до операции и в послеоперационный период с 30.11.2009 по 25.12.2009 имелась возможность выявления инородного тела мягких тканей шеи (фрагмента клинка ножа) у ФИО1 путем проведения рентгенографии шеи в прямой и/или боковой проекции; стандарты оказания медицинской помощи, в том числе клинические рекомендации, в 2009 году отсутствовали; согласно общепринятым методикам лечения геморрагического шока при ранениях магистральных сосудов и мягких тканей, медицинская помощь Гусеву ММ.В. на этапе лечения с 30.11.2009 по 25.12.2009 Медвежьегорской ЦРБ оказана в достаточном объеме, однако со следующими недостатками: - при выполнении операции первичной хирургической обработки раны шеи не был прослежен раневой канал, не установлены такие его характеристики, как направление, ориентировочная протяженность, не указан объем кровопотери в процессе оперативного вмешательства; - учитывая приблизительно определенный в ходе экспертизы объем кровопотери и декомпенсированную стадию геморрагического шока (с состоянием клинической смерти пациента), выполнение оперативного вмешательства первичной хирургической обработки раны следовало расширить до тщательного поиска источника кровотечения; - с учетом области ранения (шея) и возможности повреждения позвоночника на уровне шейного (а, возможно, и грудного отдела, при неизвестном направлении и ходе раневого канала), пациенту в обязательном порядке было показано проведение рентген-диагностики (рентгенографии) шеи, а при возможности – и компьютерной томографии шеи; - рентегонография (компьютерная томография) была показана пациенту и способствовала обнаружению инородного тела мягких тканей; - в медицинской карте отсутствуют сведения о манипуляциях с раной правой кисти (хирургической обработке и прочее). При выполнении операции ПХО раны 30.11.2009 ФИО1 была устранена угроза жизни в виде продолжающегося кровотечения из сосудов мягких тканей, ликвидирован (ушит) дефект мышц по ходу раневого канала, выполнено дренирование раны и верхнего средостения; однако имелись дефекты оперативного лечения: - не был прослежен раневой канал, не установлены такие его характеристики, как направление, ориентировочная протяженность, не указан объем кровопотери в процессе оперативного вмешательства; - выполнение операции следовало расшить до тщательного источника кровотечения; выявление фрагмента клинка ножа было возможным путем расширения комплекса диагностических мер либо оперативного вмешательства в расширенном объеме. Появившиеся в 2014 году жалобы ФИО1 на боль, ограничение движений в шейном отделе позвоночника могут быть как самостоятельными проявлениями дегенеративно-дистрофических изменений шейного отдела позвоночника (остеохондроз), так и последствиями пребывания в мягких тканях шеи пациента в течение 7 лет инородного тела – фрагмента клинка ножа. Пребывание в течение 7-ми лет в мягких тканях шеи инородного тела повлекло временное нарушение целости (и, как следствие, функции органов и (или) систем (временную нетрудоспособность)), продолжительностью свыше трех недель (более 21 дня, длительное расстройство здоровья), что расценивается как причинившее средний вред здоровью истца. Более детально выявить какие-либо патологические изменения/»вредные последствия», связанные с пребыванием инородного тела не представляется возможным.

Указанным заключением комиссии экспертов подтверждается, что ответчиком была предоставлена медицинская услуга ненадлежащего качества, выразившаяся в оставлении в теле пациента ФИО1 инородного предмета, что повлекло за собой необходимость проведения дополнительной хирургической операции. Заключение экспертов подтверждает, что несмотря на спасение жизни пациента ФИО1, медицинская услуга была оказана с дефектами, в том числе недостатком услуги является непроведение ФИО1 рентгенологического исследования шейных отделов позвоночника. Оперативное вмешательство в июне 2016 года по извлечению оставленного инородного тела свидетельствует о наличии причинной связи между действиями ответчика и наступившими последствиями.

Экспертное заключение оформлено в соответствии с требованиям законодательства, содержит необходимые ссылки на нормативные документы, специальную литературу, составлено с изучением материалов гражданского дела, медицинской документации. Эксперты, проводившие экспертизу, были предупреждены судом об уголовной ответственности, не имеют заинтересованности в исходе настоящего гражданского дела, имеют высшее медицинское образование и соответствующую квалификацию. Оснований не доверять указанному заключению у суда не имеется.

Экспертное заключение суд признает достоверным доказательством, в совокупности с иными доказательствами оно подтверждает доводы истца о некачественно оказанной медицинской помощи врачами ГБУЗ «Медвежьегорская ЦРБ», наличии прямой причинно-следственной связи между действиями врачей и наступившими для ФИО1 неблагоприятными последствиями хирургического лечения.

Доказательств, подтверждающих основания для освобождения от ответственности, ответчиком не представлено.

Поскольку судом установлен факт оказания медицинской услуги ненадлежащего качества, исковые требования ФИО1 о возмещении морального вреда являются обоснованными.

Свидетель К.Е.Н. супруга истца, показала суду, что после ножевого ранения и лечения в Медвежьегорской ЦРБ с 2009 года ФИО1 испытывал затруднения при повороте головы вправо, жаловался на боли в шее, не мог поднять голову вверх. Она неоднократно советовала ему обратиться к врачу. За медицинской помощью ФИО1 обращался в железнодорожные больницы, где ему диагностировали остеохондроз, рентгеновские снимки до 2016 года не делали. При этом ФИО1 вел активный образ жизни, работал машинистом электровоза в ОАО «РЖД». После обнаружения в шее обломка клинка ножа, в течение шести месяцев 2016 года ФИО1 переживал о своем здоровье, неоднократно ездил на обследование в больницу в Санкт-Петербург, предполагал, что будет уволен по состоянию здоровья, нервничал. После извлечения инородного тела ФИО1 продолжает жить обычной жизнью.

При определении размера компенсации морального вреда суд руководствуется положениями ст. ст. 151, 1099, 1100 ГК РФ. 

Учитывая обстоятельства настоящего дела, степень вины ответчика, не умаляя при этом роли врачей Медвежьегорской ЦРБ и ГБУЗ РК «Республиканская больница имени Баранова» в спасении жизни и здоровья истца, принимая во внимание характер и степень физических и нравственных страданий истца, длительность стационарного и амбулаторного лечения ФИО1 в период 2016 года, руководствуясь принципами разумности и справедливости, суд определяет размер денежной компенсации морального вреда 200000 рублей.

В силу п. 6 ст. 13 Закона "О защите прав потребителей" при удовлетворении судом требований потребителя, установленных законом, суд взыскивает с изготовителя (исполнителя, продавца, уполномоченной организации или уполномоченного индивидуального предпринимателя, импортера) за несоблюдение в добровольном порядке удовлетворения требований потребителя штраф в размере пятидесяти процентов от суммы, присужденной судом в пользу потребителя.

Судом установлено, что истец обращался к ответчику с претензией, требование истца в добровольном порядке ответчиком не удовлетворено. До момента обращения ФИО1 в суд с исковым заявлением и в последующем, ответчик имел возможность, но не удовлетворил в добровольном порядке требования истца. Суд полагает, что имеются основания для взыскания с ответчика в пользу истца штрафа. 

Истцом заявлено требование о взыскании судебных расходов, связанных с оказанием ему юридической помощи. Размер понесенных расходов на оказание юридических услуг в сумме 15000 руб. документально подтвержден, указанная сумма и факт оказания истцу консультаций юриста ответчиком не оспорен. Оснований для снижения суммы судебных расходов суд не усматривает, полагая из разумными и соответствующими сложности рассмотренного дела. В силу ч. 1 ст. 98 ГПК РФ истец имеет право на возмещение судебных расходов.

Руководствуясь ст. 194-198 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования удовлетворить частично.

Взыскать с Государственного бюджетного учреждения здравоохранения Республики Карелия «Медвежьегорская центральная районная больница» в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда 200 000 рублей, штраф за несоблюдение требований потребителя 100 000 рублей, судебные издержки 15000 рублей.

Взыскать с Государственного бюджетного учреждения здравоохранения Республики Карелия «Медвежьегорская центральная районная больница» в доход бюджета МО «Медвежьегорский муниципальный район государственную пошлину в размере 6000 рублей.

Решение может быть обжаловано в Верховный Суд Республики Карелия через Медвежьегорский районный суд в течение месяца со дня вынесения в окончательной форме.

Судья Л.А. Ерохова

Решение в окончательной форме составлено 17 декабря 2017 года