ПОСТАНОВЛЕНИЕ

02 ноября 2020 года п. Заокский Тульской области 

Заокский районный суд Тульской области в составе:

председательствующего судьи Семеновой Т.Ю.,

при ведении протокола помощником судьи Кузнецовой А.А., 

с участием государственного обвинителя – помощника прокурора Заокского района Тульской области Ивановой К.А.,

представителя подсудимого ФИО1,

защитника адвоката Давыдова В.Н., предоставившего ордер №273346 от 14 октября 2020 года и удостоверение 

<

данные изъяты>,

потерпевшей ФИО2,

рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении суда уголовное дело в отношении:

ФИО3, 

<

данные изъяты>, несудимого, 

обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч.5 ст.264 УК РФ, 

установил:

ФИО3, управляя автомобилем, нарушил правила дорожного движения, что повлекло по неосторожности смерть двух и более лиц, при следующих обстоятельствах.

21 апреля 2019 года, около 16 часов 34 минут, водитель ФИО3 управляя личным автомобилем 

<

данные изъяты>, двигался по 137 км. + 75 метров автомобильной дороги общего пользования федерального значения М-2 «Крым» Заокского района Тульской области в направлении г.Тулы, в условиях сухого асфальтового покрытия дорожного полотна без дефектов, с находящимися в салоне автомобиля пассажирами ФИО4, ФИО5.

В пути следования, ФИО3, имея реальную возможность предвидеть наступление общественно - опасных последствий своих действий в виде наступления смерти человека, но без достаточных к тому оснований, самонадеянно, в нарушение требований п.п. 1.5, 10.1 Правил дорожного движения РФ, не выбрал безопасную скорость, которая должна обеспечивать водителю возможность постоянного контроля над движением транспортного средства, не оценил, сложившуюся ситуацию, то есть не обеспечил безопасность движения, из-за чего потерял контроль над управлением автомобиля 

<

данные изъяты>, в результате чего совершил съезд на разделительную полосу с последующим наездом на препятствие – опору ЛЭП.

В результате дорожно-транспортного происшествия пассажиру указанного автомобиля ФИО4 по неосторожности причинены телесные повреждения, повлекшие его смерть, причиной которой явилась сочетанная тупая травма тела: 

<

данные изъяты>. Данная сочетанная тупая травма тела состоит в прямой причинной связи с наступлением смерти, вызвала развитие угрожающего жизни состояния, что согласно п. 6.1.3, п.6.2.2 части второй приказа Минздравсоцразвития РФ от 24.04.2008г. № 194н «Об утверждении Медицинских критериев определения степени тяжести и вреда здоровью человека» относится к критериям вреда, опасного для жизни человека и квалифицируются в совокупности как тяжкий вред здоровью.

В результате дорожно-транспортного происшествия пассажиру указанного автомобиля ФИО5 по неосторожности причинены телесные повреждения, повлекшие его смерть, 

<

данные изъяты>. При судебно-медицинском исследовании трупа обнаружены повреждения: 

<

данные изъяты>. Указанные повреждения прижизненные, причинены незадолго до наступления смерти ударом тупого твердого предмета/предметов, без характерных особенностей травмирующего предмета/предметов, и как опасные для жизни, как в совокупности, так и по отдельности имеют квалифицирующие признаки тяжкого вреда здоровью (пункт 6.1.2 приложения к приказу Минздравсоцразвития РФ от 24.04.2008г. № 194н «Об утверждении Медицинских критериев определения степени тяжести и вреда здоровью человека»), и находятся в прямой причинной связи с наступлением смерти.

В результате дорожно-транспортного происшествия водитель указанного автомобиля ФИО3, получил телесные повреждения, повлекшие его смерть, 

<

данные изъяты>. При судебно-медицинском исследовании трупа обнаружены повреждения: 

<

данные изъяты>. Повреждения прижизненные, причинены незадолго до наступления смерти ударом тупого твердого предмета, без характерных особенностей травмирующего предмета, и как опасные для жизни в совокупности имеют квалифицирующие признаки тяжкого вреда здоровью (пункт 6.1.10 приложения к приказу Минздравсоцразвития РФ от 24.04.2008г. № 194н «Об утверждении Медицинских критериев определения степени тяжести и вреда здоровью человека») и находятся в прямой причинной связи с наступлением смерти.

Совершение данного дорожно - транспортного происшествия, в результате которого ФИО4 и ФИО5 причинена по неосторожности смерть, состоит в прямой причинно - следственной связи с нарушением водителем ФИО3 требований пунктов 1.5., 10.1 Правил дорожного движения РФ, которые предписывают, обязывают:

участников дорожного движенья действовать таким образом, чтобы не создавать опасности для движения и не причинять вреда (пункт 1.5);

водителя вести транспортное средство со скоростью, не превышающей установленного ограничения, учитывая при этом интенсивность движения, особенности и состояние транспортного средства и груза, дорожные и метеорологические условия, в частности видимость в направлении движения. Скорость должна обеспечивать водителю возможность постоянного контроля за движением транспортного средства для выполнения требований Правил. При возникновении опасности для движения, которую водитель в состоянии обнаружить, он должен принять возможные меры к снижению скорости вплоть до остановки транспортного средства (пункт 10.1).

В судебном заседании представитель подсудимого ФИО1 не согласилась с обвинением, в отношении ФИО3. Считает, что доказательств вины ФИО3 в совершении преступления, которое ему вменяется, не добыто. В остальном от дачи показаний отказалась, воспользовавшись ст.51 Конституции РФ.

В порядке ст.276 УПК РФ, оглашены показания представителя подсудимого ФИО1, данные на предварительном следствии, из которых усматривается, что ФИО3 имел водительское удостоверение на право управления транспортными средствами и стаж вождения более 20 лет. У него в собственности был автомобиль 

<

данные изъяты>, на котором он постоянно передвигался и следил за его техническим состоянием. 21 апреля 2019 года ФИО3, ФИО5 и ФИО4 принимали участие в соревнованиях по спортивному ориентированию, которые проходили в Московской области. После 14 часов 00 минут того же дня ей позвонила ФИО2 и сообщила, что произошло дорожно-транспортное происшествие, в котором погибли ФИО3, ФИО5 и ФИО4. Позже она узнала, что дорожно-транспортное происшествие произошло на 137 км + 75 метров автомагистрали М-2 «Крым» Заокского района Тульской области, с участием автомобиля 

<

данные изъяты>, под управлением ФИО3, в результате которого вышеуказанный автомобиль врезался в опору ЛЭП, от чего пассажиры ФИО5 и ФИО4 погибли. Считает, что ФИО3 в данном дорожно-транспортном происшествии не виноват, поскольку оно произошло из-за неудовлетворительного состояния дорожного полотна, в отсутствие предупреждающих знаков о проведении ремонтных работ. ФИО3 хорошо управлял автомобилем и Правил дорожного движения РФ не нарушал. (Том №1 л.д. 238-240).

Отсутствие оснований для реабилитации ФИО3 и его вина подтверждены совокупностью следующих доказательств.

Показаниями потерпевшей ФИО2, которая в судебном заседании пояснила, что 

<

данные изъяты>. 21 апреля 2019 года ФИО3, ФИО5 и ФИО4 на технически исправном автомобиле 

<

данные изъяты>, принадлежащем ФИО3, уехали на спортивные соревнования, которые проходили в Московской области. В 15 часов 10 минут ФИО3 прислал ей смс-сообщение, что они в пути и находятся на выезде из г. Москва и больше на связь не выходили. О дорожно-транспортном происшествии, в котором погибли ФИО3, ФИО5 и ФИО4 она узнала через сети Интернет на сайте 

<

данные изъяты>. На следующий день она приехала на место аварии и видела, что на противоположной стороне данного участка автодороги ведутся ремонтные работы, на дорожном полотне был разбросан щебень. При этом отсутствовали предупреждающие знаки. 

Показаниями на предварительном следствии потерпевшей ФИО6, оглашенными в соответствии с ч.1 ст.281 УПК РФ, согласно которым, 21 апреля 2019 года ФИО4, вместе со своим знакомым ФИО5 и ФИО3, поехали в Московскую область на соревнования на автомобиле 

<

данные изъяты>, принадлежащем ФИО3. О дорожно-транспортном происшествии, в котором погибли ФИО3, ФИО5 и ФИО4 она узнала от ФИО2. В дальнейшем, ей стало известно, что ФИО4 находится в тяжелом состоянии в больнице г. Алексин Тульской области. 22 апреля 2019 года, примерно около 07 часов 20 минут, ей позвонили и сообщили, что ФИО4 скончался. (Том №1 л.д.99-100). 

Показаниями на предварительном следствии свидетеля ФИО7, оглашенными в соответствии с ч.1 ст.281 УПК РФ, согласно которым, она работает в ГУЗ 

<

данные изъяты> в должности фельдшера выездной бригады в Заокской подстанции 

<

данные изъяты>. 21 апреля 2019 года, примерно 16 часов 32 минут, она выехала на место дорожно-транспортного происшествия, произошедшего на 137 км+75 метров автомагистрали М-2 «Крым» территории Заокского района Тульской области. По приезду она увидела автомобиль 

<

данные изъяты>, который имел очень сильные повреждения. Автомобиль находился на обочине проезжей части рядом с опорой ЛЭП. Также на дороге лежали трое мужчин, фамилии которых ей стали известны позже, ФИО3, ФИО5 и ФИО4. При осмотре ФИО3 и ФИО5 было установлено, что они не подавали признаков жизни. ФИО4 был госпитализирован в Алексинскую районную больницу Тульской области. Помнит, что погода была теплая, сухая и солнечная, дорожных работ на данном участке дороги не производилось (Том №1 л.д. 129-131). 

Показаниями свидетеля ФИО8, который в судебном заседании пояснил, что работает в должности инспектора ДПС 

<

данные изъяты>. В апреле 2019 года, во второй половине дня, от дежурного поступило сообщение, что на автомагистрали «Крым – М2» произошло ДТП с участием одного автомобиля, имеются пострадавшие. По приезду было установлено, что водитель ФИО3, управляя автомобилем 

<

данные изъяты>, двигаясь в направлении г. Тула, совершил наезд на препятствие (опору ЛЭП). Автомобиль имел сильные механические повреждения, располагался на разделительной полосе. В результате дорожно-транспортного происшествия водитель ФИО3 и пассажир ФИО5 от полученных травм скончались на месте дорожно-транспортного происшествия. Второй пассажир, ФИО4 получил телесные повреждения, с которыми был доставлен в больницу. На момент осмотра дорожное полотно имело новое асфальтное покрытие, было сухим, без дефектов. На участке дороге проводился капитальный ремонт, отсутствовала дорожная разметка. Через каждые два километра были установлены соответствующие информационные щиты и знаки, ограничивающие скоростной режим. 

Показаниями свидетеля ФИО9, который в судебном заседании пояснил, что работает в ГУ 

<

данные изъяты> в должности водителя пожарного автомобиля. Весной 2019 года от диспетчера поступило сообщение о том, что на автомагистрали «Крым М-2» на 136-137 км, произошло дорожно-транспортное происшествие с пострадавшими. По прибытию было установлено, что автомобиль совершил наезд на препятствие - столб (опору ЛЭП). Автомобиль имел сильные механические повреждения. На автодороге находились два трупа. Третьего пострадавшего увезли на карете скорой медицинской помощи в больницу. Участок дороги был без дефектов дорожного полотна. Погодные условия и видимость были хорошими. Разбросанного щебня на дороге не было. Дорожные работы проводились на участке встречного направления. 

Показаниями на предварительном следствии свидетеля ФИО10, оглашенными в соответствии с ч.1 ст.281 УПК РФ, согласно которым, он является 

<

данные изъяты> участка ДСУ 

<

данные изъяты>, которое занимается ремонтными работами дорог. В его обязанности входит общий контроль и организация работы на вверенном участке, автомобильной дороги федерального значения М-2 «Крым» со 131 км. по 156 км.+200 метров прямого и обратного направления. На указанном выше участке автодороги производится полная замена дорожного полотна. 21 апреля 2019 года ему с работы сообщили, что на участке 137 км.+75 метров автомагистрали «Крым М-2» на полосе движения по направлению в г. Орел, произошло ДТП с участием одного автомобиля. Он на место не выезжал. На участке, где произошло ДТП, никакие ремонтные работы не производились, поскольку асфальт был уложен, но отсутствовала дорожная разметка, о чем на 134 км были установлены информационные дорожные знаки. Так же, на 131 км указанной автомагистрали имелись дорожные знаки ограничивающие скорость до 60 км/ч. Металлические ограждения опор ЛЭП и обочины, на участке были демонтированы и отсутствовали. Ему стало известно, что водитель автомобиля 

<

данные изъяты>, совершил наезд на опору ЛЭП, расположенную с левой стороны по ходу его движения. Что послужило причиной ДТП, он не знает. (Том № 1 л.д. 125-127).

Оценивая показания потерпевшей ФИО2, свидетелей ФИО8, ФИО9, данные в ходе судебного разбирательства, показания потерпевшей ФИО6, свидетелей ФИО10, ФИО7, данные в ходе предварительного расследования, оглашенные в соответствии со ст.281 УПК РФ, суд считает их правдивыми и последовательными, так как они не противоречат между собой и другим исследованным в ходе судебного разбирательства доказательствам, признанных судом допустимыми, относимыми и достоверными доказательствами виновности подсудимого, в связи с чем признает показания указанных лиц допустимыми, относимыми и достоверными доказательствами виновности ФИО3. 

При этом отдельные неточности в их показаниях являются несущественными, не касаются юридически значимых обстоятельств по делу и не влияют на выводы суда о допустимости этих доказательств, а также на вывод о виновности ФИО3 в инкриминируемом ему деянии.

Кроме того, вина ФИО3 подтверждается также письменными доказательствами по делу:

протоколом осмотра места происшествия от 21 апреля 2019 года с фототаблицей, в ходе которого был осмотрен участок 137км+75метров автомагистрали М-2 «Крым» территории Заокского района Тульской области, зафиксировано дорожное покрытие: асфальт, сухое, без дефектов, дорожное покрытие шириной для одного направления 12,4 метров (Том № 1 л.д. 80-88);

схемой к осмотру места ДТП, на которой изображено расположение транспортного средства – автомобиля 

<

данные изъяты> (Том №1 л.д. 89-90);

протоколом осмотра автомобиля 

<

данные изъяты>, от 05 июня 2019 года в ходе которого зафиксированы механические повреждения транспортного средства; на спидометре автомобиля стрелка указывает скорость 140 км/ч (Том № 1 л.д. 189-190);

заключением эксперта № 2624 от 12 июля 2019 года, согласно которому рулевое управление и рабочая тормозная система автомобиля 

<

данные изъяты>, на момент осмотра находились в неработоспособном состоянии. Неработоспособность рулевого управления и рабочей тормозной системы автомобиля 

<

данные изъяты>, установить не представилось возможным в связи со значительными повреждениями и разрушениями, полученными автомобилем в процессе дорожно-транспортного происшествия. (Том № 1 л.д. 169-174);

заключением эксперта № 92 от 23 августа 2019 года, согласно которому смерть ФИО5 наступила от закрытой черепно-мозговой травмы, 

<

данные изъяты>. При судебно-медицинском исследовании трупа обнаружены повреждения: 

<

данные изъяты>. Указанные повреждения прижизненные, причинены незадолго до наступления смерти ударом тупого твердого предмета/предметов, без характерных особенностей травмирующего предмета/предметов, и как опасные для жизни, как в совокупности, так и по отдельности имеют квалифицирующие признаки тяжкого вреда здоровью (пункт 6.1.2 приложения к приказу Минздравсоцразвития РФ от 24.04.2008г. № 194н «Об утверждении Медицинских критериев определения степени тяжести и вреда здоровью человека») и находятся в прямой причинной связи с наступлением смерти.

В момент первоначального контакта с травмирующим предметом/предметами, ФИО5 мог находиться, как в вертикальном, так и в горизонтальном положении, так и в положении сидя.

Вероятнее всего ФИО3 в момент первоначального контакта был обращен к травмирующему предмету передней поверхностью тела. (Том № 1 л.д. 147-149);

заключением эксперта № 68 от 09 августа 2019 года, согласно которому смерть ФИО4 наступила от сочетанной тупой травмы тела: 

<

данные изъяты>. Данная сочетанная тупая травма тела состоит в прямой причинной связи с наступлением смерти, вызвала развитие угрожающего жизни состояния, что согласно п. 6.1.3, п.6.2.2 части второй приказа Минздравсоцразвития РФ от 24.04.2008г. № 194н «Об утверждении Медицинских критериев определения степени тяжести и вреда здоровью человека» относится к критериям вреда, опасного для жизни человека и квалифицируются в совокупности как тяжкий вред здоровью. Могла образоваться в результате не менее одного ударного воздействия\ твердого тупого предмета (предметов) или при ударе о таковые при различных обстоятельствах, при этом потерпевший был обращен к травмирующему объекту (объектам) передней и правой боковой поверхностью тела. (Том № 1 л.д. 157-160);

заключением эксперта № 93 от 23 августа 2019 года, согласно которому смерть ФИО3 наступила от тупой травмы грудной клетки 

<

данные изъяты>. При судебно-медицинском исследовании трупа обнаружены повреждения: 

<

данные изъяты>. Повреждения прижизненные, причинены незадолго до наступления смерти ударом тупого твердого предмета, без характерных особенностей травмирующего предмета, и как опасные для жизни в совокупности имеют квалифицирующие признаки тяжкого вреда здоровью (пункт 6.1.10 приложения к приказу Минздравсоцразвития РФ от 24.04.2008 г. № 194н «Об утверждении Медицинских критериев определения степени тяжести и вреда здоровью человека») и находятся в прямой причинной связи с наступлением смерти. (Том № 1 л.д. 137-139).

В ходе исследования в судебном заседании письменных материалов дела установлено, что они добыты и оформлены правомочными лицами, в полном соответствии с нормами УПК РФ. Каких–либо данных, свидетельствующих о недопустимости их в качестве доказательств, не имеется. 

Заключения экспертов, суд оценивает, как допустимые доказательства по уголовному делу, поскольку выводы экспертов сделаны в соответствии с научными методиками исследования на основании полученных в соответствии с уголовно-процессуальным законом материалов исследования. Заключения подготовлены компетентными специалистами в соответствующих областях знаний, оснований сомневаться в компетентности и объективности экспертов не имеется.

При этом суд принимает во внимание, что выводы заключений объективно подтверждают показания свидетелей ФИО8, ФИО9 в ходе судебного разбирательства, свидетелей ФИО10, ФИО7 в ходе предварительного следствия, оглашенных по ходатайству государственного обвинителя в соответствии со ст.281 УПК РФ, признанных судом допустимыми, относимыми и достоверными доказательствами виновности ФИО3. 

Проведя анализ представленных доказательств, суд приходит к выводу о том, что 21 апреля 2019 года, около 16 часов 34 минут, водитель ФИО3, управляя автомобилем 

<

данные изъяты>, двигаясь по 137 км. + 75 метров автомобильной дороги общего пользования федерального значения М-2 «Крым» Заокского района Тульской области в направлении г.Тулы, нарушил требования п.1.5, п.10.1 ПДД РФ, потерял контроль над управлением автомобиля, в результате чего совершил съезд на разделительную полосу с последующим наездом на препятствие – опору ЛЭП, в результате которого по неосторожности наступила смерть ФИО5 и ФИО4.

Суд квалифицирует действия ФИО3 по ч.5 ст.264 УК РФ, как нарушение лицом, управляющим автомобилем, правил дорожного движения, повлекшее по неосторожности смерть двух и более лиц.

Суд не соглашается с доводами представителя подсудимого и защитника о непричастности ФИО3 к инкриминированному ему преступлению и о недоказанности его вины в нарушении им при управлении автомобилем правил дорожного движения, повлекшее по неосторожности смерть двух лиц.

Так, ссылка стороны защиты на то, что водитель ФИО3 мог потерять контроль над управлением автомобиля, в результате чего совершить съезд на разделительную полосу с последующим наездом на препятствие – опору ЛЭП, из-за неудовлетворительного состояния дорожного полотна, в отсутствие предупреждающих знаков о проведении ремонтных работ, является несостоятельной, поскольку основана только на предположениях, высказанных в ходе предварительного следствия представителем обвиняемого ФИО1 и потерпевшей ФИО2 в суде, показания которых, в указанной части опровергаются совокупностью доказательств, подтверждающих виновность ФИО3, в том числе показаниями свидетелей ФИО8, ФИО10, ФИО9, указавших, что водитель ФИО3 не имел помех технического характера, а предотвращение им ДТП состояло в необходимости выполнения требований ПДД РФ.

Иные доводы представителя подсудимого и его защитника, приведенные в обосновании версии о невиновности подсудимого, являются несостоятельными, поскольку не затрагивают суть обвинения, не соответствуют установленным судом фактическим обстоятельствам дела, и направлены на переоценку имеющихся в деле доказательств и обстоятельств, установленных судом.

Согласно п.1 ст.254 УПК РФ суд прекращает уголовное дело в судебном заседании, в случаях, если во время судебного разбирательства будут установлены обстоятельства, указанные в п.4 ч.1 ст.24 УПК РФ.

В силу п.4 ч.1 ст.24 УПК РФ уголовное дело не может быть возбуждено, а возбужденное уголовное дело подлежит прекращению в связи со смертью подозреваемого или обвиняемого за исключением случаев, когда производство по уголовному делу необходимо для реабилитации умершего.

В соответствии с Постановлением КС РФ от 14.07.2011 № 16-П, если при продолжении производства предварительного расследования будут установлены основания для принятия решения о реабилитации умершего, уголовное дело подлежит прекращению по реабилитирующим основаниям, если же нет - оно передается в суд для рассмотрения в общем порядке. В этом случае близкие родственники, настаивающие на продолжении производства по уголовному делу с целью возможной реабилитации умершего, либо их представитель подлежат в обязательном порядке вызову в судебное заседание, с тем чтобы они могли реализовать право на судебную защиту чести и доброго имени умершего, а также своих прав и законных интересов. При этом в рамках судебного разбирательства должны быть установлены обстоятельства происшедшего, дана их правовая оценка, а также выяснена действительная степень вины (или невиновность) лица в совершении инкриминируемого ему деяния. Рассмотрев уголовное дело по существу в обычном порядке (с учетом особенностей, обусловленных физическим отсутствием такого участника судебного разбирательства, как подсудимый), суд должен либо, придя к выводу о невиновности умершего лица, вынести оправдательный приговор, либо, не найдя оснований для его реабилитации, прекратить уголовное дело на основании п.4 ч.1 ст.24 и п.1 ст.254 УПК Российской Федерации.

Согласно свидетельству о смерти ФИО3 умер 21 апреля 2019 года, о чем сделана соответствующая актовая запись 

<

данные изъяты> (Том №1 л.д. 241).

31 августа 2020 года от ФИО1 поступило заявление, в котором она настаивает на реабилитации ФИО3, погибшего в результате ДТП, имевшего место 21 апреля 2019 года. На этом же она настаивает в судебном заседании, в связи с этим производство по уголовному делу в соответствии с законом было судом продолжено в общем порядке.

При таких обстоятельствах суд не находит оснований для вынесения в отношении ФИО3 оправдательного приговора или постановления о прекращении уголовного дела по реабилитирующему основанию, поскольку приведенные доказательства, положенные в основу обвинения в подтверждение вины ФИО3 в совершении преступления, которое ему вменяется, не дают оснований для его реабилитации.

И поскольку отсутствуют основания для реабилитации умершего ФИО3, суд прекращает уголовное дело в отношении ФИО3 на основании п.4 ч.1 ст. 24 УПК РФ и п.1 ст.254 УПК РФ.

Вещественными доказательствами следует распорядиться в соответствии со ст.81 УПК РФ.

На основании изложенного и руководствуясь п.4 ч.1 ст.24, п.1 ст.254 УПК РФ, суд

постановил:

производство по уголовному делу в отношении ФИО3, обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч.5 ст.264 УК РФ, прекратить в соответствии с п.4 ч.1 ст.24, п.1 ст.254 УПК РФ, в связи со смертью подсудимого.

Вещественное доказательство - автомобиль 

<

данные изъяты>, переданный на хранение потерпевшей ФИО2, после вступления постановления суда в законную силу передать ФИО2.

Постановление может быть обжаловано в Тульский областной суд через Заокский районный суд Тульской области в течение десяти суток с момента вынесения.

Председательствующий