УИД №

Гражданское дело №

Решение

 изготовлено в окончательной форме ДД.ММ.ГГГГ

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

<

адрес> ДД.ММ.ГГГГ

<

адрес>

Лысковский районный суд 

<

адрес> в составе председательствующего судьи А.Е. Фигина, с участием истца ФИО7, при секретаре судебного заседания Колумбаевой С.В., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО8 и ФИО7 к Администрации Лысковского муниципального округа, ФИО9 и ФИО10 о признании права собственности на 2/3 доли жилого дома в силу приобретательной давности, 

УСТАНОВИЛ:

Истцы, просил суд признать за ними право общей совместной собственности на 2/3 доли жилого дома, с кадастровым №, находящийся по адресу: 

<

адрес> в силу приобретательной давности.

В обоснование своих требований указывали, что им принадлежит 1/3 доля в праве общей совместной собственности жилого дома, которая была им подарена. Ранее дарителям данная доля принадлежала на основании мирового соглашения заключенного ДД.ММ.ГГГГ. между ними и СПК «Белозерский», которое было утверждено Лысковским районным судом ДД.ММ.ГГГГ. Кроме этого, истцы в иске указывали на то, что СПК «Белозерский»был ликвидирован ДД.ММ.ГГГГ. Так же с своем иске указывали, что оставшаяся часть в размере 2/3 долей на данный дом ни за кем не зарегистрированы. Более того истцы, указывали на то, что они производили оплату счетов за коммунальные услуги, осуществляли ремонт. Кроме этого истцы, в своём иске, указывали на то, что она открыто и не прерывно владеет, как своим собственным данным имуществом на протяжении более 18 лет. 

Истец ФИО8 в судебное заседание не явился извещен. В адрес суда направил заявление о рассмотрении дела в свое отсутствие. 

Истец ФИО7 в судебном заседании поддержала заявленные требования и просила их удовлетворить.

Представитель ответчика (Администрации Лысковского муниципального округа ) в судебное заседание не явился извещался.

Ответчик (ФИО9 и ФИО10) в судебное заседание не явился, извещены. В адрес суда направили заявление о рассмотрении дела в свое отсутсиве. 

Суд, изучив материалы дела и установив из представленных доказательств фактические обстоятельства, имеющие значение для рассматриваемого дела, допросив в качестве свидетелей: ФИО1 и ФИО2, которые показывали на то, что ФИО8 и ФИО7, ДД.ММ.ГГГГ. по настоящее время проживают в 

<

адрес> и осуществляют его ремонт и поддержание, а так же проводили в него газоснабжение. При этом свидетели показывали на то, что иных лиц, за исключением семьи Б-ных в данном доме они не видели. 

Приходит к следующим выводам. 

В соответствии с пунктом 3 статьи 218 Гражданского кодекса РФ (далее -ГК РФ) в случаях и в порядке, предусмотренных настоящим Кодексом, лицо может приобрести право собственности на имущество, не имеющее собственника, на имущество, собственник которого неизвестен, либо на имущество, от которого собственник отказался или на которое он утратил право собственности по иным основаниям, предусмотренным законом.

Согласно части 1 и 3 статьи 234 ГК РФ имущества, но добросовестно, открыто и непрерывно владеющее как своим собственным недвижимым имуществом в течение пятнадцати лет либо иным имуществом в течение пяти лет приобретает право собственности на это имущество (приобретательная давность). Лицо, ссылающееся на давность владения, может присоединить ко времени своего владения все время, в течение которого этим имуществом владел тот, чьим правопреемником это лицо является.

В соответствии с пунктом 4 статьи 234 ГК РФ течение срока приобретательной давности в отношении вещей, находящихся у лица, из владения которого они могли быть истребованы в соответствии со статьями 301 и 305 настоящего Кодекса, начинается со дня поступления вещи в открытое владение добросовестного приобретателя, а в случае, если было зарегистрировано право собственности добросовестного приобретателя недвижимой вещи, которой он владеет открыто, - не позднее момента государственной регистрации права собственности такого приобретателя. 

Согласно статье 225 ГК РФ бесхозяйной является вещь, которая не имеет собственника или собственник которой неизвестен либо, если иное не предусмотрено законами, от права собственности на которую собственник отказался. Если это не исключается правилами данного кодекса о приобретении права собственности на вещи, от которых собственник отказался (статья 226), о находке (статьи 227 и 228), о безнадзорных животных (статьи 230 и 231) и кладе (статья 233), право собственности на бесхозяйные движимые вещи может быть приобретено в силу приобретательной давности. Бесхозяйная недвижимая вещь, не признанная по решению суда поступившей в муниципальную собственность, может быть вновь принята во владение, пользование и распоряжение оставившим ее собственником либо приобретена в собственность в силу приобретательной давности.

В соответствии со статьей 236 ГК РФ гражданин или юридическое лицо может отказаться от права собственности на принадлежащее ему имущество, объявив об этом либо совершив другие действия, определенно свидетельствующие о его устранении от владения, пользования и распоряжения имуществом без намерения сохранить какие-либо права на это имущество.

Судом установлено, что следует договора дарения 1/3 доли в праве жилого дома от ДД.ММ.ГГГГ. заключенного ФИО4 ФИО6, ФИО5 (дарители) и ФИО8, ФИО7 (одаряемые) (

<

данные изъяты>). Согласно условиям которого дарители подарили принадлежащую им долю (1/3) в праве жилого дома находящегося по адресу: 

<

адрес>«А», а одаряемые приняли её в общую совместную собственность. При этом в данном договоре дарения указано, что доля принадлежит дарителям на основании Определения Лысковского районного суда об утверждении мирового соглашения от ДД.ММ.ГГГГ. 

Как следует из Определения Лысковского районного суда об утверждении мирового соглашения от ДД.ММ.ГГГГ. 

<

данные изъяты>), суд утвердил мировое соглашение между ФИО4 ФИО6, ФИО5 и ФИО3 и СПК колхоз «Белозерский», по условиям которого за ФИО4, ФИО6, ФИО5 было признано право собственности на 1/3 долю в жилом доме находящегося по адресу: 

<

адрес>«А». А так же было прекращено производство по иску СПК колхоз «Белозерский» к ФИО4, ФИО6, ФИО5 и ФИО3 о выселении, а так же по встречным требованиям ФИО4 о признании за ним права собственности на часть жилого 

<

адрес>А по 

<

адрес>.

Кроме этого, судом установлено и не отрицается сторонами, что следует из выписки из ЕГРН от ДД.ММ.ГГГГ. за № КУВИ-№, зарегистрированными собственниками на жилой дом, с кадастровым №, общей площадью 170,3 кв.м., 1990г. постройки, с кадастровой стоимостью 3327578,55 руб. находящейся по адресу: 

<

адрес>, к. а, являются: ФИО8 и ФИО7, в 1/3 доли в праве общей совместной собственности, с ДД.ММ.ГГГГ. 

<

данные изъяты>

Так же судом установлено, что регистрации по месту жительства истцов с ДД.ММ.ГГГГ фактически проживают в доме находящейся по адресу: находящегося по адресу: 

<

адрес>«А» (

<

данные изъяты>).

Судом установлено, и не отрицается сторонами, что истцы с ДД.ММ.ГГГГ. по настоящее время находятся в зарегистрированном браке 

<

данные изъяты>), и у них отсутствует брачный договор, а следовательно на приобретенное ими имущество распространяется положение ст. 34 Семейного кодекса РФ, о совместной собственности супругов.

Кроме этого, судом установлено и не отрицается сторонами, что истец ФИО7 производила в ДД.ММ.ГГГГ. произвела газоснабжение жилого дома по адресу 

<

адрес> и начала производить оплату за пользование газом (

<

данные изъяты>). А истец ФИО8 ДД.ММ.ГГГГ. заключил с электроснабжающей компанией договор на поставку электроэнергии в жилой дом находящегося по адресу: 

<

адрес>«А» 

<

данные изъяты>).

Более того судом установлено, что ФИО8 производил страхования дома находящегося по адресу: 

<

адрес>«А», за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ. (

<

данные изъяты>).

Согласно выписки из ЕГРЮЛ от 20.06.2025г. № ЮЭ№ СПК (колхоз) «Белозерский» ДД.ММ.ГГГГ. был ликвидирован как юридическое лицо 

<

данные изъяты>).

Положения статьи 35 (часть 3) Конституции РФ, адресованные прежде всего собственникам, во всяком случае не могут толковаться как отрицающие конституционные гарантии других имущественных прав граждан и умаляющие в какой-либо мере их возможности такой защиты. На этом основано и действующее гражданско-правовое регулирование: согласно Гражданскому кодексу Российской Федерации, в частности, право пожизненного наследуемого владения, которое в рамках прежнего законодательства выступало функциональным аналогом отсутствовавшего права частной собственности на землю и в отношении которого действует конституционный механизм защиты от произвольного умаления или ограничения, что предполагает предоставление государственных гарантий лицам, имеющим на законных основаниях не подлежащие изъятию в соответствии с федеральным законом земельные участки (Постановление Конституционного Суда РФ от 13.12.2001г. N 16-П), подлежит защите по правилам о защите права собственности (статьи 216, 279, 304 и 305).

Под действие указанных конституционных гарантий подпадают и имущественные интересы давностного владельца, поскольку только наличие подобных гарантий может обеспечить выполнение конституционно значимой цели института приобретательной давности, которой является возвращение имущества в гражданский оборот, включая его надлежащее содержание, безопасное состояние, уплату налогов и т.п. (Определение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда РФ от 20.03.2018г. N 5-КГ18-3). При этом Конституционный Суд РФ неоднократно указывал, что поддержание правовой определенности и стабильности, предсказуемости и надежности гражданского оборота, эффективной судебной защиты прав и законных интересов его участников является конституционной гарантией (Постановления Конституционного Суда РФ от 21.04.2003г. N 6-П, от 16.11.2018г. N 43-П).

Исходя из фундаментальных принципов юридического равенства и справедливости, верховенства и высшей юридической силы Конституции РФ в российской правовой системе (статьи 15 и 19 Конституции РФ) и вытекающего из них критерия правовой определённости, законоположения, регулирующие отношения собственности и, в частности, имущественные отношения по поводу возникновения права собственности в силу приобретательной давности, должны отвечать требованиям ясности, точности и непротиворечивости, а механизм их действия должен быть предсказуем и понятен субъектам правоотношений, поскольку конституционная законность, равенство всех перед законом и судом и равноправие могут быть обеспечены лишь при условии единообразного понимания и применения правовой нормы всеми правоприменителями.

В соответствии со статьей 75.1 Конституции РФ в Российской Федерации создаются условия для устойчивого экономического роста страны и повышения благосостояния граждан, для взаимного доверия государства и общества. Правовая определенность закона является одним из необходимых условий стабильности и предсказуемости в сфере гражданского оборота, надлежащего уровня взаимного доверия между его участниками. Вместе с тем требование определенности правового регулирования, обязывающее законодателя формулировать правовые предписания с достаточной степенью точности, позволяющей гражданину (объединению граждан) сообразовывать с ними свое поведение, не исключает использования оценочных или общепринятых понятий, значение которых должно быть доступно для восприятия и уяснения субъектами соответствующих правоотношений либо непосредственно из содержания конкретного нормативного положения или из системы взаимосвязанных положений, рассчитанных на применение к неограниченному числу конкретных правовых ситуаций, либо посредством выявления более сложной взаимосвязи правовых предписаний, в частности с помощью даваемых судами разъяснений. Судебная же власть, действующая на основе принципов самостоятельности, справедливого, независимого, объективного и беспристрастного правосудия (статьи 10, 118 и 120 Конституции РФ), по своей природе предназначена для решения споров на основе законоположений, в которых законодатель использует в рамках конституционных предписаний оценочные понятия (Постановления Конституционного Суда РФ от 14.04.2008г. N 7-П, от 05.03.2013г. N 5-П, от 31.03.2015г. N 6-П, от 04.06.2015г. N 13-П; Определение Конституционного Суда РФ от 02.04.2009г. N 484-О-П).

В Постановления Пленума Верховного Суда РФ N 10 и Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ N 22 от 29.04.2010г. "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав" указано, что давностное владение является добросовестным, если лицо, получая владение, не знало и не должно было знать об отсутствии основания возникновения у него права собственности (абзац 3 пункта 15).

Принцип добросовестности означает, что при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно (пункт 3 статьи 1 ГК РФ). Этот принцип относится к основным началам гражданского законодательства, а положения Гражданского кодекса РФ, законов и иных актов, содержащих нормы гражданского права, подлежат истолкованию в системной взаимосвязи с его основными началами, закрепленными в статье 1 ГК РФ (пункт 1 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015г. N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации").

В частности, в соответствии со статьей 302 ГК РФ добросовестным является приобретатель, который приобрел имущество у лица, не имевшего права его отчуждать, о чем приобретатель не знал и не мог знать. В отличие от названной статьи Гражданского кодекса РФ в статье 234 ГК РФ не раскрываются критерии добросовестности применительно к приобретению права собственности по давности владения.

Различие двух правовых институтов, предполагающих учет критерия добросовестности, - приобретения права собственности по давности владения и защиты добросовестного приобретателя от предъявленного к нему виндикационного иска - обусловлено прежде всего различными функциями виндикационного иска, служащего для защиты права собственности (иного вещного права), и института приобретательной давности, который направлен на защиту не только частных интересов собственника и владельца имущества, но и публично-правовых интересов, как то: достижение правовой определенности, возвращение имущества в гражданский оборот, реализация фискальных целей. В области вещных прав, в том числе в части института приобретательной давности, правопорядок особенно нуждается в правовой определенности и стабильности, что имеет особую важность как для частноправовых, так и для публичных целей.

Статья 302 ГК РФ направлена на разрешение спора собственника и добросовестного приобретателя и при определенных обстоятельствах разрешает этот спор в пользу последнего, который в силу добросовестности приобретения в таком случае становится собственником спорной вещи. В случае же с приобретательной давностью добросовестность владельца выступает лишь в качестве одного из условий, необходимых прежде всего для возвращения вещи в гражданский оборот, преодоления неопределенности ее принадлежности в силу владения вещью на протяжении длительного срока (определения Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда РФ от 28.07.2015г. N 41-КГ15-16, от 20.03.2018г. N 5-КГ18-3, от 15.05.2018г. N 117-КГ18-25 и от 17.09.2019г. N 78-КГ19-29). Для приобретательной давности правообразующее значение имеет прежде всего не отдельное событие, состоявшееся однажды (как завладение вещью), а добросовестное длительное открытое владение, когда владелец вещи ведет себя как собственник, при отсутствии возражений со стороны других лиц. В этом случае утративший владение вещью собственник, в отличие от виндикационных споров, как правило, не занимает активную позицию в споре о праве на вещь. При таких условиях определение добросовестности приобретателя в сделке, влекущей мгновенное приобретение права собственности, и добросовестности давностного владельца, влекущей возникновение права собственности лишь по истечении значительного давностного срока, должно предполагаться различным.

Разъяснение содержания понятия добросовестности в контексте статьи 234 ГК РФ дано в пункте 15 Постановления Пленума Верховного Суда РФ и Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав", согласно которому судам рекомендовано при разрешении споров, связанных с возникновением права собственности в силу приобретательной давности, учитывать, что давностное владение является добросовестным, если лицо, получая владение, не знало и не должно было знать об отсутствии основания у него права собственности. С учетом пункта 18 того же Постановления, посвященного пункту 4 статьи 234 ГК РФ в прежней редакции, приведенное понимание добросовестности не препятствовало при определенных обстоятельствах приобретению по давности владения имущества и тем лицом, которое могло знать об отсутствии у него оснований приобретения права собственности по сделке. Таким образом, изложенный в пункте 15 названного Постановления Пленума Верховного Суда РФ и Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ критерий добросовестности отражает сложность добросовестности как оценочного понятия, допускающего ее различные проявления применительно к различным категориям дел.

Различие критериев добросовестности применительно к правовым ситуациям приобретения имущества добросовестным приобретателем (статья 302 ГК РФ) и давностного владения (статья 234 ГК РФ) обусловлено их разными целями, что требует от судов изучения фактических обстоятельств каждого конкретного дела, а это в свою очередь требует дифференцированного подхода при определении критериев добросовестности.

Так, практика Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда РФ не исключает приобретения права собственности в силу приобретательной давности и в тех случаях, когда давностный владелец должен был быть осведомлен об отсутствии оснований возникновения у него права собственности (Определения от 27.01.2015г. N 127-КГ14-9, от 20.03.2018г. N 5-КГ18-3, от 17.09.2019г. N 78-КГ19-29, от 22.10.2019г. N 4-КГ19-55, от 02.06.2020г. N 4-КГ20-16).

В приведенных определениях применительно к конкретным обстоятельствам соответствующих дел указано, что добросовестность предполагает, что вступление во владение не было противоправным, совершено внешне правомерными действиями. Добросовестное заблуждение давностного владельца о наличии у него права собственности на данное имущество положениями статьи 234 ГК РФ не предусмотрено в качестве обязательного условия для возникновения права собственности в силу приобретательной давности. Напротив, столь длительное владение вещью, право на которую отсутствует, предполагает, что давностный владелец способен знать об отсутствии у него такого права, особенно в отношении недвижимого имущества, возникновение права на которое, по общему правилу, требует формального основания и регистрации в публичном реестре; требование о добросовестном заблуждении в течение всего срока владения без какого-либо разумного объяснения препятствует возвращению вещи в гражданский оборот и лишает лицо, открыто и добросовестно владеющее чужой вещью как своей, заботящееся об этом имуществе и несущее расходы на его содержание, не нарушая при этом ничьих прав, права легализовать такое владение, оформив право собственности на основании данной нормы.

Таким образом, складывающаяся в последнее время практика применения положений о приобретательной давности свидетельствует, что для признания владельца добросовестным при определенных обстоятельствах не требуется, чтобы он имел основания полагать себя собственником имущества. Добросовестность может быть признана судами и при наличии оснований для понимания владельцем отсутствия у него оснований приобретения права собственности.

Следовательно, при толковании таких общих норм гражданского права, рассчитанных на правовые ситуации и отношения с различными субъектами права, необходимо учитывать конституционно-правовой контекст, и прежде всего концепцию верховенства права, являющуюся основой принципа правового государства (статья 1, часть 1, Конституции РФ) и предполагающую реализацию принципов приоритета права, равенство перед законом, правовую определенность и юридическую безопасность.

Развитие подходов в практике Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда РФ в отношении критериев добросовестности владельца по давности подкрепляется судами ссылками на правовую позицию Конституционного Суда РФ, сформулированную в Постановлении от 22.06.2017г. N 16-П, в котором проводится различие между неперсонифицированным интересом публично-правового образования и интересом конкретного гражданина.

В рамках института приобретательной давности защищаемый законом баланс интересов определяется, в частности, и с учетом возможной утраты собственником имущества (в том числе публичным) интереса в сохранении своего права. Так, судами отмечается, что для приобретения права собственности в силу приобретательной давности не является обязательным, чтобы собственник, в отличие от положений статьи 236 ГК РФ, совершил активные действия, свидетельствующие об отказе от собственности, или объявил об этом. Достаточным является то, что титульный собственник в течение длительного времени устранился от владения вещью, не проявляет к ней интереса, не исполняет обязанностей по ее содержанию, вследствие чего вещь является фактически брошенной собственником (Определение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда РФ от 22.10.2019г. N 4-КГ19-55).

Таким образом, понимание добросовестности давностного владения, подразумевающее, что лицо при получении владения должно полагать себя собственником имущества, лишает лицо, длительное время владеющее имуществом как своим, заботящееся об этом имуществе, несущее расходы на его содержание и не нарушающее при этом прав иных лиц, возможности легализовать такое владение, вступает в противоречие с целями, заложенными в статье 234 ГК РФ.

Кроме того, с учетом необходимости возвращения имущества в гражданский оборот нельзя не принять во внимание практически неизбежный при давностном владении пропуск собственником имущества для истребования вещи у давностного владельца срока исковой давности, который, как отмечал Конституционный Суд РФ, имеет целью упорядочить гражданский оборот, создать определенность и устойчивость правовых связей, дисциплинировать их участников, обеспечить своевременную защиту прав и интересов субъектов гражданских правоотношений, поскольку отсутствие разумных временных ограничений для принудительной защиты нарушенных гражданских прав приводило бы к ущемлению охраняемых законом прав и интересов ответчиков и третьих лиц; а применение судом по заявлению стороны в споре исковой давности защищает участников гражданского оборота от необоснованных притязаний и одновременно побуждает их своевременно заботиться об осуществлении и защите своих прав (Постановление от 15.02.2016г. N 3-П).

Не может с учетом сказанного опровергать добросовестность давностного владельца и сама по себе презумпция государственной собственности на землю (пункт 2 статьи 214 ГК РФ), поскольку ограничение для приобретения земельных участков, находящихся в государственной (муниципальной) собственности, по давности владения ставит частных лиц в заведомо невыгодное положение по отношению к публично-правовым образованиям, что нарушает принцип равенства субъектов гражданского права (пункт 1 статьи 2 и пункт 4 статьи 212 ГК РФ) и вступает в противоречие со статьями 8 (часть 2) и 19 (часть 1) Конституции РФ.

В частности, в определении Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда РФ от 17.09.2019г. N 78-КГ19-29 указано, что не является давностным владение, которое осуществляется по договору с собственником или иным управомоченным на то лицом, не предполагающее переход титула собственника. В этом случае владение вещью осуществляется не как своей собственной, не вместо собственника, а наряду с собственником, не отказавшимся от своего права на вещь и не утратившим к ней интереса, передавшим ее непосредственно или опосредованно во владение, как правило - временное, данному лицу.

Следовательно, согласно данному разъяснению у лица, получившего владение вещью по договору, критерий владения "как своим" отсутствует лишь в тех случаях, когда этим лицом осуществляется в соответствии с договором временное производное владение, и указанная заявителем неопределенность в этом аспекте отсутствует.

Таким образом, пункт 1 статьи 234 ГК Российской Федерации - с учетом необходимости гармонизации норм гражданского и земельного законодательства, а также конституционно-правового контекста - применительно к решению вопроса о добросовестности владения лицом вещью, переданным ему прежним владельцем по сделке с намерением передать свои права владельца на недвижимое имущество, не повлекшей соответствующих правовых последствий, как об условии приобретения права собственности по давности владения не противоречит Конституции РФ, поскольку по своему конституционно-правовому смыслу он во всяком случае не предполагает, что совершение такой сделки (в которой выражена воля правообладателя на его отчуждение и которая была предпосылкой для возникновения владения, а в течение владения собственник земельного участка не проявлял намерения осуществлять власть над вещью) само по себе может быть основанием для признания давностного владения недобросовестным и препятствием для приобретения права собственности на вещь в силу приобретательной давности. Данный вывод нашёл своё подтверждение в Постановление Конституционного Суда РФ от 26.11.2020г. N 48-П.

При этом суд учитывает, что осведомленность истов о наличии титульного собственника ДД.ММ.ГГГГ.) не означает недобросовестности давностного владения.

В связи, с чем суд приходит к выводу о том, что истцы совместно владеют спорным имуществом жилым домом, находящегося по адресу: 

<

адрес> более 15 лет, и владение имуществом как своим собственным является открытым, добросовестным и непрерывным. При этом суд учитывает, что добросовестность владения истцов подтверждена тем, что за период владения спорным имуществом иные лица не заявили о правах на спорное имущество, действия истцов направлены на возвращение вещи в гражданский оборот и легализацию такого владения. А, следовательно суд находит правовые основания для удовлетворения требований истцов о признании за ним права собственности на 2/3 доли в праве общей совместной собственности на данное имущество в силу приобретательной давности.

На основании изложенного и руководствуясь положением ст.ст. 218, 234 ГК РФ, а так же ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л :

Удовлетворить исковые требования ФИО8 и ФИО7 к Администрации Лысковского муниципального округа, ФИО9 и ФИО10 о признании права собственности на 2/3 доли жилого дома в силу приобретательной давности в силу приобретательной давности.

Признать за ФИО8, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженца 

<

адрес> (

<

данные изъяты>) и за ФИО7, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженки 

<

адрес> (

<

данные изъяты>) право общей совместной собственности на 2/3 доли жилого дома, с кадастровым №, находящийся по адресу: 

<

адрес> в силу приобретательной давности.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме в Нижегородский областной суд через Лысковский районный суд Нижегородской области.

Судья А.Е. Фигин