АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

19 декабря 2025 года г. Казань

Верховный Суд Республики Татарстан в составе:

председательствующего Макарова М.Г.,

при секретаре судебного заседания Гайнемовой Р.Р.,

с участием прокурора Шакирова А.М.,

осужденного ФИО1 посредством видео-конференц-связи,

адвокатов Цеона С.А. и Божедомовой А.В.,

рассмотрел в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционным жалобам потерпевших ФИО2, ФИО3, ФИО4, адвокатов Цеона С.А., Божедомовой А.В., Рашитова И.И., Гатаулина Э.А., Губарева Н.В. в интересах осужденного ФИО1 на приговор Вахитовского районного суда г. Казани от 19 августа 2025 года, которым

ФИО1, 

<

данные изъяты> года рождения, ранее не судимый,

осужден по п. «б» ч.2 ст.264 УК РФ к лишению свободы на 5 лет с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, сроком 2 года 10 месяцев.

Срок отбывания наказания исчислен со дня вступления приговора в законную силу. В соответствии с п. «б» ч.3.1 ст.72 УК РФ время содержания ФИО1 под стражей в период с 8 апреля 2021 года по 28 апреля 2022 года зачтено в срок назначенного ему наказания из расчета один день содержания под стражей за полтора дня отбывания наказания в исправительной колонии общего режима, а время нахождения его под домашним арестом в период с 29 апреля по 22 июля 2022 года зачтено в срок назначенного ему наказания из расчета два дня нахождения под домашним арестом за один день лишения свободы.

Мера пресечения в отношении ФИО1 в виде запрета определенных действий до вступления приговора в законную силу изменена на заключение под стражу, он взят под стражу в зале суда.

Решен вопрос о вещественных доказательствах.

С ФИО1 взыскано в пользу потерпевших ФИО59 по 500 000 рублей каждому в счет компенсации морального вреда, причиненного преступлением.

Гражданские иски ФИО60 о возмещении расходов по медицинскому обследованию, лечению (включая санаторно?курортное), приобретению лекарственных препаратов, иных расходов имущественного характера, а также по оплате услуг представителя оставлены без рассмотрения. Разъяснено право обращения в суд с требованиями о возмещении соответствующих расходов в порядке гражданского судопроизводства и взыскании процессуальных издержек по гл. 47 УПК РФ.

Рассмотрены также апелляционные жалобы адвокатов Цеона С.А. и Губарева Н.В. на частное постановление Вахитовского районного суда г. Казани от 19 августа 2025 года, которым обращено внимание президентов Палаты адвокатов Республики Татарстан, Палаты адвокатов г. Москвы, а также руководителей Управлений Министерства юстиции РФ и Республики Татарстан на допущенные адвокатами Цеоном С.А. и Губаревым Н.В. нарушения требований Федерального закона от 31 мая 2002 г. № 63?ФЗ «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации» и Кодекса профессиональной этики адвоката.

Заслушав выступления осужденного и адвокатов, поддержавших свои апелляционные жалобы и просивших апелляционные жалобы потерпевших оставить без удовлетворения, мнение прокурора, полагавшего приговор подлежащим оставлению без изменения, суд апелляционной инстанции

установил:

по приговору суда ФИО1 признан виновным в нарушении Правил дорожного движения при управлении автомобилем «Hyundai TG 2.7 GLS AT», госномер ...., повлекшем по неосторожности причинение тяжкого вреда здоровью ФИО61 и сопряженном с оставлением места его совершения.

Преступление совершено 6 апреля 2021 года в г. Казани.

Вину в совершении преступления ФИО1 признал частично.

В апелляционных жалобах потерпевшие ФИО62 просят изменить приговор и удовлетворить в полном объеме их исковые требования. Они ссылаются на несправедливость и несоразмерность размера присужденной судом первой инстанции компенсации морального вреда в сумме 500 000 рублей понесенным ими в результате преступления физических и нравственных страданий, указывая на получение в юном возрасте тяжкого вреда здоровью с необратимыми последствиями, что разрушило осуществление их жизненных планов, установление ФИО63 и ФИО64 инвалидности, перенесение многократных операций и прохождение длительной реабилитации, которые навсегда повлияли на их жизнь, обезображивание внешности ФИО65, возникновение трудностей с учебой и карьерой и социальную изоляцию. В связи с этим потерпевшие настаивают на увеличении суммы компенсации морального вреда, подчеркивая, что она не отвечает принципам разумности.

В апелляционной жалобе и дополнениях к ней адвокаты Цеона С.А. и Божедомова А.В. просят либо отменить приговор и направить дело на новое рассмотрение, либо изменить приговор, переквалифицировав действия ФИО1 с п. «б» ч.2 ст.264 УК РФ на ч.1 ст.264 УК РФ, и назначить ему наказание с применением ст.73 УК РФ, а также уменьшить размер взысканной с ФИО1 в пользу каждого из потерпевших компенсации морального вреда до 200 000 рублей.

Оспаривают вывод суда о том, что ФИО1 оставил место ДТП, указывая на отсутствие доказательств и ссылаясь на противоречивые выводы суда первой инстанции, основанные на одних и тех же видеозаписях. Отмечают, что действия ФИО1 сразу после ДТП были направлены на вызов скорой помощи, полиции и оказание помощи пострадавшим, а не на сокрытие с места происшествия. Заявляют, что ФИО1 с самого начала и до окончания оформления ДТП находился на месте происшествия, что подтверждается заключением служебной проверки и исследованной в ходе судебного следствия видеозаписью. Помимо этого, обращают внимание на отсутствие в приговоре показаний ФИО1 и его отца в части их пояснений относительно данной видеозаписи.

Защитники подчеркивают, что показания свидетеля ФИО66 о том, что к нему подошел незнакомый мужчина, являются недостоверными, расцениваются как умышленный оговор ФИО1 в отместку за дисциплинарное взыскание, полученное ФИО67 из-за ФИО1, и свидетельствуют о том, что ФИО5 знал ФИО1 и узнал его сразу. Сотрудники ГИБДД ФИО68 и ФИО69 обнаружили в автомобиле «Хендай» форму с нагрудным знаком, что сразу указывало на причастность к ДТП сотрудника ведомства. Однако они скрыли этот факт от руководства и не указывали ФИО1 в документах, а также не пытались с ним связаться, хотя быстро установили, что он является владельцем транспортного средства. Это подтверждает версию ФИО1, что его не разыскивали, так как он изначально находился на месте ДТП и был известен прибывшим сотрудникам, работавшим с ним в одном батальоне.

Указывают, что суд первой инстанции не установил точное время окончания оформления ДТП сотрудниками ГИБДД, из-за чего выводы суда о том, что ФИО1 покинул место происшествия до прибытия сотрудников полиции и до установления всех обстоятельств, не подтверждаются доказательствами, что привело к ошибочной квалификации действий ФИО1 по п. «б» ч.2 ст.264 УК РФ. Отмечают, что в приговоре не приведены исследованные стороной защиты в ходе судебного следствия доказательства и судом не дана им правовая оценка, а также в основу приговора судом положены неисследованные в судебном заседании фотография (том №5, л.д.27-28) и видеозапись (том №9, л.д.125).

Кроме того, апеллянты акцентируют внимание на несправедливость назначенного ФИО1 наказания и необоснованное непризнание судом в качестве смягчающих обстоятельств активного способствования раскрытию и расследованию преступления и оказания потерпевшим помощи путем обращения к прохожим с просьбой вызвать скорую помощь. В обоснование своих доводов указывают, что ФИО1 сообщил правоохранительным органам свое местонахождение и причастность к ДТП, а также добровольно участвовал в следственных действиях, предоставляя документы. Считают, что ввиду частичного возмещения ущерба наказание ФИО1 должно быть назначено с применением ч.1 ст.62 УК РФ. Ссылаются на положительно характеризующие личность ФИО1 сведения, его семейное положение, наличие постоянного места жительства и работы, нахождение на иждивении двоих малолетних детей. По мнению защиты, пребывание в местах лишения свободы негативно повлияет на ФИО1 и условия жизни его семьи, а установленные судом смягчающие обстоятельства в совокупности с данными о его личности могли быть достаточными для назначения наказания с применением ст.73 УК РФ.

Также адвокаты считают, что размер компенсации морального вреда каждому из потерпевших судом определен без учета степени тяжести полученных ими травм и их последствий, возраста, а также их противоправного поведения, выразившегося в не пристегивании ремнями безопасности, что свидетельствует о необоснованном завышении размера присужденной потерпевшим компенсации морального вреда.

В апелляционной жалобе адвокат Рашитов И.И. просит отменить приговор и направить дело на новое рассмотрение, указывая об отсутствии доказательств виновности ФИО1 в совершении преступления, за которое он осужден.

В апелляционной жалобе адвокат Гатаулин Э.А. просит отменить приговор, приводя те же доводы, что и его коллеги – адвокаты Цеона С.А. и Божедомова А.В.

В апелляционной жалобе адвокат Губарев Н.В. просит изменить приговор и назначить ФИО1 наказание с применением ст.73 УК РФ. В обоснование своей позиции указывает о неполном учете судом первой инстанции установленных смягчающих обстоятельств, которые, по его мнению, свидетельствуют о возможности исправления ФИО1 без изоляции от общества, полагая, что он не представляет опасности и нуждается в снисхождении.

В возражениях государственный обвинитель просит апелляционные жалобы адвокатов отклонить и оставить приговор без изменения, ссылаясь на достаточность доказательств вины, правильность квалификации и справедливость назначения наказания.

В апелляционных жалобах на частное постановление адвокаты Цеона С.А. и Губарев Н.В. просят отменить это судебное решение, признав их действия соответствующими нормам Федерального закона об адвокатуре и Кодекса профессиональной этики адвоката. Они указывают, что нормы закона об адвокатуре ими не были нарушены, а их неявки были обоснованы участием в других процессах, болезнями, следственными действиями, согласием подзащитного на замену. Также адвокаты считают, что доводы суда об их неявках без уважительной причины и систематическом затягивании рассмотрения дела не соответствуют действительности и опровергаются протоколами судебных заседаний.

Изучив материалы уголовного дела, доводы апелляционных жалоб и возражений на них, суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.

Суд первой инстанции, в соответствии со ст.307 УПК РФ, в приговоре подробно изложил описание преступного деяния, признанного доказанным, с указанием места, времени, способа его совершения, формы вины, целей и последствий преступления, привел доказательства, на которых основаны выводы суда, и мотивировал выводы по вопросам квалификации преступления и назначения наказаний.

Выводы суда о виновности ФИО1 в совершении преступления, за которое он осужден, соответствуют фактическим обстоятельствам уголовного дела и подтверждаются совокупностью исследованных в судебном заседании доказательств, подробно приведенных и проанализированных в приговоре.

В судебном заседании ФИО1 частично признал вину, но отрицал, что покидал место ДТП и был пьян. Пояснил, что незадолго до ДТП употребил с ФИО70 настойку, уснул, а проснувшись, вместе с ФИО71 направился к ФИО72, откуда они на его автомобиле поехали в ночное заведение. На перекрестке ул. 

<

адрес>, двигаясь со скоростью до 70 км/ч, он проехал на запрещающий сигнал светофора и столкнулся с автомобилем «Митсубиси Лансер». После ДТП, будучи дезориентированным и испытывая боль, он пытался помочь пострадавшим путем остановки других автомобилей, однако сделать это ему не удалось из-за ограждения. Обегая мимо ограждения, преграждавшего выход на дорогу, он встретил мужчину и крикнул ему, чтобы тот вызвал скорую помощь. После этого он остановил другой автомобиль, сообщив о необходимости помощи. Когда шум в ушах стих, он позвонил знакомому ФИО73 и сообщил, что попал в ДТП. Во время прибытия экстренных служб он находился неподалеку от места ДТП, сообщил отцу о произошедшем, впоследствии подошел к инспекторам ДПС, место аварии не покидал, что подтверждается видеозаписью из социальных сетей. Сообщил, что протокол осмотра ДТП составлен неверно и без понятых, медицинское освидетельствование на месте пройти ему не предлагали, однако в протоколе необоснованно отражено, что он отказался. По указанию его руководителей он был доставлен в больницу и вынужден был заявить, будто травмы получил при падении, полагая, что руководство стремилось скрыть причастность сотрудников ГИБДД к ДТП. После освидетельствования с применением алкотектора, с результатами которого он не согласился, независимая экспертиза зафиксировала отсутствие алкоголя. В отделение ГИБДД его принуждали к ложным показаниям и подписанию протоколов в отсутствие адвоката, применяя физическую силу. Он извинился перед потерпевшими и возместил им 275 000 рублей, но оспаривал гражданские иски. Указал, что в его действиях усматривается состав преступления, предусмотренного ч.1 ст.264 УК РФ, и на видеозаписи с места аварии опознает себя как лицо, не покидавшее место происшествия.

Вместе с тем представленные обвинением доказательства подтверждают вину осужденного в совершении преступления, за которое он осужден.

Как следует из показаний ФИО1, данных им на предварительном следствии в качестве обвиняемого 13 мая 2021 года и оглашенных в суде по ходатайству государственного обвинителя в связи с наличием существенных противоречий, он в день происшествия употребил алкоголь, управлял автомобилем «Хендай», проехал перекресток ул. 

<

адрес> на запрещающий сигнал светофора и совершил столкновение с автомобилем «Митсубиси Лансер». После аварии он покинул место происшествия, находился в районе ул. 

<

адрес>, а спустя 50 минут, по совету отца и знакомого ФИО74, вернулся к месту ДТП, но сотрудники ГИБДД, включая ФИО75, попросили его уйти.

Также по ходатайству государственного обвинителя при наличии существенных противоречий в суде были оглашены показания ФИО1 в качестве обвиняемого от 20 сентября 2021 года, из которых следует, что он полностью признал свою вину по предъявленному обвинению и уточнил, что с расстояния около 100 метров от места происшествия наблюдал за действиями экстренных служб и вернулся на место ДТП через 30-40 минут после уезда средств массовой информации. Сообщил, что находился в трезвом состоянии.

После оглашения указанных показаний осужденный их не подтвердил, заявив об оказании на него давления и несогласии с предъявленной квалификацией, и настоял на своих показаниях, данных в судебном заседании.

Доводы ФИО1 о самооговоре суд апелляционной инстанции признает несостоятельными, поскольку осужденный не заявлял о фактах давления в ходе предварительного следствия, не обращался с соответствующими жалобами в правоохранительные органы и не инициировал процессуальную проверку по данному поводу, выдвинув указанную версию лишь в судебном заседании.

Из материалов дела усматривается, что допросы ФИО1 на досудебной стадии проведены с участием защитника по соглашению, в строгом соответствии с требованиями закона, после надлежащего разъяснения прав, предусмотренных ст.51 Конституции РФ и ст.47 УПК РФ. Замечания на содержание протоколов допросов от участников следственных действий не поступали.

Таким образом, нарушений требований уголовно?процессуального закона при проведении данных следственных действий не установлено.

С учетом изложенного оглашенные в судебном заседании в установленном законом порядке показания ФИО1, данные им на предварительном следствии в качестве обвиняемого 13 мая и 20 сентября 2021 года, в той части, в которой они не противоречат совокупности других исследованных доказательств и установленным фактическим обстоятельствам, обоснованно признаны судом достоверными и положены в основу обжалуемого приговора.

Потерпевший ФИО76 в судебном заседании сообщил, что автомобиль «Митсубиси Лансер», госномер ...., принадлежит ему, в день происшествия он катался с друзьями ФИО77 За рулем автомобиля находился ФИО78, а он сам сидел на переднем сиденье. Все участники были трезвы. Обстоятельств ДТП он не помнит, в результате аварии получил тяжелые травмы головы и внутренних органов, что привело к сильным головным болям и нарушениям памяти. По ОСАГО получил страховое возмещение, а ФИО1 дополнительно выплатил ему 10 000-15 000 рублей. Гражданский иск поддержал в полном объеме.

Допрошенный в судебном заседании потерпевший ФИО79 подтвердил, что вместе с ФИО80 катался на автомобиле «Митсубиси Лансер», за рулем которого находился ФИО81 Все были трезвы, ремнями безопасности не пристегивались. После аварии был госпитализирован в больницу. В результате ДТП ему удалили селезенку, у него повреждена печень, сломаны копчик и нога, имелись множественные внутренние кровоизлияния. Проходил длительное лечение и реабилитацию, ему установлена 2 группа инвалидности. От ФИО1 получил денежное возмещение в размере 40 000-50 000 рублей. Гражданский иск поддержал в полном объеме.

Потерпевший ФИО82 в судебном заседании сообщил, что в день происшествия его брат ФИО83 и друзья ФИО84 поехали на автомобиле «Митсубиси Лансер», принадлежащем ФИО85, за рулем которого находился ФИО86 Все были трезвы и не пристегнуты ремнями безопасности. Момент ДТП он не помнит. В результате столкновения он получил тяжелейшие травмы в виде множественных переломов ребер, тазовых и бедренных костей, носа, а также раны лица и шок 3 степени. Позже ему стало известно, что столкновение произошло по вине водителя автомобиля «Хендай» ФИО1, который проехал на запрещающий сигнал светофора. Получил страховое возмещение по ОСАГО, а также часть из 300 000 рублей, выплаченных ФИО1 всем потерпевшим. После ДТП у него остался шрам на лице, появились бессонница и ограничения в занятиях спортом. Гражданский иск поддержал в полном объеме.

Допрошенный в судебном заседании потерпевший ФИО87 дал такие же по содержанию показания, что и его брат ФИО88 Сообщил, что после ДТП был госпитализирован в больницу. Позже он узнал, что их автомобиль столкнулся с автомобилем «Хендай», водитель которого проехал на красный свет и скрылся с места происшествия. По ОСАГО получил страховое возмещение и дополнительно ФИО1 выплатил ему около 30 000 рублей в счет компенсации морального вреда. В результате ДТП у него ухудшилась память, болят спина, рука, нога, при этом нога укорочена на 4,5 см. Гражданский иск поддержал в полном объеме.

Свидетель ФИО89, давая показания в судебном заседании, пояснил, что не помнит обстоятельств ДТП, но уверен, что не превышал скоростной режим. После аварии был госпитализирован в больницу с травмами в виде переломов ребер, ушибов легких и почек. От родственников ему стало известно, что их автомобиль столкнулся с автомобилем «Хендай», водитель которого, ФИО1, проехал на красный свет.

Свидетель ФИО90, являвшийся старшим инспектором ДПС и сослуживцем ФИО1, показал суду, что ночью 7 апреля 2021 года ФИО1 сообщил ему, что попал в ДТП на ул. 

<

адрес>, куда он впоследствии прибыл и увидел автомобили «Митсубиси Лансер» и «Хендай», скорую помощь и сотрудников ГИБДД, а также человека, похожего на ФИО1

В отличие от показаний в суде, свидетель ФИО91 на досудебной стадии производства по делу, чьи показания оглашены в ходе судебного следствия по ходатайству государственного обвинителя в связи с наличием существенных противоречий, пояснил, что ФИО1 позвонил ему после ДТП, признавшись, что проехал на запрещающий сигнал светофора, есть много пострадавших, а сам находится рядом с местом происшествия. По приезду на место происшествия ФИО1 он не обнаружил.

В судебном заседании свидетель ФИО92 подтвердил, что лично ознакомился с протоколом его допроса и собственноручно подписал его, не заявляя о применении к нему недозволенных методов ведения предварительного следствия.

Суд апелляционной инстанции, как и суд первой инстанции, считает, что изменение ФИО93 в суде первоначальной позиции по делу обусловлена желанием облегчить положение ФИО1 и оказать ему содействие избежать ответственность за содеянное.

При этом оснований для оговора ФИО1 свидетелем ФИО94 на предварительном следствии судом не установлено, вследствие чего достоверность показаний данного свидетеля, положенных в основу приговора, сомнений не вызывает.

Свидетель ФИО95, старший инспектор ГИБДД, пояснил, что он вместе с коллегой ФИО96 прибыл на место происшествия после получения сообщения о ДТП, где обнаружил два столкнувшихся автомобиля «Хендай» и «Митсубиси Лансер», а также сотрудников МЧС и скорой помощи, оказывавших помощь пассажирам автомобиля «Митсубиси Лансер». В ходе оформления документов к нему подошел мужчина, одетый в темную куртку и выглядевший выпившим, который спрашивал о ДТП, но отрицал свою причастность. Позже, когда был установлен водитель автомобиля «Хендай», кем оказался ФИО1, он, увидев его фотографию, опознал в нем того самого мужчину, подходившего к нему на месте ДТП и скрывшегося с места происшествия. В отношении ФИО1 было возбуждено административное дело за оставление места ДТП.

Свидетель ФИО97 в судебном заседании подтвердил, что вместе с ФИО1 дома распивал самогон, позже они заехали на автомобиле под управлением ФИО1 за ФИО98, а после поехали домой. В пути следования он задремал и, очнувшись, обнаружил, что их автомобиль сильно поврежден и находится на тротуаре, а рядом находился другой поврежденный автомобиль. На месте происшествия были сотрудники МЧС, скорой помощи и ДПС. ФИО1 и ФИО99 на месте ДТП не обнаружил. Вскоре он увидел ФИО100, который предложил ему сесть в автомобиль, и они уехали домой. В отделе ГИБДД он уточнил, что ФИО1 был одет в черную куртку и толстовку темного цвета с капюшоном.

После оглашения показаний, данных им на очной ставке с ФИО1, ФИО101 подтвердил их частично, заявив, что не может определить, находился ли ФИО1 в состоянии алкогольного опьянения.

Свидетель ФИО102 в судебном заседании пояснил, что находился вместе с ФИО103 в автомобиле «Хендай» под управлением ФИО1, когда на перекрестке ул. 

<

адрес> ФИО1 выехал на запрещающий сигнал светофора и столкнулся с автомобилем, двигавшимся на зеленый свет, в результате чего он потерял сознание. Очнувшись, он обнаружил отсутствие ФИО1 в салоне автомобиля и открытую водительскую дверь. Позже его забрал ФИО104, по дороге домой они увезли и ФИО105 На следующий день сотрудникам ГИБДД он сознался в том, что накануне попал в ДТП.

Аналогичные сведения ФИО106 сообщил как во время очной ставки с ФИО1, так и при проверке показаний на месте.

Свидетель ФИО107, давая показания в судебном заседании, сообщил, что ночью 7 апреля 2021 года ФИО108 позвонил и рассказал ему о ДТП, прибыв на место аварии он обнаружил несколько бригад скорой помощи, сотрудников МЧС и ДПС, два столкнувшихся автомобиля «Хендай» и «Митсубиси Лансер», четырех пострадавших молодых парней, находившихся в сознании. По пути домой они встретили ФИО109 с разбитым лбом и кровоподтеками, который находился в испуганном состоянии и постоянно повторял: «Зачем он так сделал? Куда он ушел?», предположительно, имея в виду проезд ФИО1 на запрещающий сигнал светофора. После он отвез ФИО110 и ФИО111 домой.

Свидетель ФИО112 показал суду, что 6 апреля 2021 года, находясь на складе по ул. 

<

адрес>, услышал звук столкновения машин. Выйдя из помещения, обнаружил на перекрестке ул. 

<

адрес> поврежденный автомобиль «Хендай» и заметил пробегавшего мимо молодого человека, одетого в темно?зеленую куртку, на голове которого был капюшон черного цвета. Подойдя непосредственно к месту ДТП, он увидел два столкнувшихся автомобиля «Митсубиси» и «Хендай». В салоне «Митсубиси» находились четверо молодых людей без сознания. Он позвонил в службу «112», и вскоре прибыли экстренные службы.

Свидетели ФИО113 и ФИО114 подтвердили, что наблюдали последствия столкновения двух автомобилей в районе «Театра кукол», не участвовали в замерах или фиксации происшествия и по просьбе сотрудников ГИБДД расписались в документе, содержащем схему ДТП.

Эксперт ФИО115, проводившая судебно-медицинскую экспертизу в отношении потерпевшего ФИО116, указала, что отсутствие времени начала проведения экспертизы не влияет на ее выводы, а упаковка с материалами имела печать. Экспертиза ФИО117 была назначена по медицинским документам, и его личное присутствие не требовалось. Для ответа на поставленные следователем вопросы и оценки повреждений ФИО118 ей был необходим диск с результатами компьютерной томографии его тела, что было отражено в выводах экспертизы. Она полностью поддерживает выводы экспертизы и была предупреждена об уголовной ответственности. Для проведения экспертизы ей было предоставлено достаточно документов. На момент проведения экспертизы ее стаж составлял 6 лет.

Эксперт ФИО119, проводившая судебно-медицинские экспертизы в отношении потерпевших ФИО120 и ФИО121, показала, что ей были предоставлены все необходимые документы, включая 4 диска с результатами компьютерной томографии и рентгенограммами. Она ознакомилась с предыдущим заключением по ФИО122 и отметила, что в экспертизе указывается дата начала и окончания, но не время, и для экспертиз 2021 года не требовалось описание использовавшихся технических средств. Локализация и характер телесных повреждений подробно изложены в ее заключении: у ФИО123 выявлено семь повреждений и пять областей их приложения. Пояснила, что вопрос о ремнях безопасности не ставился и не влиял на выводы по степени тяжести повреждений. В случае ФИО124 при изучении диска с результатами компьютерной томографии противоречий с медицинской документацией не выявлено. Она подчеркнула, что для экспертиз личное присутствие потерпевших не требовалось, а оценка степени тяжести дается по наиболее тяжкому повреждению. Она полностью поддерживает выводы обеих экспертиз и была предупреждена об уголовной ответственности. На момент их проведения ее стаж составлял 3 года.

Показания потерпевших, свидетелей и экспертов согласуются между собой, а также с показаниями ФИО1 на досудебной стадии производства по делу и иными материалами дела. Противоречий, свидетельствующих об оговоре осужденного, не установлено.

Протокол осмотра места ДТП зафиксировал факт столкновения автомобилей «Хендай», госномер ...., и «Митсубиси Лансер», госномер ...., на регулируемом перекрестке ул. 

<

адрес> г. Казани, время его совершения, состояние дорожного покрытия (сухое), видимости (неограниченная) и повреждения транспортных средств.

На исследованной в судебном заседании записи камеры видеонаблюдения системы «Безопасный город» запечатлено как автомобиль темного цвета («Хендай») пересекает дорогу на запрещающий сигнал светофора и сталкивается с серебристым автомобилем («Митсубиси Лансер»), и как мужчина после ДТП покидает место происшествия, уходя вне поля зрения камеры.

В ходе производства судебно-медицинских экспертиз установлено, что в результате ДТП ФИО125 получены телесные повреждения, причинившие тяжкий вред их здоровью по признаку опасности для жизни.

В результате проведения автотехнической экспертизы установлено, что ФИО1 располагал технической возможностью предотвратить столкновение с автомобилем «Митсубиси Лансер», его действия не соответствовали требованиям п.п. 6.1 и 6.13 ПДД и находятся в причинной связи с ДТП. В то же время водитель ФИО126 не имел технической возможности избежать столкновения и действовал в соответствии с требованиями п.10.1 ПДД.

Виновность ФИО1 дополнительно подтверждается и другими письменными и вещественными доказательствами, подробно изложенными в приговоре и оцененными судом в полном объеме.

Всем доказательствам суд первой инстанции дал оценку в соответствии с требованиями ч.1 ст.88 УПК РФ, признав их относимыми, допустимыми и достоверными, а в совокупности – достаточными для установления события преступления, виновности ФИО1 и правильного разрешения уголовного дела. В приговоре приведены мотивы, по которым суд принял одни доказательства и отверг другие. Согласно протокола судебного заседания, все доказательства, положенные в основу приговора, в том числе и те, на которые ссылаются сторона защиты, исследованы в ходе судебного следствия.

Каких-либо неустранимых противоречий между доказательствами, способных вызвать сомнения в виновности осужденного и требующих толкования в его пользу, по делу не выявлено.

Отсутствуют данные, свидетельствующие о том, что фактические обстоятельства дела установлены на основании недопустимых доказательств.

Исследованные судом доказательства опровергают доводы стороны защиты о том, что ФИО1 после столкновения с автомобилем «Митсубиси Лансер» не покидал место ДТП.

В соответствии с позицией, изложенной в п.10 (3) Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 9 декабря 2008 года №25 «О судебной практике по делам о преступлениях, связанных с нарушением правил дорожного движения и эксплуатации транспортных средств, а также с их неправомерным завладением без цели хищения», по смыслу закона по п. «б» ч.2 ст.264 УК РФ квалифицируется умышленное оставление водителем места совершения преступления в случаях, когда его действия не были обусловлены вытекающей из факта дорожно-транспортного происшествия необходимостью, например, доставления пострадавшего на своем транспортном средстве в лечебное учреждение при невозможности отправить его на попутном транспортном средстве, а также невозвращение водителя к месту дорожно-транспортного происшествия после доставления пострадавшего в лечебное учреждение при наличии объективной возможности возвратиться.

Как установлено в ходе судебного разбирательства, ФИО1, управляя автомобилем «Хендай», госномер ...., пересекая регулируемый перекресток ул. 

<

адрес> г. Казани на запрещающий сигнал светофора, совершил столкновение с автомобилем «Митсубиси Лансер», госномер ...., под управлением ФИО127, двигавшимся на разрешающий сигнал светофора, в результате чего пассажирам автомобиля «Митсубиси Лансер» ФИО128 причинен тяжкий вред здоровью.

Изъятая с места происшествия запись камеры видеонаблюдения системы «Безопасный город» объективно подтверждает, что непосредственно после ДТП ФИО1, не дожидаясь прибытия сотрудников полиции, покинул место его совершения и отсутствовал на месте происшествия достаточно продолжительное время.

Данный факт подтвердили свидетель ФИО129, показавший, что с места ДТП убегал молодой человек, одетый в темно?зеленую куртку, на голове которого был капюшон черного цвета, сотрудник ГИБДД ФИО130, проводивший оформление происшествия, свидетель ФИО131, показавший в ходе предварительного следствия, что по приезду на место происшествия ФИО1 он не обнаружил.

Установленные судом фактические обстоятельства уголовного дела свидетельствуют о том, что действия ФИО1, покинувшего место происшествия, явно не были обусловлены упомянутой в постановлении Пленума необходимостью.

Когда ФИО1 находился неподалеку от места происшествия и наблюдал за действиями экстренных служб, для него было очевидно, что прибывшие в его присутствие на место происшествия сотрудники МЧС и скорой помощи предпримут все необходимые меры для оказания потерпевшим неотложной помощи и для дальнейшей транспортировки их в медицинское учреждение.

В связи с этим доводы стороны защиты о том, что действия ФИО1 сразу после ДТП были направлены на оказание помощи пострадавшим путем вызова скорой помощи, а не на сокрытие с места происшествия, суд обоснованно отверг как надуманные.

Не установление судом точного времени окончания оформления ДТП сотрудниками ГИБДД не имеет правового значения и не влияет на доказанность виновности ФИО1 в совершении преступления, за которое он осужден.

ФИО1, причастный к ДТП, не исполнил обязанность оставаться на месте происшествия до прибытия сотрудников полиции и установления всех обстоятельств, что влечет уголовно?правовую оценку его действий в указанном аспекте.

Кратковременное появление ФИО1 на месте ДТП с целью уточнения обстановки и обстоятельств происшествия при этом без указания своих данных и факта непосредственного участия в аварии, а также результаты служебной проверки, на что обращала внимание сторона защиты в заседании суда апелляционной инстанции, не свидетельствуют о том, что осужденный исполнил свои обязанности как участник ДТП.

Свидетель ФИО132 подтвердил, что в ходе оформления документов к нему действительно подходил неустановленный на тот момент мужчина, одетый в темную куртку, и интересовался обстоятельствами происшествия, не представившись и не указав, что он является его участником.

Таким образом, суд первой инстанции обоснованно пришел к выводу, что ФИО1 покинул место ДТП до момента прибытия сотрудников полиции и оформления происшествия, и его уход не был связан с выполнением обязанности по доставлению пострадавших в лечебное учреждение. При таких обстоятельствах его действия подпадают под понятие «оставление места совершения преступления».

Позицию стороны защиты, направленную на опровержение этого вывода, суд апелляционной инстанции, как и суд первой инстанции, расценивает как намерение ФИО1 смягчить свою участь и избежать ответственность за содеянное.

Свидетель ФИО133, являющийся отцом ФИО1, сообщил, что не являлся очевидцем ДТП, но узнал об этом от своего сына в ночь с 6 на 7 апреля 2021 года. Приехав в г. Казань, он обнаружил сына трезвым у ФИО134 Заявил, что освидетельствование сына на состояние опьянения в РКБ проводилось без понятых и с нарушениями, с результатами которого его сын не согласился. В качестве доказательств он представил суду видеозаписи из социальных сетей и с камер видеонаблюдения, которые, по его словам, показывают, что ФИО1 не покидал место ДТП и находился возле патрульных автомобилей.

Свидетель защиты ФИО135 пояснила, что ФИО1 позвонил ей после ДТП 7 апреля 2021 года и попросил забрать. Впоследствии она забрала его. Проезжая мимо места происшествия, она видела автомобиль ФИО1, два патрульных автомобиля и сотрудников ДПС. Она не заметила признаков опьянения у ФИО1 Со слов ФИО1, ей известно, что сотрудник ДПС ФИО136 просил его уйти с места аварии, чтобы избежать попадания под камеры. Она также видела звонок от ФИО137 на телефон ФИО1 и видео в социальных сетях, где сотрудники ДПС стоят рядом с ФИО1

Свидетель защиты ФИО138, зять ФИО1, сообщил, что от супруги ему стало известно о ДТП с участием ФИО1 ФИО6 алкогольного опьянения у ФИО1 не выявил. Перед поездкой в РКБ сотрудники ГИБДД ФИО139 и ФИО140 рекомендовали ФИО1 в больнице заявить, что травмы получены в результате падения, а не ДТП. Видеозапись, изъятая из здания церковной школы, зафиксировала нахождение ФИО1 на месте происшествия. Также он отметил, что осмотр места ДТП проводился сотрудниками ДПС в отсутствие понятых.

Показаниям указанных свидетелей защиты судом дана надлежащая оценка, их показания не содержат фактических данных, дающих основания сомневаться в виновности осужденного в совершении преступления, за которое он осужден.

Правильность приведенных выводов судебно-медицинских экспертов, предупрежденных об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения, которые являются научно обоснованными, основанными на материалах уголовного дела и даны экспертами в пределах их компетенции, у суда апелляционной инстанции сомнений не вызывает. Материалам уголовного дела и фактическим обстоятельствам происшествия, установленным в ходе предварительного следствия и судебного разбирательства, данные выводы не противоречат.

Допрошенная в заседании суда апелляционной инстанции эксперт ФИО141 пояснила, что в связи с введением в действие с 1 сентября 2025 года нового Порядка определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека, утвержденного приказом Министерства Здравоохранения РФ от 8 апреля 2025 года №172н, оценка степени тяжести вреда здоровью, причиненного потерпевшим ФИО142 не изменится, причиненные им в результате ДТП телесные повреждения относятся к тяжкому вреду здоровью в соответствии с п.п. 5.1.1.3, 5.1.1.11, 5.1.1.17 указанного нового Порядка.

Заключение специалиста ФИО143 от 28 января 2022 года, представленное стороной защиты, суд первой инстанции правомерно не признал относимым, допустимым и достоверным доказательством, указав, что оно получено с нарушением установленного уголовно?процессуальным законом порядка, не отвечает требованиям гл.27 УПК РФ, составлено лицом, не предупрежденным об уголовной ответственности по ст.307 УК РФ, и по сути является рецензией на экспертное заключение, что не предусмотрено законом.

При этом специалист ФИО144, основываясь на заключениях экспертов в отношении потерпевших ФИО145, в судебном заседании указал на нарушения, допущенные экспертами ФИО146, ФИО148 и ФИО149 при проведении экспертиз, неполноту экспертных заключений и необходимость назначения повторной комплексной экспертизы с участием специалистов по вопросам телесных повреждений, фаз и ремней безопасности.

Показания указанного специалиста судом первой инстанции оценены критически, поскольку данный специалист не обладает специальными познаниями в области судебной медицины, а сделанные им выводы носят предположительный характер и основываются на личном опыте. Кроме того, выводы ФИО150 опровергаются результатами проведенных по делу судебно?медицинских экспертиз, заключения которых подтверждены при допросах экспертов ФИО151 и ФИО152 в судебных заседаниях.

Утверждения адвокатов в суде апелляционной инстанции о незаконности постановления от 21 ноября 2025 года, которым удостоверены замечания осужденного на протокол судебного заседания от 4 августа 2025 года, являются несостоятельными, поскольку ФИО1 в дополнительной апелляционной жалобе, которая судом была оставлена без рассмотрения, указано об отсутствии протокола судебного заседания от 4 августа 2025 года, в ходе которого допрашивался свидетель ФИО7, которые суд первой инстанции расценил как замечания и удостоверил их правильность.

Что касается доводов стороны защиты о незаконности и отмене постановления от 24 ноября 2025 года, которым государственному обвинителю был восстановлен процессуальный срок для принесения замечаний на протокол судебного заседания и удостоверены его замечания на протокол судебного заседания от 4 августа 2025 года, то данные доводы нельзя признать обоснованными. Суд с учетом требований ст.130 УПК РФ восстановил процессуальный срок для принесения государственному обвинителю замечаний на протокол судебного заседания, признав причины его пропуска уважительными. В связи с этим указанное судебное решение является обоснованным, мотивированным, и оснований для его отмены не имеется.

Суд апелляционной инстанции не усматривает нарушений уголовно?процессуального закона в ходе проведения следственных действий, собирания и исследования доказательств, которые могли бы повлечь признание полученных доказательств недопустимыми. Судебное разбирательство проведено объективно, всесторонне и в полном соответствии с требованиями УПК РФ, при обеспечении сторонам принципов состязательности и равноправия.

Таким образом, правильно установив фактические обстоятельства уголовного дела, суд первой инстанции дал действиям ФИО1 надлежащую правовую оценку и обоснованно квалифицировал их по п. «б» ч.2 ст.264 как нарушение лицом, управляющим автомобилем, правил дорожного движения, повлекшее по неосторожности причинение тяжкого здоровья человека, если оно сопряжено с оставлением места его совершения.

Основания для иной правовой оценки действий ФИО1 отсутствуют. Выводы суда о юридической квалификации действий осужденного основаны на материалах уголовного дела, подробно мотивированы в приговоре, нашли свое подтверждение в исследованных в судебном заседании доказательствах, с чем соглашается и суд апелляционной инстанции.

Назначая ФИО1 основное и дополнительное наказания, суд первой инстанции руководствовался положениями ст.ст. 6, 43 и 60 УК РФ, исходя из характера и степени общественной опасности совершенного преступления, данных о личности и состоянии здоровья осужденного, совокупности смягчающих обстоятельств, а также влияния назначенных наказаний на его исправление и условия жизни семьи.

К смягчающим наказание обстоятельствам суд первой инстанции отнес частичное признание вины и раскаяние, противоправность поведения потерпевших, явившегося поводом для преступления, частичное возмещение имущественного ущерба и морального вреда, принесение извинений потерпевшим, наличие на иждивении двоих малолетних детей, отсутствие судимости, совершение преступления впервые, положительные характеристики, наличие благодарственных писем, грамот, медалей, занятие благотворительной деятельностью, оказание помощи участникам специальной военной операции, активная жизненная позиция, прохождение военной службы в рядах Вооруженных Сил РФ, попытка оказания помощи потерпевшим после совершения преступления, состояние здоровья ФИО1 и его родственников (наличие тяжких хронических заболеваний), инвалидность отца, наличие престарелых родителей и бабушки и оказание им помощи, утрата близких родственников.

Суд апелляционной инстанции не находит оснований полагать, что суд первой инстанции неполно учел смягчающие или иные обстоятельства, в том числе и те, на которые имеются ссылки в апелляционных жалобах адвокатов, при назначении осужденному основного наказания.

Также суд обоснованно не признал смягчающими обстоятельствами активное способствование раскрытию и расследованию преступления, иные действия, направленные на заглаживание вреда, причиненного потерпевшим, оказание медицинской и иной помощи потерпевшим непосредственно после совершения преступления, поскольку данные обстоятельства не нашли своего подтверждения в ходе судебного разбирательства.

В материалах уголовного дела отсутствуют сведения о том, что ФИО1 предоставил органам предварительного расследования информацию о совершенном преступлении до того им неизвестную, но имевшую значение для выявления и раскрытия преступления, установления обстоятельств уголовного дела и повлиявшую на ход и результаты его расследования, а также предпринял попытки лично помочь пострадавшим путем вызова скорой помощи. К тому же он сразу после ДТП покинул место происшествия.

Кроме того, суд мотивированно не признал возмещение ФИО1 потерпевшим вреда в сумме 275 000 рублей смягчающим обстоятельством, предусмотренным п. «к» ч.1 ст.61 УК РФ, и правомерно указал о назначении основного наказания без учета ч.1 ст.62 УК РФ.

Отягчающие наказание обстоятельства судом первой инстанции не установлены.

Решение суда о назначении ФИО1 основного наказания в виде лишения свободы соответствует требованиям ч.1 ст.56 УК РФ, является обоснованным и мотивированным, а срок наказания - соразмерным содеянному.

Кроме того, суд правомерно назначил ФИО1 дополнительное наказание в виде лишения права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, предусмотренное санкцией ч.2 ст.264 УК РФ, в качестве обязательного. Срок дополнительного наказания соразмерен содеянному.

При этом суд обоснованно не нашел оснований для применения ст.64 УК РФ.

Суд апелляционной инстанции не усматривает также оснований для применения при назначении основного наказания ст.73 УК РФ, поскольку данные о личности осужденного, характер и степень общественной опасности преступления не свидетельствуют о возможности его исправления без реального отбывания наказания.

Вывод суда об отсутствии предусмотренных ч.6 ст.15 УК РФ оснований для изменения категории преступления на менее тяжкую является обоснованным.

Все обстоятельства, известные суду на момент постановления приговора, надлежащим образом учтены при назначении наказаний, которые признаны справедливыми и соразмерными характеру и степени общественной опасности преступления, а также данным о личности виновного.

Местом отбывания наказания в виде лишения свободы ФИО1 обоснованно определена исправительная колония общего режима в соответствии с п. «а» ч.1 ст.58 УК РФ, решение суда в этой части надлежащим образом мотивировано.

Зачет времени содержания осужденного под стражей произведен судом в соответствии с п. «б» ч.3.1 ст.72 УК РФ, а времени нахождения его под домашним арестом – в соответствии с ч.3.4 ст.72 УК РФ.

Доводы потерпевших о несоответствии размера взысканной в пользу каждого из них компенсации морального вреда в сумме 500 000 рублей понесенным ими в результате преступления физических и нравственных страданий суд апелляционной инстанции признает несостоятельным.

Также подлежат отклонению и доводы стороны защиты о необоснованном завышении размера присужденной потерпевшим компенсации морального вреда.

Суд первой инстанции, разрешая гражданские иски потерпевших о компенсации морального вреда, руководствовался требованиями разумности и справедливости, а также положениями ст.ст. 151, 1101 ГК РФ.

Из материалов уголовного дела следует, что ФИО1 после совершения преступления возместил потерпевшим 275 000 рублей в счет компенсации морального вреда. Обжалуемым приговором гражданские иски потерпевших ФИО153 удовлетворены частично, с осужденного в пользу каждого из них взыскано 500 000 рублей в счет компенсации морального вреда.

Суд первой инстанции, определяя размер компенсации морального вреда, принял во внимание индивидуальные и возрастные особенности потерпевших ФИО154, перенесших и продолжающих испытывать моральные и нравственные страдания в связи с ухудшением состояния здоровья и качества жизни, фактические обстоятельства, при которых им был причинен моральный вред, степень вины ФИО1, а также частичное возмещение осужденным морального вреда потерпевшим.

С учетом приведенных обстоятельств, а также имущественного и социального положения осужденного, в том числе наличия на иждивении двоих малолетних детей, размер взысканной с ФИО1 в пользу ФИО155 компенсации морального вреда, по мнению суда апелляционной инстанции, является соразмерным причиненным потерпевшим в результате преступления нравственным страданиям и в полной мере учитывает обстоятельства совершения преступления, личность осужденного и его поведение после содеянного, а также последствия, наступившие в результате преступления и их значение для потерпевших.

Судьба вещественных доказательств судом первой инстанции разрешена правильно, в соответствии с ч.3 ст.81 УПК РФ.

Нарушений уголовного или уголовно-процессуального законов, влекущих отмену или изменение обжалуемого приговора, суд апелляционной инстанции не усматривает.

Также судом апелляционной инстанции проверены доводы адвокатов Цеона С.А. и Губарева Н.В. о незаконности частного постановления, в котором обращено внимание на нарушение указанными защитниками требований Федерального закона об адвокатуре и Кодекса профессиональной этики адвоката.

Как следует из материалов уголовного дела, 5 мая 2025 года до начала судебного заседания адвокат Цеона С.А. ходатайствовал о перерыве до 11 часов, ссылаясь на занятость в другом процессе в Приволжском районном суде г. Казани. При этом дата судебного заседания была согласована с его участием в предыдущем судебном заседании.

Адвокаты Цеона С.А. и Губарев Н.В. не явились в судебные заседания, отложенные на 22, 23, 24, 25 июля 2025 года, из-за занятости.

25 июля 2025 года адвокат Цеона С.А. ходатайствовал о рассмотрении судебного заседания в его отсутствие в связи с занятостью на другом процессе в Приволжском районном суде г. Казани. При этом адвокат Губарев Н.В. в судебное заседание явился с опозданием из-за перелета, что потребовало объявления перерыва.

31 июля 2025 года после обеденного перерыва адвокат Цеона С.А. не явился в судебное заседание без объяснения причин, и суд продолжил рассмотрение дела в присутствии адвоката Губарева Н.В.

С 4 по 12 августа 2025 года было назначено множество заседаний для подготовки к прениям сторон. Адвокат Губарев Н.В. сообщил о занятости в Благовещенском городском суде Амурской области 5 августа 2025 года, а также о купленных билетах с 1 по 9 августа, но не уведомил о занятости на другие дни в этом периоде.

Адвокат Цеона С.А. был своевременно извещен о судебных заседаниях на 4, 5, 6, 7, 8, 11, 12 августа 2025 года, но заявил, что купил билеты в г. Москву и явится, когда посчитает нужным, а также попросил прекратить осуществлять звонки в его адрес.

4 августа 2025 года адвокаты Цеона С.А. и Губарев Н.В. не явились в судебное заседание и ходатайствовали об отложении. Адвокат Цеона С.А. сослался на следственные действия по другому делу, но подтверждающих документов не предоставил. Адвокат Губарев Н.В. мотивировал свое отсутствие занятостью 5 августа 2025 года и приложил авиабилеты.

6 августа 2025 года оба адвоката снова не явились. В ходе судебного заседания ФИО1 сообщил, что 5 августа 2025 года он расторгнул соглашение с адвокатом Цеона С.А. Судебное заседание было отложено на 12 августа 2025 года из-за неявки адвоката Губарева Н.В.

Согласно ответа Благовещенского городского суда Амурской области, адвокат Губарев Н.В. участвовал в судебном заседании 5 августа 2025 года, а следующее заседание по делу назначено на 28 августа 2025 года.

Как следует из ответа УВД по ЮЗАО ГУ МВД России по г. Москва, адвокат Цеона С.А. участвовал в следственных действиях 4 и 9 августа 2025 года.

Суд пришел к выводу, что адвокаты Цеона С.А. и Губарев Н.В. систематически затягивали рассмотрение дела, не являясь в судебные заседания без уважительных причин, что является злоупотреблением правами и неуважением к суду и иным участникам процесса.

Кроме того, в ходе судебного разбирательства адвокат Губарев Н.В. демонстрировал явное неуважение к суду, неоднократно пререкаясь с председательствующим, не приводя нормы УПК РФ, и заявляя, что «научит суд» пользоваться законом. Его фраза «Вы стремитесь к тому, чтобы любой ценой моего подзащитного подвести к обвинительному приговору» расценена судом как предрешение его выводов. За некорректное поведение адвокат Губарев Н.В. получал предупреждения от суда.

Изложенное, по мнению суда апелляционной инстанции, свидетельствует о грубом нарушении адвокатами Цеона С.А. и Губаревым Н.В. требований Федерального закона №63-ФЗ от 31 мая 2002 года «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в РФ» и Кодекса профессиональной этики адвоката.

При таких обстоятельствах частное постановление следует признать законным, обоснованным и мотивированным, оснований для его отмены не имеется.

На основании изложенного и, руководствуясь ст.ст. 389.13, 389.20, 389.28 и 389.33 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

постановил:

приговор Вахитовского районного суда г. Казани от 19 августа 2025 года в отношении ФИО1 оставить без изменения, апелляционные жалобы потерпевших и адвокатов – без удовлетворения.

Частное постановление Вахитовского районного суда г. Казани от 19 августа 2025 года оставить без изменения, апелляционные жалобы адвокатов – без удовлетворения.

Кассационная жалоба, представление, подлежащие рассмотрению в порядке, предусмотренном ст.ст. 401.7 и 401.8 УПК РФ, могут быть поданы в Судебную коллегию по уголовным делам Шестого кассационного суда общей юрисдикции (г. Самара) через суд первой инстанции в течение шести месяцев со дня вступления в законную силу приговора или иного итогового судебного решения, а для осужденного, содержащегося под стражей, – в тот же срок со дня вручения ему копии такого судебного решения, вступившего в законную силу.

В случае пропуска срока, установленного ч.4 ст.401.3 УПК РФ, или отказа в его восстановлении кассационная жалоба, представление на приговор или иное итоговое судебное решение подается непосредственно в суд кассационной инстанции и рассматривается в порядке, предусмотренном ст.ст. 401.10-401.12 УПК РФ.

Осужденный вправе ходатайствовать об участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий: