Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

17 февраля 2020 г. г. Усть-Кут

Усть-Кутский городской суд Иркутской области в составе председательствующего судьи Колесниковой А.В., при секретаре судебного заседания Петровой Л.Ю., с участием прокурора Фураевой А.А., истца ФИО1, ответчика ФИО2, представителя ответчика АО «Осетровский речной порт» ФИО3, рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-52/2020 по исковому заявлению ФИО1 к ФИО2, акционерному обществу «Осетровский речной порт» о взыскании компенсации морального вреда,

У С Т А Н О В И Л :

ФИО1 в обоснование искового заявления указывает, что он проработал в АО «Осетровский речной порт» свыше 18 лет. 1 мая 2019 г. с ним произошел несчастный случай на производстве, в результате которого он получил повреждения: 

<

данные изъяты>, которые в совокупности повлекли тяжкий вред здоровью, как вызвавший потерю руки.

В результате проведенного расследования несчастного случая установлено, что его причинами послужили допущенные ФИО2 нарушения требований безопасности при эксплуатации транспортных средств, пункта 20 части 1, пункта 3.11 части 3 Производственной инструкции от 16 февраля 2015 г. № 0-102 для докера-механизатора, выполняющего обязанности водителя автопогрузчика, пункта 3 части 1, пункта 14 части 3 Инструкции по охране труда от 24 июля 2015 г. № 0-08 для докера-механизатора, выполняющего обязанности водителя автопогрузчика, что подтверждается актом о несчастном случае на производстве ф. Н-1 от 3 июня 2019 г., а также вступившим в законную силу 30 сентября 2019 г. приговором мирового судьи судебного участка № 106 по г. Усть-Куту Иркутской области от 19 сентября 2019 г. по уголовному делу № 1-28/2019, которым ФИО2 признан виновным в совершении преступления, предусмотренного частью 2 статьи 118 Уголовного кодекса Российской Федерации – причинение тяжкого вреда здоровью по неосторожности, совершенное вследствие ненадлежащего исполнения лицом своих профессиональных обязанностей.

В результате действий, совершенных ответчиком и полученной травмы истцу причинен моральный вред, который выражается в том, что он испытал и испытывает моральные и физические страдания. Он перенес тяжелую операцию по ампутации руки, долгое время находился на лечении (с 1 мая 2019 г. по 9 сентября 2019 г.), испытывает болевые ощущения, не проходящие фантомные боли, получил 

<

данные изъяты>.

Также указывает, что он 

<

данные изъяты>. В результате полученной травмы перенес сильнейшие переживания и психотравму. Нравственные страдания также выражаются в психических реакциях, таких как страх, беспомощность, вызванные невозможностью продолжать активную полноценную семейную жизнь: 

<

данные изъяты>.

Полагает, что он никогда не сможет осуществлять полноценные родительские обязанности и уход за своими несовершеннолетними детьми: дочерью ДД.ММ.ГГГГ г.р. и сыном ДД.ММ.ГГГГ г.р., в частности, оказывать им помощь в бытовых вещах и действиях, играть с сыном в настольные игры, в снежки, помогать ему делать поделки, в случае любой экстремальной ситуации не сможет его поднять на руки.

Считает, что ФИО2 должен нести ответственность, так как его действия, выразившиеся в причинении тяжкого вреда здоровью, разрушили его жизнь.

Принимая во внимание характер причиненных нравственных и физических страданий, наступившие последствия, руководствуясь при этом требованиями разумности и справедливости, причиненный моральный вред истец оценивает в 2 000 000 рублей.

ФИО1 просит суд взыскать с ответчика ФИО2 в свою пользу 2 000 000 рублей в качестве компенсации морального вреда и тяжкого вреда здоровью, причиненного преступлением.

Определением суда к участию в деле в качестве соответчика привлечено АО «Осетровский речной порт».

Истец ФИО1 в судебном заседании исковые требования поддержал по доводам, изложенным в исковом заявлении, просил их удовлетворить.

Ответчик ФИО2 в судебном заседании исковые требования признал частично, суду пояснил, что его вина установлена приговором суда, вместе с тем у него нет средств для выплаты истцу компенсации морального вреда.

Представитель ответчика АО «Осетровский речной порт» ФИО3, действующая на основании доверенности от 13 декабря 2019 г., в судебном заседании исковые требования не признала, представила письменные возражения на исковое заявление, просила отказать в компенсации морального вреда за счет АО «Осетровский речной порт».

Выслушав объяснения сторон, заключение прокурора Фураевой А.А., полагавшей, что исковые требования подлежат удовлетворению, изучив материалы гражданского дела, материалы уголовного дела № 1-28/2019, суд приходит к следующим выводам.

На основании статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда.

В силу положений статей 22 и 212 Трудового кодекса Российской Федерации обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагаются на работодателя.

Согласно статье 22 Трудового кодекса Российской Федерации работодатель обязан обеспечивать безопасность и условия труда, соответствующие государственным нормативным требованиям охраны труда.

Статьей 212 Трудового кодекса Российской Федерации предусмотрено, что обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагаются на работодателя. Работодатель обязан обеспечить безопасность работников при эксплуатации зданий, сооружений, оборудования, осуществлении технологических процессов, а также применяемых в производстве инструментов, сырья и материалов.

Статьей 220 Трудового кодекса Российской Федерации предусмотрено, что в случае причинения вреда жизни и здоровью работника при исполнении им трудовых обязанностей возмещение указанного вреда осуществляется в соответствии с федеральным законом.

Согласно пункту 1 статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и тому подобное, осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.).

Пунктом 2 статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что владелец источника повышенной опасности не отвечает за вред, причиненный этим источником, если докажет, что источник выбыл из его обладания в результате противоправных действий других лиц. Ответственность за вред, причиненный источником повышенной опасности, в таких случаях несут лица, противоправно завладевшие источником. При наличии вины владельца источника повышенной опасности в противоправном изъятии этого источника из его обладания ответственность может быть возложена как на владельца, так и на лицо, противоправно завладевшее источником повышенной опасности.

В пункте 18 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26 января 2010 г. № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» разъяснено, что судам надлежит иметь в виду, что в силу статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный жизни или здоровью граждан деятельностью, создающей повышенную опасность для окружающих (источником повышенной опасности), возмещается владельцем источника повышенной опасности независимо от его вины.

При этом надлежит учитывать, что вред считается причиненным источником повышенной опасности, если он явился результатом его действия или проявления его вредоносных свойств. В противном случае вред возмещается на общих основаниях (например, когда пассажир, открывая дверцу стоящего автомобиля, причиняет телесные повреждения проходящему мимо гражданину).

Согласно абзацу первому пункта 1 статьи 1068 Гражданского кодекса Российской Федерации юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.

Применительно к правилам, предусмотренным главой 59 Гражданского кодекса Российской Федерации, работниками признаются граждане, выполняющие работу на основании трудового договора (контракта), а также граждане, выполняющие работу по гражданско-правовому договору, если при этом они действовали или должны были действовать по заданию соответствующего юридического лица или гражданина и под его контролем за безопасным ведением работ (абзац второй пункта 1 статьи 1068 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Как разъяснено в пункте 9 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 г. № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни, здоровью гражданина», ответственность юридического лица или гражданина, предусмотренная пунктом 1 статьи 1068 Гражданского кодекса Российской Федерации, наступает за вред, причиненный его работником при исполнении им своих трудовых (служебных, должностных) обязанностей на основании заключенного трудового договора (служебного контракта). На юридическое лицо или гражданина может быть возложена обязанность по возмещению вреда, причиненного лицами, выполнявшими работу на основании гражданско-правового договора, при условии, что эти лица действовали или должны были действовать по заданию данного юридического лица или гражданина и под его контролем за безопасным ведением работ (пункт 1 статьи 1068 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В пункте 19 названного Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации указано, что согласно статьям 1068 и 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации не признается владельцем источника повышенной опасности лицо, управляющее им в силу исполнения своих трудовых (служебных, должностных) обязанностей на основании трудового договора (служебного контракта) или гражданско-правового договора с собственником или иным владельцем источника повышенной опасности. На лицо, исполнявшее свои трудовые обязанности на основании трудового договора (служебного контракта) и причинившее вред жизни или здоровью в связи с использованием транспортного средства, принадлежавшего работодателю, ответственность за причинение вреда может быть возложена лишь при условии, если будет доказано, что оно завладело транспортным средством противоправно (пункт 2 статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации). Юридическое лицо или гражданин, возместившие вред, причиненный их работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей на основании трудового договора (служебного контракта) или гражданско-правового договора, вправе предъявить требования в порядке регресса к такому работнику – фактическому причинителю вреда в размере выплаченного возмещения, если иной размер не установлен законом (пункт 1 статьи 1081 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В силу пунктов 1 и 3 статьи 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 и статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации. Компенсация морального вреда осуществляется независимо от подлежащего возмещению имущественного вреда.

В соответствии с абзацем вторым статьи 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случае, когда вред причинен жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности.

Из содержания приведенных норм материального права в их взаимосвязи и разъяснений, данных в Постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 г. № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни, здоровью гражданина», следует, что лицо, управляющее источником повышенной опасности в силу трудовых отношений с владельцем этого источника (водитель, машинист, оператор и другие), не признается владельцем источника повышенной опасности по смыслу статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации и не несет ответственности перед потерпевшим за вред, причиненный источником повышенной опасности. Следовательно, на работодателя как владельца источника повышенной опасности в силу закона возлагается обязанность по возмещению не только имущественного, но и морального вреда, причиненного его работником при исполнении трудовых обязанностей.

В силу статьи 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Причинение вреда жизни или здоровью гражданина умаляет его личные нематериальные блага, влечет физические или нравственные страдания, потерпевший, наряду с возмещением причиненного ему имущественного вреда, имеет право на компенсацию морального вреда при условии наличия вины причинителя вреда.

Исходя из разъяснений, содержащихся в пункте 2 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 г. № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда», под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.).

В силу части 1 статьи 20, части 1 статьи 41 Конституции Российской Федерации каждый имеет право на жизнь и на охрану здоровья.

Согласно пункту 1 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации жизнь и здоровье, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

В соответствии с пунктом 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Судом установлено и следует из материалов дела, что истец ФИО1 состоит в трудовых отношениях с АО «Осетровский речной порт» с 29 января 2001 г., что подтверждается приказом от 29 января 2001 г. № 24, трудовым договором от 29 апреля 2005 г. № 228, дополнительными соглашениями к трудовому договору от 27 января 2015 г., от 5 ноября 2017 г., трудовой книжкой, справками о заработной плате. С 1 января 2015 г. переведен бригадиром докеров-механизаторов в службу погрузо-разгрузочных работ приказом № 124. В связи с установлением второй группы инвалидности с 13 сентября 2019 г. переведен мастером-наставником погрузочно-разгрузочных работ приказом от 12 сентября 2019 г. № ОРП00000620.

Ответчик ФИО2 состоит в трудовых отношениях с АО «Осетровский речной порт» с 20 сентября 2013 г., работая в должности докера-механизатора комплексной бригады, что подтверждается трудовым договором от 20 сентября 2013 г. № 0000306, дополнительным соглашением к трудовому договору от 5 ноября 2017 г., справками о заработной плате.

1 мая 2019 г. на территории Северного грузового района АО «Осетровский речной порт» с ФИО1 произошел несчастный случай.

Из акта формы Н-1 о несчастном случае на производстве, акта расследования группового несчастного случая (тяжелого несчастного случая) от 3 июня 2019 г. следует, что 1 мая 2019 г. в 13 час. 00 мин. бригада ФИО1 от бытового помещения направилась на 25 ж/д путь для разгрузки вагонов. Члены бригады шли вдоль главной дороги по левой стороне навстречу движению транспорта. По правой стороне движения двигался автопогрузчик ТСМ грузоподъемностью 10 тонн под управлением докера-механизатора М., который вез приставную эстакаду на 25 ж/д путь. Следом за ним в сторону 25 ж/д пути для выполнения сменного задания согласно наряду на погрузо-разгрузочные работы двигался автопогрузчик ТСМ грузоподъемностью 30 тонн под управлением докера-механизатора ФИО2 со средней скоростью 13,5 км/час, по данным ГЛОНАСС. ФИО2 попытался обогнать впереди идущий погрузчик грузоподъемностью 10 тонн, но ему это не удалось, так как навстречу двигался другой погрузчик. После того, как встречный погрузчик проехал, ФИО2, не убедившись в безопасности маневра и не подав звуковой сигнал впереди идущим работникам бригады ФИО1, повторно начал совершать обгон впереди идущего погрузчика под управлением М., при этом совершив наезд на ФИО1

В результате несчастного случая ФИО1 причинены следующие повреждения: 

<

данные изъяты>, которые в совокупности повлекли тяжкий вред здоровью, впоследствии 

<

данные изъяты>, что подтверждается медицинскими справками, заключениями, выпиской из медицинской карты, программами реабилитации, а также исследованными в судебном заседании материалами уголовного дела № 1-28/2019.

Из справки от 10 сентября 2019 г. серия МСЭ-2006 № 0113785 следует, что ФИО1 установлена степень утраты профессиональной трудоспособности в размере 80 %.

Согласно справке от 10 сентября 2019 г. серия МСЭ-2017 № 2194940 ФИО1 установлена вторая группа инвалидности бессрочно.

Для расследования несчастного случая в соответствии с приказами от 1 мая 2019 г. № 261, от 3 мая 2019 г. № 262 в АО «Осетровский речной порт» создана комиссия. На основании собранных материалов расследования комиссией установлено, что несчастный случай произошел вследствие допущенных ФИО2 нарушений требований безопасности при эксплуатации транспортных средств, пункта 20 части 1, пункта 3.11 части 3 Производственной инструкции от 16 февраля 2015 г. № 0-102 для докера-механизатора, выполняющего обязанности водителя автопогрузчика, пункта 3 части 1, пункта 14 части 3 Инструкции по охране труда от 24 июля 2015 г. № 0-08 для докера-механизатора, выполняющего обязанности водителя автопогрузчика, согласно которым водитель автопогрузчика в местах скопления людей обязан заблаговременно замедлить движение и подавать звуковой сигнал, при движении на территории предприятия водитель обязан соблюдать установленные скорости движения, скорость движения по главным дорогам территории порта не должна превышать 12 км/час. В действиях ФИО1 факт грубой неосторожности и степень вины отсутствует. Оборудование, которое привело к несчастному случаю – погрузчик колесный марки ТСМ FD-300-3, год выпуска 2007.

Данные обстоятельства подтверждается материалами расследования несчастного случая и сторонами не оспариваются.

По факту причинения тяжкого вреда здоровью ФИО1 в отношении ФИО2 возбуждено уголовное дело.

Приговором мирового судьи судебного участка № 106 по г. Усть-Куту Иркутской области от 19 сентября 2019 г. по уголовному делу № 1-28/2019 ФИО2 признан виновным в совершении преступления, предусмотренного частью 2 статьи 118 Уголовного кодекса Российской Федерации, ему назначено наказание в виде ограничения свободы на срок 6 месяцев. Приговор вступил в законную силу 30 сентября 2019 г.

Согласно паспорту самоходной машины и других видов техники ТС 034997, свидетельству о регистрации машины ВК 978903 собственником погрузчика ТСМ FD-300-3, год выпуска 2007, которым управлял ФИО2, является АО «Осетровский речной порт».

Также судом установлено, что на основании приказа АО «Осетровский речной порт» от 24 июня 2019 г. № 120 ФИО1 оказана материальная помощь в размере 32 000 рублей.

В соответствии с пунктом 4 статьи 61 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации вступивший в законную силу приговор суда по уголовному делу обязателен для суда, рассматривающего дело о гражданско-правовых последствиях действий лица, в отношении которого вынесен приговор суда, по вопросам, имели ли место эти действия и совершены ли они данным лицом.

В силу разъяснений, изложенных в абзаце втором пункта 8 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 19 декабря 2003 г. № 23 «О судебном решении», принимая решение по иску, вытекающему из уголовного дела, суд не вправе входить в обсуждение вины ответчика, а может разрешать вопрос лишь о размере возмещения.

Таким образом, факт совершения ФИО2 преступления установлен вступившим в законную силу приговором суда. Причиненный тяжкий вред здоровью ФИО1, который повлек за собой потерю руки, установление второй группы инвалидности сами по себе сопряжены с причинением ему физических и нравственных страданий (душевных переживаний). Факт причинения истцу морального вреда в результате несчастного случая является очевидным, не подлежит самостоятельному доказыванию, лицами, участвующим в деле, не оспаривается.

Учитывая изложенное, суд находит исковые требования ФИО1 о взыскании компенсации морального вреда законными и обоснованными. Доказательств обратного вопреки положениям статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации ответчиками не представлено.

При разрешении настоящего спора судом установлено, что ФИО2, управлявший автопогрузчиком ТСМ FD-300-3, состоял в трудовых отношениях с АО «Осетровский речной порт», которое владело данным транспортным средством на праве собственности. Обстоятельств, свидетельствующих о том, что в день, когда произошел несчастный случай, транспортное средство передавалось ФИО2 для использования в его личных целях или он завладел транспортным средством противоправно, не установлено, как не установлено и вины ФИО1 в произошедшем.

При таких обстоятельствах, исследовав и оценив представленные в материалы дела доказательства по правилам статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд приходит к выводу о том, что компенсация морального вреда по настоящему делу с учетом подлежащих применению положений статей 1068, 1079, 1099, 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации подлежит взысканию с АО «Осетровский речной порт», а не с водителя ФИО2, управлявшего источником повышенной опасности в связи с трудовыми отношениями.

Суд не может принять во внимание доводы истца ФИО1 и ответчика АО «Осетровский речной порт» о том, что компенсацию морального вреда следует взыскать с ответчика ФИО2, поскольку они противоречат приведенным выше нормам материального права, подлежащим применению к спорным правоотношениям. На лицо, исполнявшее свои трудовые обязанности на основании трудового договора и причинившее вред жизни или здоровью в связи с использованием транспортного средства, принадлежавшего работодателю, ответственность за причинение вреда может быть возложена лишь при условии, если будет доказано, что оно завладело транспортным средством противоправно (пункт 2 статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Не влияют на выводы суда доводы АО «Осетровский речной порт» о том, что и ФИО1, и ФИО2 ознакомлены с соответствующими производственной инструкцией и инструкцией по охране труда, прошли проверку знаний данных инструкций, с ними проведены инструктажи, также они были обеспечены соответствующей спецодеждой, истец в момент несчастного случая был обеспечен средствами индивидуальной защиты, в связи с чем АО «Осетровский речной порт» выполнило весь комплекс мер по безопасному выполнению работ на производстве, поскольку в силу закона на работодателя как владельца источника повышенной опасности возлагается обязанность по возмещению в том числе морального вреда, причиненного его работником при исполнении трудовых обязанностей.

Определяя размер компенсации морального вреда, учитывая индивидуальные особенности личности истца, его возраст, состояние здоровья, характер и степень причиненных нравственных и физических страданий, факт оперативного вмешательства и длительного лечения истца в результате полученной травмы и тяжкого вреда здоровью, установленные фактические обстоятельства дела, размер произведенной ответчиком материальной помощи, факт трудоустройства истца в АО «Осетровский речной порт», отсутствие его вины в произошедшем несчастном случае, принимая во внимание требования разумности и справедливости, суд определяет размер компенсации морального вреда, подлежащей возмещению ответчиком АО «Осетровский речной порт» в пользу ФИО1, в сумме 700 000 рублей.

В удовлетворении исковых требований о взыскании компенсации морального вреда в большем размере, а также в удовлетворении исковых требований о взыскании компенсации морального вреда с ФИО2 следует отказать.

В соответствии с требованиями статьи 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, 333.19 Налогового кодекса Российской Федерации с ответчика АО «Осетровский речной порт» в доход бюджета Усть-Кутского муниципального образования подлежит взысканию государственная пошлина в размере 300 рублей.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 194-199, 209 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

Р Е Ш И Л :

Исковые требования ФИО1 удовлетворить частично.

Взыскать с акционерного общества «Осетровский речной порт» в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 700 000 рублей.

В удовлетворении остальной части исковых требований ФИО1 отказать.

Взыскать с акционерного общества «Осетровский речной порт» в доход бюджета Усть-Кутского муниципального образования государственную пошлину в размере 300 рублей.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Иркутский областной суд через Усть-Кутский городской суд Иркутской области в течение одного месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Председательствующий А.В. Колесникова

Решение в окончательной форме принято 25 февраля 2020 г.