Гражданское дело № 2-51/2019

№

Р Е Ш Е Н И Е

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

г. Сусуман 04 июня 2019 года 

Сусуманский районный суд Магаданской области в составе:

председательствующего – судьи Тигор Н.А., 

при секретаре Черновой М.Ю.,

с участием:

представителя истца ООО «Ареал» - ФИО1, действующего на основании доверенности от 19 апреля 2019 года,

рассмотрев в открытом судебном заседании в городе Сусумане Магаданской области в помещении Сусуманского районного суда Магаданской области, расположенного по адресу: ул.Набережная, д.3 в зале судебных заседаний №1 гражданское дело по исковому заявлению общества с ограниченной ответственностью «Ареал» к ФИО2 об истребовании промышленного прибора ПБШ-100 в комплекте из чужого незаконного владения и обязании передать промышленный прибор ПБШ-100 в комплекте, 

у с т а н о в и л:

Общество с ограниченной ответственностью «Ареал» (далее – ООО «Ареал») обратилось с иском к ФИО2 об истребовании имущества из чужого незаконного владения. 

Заявленные требования мотивировало тем, что 15 сентября 2016 года приобрело по договору купли-продажи у ответчика оборудование для производства горных работ – промышленный прибор ПБШ-100 в комплекте с шестиметровым шлюзом, приемным бункером, рабочим органом с перфорацией (бочкой) и редуктором с электродвигателем 75 КВТ за 110 000 рублей. Передача промышленного прибора в комплекте осуществлена на основании Акта приема-передачи. Наименование, характеристики и комплектность оборудования определены спецификацией, являющейся неотъемлемой частью договора. 

Приобретенный прибор истцом получен реально, приняты меры к его сохранности путем помещения на ответственное хранение на стояночное место ООО «Статус», расположенное в пос. Ягодное Магаданской области по ул.Металлистов, 3. 26 апреля 2018 года истцом получено уведомление от ООО «Статус» о передаче приобретенного им промышленного прибора иному лицу – ФИО3 на основании ранее заключенного последним договора купли-продажи от 15 июня 2016 года, о котором истец не был осведомлен. 

Полагая о совершении ФИО2 противоправных действий, связанных с реализацией промышленного прибора двум покупателям, по заявлению истца в Отд МВД России по Ягоднинскому району проведена процессуальная проверка, из содержания которой истцу стало известно о нахождении принадлежащего ему имущества – промышленного прибора у ФИО2, поместившего его на ответственное хранение на территорию ООО «Куранах», расположенную в районе ручья Куранах, в 15 км от г.Сусуман Сусуманского района Магаданской области. Полагая действия ответчика по удержанию принадлежащего ему имущества незаконными, истец, ссылаясь на его правомочия как собственника промышленного прибора, просит истребовать имущество из чужого незаконного владения.

В судебном заседании представитель истца ФИО1 заявленные требования поддержал в полном объеме, по основаниям, изложенным в иске. Дополнительно пояснил, что при заключении договора купли-продажи оборудования для горных работ – промышленного прибора в комплекте, ООО «Ареал» достиг с собственником прибора – ФИО2 договоренность по основным условиям договора, в том числе по цене, порядку передачи прибора и его спецификации. Ответчик подтвердил наличие у него права собственности на промышленный прибор и отсутствие ограничений на заключение договора. Договор купли-продажи промышленного прибора в комплекте заключен 15 сентября 2016 года, расчет с ответчиком произведен в указанную дату путем передачи наличных денежных средств в размере 110 000 рублей, о чем последним в договоре сделана собственноручная отметка. После заключения договора, ООО «Ареал» приняло меры к оценке приобретенного им прибора в целях постановки его на баланс предприятия и обеспечило его сохранность путем помещения на ответственное хранение на стояночное место ООО «Статус», с которым заключило соответствующий договор. О наличии судебных споров в отношении приобретенного промышленного прибора ООО «Ареал» осведомлено не было и к рассмотрению гражданского дела Магаданским городским судом не привлекалось. Настоял, что договор на отчуждение приобретенного промышленного прибора ООО «Ареал» после 15 сентября 2016 года не заключало, совершение данной сделки иным лицом (в том числе ФИО2 на основании доверенности от 20 октября 2016 года) от имени организации – не согласовывало, денежные средства в счет оплаты за промышленный прибор в комплекте не получало (в отсутствие для этого препятствий), продолжало нести расходы, связанные с обеспечением сохранности принадлежащего имущества. Учитывая изложенное, полагает действия ФИО2, связанные с удержанием промышленного прибора в комплекте, незаконными. Цель обращения ООО «Ареал» в правоохранительные органы с заявлением на действия ФИО2 объяснил тем, что полагал, что последний продал один и тот же промышленный прибор двум разным лицам (ФИО3 15 июня 2016 года и ООО Ареал» 15 сентября 2016 года), в связи с чем организация могла понести убытки. В дальнейшем, из анализа представленных документов установил, что ФИО3 промышленный прибор был продан неуполномоченным лицом (ФИО4) без ведома собственника – ФИО2, который в последующем данную сделку не одобрил. Каких-либо требований ФИО3 к ООО «Ареал» по поводу промышленного прибора не предъявлял. 

Ответчик ФИО2 в судебное заседание не явился. Согласно статье 113 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее – ГПК РФ) лица, участвующие в деле, извещаются или вызываются в суд заказным письмом с уведомлением о вручении, судебной повесткой с уведомлением о вручении. 

Лицам, участвующим в деле, судебные извещения и вызовы должны быть вручены с таким расчетом, чтобы указанные лица имели достаточный срок для подготовки к делу и своевременной явки в суд (ч.3 ст.113 ГПК РФ). 

В силу части 4 статьи 113 настоящего кодекса судебное извещение, адресованное лицу, участвующему в деле, направляется по адресу, указанному лицом, участвующим в деле, или его представителем. 

По смыслу пункта 1 статьи 165.1 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) юридически значимое сообщение, адресованное гражданину, должно быть направлено по адресу его регистрации по месту жительства или пребывания либо по адресу, который гражданин указал сам, либо его представителю. При этом необходимо учитывать, что гражданин несет риск последствий неполучения юридически значимых сообщений, доставленных по адресам, перечисленным в абзацах первом и втором настоящего пункта, а также риск отсутствия по указанным адресам своего представителя. Гражданин, сообщивший кредиторам, а также другим лицам сведения об ином месте своего жительства, несет риск вызванных этим последствий (п.1 ст.20 ГК РФ). Сообщения, доставленные по названным адресам, считаются полученными, даже если соответствующее лицо фактически не проживает (не находится) по указанному адресу.

Применительно к пункту 35 Правил оказания услуг почтовой связи, утвержденных приказом Минкомсвязи России от 31 июля 2014 года №234, и части 2 статьи 117 ГПК РФ отказ в получении почтовой корреспонденции, о чем свидетельствует ее возврат по истечении срока хранения, следует считать надлежащим извещением о слушании дела. 

Кроме того, при возвращении почтовым отделением связи судебных повесток и извещений с отметкой «за истечением срока хранения», следует признать, что в силу статьи 14 Международного пакта о гражданских и политических правах, гарантирующей равенство всех перед судом, неявка лица в суд по указанным основаниям представляет собой его волеизъявление, свидетельствующее об отказе от реализации своего права на непосредственное участие в разбирательстве, а потому не является преградой для рассмотрения дела, в связи с чем, у суда не имеется процессуальных препятствий к рассмотрению дела в отсутствие ответчика.

С учетом приведенных выше процессуальных норм суд считает, что ответчик ФИО2 надлежащим образом извещен судом о дне слушания дела, но злоупотребил своим правом, уклонившись от получения судебного извещения и не явившись в судебное заседание. 

Учитывая положения статьи 167 ГПК РФ, суд определил рассмотреть дело в отсутствие ответчика.

Выслушав представителя истца, исследовав письменные материалы дела, оценив представленные доказательства в их совокупности, суд приходит к следующему.

В соответствии с пунктом 1 статьи 301 ГК РФ собственник вправе истребовать свое имущество из чужого незаконного владения. 

По смыслу указанной нормы закона, обращаясь с иском об истребовании имущества, истец должен доказать факт принадлежности ему на праве собственности спорного имущества, факт незаконного владения ответчиком индивидуально-определенным имуществом истца и наличие у ответчика этого имущества в натуре. В соответствии с разъяснениями, содержащимися в пунктах 32, 36 постановления Пленумов Верховного Суда Российской Федерации и Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации №10/22 от 29 апреля 2010 года «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав», следует иметь в виду, что собственник вправе истребовать свое имущество от лица, у которого оно фактически находится в незаконном владении. Лицо, обратившееся в суд с иском об истребовании своего имущества из чужого незаконного владения, должно доказать свое право собственности на имущество, находящееся во владении ответчика. Право собственности на движимое имущество доказывается с помощью любых предусмотренных процессуальным законодательством доказательств, подтверждающих возникновение этого права у истца. При решении вопроса об истребовании имущества из чужого незаконного владения на основании статьи 301 ГК РФ следует установить, кто является собственником имущества, в чьем владении находится данное имущество, и имеются ли правовые основания для удержания владельцем данного имущества. 

Согласно статье 304 ГК РФ собственник может требовать устранения всяких нарушений его права, хотя бы эти нарушения и не были соединены с лишением владения. 

Таким образом, при рассмотрении настоящего дела юридически значимыми обстоятельствами, подлежащими установлению судом, являются: факт наличия у истца права собственности на истребуемую вещь или иного права на обладание вещью; факт утраты фактического владения вещью; нахождение вещи в незаконном владении ответчика. 

Доказывание принадлежности спорного имущества истцу на законном основании и его нахождение в незаконном фактическом владении у другого лица (лиц) является процессуальной обязанностью истца. 

Согласно статьи 12 ГПК РФ правосудие по гражданским делам осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон. Указанная норма конкретизируется в части 1 статьи 56 ГПК РФ, в силу которой каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений. 

В силу статьи 57 ГПК РФ доказательства представляются сторонами и другими лицами, участвующими в деле.

Согласно статье 60 ГПК РФ обстоятельства, которые в соответствии с законом должны быть подтверждены определенными средствами доказывания, не могут подтверждаться никакими другими доказательствами.

Согласно пункту 1 статьи 71 ГПК РФ письменными доказательствами являются содержащие сведения об обстоятельствах, имеющих значение для рассмотрения и разрешения дела, акты, договоры, справки, деловая корреспонденция, иные документы и материалы, выполненные в форме цифровой, графической записи, в том числе полученные посредством факсимильной, электронной или другой связи либо иным позволяющим установить достоверность документа способом. К письменным доказательствам относятся приговоры и решения суда, иные судебные постановления, протоколы совершения процессуальных действий, протоколы судебных заседаний, приложения к протоколам совершения процессуальных действий (схемы, карты, планы, чертежи).

При названных обстоятельствах доводы истца и его представителя подлежат оценке, исходя из приведенного толкования норм материального права, а также положений статьи 67 ГПК РФ об обязанности доказывания и принципа состязательности, согласно которым риск наступления последствий несовершения соответствующих процессуальных действий, в том числе непредставления доказательств, несут лица, участвующие в деле.

В соответствии с договором купли-продажи промышленного прибора ПБШ-100 от 15 сентября 2016 года, ООО «Ареал» в лице его директора ФИО5 (покупатель) приобрело у ФИО2 (продавец) промышленный прибор ПБШ-100 за 110 000 рублей (п.1.2 договора). Стоимость товара определена с учетом его комплектности, указанной в Спецификации, являющейся приложением к договору (п.2.1 договора).

В соответствии с п.1.3 договора на момент передачи товара продавец гарантировал наличие у него права собственности на товар, а также то, что товар не заложен, не арестован и не является предметом исков третьих лиц. 

Оплата товара производится в день подписания договора путем передачи покупателем наличных денежных средств в объеме 100 % от суммы, указанной в договоре непосредственно продавцу, о чем составляется расписка (п.2.2 договора).

Подтверждением передачи товара является составление и подписание сторонами Акта приема-передачи имущества, который является неотъемлемой частью договора (п.2.3 договора).

Факт получения продавцом (ФИО2) оплаты за товар и отсутствии претензий подтвержден наличием его рукописной записи в договоре.

В соответствии с Приложением №1 (Спецификации) к договору купли-продажи промышленного прибора ПБШ-100 от 15 сентября 2016 года, определены наименование и характеристики товара, включающего в себя промышленный прибор ПБШ-100 производства г.Иркутск в комплекте: шлюз шестиметровый, приемный бункер, рабочий орган с перфорацией (бочка), редуктор с электродвигателем 75 КВТ.

Факт передачи товара подтвержден подписанным сторонами Актом приема-передачи промышленного прибора от 15 сентября 2016 года.

Содержание, условия вышеприведенного договора от 15 сентября 2016 года, а также надлежащее качество и комплектность полученного товара истцом не оспаривается. 

Полномочия директора ООО «Ареал» ФИО5 на заключение договора купли-продажи промышленного прибора от 15 сентября 2016 года, а также на совершение в дальнейшем распорядительных действий в отношении имущества организации, подтверждены выпиской из ЕГРЮЛ. 

С учетом приведенных юридически значимых обстоятельств суд приходит к убеждению, что договор купли-продажи промышленного прибора заключен между ООО «Ареал» и ФИО2 15 сентября 2016 года с соблюдением требований действующего законодательства и надлежащим образом исполнен сторонами.

Заинтересованность ООО «Ареал» в реальном использовании приобретенного у ФИО2 15 сентября 2016 года промышленного прибора подтверждается последующими действиями организации, совершенными в отношении указанного имущества.

Так, на основании договора №301 от 19 октября 2016 года ООО «Центр ОМЭК» по поручению ООО «Ареал» в целях постановки прибора на баланс организации произведена оценка рыночной стоимости объекта движимого имущества – промышленного (промывочного) прибора ПБШ-100. В соответствии с исследовательской частью оценочного отчета №, оформленного 21 октября 2016 года, при заключении договора оценки имущества ООО «Ареал» в подтверждение права собственности на объект оценки представлен договор купли-продажи прибора от 15 сентября 2016 года. Оценка промышленного прибора произведена специалистами путем фактического обследования и установления его технического состояния и характеристик, приведенных в отчете и подтвержденных приобщенными фотоизображениями. Факт принятых ООО «Ареал» результатов оценки и понесенных в связи с ее проведением расходов в размере 10 000 рублей подтвержден Актом № от 21 октября 2016 года.

07 октября 2017 года ООО «Ареал» (арендатор) с ООО «Статус» (арендодатель) заключен договор аренды стояночного места, расположенного по адресу: Магаданская область, пос. Ягодное, 

<

адрес>, для хранения техники - промышленного прибора ПБШ-100. Договор заключен сроком по 01 июня 2018 года (п.2.1 договора). Ежемесячная стоимость аренды стояночного места определена сторонами договора в размере 17 241 рубля (п.4.1. договора). Фактическое предоставление арендатору стояночного места подтверждено Актом приема-передачи, подписанного сторонами 07 октября 2017 года.

Суд полагает принять приведенные письменные материалы в качестве допустимого доказательства, подтверждающего факт нахождения промышленного прибора ПБШ-100, приобретенного у ФИО2, в собственности ООО «Ареал» и отсутствии у последнего намерения его отчуждать. Сведений о фиктивности или подложности указанных доказательств, сторонами не представлено и судом по делу не установлено.

Признавая наличие у ФИО2 права собственности в отношении промышленного прибора на момент его отчуждения 15 сентября 2016 года в пользу ООО «Ареал», а также отсутствие прав третьих лиц на указанное имущество, суд исходит из следующего. 

Указанный промышленный прибор приобретен ФИО2 у Ринг В.Г. на основании договора купли-продажи от 15 октября 2014 года и с указанного вверения находился в его собственности.

15 июня 2016 года принадлежащий ФИО2 на праве собственности промышленный прибор явился предметом сделки купли-продажи, заключенной от имени собственника имущества ФИО4 (продавец) и ФИО3 (покупатель). Заключая договор от указанной даты, ФИО4 в качестве основания правомочности своих действий по распоряжению принадлежащим ФИО2 имуществом (промышленным прибором) указал о наличии выданной на его имя доверенности от 20 октября 2015 года, которая исходя из своего содержания прав на распоряжение имуществом доверителя, а также на заключение от его имени каких-либо сделок поверенному лицу не предоставляло. 

Совершенную ФИО4 при отсутствии полномочий сделку по отчуждению промышленного прибора собственник имущества (ФИО2) не одобрил, в связи с чем, ФИО4 обратился в Магаданский городской суд с требованием о признании заключенной им с ФИО3 сделки купли-продажи от 15 июня 2016 года недействительной. 

Согласно решению Магаданского городского суда от 19 февраля 2018 года, вступившего в законную силу 27 марта 2018 года, в удовлетворении исковых требований ФИО4 к ФИО3 отказано. Из содержания указанного решения следует, что ФИО4, заключая оспариваемый договор купли-продажи, действовал от имени собственника имущества ФИО2, но при отсутствии таких полномочий. ФИО2, привлеченный к участию в деле в качестве третьего лица, факт того, что он как собственник имущества в какой-либо форме выразил свои волю и согласие на совершение сделки, либо в последующем ее одобрил, отрицал.

О несогласии ФИО2 с действиями ФИО4, связанными с отчуждением в пользу ФИО3 принадлежащего ему промышленного прибора, свидетельствует и его обращение в правоохранительные органы с заявлением от 24 октября 2016 года. Из письменных пояснений ФИО2, данных сотрудникам полиции по указанную факту следует, что поручения ФИО4 продавать принадлежащий ему промышленный прибор ПБШ-100 он не давал, о свершенной ФИО4 15 июня 2016 года от его имени сделки купли-продажи прибора он не знал, данную сделку не одобрял и не согласовывал, денежные средства в размере 1 000 000 рублей за проданный прибор от ФИО4 не получал.

На основании заявления ФИО2, 28 июля 2017 года следственным отделом Отд МВД России по Ягоднинскому району в отношении ФИО4 возбуждено уголовное дело № по п. «б» ч.4 ст. 158 УК РФ, которое в последующем переквалифицировано на ч.1 ст.330 УК РФ. 

Постановлением старшего следователя СО Отд МВД России по Ягоднинскому району ФИО6 от 13 сентября 2018 года уголовное дело и уголовное преследование в отношении ФИО4 по ч.1 ст. 330 УК РФ прекращено на основании п.3 ч.1 ст. 24 УПК РФ – в связи с истечением сроков давности привлечения к уголовной ответственности. 

При указанных обстоятельствах, суд приходит к выводу о том, что на момент заключения с ООО «Ареал» (15 сентября 2016 года) договора купли-продажи промышленного прибора ФИО2 обладал правом собственности в отношении отчуждаемого имущества, последнее было свободно от прав третьих лиц. 

Согласно статье 153 ГК РФ, а также общим условиям действительности сделок, последние представляют собой осознанные, целенаправленные, волевые действия лиц, совершая которые они ставят цель достижения определенных правовых последствий. Указанное предполагает, что при вступлении в договорные отношения независимо от вида договорной формы воля стороны должна быть направлена на достижение определенного правового результата.

Согласно пункту 3 статьи 154 ГК РФ для заключения договора необходимо выражение согласованной воли двух сторон (двухсторонняя сделка) либо трех и более сторон (многосторонняя сделка).

В соответствии со статьей 8 ГК РФ гражданские права и обязанности возникают из оснований, предусмотренных законом и иными правовыми актами, а также из действий граждан и юридических лиц, которые хотя и не предусмотрены законом или такими актами, но в силу общих начал и смысла гражданского законодательства порождают гражданские права и обязанности.

В силу пунктов 1 и 2 статьи 209 ГК РФ собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения своим имуществом. Собственник вправе по своему усмотрению совершить в отношении принадлежащего ему имущества любые действия, не противоречащие закону и иным правовым актам и не нарушающие права и охраняемые законом интересы других лиц, в том числе отчуждать свое имущество в собственность другим лицам, передавать им, оставаясь собственником, права владения, пользования и распоряжения имуществом, отдавать имущество в залог и обременять его другими способами, распоряжаться им иным образом.

В силу пункта 1 статьи 420 ГК РФ договором признается соглашение двух или нескольких лиц об установлении, изменении или прекращении гражданских прав и обязанностей.

В силу пункта 1 статьи 422 ГК РФ договор должен соответствовать обязательным для сторон правилам, установленным законом или иным правовым актам, действующим в момент его заключения.

Согласно пункту 1 статьи 425 ГК РФ договор вступает в силу и становится обязательным для сторон с момента его заключения.

В соответствии с пунктом 1 статьи 160 ГК РФ сделка в письменной форме должна быть совершена путем составления документа, выражающего ее содержание и подписанного лицом ими лицами, совершившими сделку, или должным образом уполномоченными или лицами.

Как следует из статьи 161 ГК РФ в простой письменной форме, за исключением сделок, требующих нотариального удостоверения, должны совершаться сделки юридических лиц между собой и с гражданами, а также сделки граждан между собой на сумму, превышающую десять тысяч рублей. 

Несоблюдение простой письменной формы сделки лишает стороны права в случае спора ссылаться в подтверждение сделки и ее условий на свидетельские показания, но не лишает их права приводить письменные и другие доказательства. В случаях, прямо указанных в законе или в соглашении сторон, несоблюдение простой письменной формы сделки влечет ее недействительность (ст.162 ГК РФ).

Как следует из доводов истца и его представителя, изложенных в исковом заявлении и в судебном заседании, узнав 26 апреля 2018 года о факте изъятия принадлежащего организации промышленного прибора с места его хранения в Ягоднинском районе неустановленными лицами, в связи с имеющимися признаками совершенного преступления, представитель истца обратился с заявлением в УМВД России по Магаданской области, которым по указанному факту организовано проведение проверки. 

Из материалов процессуальной проверки №, представленных Отд МВД России по Ягоднинскому району Магаданской области, следует, что заявление о совершенном преступлении, связанном с неправомерными действиями ФИО2 в отношении имущества ООО «Ареал», представитель последнего – ФИО1 подал 03 мая 2018 года (зарегистрировано за №456). 

Опрошенный по существу проведенной проверки сотрудниками Отд МВД России по Ягоднинскому району ФИО2 подтвердил факт продажи им ООО «Ареал» в лице его директора ФИО5 в сентябре 2016 года принадлежащего ему на праве собственности промышленного прибора ПБШ-100 за 110 000 рублей, на условиях и в порядке, указанных в договоре купли-продажи. Исполнение сторонами условий договора, а также добровольность его заключения, не оспаривает. 20 октября 2016 года от ООО «Ареал» оформлена доверенность на его имя на представление интересов организации, на основании которой он как представитель организации в тот же день продал промышленный прибор ПБШ-100, принадлежащий ООО «Ареал», ФИО7, а 24 октября 2016 года, то есть спустя 4 дня, приобрел у ФИО7 указанный прибор в свою собственность по прежней стоимости (стоимость сделок назвать затруднился, договоры купли-продажи не представил). Денежные средства за проданный прибор собственнику не передавал, мотивируя занятостью по работе. Установив, что промышленный прибор ПБШ-100 отсутствует на месте его прежнего хранения в пос. Восточном, он 26 октября 2016 года обратился с заявлением о его хищении в правоохранительные органы, которыми к уголовной ответственности по ч.1 ст.330 УК РФ привлечен ФИО4 

Из письменного объяснения директора ООО «Ареал» ФИО5 следует, что после приобретения его организацией у ФИО2 15 сентября 2016 года промышленного прибора, он 20 октября 2016 года выдал ФИО2 доверенность, уполномочив представлять интересы организации по вопросам, связанным с эксплуатацией приобретенного промышленного прибора. В целях обеспечения сохранности приобретенного промышленного прибора поместил его на стояночное место в ООО «Статус» на основании договора аренды от 07 октября 2017 года. Согласия на продажу принадлежащего организации промышленного прибора не давал, совершение данных сделок ФИО2 от имени организации не согласовывал и не был о них осведомлен, денежные средства в счет оплаты заключенных ФИО2 договоров не получал, продолжая нести расходы по обеспечению сохранности указанного имущества.

Согласно письменному объяснению ФИО7, являющегося исполняющим обязанности начальника части МЧС, с ФИО2 он знаком около 30 лет, поддерживает с ним дружеские отношения. В период с лета 2016 года по зиму 2017 года ФИО2 приехал к нему на работу и предложил купить у него промышленный прибор ПБШ-100, пояснив, что нуждается в деньгах, съезжает с участка и возможности везти с собой прибор нет. ФИО2 показал ему фотографии прибора, рассказал о принципе его работы, показал доверенность от какого-то предприятия. Он согласился купить прибор за 110 000 рублей, после чего отдал деньги ФИО2 Какие-либо документы (кроме договора купли-продажи) не составляли, самого прибора он не видел, кем и на каких условиях осуществлялось хранение приобретенного им промышленного прибора, он не знает. Предоставить договор купли-продажи промышленного прибора не смог, пояснив, что не осведомлен о месте его нахождения. Спустя год, точную дату он не помнит, к нему на работу вновь приехал ФИО2 с молодым человеком и предложил выкупить назад промышленный прибор ПБШ-100. Он согласился, указав цену в 120 000 рублей. ФИО2 передал ему наличными требуемую сумму. Оформлялась ли при этом сделка письменно (составлялся ли договор купли-продажи, акт приема-передачи, расписка о передачи денежных средств), он не помнит, подтверждающих документов представить не смог.

Сведений, подтверждающих факт совершения ФИО2 сделок купли-продажи промышленного прибора 20 октября 2016 года (от имени ООО «Ареал» в пользу ФИО7) и 24 октября 2016 года (от своего имени с ФИО7), представленные по запросу суда материалы проверки КРСП № не содержат. 

Проверяя доводы истца о реальном существовании имущества (промышленного прибора), по поводу которого ООО «Ареал» заявлено об истребовании из чужого незаконного владения, а также доводы о нахождении данного имущества в незаконном распоряжении ФИО2, судом изучены материалы уголовного дела №, в рамках которого по заявлению ФИО2 осуществлялось уголовное преследование в отношении ФИО4 по ч.1 ст. 330 УК РФ.

Так, из заявления ФИО2 от 24 октября 2016 года, а также данных им в ходе расследования уголовного дела письменных показаний, следует, что поводом для обращения в правоохранительные органы явились неправомерные действия ФИО4 по отчуждении 15 июня 2016 года в пользу ФИО3 (путем заключения договора купли-продажи) принадлежащего ему (ФИО2) имущества – промышленного прибора ПБШ-100.

При этом, будучи неоднократно допрошенным, ФИО2, признанный органом следствия потерпевшим, факт отчуждения им лично 15 сентября 2016 года в пользу ООО «Ареал» принадлежащего ему имущества – промышленного прибора ПБШ-100, на первоначальном этапе расследования (до 28 декабря 2017 года) не сообщил.

Согласно протоколу осмотра места происшествия от 13 марта 2017 года, органами предварительного расследования на территории базы ООО «Кривбасс», расположенной в Ягоднинском районе Магаданской области, обнаружен и изъят промышленный (промывочный) прибор. Осмотр прибора произведен с участием ФИО2, который подтвердил факт принадлежности ему указанного прибора, неправомерно проданного от его имени ФИО4 гражданину ФИО3

Будучи дополнительно допрошенным в качестве потерпевшего 28 декабря 2017 года, ФИО2 после предъявления ему договора купли-продажи промышленного прибора ПБШ-100, заключенного им 15 сентября 2016 года с ООО «Ареал», подтвердил факт его добровольного заключения на изложенных условиях. Уточнил, что правильным наименованием находившегося в его собственности с 2014 года промышленного прибора, явившегося в том числе и предметом вышеуказанной сделки с ООО «Ареал», является не ПБШ-100, а СБД-100 (скубер-бутара двугрохотный). По поводу требования ООО Ареал» о возврате принадлежащего на праве собственности промышленного прибора, приобретенного на основании договора купли-продажи от 15 сентября 2016 года, высказал несогласие. Свою позицию мотивировал тем, что промышленный прибор выбыл из собственности организации 20 октября 2016 года. Показал, что в указанную дату он, действуя на основании выданной ему директором ООО «Ареал» 20 октября 2016 года доверенности, продал промышленный прибор ранее ему знакомому ФИО7 В дальнейшем, 23 октября 2016 года он, действуя уже от своего имени в качестве покупателя вновь заключил с ФИО7 договор купли-продажи промышленного прибора, таким образом обратив его в свою собственность. Указанные сведения сообщил органу предварительного расследования лишь 28 декабря 2017 года, поскольку ранее не считал это необходимым.

В подтверждение своего права собственности на промышленный прибор, ранее реализованный ООО «Ареал» на основании договора купли-продажи от 15 сентября 2016 года, ФИО2 представил органу следствия копии договоров купли-продажи, заключенные: 20 октября 2016 года между ООО «Ареал» в его лице (продавец) и ФИО7 (покупатель), 23 октября 2016 года между ФИО7 (продавец) и ФИО2 (покупатель).

Сведений о проверке органом следствия фактических обстоятельств заключения названных договоров, представленных ФИО2 в копиях, месте нахождения оригиналов договоров, изученные судом материалы уголовного дела не содержат. Не представлены оригиналы указанных договоров сторонами и в ходе рассмотрения дела судом. 

Оценивая данные ФИО2 в ходе расследования уголовного дела письменные пояснения относительно обстоятельств приобретения им права собственности на спорное имущество, представленные им копии договоров купли-продажи от 20 октября 2016 года и 23 октября 2016 года в совокупности с письменными пояснениями ФИО7, содержащимися в исследованном судом материале проверки №1344, суд оценивает их критически по следующим основаниям.

В соответствии с условиями представленной ФИО2 органу предварительного расследования копии договора купли-продажи промышленного прибора ПБШ-100 от 20 октября 2016 года, сторонами в указанной сделке являются ООО «Ареал» в лице ФИО2, действующего на основании доверенности (продавец), и ФИО7 (покупатель). ФИО2 стороной в указанной сделке не является, ее совершение не влечет за собой возникновение у него прав и обязанностей. В соответствии с п.2.2 копии указанного договора, регламентирующего порядок оплаты, следует, что покупатель оплачивает приобретаемый товар путем передачи наличных денежных средств в объеме 100% от суммы сделки непосредственно продавцу, о чем последним составляется расписка о принятии всей суммы денежных средств и отсутствии претензий по проведенному расчету. 

Вместе с тем, как следует их пояснений представителя истца в судебном заседании, а также письменных материалов, исследованных судом, сведения о заключении ФИО2 20 октября 2016 года от имении ООО «Ареал» сделки купли-продажи промышленного прибора, а также денежные средства в счет оплаты за товар в адрес собственника не поступили (при отсутствии объективных к тому причин). Реальных действий, направленных на исполнение возложенных договором обязательств, ООО «Ареал» в пользу ФИО8 не совершало. 

Учитывая специфику предмета сделки купли-продажи от 20 октября 2016 года – промышленного (промывочного) прибора для выполнения горных работ, судом изучена личность его покупателя ФИО7, который является гражданским служащим, постоянно проживающим в г.Магадан, чья деятельность не связана с золотодобывающей отраслью. Принимая предложение ФИО2 о приобретении промышленного прибора, ФИО7 о принципе его действия не был осведомлен, на место хранения прибора не выезжал, расходов по его содержанию и обеспечению сохранности не понес, в связи с чем, суд приходит к убеждению об отсутствии у ФИО7 реального намерения и возможности использовать приобретаемый товар, отсутствии цели наступления определенных правовых последствий. 

Выявлены судом существенные противоречия и в части даты и обстоятельств приобретения ФИО2 промышленного прибора у ФИО7, позволяющие прийти к выводу о том, что указанная сделка фактически не совершалась.

Так, согласно письменным пояснениям ФИО7, содержащимся в исследованном судом материале проверки №1344, с предложением выкупить промышленный прибор ПБШ-100 ФИО2 обратился к нему спустя год после его продажи, а не через 3 дня (23 октября 2016 года), как указано в представленной ФИО2 органу следствия копии договора купли-продажи. Содержащиеся в копии указанного договора от 23 октября 2016 года сведения о предмете сделки не содержат индивидуальных признаков (технических характеристик, комплектации и пр.), позволяющих его идентифицировать. Реальное исполнение сторонами данного договора Актом приема-передачи товара не подтверждена.

Учитывая, что договоры купли-продажи промышленного прибора от 20 октября 2016 года и 23 октября 2016 года представлены лишь в копиях, сделать вывод об их достоверности судом не представляется возможным. 

Согласно постановлению о прекращении уголовного дела (уголовного преследования) в отношении ФИО4 по ч.1 ст. 330 УК РФ в связи с истечением сроков давности привлечения его к уголовной ответственности от 13 сентября 2018 года, вынесенному по уголовному делу №, старшим следователем СО по Отд МВД России по Ягоднинскому району Магаданской области ФИО6 признанный вещественным доказательством промышленный прибор СБД-100 оставлен на хранении у потерпевшего ФИО2 (находится на ответственном хранении с 04 апреля 2018 года). 

Сведений о выбытии из владения ФИО2 спорного промышленного прибора сторонами по рассматриваемому делу не представлено и судом не установлено. 

С учетом изложенных юридически значимых обстоятельств суд приходит к убеждению о том, что фактическим собственником промышленного прибора СБД-100 (именованный в договоре купли-продажи от 15 сентября 2016 года как ПБШ-100) производства г.Иркутск в комплекте с шестиметровым шлюзом, приемным бункером, рабочим органом с перфорацией (бочкой) и редуктором с электродвигателем 75 КВТ является ООО «Ареал», которым утрачено фактическое владение вещью. Правовые основания для удержания промышленного прибора СБД-100 (именованный в договоре купли-продажи от 15 сентября 2016 года как ПБШ-100) производства г.Иркутск в комплекте с шестиметровым шлюзом, приемным бункером, рабочим органом с перфорацией (бочкой) и редуктором с электродвигателем 75 КВТ у ФИО2 отсутствуют.

Оценив в совокупности письменные материалы дела, проанализировав изложенные нормы закона, суд полагает исковые требования ООО «Ареал» об истребовании имущества из чужого незаконного владения ответчика ФИО2 обоснованными и подлежащими удовлетворению. 

В соответствии со статьей 98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, к которым согласно статье 88 ГПК РФ относится государственная пошлина.

Поскольку требование об истребовании имущества и чужого незаконного владения носит имущественный характер, государственная пошлина при подаче таких исков исчисляется в соответствии с подп.1 п.1 ст. 333.19 НК РФ – как при подаче искового заявления имущественного характера, подлежащего оценке в зависимости от цены иска. 

Цена заявленных ООО «Ареал» исковых требований составляет 110 000 рублей.

Согласно подпункту 1 пункта 1 статьи 333.19 НК РФ, размер государственной пошлины при цене иска свыше 100 000 рублей составляет 3 200 рублей плюс 2 процента суммы, превышающей 100 000 рублей. Учитывая изложенное, размер государственной пошлины при цене иска, равной 110 000 рублей, составляет: 3200+10000*2%=3 400 рублей. 

Согласно материалам дела, при обращении в суд с исковым заявлением истцом согласно платежному поручению №1 от 10 июля 2018 года и платежному поручению №4 от 11 февраля 2019 года уплачена государственная пошлина в размере 6 000 рублей. Таким образом, размер излишне уплаченной истцом государственной пошлины составляет 2 600 рублей. 

В соответствии с платежным поручением № от 11 февраля 2019 года получателем уплаченной ООО «Ареал» государственной пошлин в размере 2 600 рублей является Межрайонная ИФНС России №1 по Магаданской области, назначение платежа ОКТМО 44701000, КБК 18210803010011000110. Согласно Общероссийскому классификатору территорий муниципальных образований, утвержденному Приказом Росстандарта от 14.06.2013 №159-ст (с учетом Изменений 1/2013-316/2018) ОКТМО предназначен для обеспечения систематизации и однозначной идентификации на всей территории Российской Федерации муниципальных образований и населенных пунктов, входящих в их состав, с отражением структуры и уровней территориальной организации местного самоуправления для решения задач сбора, автоматизированной обработки, представления и анализа информации в разрезе муниципальных образований в различных областях экономики, включая статистику, прогнозирование, налогообложение.

Согласно Общероссийскому классификатору территорий муниципальных образований (Том №8. Дальневосточный федеральный округ) код 44701000 присвоен муниципальному образованию «город Магадан».

С учетом изложенного, излишен уплаченная ООО «Ареал» государственная пошлина в размере 2 600 рублей подлежит возврату из бюджета муниципального образования «город Магадан».

Поскольку исковые требования ООО «Ареал» подлежат удовлетворению в полном объеме, понесенные им расходы по уплате государственной пошлины в размере 3 400 рублей подлежат взысканию с ответчика в его пользу. 

На основании изложенного, руководствуясь статьями 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования общества с ограниченной ответственностью «Ареал» к ФИО2 об истребовании имущества из чужого незаконного владения удовлетворить в полном объеме.

Истребовать из чужого незаконного владения ФИО2 промышленный прибор СБД-100 (именованный в договоре купли-продажи от 15 сентября 2016 года как ПБШ-100) производства г.Иркутск в комплекте с шестиметровым шлюзом, приемным бункером, рабочим органом с перфорацией (бочкой) и редуктором с электродвигателем 75 КВТ, обязав ФИО2 передать его ООО «Ареал».

Взыскать с ФИО2 в пользу ООО «Ареал» расходы по оплате государственной пошлины при обращении в суд в сумме 3 400 (три тысячи четыреста) рублей.

Возвратить ООО «Ареал» из бюджета муниципального образования «город Магадан» излишне уплаченную согласно платежному поручению № от 11 февраля 2019 года государственную пошлину в размере 2 600 (две тысячи шестьсот) рублей.

Настоящее решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Магаданский областной суд через Сусуманский районный суд в течение 1 месяца со дня принятия решения в окончательной форме.

Днем изготовления мотивированного решения установить 08 июня 2019 года. 

Председательствующий Н.А. Тигор