дело № 33-531/2026 (33-8260/2025)

№ 2-3977/2025

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

21 января 2026 года г. Оренбург

Судебная коллегия по гражданским делам Оренбургского областного суда в составе

председательствующего судьи Сергиенко М.Н.

судей областного суда Жуковой О.С., Рафиковой О.В.,

при секретаре Солдатовой О.М.,

рассмотрела в открытом судебном заседании апелляционную жалобу страхового публичного акционерного общества «Ингосстрах» на решение Центрального районного суда г. Оренбурга от 30 сентября 2025 года по гражданскому делу по иску ФИО1 к страховому публичному акционерному обществу «Ингосстрах» о взыскании убытков, причиненных в результате дорожно-транспортного происшествия, неустойки, штрафа и компенсации морального вреда,

установила:

ФИО1 обратилась в суд с иском к СПАО «Ингосстрах», указав, что (дата) в результате дорожно-транспортного происшествия, произошедшего возле (адрес) по вине водителя ФИО2, управлявшего автомобилем Hundai Solaris, государственный регистрационный знак №, был поврежден принадлежащий ей автомобиль LADA GRANTA, государственный регистрационный знак №, которым управлял ФИО3 На момент дорожно-транспортного происшествия риск гражданской ответственности ФИО2 был застрахован в АО «МАКС» в соответствии с полисом ОСАГО серии ТТТ №. Риск ее гражданской ответственности застрахован в СПАО «Ингосстрах», в подтверждение чего выдан полис ОСАГО серии ХХХ №.

Она обратилась с заявлением о наступлении страхового случая в СПАО «Ингосстрах», приложив необходимые документы, просила организовать ремонт транспортного средства. Однако ответчик, изменив форму страхового возмещения, произвел страховую выплату в размере 29 725 рублей.

Посчитав, что выплаченной суммы недостаточно для восстановления автомобиля, она обратилась в СПАО «Ингосстрах» с претензией о возмещении убытков. В удовлетворении ее требований страховщик отказал.

В целях досудебного разрешения спора она обратилась к финансовому уполномоченному, решением которого от (дата) № производство по ее обращению прекращено ввиду того, что она не является потребителем финансовых услуг по смыслу Федерального закона от (дата) № 123-ФЗ «Об уполномоченном по правам потребителей финансовых услуг».

Ссылаясь на положения Федерального закона от 25.04.2002 года № 40-ФЗ «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» (далее - Закон об ОСАГО) и нормы Закона Российской Федерации от 07.02.1992 года № 2300-1 «О защите прав потребителей» (далее – Закон о защите прав потребителей), а также выразив свое несогласие с решением финансового уполномоченного, истец ФИО1 просила суд взыскать в ее пользу со СПАО «Ингосстрах» в счет возмещения стоимости восстановительного ремонта автомобиля 115 042 рубля; штраф в размере 17 479 рублей; неустойку за период с 16.12.2024 года по 30.06.2025 года в размере 68 517 рублей с перерасчетом по дату фактического исполнения обязательства по возмещению стоимости ремонта автомобиля; проценты за пользование чужими денежными средствами, рассчитанные в соответствии со статьей 395 Гражданского кодекса Российской Федерации, начисляемые на сумму 115 042 рубля начиная с 16.12.2024 года до дня фактического исполнения обязательства по возмещению стоимости восстановительного ремонта автомобиля; компенсацию морального вреда в размере 10 000 рублей, а также взыскать в счет возмещения расходов по оплате услуг эксперта 7 000 рублей, в счет возмещения почтовых расходов - 800 рублей.

Впоследствии истцом исковые требования в соответствии со статьей 39 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации были уменьшены и окончательно ФИО1 просила суд взыскать в ее пользу недоплаченное страховое возмещение в сумме 5 232 рублей, в счет возмещения убытков, составляющих разницу между стоимостью восстановительного ремонта транспортного средства по рыночным ценам и надлежащим страховым возмещением 25 042 рубля, штраф в размере 17 479 рублей, неустойку за период с 16.12.2024 года по 30.06.2025 года в размере 68 517 рублей с перерасчетом по дату фактического исполнения обязательства по возмещению стоимости ремонта автомобиля; проценты за пользование чужими денежными средствами, рассчитанные в соответствии со статьей 395 Гражданского кодекса Российской Федерации, начисляемые на сумму 25 042 рубля начиная с 16.12.2024 года до дня фактического исполнения обязательства по возмещению стоимости восстановительного ремонта автомобиля; компенсацию морального вреда в размере 10 000 рублей, а также взыскать в счет возмещения расходов по оплате услуг эксперта 7 500 рублей, в счет возмещения почтовых расходов - 800 рублей.

Определением суда к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельные требования относительно предмета спора, привлечены ФИО2, ФИО3, АО «МАКС».

Решением Центрального районного суда г. Оренбурга от 30 сентября 2025 года иск ФИО1 удовлетворен частично. Суд взыскал со СПАО «Ингосстрах» в пользу ФИО1 в счет возмещения убытков, причиненных в результате дорожно-транспортного происшествия 25 042 рубля, неустойку за период с 16.12.2024 года по 30.09.2025 года в размере 101 028,62 рублей, штраф в размере 17 479 рублей, неустойку за нарушение сроков выплаты страхового возмещения из расчета 1% за каждый день просрочки на сумму страхового возмещения 34 958 руб. за период с 01.10.2025 года по день фактического исполнения обязательства, но не более 298 971,38 рубля. Взыскал со СПАО «Ингосстрах» в пользу ФИО1 проценты в соответствии со статьей 395 Гражданского кодекса Российской Федерации исходя из ключевой ставки Банка России, действующей в соответствующие периоды, насчитываемые на сумму 25 042 рубля, начиная с даты вступления решения суда в законную силу до дня фактического исполнения обязательства по выплате указанной суммы. Взыскал со СПАО «Ингосстрах» в пользу ФИО1 в счет возмещения судебных расходов по оплате независимой оценки 7 500 рублей, почтовые расходы в размере 800 рублей. В удовлетворении остальной части требований ФИО1 отказал. Взыскал со СПАО «Ингосстрах» в доход бюджета муниципального образования «город Оренбург» государственную пошлину в размере 4 782 рублей.

Не согласившись с постановленным решением СПАО «Ингосстрах» обратилось с апелляционной жалобой, в которой просит решение отменить, в удовлетворении исковых требований ФИО1 отказать, в том числе выражает несогласие с размером взысканных сумм.

Иными лицами решение суда первой инстанции не обжалуется.

Лица, участвующие в деле, в судебное заседание суда апелляционной инстанции не явились, о дне слушания дела извещены надлежаще. СПАО «Ингосстрах», АО «МАКС», Финансовый уполномоченный, ФИО2 извещены посредством электронного заказного письма, от ФИО1, ФИО3 возвращен конверт с отметкой «истек срок хранения».

Признав неявившихся лиц, извещенными надлежащим образом, на основании части 3 статьи 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации судебная коллегия определила возможным рассмотреть дело в их отсутствие.

Заслушав доклад судьи Сергиенко М.Н., изучив материалы дела, проверив законность и обоснованность принятого по делу решения в соответствии с частью 1 статьи 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации в пределах доводов апелляционной жалобы, судебная коллегия приходит к следующему.

Судом первой инстанции установлено и подтверждается материалами дела, что (дата) возле (адрес) произошло дорожно-транспортное происшествие с участием автомобиля Hundai Solaris, государственный регистрационный знак №, под управлением ФИО2, и принадлежащего истцу ФИО1 автомобиля LADA GRANTA, государственный регистрационный знак №, под управлением ФИО3

В результате дорожно-транспортного происшествия автомобили получили механические повреждения.

Дорожно-транспортное происшествие произошло по вине водителя ФИО2, который в нарушение пункта 8.5 ПДД РФ, управляя транспортным средством, перед поворотом направо заблаговременно не занял соответствующее крайнее положение на проезжей части, предназначенное для движения в данном направлении, в результате чего произошло столкновение с автомобилем LADA GRANTA, государственный регистрационный знак №, двигающимся без изменения направления движения.

Указанные обстоятельства подтверждаются схемой места совершения административного правонарушения, подписанной участниками дорожно-транспортного происшествия без замечаний, письменными объяснениями водителей транспортных средств ФИО2, ФИО3, данными сотрудникам ГИБДД.

Постановлением по делу об административном правонарушении от (дата) ФИО2 привлечен к административной ответственности за совершение административного правонарушения, предусмотренного частью 1.1 статьи 12.14 КоАП РФ.

Свою вину в произошедшем дорожно-транспортном происшествии ФИО2 не оспаривал и в ходе рассмотрения настоящего дела.

Суд установил, что между действиями ФИО2, допустившего нарушение ПДД РФ, и наступившими последствиями в виде дорожно-транспортного происшествия, повлекшего за собой причинение ущерба истцу, имеется прямая причинно-следственная связь.

На момент дорожно-транспортного происшествия риск гражданской ответственности ФИО2 был застрахован в АО «МАКС» в соответствии с полисом ОСАГО серии ТТТ №. Риск гражданской ответственности ФИО1, как собственника автомобиля LADA GRANTA, застрахован в СПАО «Ингосстрах», в подтверждение чего выдан полис ОСАГО серии ХХХ №.

(дата) ФИО1 обратилась с заявлением о наступлении страхового случая в СПАО «Ингосстрах», приложив необходимые документы. В заявлении просила организовать и оплатить восстановительный ремонт транспортного средства, возместить УТС и расходы на нотариальное заверение копий документов.

(дата) автомобиль был предоставлен на осмотр, по результатам которого составлен акт.

Согласно калькуляции ООО «Мэйнс Лаборатория», подготовленной по инициативе страховой компании, стоимость восстановительного ремонта поврежденного автомобиля в соответствии с единой методикой определения размера расходов на восстановительный ремонт в отношении поврежденного транспортного средства, утвержденной Положением Банка России от (дата) №-П, с учетом износа заменяемых деталей составляет 29 725,89 рублей, без учета износа – 34 958 рублей.

Согласно экспертному заключению ООО «Группа содействия Дельта» от (дата) № утрата товарной стоимости автомобиля ввиду повреждения в дорожно-транспортном происшествии (дата) составляет 7 416 рублей.

Признав вышеуказанное событие страховым случаем, (дата) страховая компания осуществила страховую выплату в сумме 42 734 рублей, из которых: 34 958 рублей – страховое возмещение, 7 416 рублей – УТС автомобиля, 360 рублей – нотариальные расходы, что следует из акта о страховом случае от (дата), платежного поручения от (дата) № и разъяснений страховщика, направленных в адрес финансового уполномоченного.

(дата) в адрес страховой компании поступила претензия ФИО1, в которой она просила произвести доплату страхового возмещения, выплатить неустойку и возместить убытки, составляющие разницу между рыночной стоимостью ремонта автомобиля, и надлежащим страховым возмещением.

В удовлетворении требований потерпевшего страховой компанией было отказано, о чем составлено письмо от (дата).

В целях досудебного разрешения спора ФИО1 обратилась к финансовому уполномоченному, решением которого от (дата) № производство по ее обращению прекращено ввиду того, что она не является потребителем финансовых услуг по смыслу Федерального закона от (дата) № 123-ФЗ «Об уполномоченном по правам потребителей финансовых услуг».

Не согласившись с решением финансового уполномоченного, а также с действиями страховщика, ФИО1 обратилась в суд с настоящим иском, ссылаясь на то, что страховщик в нарушение положений пункта 15.1 статьи 12 Закона об ОСАГО произвел замену натуральной формы страхового возмещения на денежную выплату. При этом волеизъявление на изменение формы страхового возмещения от нее получено не было.

Разрешая заявленные требования, руководствуясь статьями 15, 393, 397 Гражданского кодекса РФ, статьями 3, 12, 16.1 Федерального закона от (дата) № 40-ФЗ «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» (далее также Закон об ОСАГО), оценив по правилам ст.67 Гражданского процессуального кодекса РФ результаты экспертизы ИП ФИО5 от (дата) №, представленного истцом, установив, что СПАО «Ингосстрах» в отсутствие предусмотренных законом оснований в одностороннем порядке изменило форму страхового возмещения с натуральной на денежную, пришел к выводу, что ФИО1 имеет право на возмещение убытков в размере 25 042 руб., составляющих разницу между действительной рыночной стоимостью такого ремонта на дату проведения экспертизы (60 000 руб.) и выплаченной суммой страхового возмещения (34 958 руб.), которые взыскал со СПАО «Ингосстрах» в пользу истца.

На основании ч. 1 ст. 16.1 Закона об ОСАГО, взыскал со СПАО «Ингосстрах» в пользу ФИО1 штраф 17 479 руб.

Во взыскании компенсации морального суд отказал, поскольку оснований для ее взыскания не усмотрел.

Разрешая требования о взыскании неустойки, суд первой инстанции, установив, что потерпевший обратился к страховщику с заявлением о страховой выплате (дата), обязательство должно быть исполнено не позднее (дата), однако не было исполнено надлежаще, в соответствии с пунктом 21 статьи 12 Закона об ОСАГО, взыскал с ответчика неустойку за период с (дата) по (дата) (период указанный истцом) за 289 дней просрочки, размер неустойки за указанный период составил 101 028,62 руб. (34 958 х 1%/100 х 289 дн.).

Кроме того, взыскал неустойку до фактического исполнения обязательства, начиная с (дата) в размере 1 % в день от страхового возмещения в сумме 34 958 рублей, но не более 298 971,38 рубля.

В порядке ст. 395 ГК РФ в связи с нарушением исполнения страховщиком денежного обязательства взыскал проценты за пользование чужими денежными средствами исходя из ключевой ставки Банка России, действующей в соответствующие периоды, насчитываемые на сумму 25 042 рубля, начиная с даты вступления решения суда в законную силу до дня фактического исполнения обязательства по выплате указанной суммы.

В соответствии со ст.98, 100 Гражданского процессуального кодекса РФ в пользу истца взысканы судебные издержки.

Судебная коллегия соглашается с выводами суда первой инстанции, исходя из доводов жалобы не находит оснований для изменения выводов решения суда первой инстанции и указывает следующее.

Условия и порядок страхового возмещения по договору обязательного страхования гражданской ответственности владельцев транспортных средств регулируются Федеральным законом от 25.04.2002 года № 40-ФЗ «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств».

В соответствии со статьей 3 Закона об ОСАГО одним из основных принципов обязательного страхования является гарантия возмещения вреда, причиненного жизни, здоровью или имуществу потерпевших, в пределах, установленных данным федеральным законом.

Согласно абзацам 1-3 пункта 15.1 статьи 12 Закона об ОСАГО страховое возмещение вреда, причиненного легковому автомобилю, находящемуся в собственности гражданина и зарегистрированному в Российской Федерации, осуществляется (за исключением случаев, установленных пунктом 16.1 названной статьи) в соответствии с пунктом 15.2 или пунктом 15.3 названной статьи путем организации и (или) оплаты восстановительного ремонта поврежденного транспортного средства потерпевшего (возмещение причиненного вреда в натуре).

Страховщик после осмотра поврежденного транспортного средства потерпевшего и (или) проведения его независимой технической экспертизы выдает потерпевшему направление на ремонт на станцию технического обслуживания и осуществляет оплату стоимости проводимого такой станцией восстановительного ремонта поврежденного транспортного средства потерпевшего в размере, определенном в соответствии с единой методикой определения размера расходов на восстановительный ремонт в отношении поврежденного транспортного средства, с учетом положений абзаца второго пункта 19 указанной статьи.

При проведении восстановительного ремонта в соответствии с пунктами 15.2 и 15.3 той же статьи не допускается использование бывших в употреблении или восстановленных комплектующих изделий (деталей, узлов, агрегатов), если в соответствии с единой методикой определения размера расходов на восстановительный ремонт в отношении поврежденного транспортного средства требуется замена комплектующих изделий (деталей, узлов, агрегатов); иное может быть определено соглашением страховщика и потерпевшего.

По смыслу приведенных норм права, при наступлении страхового случая страховая компания обязана выдать направление на ремонт на станцию технического обслуживания, которая соответствует требованиям к организации восстановительного ремонта в отношении конкретного потерпевшего, при условии согласования сроков и полной стоимости проведения такого ремонта.

Согласно заявлению, (дата) ФИО1 обратилась к ответчику о наступлении страхового случая. Исполняя обязанности по договору, в целях установления обстоятельств дорожно-транспортного происшествия и размера причиненного ущерба СПАО «Ингосстрах» (дата) организовало осмотр транспортного средства, составлен акт осмотра, подготовлена калькуляция о сумме ремонта.

Однако, установив сумму необходимую для организации ремонта автомобиля, страховщик направление на ремонт не выдал и от организации такого ремонта уклонился.

Вместо этого, (дата) ФИО1 произведена выплата страхового возмещения в размере 34 958 руб., УТС – 7416 руб.

Из действий страховщика не усматривается, что они пытались согласовать с истцом порядок, размер и сроки такого ремонта. Более того, страховая компания не представила суду доказательств, что страховщик имел законные основания для изменения формы страхового возмещения с натуральной на денежную.

Из материалов дела следует, что основанием к отказу в осуществлении страхового возмещения в натуральной форме СПАО «Ингосстрах» указано на отсутствие станций технического обслуживания, на которых может быть отремонтирован автомобиль истца.

В силу абз. 5, 6 п. 15.2 ст. 12 Закона об ОСАГО, пункта 53 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 08 ноября 2022 года № 31 «О применении судами законодательства об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств», если ни одна из станций технического обслуживания, с которыми у страховщика заключены договоры на организацию восстановительного ремонта, не соответствует установленным правилами обязательного страхования требованиям к организации восстановительного ремонта в отношении конкретного потерпевшего, а потерпевший не согласен на проведение восстановительного ремонта на предложенной страховщиком станции технического обслуживания, которая не соответствует установленным правилами обязательного страхования требованиям к организации восстановительного ремонта в отношении конкретного потерпевшего, и при этом между страховщиком и потерпевшим не достигнуто соглашение о проведении восстановительного ремонта на выбранной потерпевшим станции технического обслуживания, с которой у страховщика отсутствует договор на организацию восстановительного ремонта, страховое возмещение осуществляется в форме страховой выплаты (абзац шестой пункта 15.2, пункт 15.3, подпункт "е" пункта 16.1, пункт 21 статьи 12 Закона об ОСАГО).

Тем самым, отсутствие станций, с которыми у страховщика заключены договоры на организацию восстановительного ремонта, само по себе не освобождает страховщика от обязанности осуществить страховое возмещение в натуре с применением новых заменяемых деталей и комплектующих изделий, в том числе путем направления потерпевшего с его согласия на другую станцию технического обслуживания, и не предоставляет страховщику право в одностороннем порядке по своему усмотрению отказаться от исполнения обязательств либо заменить натуральную форму страхового возмещения на выплату страхового возмещения в денежной форме.

Таким образом, вопреки доводу апелляционной жалобы, отсутствие у ответчика соответствующих СТОА для ремонта автомобиля истца не предоставляло СПАО «Ингосстрах» право изменить в одностороннем порядке форму страхового возмещения в отсутствие на это волеизъявления истца.

Данных о том, что страховая компания предлагала истцу самостоятельно выбрать станцию технического обслуживания или произвести ремонт автомобиля в других СТОА, при этом ФИО1 от такого ремонта отказалась, в материалах дела не имеется.

При таких обстоятельствах, принимая во внимание, что при обращении в страховую компанию истец выразил свое несогласие с выплатой страхового возмещения в денежной форме, указывая в досудебной претензии о невыполнении страховщиком обязанности по организации и оплате восстановительного ремонта автомобиля, согласия на проведение восстановительного ремонта на другой СТОА, не соответствующей установленными Правилами ОСАГО требованиям к организации восстановительного ремонта, не заключалось, соглашения в письменной форме между страховщиком и потерпевшим о страховой выплате между сторонами не заключалось, судебная коллегия соглашается с выводом суда первой инстанции о том, что действия страховщика, который без согласия страхователя произвел страховую выплату в денежной форме, не соответствуют требованиям Закона об ОСАГО.

По делу установлено, что форма страхового возмещения с натуральной на денежную была изменена не в результате достижения сторонами соглашения о страховой выплате в денежной форме, а в связи с уклонением СПАО «Ингосстрах» от надлежащего исполнения обязательств, правомерность которого достаточным образом не подтверждена.

Обстоятельств, в силу которых страховая компания имела право заменить без согласия потерпевшего организацию и оплату восстановительного ремонта на страховую выплату, судом первой инстанции обоснованно не установлено.

Пунктом 3 статьи 401 ГК РФ предусмотрено, что лицо, не исполнившее или ненадлежащим образом исполнившее обязательство при осуществлении предпринимательской деятельности, несет ответственность, если не докажет, что надлежащее исполнение оказалось невозможным вследствие непреодолимой силы, то есть чрезвычайных и непредотвратимых при данных условиях обстоятельств. К таким обстоятельствам не относятся, в частности, нарушение обязанностей со стороны контрагентов должника, отсутствие на рынке нужных для исполнения товаров, отсутствие у должника необходимых денежных средств.

СПАО «Ингосстрах» как профессиональный участник страхового рынка, обязан принять все меры для исполнения обязательств перед гражданами, которые гарантированы договором, однако свои обязательства нарушил.

Довод апелляционной жалобы о том, что удовлетворение требований истца привело к нарушению положений ч.2 ст. 393 Гражданского кодекса Российской Федерации, поскольку поставило истца в более выгодное положение, по сравнению с тем, в котором он находился, если бы обязательство было исполнено надлежащим образом, подлежит отклонению ввиду следующего.

Истцом заявлены требования о взыскании убытков, которые им квалифицированы и рассчитаны от рыночной (коммерческой) стоимости ремонта и надлежащим страховым возмещением.

Согласно пункту 56 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 08.11.2022 года № 31 «О применении судами законодательства об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» при нарушении страховщиком обязательства по организации и оплате восстановительного ремонта потерпевший вправе предъявить требование о понуждении страховщика к организации и оплате восстановительного ремонта или потребовать страхового возмещения в форме страховой выплаты либо произвести ремонт самостоятельно и потребовать со страховщика возмещения убытков вследствие ненадлежащего исполнения им своих обязательств по договору обязательного страхования гражданской ответственности владельца транспортного средства в размере действительной стоимости восстановительного ремонта, который страховщик должен был организовать и оплатить. Возмещение таких убытков означает, что потерпевший должен быть постановлен в то положение, в котором он находился бы, если бы страховщик по договору обязательного страхования исполнил обязательства надлежащим образом (пункт 2 статьи 393 ГК РФ).

В соответствии со статьей 393 Гражданского кодекса Российской Федерации должник обязан возместить кредитору убытки, причиненные неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства. Если иное не установлено законом, использование кредитором иных способов защиты нарушенных прав, предусмотренных законом или договором, не лишает его права требовать от должника возмещения убытков, причиненных неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства (пункт 1).

Надлежащим исполнением страховщиком своих обязательств по договору ОСАГО является осуществление страхового возмещения путем восстановительного ремонта в отсутствие оснований для денежной формы возмещения, предусмотренных пунктом 16.1 статьи 12 Закона об ОСАГО, в установленные данным законом сроки и надлежащего качества, обеспечивающее устранение всех повреждений, относящихся к конкретному страховому случаю.

Как следует из разъяснений, данных в пункте 5 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 года № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств», по смыслу статей 15 и 393 Гражданского кодекса Российской Федерации, кредитор представляет доказательства, подтверждающие наличие у него убытков, а также обосновывающие с разумной степенью достоверности их размер и причинную связь между неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства должником и названными убытками. Должник вправе предъявить возражения относительно размера причиненных кредитору убытков и представить доказательства, что кредитор мог уменьшить такие убытки, но не принял для этого разумных мер (статья 404 Гражданского кодекса Российской Федерации).

ФИО1 в подтверждение размера причиненных убытков представлено заключение от (дата) №, выполненное ИП ФИО5, согласно которому рыночная стоимость восстановительного ремонта автомобиля LADA GRANTA, государственный регистрационный знак № составляет 60 000 рублей.

Оценивая указанное заключение, суд принял его в качестве допустимого и достоверного доказательства. Ответчиком выводы, изложенные в указанном заключении, не оспаривались, доказательств иного размера ущерба не представлено, ходатайство о назначении и проведении судебной независимой экспертизы не заявлялось ни в суде первой инстанции, ни в апелляционной. Доказательств причинения ущерба автомобилю истца в ином размере не представлено.

Из установленных обстоятельств дела следует, что истец как потерпевший в ДТП имел право на выполнение ремонта его автомобиля на СТОА за счёт страховщика, между тем, такой ремонт страховщиком организован и оплачен не был, в связи с чем истец вынужден ремонтировать автомобиль на СТОА за счёт собственных средств, при оплате которого Единая методика Банка России и соответственно рекомендованные РСА цены на запасные части, ремонтной организацией применяться не будут, и данные расходы являются убытками истца, которые обязано возместить лицо, ответственное за их причинение.

С учетом приведенных выше положений законодательства, позиции сторон по делу, убытки в размере 25 042 руб. (60 000 – 34 958), подлежат возмещению ответчиком в пользу истца, суд первой инстанции правомерно взыскал со СПАО «Ингосстрах» в пользу истца убытки в указанном размере.

При определении размера убытков суд обоснованно руководствовался заключением судебного эксперта ИП ФИО5, которое в полной мере соответствует требованиям статьи 86 ГПК РФ, сомнений у суда апелляционной инстанции не вызывает.

Из представленных материалов дела следует, что эксперт провел исследование именно тех повреждений, которые относятся к рассматриваемому дорожно-транспортному происшествию, при этом им исследовались все материалы дела, в том числе акты осмотра, представленные сторонами, административный материал и фотоматериалы, которые не были оспорены, обладают достаточной степенью информативности и были приняты экспертом во внимание в их совокупности, в связи с чем доводы ответчика со ссылкой на неправомерность расчета не могли быть приняты во внимание.

Оснований для освобождения страховщика от выплаты убытков, предусмотренных статьями 309, 310 Гражданского кодекса Российской Федерации судебной коллегией не установлено.

Таким образом, требования истца о возмещении убытков удовлетворены судом правомерно, доводы ответчика об обратном основаны на неверном толковании норм материального права. Вопреки позиции апеллянта размер убытков судом установлен правильно.

Доводы жалобы о не направлении в адрес ответчика экспертного заключения ИП ФИО5, подтверждающих размер причиненного ущерба, не свидетельствуют о незаконности постановленного решения.

В соответствии с частью 1 статьи 35 ГПК РФ лица, участвующие в деле, должны добросовестно пользоваться всеми принадлежащими им процессуальными правами.

Являясь стороной по делу, ответчик СПАО «Ингосстрах» имел возможность в полном объеме реализовать предоставленные ему процессуальным законом права, в том числе право на ознакомление с материалами дела. Сведений о том, что в предоставлении для ознакомления представителю СПАО «Ингосстрах» материалов гражданского дела было отказано, в деле не имеется.

Доводы апелляционной жалобы о наличии у ответчика права требовать передачи замененных истцом деталей, и об обязании истца в течении 10 дней организовать ремонт автомобиля после исполнения решения суда страховщиком, основаны на неверном толковании норм материального и процессуального права. Таких обязательств ни закон об ОСАГО, ни действующее гражданское законодательство не предусматривает.

Право страховщика распорядиться замененными поврежденными комплектующими изделиями (деталями, узлами, агрегатами) по своему усмотрению возможно при надлежащем исполнении обязательств по договору ОСАГО (пункт 60 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 08.11.2022 года № 31), в то время как при денежном возмещении ущерба истец не несет обязанности - выполнить ремонт в пределах выплаченной суммы, заменить поврежденные детали, узлы и агрегаты и передать их страховщику. При этом ни Закон об ОСАГО, ни разъяснения постановления Пленума по его применению, ни Единая методика, не определяют возможность оценки таких деталей на предмет допустимости уменьшения страхового возмещения.

Проверяя довод апеллянта об отсутствии оснований для взыскания неустойки, неверном расчете неустойки и штрафа, судебная коллегия исходит из следующего.

Обязательства страховщика по организации и оплате восстановительного ремонта транспортного средства потерпевшего считаются исполненными страховщиком в полном объеме со дня получения потерпевшим надлежащим образом отремонтированного транспортного средства (пункт 62 Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 08.11.2022 года № 31 «О применении судами законодательства об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств»).

Из вышеприведенных положений закона ОСАГО и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации следует, что организация и оплата восстановительного ремонта легкового автомобиля, находящегося в собственности гражданина и зарегистрированного в Российской Федерации, является обязанностью страховщика, которая им не может быть заменена в одностороннем порядке.

В соответствии с абзацем вторым пункта 21 статьи 12 Закона об ОСАГО при несоблюдении срока осуществления страховой выплаты или срока выдачи потерпевшему направления на ремонт транспортного средства страховщик за каждый день просрочки уплачивает потерпевшему неустойку (пеню) в размере одного процента от определенного в соответствии с данным законом размера страхового возмещения по виду причиненного вреда каждому потерпевшему.

Пунктом 3 статьи 16.1 Закона об ОСАГО предусмотрено, что при удовлетворении судом требований потерпевшего - физического лица об осуществлении страховой выплаты суд взыскивает со страховщика за неисполнение в добровольном порядке требований потерпевшего штраф в размере пятидесяти процентов от разницы между совокупным размером страховой выплаты, определенной судом, и размером страховой выплаты, осуществленной страховщиком в добровольном порядке.

При этом согласно разъяснениям, содержащимся в абзацах втором и третьем пункта 81, пункте 83 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 31, при удовлетворении судом требований потерпевшего - физического лица суд одновременно разрешает вопрос о взыскании с ответчика штрафа за неисполнение в добровольном порядке требований, независимо от того, заявлялось ли такое требование суду (пункт 3 статьи 16.1 Закона об ОСАГО).

Таким образом, из приведенных норм права следует, что размер неустойки и штрафа по Закону об ОСАГО определяется не размером присужденных потерпевшему денежных сумм убытков, а размером страхового возмещения, обязательство по которому не исполнено страховщиком.

При этом указание в пункте 3 статьи 16.1 Закона об ОСАГО на страховую выплату не означает, что в случае неисполнения страховщиком обязательства по организации и оплате восстановительного ремонта он освобождается от уплаты неустойки и штрафа.

Иное означало бы, что в отступление от конституционного принципа равенства прав, потерпевшие, право которых на страховое возмещение в виде организации и оплаты восстановительного ремонта нарушено, оказались бы менее защищены и поставлены в неравное положение с такими же потерпевшими, право которых на страховое возмещение нарушено неосуществлением страховой выплаты.

Таким образом, удовлетворение судом требования потерпевшего - физического лица о взыскании убытков, обусловленных ненадлежащим исполнением страховщиком обязательства по организации и оплате восстановительного ремонта транспортного средства, не исключает присуждение предусмотренных Законом об ОСАГО неустоек и штрафов, подлежащих в этом случае исчислению из размера неосуществленного страхового возмещения (возмещение вреда в натуре).

Осуществленные страховщиком выплаты страхового возмещения в денежном выражении не подлежат учету при определении размера неустоек и штрафов, поскольку подобные действия финансовой организации не могут рассматриваться как надлежащее исполнение обязательства.

При этом, с учетом положений статьи 396 ГК РФ обязательство по организации восстановительного ремонта страховщика прекращается лишь с возмещением убытков.

Так, проверяя расчет неустойки, произведенный судом первой инстанции, судебная коллегия отмечает следующее.

Из материалов дела следует, что 25.11.2024 года истец обратился к страховщику с заявлением о прямом возмещении убытков. В установленный законом срок, то есть до 15.12.2024 года, ответчик ремонт не организовал, надлежащую выплату не произвел.

Страховое возмещение ответчик перечислил истцу 16.12.2024 года в сумме 34 958 руб. не в полном объеме.

Согласно калькуляции ООО «Мэйнс Лаборатория», подготовленной по инициативе страховой компании, стоимость восстановительного ремонта поврежденного автомобиля в соответствии с единой методикой определения размера расходов на восстановительный ремонт в отношении поврежденного транспортного средства, утвержденной Положением Банка России от 04.03.2021 года № 755-П, с учетом износа заменяемых деталей составляет 29 725,89 рублей, без учета износа – 34 958 рублей.

Указанное заключение легло в основу решения, при определении надлежащего страхового возмещения.

Таким образом, исходя из суммы надлежащего страхового возмещения, которое составляет стоимость ремонта в размере 34 958 руб., подлежащая начислению неустойка за период с 16.12.2024 года по 30.09.2025 года составляет 101 028,62 руб. (34 958 х1%х 289 дней) и далее с 01.10.2025 года подлежит расчету до полного исполнения обязательств, но не более 298 971,38 руб.

По этим же основаниям суд апелляционной инстанции считает необоснованными доводы апелляционной жалобы об отсутствии оснований для взыскания штрафа.

Как уже отмечалось выше, основанием для применения штрафных санкций является ненадлежащее исполнение страховщиком обязательства по договору обязательного страхования, в том числе незаконная замена восстановительного ремонта в натуре на страховую выплату, исчисляемую по Единой методике.

В связи с изложенным суд апелляционной инстанции признает, что имеются основания для взыскания со СПАО «Ингосстрах» штрафа, предусмотренного Законом об ОСАГО, исходя из размера неосуществленного страхового возмещения (возмещение вреда в натуре), которое определяется как стоимость восстановительного ремонта, рассчитанная в соответствии с Единой методикой определения размера расходов на восстановительный ремонт в отношении поврежденного транспортного средства, без учета износа.

При этом, осуществленные страховщиком выплаты страхового возмещения в денежном выражении не подлежат учету при определении размера штрафа, поскольку подобные действия финансовой организации не могут рассматриваться как надлежащее исполнение обязательства.

Кроме того, наличие судебного спора о страховом возмещении указывает на несоблюдение страховщиком добровольного порядка удовлетворения требований потребителя, в связи с чем удовлетворение требований потерпевшего в период рассмотрения спора в суде, само по себе не является основанием для освобождения страховщика от ответственности в виде штрафа за ненадлежащее исполнение обязательств.

Таким образом, надлежащий размер штрафа составляет 17 479 руб., исходя из расчета 50% от суммы неосуществленного страхового возмещения 34 958 руб.

Доводы СПАО «Ингосстрах» о необоснованном отклонении ходатайства о применении к штрафным санкциям ст.333 Гражданского кодекса РФ, судебная коллегия считает необоснованными.

В силу п. 1 ст. 333 Гражданского кодекса РФ суд вправе уменьшить неустойку, если подлежащая уплате неустойка явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства. Если обязательство нарушено лицом, осуществляющим предпринимательскую деятельность, суд вправе уменьшить неустойку при условии заявления должника о таком уменьшении.

С учетом правовой позиции, изложенной в п. 85 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 08.11.2022 года № 31 «О применении судами законодательства об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств», применение ст. 333 Гражданского кодекса РФ об уменьшении судом неустойки возможно лишь в исключительных случаях, когда подлежащие уплате неустойка, финансовая санкция и штраф явно несоразмерны последствиям нарушенного обязательства.

В постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 года № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» разъяснено, что бремя доказывания несоразмерности неустойки и необоснованности выгоды кредитора возлагается на ответчика.

Возражая против заявления об уменьшении размера неустойки, кредитор не обязан доказывать возникновение у него убытков (п. 1 ст. 330 Гражданского кодекса РФ), но вправе представлять доказательства того, какие последствия имеют подобные нарушения обязательства для кредитора, действующего при сравнимых обстоятельствах разумно и осмотрительно, например, указать на изменение средних показателей по рынку (процентных ставок по кредитам или рыночных цен на определенные виды товаров в соответствующий период, валютных курсов и т.д.).

Из приведенных правовых норм и разъяснений Пленума Верховного Суда РФ следует, что уменьшение неустойки производится судом исходя из оценки ее соразмерности последствиям нарушения обязательства, однако такое снижение не может быть произвольным и не допускается без представления ответчиком доказательств, подтверждающих такую несоразмерность, а также без указания судом мотивов, по которым он пришел к выводу об указанной несоразмерности.

В апелляционной жалобе СПАО «Ингосстрах» просит снизить сумму неустойки и штрафа на основании статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации, указав, что неустойка и штраф несоразмерны нарушенному праву, учитывая фактические обстоятельства дела и необходимость нахождения баланса между применяемой мерой ответственности и последствиями нарушения обязательств. Между тем, в нарушение части 1 статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации апеллянтом суду не представлено доказательств, подтверждающих несоразмерность неустойки и штрафа последствиям нарушения обязательства, наличие исключительных обстоятельств, позволяющих применить положения статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации и снизить размер неустойки и штрафа, принимая во внимание, что страховщиком в течение длительного периода не исполнялись обязательства по выплате страхового возмещения в полном объеме, при наличии всех необходимых документов, предусмотренных законом для осуществления выплаты.

Из установленных по делу обстоятельств следует, что просрочка исполнения обязательства страховщиком имела место с 16.12.2024 года, страховщик в добровольном порядке в установленный законом срок не удовлетворил в полном объеме претензионное требование ФИО1, продолжая длительное время нарушать его права, что повлекло для него негативные последствия в виде невозможности ремонта транспортного средства в полном объеме, вызвало необходимость обращения за защитой своего права к финансовому уполномоченному и в суд.

Как следует из материалов дела, ответчик СПАО «Ингосстрах», заявляя ходатайство о применении ст. 333 ГК РФ, указывает в целом на формальное применение положений данной статьи, также ссылается на правовую позицию Конституционного Суда Российской Федерации, Верховного Суда Российской Федерации, иных мотивов для снижения штрафа не приведено.

Апеллянтом не приведено данных о каких-либо исключительных обстоятельств при урегулировании рассматриваемого страхового случая, свидетельствующих о наличии оснований для уменьшения штрафа, а следовательно несогласие с размером неустойки и штрафа, исчисленного в установленном законом порядке, является не правомерным.

С учетом изложенного решение суда первой инстанции является законным и обоснованным, оснований для его отмены по доводам апелляционной жалобы не имеется.

Руководствуясь статьями 328-330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

определила:

решение Центрального районного суда г. Оренбурга от 30 сентября 2025 года оставить без изменения, апелляционную жалобу страхового публичного акционерного общества «Ингосстрах» - без удовлетворения.

Председательствующий:

Судьи:

Мотивированный текст апелляционного определения составлен 26 января 2026 года.