ПРИГОВОР

Именем Российской Федерации

г.Ростов-на-Дону 29 марта 2019 г. 

Судья Ростовского областного суда Дегтярев А.А., 

с участием:

гособвинителя- прокурора отдела гособвинителей прокуратуры Ростовской области Кузнецова В.В.,

потерпевшей И.В.А.,

подсудимого ФИО1,

защитника-адвоката Крищенко И.Ф., представившей ордер № НОМЕР ОБЕЗЛИЧЕН, удостоверение № НОМЕР ОБЕЗЛИЧЕН,

при ведении протокола судебного заседания секретарем Рубан Т.Б.,

рассмотрев уголовное дело по обвинению

ФИО1 ИНФОРМАЦИЯ ОБЕЗЛИЧЕНА

в совершении преступлений, предусмотренных п. «з» ч.2 ст.112, п. п. «в,д» ч.2 ст.105 УК РФ,

установил:

подсудимый ФИО1 01.01.2018, находясь по месту своего жительства в АДРЕС ОБЕЗЛИЧЕН в пос. Коксовый Белокалитвинского района Ростовской области, с применением предмета, используемого в качестве оружия, причинил своей супруге И.В.А. телесное повреждение в виде открытого перелома левой локтевой кости.

Он же, 01.03.2018, будучи в состоянии алкогольного опьянения, в АДРЕС ОБЕЗЛИЧЕН в пос. Коксовый Белокалитвинского района Ростовской области совершил убийство своего сына И.В.В в присутствии матери ребенка - И.В.А. и малолетнего Ш.К.- родного брата И.В.В.

Указанные преступления были совершены при следующих обстоятельствах:

подсудимый ФИО1 01.01.2018, в период времени с 22 часов 00 минут до 23 часов 05 минут, находясь по месту своего жительства в пос. Коксовый, АДРЕС ОБЕЗЛИЧЕН, в ходе ссоры на почве личных неприязненных отношений с находившейся с ним в указанной квартире супругой И.В.А., имея умысел на причинение вреда здоровью, взял металлическую кочергу, используемую в качестве оружия, и нанес ею не менее 3 ударов по телу и левой руке И.В.А., причинив ей своими действиями телесное повреждение в виде открытого перелома левой локтевой кости: перелом локтевой кости в нижней трети со смещением отломков, повлекшее за собой вред здоровью средней тяжести по признаку длительности расстройства здоровья продолжительностью свыше 3-х недель (более 21 дня).

Подсудимый ФИО1 01.03.2018, в период времени с 19 часов 00 минут до 20 часов 05 минут, находясь в состоянии алкогольного опьянения по месту своего жительства в пос. Коксовый, АДРЕС ОБЕЗЛИЧЕН, будучи недовольный плачем своего сына И.В.В, лежавшему в своей кровати в спальне, имея умысел на его убийство, в присутствии матери ребенка - И.В.А., и малолетнего Ш.К.- родного брата И.В.В., осознавая, что своими действиями причиняет им особые страдания и мучения, грубо пренебрегая тем, что ребенок требует к себе бережного отношения, а также, что его костно-мышечная система в указанном возрасте развита слабо, вследствие чего любое воздействие на тело ребенка с применением значительной физической силы приведет к физической боли и телесным повреждениям, а любое травматическое воздействие в область туловища неизбежно причинит смерть малолетнему И.В.В., который заведомо для него находился в беспомощном состоянии, то есть в силу своего малолетнего возраста и физического состояния был не способен правильно воспринимать происходящее и оказать сопротивление, воспользовавшись своим физическим превосходством, с целью причинения смерти малолетнему И.В.В., нанес ему удары рукой в туловище. 

Действиями ФИО1 малолетнему И.В.В. были причинены телесные повреждения в виде тупой закрытой травмы грудной клетки с ушибами легких: массивные кровоизлияния в ткань легких, кровоизлияния в вилочковую железу, кровоизлияние в пристеночную плевру по околопозвоночной линии в проекции 1-4 ребер справа, кровоизлияние в парааортальную клетчатку грудного отдела аорты справа; «в легких очаговые свежие кровоизлияния в альвеолы, мелкоочаговые свежие кровоизлияния в строме вилочковой железы», повлекшие тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни, и стоят в прямой причинной связи со смертью.

Смерть И.В.В. наступила непосредственно на месте преступления в период времени с 19 часов 00 минут до 20 часов 05 минут 01.03.2018 от тупой закрытой травмы грудной клетки, сопроводившейся ушибами обоих легких и осложнившейся развитием острой дыхательной недостаточности. 

В судебном заседании подсудимый ФИО1 пояснил, что 01.01.2018 телесных повреждений своей жене он не причинял и кочергой ее не бил. Вечером того дня жена вышла из дома во двор за углем, подскользнулась и упала, получив перелом руки. Затем он забрал жену из травмпункта и в последующие дни оказывал ей помощь-наложил гипс.

По эпизоду обвинения в убийстве 01.03.2018 сына ФИО1 пояснил, что вечером того дня он выпил около 200 г самогона, с женой у него произошла ссора из-за того что она требовала оформить на нее долю в доме. Своим голосом жена вывела его из себя. Их сын И.В.В. был в детской, плакал, не переставая, чтобы тот перестал плакать, он нанес ему удары рукой в грудь. Сколько нанес ударов, не помнит. Убивать ребенка не хотел. Когда выходил из детской Ш.К. сказал, что И.В.В. не дышит, он схватил ребенка, перенес в зал, где стал проводить реанимационные мероприятия, а жене сказал, чтобы вызвала скорую помощь. По приезду скорой помощи фельдшер констатировала смерть ребенка.

Также пояснил, что осознавал, что воздействие на тело ребенка такого возраста с применением физической силы приведет к физической боли и телесным повреждениям у ребенка.

Вина подсудимого ФИО1 в причинении 01.01.2018 телесных повреждений И.В.А., убийстве И.В.В., подтверждается показаниями подсудимого на следствии и в суде, показаниями потерпевших И.В.А. и Ш.К., показаниями свидетелей, протоколами осмотра, заключениями экспертов, вещественными доказательствами.

Согласно показаний ФИО1, данных им в качестве подозреваемого 21.03.2018, оглашенных и проверенных в судебном заседании, у них с женой 01.01.2018 возник конфликт по поводу доли в доме, она угрожала, лезла к нему. Он стоял у печки, ударил ее кочергой и попал по руке.

01.03.2018 после 18 часов он выпил около 250г самогона. Они с женой ругались у печки, затем в детской комнате. Когда они ругались, И.В.В не унимался и тоже орал. Его раздражал крик ребенка в тот момент. Он подошел к лежащему в кровати сыну и ударил его два-три раза по животу и груди ладонью правой руки. После ударов ребенок перестал орать, плакать.

Показания ФИО1 по эпизоду обвинения от 01.03.2018 подтверждаются протоколом проверки его показаний на месте от 21.03.2018, протоколом очной ставки с И.В.А., в ходе которых ФИО1 пояснял, что удары ребенку наносил кулаком. Нанес 2-3 удара в грудь, сверху вниз.

Потерпевшая И.В.А. в судебном заседании пояснила, что 01.01.2018 у ее сына Ш.К. был день рождения. Вечером собрали стол, пригласили соседку, выпили немного спиртного. Муж ФИО1 в предыдущие дни спиртного не пил. Затем муж в этот день выпил банку пива, затем еще пил спиртное. Она просила мужа прекратить пить спиртное. Он разозлился, схватил кочергу. Увидев, как ФИО1 замахивается кочергой, она подставила левую руку, и тот ударил ее, затем еще несколько раз ударил по телу. Она сказала мужу, что у нее перелом, но тот не поверил. Позже по ее просьбе муж вызвал скорую помощь. Фельдшер рекомендовала ей обратиться по данному поводу в полицию. Ее доставили в травмопункт, где оказали помощь. В травмпункте сказала, что упала, так как опасалась мужа. Муж ей сказал, что если она расскажет об избиении, то будет плохо ей и детям.

1 марта 2018г. они с мужем купили козленка. По этому поводу мужу захотелось попробовать сливовой настойки на самогоне, которая у нее была. В течение дня муж выпьет настойки, покурит и спит. Так было несколько раз. Вечером ФИО1 решил сходить за пивом и сказал, что его мать перевела на карту деньги для газификации. Она решила проверить, взяла карту мужа втайне от него и пошла с ним к магазину, где был банкомат. Денег на карте не оказалось, об этом она сказала мужу. На этой почве по дороге домой из магазина произошла ссора, муж кричал на нее, оскорблял, при этом шел чуть впереди ее. Муж вошел в дом первым. Когда она вошла в дом и раздевалась, то услышала из детской комнаты крик мужа «Что ты орешь маленький ублюдок». Она вошла в детскую комнату и увидела, как муж, склонившись над кроватью, где лежал их сын И.В.В, правой рукой, согнутой в локте, делает быстрые движения сверху вниз. Она отшвырнула мужа от кровати и хотела подойти к сыну, но увидела, как муж замахивается на нее. Она побежала в зал, а муж за ней. В это время ее сын Ш.К., который находился все время в детской комнате, вышел оттуда на руках с И.В.1, у которого глаза были закрыты, сказал «Смотри, что Вова с И.В.В сделал». Она взяла ребенка, у него глаза закатились, появилась синюшность, руки обвисли. Она стала звонить в скорую помощь. Когда приехала фельдшер, муж пытался делать ребенку искусственное дыхание. Фельдшер его отстранила, сказав, что ребенку так делать нельзя. Фельдшер сказала, что необходимо ехать в реанимацию, пока она одевалась, фельдшер сказала, что ребенок умер.

Свои показания И.В.А. подтвердила в ходе проверки ее показаний на месте и очной ставки с ФИО1

Из показаний малолетнего Ш.К., данных им в ходе предварительного следствия 22.03.2018 с применением видеозаписи и оглашенных в судебном заседании следует, что раньше у него был братик В, которого убил папа, когда на улице было холодно, был снег. Это было ночью. Он играл в детской комнате. С ним были младшие братья Д и В. В лежал в кроватке. Мама была в зале, а папа пошел в магазин за пивом. Папа в этот день пил водку, а потом пошел за пивом. Когда папа пришел, то услышал, что В плачет. Папа подошел к В и сильно ударил его кулаком в область груди правой рукой три раза. Это происходило в его присутствии. Папа стал бить В потому, что ему не нравилось то, что он плачет. Мама в зале была, услышала, прибежала и оттолкнула папу. Потом они пошли ругаться в зал. Потом он принес В в зал. Он его принес потому, что подошел посмотреть, что с В, который начал закрывать глаза, он взял В на руки и побежал в зал. Мама в это время ругалась с папой Вовой. Он сказал, что В плохо и мама позвонила в скорую помощь. Он узнал, что В плохо, так как он начал закрывать глаза и посинел. Также В молчал. Мама положила В на кровать и в это время приехала скорая и сказала везти его в реанимацию. А потом мама оделась и тетя сказала, что В умер. 

В ходе проверки 21.05.2018 показаний на месте Ш.К. подтвердил свои показания.

При оценке показаний Ш.К. суд принимает во внимание заключение комплексной психолого-психиатрической судебной экспертизы № 2244/09-1, 2282 согласно которому у Ш.К. отсутствует нарушение восприятия, в том числе зрительного, что позволяет ему правильно воспринимать внешнюю, фактическую сторону обстоятельств, имеющих для дела. 

Повышенная внушаемость и склонность к фантазированию Ш.К. не свойственны. 

По своему психическому состоянию, а также с учетом уровня психического развития Ш.К., в том числе уровня развития у него речи, Ш.К. может давать правильные (адекватные) показания о внешней, фактической стороне обстоятельств дела. 

У Ш.К. отсутствует нарушение перцептивно-мнестической деятельности. 

Ш.К. каком-либо психическим расстройством не страдал в период исследуемой ситуации и не страдает в настоящее время, что позволяло ему правильно воспринимать внешнюю, фактическую сторону обстоятельств, имеющих значение для дела и давать о ней показания. 

У Ш.К. отсутствуют признаки отставания в психическом развитии, что позволяло ему правильно воспринимать внешнюю фактическую сторону обстоятельств, имеющих значение для дела и давать о ней показания.

Некоторые различия в показаниях Ш.К. данные им при допросе 22.03.2018 с показаниями в ходе проверки на месте от 21.05.2018 о том, какой рукой бил ФИО1 сына И.В.1-правой или левой, не влияют на достоверность его показаний, с учетом его возраста.

Так, при просмотре видеозаписи допроса от 22.03.2018 Ш.К. на вопрос следователя кулаком «Какой руки?» бил ФИО1 И.В.1, Ш.К. сказал левой, при этом показал правую руку, а при просмотре видеозаписи проверки его показаний на месте от 21.05.2018 на аналогичный вопрос ответил, что удары были нанесены ФИО1 левой рукой, при этом показал правую руку.

Потерпевшая И.В.А. пояснила, что ее сыну Ш.К. в тот период было ИНФОРМАЦИЯ ОБЕЗЛИЧЕНА лет и он иногда путал право-лево.

Учитывая, что подсудимый ФИО1 и потерпевшая И.В.А. в своих показаниях утверждали, что удары наносились ФИО1 правой рукой, небольшие противоречия в показаниях Ш.К на достоверность его показаний не влияют.

Согласно записи акта о рождении №НОМЕР ОБЕЗЛИЧЕН И.В.В. родился ДАТА ОБЕЗЛИЧЕНА., в качестве его родителей указаны:отец- ФИО1, мать- И.В.А.

В записи акта о смерти №НОМЕР ОБЕЗЛИЧЕН датой смерти И.В.В. указана дата 01.03.2018. 

Свидетель А.Н. пояснила, что 1 января 2018 года дежурила на скорой помощи в качестве фельдшера пос.Коксовый. Ночью поступил вызов об оказании помощи И.В.А. По приезду на вызов она оказала помощь пострадавшей, у которой был перелом предплечья. На ее вопрос об обстоятельствах получения травмы И.В.А сказала, что ее ударил кочергой муж. ФИО1, который по внешним признакам был в алкогольном опьянении, при этом сказал «Сама виновата, напросилась.» Она предложила И.В.А по данному факту обратиться в полицию. Затем привезли И.В.А в травмпункт г.Белая Калитва, где И.В.А сказала, что она упала и повредила руку.

В журнале регистрации амбулаторных больных травмпункта МБУЗ Белокалитвинского района ЦРБ за январь 2018 г. имеется запись №32 о том, что 01.01.2018 в 23:55 в травмпункт обратилась И.В.А. с диагнозом: перелом левой локтевой кости со смещением.

Протоколом устного заявления И.В.А. о привлечении к ответственности ФИО1 за причиненные ей 01.01.2018 телесные повреждения.

В ходе осмотра места происшествия АДРЕС ОБЕЗЛИЧЕН в пос.Коксовый 8.07.2018 была изъята металлическая кочерга, а в ходе осмотра от 09.12.2018 потерпевшая И.В.А. указала на стене зала повреждения обоев и стены, оставшиеся в месте где ей наносил кочергой удары муж.

Из протокола осмотра предметов следует, что кочерга выполнена из металлического прута толщиной 1см, общая длина прута составляет 81см.

По заключению эксперта №452 у И.В.А. был обнаружен открытый перелом левой локтевой кости: рубец нижней трети левого предплечья (исход заживления раны), перелом локтевой кости в нижней трети со смещением отломков. 

Данный открытый перелом образовался в результате воздействия тупого твердого предмета или о таковой по механизму удара и относится к разряду повреждений повлекших за собой вред здоровью средней тяжести по признаку длительности расстройства здоровья продолжительностью свыше 3-х недель (более 21 дня). Локализация и характер открытого перелома левой локтевой кости позволяют не исключить образование данного перелома в результате удара металлической кочергой. Учитывая морфологические признаки рубца и рентгенпризнаки перелома на представленной рентгенограмме, нельзя исключить образование открытого перелома левой локтевой кости 01.01.2018.

Свидетель Г.С. показала в суде, что 01.03.2018 была на смене в пос.Коксовый в качестве дежурного фельдшера на скорой помощи. Примерно в 20 часов поступил вызов диспетчеру скорой помощи об оказании помощи ребенку. На ее рабочий телефон диспетчер сообщила, что позвонила мама ребенка и сказала, что ребенок не дышит. На машине с водителем они приехали в пос.Коксовый, на АДРЕС ОБЕЗЛИЧЕН. В пути ей звонила К.Л., участковый врач, проживающая по соседству с адресом вызова, спросила едут ли они и сказала, что слышала крики от соседей. Она также получила консультацию от второго дежурного диспетчера по поводу оказания помощи ребенку в таких случаях. По прибытию на место она прошла в дом, где увидела, как мужчина, подсудимый по делу, делает лежащему на диване 10 месячному ребенку реанимационные мероприятия. Так как мужчина делал эти мероприятия в отношении ребенка с силой, как взрослому человеку, она его оттолкнула и сказала, что так нельзя делать. В ответ мужчина сказал, что он имеет медицинскую подготовку. При осмотре у ребенка не было пульса, зрачки были расширены, внешних повреждений у ребенка она не видела. Она констатировала смерть ребенка, о чем составила протокол. О случившемся сообщила по телефону участковому. Со слов матери ребенка ФИО1 ударил его 3 раза, так как он плакал.

Показания свидетеля Г.С. подтверждаются картой вызова скорой медицинской помощи от 1 марта 2018 г., в которой отражены: адрес вызова- п.Коксовый, АДРЕС ОБЕЗЛИЧЕН, время вызова-19:52 и прибытия скорой помощи-19:57: сведения о больном- И.В.В, анамнез- со слов матери ребенка ударил отец в грудную клетку несколько раз, ребенок перестал дышать.

Из протокола установления смерти человека следует, что смерть И.В.В. констатирована 01.03.2018 в 20:05.

Свидетель С.А. пояснил, что 1.03.2018 был дежурным участковым уполномоченным полиции. Примерно в 20 часов от дежурного ОВД Белокалитвинского района поступило сообщение о мертвом ребенке в пос.Коксовый, по АДРЕС ОБЕЗЛИЧЕН. Прибыв туда, фельдшер Г.С подтвердила смерть ребенка. В комнате находился ФИО1 и его жена, которая кричала, что ФИО1 убил ребенка, ударив рукой, так как ребенок кричал, а ФИО1 это не понравилось.

В явке с повинной от 02.03.2018 ФИО1 указал, что 01.03.2018 нанес несколько ударов своему сыну И.В.В в область грудной клетки и живота, от которых тот скончался. Удары сыну он нанес за то, что тот плакал и не хотел успокаиваться.

Согласно протоколу осмотра места происшествия от 01.03.2018 в зале кв. АДРЕС ОБЕЗЛИЧЕН пос. Кокосовый Белокалитвинского района Ростовской области на диване обнаружен труп И.В.В, указано его состояние. Дано описание детской комнаты с расположением детской кровати.

Согласно выводам заключения судебно- медицинского эксперта №103э при судебно-медицинском исследовании у трупа ребенка И.В.В. обнаружены следующие повреждения: тупая закрытая травма грудной клетки с ушибами легких: массивные кровоизлияния в ткань легких, кровоизлияния в вилочковую железу, кровоизлияние в пристеночную плевру по околопозвоночной линии в проекции 1-4 ребер справа, кровоизлияние в парааортальную клетчатку грудного отдела аорты справа; в легких очаговые свежие кровоизлияния в альвеолы, мелкоочаговые свежие кровоизлияния в строме вилочковой железы.

Данные повреждения причинены воздействием тупого твердого предмета (предметов), могли образоваться незадолго до наступления смерти, в совокупности относятся к разряду повреждений повлекших за собой тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни и стоят в прямой причинной связи со смертью.

Индивидуальные особенности следообразующей части травмирующей поверхности действовавшего предмета (предметов) в повреждениях не отобразились. Характер повреждений позволяет не исключить образование вышеописанных повреждений в результате удара (ударов) рукой, в том числе при движении руки сверху вниз. 

Повреждения, обнаруженные на трупе И.В.В., были причинены с силой достаточной для их образования. 

Повреждения, обнаруженные на трупе И.В.В., могли быть причинены ему при различных позах и взаимных расположениях потерпевшего и лица наносившего повреждения, при условии доступности поврежденных областей действию травмирующего предмета. 

Учитывая выраженность и массивность кровоизлияний в ткань легких, вилочковую железу, пристеночную плевру, парааортальную клетчатку, эксперт делает вывод, что данные повреждения являются прижизненными, т.е. образовались при жизни ребенка (до наступления его смерти). Морфологические проявления повреждений (кровоизлияния, ушибы легких) характерны не для сдавления грудной клетки (в том числе при надавливании на грудную клетку при оказании медицинской помощи — закрытого массажа сердца), а для кратковременного воздействия со значительной силой (т.е. для удара).

Таким образом, повреждения, описанные выше, не могли образоваться в результате непрямого массажа сердца путем надавливания на грудную клетку и совершения искусственного дыхания.

Смерть И.В.В. наступила от тупой закрытой травмы грудной клетки сопроводившейся ушибами обоих легких и осложнившейся развитием острой дыхательной недостаточности. Смерть И.В.В. могла наступить за 10-24 часа до исследования трупа в морге, не исключено, что 01.03.2018.

Механизм причинения И.В.А. повреждений, изложенных в заключении эксперта №452, соответствует, в той части, в которой описывает свои действия ФИО1 в своих показаниях и в ходе их проверки от 21.03.2018.

В судебном заседании подсудимый ФИО1 связывал дачу показаний И.В.А. по обстоятельствам получения ею 01.01.2018 телесных повреждений с событиями, произошедшими с их ребенком в последующем, а свои признательные показания в ходе предварительного следствия в этой части, своим состоянием после смерти ребенка.

Между тем, свидетель А.Н. в ходе допроса сообщила, что до прибытия 01.01.2018 как фельдшера по месту жительства И-вых она их не знала. Об обстоятельствах перелома руки – нанесения кочергой удара мужем, ей сообщила И.В.А., то есть еще до наступления событий 01.03.2018.

Показания данного свидетеля согласуются с показаниями потерпевшей И.В.А., у суда не имеется оснований им не доверять.

Согласно протоколу допроса ФИО1 в качестве подозреваемого, об обстоятельствах, имевших место 01.03.2018, он был допрошен спустя три недели-21.03.2018. Допрос проведен с участием адвоката, разъяснением прав и существа подозрений, положений ст.51 Конституции РФ. При этом каких-либо заявлений перед началом, в ходе либо окончании допроса, в том числе на свое состояние, ФИО1, не делал.

В заключении амбулаторной судебно-психиатрической экспертизы №2015 в отношении ФИО1 отмечается, что у него не нарушены адаптационные способности к ситуациям, он способен произвольно и осознанно изменять свое поведение в зависимости от окружающих условий.

Так, в судебном заседании в ходе дачи показаний ФИО1, в зависимости от того кто задавал вопрос-защитник, гособвинитель или председательствующий, например, в одном случае указывал и причину и количество нанесенных ударов ребенку, в другом- ссылался на запамятование события.

Одновременно пояснял, что в ходе предварительного следствия помнил о событии более полно.

При таких обстоятельствах, анализируя доказательства в их совокупности, суд принимает во внимание показания ФИО1, данные в качестве подозреваемого по обстоятельствам, предъявленного ему обвинения как наиболее полно соответствующих действительным событиям, а их некоторое изменение в судебном заседании, как стремление облегчить свою участь.

При оценке показаний потерпевших И.В.А. и Ш.К. суд исходит из того, что они последовательны и непротиворечивы, соответствуют установленным в ходе судебного разбирательства обстоятельствам, подтверждаются исследованными доказательствами по делу.

Также учитывается заключение медико-криминалистической ситуационной судебной экспертизы № 98-99 мк, согласно которому предоставленные эксперту данные позволяют говорить о том, что образование повреждений в виде «закрытой тупой травмы грудной клетки» у потерпевшего И.В.В. возможно при описанных механизмах И.В.А. в протоколе её допроса от 22 марта 2018 года и при проверке её показаний на месте от 21.05.2018, при описанных механизмах Ш.К. в протоколе его допроса от 22 марта 2018 года и при проверке его показаний на месте от 21.05.2018, и, невозможно при описанных механизмах ФИО1 в протоколе его допроса от 21.03.2018 и при видеофиксации его опроса от 21.03.2018.

Суд соглашается с позицией гособвинителя о необходимости исключения по эпизоду обвинения ФИО1 от 01.03.2018 причинения им малолетнему И.В.В. ссадины на щеке справа, не причинившей вред здоровью человека применительно к живым лицам и не состоящих в причинной связи со смертью.

Из показаний потерпевшей И.В.А. не следует, что она видела куда были нанесены ФИО1 удары ребенку, а потерпевший Ш.К. указывал в ходе допроса, что удары его брату были нанесены ФИО1 в область груди.

Таким образом, лишь показания подсудимого ФИО1, данные им в ходе предварительного следствия о нанесении удара в голову ребенка, в силу ч.2 ст.77 УПК РФ не могут быть положены в основу обвинения.

Кроме того, согласно заключению №103э(исследование трупа И.В.В.) ссадина на щеке справа могла образоваться в течение 12 часов до времени наступления смерти.

Оценив и проанализировав изложенные доказательства, суд приходит к выводу о доказанности причинения 01.01.2018 подсудимым телесных повреждений потерпевшей И.В.А. и умышленного убийства 01.03.2018 И.В.В. 

Указанные выше доказательства признаются судом допустимыми, достоверными и в своей совокупности достаточными для установления виновности ФИО1 в инкриминируемых ему преступлениях как согласующиеся между собой и дополняющие друг друга по всем имеющим существенное значение обстоятельствам.

По эпизоду причинения 01.01.2018 И.В.А. телесных повреждений суд квалифицирует действия ФИО1 по п. «з» ч. 2 ст. 112 УК РФ как умышленное причинение средней тяжести вреда здоровью, не опасного для жизни человека и не повлекшего последствий указанных в ст. 111 УК РФ, но вызвавшего длительное расстройство здоровья, с применением предметов, используемых в качестве оружия, поскольку установлено, что ФИО1 нанося И.В.А. удары металлической кочергой длиной 81 см и толщиной 1 см, используемой в качестве оружия, действовал умышленно.

По эпизоду убийства И.В.В суд квалифицирует действия ФИО1 по п.п. «в», «д» ч. 2 ст. 105 УК РФ, как убийство, то есть умышленное причинение смерти другому человеку, малолетнего, заведомо для виновного находящегося в беспомощном состоянии, совершенное с особой жестокостью. 

Суд приходит к необходимости данной квалификации действий подсудимого, вопреки доводам подсудимого и его защитника о том, что смерть ребенка наступила в результате неосторожных действий ФИО1, поскольку установлено, что при совершении преступных действий подсудимый, воспользовавшись своим физическим превосходством, нанося удары ребенку осознавал, что его костно-мышечная система в указанном возрасте развита слабо, вследствие чего любое воздействие на тело ребенка с применением физической силы приведет к физической боли и телесным повреждениям, а любое травматическое воздействие в область туловища неизбежно причинит смерть малолетнему И.В.В., который заведомо для него находился в беспомощном состоянии, то есть в силу своего малолетнего возраста и физического состояния был неспособен правильно воспринимать происходящее и оказать сопротивление, а присутствие матери ребенка И.В.А. и малолетнего Ш.К.- родного брата И.В.В. причиняет им особые страдания и мучения. 

По заключению амбулаторных судебных психиатрических экспертиз ФИО1 каким-либо психическим расстройством не страдает в настоящее время, и не страдал им ранее. 

У него не отмечается каких-либо изменений в мышлении, восприятии, снижения интеллекта, нарушения критических способностей и грубых отклонений в эмоционально волевой сфере.

ФИО1 в настоящее время не выявляет и не выявлял ранее каких-либо признаков хронического психического расстройств, временного психического расстройства, слабоумия или иного болезненного состояния психики, мог в полной мере осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими как в период, относящийся к инкриминируемому деянию, так и в настоящее время.

В применении принудительных мер медицинского характера в настоящее время не нуждается. 

У суда нет оснований сомневаться в правильности и объективности выводов экспертиз, поскольку они проведены компетентными экспертами, научно обоснованы, составлены в надлежащей форме.

Из материалов дела следует, что подсудимый на учете у психиатра или нарколога не состоял. В судебном заседании подсудимый вел себя адекватно ситуации, нарушений установленного в суде порядка, не допускал, защищался согласно избранной им позиции. Жалоб на состояние своего психического здоровья не высказывал.

С учетом отсутствия сведений о каких-либо психических заболеваниях, принимая во внимание данные о личности подсудимого, его поведение в судебном заседании, суд признает его вменяемым, и он может нести уголовную ответственность за совершенные деяния, признанными доказанными.

Определяя наказание подсудимому, суд учитывает характер и степень общественной опасности совершенных им преступлений, данные о личности, возрасте, семейном положении, состояние здоровья, наличие у подсудимого на иждивении малолетнего сына, его поведение до и после совершения преступлений, а также иные материалы уголовного дела, характеризующие подсудимого.

Из характеристик по месту проживания ФИО1 до 02.02.2016 в ИНФОРМАЦИЯ ОБЕЗЛИЧЕНА Тверской области от главы администрации следует, что он зарекомендовал себя с положительной стороны, а участковый уполномоченный- характеризует его как лицо, злоупотребляющее алкогольной продукцией, по месту проживания в пос.Коксовый и на территории Верхнеталовского сельского поселения Ростовской области с посредственной стороны.

По месту прежней работы- в АО «Завод Марс», ООО «Транзит-Сервис-К» и Андриановском льнозаводе Тверской области ФИО1 характеризуется положительно, отмечается отсутствие замечаний и профессиональное исполнение обязанностей.

В качестве обстоятельств, смягчающего наказание подсудимого суд признает наличие у него матери пенсионного возраста, совершение преступления впервые; малолетнего ребенка, а по эпизоду убийства И.В.В. также явку с повинной, активное способствование раскрытию и расследованию преступления, оказание помощи потерпевшему непосредственно после совершения преступления.

Согласно акту освидетельствования от 02.03.2018 у подсудимого ФИО1 установлено состояние алкогольного опьянения.

В судебном заседании подсудимый ФИО1 не отрицал, что 01.03.2018 употреблял спиртное, и это повлияло на совершение им преступления. Потерпевшая И.В.А. подтвердила, что 01.03.2018 ее муж употреблял спиртное.

При таких обстоятельствах суд, с учетом характера и общественной опасности преступления(убийства малолетнего), обстоятельств его совершения и личности подсудимого, признает обстоятельствами, отягчающими наказание по данному эпизоду обвинения: совершение преступления в состоянии опьянения, вызванном употреблением алкоголя; совершение преступления в отношении несовершеннолетнего родителем. 

С учетом фактических обстоятельств преступлений и степени их общественной опасности суд, несмотря на смягчающие наказание обстоятельства, не находит оснований для применения в отношении подсудимого положений ч.6 ст.15 УК РФ, а также положений ст.64 УК РФ.

Суд приходит к выводу, что исправление подсудимого невозможно без изоляции от общества с учетом того, что им было совершено особо тяжкое преступление, и единственно возможным и справедливым наказанием для него будет лишение свободы, учитывая, что менее строгий вид наказания не сможет обеспечить достижение целей наказания.

Учитывая, что подсудимый признан виновным в совершении особо тяжкого преступлений и суд пришел к выводу о назначении наказания в виде лишения свободы, заболеваний, препятствующих содержанию в следственном изоляторе не имеется, для обеспечения исполнения, назначенного судом наказания, в отношении ФИО1 до вступления приговора в законную силу необходимо оставить меру пресечения в виде заключения под стражу.

В судебном заседании потерпевшая И.В.А. просила взыскать с подсудимого 100000 рублей компенсацию морального вреда в связи с причинением ей телесных повреждений и 1000000 рублей в связи со смертью сына.

Подсудимый ФИО1 иск признал в части компенсации морального вреда в связи со смертью ребенка.

В соответствии со ст.151 ГК РФ подлежат удовлетворению полностью за счет подсудимого требования потерпевшей о компенсации морального вреда в связи со смертью ребенка, т.к. несомненно, что насильственной смертью малолетнего И.В.В. И.В.А., как матери, были причинены тяжелые нравственные страдания.

При определении размера компенсации суд учитывает требования разумности и справедливости, материальное положение ответчика, а также характер причиненных И.В.А. страданий в связи с невосполнимой утратой сына. Суд также учитывает, что смерть ребенка для матери является невосполнимой утратой и необратимым обстоятельством, нарушающим психическое благополучие матери на всю оставшуюся жизнь.

Что касается требований потерпевшей о компенсации морального вреда в связи с причинением ей 01.01.2018 телесных повреждений, то суд, придя к выводу, что она испытывала в связи с получением повреждений как физические, так и моральные страдания, учитывая требования разумности и справедливости и другие значимые обстоятельства, определяет размер компенсации в 50000 рублей.

По делу процессуальных издержек не имеется. 

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст.304,307-309 УПК РФ,

приговорил:

ФИО1 признать виновным по п. «з» ч. 2 ст. 112 УК РФ и п.п. «в», «д» ч. 2 ст. 105 УК РФ и назначить наказание в виде лишения свободы:

- по п. «з» ч. 2 ст. 112 УК РФ- 1 год;

- по п.п. «в», «д» ч. 2 ст. 105 УК РФ- 14 лет с ограничением свободы на 1 год 6 месяцев.

В соответствии с ч.3 ст.69 УК РФ по совокупности преступлений путем частичного сложения назначенных наказаний окончательное наказание ФИО1 назначить в виде лишения свободы на 14 лет 6 месяцев с ограничением свободы на 1 год 6 месяцев.

Установить ФИО1 следующие ограничения: не уходить из места постоянного проживания(пребывания) в период с 23 часов вечера до 6 часов утра; не выезжать за пределы территории муниципального образования, не изменять место жительства(пребывания), работы без согласия специализированного государственного органа, осуществляющего надзор за отбыванием осуждёнными наказания в виде ограничения свободы; 2 раза в месяц являться в указанный орган для регистрации в дни, установленные этим органом. 

Установленные ФИО1 ограничения действуют в пределах того муниципального образования, где осужденный будет проживать после отбывания лишения свободы.

Местом отбывания наказания осужденному в соответствии с п. «в» ч.1 ст.58 УК РФ назначить исправительную колонию строгого режима.

Меру пресечения в отношении ФИО1 до вступления приговора в законную силу оставить в виде заключения под стражу.

Срок наказания ФИО1 исчислять с 29 марта 2019г., зачесть осужденному в срок отбытия наказания время его предварительного содержания под стражей в период с 21.03.2018 по 28.03.2019.

Взыскать с осужденного ФИО1 в пользу И.В.А. в счет возмещения морального вреда 1050000 рублей.

Вещественные доказательства по делу:

- металлическую кочергу; майку-толстовку; два бумажных конверта с образцами крови И.В.А.; майку; рубашку; колготки; носки; простыню, хранящиеся в камере хранения Белокалитвинского МСО СУ СК РФ по Ростовской области уничтожить, как не представляющие ценности;

-журнал регистрации амбулаторного больного травмпункта МБУЗ БР «Центральная района больница» за 2018 год; карту вызова скорой медицинской помощи от 01.03.2018; протокол установления смерти человека И.В.В. от 01.03.2018, детализацию телефонных соединений SIM - карты № НОМЕР ОБЕЗЛИЧЕН; DVD-R диск с видеозаписью опроса ФИО1, И.В.А. и Ш.К., хранить при уголовном деле.

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в Судебную коллегию по уголовным делам Верховного Суда РФ в течение 10 суток со дня его провозглашения, а осужденным в тот же срок со дня вручения копии приговора.

Осужденный вправе ходатайствовать в тот же срок о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции в случае подачи апелляционной жалобы, а в случае принесения апелляционного представления, со дня вручения апелляционного представления.

Председательствующий подпись