Дело №

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

21 июня 2018 года 

<

адрес>

Ленинский районный суд 

<

адрес> края в составе:председательствующего Остапенко А.В. 

при секретаре ФИО5,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2, ООО «Спецтехно ДВ», ФИО3 о признании недействительными договоров купли-продажи и об истребовании имущества из чужого незаконного владения, 

У С Т А Н О В И Л:

истец обратился в суд с названным иском к ФИО2, в обоснование заявленных требований указав, что ДД.ММ.ГГГГ между ФИО1 и ООО «Спецтехно ДВ» заключен договор купли-продажи самоходного крана. В соответствии с вышеуказанным договором продавец продал (передал в собственность), а покупатель купил (принял в собственность) самоходный кран KOBELKO RK350. В соответствии с п.3.1 Договора стоимость отчуждаемого по настоящему договору самоходного крана составляет 6 200 000 рублей. Вышеуказанная сумма оплачена покупателем продавцу в полном объеме. После покупки, вышеуказанный самоходный кран, вместе с документами передан истом ФИО2 для выполнения погрузо-разгрузочных работ на контейнерном терминале, который расположен на 27-ом километре автомобильной трассы «Седанка - Патрокл» и принадлежащем ООО «ЭНДЕВЕР», где ответчик работала в должности руководителя организации. ДД.ММ.ГГГГ между истцом и ответчиком возникла конфликтная ситуация по поводу дальнейшей совместной работы, после чего истец попытался забрать свой кран с территории контейнерного терминала, однако, получил отказ со стороны ответчика и по указанию ответчика был выдворен с территории контейнерного терминала сотрудниками охранного агентства. После данного инцидента у истца отсутствует доступ на территорию контейнерного терминала, где находится самоходный кран. В этот же день истцу стало известно, что вышеуказанный самоходный кран незаконно переоформлен и зарегистрирован в отделе Гостехнадзора на имя ответчика. Исходя из представленной истцу копии Свидетельства о регистрации машины ВН 393205 истцу следует, что основанием для перерегистрации самоходного крана на имя ответчика является договор купли-продажи. 

Просил истребовать из незаконного владения ФИО2 самоходный кран KOBELKO RK350, государственный регистрационный знак тип 3, код 25, серия ВН, №, заводской № машины (рамы): EY1-1014, двигатель №D22-238093. 

Позднее истцом уточнены требования. Просил признать недействительным договор купли-продажи транспортного средства от ДД.ММ.ГГГГ, заключенный между ООО «Спецтехно ДВ» и ФИО2, признать недействительным договор купли-продажи транспортного средства от ДД.ММ.ГГГГ, заключенный между ФИО2 и ФИО3, истребовать из незаконного владения ФИО3 в пользу ФИО1 самоходный кран.

Судом к участию в деле в качестве соответчиков привлечены ООО «Спецтехно ДВ» и ФИО3

Истец и ответчики в судебное заседание не явились, о времени и месте слушания дела извещены надлежаще.

В судебном заседании представитель истца по доверенности ФИО6

настаивал на уточненных требованиях в полном объеме, по доводам и основаниям, изложенным в иске. 

Представитель ФИО2 по доверенности ФИО7 в судебном заседании возражала по доводам и основаниям, изложенным в письменных возражениях и уточнении к ним. Заявила о пропуске истцом срока исковой давности для обращения в суд. 

В соответствии с ч. 3, ч. 5 ст. 167 ГПК РФ суд, с учётом мнения представителей сторон, полагает возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившихся сторон. 

Выслушав доводы участников процесса, исследовав материалы дела, оценив представленные доказательства в их совокупности по правилам, предусмотренным ст. 67 ГПК РФ, суд считает, что исковые требования не подлежат удовлетворению по следующим основаниям. 

В судебном заседании установлено, что в августе 2013 г. ФИО1 и ФИО2 приобрели у ООО «Спецтехно ДВ» в лице ФИО8 спорный самоходный кран KOBELKO RK350.

Как пояснил в ранее состоявшемся судебном заседании ФИО8, он привез данный кран из Японии и истец им пользовался, оплачивая аренду. Затем истец сообщил ему, что кран перевернулся и пообещал выкупить, на что ФИО8 согласился. Поскольку ФИО8 работает в ООО «Спецтехно ДВ», он оформил кран через фирму, часть денег от сделки забрав себе, поскольку приобретал кран на свои личные сбережения. Договаривался о продаже и передавал кран он ФИО1, но деньги за кран они (ФИО1 с ФИО2) платили вместе и присутствовали всегда при оплате вместе. Пока не начался суд они отождествлялись им одним лицом – вели совместную деятельность в ООО «ТК Эндевер». Деньги за кран поступали наличными от физических лиц, а не от фирмы. Изначально оформили кран на одно лицо. Затем они подошли и попросили переоформить на другое. Так им было удобней. (Поэтому и два договора о купле-продаже одного и того же крана на разных лиц). А он, ФИО8, шёл им на встречу. Когда не вовремя была проплата, он созванивался и истцом и ФИО1 сообщил ему, что он в отъезде, сказал, позвонить ФИО2 Она сказала, что им одобрен кредит. Кран он продал за 6 200 000 руб.

Ссылку истца на квитанции, подтверждающие оплату за кран ФИО1 суд считает не состоятельной, поскольку, как пояснил ФИО8, квитанции, выданные ФИО1 не от их (ООО «Спецтехно ДВ») организации, хотя на них стоит их печать. Кто их выдавал, он не знает. Данное утверждение никем не оспорено. Доказательств обратного, в нарушение ст. 56 ГПК РФ суду не предоставлено.

Из материалов дела следует, что ДД.ММ.ГГГГ между ФИО2 и ООО «Спецтехно ДВ» заключен договор купли-продажи самоходного крана, стоимость которого составила 6 200 000 рублей. 

Между ФИО2 и ЗАО «Банк Интеза» заключен кредитный договор от ДД.ММ.ГГГГ на сумму 4 700 000 рублей.

В соответствии с п. 1.5 вышеуказанному договору кредит предоставлялся Заемщику на следующие цели: Инвестиции (Приобретение самоходного крана Kobelco RK350, 1996 года выпуска за наличные денежные средства у ООО «СпецТехно ДВ»).

Согласно п. 7.2 статьи 7 Приложения № к кредитному договору № 

<

***> от ДД.ММ.ГГГГ - Целевое использование Кредита подтверждалось ФИО2 (Заемщиком) путем предоставления ЗАО «Банк Интеза» (Кредитор) подлинных документов для обозрения и их копий.

В обеспечение исполнения обязательств по кредитному договору КД № 

<

***> ДД.ММ.ГГГГ подписан договор поручительства № 

<

***>/П-4, согласно которому ФИО1 являлся поручителем.

Кроме того, на основании кредитного договора КД № 

<

***> подписаны договоры поручительства: № 

<

***>/П-3 от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому ИП ФИО9, жена ФИО1, являлась поручителем и № 

<

***>/П-4 от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому ФИО1 был поручителем. 

Доводы представителя истца о том, что кредитный договор брался на иные цели – на приобретение квартиры – опровергаются п.1.5. кредитного договора.

К данному договору поручительства в «Банк Интеза» предоставлялись две расписки о передаче денежных средств ФИО2 (ответчик) ООО «СпецТехно ДВ» за самоходный крана: KOBELKO RK 350, год выпуска 1996, заводской № -EY-1014: расписка от ДД.ММ.ГГГГ, согласно ФИО2 произвела оплату за самоходный кран в размере 1 500 000 ООО «СпецТехно ДВ» и расписка от ДД.ММ.ГГГГ на сумму 4 700 000 рублей, согласно которой ФИО2 произвела оплату директору ООО «СпецТехно ДВ» ФИО10 за самоходный кран в размере 4 700 000 рублей.

Как пояснил представитель ООО «Спецтехно ДВ» ФИО8 в ранее состоявшемся судебном заседании, расписки ФИО10 не выдавались, на них стоит не подпись, а факсимиле директора ФИО10 Данное утверждение никем не оспорено. Доказательств обратного, в нарушение ст. 56 ГПК РФ суду не предоставлено.

Из выше изложенного и показаний представителя ООО «Спецтехно ДВ» ФИО8, получавшего от ФИО11 и ФИО2 деньги за кран, следует. что денежные средства за спорный кран внесены как истцом, так и ФИО2 В каком объёме каждый из участников данной сделки внёс денежные средства сторонами допустимых доказательств суду не предоставлено и предметом спора данное обстоятельство не является.

Согласно ст. 301 ГК РФ собственник вправе истребовать свое имущество из чужого незаконного владения.

Как разъяснено в пункте 32 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации N 10/22 "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав", применяя статью 301 Гражданского кодекса Российской Федерации, судам следует иметь в виду, что собственник вправе истребовать свое имущество от лица, у которого оно фактически находится в незаконном владении.

Применяя положения ст. 301 ГК РФ судам следует иметь в виду, что собственник вправе истребовать свое имущество от лица, у которого оно фактически находится в незаконном владении. Иск об истребовании имущества, предъявленный к лицу, в незаконном владении которого это имущество находилось, но у которого оно к моменту рассмотрения дела в суде отсутствует, не может быть удовлетворен. Таким образом, иск об истребовании имущества из чужого незаконного владения (виндикационный иск) характеризуют четыре признака: наличие у истца права собственности на истребуемую вещь, утрата фактического владения вещью, возможность выделить вещь при помощи индивидуальных признаков из однородных вещей, фактическое нахождение вещи в чужом незаконном владении ответчика на момент рассмотрения спора. Виндикационный иск не подлежит удовлетворению при отсутствии хотя бы одного из перечисленных признаков.

Бремя доказывания обстоятельств, подтверждающих факт нахождения имущества в чужом незаконном владении, возлагается на лицо, заявившее такое требование.

В соответствии с пунктом 36 постановления N 10/22 лицо, обратившееся в суд с иском об истребовании своего имущества из чужого незаконного владения, должно доказать свое право собственности на имущество, находящееся во владении ответчика. При отсутствии государственной регистрации право собственности доказывается с помощью любых предусмотренных процессуальным законодательством доказательств, подтверждающих возникновение этого права у истца.

Для удовлетворения исковых требований необходимо наличие указанных фактов в совокупности, отсутствие или недоказанность одного из них влечет отказ в удовлетворении иска.

С учетом вышеизложенного, суд приходит к выводу, что в настоящее время ФИО1 не является собственником спорного имущества, доказательств обратного суду не представлено. Согласно материалам дела, собственником самоходного крана является ФИО3, что также подтверждается заявлением о постановке на учет от ДД.ММ.ГГГГ. Ранее собственником транспортного средства являлась ФИО2, что подтверждается Свидетельством о регистрации машины от ДД.ММ.ГГГГ.

Допустимых доказательств того, что спорный кран был зарегистрирован на истца суду не предоставлено. Довод представителя истца о том, что у ФИО1 не было необходимости оформлять спорный кран в Гостехнадзоре, поскольку кран работал в одном месте, совершая погрузочно-разгрузочные работы, не является доказательством возникновения права собственности у истца на спорный кран. Допустимых доказательств полной и единоличной оплаты истцом за спорный кран стороной истца суду не предоставлено.

В судебном заседании представителем ответчика заявлено ходатайство о пропуске истцом срока исковой давности.

В соответствии со статьей 195 Гражданского кодекса РФ судебная защита нарушенных гражданских прав гарантируется в пределах срока исковой давности.

В силу п. 1 ст. 181 ГК РФ срок исковой давности по требованиям о применении последствий недействительности ничтожной сделки и о признании такой сделки недействительной (пункт 3 статьи 166) составляет три года.

Вместе с тем, судом установлено, что ФИО1, начиная с ДД.ММ.ГГГГ, подписав Договор поручительства, знал о наличии договора между ФИО2 и ООО «СпецТехно ДВ» на приобретение самоходного крана на её имя. 

Доводы представителя истца о том, что ФИО1 не знал о том, на какие цели брался названный кредит, не могут быть приняты судом ко вниманию, поскольку договор поручительства подписан истцом, что не оспаривалось представителем в судебном заседании.

Исходя из вышеизложенного, суд считает, что помимо вышеизложенных оснований того, что истцом не предоставлено допустимых доказательств возникновения у него права собственности на истребуемое имущество, ДД.ММ.ГГГГ истек срок исковой давности на подачу иска об оспаривании договора купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ, а исковое заявление было подано ДД.ММ.ГГГГ. Поскольку признание договора купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ недействительным является производным от договора купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ, следовательно, требование о признании последнего договора недействительным удовлетворению не подлежит.

С учетом вышеизложенного, суд приходит к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения заявленных ФИО1 требований. 

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194-198 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л:

В удовлетворении искового заявления ФИО1 к ФИО2, ООО «Спецтехно ДВ», ФИО3 о признании недействительными договоров купли-продажи и об истребовании имущества из чужого незаконного владения - отказать. 

Решение может быть обжаловано в 

<

адрес>вой суд через Ленинский районный суд 

<

адрес> в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Судья А.В. Остапенко