Р Е Ш Е Н И Е

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ.

Дело № 2-855/2017

28 декабря 2017 г.

г. Бодайбо

Бодайбинский городской суд Иркутской области в составе: 

судьи Ермакова Э.С., 

при секретаре Соловьевой Ю.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к Федеральному государственному унитарному предприятию «Охрана» Федеральной службы войск национальной гвардии о признании незаконным приказа об установлении максимальных пределов компенсации расходов на оплату проезда к месту использования отдыха и обратно работающим в районах Крайнего Севера и приравненных к ним местностях, о взыскании расходов на проезд к месту использования отдыха и обратно в полном объеме, о возложении обязанности выплатить недополученные премии, 

у с т а н о в и л:

ФИО1 обратился в Бодайбинский городской суд с иском к Федеральному государственному унитарному предприятию «Охрана» Федеральной службы войск национальной гвардии (ниже по тексту «ФГУП «Охрана»), в котором просил: 1) признать незаконным приказ от 18 апреля 2014 года № 253 «Об установлении максимальных пределов компенсации расходов на оплату проезда к месту использования отдыха и обратно работникам филиала ФГУП «Охрана» по Иркутской области, работающим в районах Крайнего Севера и приравненных к ним местностях»; 2) взыскать 26 757 рублей 50 копеек расходов на проезд к месту использования отдыха и обратно в полном объеме; 3) возложить обязанность выплатить премию за первый квартал 2017 года и за девять месяцев 2017 года как по основному месту работы по трудовому договору от 16 октября 2015 года № 922; 4) возложить обязанность выплатить премию по итогам годовой работы за 2016 год, за первый квартал 2017 года и за девять месяцев 2017 года по совместительству по трудовому договору от 16 октября 2015 года № 923; 5) взыскать с ФГУП «Охрана» в пользу ФИО1 3 000 рублей судебных расходов, понесенных им на оплату услуг адвоката за составление искового заявления. 

В обоснование заявленных требований истец указал, что на основании заключенного 16 октября 2015 года трудового договора № 922 работает в должности стрелка в команде военизированной охраны Усть-Кутского отделения филиала ФГУП «Охрана» по Иркутской области с местом дислокации в г. Бодайбо, а так же согласно трудовому договору от 16 октября 2015 года № 923 – по совместительству в должности бойца подвижного отряда в команде военизированной охраны в том же подразделении.

Пунктами 5.3. этих трудовых договоров предусмотрено, что оплата труда как по основному месту работы, так и по совместительству, включает в себя выплату ежемесячных и разовых премий, премий по итогам работы за 1-й квартал, 1-е полугодие, 9-ть месяцев в размере, не более 3-х среднемесячных оплат по часовой тарифной ставке, а так же годовой премии в размере не более 2-х среднемесячных оплат по часовой тарифной ставке. 

По утверждению истца, премии за 2016 год, за первый квартал, полугодие и девять месяцев 2017 года, как по основному месту работы, так и по совместительству, ему не начислены и не выплачены, в связи с чем, он вынужден обратиться за разрешением спора в суд. 

Кроме того, в 2017 году ФИО1 использовал свое право на отдых с выездом из Бодайбинского района и обратился во ФГУП «Охрана» с заявлением о компенсации ему фактических расходов на приобретение авиабилетов по маршруту г. Бодайбо-г. Иркутск- г. Москва – г. Шуя – г. Москва – г. Иркутск – г. Бодайбо на общую сумму с учетом квитанций сборов за оформление авиабилетов, на 46 757 рублей 50 копеек.

Однако ответчик, руководствуясь приказом филиала ФГУП «Охрана» от 18 апреля 2014 года № 253 «Об установлении максимальных пределов компенсации расходов на оплату проезда к месту использования отдыха и обратно работникам филиала ФГУП «Охрана» по Иркутской области, работающим в районах Крайнего Севера и приравненных к ним местностях», компенсировал расходы по проезду истца к месту использования отдыха и обратно в установленном пределе – в сумме 20 000 рублей. 

Указанный приказ филиала ФГУП «Охрана» от 18 апреля 2014 года № 235, которым установлен максимальный предел оплаты расходов на оплату проезда к месту использования отдыха работников и обратно, противоречит требованиям ст. 325 ТК РФ, Постановлению Конституционного Суда РФ от 09 февраля 2012 года № 2-П, поскольку вводит ограничения, препятствующие возможности реально воспользоваться своим правом на отдых и компенсацию расходов в полном объеме.

В судебном заседании истец – ФИО1 исковые требования поддержал в полном объеме.

Ответчик – ФГУП «Охрана» своего представителя для участия в судебном заседании не направил, о времени и месте слушания дела судом извещен.

В письменном возражении по иску представитель ответчика – ФИО2, действующая на основании доверенности от 24 октября 2017 года № 460, иск не признала, указала, что истцом без уважительных причин пропущен установленный ст. 392 ТК РФ трехмесячный срок исковой давности, который подлежит исчислению начиная с установленного срока выплаты заработной платы (15 и 30 числа каждого месяца).

Как далее указал представитель ответчика, согласно пунктам 11.3, 14.4. «Положения об оплате труда и выплате материальной помощи отдельным категориям работников подразделений военизированной охраны ФГУП «Охрана», премии по итогам работы за отчетный период выплачиваются на основании решения Генерального директора предприятия либо иным уполномоченным органом на основании предложений специальной комиссии. 

В соответствии с этими пунктами Генеральным диктором ФГУП «Охрана» было принято решение не выплачивать премию за первый квартал и первое полугодие 2017 года работникам филиала Иркутской области, а по результатам 9-ти месяцев 2017 года – ФИО1 премия определена в размере: по основной работе – 10% от оклада, 5% - по совместительству. Премия за 9-ть месяцев начислена по должности стрелок военизированной охраны в размере 1 424 рубля 58 копеек, в размере 712 рублей 30 копеек – по совместительству, а всего за вычетом 13% налога на доходы с физических лиц данная сумма составила 2 101 рубль 05 копеек. Данная сумма истцу перечислена платежным поручением 14 декабря 2017 года *.

Премия ФИО1 за 2016 год начислена и выплачена по основному месту работы – в размере 30% от оклада, по совместительству – 8% от оклада согласно приказу по филиалу ФГУП «Охрана» от 26 апреля 2017 года № 597. Сумма премии выплачена истцу в полном объеме, что подтверждено расчетным листком за апрель 2017 года.

С учетом данных обстоятельств, представитель ответчика полагает, что оснований для возложения обязанности выплатить в пользу истца премии по итогам работы за 2016 год, первый квартал, первое полугодие и девять месяцев 2017 года, не имеется.

Кроме того, как далее указал представитель ответчика, ФГУП «Охрана» является коммерческой организацией, а, следовательно, на основании части 8 ст. 325 ТК РФ самостоятельно определяет размер, условия и порядок компенсации расходов на оплату стоимости проезда и провоза багажа к месту использования отпуска и обратно для лиц, работающих в районах Крайнего Севера и приравненных к ним местностях.

Нормами действующего трудового законодательства не предусмотрена оплата расходов по проезду к месту использования отдыха и обратно в полном объеме. 

В связи с этим, «Положением «О компенсации расходов к месту использования отдыха и обратно работникам филиала ФГУП «Охрана», утвержденного приказом от 14 мая 2013 года № 490, предусмотрено, что размер компенсации расходов на оплату проезда производится работнику на основании представленных проездных документов, чеков автозаправочных станций, исходя из фактической стоимости проезда, но не свыше сумм, утвержденных приказом от директора филиала исходя из фактического финансового состояния филиала, согласованных с предприятием. После такого согласования, директором филиала ФГУП «Охрана» был подписан приказ от 18 апреля 2014 года № 253, согласно которому с 2014 года установлен размер компенсации расходов по проезду работникам к месту использования отпуска и обратно по фактическим расходам, но не свыше 20 000 рублей. 

Поскольку расходы ФИО1 согласно представленным проездным документам превысили установленный приведенный выше приказом от 18 апреля 2014 года № 253 предел, его расходы были обоснованно компенсированы в сумме 20 000 рублей.

С учетом приведенных возражений, представитель ответчика полагает, что в требованиях истца являются необоснованными и в их удовлетворении должно быть отказано. 

Исследовав материалы дела, заслушав участвующих в деле лиц, суд находит заявленные ФИО1 к ФГУП «Охрана» исковые требования о признании приказа о предельном размере компенсации расходов по проезду к месту использования отдыха и обратно, о взыскании компенсации фактически понесенных расходов на оплату проезда к месту использования отпуска и обратно, подлежат удовлетворению частично, а в требованиях о возложении обязанности начислить и выплатить премии за 2016 год, первый квартал, первое полугодие и девять месяцев 2017 года, должно быть отказано.

1. В соответствии со ст. 313 Трудового кодекса Российской Федерации (далее «ТК РФ») государственные гарантии и компенсации лицам, работающим в районах Крайнего Севера и приравненных к ним местностях, устанавливаются настоящим Кодексом, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации. Дополнительные гарантии и компенсации указанным лицам могут устанавливаться законами и иными нормативными правовыми актами субъектов Российской Федерации, нормативными правовыми актами органов местного самоуправления, коллективными договорами, соглашениями, локальными нормативными актами исходя из финансовых возможностей соответствующих субъектов Российской Федерации, органов местного самоуправления и работодателей.

В силу части 1 ст. 325 Трудового кодекса Российской Федерации (далее «ТК РФ») лица, работающие в организациях, расположенных в районах Крайнего Севера и приравненных к ним местностях, имеют право на оплату один раз в два года за счет средств работодателя стоимости проезда и провоза багажа в пределах территории Российской Федерации к месту использования отпуска и обратно. Право на компенсацию указанных расходов возникает у работника одновременно с правом на получение ежегодного оплачиваемого отпуска за первый год работы в данной организации.

Как далее установлено в ст. 325 ТК РФ, Федеральные государственные органы, государственные внебюджетные фонды Российской Федерации, федеральные государственные учреждения оплачивают работнику стоимость проезда в пределах территории Российской Федерации к месту использования отпуска и обратно любым видом транспорта (за исключением такси), в том числе личным, стоимость провоза багажа весом до 30 килограммов, а также стоимость проезда и провоза багажа к месту использования отпуска работника и обратно неработающим членам его семьи (мужу, жене, несовершеннолетним детям, фактически проживающим с работником) независимо от времени использования отпуска (часть 2). Оплата стоимости проезда работника и членов его семьи личным транспортом к месту использования отпуска и обратно производится по наименьшей стоимости проезда кратчайшим путем (часть 3). Гарантии и компенсации, предусмотренные настоящей статьей, предоставляются работнику федерального государственного органа, государственного внебюджетного фонда Российской Федерации или федерального государственного учреждения и членам его семьи только по основному месту работы работника (часть 7).

Частью 8 ст. 325 ТК РФ размер, условия и порядок компенсации расходов на оплату стоимости проезда и провоза багажа к месту использования отпуска и обратно для лиц, работающих у работодателей, не относящихся к федеральным государственным органам, государственным внебюджетным фондам Российской Федерации, федеральным государственным учреждениям, государственным органам субъектов Российской Федерации, государственным учреждениям субъектов Российской Федерации, устанавливаются коллективными договорами, локальными нормативными актами, принимаемыми с учетом мнения выборных органов первичных профсоюзных организаций, трудовыми договорами.

Как следует из материалов дела, ФИО1 на основании срочного трудового договора от 16 октября 2015 года № 922 и в соответствии с приказом от 22 октября 2015 года № * принят на работу в команду военизированной охраны Усть-Кутского отдела филиала ФГУП «Охрана» МВД России (в последующем наименование изменено на ФГУП «Охрана» Федеральной службы войск национальной гвардии) на должность стрелка с местом дислокации в г. Бодайбо. Срок трудового договора определен на период охраны здания РКЦ г. Бодайбо Иркутской области.

Помимо этого, согласно срочному трудовому договору от 16 октября 2016 года № 923 и приказу от 03 ноября 2016 года * ФИО1 принят в то же структурное подразделение ФГУП «Охрана» с местом дислокации в г. Бодайбо на должность бойца подвижного отряда на срок - период охраны здания РКЦ г. Бодайбо Иркутской области.

В период очередного отпуска, ФИО1 выехал к месту использования отдыха и обратно по маршруту г. Бодайбо-г. Иркутск - г. Москва – г. Шуя Ивановской области – г. Москва – г. Иркутск – г. Бодайбо, оплатив расходы на общую сумму с учетом квитанций сборов за оформление авиабилетов, на 46 757 рублей 50 копеек, а именно: 7 815 рублей авиабилет и посадочный талон Бодайбо – Иркутск, 14 285 рублей – авиабилет и посадочный талон Иркутск – Москва (Домодедово), 500 рублей – билет на автобус по маршруту аэропорт Домодедово (Москва) – Павелецкий вокзал (Москва), 770 рублей – автобусный билет по маршруту Москва – Шуя, 787 рублей 50 копеек – автобусный билет Шуя – Москва, 500 рублей Павелецкий вокзал (Москва) – аэропорт Домодедово (Москва), 13 285 рублей – авиабилет и посадочный талон Москва (Домодедово) – Иркутск, 7 815 рублей – авиабилет и посадочный талон Иркутск – Бодайбо, 1 000 рублей – квитанции разных сборов за бронирование и оформление авиабилетов. 

Факт осуществления ФИО1 указанных расходов в период очередного отпуска, составление авансового отчета и предъявления этих документов в полном объеме, ФГУП «Охрана» не оспаривался. Предъявление документов на сумму 46 757 рублей 50 копеек для оплаты проезда и нахождение их в предприятии подтверждено в письменном возражении на иск. 

Приказом от 21 сентября 2017 года № 1734 Врио директора филиала ФГУП «Охрана» по Иркутской области было решено произвести ФИО1 оплату проезда к месту использования отпуска по маршруту г. Бодайбо – г. Шуя Ивановской области и обратно.

Однако оплата отпуска была произведена в сумме 20 000 рублей, о чем свидетельствует расчетный листок по оплате труда за сентябрь 2017 года. В остальной части оплаты проезда ФИО1 отказано со ссылкой на приказ директора филиала ФГУП «Охрана» по Иркутской области от 18 апреля 2014 года № 253, согласно которому с 2014 года установлен размер компенсации расходов по проезду работникам к месту использования отпуска и обратно по фактическим расходам, но не свыше 20 000 рублей. 

Коллективным договором по ФГУП «Охрана» на 2015 – 2018 год в пункте 7.6. установлено, что все дополнительные социальные гарантии и компенсации, за исключением установленных законодательством Российской Федерации и субъектов Федерации, исполнение которых обязательно, предоставляются в зависимости от финансового положения предприятия, его филиалов и обособленных структурных подразделений. 

Во исполнение данного пункта, приказом директора филиала ФГУП «Охрана» по Иркутской области от 14 мая 2013 года утверждено Положение «О компенсации расходов на оплату проезда к месту использования отдыха и обратно работникам филиала ФГУП «Охрана» по Иркутской области, работающим в районах Крайнего Севера и приравненных к ним местностях, и членам их семей».

Пунктами 1.3. указанного Положения предусмотрено, что работники филиала имеют право на компенсацию расходов на оплату проезда к месту использования отдыха и обратно один раз в два года за счет предприятия любым общественным видом транспорта (кроме такси), в том числе личным транспортом. Указанная компенсация включает в себя оплату провоза багажа весом до 30 килограмм.

Расчет размера компенсации расходов на оплату проезда к месту использования отпуска и обратно производится исходя из фактической стоимости проезда, но не свыше сумм, утвержденных директором филиала предприятия исходя из его фактического финансового состояния, согласованных с Предприятием (пункт 2.1. Положения).

Приказом директора филиала ФГУП «Охрана» по Иркутской области от 18 апреля 2014 года № 253, согласованном с заместителем генерального директора ФГУП «Охрана», с 2014 года компенсация на оплату расходов к месту использования отпуска и обратно работникам филиала предприятия по Иркутской области, работающих районах Крайнего Севера и приравненных к ним местностях, на основании предоставленных проездных документов, чеков автозаправочных станций, исходя из фактической стоимости проезда, но не более 20 000 рублей. 

Доводы ответчика о том, что в рассматриваемом случае указанный приказ не противоречит закону, поскольку положения части 8 ст. 325 ТК РФ относят установление размера, порядка и условий компенсации расходов на проезд к месту использования отдыха и обратно, коллективными договорами, локальными нормативными актами, принимаемыми с учетом мнения выборных органов первичных профсоюзных организаций, трудовыми договорами, не могут быть признаны правильными.

Так, из правовой позиции, выраженной в Постановлении Конституционного Суда РФ 09 февраля 2012 г. № 2-П «По делу о проверке конституционности части восьмой статьи 325 Трудового кодекса Российской Федерации в связи с жалобой гражданки ФИО3» следует, что нормативное положение части восьмой ст. 325 ТК РФ рассматриваемое в системе действующего правового регулирования, предполагает обязанность работодателей, не относящихся к бюджетной сфере и осуществляющих предпринимательскую и (или) иную экономическую деятельность в районах Крайнего Севера и приравненных к ним местностях, компенсировать работающим у них лицам расходы на оплату стоимости проезда и провоза багажа к месту использования отпуска и обратно и вместе с тем позволяет установить размер, условия и порядок данной компенсации на основе баланса интересов сторон трудового договора с учетом её целевого назначения (максимально способствовать обеспечению выезда работника за пределы неблагоприятной природно-климатической зоны), а также принимая во внимание реальные экономические возможности работодателя, которые, однако, не могут служить основанием для полного отказа от компенсации или её неоправданного занижения. Именно в таком - конституционно-правовом - смысле данное нормативное положение не противоречит Конституции Российской Федерации.

По смыслу указанных положений, установление предельного размера компенсации расходов работника на проезд к месту использования отдыха и обратно в соответствующих правовых актах работодателя, в данном случае – приказе директора филиала ФГУП «Охрана» по Иркутской области от 18 апреля 2014 года № 253, не может быть произвольным, а должно соответствовать критерию разумности, связанному с обеспечением как баланса интересов работодателя, учета его финансового положения, в связи с осуществлением им деятельности в районах Крайнего Севера и приравненных к ним местностях, так и интересам работника, чье здоровье постоянно подвергается негативному воздействию природно-климатических факторов, с целью возможности выезда за пределы неблагоприятной природно-климатической территории и восстановления работоспособности за пределами этой зоны.

Суд принимает во внимание, что установление верхнего предела в 20 000 рублей компенсации таких расходов, применительно к рассматриваемому спору между ФИО1 и ФГУП «Охрана» фактически покрывает лишь расходы на оплату проезда от г. Бодайбо до г. Иркутска и обратно. При этом иной официальной схемы сообщения между этими городами, кроме как авиационным транспортом, не существует. 

В этих условиях, лица, работающие в филиале ФГУП «Охрана» по Иркутской области с местом дислокации в г. Бодайбо, в том числе ФИО1, фактически ограничены в месте проведения своего отдыха в г. Иркутске, что препятствует реализации установленных законодательно целей использования отдыха – максимальное обеспечение выезда за пределы неблагоприятной природно-климатической территории и восстановления работоспособности, по выбору самого работника.

Толкование положений указанного приказа от 18 апреля 2014 года № 253, в этом случае, как обеспечившее выезд работника до ближайшего аэропорта за пределами неблагоприятной природно-климатической зоны, не обеспечивало бы права работника на возможность использования места отдыха по своему выбору с целью восстановления своего здоровья, а, следовательно, являлось бы сугубо формальной реализацией права работника, предусмотренного частью 1 ст. 325 ТК РФ. 

Более того, такое положение ставит работающего в филиале ФГУП «Охрана» по Иркутской области с местом дислокации в г. Бодайбо ФИО1 в неравное положение по сравнению с гражданами, работающими в других местах дислокации, расположенных в районах Крайнего Севера и приравненных к ним местностях, имеющих с учетом схемы транспортного сообщения, выезда непосредственно к месту избранного ими отдыха и обратно минуя г. Иркутск (например, в г. Братске и других).

Поэтому данный приказ директора филиала ФГУП «Охрана» по Иркутской области от 18 апреля 2014 года № 253, устанавливая максимальный предел денежной компенсации расходов на проезд к месту использования отдыха и обратно, не обеспечивает равный объем гарантий реализации права на отдых и на охрану здоровья для лиц, работающих в различных местах дислокации в районах Крайнего Севера и приравненных к ним местностях в пределах в Иркутской области, что так же не соответствует правовой позиции, выраженной в Постановлении Конституционного Суда РФ 09 февраля 2012 г. № 2-П. 

С учетом приведенных выше обстоятельств, суд приходит к выводу о том, что оспариваемый приказ директора филиала ФГУП «Охрана» по Иркутской области от 18 апреля 2014 года № 253, которым установлен максимальный предел денежной компенсации расходов на проезд к месту использования отдыха и обратно в размере 20 000 рублей, является произвольным занижением работодателем этой денежной компенсации, поскольку не обеспечивает работникам филиала этого предприятия, работающих в районах Крайнего Севера и приравненных к ним местностях, реальной и равной возможности выезда за пределы неблагоприятной природно-климатической территории и восстановления работоспособности по выбору самих работников.

В этих условиях, приведенный выше приказ признается судом не соответствующим требованиям закона. 

Соответственно за ФИО1 в соответствии с частью 1 ст. 325 ТК РФ должно быть признано право на компенсацию проезда к избранному им месту использования отдыха и обратно по фактическим расходам без учета установленного приказом директора филиала ФГУП «Охрана» по Иркутской области от 18 апреля 2014 года № 253 ограничения.

Иных ограничений в выплате денежной компенсации (например, железнодорожным транспортом при наличии соответствующего транспортного сообщения и т.п.) ни коллективным договором, ни локальными актами не установлено.

Вместе с тем, Коллективным договором по ФГУП «Охрана» на 2015 – 2018 год и Положением «О компенсации расходов на оплату проезда к месту использования отдыха и обратно работникам филиала ФГУП «Охрана» по Иркутской области, работающим в районах Крайнего Севера и приравненных к ним местностях, и членам их семей», утвержденным приказом директора филиала ФГУП «Охрана» по Иркутской области от 14 мая 2013 года, установлена возможность компенсации фактически произведенных расходов только по проездным документам. 

Оплата расходов работников на оплату посреднических услуг за бронирование, приобретение и оформление авиабилетов соответствующими транспортными агентствами, не предусмотрена. Поэтому понесенные ФИО1 расходы в сумме 1 000 рублей по квитанциям разных сборов за бронирование и оформление авиабилетов, не подлежат возмещению.

Таким образом, компенсация расходов ФИО1 на проезд к месту использования отдыха и обратно, подлежащая взысканию с ФГУП «Охрана» составит: 

7 815 рублей (авиабилет и посадочный талон Бодайбо – Иркутск) + 14 285 рублей (авиабилет и посадочный талон Иркутск – Москва (Домодедово)), 500 рублей (билет на автобус по маршруту аэропорт Домодедово (Москва)) – Павелецкий вокзал (Москва)) + 770 рублей (автобусный билет по маршруту Москва – Шуя) + 787 рублей 50 копеек (автобусный билет Шуя – Москва) + 500 рублей (билет Павелецкий вокзал (Москва) – аэропорт Домодедово (Москва)) + 13 285 рублей (авиабилет и посадочный талон Москва (Домодедово) – Иркутск) + 7 815 рублей (авиабилет и посадочный талон Иркутск – Бодайбо) – 20 000 рублей (выплачено денежной компенсации) = 25 757 рублей 50 копеек.

В остальной части исковых требований истцу должно быть отказано.

2. Разрешая спор в части требований о возложении на ответчика обязанности выплатить истцу премии за 2016 год, первый квартал, первое полугодие, девять месяцев 2017 года, суд принимает во внимание, что согласно ст. 22 ТК РФ работодатель имеет право поощрять работников за добросовестный эффективный труд. 

Согласно ст. 135 ТК РФ заработная плата работнику устанавливается трудовым договором в соответствии с действующими у данного работодателя системами оплаты труда. Системы оплаты труда, включая размеры тарифных ставок, окладов (должностных окладов), доплат и надбавок компенсационного характера, в том числе за работу в условиях, отклоняющихся от нормальных, системы доплат и надбавок стимулирующего характера и системы премирования, устанавливаются коллективными договорами, соглашениями, локальными нормативными актами в соответствии с трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права.

В силу положений ст. 191 ТК РФ работодатель поощряет работников, добросовестно исполняющих трудовые обязанности (объявляет благодарность, выдает премию, награждает ценным подарком, почетной грамотой, представляет к званию лучшего по профессии). Другие виды поощрений работников за труд определяются коллективным договором или правилами внутреннего трудового распорядка, а также уставами и положениями о дисциплине.

Пунктами 5.1., 5.2., 5.3. трудовых договоров между ФИО1 и ФГУП «Охрана» от 16 октября 2015 года № № 922, 923 предусмотрено, что работнику установлена тарифная ставка в размере 46 рублей 35 копеек по основной работе, 18 рублей 10 копеек – по совместительству, которые выплачиваются с учетом стимулирующих и компенсационных выплаты. Стимулирующие выплаты: ежемесячные премии в размере 100% оплаты по часовой тарифной ставки, премии по итогам работы за отчетный период (1-й квартал, полугодие, 9 месяцев в размере не более трех среднемесячных оплат по часовой тарифной ставке в год, рассчитанных на квартал, полугодие, девять месяцев; премия по итогам работы за год в размере до 2-х среднемесячных оплат по часовой тарифной ставке в расчете на календарный год; разовые премии отдельным работникам за выполнение должностных обязанностей, в том числе особо важных заданий; иные компенсационные выплаты за работу в особых условиях труда, в том числе в неблагоприятных природно-климатических условиях.

Пунктом 14.4., 15.3. «Положения об оплате труда и выплате материальной помощи отдельным категориям работников подразделений военизированной охраны ФГУП «Охрана», утвержденного Приказом директора ФГУП «Охрана» от 23 декабря 2013 года № 612, с учетом мнения профсоюзной организации, предусмотрено, что решение о выплате премии работникам за соответствующие отчетные периоды и её общем размере принимается генеральным директором предприятия либо иным уполномоченным лицом на основании предложений комиссии. После подведения итогов за соответствующий отчетный период руководителем структурного подразделения предприятия (директором филиала) направляются на рассмотрение в комиссию предложения с указанием сумм для выплаты премии работникам. 

Персональный размер премии по итогам работы за отчетный период устанавливается руководителем структурного подразделения предприятия (директором филиала) после утверждения сумм для выплаты сумм премии за соответствующий отчетный период (пункт 14.5., 15.5 Положения). 

В силу действующего в настоящее время пункта 2 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24 ноября 1978 года № 10 «О практике применения судами законодательства, регулирующего оплату труда рабочих и служащих» рассмотрению в суде подлежат споры о выплате премий, предусмотренных положениями о премировании, в которых заранее определены конкретные показатели и условия премирования, круг лиц, подлежащих премированию (с изъятиями, предусмотренными законодательством). 

Не подлежат разрешению в суде споры: о размере премии или вознаграждения по итогам годовой работы, когда в соответствии с действующими положениями снижение указанных выплат имело место не в связи с производственными упущениями или другими нарушениями, допущенными работником, а произведено администрацией по согласованию с профсоюзным комитетом предприятия, учреждения, организации в установленных пределах с учетом качества работы, личного вклада работника в общие результаты труда.

Данное разъяснение, с учетом положений действующего в настоящее время трудового законодательства, изменения прав профсоюзов, применимо и к условиям начисления премии по итогам квартала, полугодия, девяти месяцев в силу общего характера данного вида премии как стимулирующей выплаты, применяемой по результатами работы коллектива по итогам соответствующего периода с учетом личного вклада работника.

Положения пунктов 14.3., 14.5., 15.3., 15.5. «Положения об оплате труда и выплате материальной помощи отдельным категориям работников подразделений военизированной охраны ФГУП «Охрана», утвержденного Приказом директора ФГУП «Охрана» от 23 декабря 2013 года № 612, не предусматривают никаких конкретных показателей и условий, в связи с выполнением которых осуществляется премирование (выполнение ежеквартального плана, иных определенных производственных показателей, например, применительно к спорным правовым отношениям сторон, определенного количества рабочих смен и т.п.). 

В приведенных выше трудовых договорах от 16 октября 2015 года № 922, 923 и «Положении об оплате труда и выплате материальной помощи отдельным категориям работников подразделений военизированной охраны ФГУП «Охрана», утвержденного Приказом директора ФГУП «Охрана» от 23 декабря 2013 года № 612, не определено, что снижение или лишение премии осуществляется исключительно за нарушение трудовой дисциплины или отсутствие достижения каких-либо заранее точно установленных производственных показателей работника.

Не указано в этих документах и то, что лишение премии производится отдельным приказом руководителя организации при наличии указанных выше обстоятельств, свидетельствующих о виновных действиях работника.

Исходя из положений принятой в ФГУП «Охрана» системы оплаты труда, выплата премий за отчетные периоды (квартал, полугодие, девять месяцев и по итогам годовой работы), в том числе в размере соответственно трех среднемесячных оплат по часовой тарифной ставке для премий за отчетные периоды в течение года, двух среднемесячных оплат по тарифной ставке – для годовой премии, не является безусловной обязанностью работодателя, а составляет его право оценить в конкретном размере личный трудовой вклад работника в достижение коллективных производственных результатов по итогам каждого отчетного периода, установить конкретный размер премии или полностью не применять данную меру поощрения.

При таких условиях, суд не вправе самостоятельно учитывать наличие финансовых возможностей предприятия в области направления средств на премирование, оценивать личный трудовой вклад работника в достижение индивидуальных и коллективных результатов работы, количество и качество труда, самостоятельно определить ему выплату премии и её размер в установленных трудовым договором и правовыми актами пределах, в частности применить её в каком-либо конкретном размере (от одного до трех оплат по часовой тарифной ставки и т.п.).

Исходя из характера и условий применения поощрительных мер, определенных трудовым договором и локальным правовым актом, ответчик не обязан доказывать отсутствие оснований премирования в каждом конкретном отчетном периоде, равно как и определение конкретного размера такого премирования в отношении работника.

При оценке действий работодателя по поводу снижения или невыплаты премии в полном объеме по итогам месяца или квартала, следует учитывать наличие обстоятельств, свидетельствующих о дискриминации в сфере труда (часть 3 ст. 37 Конституции РФ, ст. 2 ТК РФ).

Однако об обстоятельствах наличия дискриминации в сфере труда (по какому-либо основанию) при снижении или отсутствии премирования по итогам оспариваемых отчетных периодов ФИО1, в том числе по отношению к иным работникам общества, получивших премию при аналогичных обстоятельствах, не заявил, соответствующих доказательств суду не представил. 

Не установлено таких обстоятельств и в судебном заседании.

Так, приказами от 29 мая 2017 года № 194 ф-п, от 04 августа 2017 года № 242 ф-п Врио генерального директора ФГУП «Охрана» по результатам рассмотрения итогов финансово-хозяйственной деятельности было принято решение не выплачивать премию за первый квартал и первое полугодие 2017 года. 

Приказом директора филиала ФГУП «Охрана» по Иркутской области от 16 апреля 2017 года № 597 и от 30 ноября 2017 года № 2129, принятых на основании служебных записок о размере премии руководителя подразделения в месте дислокации в г. Бодайбо было принято решение выплатить премию ФИО1: 1) за 2016 год – 30 % по основой работе и 8% - по совместительству, всего 38%; 2) за девять месяцев 2017 года - в размере 30% по основной работе, 5% по совместительству.

Данные суммы выплачены истцу ответчиком в полном объеме, о чем свидетельствует расчетные листки за апрель и май 2016 года, платежное поручение от 12 мая 2017 года * на сумму 23 419 рублей 36 копеек о выплате остатка начисленной оплаты труда за апрель 2017 года, включающей указанную премию, а так же платежное поручение от 14 декабря 2017 года * и расчет о начислении премии, размер которой за вычетом налога на доходы с физических лиц составил 2 101 рубль 05 копеек. 

Получение указанных сумм годовой премии за 2016 год и девять месяцев 2017 года ФИО1 в судебном заседании не оспаривал, напротив, подтвердил факты выплат ему сумм материального стимулирования в приведенных выше размерах за эти отчетные периоды.

При таких обстоятельствах, суд находит установленным тот факт, что приняв решение не выплачивать премию за первый квартал и первое полугодие 2017 года, а так же начислив и выплатив премию по итогам годовой работы за 2016 год, девять месяцев 2017 года в приведенных выше конкретных размерах, работодатель – ФГУП «Охрана» реализовал предусмотренное ст. ст. 22, 191 ТК РФ, а так же нормами «Положения об оплате труда и выплате материальной помощи отдельным категориям работников подразделений военизированной охраны ФГУП «Охрана», утвержденного Приказом директора ФГУП «Охрана» от 23 декабря 2013 года № 612, право оценить личный трудовой вклад ФИО1 и коллектива предприятия в целом, в достижение коллективных производственных результатов по итогам каждого отчетного периода, и с учетом этого установить конкретный размер премии или полностью не применять данную меру поощрения.

В этих условиях, в удовлетворении заявленных истцом требований о возложении на ответчика обязанности начислить и выплатить премии по итогам 2016 года, за первый квартал, первое полугодие и девять месяцев 2017 года, предусмотренные трудовыми договорами от 16 октября 2017 года № 922, 923, должно быть отказано. 

3. В силу положений ст. 98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью 2 ст. 96 настоящего Кодекса. В случае, если иск удовлетворен частично, указанные в настоящей статье судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано.

На основании квитанции к приходному кассовому ордеру от 20 ноября 2017 года * ФИО1 уплатил адвокату Федораеву П.А. за составление искового заявления и расчета к нему 3 000 рублей.

Разрешая вопрос о взыскании этих расходов, суд, руководствуясь положениями ст. 100 ГПК РФ, пунктом 13 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21 января 2016 года № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» принимает во внимание сложность дела, обусловленную несколькими исковыми требованиями, необходимость анализа первичных документов, локальных актов работодателя подтверждающих обоснованность заявленных требований.

Размер судебных расходов и обоснованность их осуществления истцом, ответчиком не оспаривалась как по мотиву их фактической уплаты, так и по основанию завышения ставок на оказание таких услуг при сравнимых обстоятельствах. 

Принимая во внимание приведенные выше обстоятельства, суд находит размер расходов ФИО1 на оплату услуг адвоката Федораева П.А. по составлению искового заявления в размере 3 000 рублей осуществленным в разумных пределах. 

Вместе с тем, как разъяснено в пунктах 12 и 21 указанного Постановления Пленума Верховного Суда РФ, при неполном (частичном) удовлетворении требований расходы на оплату услуг представителя присуждаются каждой из сторон в разумных пределах и распределяются в соответствии с правилом о пропорциональном распределении судебных расходов. Положения процессуального законодательства о пропорциональном возмещении (распределении) судебных издержек не подлежат применению при разрешении иска имущественного характера, не подлежащего оценке (например, о пресечении действий, нарушающих право или создающих угрозу его нарушения).

Поскольку в удовлетворении части денежных требований о взыскании расходов на проезд к месту использования отпуска и обратно удовлетворены частично, такие расходы должны быть взысканы пропорционально удовлетворенным исковым имущественным требованиям, подлежащим оценке, исходя из следующего расчета: 

25 757 рублей 50 копеек (удовлетворенный иск)/26 757 рублей 50 копеек (заявленные исковые требования) * 3 000 рублей = 2 887 рублей 82 копейки. 

В удовлетворении остальной части иска о взыскании с ФГУП «Охрана» судебных расходов ФИО1 должно быть отказано.

От уплаты государственной пошлины по требованию к ФГУП «Охрана» ФИО1 был освобожден на основании ст. 393 ТК РФ, в связи с чем, с этого предприятия в доход бюджета муниципального образования г. Бодайбо и района в соответствии со ст. 103 НК РФ подлежит взысканию государственная пошлина по иску, исходя из следующего расчета:

(25 757 рублей 50 копеек – 20 000 рублей) * 3% + 800 рублей = 972рубля 73 копейки.

Руководствуясь ст. ст. 194-198 ГПК РФ, суд 

Р Е Ш И Л :

1. Иск ФИО1 к Федеральному государственному унитарному предприятию «Охрана» Федеральной службы войск национальной гвардии о признании незаконным приказа об установлении максимальных пределов компенсации расходов на оплату проезда к месту использования отдыха и обратно работающим в районах Крайнего Севера и приравненных к ним местностях, о взыскании расходов на проезд к месту использования отдыха и обратно в полном объеме, о возложении обязанности выплатить недополученные премии, удовлетворить частично.

2. Признать приказ директора филиала Федерального государственного унитарного предприятия «Охрана» Федеральной службы войск национальной гвардии по Иркутской области от 18 апреля 2014 года № 253 «Об установлении максимальных пределов компенсации расходов на оплату проезда к месту использования отдыха и обратно работникам филиала ФГУП «Охрана» по Иркутской области, работающим в районах Крайнего Севера и приравненных к ним местностях», не законным.

3. Взыскать с Федерального государственного унитарного предприятия «Охрана» Федеральной службы войск национальной гвардии в пользу ФИО1 25 757 рублей 50 копеек (Двадцать пять тысяч семьсот пятьдесят семь рублей 50 копеек) компенсации расходов на проезд к месту использования отпуска и обратно, 2 887 рублей 82 копейки (Две тысячи восемьсот восемьдесят семь рублей 82 копейки) судебных расходов, а всего в сумме 28 645 рублей 32 копейки (Двадцать восемь тысяч шестьсот сорок пять рублей 32 копейки). 

В остальной части исковых требований о взыскании с Федерального государственного унитарного предприятия «Охрана» Федеральной службы войск национальной гвардии компенсации расходов на оплату проезда к месту использования отпуска и обратно, судебных издержек, а так же в требовании о возложении обязанности выплатить премию за первый квартал 2017 года и за девять месяцев 2017 года как по основному месту работы по трудовому договору от 16 октября 2015 года № 922, а так же о возложении обязанность выплатить премию по итогам годовой работы за 2016 год, за первый квартал 2017 года и за девять месяцев 2017 года по совместительству по трудовому договору от 16 октября 2015 года № 923, ФИО4 отказать.

4. Взыскать с Федерального государственного унитарного предприятия «Охрана» Федеральной службы войск национальной гвардии в доход бюджета муниципального образования г. Бодайбо и района 972 рубля 73 копейки (Девятьсот семьдесят два рубля 73 копейки) государственной пошлины по иску.

Решение может быть обжаловано в Иркутский областной суд через Бодайбинский городской суд в течение одного месяца.

Судья: Э.С. Ермаков