Гражданское дело 2-803/2025

УИД 18RS0002-01-2024-004583-84

публиковать

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

04 февраля 2025 года г. Ижевск

Первомайский районный суд г. Ижевска УР в составе:

председательствующего судьи Владимировой А.А.,

при помощнике судьи Кассихиной Е.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к Российской Федерации в лице Министерства финансов РФ, Управлению федерального казначейства по УР о компенсации морального вреда, причиненного незаконным уголовным преследованием, 

УСТАНОВИЛ:

В суд обратился ФИО1 с иском к Российской Федерации в лице Министерства финансов РФ, Управлению федерального казначейства по УР о компенсации морального вреда, причиненного незаконным уголовным преследованием. В обоснование исковых требований указано, что 25.11.2022 следователем Глазовского межрайонного следственного отделения СУ СК России по УР по уголовному делу № обвиняемому (истцу) ФИО1 было предъявлено постановление о привлечении в качестве обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного п. «б» ч.2 ст. 238 УК РФ. При этом, в период с 25.11.2022 по 18.03.2023 следователем Глазовского межрайонного следственного отдела СУ СК России по УР ФИО4 обвиняемому ФИО1 четыре раза в порядке ч.1 ст. 175 УПК РФ предъявлялось новое обвинение. 15.05.2023 обвиняемому ФИО1 по уголовному делу предъявлено новое обвинение в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст. 238 УК РФ. Таким образом, факт неоднократного (шесть раз) предъявления обвиняемому ФИО1 идентичного по форме и содержанию постановления о привлечении в качестве обвиняемого, сторона защиты расценивала как способ оказания психологического давления на обвиняемого, а также как способ необоснованного и незаконного затягивания сроков предварительного следствия, что безусловно нарушило право обвиняемого ФИО1 на доступ к правосудию и рассмотрение уголовного дела в разумные сроки. В дальнейшем, приговором Глазовского районного суда УР от 13.11.2023 ФИО1 признан невиновным в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст. 238 УК РФ на основании п.2 ч.1 ст. 24 УПК РФ, т.е. за отсутствием в деянии состава преступления. Апелляционным постановлением Верховного суда УР от 13.02.2024 приговор Глазовского районного суда УР от 13.11.2023 оставлен без изменения. Кассационным постановлением Шестого кассационного суда общей юрисдикции от 05.06.2024 постановления судов первой и апелляционной инстанции оставлены без изменения. Поскольку истец ФИО1 был оправдан на основании п.2 ч.1 ст. 24 УПК РФ, за истцом было признано право на реабилитацию в соответствии со ст. 134 УПК РФ. По настоящему делу мера пресечения в отношении ФИО1 избиралась в рамках возбужденного в отношении него уголовного дела по обвинению в тяжком преступлении, предусмотренном ч.2 ст. 238 УК РФ. Общий срок уголовного преследования ФИО1 по ст. 238 УК РФ с ноября 2022 по февраль 2024 составил 1 год 4 месяца. Вследствие незаконного привлечения к уголовной ответственности пострадала деловая репутация ФИО1, поскольку информация о привлечении к уголовной ответственности последнего распространялась в социальных сетях и была поставлена под сомнение горожан как сама предпринимательская деятельность истца, так и безопасность оказываемых услуг. Просит взыскать с Российской Федерации в лице Министерства финансов Российской Федерации за счет средств казны Российской Федерации в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 300 000 руб., судебные расходы, связанные с оплатой услуг представителя, в размере 50 000 руб. 

В ходе рассмотрения дела к участию в деле в качестве третьего лица без самостоятельных требований относительно предмета спора привлечено СУ СК по УР.

Истец ФИО1 в судебном заседании на удовлетворении заявленных требований настоял в полном объеме, по доводам и основаниям, изложенным в исковом заявлении 

Представитель истца адвокат Максимова С.Р., действующая на основании ордера, удостоверения, в судебном заседании исковые требования поддержала в полном объеме, дополнительно пояснила, что писали заявления на действия следователя который 5 раз перепредъявлял обвинение, что влияло на сроки рассмотрения дела, несению расходов. Почти год дело находилось в следственном комитете. Состава не было, что указывалось в ходатайствах. Арест был на счетах. 

Представитель ответчика УФК по УР ФИО3, действующий на основании доверенности заявленные исковые требования не признал. Пояснил, что истцом не представлено доказательств причинения физических и нравственных страданий. 

Представитель ответчика СУ СК России по УР ФИО5, действующая на основании доверенности, в судебном заседании возражала против удовлетворения исковых требований, представила письменные возражения, в которых указала, что факт признания за лицом права на реабилитацию не является безусловным основаниям для взыскания компенсации морального вреда. ФИО1 достаточных доказательств, подтверждающих причинно-следственную связь между нарушением права и возникшим вредом, не приведено, равно как и надлежащего обоснования заявленной суммы компенсации морального вреда. В ходе предварительного следствия ФИО1 в порядке ст. 91 УПК РФ не задерживался. Ходатайств о временном оставлении им места жительства не заявлялись. Истцом не представлено доказательств необоснованного затягивания предварительного следствия. Продолжительность расследования уголовного дела сама по себе еще не свидетельствует о нарушении разумного срока уголовного судопроизводства. Считает, что исковые требования удовлетворению не подлежат. 

Представитель Прокуратура УР Мерзлякова Н.А., действующая на основании доверенности, в судебном заседании пояснила, что за истцом признано право на реабилитацию, в связи с чем исковые требования подлежат частичному удовлетворению, с учетом принципов разумности и справедливости, тяжких последствий не наступило. 

Представитель Прокуратуры УР Солоняк Т.В., действующая на основании доверенности, поддержала позицию представителя прокуратуры УР Мерзляковой Н.А. 

Дело рассмотрено в отсутствие Глазовского межрайонного прокурора УР, уведомленного о дне и месте рассмотрения дела надлежащим образом. 

Допрошенная в судебном заседании свидетель ФИО10 суду показала, что является супругой истца. Знакомы с 2021г., хотели в 2022г. сыграть свадьбу, но из-за возбуждения уголовного дела пришлось свадьбу перенести. Отец истца прослужил в МВД, чтобы не расстраивать родителей не рассказывали им. В браке с 18.07.2024 года, в 2022-2024 годах проживали совместно в Глазове. Дело возбудили в 21 или 22 году, когда приговор был не знает. Никому не рассказывали, с друзьями общались. Писали заявления на выезд, он говорил об этом, сколько раз писал не знает. Арест на счета был наложен. После возбуждения уголовного дела реже стал выходить куда то, начались бессонницы, замкнулся, к врачам не обращался. 

Выслушав объяснения участников процесса, исследовав материалы гражданского дела, материалы уголовного дела № по обвинению истца, поступившего из Завьяловского районного суда г. Ижевска, допросив свидетеля, суд установил следующие обстоятельства, имеющие значение для дела.

Постановлением следователя Глазовского межрайонного следственного отдела следственного управления СК России по УР от 29.08.2022 возбуждено уголовное дело по признакам преступления, предусмотренного п. б ч.2 ст. 238 УК РФ (т.1 л.д.1). 

Постановлением следователя Глазовского МСО СУ СК РФ по УР от 22.11.2022 в отношении ФИО1 избрана мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении (т.4 л.д.47). 

<

дата> ФИО2 привлечен в качестве обвиняемого по уголовному делу №, предъявлено обвинение в совершении преступления, предусмотренного п. «б» ч.2 ст. 238 УК РФ (т.4 л.д.65-71). 

29.12.2022 защитником Максимовой С.Р. подано ходатайство о прекращении уголовного дела и уголовного преследования в отношении ФИО1, обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного п. «б» ч.2 ст. 238 УК РФ, на основании п.2 ч.1 ст. 24, ч.1 ст. 212 УПК РФ (т.4 л.д. 132-138). 

Постановлением судьи Глазовского районного суда УР от 20.01.2023 № наложен арест на денежные средства ФИО1 в пределах 500 000 руб. (т.4 л.д.226). 

Постановлением следователя Глазовского межрайонного следственного отдела следственного Управления Следственного комитета Российской Федерации по Удмуртской Республике от 18.01.2023 ФИО1 привлечен в качестве обвиняемого по уголовному делу №, ему предъявлено обвинение в совершении преступления, предусмотренного п. «б» ч.2 ст. 238 УК РФ (т.5 л.д. 2-10). 

Постановлением следователя Глазовского межрайонного следственного отдела следственного управления Следственного комитета Российской Федерации по Удмуртской Республике от 23.01.2023 ФИО1 привлечен в качестве обвиняемого по уголовному делу №, ему предъявлено обвинение в совершении преступления, предусмотренного п. «б» ч.2 ст. 238 УК РФ (т.5 л.д.17-23)

Постановлением следователя Глазовского межрайонного следственного отдела следственного управления Следственного комитета Российской Федерации по Удмуртской Республике от 15.02.2023 ФИО1 привлечен в качестве обвиняемого по уголовному делу №, ему предъявлено обвинение в совершении преступления, предусмотренного п. «б» ч.2 ст. 238 УК РФ (т.5 л.д.111-119). 

Уголовное дело с обвинительным заключением направлено заместителю Глазовского межрайонного прокурора Удмуртской Республики 28.02.2023 (т.5 л.д. 158-228).

Постановлением и.о. руководителя Глазовского МСО СУ СК России по УР от 28.02.2023 уголовное дело № возвращено следователю Глазовского МСО СУ СК России по УР, для производства дополнительного следствия и устранения выявленных недостатков (т.5 л.д.230). 

Постановлением следователя Глазовского межрайонного следственного отдела следственного управления Следственного комитета Российской Федерации по Удмуртской Республике от 17.03.2023 ФИО1 привлечен в качестве обвиняемого по уголовному делу №, ему предъявлено обвинение в совершении преступления, предусмотренного п. «б» ч.2 ст. 238 УК РФ (т.5 л.д.241-249). 

Постановлением и.о. заместителя Глазовского межрайонного прокурора от 13.04.2023 уголовное дело № по факту совершения ФИО1 преступления, предусмотренного п. «б» ч.2 ст. 238 УК РФ, возвращено следователю МСО СУ СК России по УР для производства дополнительного следствия и устранения выявленных недостатков (т.6 л.д.112)

Постановлением следователя Глазовского МСО СУ СК России по УР от 13.05.2023 прекращено уголовное преследование в отношении обвиняемого ФИО1 в части предъявленного ему обвинения в совершении преступления, предусмотренного п. «б» ч.2 ст. 238 УК РФ (т.6 л.д.117-119). 

Постановлением следователя Глазовского межрайонного следственного отдела следственного управления Следственного комитета Российской Федерации по Удмуртской Республике от 13.05.2023 ФИО1 привлечен в качестве обвиняемого по уголовному делу №, ему предъявлено обвинение по ч.1 ст. 238 УК РФ (т.6 л.д.122-130). 

Обвинительное заключение составлено 24.05.2023 и вместе с уголовным делом № направлено заместителю Глазовскому межрайонному прокурору УР (т.6 л.д.170-245)

Приговором Глазовского районного суда УР от 13.11.2023 ФИО1 признан невиновным в совершении преступления предусмотренного ч.1 ст. 238 УК РФ, на основании п.2 ч.1 ст. 24 УПК РФ, то есть за отсутствие в деянии состава преступления. Мера пресечения в виде подписи о невыезде и надлежащем поведении в отношении ФИО1 отменена. 

В соответствии со ст. ст. 133,134 УПК РФ признано за ФИО1 право на реабилитацию.

Апелляционным постановлением Верховного Суда УР от 13.02.2024 приговор Глазовского районного суда УР от 13.11.2023 в отношении ФИО1 оставлен без изменения. 

Постановлением Шестого кассационного суда общей юрисдикции от 05.06.2024 приговор Глазовского районного суда Удмуртской Республики от 13.11.2023 и апелляционное постановление Верховного Суда Удмуртской Республики от 13.02.2024 в отношении ФИО1 оставлено без изменения. 

Проанализировав установленные обстоятельства, суд приходит к следующим выводам.

Статьей 53 Конституции Российской Федерации гарантировано право каждого на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц.

Право на возмещение вреда, причиненного в результате незаконного уголовного преследования, закреплено также статьей 5 Конвенции о защите прав человека и основных свобод, согласно которой каждый, кто стал жертвой ареста или заключения под стражу в нарушении положений данной статьи, имеет право на компенсацию.

В соответствии с п.1 ст. 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Согласно ст. 1070 ГК РФ вред, причиненный гражданину в результате незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного ареста, а также вред, причиненный юридическому лицу в результате незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного приостановления деятельности, возмещается за счет казны Российской Федерации, а в случаях, предусмотренных законом, за счет казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования в полном объеме независимо от вины должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда в порядке, установленном законом. 

Основания возникновения права на реабилитацию, а также порядок восстановления реабилитированного лица в правах определен главой 18 Уголовно-процессуального Кодекса Российской Федерации (далее - УПК РФ).

В силу ч.ч.1,2 ст. 133 УПК РФ право на реабилитацию включает в себя право на возмещение имущественного вреда, устранение последствий морального вреда и восстановление в трудовых, пенсионных, жилищных и иных правах. Вред, причиненный гражданину в результате уголовного преследования, возмещается государством в полном объеме независимо от вины органа дознания, дознавателя, следователя, прокурора и суда; право на реабилитацию, в том числе право на возмещение вреда, связанного с уголовным преследованием, имеет, частности подсудимый, в отношении которого вынесен оправдательный приговор. подозреваемый или обвиняемый, уголовное преследование в отношении которого прекращено по основаниям, предусмотренным пунктами 1, 2, 5 и 6 части первой статьи 24 и пунктами 1 и 4 - 6 части первой статьи 27 настоящего Кодекса; осужденный - в случаях полной или частичной отмены вступившего в законную силу обвинительного приговора суда и прекращения уголовного дела по основаниям, предусмотренным пунктами 1 и 2 части первой статьи 27 настоящего Кодекса;

В соответствии с ч.1 ст.134 УПК РФ суд в приговоре, определении, постановлении, а прокурор, следователь, дознаватель в постановлении признают за оправданным либо лицом, в отношении которого прекращено уголовное преследование, право на реабилитацию. Одновременно реабилитированному направляется извещение с разъяснением порядка возмещения вреда, связанного с уголовным преследованием.

Исходя из содержания статьи 136 УПК РФ, право на компенсацию морального вреда, причиненного незаконными действиями органов уголовного преследования, возникает только при наличии реабилитирующих оснований, при этом иски за причиненный моральный вред в денежном выражении предъявляются в порядке гражданского судопроизводства.

В судебном заседании установлено, что ФИО1 привлекался к уголовной ответственности за совершение преступления, предусмотренного ч.1 ст. 238 УК РФ, приговором Глазовского районного суда УР от 13.11.2023 признан невиновным, за ним признано право на реабилитацию.

Таким образом, у ФИО1 имеется право на реабилитацию, и, в том числе, право на возмещение морального вреда, вызванного незаконным уголовным преследованием.

Указанные обстоятельства сторонами не оспариваются. 

В соответствии с п. 1 ст. 1099 ГК РФ основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 и статьей 151 ГК РФ.

В силу ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

В соответствии с п. 1 ст. 150 ГК РФ к нематериальным благам относятся жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна, право свободного передвижения, выбора места пребывания и жительства, право на имя, право авторства, иные личные неимущественные права и другие нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом. 

В соответствии со ст. 1100 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случае, когда вред причинен гражданину в результате его незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде.

Согласно ст. 1071 ГК РФ в случаях, когда в соответствии с настоящим Кодексом или другими законами причиненный вред подлежит возмещению за счет казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования, от имени казны выступают соответствующие финансовые органы, если в соответствии с пунктом 3 статьи 125 настоящего Кодекса эта обязанность не возложена на другой орган, юридическое лицо или гражданина.

В силу ст. 1071 ГК РФ в случаях, когда причиненный вред подлежит возмещению за счет казны Российской Федерации, от ее имени выступает Министерство финансов Российской Федерации.

Как усматривается из правовой позиции, изложенной в пункте 1 Постановления Пленума Верховного Суда РФ №33 от 15.11.2022 года «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.

В соответствии со ст.56 ГПК РФ на истца возложена обязанность по предоставлению доказательств в обоснование заявленных исковых требований, в том числе размера компенсации морального вреда, наличия причинной связи между действиями государственных органов и наступившими последствиями.

При определении обстоятельств, подлежащих доказыванию по делу, в частности, факта причинения истцу нравственных страданий вследствие незаконного уголовного преследования, причинной связи между незаконным привлечением истца к уголовной ответственности и причинением ему нравственных страданий, степени перенесенных страданий, установленных заключением экспертов, суд исходит из искового заявления, пояснений представителя истца, объяснений других участников процесса, материалов гражданского дела и уголовного дела, оценивая доказательства в их совокупности.

На основании исследованных в судебном заседании доказательств, материалов уголовного дела, суд приходит к выводу о том, что истец необоснованно подвергся уголовному преследованию по ч.1 ст. 238 УК РФ. Поэтому суд не может согласиться с доводами представителей ответчика, третьих лиц о необходимости отказать в удовлетворении исковых требований о компенсации морального среда в связи с тем, что истцом не доказан факт причинения ему морального вреда.

В обоснование заявленных требований о компенсации морального вреда истец указывает на то, что вследствие незаконного привлечения к уголовной ответственности и предъявления обвинения, незаконного применения меры пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении, причинены физические и нравственные страдания.

Законом (ст.1070 ГК РФ) ответственность за вред, причиненный гражданину в результате незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу не ставится в зависимость от вины должностных лиц органов следствия и других государственных органов. Суд исходит из того, что факт незаконного привлечения к уголовной ответственности, который уже установлен в судебном заседании и ответчиком не оспаривается, безусловно, причиняет нравственные страдания, сопряженные с ограничением конституционных прав, а именно, право не быть привлеченным к уголовной ответственности за преступление, которого истец не совершал, в связи с чем, требования истца в целом являются обоснованными.

В соответствии с п. 2 ст. 1101 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. 

В силу п. 27 Постановления Пленума Верховного Суда РФ №33 от 15.11.2022 года «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» тяжесть причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом заслуживающих внимания фактических обстоятельств дела, к которым могут быть отнесены любые обстоятельства, влияющие на степень и характер таких страданий. При определении размера компенсации морального вреда судам следует принимать во внимание, в частности: существо и значимость тех прав и нематериальных благ потерпевшего, которым причинен вред (например, характер родственных связей между потерпевшим и истцом); характер и степень умаления таких прав и благ (интенсивность, масштаб и длительность неблагоприятного воздействия), которые подлежат оценке с учетом способа причинения вреда (например, причинение вреда здоровью способом, носящим характер истязания, унижение чести и достоинства родителей в присутствии их детей), а также поведение самого потерпевшего при причинении вреда (например, причинение вреда вследствие провокации потерпевшего в отношении причинителя вреда); последствия причинения потерпевшему страданий, определяемые, помимо прочего, видом и степенью тяжести повреждения здоровья, длительностью (продолжительностью) расстройства здоровья, степенью стойкости утраты трудоспособности, необходимостью амбулаторного или стационарного лечения потерпевшего, сохранением либо утратой возможности ведения прежнего образа жизни.

В силу п. 30 Постановления Пленума Верховного Суда РФ №33 от 15.11.2022 года «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» при определении размера компенсации морального вреда судом должны учитываться требования разумности и справедливости (пункт 2 статьи 1101 ГК РФ). В связи с этим сумма компенсации морального вреда, подлежащая взысканию с ответчика, должна быть соразмерной последствиям нарушения и компенсировать потерпевшему перенесенные им физические или нравственные страдания (статья 151 ГК РФ), устранить эти страдания либо сгладить их остроту.

На основании исследованных в судебном заседании доказательств, суд полагает, что сам факт возбуждения уголовного дела, последующего уголовного преследования, избрания меры пресечения в виде подписки о невыезде, наложение ареста на счета, безусловно, причинил моральный вред истцу, так как умалили его честь и достоинство, частично было нарушено право на свободное передвижение по своему усмотрению (истец ввиду принятой меры пресечения в виде подписки о невыезде вынужден был являться по вызовам дознавателя, следователя и суда, извещать указанных лиц о перемене места жительства - ст. 112 УПК – что должно было учитываться в своих передвижениях и жизненных планах), право не быть привлеченным к уголовной ответственности за преступление, которое он не совершал. Указанные последствия находятся в причинно-следственной связи с фактом необоснованного уголовного преследования истца.

При определении размера компенсации суд принимает во внимание характер и тяжесть обвинений в отношении истца (изначально ему предъявление обвинение по п.б ч.2 ст.238 УК РФ, что относится к категории средней тяжести преступления, в дальнейшем с 13.05.2023г. в совершении которого он обвинялся и по которому оправдан по ч.1 ст. 238 УК РФ, относится к категории небольшой тяжести преступления), длительность уголовного преследования в отношении истца в течение 1 лет 4 мес., многочисленное перепредъявление обвинения.

На протяжении всего периода производства по уголовному делу истец испытывал переживания и страдания в связи незаконным уголовным преследованием, негативным образом, сказавшемся на обычном укладе жизни ФИО1, что подтвердила в суде свидетель ФИО6 

Суд, при определении размера компенсации вреда, учитывает и индивидуальные особенности личности истца, а именно ФИО1 ранее не привлекался к административной и уголовной ответственности, имеет многочисленные благодарности, грамоты.

Вместе с тем, доказательств наступления каких-либо тяжких последствий, находящихся в прямой причинной связи с привлечением к уголовной ответственности по делу по которому уголовное преследование прекращено в связи с оправданием, истец суду не представил, в связи с чем, указанный истцом размер компенсации морального вреда представляется суду несоразмерным перенесенным физическим и нравственным страданиям, чрезмерно завышенным. 

Кроме того, истцом не представлено доказательств, в нарушение ст.56 ГПК РФ, доводов об ухудшении состояния здоровья, которое бы находились в прямой причинной связи с фактом незаконного уголовного преследования истца. Данные обстоятельства ничем не подтверждаются. На основании изложенного, данные доводы истца не могут быть приняты во внимание при определении размера компенсации.

С учетом перечисленных выше обстоятельств, суд приходит к выводу, что заявленный истцом размер компенсации морального вреда 300 000 рублей является чрезмерно завышенным, не отвечает признаку разумности и справедливости, принимает в данной части доводы стороны ответчика о необходимости его снижения, и считает необходимым удовлетворить исковые требования частично, полагая справедливым и достаточным размер компенсации морального вреда в сумме 250 000 рублей, которые подлежат взысканию за счет средств казны РФ в пользу ФИО1 в качестве компенсации за причинение морального вреда в связи с незаконным уголовным преследованием. Во взыскании компенсации морального вреда в большем размере необходимо отказать с учетом, установленных по делу обстоятельств.

Также следует отказать в требованиях к УФК по УР как заявленных к ненадлежащему ответчику. 

Истец просит взыскать с ответчиков в пользу истца расходы на оплату услуг представителя в размере 50 000 рублей.

22.07.2024 между адвокатом Максимовой С.Р. и ФИО1 заключено соглашения № согласно которому доверитель поручает, а адвокат принимает на себя обязанность оказать доверителю в объеме и на условиях, установленных настоящим соглашением, юридическую помощь в целях защиты прав, свобод и интересов доверителя в ходе судебного производства в суде первой инстанции по гражданскому делу, связанному с возмещением компенсации морального вреда, причиненного вследствие незаконного уголовного преследования (п.1.1). Гонорар адвоката, являющийся вознаграждением за оказание юридической помощи по настоящему соглашению, устанавливается в размере 50 000 руб. с учетом минимальных ставок вознаграждения за юридическую помощь, установленных решением Совета Адвокатской палаты Удмуртской Республики от 11.06.2019 «Об утверждении рекомендуемых минимальных ставок вознаграждения за юридическую помощь, оказываемую адвокатами Адвокатской палаты Удмуртской Республики» (п.3.1). 

Согласно чека по операции от 04.08.2024 ФИО1 перечислил адвокату Максимовой С.Р. 50 000 руб. 

Решение состоялось в пользу истца, поэтому, учитывая требования истца, с ответчика в пользу истца в соответствии со ст. 100 ГПК РФ должны быть взысканы судебные расходы на оплату услуг представителя.

Суд определяет к взысканию сумму в счет оплаты услуг представителя в размере 50 000 руб. Указанная сумма являются разумной, соответствующей сложности дела, объему выполненной представителем работы, объему удовлетворенных исковых требований. Доказательств чрезмерности данных расходов ответчиком суду не представлено. Таким образом, с ответчика Российской Федерации в лице Министерства финансов РФ за счет средств казны РФ подлежат взысканию указанные расходы.

В соответствии со ст.103 ГПК РФ, поскольку как истец, так и ответчик освобождены от уплаты госпошлины, издержки по рассмотрению дела относятся на счет федерального бюджета.

Руководствуясь ст.ст.194-199 ГПК РФ, суд 

Р Е Ш И Л:

Исковые требования ФИО1 к Российской Федерации в лице Министерства финансов РФ о компенсации морального вреда, причиненного незаконным уголовным преследованием - удовлетворить частично.

Взыскать с Российской Федерации в лице Министерства финансов РФ за счет средств Казны Российской Федерации в пользу ФИО1 (паспорт №) в счет компенсации морального вреда 250 000 рублей, расходы на оплату услуг представителя в размере 50 000 руб. 

В удовлетворении требований о взыскании компенсации морального вреда в большем размере - отказать.

В удовлетворении исковых требований ФИО1 к Управлению федерального казначейства по УР о компенсации морального вреда, причиненного незаконным уголовным преследованием отказать. 

Решение может быть обжаловано в Верховный Суд Удмуртской Республики (через Первомайский районный суд г. Ижевска) в течение месяца с момента изготовления мотивированного решения.

Мотивированное решение изготовлено 

<

дата>.

Судья: А.А. Владимирова