РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

22 октября 2018 года г. Грозный

Грозненский районный суд Чеченской Республики в составе: 

председательствующего судьи Бузуркаева М.Х.,

при секретаре Хамдиевой Л.Б., 

с участием:

представителя истца ФИО1- ФИО2 С-А. С, действующего по 

доверенности № 20/20-н/20-2018-2-383 от 18.09.2018 года,

пом. прокурора Грозненского района ЧР Дигаева Д.Р.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-3/18 по иску ФИО1 к Министерству финансов РФ в лице Управления Федерального казначейства РФ по ЧР о компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратилась в суд с иском к Министерству финансов РФ в лице Управления Федерального казначейства РФ по ЧР о компенсации морального вреда, указывая, что 25.11.1999 г. примерно в 21 часов с. Алхан-Кала Грозненского района Чеченской Республики в очередной раз подверглось к артиллерийскому обстрелу со стороны военнослужащих Министерство обороны Российской Федерации. В результате артиллерийского обстрела совершенного военнослужащими федеральных сил Министерства обороны Российской Федерации (далее по тексту МО РФ), были убиты гражданские лица, находившиеся в подвальном помещении дома № 29 по ул. Ленина. В данное домовладение, в подвале которого укрывались от обстрела люди, попал один из снарядов системы "Град", в результате чего были убиты ФИО3 и Бисултанова Хеда А.

09.09.2012г. по данному факту в Грозненский межрайонный следственный отдел следственного управления Следственного комитета Российской Федерации по Чеченской Республике поступили материалы проверки №193 пр-12. Проведенной проверкой в порядке ст.ст. 144-145 УПК РФ было установлено, что 25.11.1999г. на территории с. Алхан-Кала Грозненского района Чеченской Республики проводились контртеррористические мероприятия военнослужащими МО РФ и при этом периодически производили артиллерийский обстрел в целях уничтожения членов незаконных вооруженных формирований. Согласно постановлению об отказе в возбуждении уголовного дела от 15.12.2013г., данный факт подтверждается объяснениями ФИО1, ФИО6, ФИО7, ФИО8, ФИО9, ФИО10, ФИО11 3.3., и другими материалами проведенной проверки. Факт убийства ее дочери ФИО12, ДД.ММ.ГГГГ года рождения могут подтвердить все их соседи. Кроме того, данный факт подтверждается свидетельством о смерти ФИО4 Хеди серии 1-ОЖ №261782, от 20.03.2000г. из которого усматривается, что смерть ФИО12 наступила в результате минно-осколочного ранения головы и грудной клетки. В связи с внесением дополнительных изменений в свидетельство о смерти серии 1-ОЖ №261782, выданного 20.03.2000 г., была проведена проверка с целью выяснения кем были внесены данные рукописные изменения. 14 мая 2012 года по данному факту было принято решение и вынесено постановление об отказе в возбуждении уголовного дела.

24 05.2012 г. данное постановление было отменено заместителем прокурора Грозненского района ЧР, а материал был возвращен в отдел дознания ОМВД России по Грозненскому району ЧР для организации дополнительной проверки. В ходе дополнительной проверки из ЭКЦ при МВД по ЧР была получена справка об экспертном исследовании за № 681 от 11.05.2012 г., согласно которой рукописные записи в свидетельстве о смерти серии 

<

...> выполнены одним и тем же лицом.

Убийство дочери причинило ей и ее семье ни с чем несравнимые нравственные страдания. Хуже всего она считает тот факт, что такое зверское преступление отнесли к преступлениям средней тяжести. Артиллерийский и минометный обстрел ведется военными, как правило, для поражения живой силы и разрушения укреплений противника, так что ни о каком преступлении «средней тяжести», не может быть и речи. Это был, по-моему, мнению запланированный акт устрашения и безнаказанного убийства мирных людей.

На территории ЧР расследованы лишь единицы таких преступлений, а многие так и остались безнаказанными, как и в их случае. Отсутствие эффективного расследования по данному уголовному делу до сих пор не даёт зажить душевным ранам. Страшно признавать, что всё это было совершено собственной армией в своём государстве, в отношении своего народа. Эти и другие обстоятельства стали причиной того, что она потеряла веру в справедливость, равенство всех перед законом и судом, в свободу совести и чести, в необратимость наказания. Государство нарушило свои обязательства гарантированные и объявленные в ст. 2 Конституции Российской Федерации. Таким образом, главное и неотчуждаемое право ее дочери, гарантированное ч.1 ст. 20 Конституции РФ - право на жизнь, было нарушено артобстрелом, который велся подразделениями Российской армии, расположенными на ближайших хребтах н.п. Алхан - Кала.

С учетом всех обстоятельств, степени и характера случившегося, а также учитывая физические и нравственные страдания, причиненные их семье, моральный вред, нанесенный ей убийством дочери, она оценивает в 2 500 000 (два миллиона пятьсот тысяча) рублей.

Статья 45 Конституции Российской Федерации закрепляет государственные гарантии защиты прав и свобод (часть 1) и право каждого защищать свои права всеми не запрещенными законом способами (часть 2). К таким способам защиты гражданских прав относится возмещение убытков (статья 12 ГК Российской Федерации). В пункте 1 статьи 15 ГК Российской Федерации предусмотрено, что лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в

меньшем размере, а в статье 16 - обязанность возмещения Российской Федерацией, соответствующим субъектом Российской Федерации или муниципальным образованием убытков, причиненных гражданину или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления или должностных лиц этих органов, в том числе в результате издания не соответствующего закону или иному правовому акту акта государственного органа или органа местного самоуправления.

Таким образом, гражданским законодательством установлены дополнительные гарантии для защиты прав граждан и юридических лиц от незаконных действий (бездействия) органов государственной власти, направленные на реализацию положений статей 52 и 53 Конституции Российской Федерации, согласно которым каждый имеет право на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями ( или бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц, в том числе злоупотреблением властью.

В статье 1069 ГК Российской Федерации предусмотрено, что вред, причиненный гражданину или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов, в том числе в результате издания не соответствующего закону или иному правовому акту акта государственного органа или органа местного самоуправления, подлежит возмещению за счет соответственно казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования. Удовлетворяя требование о возмещении вреда в соответствии со статьей 1082 ГК. Российской Федерации, суд в зависимости от обстоятельств дела обязывает лицо, ответственное за причинение вреда, возместить вред в натуре или возместить причиненные убытки.

В целях защиты гражданских прав, реализуя способы их защиты, предусмотренные ст. 12 ГК. РФ, каждому гарантировано право на возмещение убытков и компенсацию морального вреда.

Ввиду того, что вред жизни ее дочери ФИО12 причинен военнослужащими одной из федеральных силовых структур, обязанность по компенсации причиненного морального вреда необходимо возложить на Министерство Финансов Российской Федерации.

Согласно ч.1 ст. 150 ГК РФ, жизнь, здоровье и иные личные неимущественные права и другие нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом. В случаях и в порядке, предусмотренных законом, личные имущественные права и другие нематериальные блага, принадлежавшие умершему, могут осуществляться и защищаться другими лицами, в том числе наследниками правообладателя.

Согласно ст.ст.151,1099,1100,1101 ГК РФ компенсаця морального вреда в РФ осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. Компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда вред причинен жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности.

Конституционный суд РФ в постановлении от 05 февраля 2007 года №2-П указал, что на основании ч.4 ст. 15 Конституции РФ, «Общепризнанные принципы и нормы международного права и международные договоры Российской Федерации являются составной частью ее правовой системы. Если международным договором Российской Федерации установлены иные правила, чем предусмотренные законом, то применяются правила международного договора.

В соответствии с постановлением конституционного Суда РФ от 24 апреля 2003 года № 7-5, Конституция РФ, гарантируя конституционные права лиц, потерпевших от преступлений, непосредственно не определяет в какой именно процедуре должен обеспечиваться доступ потерпевших к правосудию в целях защиты своих прав и законных интересов и компенсации причиненного ущерба, и возлагает решение этого вопроса на законодателя. Конституционно важно при этом, чтобы доступ потерпевшего к правосудию был реальным, давал ему возможность быть выслушанным судом и обеспечивал эффективное восстановление его в правах. При этом суд, рассматривающий по заявлению потерпевшего гражданское дело о возмещении вреда, причиненного преступлением, в силу провозглашенного в статье 120 (часть 1) Конституции Российской Федерации принципа независимости судей и их подчинения только Конституции Российской Федерации и федеральному закону, не может быть связан решением о прекращении производства, принятым органом предварительного расследования или судом в части определения размера причиненного преступлением ущерба, и должен основывать свое решение о восстановлении нарушенных прав потерпевшего на собственном исследовании обстоятельства дела.

Из указанного выше следует, что в настоящем гражданском деле истцы имеют право предъявить иск к государству о признании нарушения в отношении их убитого родственника соответствующих норм указанной Конвенции и получить компенсацию, предусмотренную ст. 13 указанной Конвенции и ст.ст. 52, 53 Конституции РФ, ст.ст.1069, 151,150 ГК РФ.

Европейский суд в п. 230 своего постановления от 10 января 2012 г. в деле «ФИО13 и другие против России» установил, что присуждаемый национальным судом уровень компенсации морального вреда не должен быть несоразмерным по сравнению с суммами, назначенными Европейским Судом в качестве компенсации по схожим делам. Аналогичная позиция бы высказана судом и в других делах, в частности в деле «Бурдов против России» (№2) (жалоба №33509/04, постановление от 19 января 2009г., $99).

Во всех последних решениях по делам из России, связанных с нарушением статьи 2 Европейской Конвенции о защите прав человека и основных свобод, Европейский Суд по правам человека присуждает 60000 евро (примерно 2 400 000 рублей) (см., например, постановление Европейского Суда по делу «ФИО14 и другие против России).

Ратифицируя Конвенцию о защите прав человека и основных свобод, Российская Федерация признала юрисдикцию Европейского Суда по правам человека обязательной по вопросам толкования и применения Конвенции и Протоколов к ней в случаях предполагаемого нарушения Российской Федерацией положений этих договорных актов (Федеральный закон от 30 марта 1998 года № 54-ФЗ). 

Таким образом, как и Конвенция о защите прав человека и основных свобод, решения Европейского Суда по правам человека в той части, в какой ими, исходя из общепризнанных принципов и норм международного права, дается толкование содержания закрепленных в Конвенции прав и свобод, включая право на доступ к суду и справедливое правосудие- является составной частью Российской правовой системы, а потому должны учитываться национальным законодателем при регулировании общественных отношений и правоприменительными органами при применении соответствующих норм права».

Статья 2 Европейской Конвенции защиты прав человека и основных свобод гласит, что «право каждого лица на жизнь охраняется законом. Никто не может быть умышленно лишен жизни иначе как во исполнение смертного приговора, вынесенного судом за совершение преступления, в отношении которого законом предусмотрено такое наказание».

В соответствии с практикой Европейского Суда по правам человека по статье 2 Европейской Конвенции, которая является обязательной для применения на территории Российской Федерации в соответствии свыше указанным законом, процессуальные обязательства государства в рамках указанной статьи представляют собой обязанность властей провести эффективное официальное расследование вне зависимости от того, погиб ли человек в результате действий представителей государства или частных. В этой связи необходимо подчеркнуть, что право на жизнь несовместимо с безнаказанностью за акты незаконного лишения жизни. Для этого государство должно предоставить не только возможность свободной подачи жалоб и доступ к процедуре расследования, но также и эффективную систему уголовного правосудия, позволяющую установить и привлечь виновных в смерти человека к ответственности и возможность родственникам погибшего получить компенсацию морального и материального вреда, причиненного им в результате гибели члена семьи. Любой недостаток расследования, подрывающий возможность установить причину наступления смерти или личности виновных в ее наступлении может привести к нарушению стандарта эффективного расследования.

В деле «Акsоу V. Тuгкеу» (18.12.1996, п. 98) Европейский Суд по правам человека установил, что эффективное расследование должно быть незамедлительным и беспристрастным.

В своих решениях по делу «ФИО15 и ФИО16 против России» (см. П. 114 решения от 05.02.2009 г.) и «Медов против России» ( см.п.п. 119-120 решение от 08.11.2007 года) касающихся жестокого обращения властей с жителями Чечни, Европейский Суд по правам человека указал, что прокурорское расследование заявлений о жестоком обращении должно быть тщательным. Это означает, что государственные органы должны предпринимать серьезные шаги для установления истины, и не должны полагаться на поспешные или необоснованные выводы для прекращения расследования. Они должны предпринимать все доступные и уместные шаги для того, чтобы зафиксировать доказательства по делу, включая свидетельства очевидцев, медицинские свидетельства и т.д. любой недостаток расследования, подрывающий возможность установить причину происхождения травм или личности виновных, может привести к нарушению этого стандарта. Исходя из фактов, изложенных выше, считаю, что расследование по делу по ряду оснований не отвечает требованиям эффективного расследования, сформулированным Европейским Судом по правам человека, а, следовательно, в данном случае имеет место нарушение статьи 13 Европейской Конвенции о защите прав человека И основных свобод 1950 г. (Право на эффективные средства правовой защиты). Поскольку, как было сказано выше, практика Европейского Суда и формулируемые им принципы и требования обязательны для применения в национальном праве в данном случае нарушение требований к проведению эффективного расследования является основанием для признания проверки, проведенной по заявлению неполной, а принятое по Результатам данной проверки решение - необоснованным и незаконным

В деле «Ipek v. Turkey» (решение от 17.02.2004 г.) Европейский Суд по правам человека установил, что отсутствовало эффективное расследование обстоятельств убийства супруга заявительницы, так как в ходе расследования не были допрошены военнослужащие, участвовавшие в проведении спецоперации и т.д.

Указанные выше обстоятельства Европейский Суд по Правам Человека признает как нарушение государством своих обязательств, предусмотренных ст.ст.2,3,13 Европейской Конвенции о защите основных прав и свобод человека.

Согласно п.2 постановления Пленума Верховного суда РФ от 26.01.20 Юг. № } иски о возмещении вреда, причиненного увечьем, иным повреждением здоровья или в результате смерти кормильца, в том числе иски о компенсации морального вреда, могут быть предъявлены гражданином как по общему правилу территориальной подсудности - по месту жительства ответчика (по месту нахождения организации), так и в суд по месту своего жительства или месту причинения вреда (ст.ст. 28 и 29 ГПК РФ).

Более того, моральный вред, причиненный ей убийством дочери, усугубляется моральным вредом, причиненным незаконными действиями представителей органов прокуратуры и следственных органов, которые по настоящее время бездействуют по факту причинения смерти ее дочери и уничтожения их имущества.

Она и ее родственники испытывают нравственные страдания из-за того, что сотрудники органов прокуратуры и следственного комитета своими действиями умышлено противоправно попрали наше человеческое и гражданское достоинство, и веру в справедливость и возможность воспользоваться государственной защитой от преступлений и злоупотреблений властью. Осознание того, что предварительное расследование по факту убийства ее дочери не проводилось, причиняет ей тяжкие моральные страдания. Ее не покидает чувство страха и беспомощности перед военнослужащими и сотрудниками силовых структур.

Нарушения Россией ст.ст. 2 и 13 Европейской Конвенции о защите прав и свобод человека и основных свобод дает ей право обратиться в Европейский Суд по правам человека в целях получения справедливой компенсации за незаконные действия должностных лиц органов прокуратуры и следственных органов.

В связи с тем, что ее права по Европейской Конвенции были явно и существенно нарушены, она имеет право на справедливую компенсацию в соответствии со ст. 41 Европейской Конвенции о защите прав человека и основных свобод, назначаемую Судом исходя из конкретных обстоятельств дела.

В соответствии со ст.ст. 6, 6.1 УПК РФ реализуя принципы уголовного судопроизводства, следственные органы обязаны в разумный срок обеспечить защиту прав и законных интересов лиц потерпевших от преступлений, способствовать назначению справедливого наказания лицам совершившим преступление.

По указанным выше обстоятельствам органы прокуратуры и органы следственного комитета РФ по ЧР отказывают в возбуждении уголовного дела и расследованию данного преступления.

Согласно ст. 7 Закона РФ «Об обжаловании в суд действий, решений нарушающих права и свободы граждан» №4866-1 от 27 апреля 1993 года «убытки, моральный вред, нанесенные гражданину признанными незаконными действиями (решениями), а также представлением искаженной информации, возмещаются в установленном Гражданским Кодексом Российской Федерации порядке».

Более того, в соответствии с внутренним нормативным актом органов Прокуратуры, а именно п. 1.5 инструкции о порядке рассмотрения обращений и приеме граждан в системе прокуратуры Российской Федерации (утвержденной Приказом Генерального прокурора Российской Федерации от 17.12.2007 г. №200) «Заявитель имеет право на возмещение убытков и компенсацию морального вреда, причиненных незаконным действием (бездействием) органов прокуратуры или должностного лица при рассмотрении обращения».

Просит взыскать с ответчика в части компенсации морального вреда 2 500 000 (два миллиона пятьсот тысяча) рублей.

В судебном заседании представитель истца ФИО1 ФИО2 С-А.С. поддержал исковые требования по приведенным в заявлении доводам и просил их удовлетворить в полном объеме. 

Представитель Министерства финансов РФ в лице Управления Федерального казначейства РФ по Чеченской Республике в судебное заседание не явился. В суд поступило письменное заявление – отзыв, об отказе в удовлетворении исковых требований в полном объеме и рассмотрении дела в отсутствие их представителя. 

В своем отзыве на исковое заявление о возмещении морального вреда представитель Министерства Финансов РФ в лице Управления Федерального Казначейства РФ по ЧР ФИО17 иск не признал, при этом указывая, что ответственность за причинение морального вреда в общем случае возникает при наличии вины причинителя вреда. Если не представляется возможным установить непосредственного причинителя вреда, а также его вину, то основания для компенсации морального вреда по правилам норм главы 59 ГК РФ отсутствуют. На основании представленных материалов дела нет возможности установить, за действия какого органа государственной власти или должностного лица Министерство финансов РФ привлекается в качестве ответчика. Следовательно, не имеется никаких доказательств, что государство ответственно за вред, причиненный истцу. 

Кроме того, отсутствует вступивший в законную силу приговор суда, которым было бы установлено соответствующее лицо, виновное в причинении вреда истцу. Просил отказать в удовлетворении исковых требований.

В своем заключении помощник прокурора Грозненского района ЧР Дигаев Д.Р. пояснил, что в соответствии со ст.1101 ГК РФ размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. Из разъяснений Пленума Верховного Суда РФ от 20 декабря 1994 года №10 (редакция от 06.02.2007) «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда», следует, что по общему правилу необходимыми условиями для возложения обязанности по компенсации морального вреда являются: наступление вреда, противоправность деяния причинителя вреда, наличие причинной связи между наступлением вреда за счет соответствующей казны (в данном случае заявлено требование о компенсации морального вреда к государственным органам за счет казны РФ) может быть возложена на государственные органы или должностных лиц этих органов при наличии противоправного деяния и вины указанных органов и лиц в причинении вреда. Если не предоставляется возможным установить непосредственного причинителя вреда, а также его вину, то основания для компенсации морального вреда по правилам главы 59 ГК РФ отсутствуют. Просит отказать в удовлетворении исковых требований.

В соответствии со ст.56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом. Суд определяет, какие обстоятельства имеют значение для дела, какой стороне надлежит их доказывать, выносит обстоятельства на обсуждение, даже если стороны на какие-либо из них не ссылались.

Согласно ч.1 статьи 196 ГПК РФ при принятии решения суд оценивает доказательства, определяет, какие обстоятельства, имеющие значение для рассмотрения дела установлены и какие обстоятельства не установлены, каковы правоотношения сторон, какой закон должен быть применен по данному делу и подлежит ли иск удовлетворению.

В соответствии со статьей 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права, либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

По смыслу статей 1064, 1069, 1070, 1071 ГК РФ за счет соответствующей казны РФ подлежит возмещению вред, причиненный гражданину или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов РФ либо должностных лиц этих органов. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине.

Таким образом, из приведенных норм закона следует, что истцом должны быть представлены доказательства, подтверждающие причинение ему вреда незаконными действиями (бездействиями) органов государственной власти России либо их должностными лицами, только при наличии этих обстоятельств возникает обязанность РФ компенсировать причиненный вред за счет своей казны.

ФИО1 достоверных доказательств, подтверждающих причинение ей вреда незаконными действиями органов государственной власти РФ или их должностными лицами, не представила. В материалах дела нет достоверных сведений о том, что в отношении дочери истца были совершены незаконные действия именно военнослужащими МО РФ.

Из исследованных судом материалов проверки обстоятельств гибели дочери истца ФИО12, по которым до настоящего времени какого-либо процессуального решения не принято, следует, что 25 ноября 1999 года, примерно в 21-00 часов, федеральными вооруженными силами РФ был произведен артиллерийский обстрел с. Алхан-Кала, при котором один снаряд системы «Град» попал в подвальное помещение дома № 29, в котором пряталсиь ФИО12 и другие лица, в результате чего ФИО12 и ФИО3 погибли. 

По данному факту уголовное дело не возбуждалось, виновные лица не установлены, обвинение никому не предъявлялось. 

Суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств, а также относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

Суд находит иск ФИО1 не подлежащим удовлетворению, так как отсутствуют доказательства совершения убийства ее дочери ФИО12 определенным кругом лиц, в связи с чем невозможно утверждать, кто является непосредственным причинителем вреда.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст.194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении исковых требований ФИО1 к Министерству финансов РФ в лице Управления Федерального казначейства РФ по ЧР о компенсации морального вреда, отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Верховный суд Чеченской Республики через Грозненский районный суд ЧР в месячный срок со дня его вынесения в окончательной форме.

Мотивированное решение изготовлено 29.10.2018 года.

Судья подпись Бузуркаев М.Х.

Копия верна: Судья:

Секретарь: