Судья Шульга П.И Дело №

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

06 сентября 2024 года 

<

адрес>

Суд апелляционной инстанции Новосибирского областного суда в составе:

председательствующего судьи Носовец К.В.,

при секретаре Мичурине Е.Д.,

с участием:

прокурора отдела прокуратуры 

<

адрес> Верес О.С.,

адвоката Музафарова С.Е.,

осужденного Г.,

рассмотрев в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционной жалобе адвоката Музафарова С.Е. в защиту осужденного Г. на приговор Тогучинского районного суда 

<

адрес> от ДД.ММ.ГГГГ, которым

Г., 

<

данные изъяты>

- осужден по ч.3 ст.264 УК РФ к 1 году 6 месяцам лишения свободы с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, сроком 1 год 8 месяцев.

На основании ст.53.1 УК РФ назначенное наказание в виде лишения свободы сроком 1 год 6 месяцев постановлено заменить принудительными работами на этот же срок с удержанием 5% из заработной платы в доход государства, с назначением дополнительного наказания в виде лишения права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, сроком 1 год 8 месяцев. 

С Г. в пользу ВЕА взыскано в счет возмещения материального ущерба, причиненного преступлением, 358 496 рублей, в счет компенсации морального вреда – 1 100 000 рублей,

УСТАНОВИЛ:

приговором суда Г. признан виновным в нарушении правил дорожного движения при управлении автомобилем, повлекшем по неосторожности причинение тяжкого вреда здоровью человека, повлекшее по неосторожности смерть человека. 

Преступление совершено ДД.ММ.ГГГГ в 

<

адрес> при обстоятельствах, изложенных в приговоре.

В судебном заседании Г. вину в совершении преступления признал в полном объеме.

Дело рассмотрено в порядке особого судопроизводства.

В апелляционной жалобе адвокат Музафаров С.Е. в защиту осужденного Г., не оспаривая доказанность вины и квалификацию содеянного, просит приговор суда изменить, применив к назначенному наказанию в виде лишения свободы положения ст.73 УК РФ, без назначения дополнительного наказания в виде лишения права управления транспортными средствами, снизить размер компенсации морального вреда в пользу потерпевшей ВЕА

Обосновывая жалобу, ее автор находит, что судом не были учтены положения ст.ст.43, 60 УК РФ, а также пленарные разъяснения Верховного Суда РФ, изложенные в п.27 постановления от 22.12.2015 №58 «О практике назначения судами РФ уголовного наказания», поскольку несмотря на совокупность смягчающих обстоятельств, отсутствие по делу отягчающих обстоятельств суд фактически назначил Г. максимально строгий вид наказания, при этом судом проигнорированы и не нашли своего отражения в приговоре доводы стороны защиты о возможности применения положений ст.73 УК РФ. 

Считает, что судом не приняты во внимание и предусмотренные ст.ст.60.1 и 60.4 УИК РФ особенности отбывания наказания в виде принудительных работ, а именно необходимость проживания осужденных в период отбывания данного вида наказания в исправительных центрах, в связи с чем, фактически судом Г. назначено наказание, связанное с изоляцией от общества, тогда как он является единственным кормильцем в семье, на его иждивении находится четверо близких родственников, что свидетельствует об игнорировании судом обязанности по оценке влияния назначенного Г. наказания на условия жизни его семьи. 

Также судом не учтено, что место выполнения принудительных работ определяется администрацией исправительного центра, что лишает Г. возможности самостоятельно выбрать должность с заработной платой, позволяющей ему содержать членов своей семьи и выполнять обязательства по выплате потерпевшим в разумные сроки компенсации морального вреда и затрат, понесенных на лечение и погребение, тем самым судом при назначении наказания также проигнорированы законные интересы и потерпевших. 

Кроме того, защитник указывает, что судом необоснованно назначен дополнительный вид наказания в виде лишения права управления транспортными средствами, ссылаясь на вышеуказанное постановление Пленума Верховного Суда РФ, указав, что согласно данным разъяснениям, при замене лишения свободы принудительными работами дополнительное наказание, предусмотренное к лишению свободы, в том числе и в качестве обязательного, не назначается. Суд, заменив лишение свободы принудительными работами, должен решить вопрос о назначении дополнительного наказания, предусмотренного санкцией соответствующей статьи Особенной части УК РФ, к принудительным работам. В связи с этим, находит, что ссылка суда на обязательность назначения Г. дополнительного наказания в виде лишения права управления транспортными средствами является несостоятельной, а назначение дополнительного наказания – необоснованным. 

Не учтено судом, по мнению защитника, в качестве смягчающего обстоятельства и активное способствование Г. раскрытию и расследованию преступления, выразившееся в даче подробных, правдивых, последовательных и непротиворечивых показаний, способствовавших расследованию, что свидетельствует о формальном подходе при назначении судом наказания.

Кроме того, автор жалобы ссылается на завышенный размер компенсации морального вреда, подлежащий взысканию с Г. в пользу ВЕА, исходя из складывающейся на территории 

<

адрес> практики, и считает, что определенный ко взысканию размер компенсации морального вреда характерен для умышленных преступлений, направленных на лишение жизни человека, в том числе убийств либо за совершение преступлений, предусмотренных ст.264 УК РФ, при наличии отягчающих обстоятельств. 

В возражениях на апелляционную жалобу адвоката Музафарова С.Е. представитель потерпевшего БВА – ЮЛС, считая приговор суда законным, обоснованным и справедливым, просит оставить его без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, выслушав объяснения осужденного Г. и адвоката Музафарова С.Е., поддержавших доводы жалобы, мнение прокурора Верес О.С. об оставлении приговора без изменения, суд апелляционной инстанции приходит к следующему.

Как следует из материалов дела, уголовное дело в отношении Г. рассмотрено судом в особом порядке, без проведения судебного разбирательства с соблюдением правил ст.316 УПК РФ. Г. согласился с предъявленным обвинением, поддержал ходатайство о рассмотрении уголовного дела в особом порядке принятия судебного решения, пояснив о добровольности заявленного ходатайства, осознании последствий его удовлетворения, согласовании своей позиции с защитником. Защитник поддержал позицию осужденного, государственный обвинитель и потерпевшие не возражали против рассмотрения дела в порядке особого судопроизводства. Суд, признав обвинение, с которым согласился Г., обоснованным и подтвержденным доказательствами, собранными по делу, постановил приговор в особом порядке принятия судебного решения.

Действия Г. судом правильно квалифицированы по ч.3 ст.264 УК РФ как нарушение лицом, управляющим автомобилем, правил дорожного движения, повлекшее по неосторожности причинение тяжкого вреда здоровью человека, повлекшее по неосторожности смерть человека.

С доводами апелляционной жалобы защитника о несправедливости назначенного осужденному наказания согласиться нельзя. 

Так, вопреки доводам жалобы, наказание Г. назначено судом в соответствии с требованиями ст.ст.6, 43, 60 УК РФ, соразмерно содеянному, с учетом всех имеющих значение сведений, характера и степени общественной опасности совершенного преступления, конкретных обстоятельств дела, данных о его личности, влияния назначенного наказания на исправление осужденного и условия жизни его семьи, совокупности смягчающих наказание обстоятельств и отсутствия отягчающих обстоятельств. 

При этом суд первой инстанции учел в качестве обстоятельств, смягчающих наказание Г., – явку с повинной, в качестве которой суд признал сообщение осужденным по номеру 112 о произошедшем ДТП, оказание медицинской и иной помощи потерпевшему непосредственно после совершения преступления, признание осужденным вины и признательные показания на стадии предварительного расследования, наличие несовершеннолетних детей, совершение впервые преступления средней тяжести по неосторожности. 

Обстоятельства, которые бы подлежали обязательному признанию смягчающими на основании ч.1 ст.61 УК РФ, но не были таковыми признаны судом, по делу отсутствуют.

В том числе вопреки доводам жалобы защитника, суд обоснованно не признал в качестве обстоятельства, смягчающего наказание Г., активное способствование раскрытию и расследованию преступления, поскольку сам факт признания осужденным вины и дача им признательных показаний не свидетельствует об активном способствовании раскрытию и расследованию преступления и не является основанием для признания смягчающим наказание обстоятельством, предусмотренным п.«и» ч.1 ст.61 УК РФ, так как каких-либо сведений, ранее неизвестных сотрудникам правоохранительных органов, имеющих значение по настоящему уголовному делу, Г. не сообщил.

При этом признательные показания осужденного на стадии предварительного расследования были учтены в качестве смягчающего обстоятельства.

С учетом характера и степени общественной опасности совершенного преступления, а также данных о личности Г. суд принял решение о назначении ему наказания в виде лишения свободы с учетом требований ч.1 и ч.5 ст.62 УК РФ. 

Оснований для применения положений ст.64 УК РФ при назначении Г. наказания судом обоснованно не установлено, не усматривает их и суд апелляционной инстанции, соглашаясь с мотивированным выводом суда первой инстанций.

Обосновал суд свой вывод и о том, почему не нашел оснований для изменения категории преступления в соответствии с ч.6 ст.15 УК РФ.

При этом с учетом наличия смягчающих и отсутствия отягчающих наказание обстоятельств, а также данных о личности осужденного, вопреки доводам жалобы, суд пришел к правильному выводу о замене Г. на основании ст.53.1 УК РФ назначенного наказания в виде лишения свободы принудительными работами, тем самым не усмотрев оснований для применения положений ч.1 ст.73 УК РФ.

Таким образом, мотивы разрешения всех вопросов, касающихся назначения Г. наказания, в приговоре приведены и не вызывают сомнений в своей правильности. Приведенные судом мотивы назначения вида и размера наказания убедительны и не свидетельствуют о формальном подходе к назначению наказания.

Назначенное Г. наказание является справедливым, соразмерным содеянному, соответствует требованиям ст.43 УК РФ о его назначении в целях восстановления социальной справедливости, исправления осужденного и предупреждения совершения им новых преступлений. Все обстоятельства, имеющие значение при решении вопроса о виде и размере наказания, суд в полной мере учел при назначении Г. наказания, выполнив требования закона об индивидуализации наказания, не свидетельствуют об обратном и доводы, изложенные в жалобе защитника, касающиеся порядка отбывания принудительных работ, которые нельзя признать обстоятельством, влекущим изменение состоявшегося судебного решения, поскольку в соответствии с ч.1 ст.43 УК РФ наказание есть мера государственного принуждения, назначаемая по приговору суда. Наказание применяется к лицу, признанному виновным в совершении преступления, и заключается в предусмотренных Уголовным кодексом РФ лишении или ограничении прав и свобод этого лица.

Вместе с тем, приговор подлежит изменению по следующим основаниям.

Так, согласно разъяснениям, содержащимся в п.22.3 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 22.12.2015 №58 «О практике назначения судами Российской Федерации уголовного наказания» при замене лишения свободы принудительными работами дополнительное наказание, предусмотренное к лишению свободы, в том числе и в качестве обязательного, не назначается. Суд, заменив лишение свободы принудительными работами, должен решить вопрос о назначении дополнительного наказания, предусмотренного санкцией соответствующей статьи Особенной части УК РФ к принудительным работам.

Как следует из описательно-мотивировочной части приговора при решении о замене назначенного Г. наказания в виде лишения свободы принудительными работами, судом, в соответствии с правовой позицией, отраженной в п.22.3 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 22.12.2015 №58, разрешен вопрос о назначении дополнительного наказания, предусмотренного санкцией ч.3 ст.264 УК РФ, к принудительным работам. Выводы суда в данной части являются обоснованными.

Мотивировав надлежащим образом в описательно-мотивировочной части приговора решение о необходимости назначения Г. дополнительного наказания в виде лишения права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, к принудительным работам, суд в резолютивной части приговора ошибочно указал о назначении данного дополнительного наказания также и к лишению свободы.

При таких обстоятельствах, несоответствующее вышеуказанным разъяснениям Верховного Суда РФ указание в резолютивной части приговора суда на назначение Г. дополнительного наказания к лишению свободы подлежит исключению. При этом решение суда о назначении осужденному дополнительного наказания к принудительным работам в виде лишения права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, предусмотренное санкцией ч.3 ст.264 УК РФ к данному виду наказания в качестве обязательного, на срок в пределах санкции данной статьи, следует признать основанным на правильном применении уголовного закона.

Решение суда в части возмещения материального ущерба потерпевшей ВЕА в указанном в приговоре размере, основано на представленных и исследованных документах, принято в соответствии со ст.1064 ГК РФ.

Вопреки доводам жалобы адвоката, при установленных судом обстоятельствах, размер компенсации морального вреда потерпевшей ВЕА, определенный судом первой инстанции с учетом факта и степени родственных отношений и близости между погибшим и потерпевшей, соизмерим с пережитыми потерпевшей нравственными страданиями, связанными с гибелью ее супруга, что является наиболее тяжелым и необратимым по своим последствиям событием, влекущим глубокие страдания и переживания потерпевшей, вызванные такой утратой, основан на исследованных материалах дела, а также с учетом данных о материальном и семейном положении виновного, которым совершено преступление по неосторожности, отвечает принципам разумности и справедливости.

Оснований для снижения размера компенсации морального вреда по доводам апелляционной жалобы суд апелляционной инстанции не усматривает.

Доводы апелляционной жалобы о завышенном размере компенсации морального вреда со ссылкой на сложившуюся судебную практику по аналогичным делам не могут являться основанием для удовлетворения жалобы, поскольку в каждом конкретном случае размер компенсации морального вреда определятся судом в соответствии с требованиями закона, и решения по другим делам не имеют преюдициального значения для данного конкретного дела.

Нарушений уголовного и уголовно-процессуального законов, влекущих отмену либо внесение иных изменений приговора, из материалов дела не усматривается.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст.389.20, 389.28 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

П О С Т А Н О В И Л:

Приговор Тогучинского районного суда Новосибирской области от ДД.ММ.ГГГГ в отношении Г. изменить.

Исключить из резолютивной части указание о назначении Г. к лишению свободы дополнительного наказания в виде лишения права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, на срок 1 год 8 месяцев. 

Считать Г. осужденным по ч.3 ст.264 УК РФ к 1 году 6 месяцам лишения свободы, с заменой на основании ст.53.1 УК РФ назначенного наказания в виде лишения свободы принудительными работами на срок 1 год 6 месяцев с удержанием 5% из заработной платы в доход государства, с назначением дополнительного наказания в виде лишения права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, на срок 1 год 8 месяцев.

В остальной части приговор суда оставить без изменения, апелляционную жалобу адвоката Музафарова С.Е. – без удовлетворения.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в Восьмой кассационный суд общей юрисдикции в порядке, установленном главой 47.1 УПК РФ, в течение шести месяцев со дня вступления приговора в законную силу через суд первой инстанции и рассматриваются в порядке, предусмотренном статьями 401.7, 401.8 УПК РФ. 

Осужденный вправе ходатайствовать об участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий (подпись) Носовец К.В.

Копия верна:

Судья 

Новосибирского областного суда Носовец К.В.