Дело (УИД) № 63RS0030-01-2019-003728-57

Производство № 2-64\2020

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

26 мая 2020 года Комсомольский районный суд г. Тольятти Самарской области в составе председательствующего судьи Лифановой Л.Ю., при секретаре Челюкановой Е.И., рассмотрев в открытом судебном заседании с участием представителя истца ФИО1, представителя ответчика ФИО2, гражданское дело по иску ФИО3 к ФИО4 об определении порядка пользования жилым помещением, встречному иску ФИО4 к ФИО3, ФИО5 о признании сделки недействительной,

У С Т А Н О В И Л:

ФИО3 обратилась в суд с иском к ФИО4 об определении порядка пользования жилым помещением – двухкомнатной квартирой, расположенной по адресу: г.Тольятти, Комсомольский район, ул. ...., закрепив за ФИО3 комнату площадью 19,3 кв.м, за ФИО4 – комнату площадью 10,8 кв.м; места общего пользования: кухню, коридор, лоджию, туалет, ванную комнату – оставить в совместном пользовании. В обоснование требований истец указала, что она является собственником 1\2 доли в праве общей долевой собственности спорного жилого помещения на основании договора дарения от 21.06.2019г., заключенного с ФИО5 Сособственником жилого помещения в размере 1\2 доли является ФИО4 В квартире зарегистрированы ФИО6 и ее несовершеннолетние дети с 09.07.2019г.; ответчик не зарегистрирован и не проживает. Между сторонами в досудебном порядке не достигнуто соглашение о порядке пользования жилым помещением, поскольку она с учетом нуждаемости желает проживать в комнате площадью 19,3 кв.м, которую в настоящее время занимает ФИО4

Ответчик ФИО4 предъявил встречный иск о признании договора дарения от 21.06.2019г. недействительной сделкой в силу ее ничтожности, с учетом изменений, по основаниям, предусмотренным п.2 ст.170 ГК РФ, считая ее притворной сделкой, прикрывающей договор купли-продажи. В обоснование указал, что желая избежать соблюдения порядка предварительного предложения по выкупу доли другим участникам общей долевой собственности, то есть ему, его племянница ФИО5 и ФИО3 совершили притворную сделку, подписав договор дарения 21.06.2019г. 1\2 доли в праве общей долевой собственности, а фактически заключили договор купли-продажи с нарушением порядка, предусмотренного ст.250 ГК РФ. Считает, что сделка заключена с признаками злоупотребления правом, он заинтересован в оспаривании сделки, так как в результате признания сделки недействительной порядок определения пользования квартирой, установленный решением мирового судьи, будет сохранен, а в случае продажи доли ФИО4 не лишается права преимущественной покупки доли. О совершении притворной сделки ради достижения указанных выше целей свидетельствуют следующие факты: ФИО5 предлагала смвоему дяде ФИО4 выкупить принадлежащую ей долю в квартире, а постороннему человеку - ФИО3 беспричинно подарила; ФИО5, не имея постоянного источника дохода и не имея в собственности другого жилого помещения либо иной недвижимости, которую могла бы использовать в целях проживания, имея на иждивении несовершеннолетнего ребенка, будучи не замужем, не продала, а безвозмездно передала ФИО3 1\2 долю в праве общей долевой собственности на квартиру рыночной стоимостью 2 100 000 руб., чем лишилась единственного жилья; ФИО5 и ФИО3 не состоят в отношениях родства или свойства, между ними отсутствуют дружественные или иные отношения, сколь-нибудь обосновывающие отказ ФИО5 от получения денежного возмещения стоимости 1\2 доли на квартиру; до заключения договора дарения ФИО3 в спорной квартире не была и не интересовалась лицами, проживающими в указанном помещении, техническим состоянием квартиры и иными жилищными условиями, что являлось бы разумным поведением для любого приобретающего жилое помещение в целях постоянного проживания в нем; ФИО3, заключив договор дарения 21.06.2019 г., в спорную квартиру не вселялась, поставила глухую деревянную дверь в жилую комнату площадью 10,8 кв.м, и с указанного времени более в квартире не появляется, вопросы распределения коммунальных услуг не решает, неосновательно обогащается за счет ФИО4, не оплачивая коммунальные платежи; только после первого судебного заседания, действуя по указке адвоката, 17.12.2019 г. ФИО3 вселилась в квартиру, расставив свои вещи в квартире, «нивелируя» возражения ответчика на заявление об отсутствии ее вещей, необходимых для проживания в спорной квартире; в собственности ФИО3 имеется земельный участок с расположенный на нем жилой дом по адресу: 

<

...>, рыночной стоимостью от 5000000 руб., что свидетельствует об отсутствии ее нуждаемости в жилье. ФИО4 во встречном иске указывает на свою заинтересованность в оспаривании сделки, просит применить последствия недействительности ничтожной сделки, исключив из Единого государственного реестра запись о регистрации права общей долевой собственности ФИО3 на спорную квартиру.

В судебное заседание истец ФИО6 не явилась. Представитель истца ФИО1 в судебном заседании на иске настаивал, встречный иск не признал и пояснил, что ФИО3 приобрела 1\2 долю в спорной квартире у ФИО5 по договору дарения безвозмездно; сразу зарегистрировалась в квартире совместно со своими детьми; в октябре 2019г. завезла свои вещи и стала проживать с детьми, производит оплату своей доли коммунальных услуг, поддерживает в рабочем состоянии электрические и сантехнические приборы, проводила санобработку помещения. ФИО4 был постоянно зарегистрирован по адресу: г.Тольятти, ул.....; долю в этой квартире, которая являлась его единственным жильем, он 06.05.2014г. подарил Х. Н.Н., продолжая быть зарегистрированным в ней до 14.03.2020г., что свидетельствует об отсутствии заинтересованности ответчика в спорном жилом помещении. Возражая против удовлетворения встречного иска, пояснил, что ФИО4 является ненадлежащим истцом, поскольку заключением и (или) исполнением сделки дарения не нарушаются его права либо охраняемые законом интересы; ответчик не представил доказательств, свидетельствующих о притворности оспариваемой сделки; установленных законом оснований для запрета дарения в данном случае не имеется.

Ответчик ФИО4 в судебном заседании 04.12.2019г. иск ФИО3 не признал и пояснил, что в спорной квартире ранее проживала его мать с отчимом. Сначала умер отчим, а после смерти матери он переехал жить в квартиру. Племянница ФИО5 в квартире никогда не жила, в 2018 году по ее иску мировой судья определил порядок пользования квартирой, выделив ей комнату площадью 10,8 кв.м, но и после этого она в квартире не жила. Потом племянница продала свою долю ФИО3, которая один раз приезжала, показала ему документы на квартиру, поставила дверь с замком в комнату площадью 10,8 кв.м и уехала. Ответчик проживает в комнате площадью 19,3 кв.м, в которой находятся его вещи; его работа водителем связана с длительными командировками в междугородние поездки, в перерывах между которыми он живет в спорном жилом помещении, поскольку иного жилья не имеет.

Представитель ответчика ФИО2 в судебном заседании иск ФИО3 не признала, на встречном иске настаивала по доводам, изложенным во встречном исковом заявлении, и дополнила, что фактически вселения ФИО3 в спорное жилое помещение не произошло; она своими действиями создала лишь видимость вселения с целью ущемить интересы ФИО4 и получить в пользование большую комнату; вещи она завезла только в декабре 2019 года после первого судебного заседания, коммунальные услуги стала оплачивать в мае 2020 года; весь период самоизоляции из-за пандемии коронавируса проживала с детьми вместе с мужем в принадлежащем ей доме по адресу: г.Тольятти, ул.....; иск о расторжении брака с супругом не инициирован, передаривание супругу жилого дома осуществляется намеренно с целью создать видимость того, что в ее собственности не имеется другого жилья.

Ответчик по встречному иску ФИО5 в судебное заседание не явилась, просила рассмотреть дело в ее отсутствие, представила письменные возражения на иск, в которых подтвердила совершение с ФИО3 безвозмездной сделки дарения 1\2 доли в праве общей долевой собственности в спорной квартире.

Суд, выслушав пояснения лиц, участвующих в деле, показания свидетелей и изучив материалы дела, считает первоначальный иск не подлежащим удовлетворению. При этом исходит из следующего:

Судом установлено, что спорное жилое помещение – двухкомнатная квартира, расположенная по адресу: Самарская область, г.Тольятти, Комсомольский район, ул. ...., .... принадлежала на праве общей долевой собственности на основании договора о безвозмездной передаче квартир в собственность № ... от 24.03.1994г. супругам В. А.С. и В. Г.Д. (запись регистрации № ....), приходящейся ФИО4 матерью. 

После смерти ФИО7 его 1\2 долю в праве общей долевой собственности на квартиру унаследовала супруга .... Г.Д. (запись регистрации № ....), которая проживала в квартире до своей смерти 28.01.2017г. 

После смерти ФИО8 право собственности на спорное жилое помещение перешло в порядке наследования по закону сыну ФИО4 и внучке ФИО5 (племяннице ФИО4) по 1\2 доле каждому. Право собственности ФИО4 зарегистрировано в Едином государственном реестре недвижимости за № ... от 27.09.2017г. Право собственности ФИО5 зарегистрировано за № ... от 08.09.2017г.

ФИО5 в спорном жилом помещении не проживала. Решением мирового судьи судебного участка № 108 Комсомольского судебного района г.Тольятти Самарской области от 19.01.2018г. по иску ФИО5 определен порядок пользования спорным жилым помещением: за ФИО5 закреплена комната площадью 10,8 кв.м, за ФИО4 – комната площадью 19,3 кв.м. 

На основании договора дарения от 21.06.2019г. ФИО3 приобрела у ФИО5 право собственности на 1\2 долю в праве общей долевой собственности на спорное жилое помещение, которое зарегистрировано Едином государственном реестре недвижимости за № ... от 26.06.2019г. 

Спорное жилое помещение является двухкомнатной квартирой, общей площадью (с учетом лоджии) 53 кв.м, состоящей из изолированных комнат площадью 10,8 кв.м и 19,3 кв.м, кухни, коридора, раздельного санузла (ванная комната, туалет), лоджии, выход на которую осуществляется из комнаты площадью 19,3 кв.м, что следует из плана квартиры.

Ответчик ФИО4 вселился в спорное жилое помещение после смерти матери и проживает в нем с 2017 года по настоящее время, зарегистрирован в нем, занимает комнату площадью 19,3 кв.м, что подтверждается показаниями свидетелей П. В.И., К. Т.Н. (соседи, проживающие в доме № .... г.Тольятти), С. Т.В. (сожительница ответчика) и не оспаривается истцом.

Истец ФИО3 зарегистрирована в спорном жилом помещении; вместе с ней зарегистрированы несовершеннолетние дети А. Е.Э., ....р., А. Д.Э., ....р., А. П.Э., ....р.

Судом установлено, что ФИО3 осенью 2019 года поставила дверь с замком в комнату площадью 10,8 кв.м, привезла вещи, фактически стала проживать с конца декабря 2019 года, после подачи в суд данного иска, что подтверждается пояснениями ответчика ФИО4; показаниями свидетеля К. В.В. (отец ФИО3) о том, что осенью и зимой он помогал дочери привезти громоздкие вещи в квартиру; показаниями свидетеля Г. Р.И., проводившего санобработку жилого помещения; показаниями свидетеля К. Г.М. о том, что ФИО3 проживает в маленькой комнате, в сентябре-октябре 2019г. ее вещей в комнате было мало; свидетелей П. В.И. и К. Т.Н., которые будучи допрошенными в судебном заседании 17.12.2019г., утверждали, что ФИО3 не проживает в спорном жилом помещении, они не видели ее ни одну, ни гуляющей с детьми; справками-характеристиками, составленными ст.участковым уполномоченным полиции ОУУП и ПДН ОП № 23 У МВД России по г.Тольятти ФИО9 и УУП ОУУП и ПДН ОП № 23 У МВД России по г.Тольятти ФИО10, а также показаниями свидетеля С. М.П. в судебном заседании 21.01.2020г. о том, что на момент проверки в январе 2020 года ФИО3 и ее дети находились в спорном жилом помещении; показаниями свидетеля С. Т.В. о том, что ФИО3 до декабря 2019 года периодически приезжала в спорную квартиру, но не жила в ней, а после 17.12.2019г. навела свой порядок в квартире, убрала вещи ФИО4, поставила свою стиральную машинку, шкафы и другие вещи.

Таким образом, из пояснений лиц, участвующих в деле и показаний свидетелей установлено, что при проживании в спорной квартире сложился следующий порядок пользования жилыми помещениями: ФИО4 пользуется комнатой площадью 19,3 кв.м; ФИО3 пользуется комнатой площадью 10,8 кв.м.

Жилищным кодексом РФ установлено, что объектами жилищных прав являются жилые помещения. Жилым помещением признается изолированное помещение, которое является недвижимым имуществом и пригодно для постоянного проживания граждан (отвечает установленным санитарным и техническим правилам и нормам, иным требованиям законодательства) (чч.1 и 2 ст.15 ЖК РФ).

К жилым помещениям относятся: 1) жилой дом, часть жилого дома; 2) квартира, часть квартиры; 3) комната (ч.1 ст.16 ЖК РФ).

Согласно ч.1 ст.30 ЖК РФ собственник жилого помещения осуществляет права владения, пользования и распоряжения принадлежащим ему на праве собственности жилым помещением в соответствии с его назначением и пределами его использования, которые установлены данным Кодексом.

В силу п.2 ст.288 ГК РФ и ч.1 ст.17 ЖК РФ жилые помещения предназначены для проживания граждан.

Суд считает, что в данном случае при наличии нескольких собственников спорной квартиры положения ст.30 ЖК РФ о правомочиях собственника жилого помещения владеть, пользоваться и распоряжаться принадлежащим ему на праве собственности жилым помещением подлежат применению в нормативном единстве с положениями ст.247 ГК РФ о владении и пользовании имуществом, находящимся в долевой собственности.

В соответствии с пп.1, 2 ст.247 ГК РФ владения и пользование имуществом, находящимся в долевой собственности, осуществляются по соглашению всех ее участников, а при недостижении согласия – в порядке, установленном судом. Участник долевой собственности имеет право на предоставление в его владение и пользование части общего имущества, соразмерной его доле, а при невозможности этого вправе требовать от других участников, владеющих и пользующихся имуществом, приходящимся на его долю, соответствующей компенсации.

Согласно п. 37 Постановления Пленума Верховного Суда РФ № 6, Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ № 8 от 01.07.1996г. «О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» невозможность раздела имущества, находящегося в долевой собственности, в натуре либо выдела из него доли, в том числе и в случае, указанном в части второй пункта 4 статьи 252 Кодекса, не исключает права участника общей долевой собственности заявить требование об определении порядка пользования этим имуществом, если этот порядок не установлен соглашением сторон. Разрешая такое требование, суд учитывает фактически сложившийся порядок пользования имуществом, который может точно не соответствовать долям в праве общей собственности, нуждаемость каждого из сособственников в этом имуществе и реальную возможность совместного пользования. Аналогичное разъяснение содержится п. 8 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 10.06.1980г. N 4 «О некоторых вопросах практики рассмотрения судами споров, возникающих между участниками общей собственности на жилой дом».

Судом установлено, что на 1\2 долю истца приходится 15,05 кв.м жилой площади; комнаты такой площади в квартире не имеется, в связи с чем отсутствует возможность предоставить каждому из собственников в пользование часть жилого помещения (комнату), соразмерную его доле в праве собственности на это помещение. 

ФИО3 в настоящее время пользуется комнатой площадью 10,8 кв.м с октября 2019 года. ФИО4 проживает в комнате площадью 19,3 кв.м длительное время, занимал ее до приобретения ФИО3 доли в квартире и не намерен выселяться, иного жилья не имеет. Об этом обстоятельстве ФИО3 знала еще до приобретения доли в квартире от ФИО5, о которой заявляет как о подруге, и которая определяла в судебном порядке порядок пользования жилым помещением и получила комнату площадью 10,8 кв.м, о чем свидетельствует то обстоятельство, что при вселении ФИО3 самостоятельно заняла указанную комнату. ФИО4 не чинил препятствия ФИО3 в занятии комнаты площадью 10,8 кв.м, не возражает против ее проживания в этой комнате и в настоящее время. При приобретении доли в спорном жилом помещении ФИО3, если она действовала добросовестно, должна была объективно оценивать возможность совместного проживания в квартире с чужим человеком, при наличии троих детей и имеющейся свободной комнате площадью 10,8 кв.м.

В соответствии со ст.17 ЖК РФ, п.2 ст.288 ГК РФ жилое помещение предназначено для проживания граждан.

Судом установлено, что ФИО3 не нуждается в использовании спорной квартиры для своего проживания совместно с детьми. Из материалов дела следует, что в собственности ФИО3 имеется земельный участок с расположенным на нем индивидуальным жилым домом, общей площадью 58,1 кв.м, по адресу: г.Тольятти, Комсомольский район, ул....., который приобретен по договору дарения от 11.01.2016г. у супруга ФИО11, то есть является в силу закона ее личной собственностью. К доводам истца о том, что она находится в плохих отношениях в супругом, в связи с чем намерена проживать отдельно в спорной квартире, суд относится критически, считая их надуманными. Из обстоятельств дела следует, что брак между супругами А-выми не расторгнут, судебный спор о расторжении брака не инициирован; супруги имеют троих несовершеннолетних детей, которые также проживают в указанном жилом доме. Представленные истцом справки МБУ «... от 10.12.2019г. о том, что малолетние А.Д. и П., .... рождения, посещают данное учебное заведение, расположенное в Комсомольском районе г.Тольятти, не свидетельствуют о том, что дети в настоящее время проживают в спорном жилом помещении, поскольку они начали ходить в этот детский сад согласно возрасту задолго до приобретения истцом доли в спорной квартире – с 15.08.2017г., проживая в том же Комсомольском районе г.Тольятти. Старшая дочь А-вых – Е., 2010г. рождения, посещает школу, расположенную в районе места жительства семьи по ул....., и проживает в жилом доме, что следует из показаний свидетеля К. В.В. Из показаний данного свидетеля также следует, что родители ФИО3 возвели пристрой к указанному жилому дому и проживают в нем длительное время. При таких обстоятельствах тот факт, что А. Э.Л. 02.03.2020г. обратился в суд с иском о признании недействительным договора дарения от 11.01.2016г. (ссылаясь в исковом заявлении только на положения Гражданского кодекса РФ об отмене дарения), а впоследствии ФИО3 передарила супругу назад жилой дом с земельным участком по договору от 08.04.2020г., на наличие которого ссылался представитель истца, суд расценивает исключительно как стремление искусственно создать видимость отсутствия у истца иного, кроме спорного, жилого помещения, поскольку все эти действия супруги стали совершать после подачи данного иска в суд и осознания четкой позиции ответчика ФИО4 о непризнании иска с предъявлением встречного иска. 

В действиях истца ФИО3 суд усматривает злоупотребление правом.

Согласно ч.3 ст.17 Конституции Российской Федерации осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц.

Так, право собственника на пользование принадлежащей ему долей в имуществе не должно приводить к нарушению прав иных лиц – собственников и пользователей жилого помещения.

Как указал Конституционный суд РФ, признание приоритета прав собственника жилого помещения, либо проживающих в этом помещении нанимателей, как и обеспечение взаимного учёта их интересов, зависит от установления и исследования фактических обстоятельств конкретного спора (Определение Конституционного Суда РФ от 21.12.2000 № 274-О «Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданки ФИО12 на нарушение ее конституционных прав положениями статей 135 и 136 Жилищного кодекса РСФСР»). 

Согласно ст. 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом). В случае несоблюдения требований, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, суд, арбитражный суд или третейский суд с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом.

На основании совокупности всех исследованных по делу доказательств, суд приходит к выводу о том, что сложившийся между сторонами порядок пользования жилым помещением соответствует интересам сторон и объективному желанию и реальной возможности проживания их в спорном жилом помещении.

Доводы истца о том, что ответчик ФИО4 не имеет заинтересованности в спорном жилом помещении, судом проверены и признаны несостоятельными. То обстоятельство, что до 14.03.2020г. ответчик ФИО4 не имел регистрации в спорном жилом помещении, не свидетельствует о том, что он не имеет интереса в нем. Из материалов дела следует, что ФИО4 фактически проживает в спорной квартире, иного жилья не имеет; до 14.03.2020г. был зарегистрирован в квартире по адресу: г.Тольятти, ул....., доля в которой ранее ему принадлежала. Данная квартира не принадлежит ответчику с 15.05.2014г., имеет иного собственника – Х. Н.Н.; ответчик в ней не проживает с 2016 года, что подтверждается актом от 12.03.2020г. По месту своего жительства в спорном жилом помещении ФИО4 производит оплату содержания и коммунальных услуг; ФИО3 же стала производить такую оплату только в период рассмотрения данного дела судом.

При установленных обстоятельствах суд считает возможным сохранить сложившийся между сособственниками порядок пользования жилым помещением, оснований для его изменения не имеется, в связи с чем в удовлетворении иска ФИО3 надлежит отказать.

Разрешая встречный иск ФИО4 о признании недействительной притворной сделки - договора дарения на 1\2 долю в праве общей долевой собственности на спорное жилое помещение от 21.06.2019г., заключенного между ФИО5 (даритель) и ФИО3 (одаряемый), суд приходит к выводу об отсутствии оснований для его удовлетворения. При этом исходит из следующего:

Согласно ст. 153 ГК РФ сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей.

В соответствии с п. 2 ст. 218 ГК РФ право собственности на имущество, которое имеет собственника, может быть приобретено другим лицом на основании договора купли-продажи, мены, дарения или иной сделки об отчуждении этого имущества.

В соответствии с положениями ст. 432 ГК РФ договор считается заключенным, если между сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора. Существенными являются условия о предмете договора, условия, которые названы в законе или иных правовых актах как существенные или необходимые для договоров данного вида, а также все те условия, относительно которых по заявлению одной из сторон должно быть достигнуто соглашение.

Статья 572 ГК РФ предусматривает, что по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом.

Положениями п.п. 2, 3 ст. 574 ГК РФ определены требования к форме договора дарения недвижимого имущества, который должен быть совершен в письменной форме и подлежит государственной регистрации.

В соответствии с положениями ст. 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Требование о применении последствий недействительности ничтожной сделки вправе предъявить сторона сделки, а в предусмотренных законом случаях также иное лицо.

Требование о признании недействительной ничтожной сделки независимо от применения последствий ее недействительности может быть удовлетворено, если лицо, предъявляющее такое требование, имеет охраняемый законом интерес в признании сделки недействительной.

По правилам ст. 167 ГК РФ, недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

Положениями п.2 ст.170 ГК РФ предусмотрено, что притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, ничтожна. К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа и содержания сделки применяются относящиеся к ней правила.

В силу положений ч. 1 ст. 56 ГПК РФ, возлагающих на каждую сторон обязанность по доказыванию тех обстоятельств, на которые она ссылается как на основание своих требований и возражений, заинтересованное лицо, обращаясь с требованиями о признании сделки недействительной в силу ее притворности, должно представить доказательства того, что совершенная сделка фактически прикрывала иную сделку или сделку на иных условиях.

По смыслу п.2 ст.170 ГК РФ по основанию притворности может быть признана недействительной лишь та сделка, которая направлена на достижение других правовых последствий и прикрывает иную волю участников сделки. При этом обе стороны должны преследовать общую цель на достижение последствий иной сделки, которую прикрывает юридически оформленная сделка.

Как разъяснено в п. 87 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 N 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», согласно пункту 2 статьи 170 ГК РФ притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, с иным субъектным составом, ничтожна. В связи с притворностью недействительной может быть признана лишь та сделка, которая направлена на достижение других правовых последствий и прикрывает иную волю всех участников сделки. Намерения одного участника совершить притворную сделку для применения указанной нормы недостаточно.

Исходя из вышеизложенного, для признания сделки притворной необходимо установить, что воля всех участников сделки была направлена на достижение других правовых последствий и прикрывает иную волю всех участников сделки.

Из содержания оспариваемого договора дарения от 21.06.2019г. следует, что даритель ФИО5 безвозмездно передает одаряемому ФИО3 1\2 долю в праве общей долевой собственности на квартиру по адресу: г.Тольятти, Комсомольский район, ул. Лизы ...., а ФИО3 принимает в дар 1\2 долю квартиры по указанному адресу. 

Договор дарения заключен в письменной форме, подписан обеими сторонами, удостоверен нотариусом нотариального округа г.Тольятти ФИО13, зарегистрирован в Управлении Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Самарской области 26.06.2019г. 

Стороны подтвердили исполнение ими сделки; даритель ФИО5 в спорном жилом помещении не проживала, вещей не имела, дарение не отменяла, передала долю ФИО3, которая в спорном жилом помещении зарегистрировалась, завезла в него свои вещи, что свидетельствует о том, что сделка сторонами исполнена.

Из письменных пояснений ФИО5, пояснений представителя ФИО3 следует, что договор между сторонами был безвозмездный. Доказательств того, что между ними фактически был заключен договор купли-продажи, ФИО4 суду не представил.

Тот факт, что ФИО5 сначала предлагала ФИО4 воспользоваться приоритетным правом выкупа ее доли, не свидетельствует о том, что и ФИО3 доля в спорной квартире была продана, а не подарена. Доводы ФИО4 о том, что ФИО5, не имея в собственности иного жилья, имея небольшой доход и ребенка на иждивении, будучи не замужем, не могла подарить долю в квартире, несостоятельны; заявленные им обстоятельства не свидетельствует о фактическом совершении сделки купли-продажи вместо дарения; доказательства получения ФИО5 денежных средств от ФИО3 в счет оплаты доли в квартире, суду не представлены.

Кроме того, с учетом оценки всех обстоятельств по делу, суд считает, что ФИО4 не имеет охраняемого законом интереса в признании оспариваемой сделки дарения недействительной. Независимо от того, на основании какого вида сделки произошел переход права собственности на 1\2 долю в квартире от ФИО5 к ФИО3, право собственности ФИО3 на долю в квартире сохранится; преимущественное право выкупа доли ФИО5 было ранее предложено сособственнику ФИО4, которым он не воспользовался, и не намерен этого делать в настоящее время, что им не оспаривалось.

Таким образом, суд приходит к выводу о том, что договор дарения от 21.06.2019 г., о притворности которого заявляет ответчик во встречном иске, соответствует требованиям норм материального права, регулирующим обязательства по данным договорам, содержит все существенные условия, порока воли при совершении оспариваемой сделки не установлено, переход права собственности на недвижимое имущество был зарегистрирован в предусмотренном законом порядке; доказательств обратного суду не представлено; правовые последствия, как договора дарения, так и договора купли-продажи являются одинаковыми - прекращение права собственности на отчуждаемое имущество, как у дарителя, так и у продавца, и возникновение права собственности на приобретаемое имущество, как у одаряемого, так и покупателя; при этом законные интересы сособственника в данном случае не затрагиваются, в связи с чем оснований для удовлетворения встречного иска не имеется.

Руководствуясь ст.ст.194-199 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л:

Отказать в удовлетворении исковых требований ФИО3 к ФИО4 об определении порядка пользования жилым помещением.

Отказать в удовлетворении встречного иска ФИО4 к ФИО3, ФИО5 о признании сделки недействительной.

Решение может быть обжаловано в Самарский областной суд через Комсомольский районный суд г. Тольятти в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме. 

Судья Л.Ю. Лифанова 

Решение в окончательной форме принято 02.06.2020 года