Судья Размахов В.Н. Дело № 22-143

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Кострома 26 марта 2025 года

Костромской областной суд в составе:

председательствующего судьи Шумиловой Ю.В.,

с участием прокуроров прокуратуры Костромской области Шепелева С.Е., ФИО1, 

осуждённого ФИО2,

защитника Смирнова И.С., 

заинтересованного лица ФИО3, 

при ведении протокола судебного заседания секретарями Соловьевой А.Д., Патемкиной Н.В., помощником судьи Самаковым И.А., 

рассмотрел в открытом судебном заседании материалы уголовного дела по апелляционным жалобам защитника Смирнова И.С. и заинтересованного лица Свидетель №3 на приговор Костромского районного суда Костромской области от 20 декабря 2024 года, которым,

ФИО4, родившийся ДД.ММ.ГГГГ в 

<

адрес>, ранее несудимый,

-осужден по ч. 1 ст. 264.1 УК РФ к обязательным работам сроком на 280 часов, с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, сроком на 2 года 6 месяцев.

Мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении в отношении ФИО2 оставлена без изменения до вступления приговора в законную силу.

По делу разрешен вопрос о судьбе вещественных доказательств, в том числе, конфискован и обращен в собственность государства автомобиль «Опель-Фронтера», 1997 г.в., г.р.н. М228РТ44.

Выслушав осуждённого ФИО2 и его защитника ФИО18, заинтересованное лицо Свидетель №3, поддержавших доводы своих апелляционных жалоб, прокуроров Шепелева С.Е. и ФИО1, полагавших приговор суда законным и обоснованным, 

установил:

при обстоятельствах, подробно изложенных в приговоре суда, ФИО2 признан виновным в том, что, находясь в состоянии опьянения, будучи привлеченным к административной ответственности по ч. 1 ст. 12.26 КоАП РФ, в вечернее время 20 июля 2024 года управлял автомобилем «

<

данные изъяты>», 1997 г.в., г.р.н. №, что имело место на территории 

<

адрес>

В апелляционной жалобе заинтересованное лицо Свидетель №3 высказывает своё несогласие с приговором суда в части конфискации автомобиля. Свою позицию мотивирует тем, что она в течение четырех лет проживала с ФИО2, который подарил ей денежные средства на приобретение автомобиля. Именно она для себя нашла автомашину марки «

<

данные изъяты>» в 

<

адрес> у ФИО14, куда сама лично ездила для ее осмотра и приобретения. Они оформили два договора купли-продажи, на себя (Свидетель №3) и на ФИО2, поскольку тот перегонял автомашину в 

<

адрес>, после чего оформленный на него договор был уничтожен. Однако впоследствии она свой договор потеряла, поэтому оформила его дубликат, заключив договор с ФИО13, который действовал от имени ФИО14, отсутствовавший на тот момент в 

<

адрес>. Обращает вынимание на то, что именно она занималась обслуживанием данного автомобиля, ездила на ней, и несла иные расходы. Поэтому просит приговор суда в части конфискации автомобиля отменить и вернуть его ей, как законному владельцу. 

В своей апелляционной жалобе защитник осужденного - адвокат Смирнов И.А. также высказывает несогласие с приговором суда, считая его незаконным, несправедливым, и не основанным на положениях уголовного закона. Цитируя положения ст. 49 Конституции РФ, ст. 14 УПК РФ, правовые позиции Пленума Верховного Суда РФ, а также подробно приводя выдержки из приговора и содержание исследованных в судебном заседании доказательств: показаний свидетелей Свидетель №4 и ФИО12; протокола осмотра видеозаписи от 20 июля 2024 года, на которой зафиксировано задержание ФИО2 и проведение в отношении него освидетельствования; протокола об отстранении от управления транспортным средством от 20 июля 2024 года; постановления о прекращении производства по делу об административном правонарушении от 27 июля 2024 года, свою позицию мотивирует тем, что доказательств вины его подзащитного не представлено, в связи с чем, все сомнения должны толковаться в пользу последнего. Давая собственную оценку указанным доказательствам, ссылается на то, что 20 июля 2024 года ФИО2 никто за рулем автомашины в состоянии алкогольного опьянения не видел, тот с результатами освидетельствования посредством прибора «Алкотестер» согласен не был, однако сотрудники ГИБДД его право пройти такое освидетельствование в медицинском учреждении ему не разъяснили, в связи с чем, тот вынужден был ответить согласием и подписать протокол. В этой связи защитник считает, что имеются объективные основания полагать, что административная процедура проведения в отношении ФИО2 освидетельствования проведена с нарушением, в связи с чем, все составленные по ее итогам документы должны быть признаны недопустимыми доказательствами. Обращает внимание на то, что протокол осмотра места происшествия от 20 июля 2024 года не был исследован в судебном заседании, а сообщение о происшествии от этого же числа, поступившее от инспектора ФИО12 в дежурную часть необходимо расценивать как рапорт, который не может признаваться доказательством по делу. Ссылаясь на показания свидетелей Свидетель №3 и ФИО13, а также иные представленные доказательства, указывает, что автомашина марки «Опель Фронтера» был конфискован незаконно, поскольку осужденному не принадлежит. Кроме того, полагает, что при назначении ФИО2 наказания суд не в полной мере учел то, что тот ранее не судим, частично признал свою вину, имеет малолетнего ребенка, активно способствовал расследованию преступления. На основании изложенного, просит приговор суда отменить, а ФИО2 оправдать за отсутствие в его действиях состава преступления. 

Проверив материалы дела, доводы апелляционных жалоб, суд апелляционной инстанции приходит к следующему. 

Фактические обстоятельства дела судом установлены правильно, выводы суда о виновности ФИО2 в совершении указанного преступления подтверждены доказательствами, которые являлись предметом непосредственного исследования в ходе судебного разбирательства. 

Вопреки утверждениям стороны защиты, суд оценил и проанализировал все исследованные в суде доказательства, представленные, как стороной обвинения, так и стороной защиты, в их совокупности. Все изложенные в приговоре доказательства суд, в соответствии с требованиями ст. ст. 87, 88 УПК РФ, проверил, сопоставив их между собой, и каждому из них дал оценку с точки зрения относимости, допустимости и достоверности. 

В ходе рассмотрения дела, сторона защиты оспаривала виновность ФИО2 в совершении указанного преступления, выдвигая многочисленные доводы в подтверждение своей позиции. В частности осужденный ссылался на то, что он действительно употреблял спиртное в небольших количествах, после чего управлял автомашиной. Не оспаривал ФИО2 и того обстоятельства, что был задержан сотрудниками ГИБДД и проходил освидетельствование на состояние опьянения прибором «Алкотестер», однако с результатом был не согласен, поскольку считал, что то количество алкоголя, которое он употребил, не могло составить недопустимое значение (1,26 мг/л). Но сотрудники ГИБДД ему его право пройти освидетельствование в медицинском учреждении не разъяснили, нарушив, таким образом, правила прохождения данной процедуры, в связи с чем, он был вынужден подписать составленные в отношении него документы. 

Однако все эти доводы, которые аналогичны доводам, содержащимся в апелляционной жалобе защитника, при рассмотрении дела судом были тщательно проверены, отвергнуты с подробным приведением мотивов принятого решения, не согласиться с которыми, у суда апелляционной инстанции оснований не имеется. 

Выводы суда о виновности ФИО2 в совершении указанного преступления соответствуют фактическим обстоятельствам дела, правильно установленным судом и подтвержденным достаточной совокупностью исследованных в судебном заседании доказательств, содержание которых подробно изложено в приговоре, а именно: 

-признательными показаниями самого осужденного, из которых следует, что 20 июля 2024 года, находясь на даче, он выпил водки, после чего сел за руль автомобиля и выехал на территорию садоводческого товарищества. Там он был остановлен сотрудниками ГИБДД, после разъяснения прав ему было предложено пройти освидетельствование на предмет определения состояния опьянения, на что он согласился. Прибор «Алкотестер» показал результат 1,26 мг/л, ему сотрудники полиции объявили, что он пьян, он подписал составленные документы, после чего его отстранили от управления автомобилем; 

-показаниями свидетелей Свидетель №1 и ФИО12 - инспекторов ДПС ОДПС ГИБДД ОМВ России по Костромскому району, об обстоятельствах задержания ФИО2, его освидетельствования на месте при помощи прибора «Алкотестер» и о его согласии с результатами освидетельствования, согласно которых установлено, что он находился в состоянии опьянения; 

-актом освидетельствования на состояние опьянения по результатам прибора в 1,26 мг/л концентрации алкоголя в выдыхаемом воздухе, протоколом отстранения ФИО2 от управления транспортным средством, протоколом задержания автотранспортного средства от 20 июля 2024 года; 

-постановлением мирового судьи судебного участка № 49 Чухломского судебного района Костромской области от 28 марта 2022 года о привлечении ФИО2 к административной ответственности по ч. 1 ст. 12.26 КоАП РФ (исследованным в суде апелляционной инстанции).

Вопреки утверждениям стороны защиты, положенные в основу приговора показания свидетелей Свидетель №1 и ФИО12 последовательны, каких-либо существенных противоречий, которые могли бы повлиять на оценку их достоверности, не содержат, подтверждаются совокупностью иных исследованных по делу доказательств, не противоречат фактическим обстоятельствам, установленным в ходе рассмотрения дела. 

Из протокола осмотра видеозаписи от 20 июля 2024 года и из содержания самой видеозаписи, которая была исследована судом первой инстанции, следует, что нарушений при освидетельствовании ФИО2 на состояние алкогольного опьянения с применением технического средства измерения не выявлено. В частности, осужденному были разъяснены его права и обязанности, он добровольно выразил согласие на проведение освидетельствования, с результатами освидетельствования, как и с содержанием составленных должностным лицом процессуальных документов, он был ознакомлен, достоверность отраженных в них сведений подтвердил своей подписью, получил их копии, замечаний не имел, на нарушение своих прав не ссылался.

При этом, исходя из проводимых сотрудниками ГИБДД действий, ФИО2 понимал, что все меры применены к нему именно как к лицу, управляющему транспортным средством с признаками опьянения, понимал он и правовые последствия согласия с результатами освидетельствования.

Ссылки осужденного, что он предполагал, что выпитое им спиртное должно было составлять допустимое значение в 0,6 мг/л, суд апелляционной инстанции расценивает как явно надуманные и основанные на неправильном толковании закона. В данном случае, положения ПДД РФ прямо запрещают водителю употребление алкоголя при управлении транспортным средством абсолютно в любых количествах. Допустимое же значение в 0,6 мг/л концентрации алкоголя в выдыхаемом воздухе введено, чтобы не привлекать водителей по ошибке после употребления определенных продуктов питания или не относящихся к алкогольным, напиткам, которые в силу своих специфичных питательных свойств могут содержать незначительное (малое) количество спиртов. В рассматриваемой ситуации ФИО2 сам последовательно указывал об употреблении алкоголя непосредственно перед управлением автотранспортным средством, то есть совершил действия, прямо запрещенные требованиями ПДД РФ, что и было установлено в результате его задержания сотрудниками ГИБДД. На тот момент с результатами проведенного освидетельствования осужденный был согласен, поэтому никаких оснований для его направления на медицинское освидетельствование не имелось. 

Обозначенные защитником обстоятельства о том, что свидетель Свидетель №4 не видел, что ФИО2 управлял автомашиной в состоянии алкогольного опьянения, на правильность выводов суда не влияют. В данном случае, как следует из показаний указанного лица, он вызвал сотрудников ГИБДД, поскольку ему поступил звонок от садоводов по поводу езды ФИО2 на автомашине в пьяном виде. При этом состояние опьянения осужденного было установлено не по показаниям свидетелей, а результате мероприятий проведенных сотрудниками ГИБДД, которые к тому же и без соответствующих обращений вправе осуществлять проверки водителей в целях обеспечения безопасности дорожного движения. 

Таким образом, проведя тщательный и подробный анализ показаний подсудимого, свидетелей, заключений судебных экспертиз, письменных доказательств, правильно установив фактические обстоятельства, суд пришел к обоснованному выводу о доказанности вины ФИО2 в совершении указанного преступления. 

Действия осужденного судом квалифицированы по ч. 1 ст. 264.1 УК РФ правильно, и оснований для его оправдания по доводам апелляционной жалобы защитника не имеется. Несогласие же стороны защиты с положенными в основу приговора доказательствами и с их оценкой, не может свидетельствовать о несоответствии выводов суда фактическим обстоятельствам дела, неверной квалификации деяния или неправильном применении уголовного закона. 

В судебном заседании исследованы все существенные для исхода дела доказательства, представленные сторонами, разрешены все заявленные ходатайства. Нарушений принципа состязательности сторон, необоснованных отказов государственному обвинителю, осуждённому и его защитнику в исследовании доказательств, которые могли иметь существенное значение для исхода дела, нарушений процессуальных прав участников, повлиявших или могущих повлиять на постановление законного, обоснованного и справедливого приговора, по делу не допущено.

Вместе с тем, не смотря на правильность и обоснованность осуждения ФИО2, приговор суда подлежит изменению по следующим основаниям. 

Так, согласно приговору, в качестве доказательств вины осужденного в совершении указанного преступления суд привел сообщение о преступлении от 20 июля 2024 года (л.д.5-6,т.1), тогда как следует из протокола судебного заседания, в ходе судебного рассмотрения данная справка судом не исследовалась, что является нарушением положений ст. 240 УПК РФ. Кроме того, в обоснование вины ФИО2 судом был положен протокол осмотра места происшествия от 20 июля 2024 года, в том числе, в части содержания пояснений осуждённого по обстоятельствам совершенного преступления, полученных в ходе его задержания и проведения указанного процессуального действий. По смыслу закона сотрудники полиции могут быть допрошены в качестве свидетелей, только если являлись очевидцами событий, имеющих значение для дела, или по обстоятельствам проведения следственных или иных процессуальных действий. При этом данные лица не могут быть допрошены о содержании пояснений или показаний, данных в ходе досудебного производства по делу подозреваемым или обвиняемым. Поэтому показания свидетелей относительно сведений, о которых им стало известно от подозреваемого по обстоятельствам совершенного им преступления, не могут быть использованы в качестве доказательств виновности осуждённого. Аналогичные требования предъявляются и к изложению содержания указанных письменных доказательств, относительно которых в приговоре отражается ход проведения процессуальных мероприятий, а не пояснения осужденного лица, данные относительно совершенных им преступных деяний. В этой связи, ссылки суда на указанные документы, как на доказательства, как не исследованное судом (сообщение), а также в части обстоятельств совершения преступления, которые стали известны сотрудникам полиции от осуждённого в ходе досудебного производства (протокол), подлежат исключению из описательно-мотивировочной части приговора, что не влияет на правильность выводов суда, приведенных в приговоре.

При назначении ФИО2 наказания суд учел характер и степень общественной опасности совершенного преступления, данные о личности осужденного, смягчающие обстоятельства, предусмотренные ч. 2 ст. 61 УК РФ, отсутствие отягчающих обстоятельств, влияние назначенного наказания на его исправление 

Вопреки утверждению апелляционной жалобы защитника, оснований для признания в качестве смягчающего наказание обстоятельства активное способствование осужденного раскрытию и расследованию преступления не имеется. По смыслу закона и согласно разъяснениям, изложенным в п. 30 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 22 декабря 2015 года N 58 "О практике назначения судами РФ уголовного наказания", активное способствование раскрытию и расследованию преступления состоит в добровольных и активных действиях виновного, направленных на сотрудничество со следствием, и может выражаться, например, в том, что он предоставляет органам дознания или следствия имеющую значение информацию, до того им неизвестную, об обстоятельствах совершения преступления, и дает правдивые, полные показания, способствующие расследованию. В рассматриваемой же ситуации, время, место и другие обстоятельства преступления, совершенного ФИО2 в условиях очевидности, были установлены органом, осуществляющим уголовное преследование, независимо от осужденного. Таким образом, объяснения и показания осужденного, в которых он подтвердил совершение им преступления при указанных выше обстоятельствах, не свидетельствует о предоставлении осужденным органу дознания информации, имеющей значение для раскрытия и расследования преступления и до того неизвестной. В данном случае такое поведение осужденного обоснованно признано судом в качестве такого смягчающего наказание обстоятельства, как частичное признание им своей вины. 

Таким образом, наказание ФИО2 назначено судом с требованиями ст.ст. 6, 60 УК РФ, оно не является самым строгим и максимальным по сроку, соответствует данным о личности осуждённого, характеру и степени общественной опасности совершенного преступления, в связи с чем, является справедливым.

Вопреки утверждениям апелляционных жалоб, судом принято правильное решение о конфискации транспортного средства - автомобиля «Опель Фронтера», 1997 года выпуска, признанного по делу вещественным доказательством.

Согласно ч. 1 ст. 104.1 УК РФ под конфискацией понимается принудительное безвозмездное изъятие и обращение в собственность государства на основании обвинительного приговора имущества, принадлежащего обвиняемому (осужденному). При этом в соответствии с п. «д» ч. 1 ст. 104.1 УК РФ в случае обвинительного приговора автомобиль, принадлежащий обвиняемому, при совершении преступления, предусмотренного, в частности, статьей 264.1, 264.2 или 264.3 УК РФ, подлежит конфискации, то есть принудительному безвозмездному изъятию и обращению в собственность государства.

Ссылки заинтересованного лица и стороны защиты о том, что он указанный автомобиль осужденному не принадлежит, поскольку на основании договора купли-продажи от 9 сентября 2021 года его собственником является Свидетель №3, суд апелляционной инстанции считает несостоятельными по следующим основаниям. 

В соответствии с п. 2 ст. 218 ГК РФ право собственности на имущество, которое имеет собственника, может быть приобретено другим лицом на основании договора купли-продажи, мены, дарения или иной сделки об отчуждении этого имущества. При этом по смыслу закона, право собственности у приобретателя вещи по договору возникает с момента ее передачи, чем признается вручение вещи приобретателю, которая считается врученной приобретателю с момента ее фактического поступления во владение приобретателя.

В данном случае, по мнению суда апелляционной инстанции, один лишь факт предоставления заинтересованным лицом договора-купли продажи транспортного средства не может свидетельствовать о том, что его собственником является иное лицо, поскольку как следует из материалов дела, реально этой сделки заключено не было. 

Так, как следует из свидетельства о регистрации транспортного средства, технического паспорта в органах ГИБДД собственником и владельцем транспортного средства числится ФИО14, который проживает за пределами Российской Федерации.

Как следует из пояснений самого осужденного, которые он давал в ходе предварительного расследования, именно он приобрел у ФИО14 в 2021 году данный автомобиль за 135 000 рублей, и договор купли-продажи, который не сохранился, был составлен именно на его имя. 

В материалах уголовного дела имеется представленная суду первой инстанции переписка с ФИО14, который подтвердил, что именно ФИО2 покупал у него машину для себя, при этом у него хранится подтверждающая данное обстоятельство копия договора-купли продажи (л.д.229-234.т.1). 

Сама Свидетель №3в ходе дознания также поясняла, что к данному автомобилю она не имеет никакого отношения, ФИО2 покупал его для себя в 2021 году у ФИО14 за 135 000 рублей. Она только иногда ездила на данном автомобиле, который практически всегда стоял и хранился около садового участка осужденного. 

Кроме того, согласно исследованному судом апелляционной инстанции протоколу о наложении ареста на имущество от 26 августа 2024 года (л.д.101-104, т.1), ФИО2 указал себя как собственника автомашины «Опель Фронтера», при этом никаких замечаний относительно того, что она принадлежит Свидетель №3, не поступало. Соответственно, требований об освобождении данного имущества от ареста Свидетель №3, как собственницей, не предъявлялось. 

Таким образом, сама Свидетель №3, как собственница, никаких прав (по владению или пользованию) в отношении данной автомашины реально не осуществляла, а их реализовывал именно осужденный. Предоставленная заинтересованным лицом в суд копия договора купли-продажи автомобиля на ее имя от октября 2024 года, тем более, составленного иным лицом (ФИО13) от имени собственника, указанных обстоятельств не опровергает. Подача же Свидетель №3 после вынесения приговора в суд заявления о признания права собственности на автомашину значения для разрешения не имеет, и ставить под сомнение правильность разрешенного данного вопроса между государством и лицом, совершившим преступление, не может. В данном случае, оспаривание приговора суда о конфискации транспортного средства, по мнению суда апелляционной инстанции, обусловлено не защитой прав иного лица, как собственника, а направлено исключительно на избежание осужденным такой меры уголовно-правового характера за совершенные противоправные действия. 

В связи с изложенным, вопреки доводам апелляционных жалоб, судьба вещественного доказательства - автомобиля марки «Опель Фронтера» разрешена судом правильно, в соответствии с требованиями п. «д» ч. 1 ст. 104.1 УК РФ, поскольку указанное транспортное средство использовалось осужденным при совершении преступления, предусмотренного ст. 264.1 УК РФ, и являлось его собственностью.

Руководствуясь ст.ст. 389.13, 389.15, 389.17, 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ,

постановил:

приговор Костромского районного суда Костромской области от 20 декабря 2024 года в отношении осужденного ФИО2 - изменить:

-исключить из описательно-мотивировочной части ссылку суда как на доказательства по делу на «сообщение о преступлении от 20 июля 2024 года» (л.д.5-6, т.1), а также протокол осмотра места происшествия от 20 июля 2024 года (л.д.7-12, т.1) в части изложения сведений, ставших известных от осужденного при его задержании. 

В остальной части приговор Костромского районного суда Костромской области от 20 декабря 2024 года в отношении осужденного ФИО2 - оставить без изменения, а апелляционные жалобы Свидетель №3 и защитника Смирнова И.С. - без удовлетворения. 

Апелляционное постановление и приговор суда вступают в законную силу, они могут быть обжалованы участниками процесса в кассационном порядке во Второй кассационный суд общей юрисдикции г. Москва в течение шести месяцев в порядке, установленном главой 47.1 УПК РФ, путем подачи жалобы или представления через Костромской районный суд Костромской области, а в случае пропуска срока или отказа в его восстановлении непосредственно в суд кассационной инстанции. В случае подачи кассационной жалобы или кассационного представления осужденный имеет право ходатайствовать о своем участии в заседании суда кассационной инстанции. 

Председательствующий Ю.В. Шумилова